993/2023-107353(2) 

 ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 127994, Москва, ГСП -4, проезд Соломенной Сторожки, 12 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  № 09АП-35/2023 

г. Москва Дело № А40-155992/20  20.04.2023  

Резолютивная часть постановления объявлена 17 апреля 2023 года Полный текст постановления изготовлен 20 апреля 2023 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Р.Г. Нагаева, судей А.Н. Григорьева, О.В. Гажур, при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного  управляющего ООО «Амерево Инвест» на определение Арбитражного суда г. Москвы от  08.12.2022 об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО  «Амерево Инвест» ФИО2 о привлечении ФИО3,  ФИО4 Акселя Нильса к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,  при участии в судебном заседании:  

от ФИО4: ФИО5 по дов. от 09.06.2022 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 16.08.2021 ООО «АМЕРЕВО ИНВЕСТ» (ИНН  

<

***>, ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), открыта  процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО2 (член СРО «ААУ «Паритет»», ИНН 

<

***>, адрес для корреспонденции:  101000, г. Москва, а/я 648).  

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 08.12.2022 отказано в  удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Амерево Инвест» ФИО2 о привлечении ФИО3, ФИО4 Акселя Нильса к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Не согласившись с  вынесенным определением суда первой инстанции, конкурсный управляющий ООО  «Амерево Инвест» обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с  апелляционной жалобой, в которой просил отменить обжалуемый судебный акт. В суд  апелляционной инстанции поступил отзыв на апелляционную жалобу.  

В судебное заседание представитель конкурсного управляющего ООО «Амерево  Инвест» не явился. Представитель ФИО4 возражал на доводы апелляционной  жалобы, указывал на ее необоснованность. Просил определение суда оставить без  изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. Иные лица, участвующие в деле,  уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились.  

Рассмотрев дело в отсутствие иных участников процесса, извещенных надлежащим  образом о времени и месте судебного разбирательства в порядке статей 123, 156, 266 и 268  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ),  выслушав объяснения представителя ФИО4, суд апелляционной инстанции не  находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения  судебного определения, принятого в соответствии с действующим законодательством и  обстоятельствами дела.  

Как следует из материалов дела, в Арбитражный суд города Москвы заявление  конкурсного управляющего ООО «АМЕРЕВО ИНВЕСТ» ФИО2 о привлечении  контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. Отказывая в  удовлетворении указанного заявления, судом первой инстанции установлено следующее.  

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности  (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным  настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами,  регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

В соответствии с ч. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено  настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под  контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо,  имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению  признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом  заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения  должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том  числе по совершению сделок и определению их условий.  

Согласно ч. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается,  что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:  

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника,  членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом  ликвидационной комиссии;  

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами  распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного  общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной  (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании  участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя  должника;  

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц,  указанных в п. 1 ст. 53.1 ГК РФ.  

Как следует из материалов дела, в период с 09.04.2015 по 11.02.2020 ФИО3  являлся генеральным директором должника. ФИО4 является единственным  учредителем, а также генеральным директором ООО «РЕЕСТР». ООО «РЕЕСТР» является  единственным участником должника. Таким образом, ответчики признаются  контролирующими должника лицами.  

Относительно обоснованности привлечения к субсидиарной ответственности  ФИО3 за неподачу заявления о признании должника банкротом, судом первой  инстанции установлено следующее.  

В соответствии с п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по  подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения  об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в  случаях и в срок, которые установлены ст. 9 настоящего Федерального закона, влечет за  собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом  возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления  должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного  заявления в арбитражный суд. Согласно п. 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве, размер  ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств  должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока,  предусмотренного п. 2 - 4 ст. 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о  банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника  банкротом).  

В силу п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, руководитель должника или индивидуальный  предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае,  если:  

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов  приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или  обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме  перед другими кредиторами;  

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными  документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об  обращении в арбитражный суд с заявлением должника;  

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного  предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;  

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает  невозможной хозяйственную деятельность должника;  

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам  недостаточности имущества;  

- имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине  недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате  труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в  порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.  

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности,  

предусмотренной п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих  

обстоятельств: - возникновение одного из условий, перечисленных в п. 1 ст. 9 Закона; - момент возникновения данного условия; 

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение  

месяца со дня возникновения соответствующего условия; 

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока,  

предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве. 

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что  обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда  добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики  должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в п. 1  ст. 9 Закона о банкротстве.  

Таким образом, для привлечения к субсидиарной ответственности по п. 1 ст. 61.12  Закона о банкротстве подлежит доказыванию:  

- дата, когда у руководителя возникла обязанность обратиться в арбитражный суд с  

заявлением о признании должника банкротом; 

- заявитель должен указать, какой из случаев, предусмотренных п. 1 ст. 9 Закона о  

банкротстве, должен был явиться основанием для обращения в суд; 

- какие именно обязательства возникли после истечения сроков, предусмотренных  

п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве. 

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в  

удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. 

Конкурсный управляющий указал, что обязанность по обращению в суд с  заявлением о признании должника банкротом возникла 01.02.2018 в связи с выставленным  требованием № 739414 об уплате земельного налога в размере 12 516 984 руб. и пени в  размере 233 100, 37 руб.  

Вместе с тем, в п. 26 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием  уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах  банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации  от20.12.2016, разъяснено, что при разрешении заявления о привлечении руководителя  должника к субсидиарной ответственности на основании п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве  (норма в ранее действовавшей редакции Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О  несостоятельности (банкротстве)", аналогичная ст. 61.12) следует учитывать, что его  обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда  находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный и разумный менеджер в рамках  стандартной управленческой практики должен был узнать о действительном  возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества  должника.  

Рассматривая заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по ст. 61.12  Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", суды  указывают на необходимость исследования не только финансовых показателей  юридического лица, но и осуществляемую им в спорный период хозяйственную  деятельность и обстоятельства, в которых принимались руководителем должника  конкретные решения. Кратковременные и устранимые, в том числе своевременными  эффективными действиями руководителя затруднения, не могут рассматриваться как  безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с  заявлением о банкротстве.  

Таким образом, для определения даты объективного банкротства должника  необходимо исследовать его фактические взаимоотношения с контрагентами при  сопоставлении его с активами общества.  

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Судебной  коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.08.2021  по делу N А40-240402/2016, недопустимо отождествлять неплатежеспособность с  неоплатой конкретного долга отдельному кредитору.  

Таким образом, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой  инстанции, что довод конкурсного управляющего ООО «Амерево Инвест» о том, что в  рассматриваемый период у должника возникла обязанность по обращению в арбитражный  суд с заявлением о банкротстве должника, не находит своего подтверждения.  

Наличие задолженности перед уполномоченным органом само по себе не  свидетельствует об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник  

из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить  требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), в связи с чем не  может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость  обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве.  

Необходимо учитывать, что финансовые трудности в определенный период могут  быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами. Также необходимо отметить,  что заявителем не указано какие именно обязательства возникли после истечения сроков,  предусмотренных п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве. В связи с этим невозможно установить  размер субсидиарной ответственности по данному основанию.  

На основании изложенного, судом первой инстанции обоснованно установлено, что  ФИО3 не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по  обязательствам ООО «АМЕРЕВО ИНВЕСТ».  

Относительно наличия правовых оснований для привлечения ФИО4 к  субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований  кредиторов, судом первой инстанции установлено следующее.  

В соответствии со ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение  требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по  обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение  требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица в случае, если причинен существенный вред  имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу  этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника  (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в ст. 61.2 и  61.3 Закона о банкротстве.  

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда  Российской Федерации от 21.04.2016 по делу N 302-ЭС14-1472, необходимым условием  возложения субсидиарной ответственности на контролирующее должника лицо является  наличие причинно-следственной связи между использованием этим лицом своих прав и  (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и  совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной  организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство). При этом,  если банкротство должника вызвано объективно сложившейся негативной экономической  конъюнктурой ведения предпринимательской деятельности и не зависит напрямую от  действий контролирующих должника лиц, оснований для привлечения к субсидиарной  ответственности отсутствуют (Определение Верховного суда РФ от 29.09.2015 года № 301- ЭС15-12865).  

Разрешая споры о привлечении к субсидиарной ответственности, судам необходимо  исходить из того, что к субсидиарной ответственности могут быть привлечены только те  лица, действия которых непосредственно привели к банкротству должника (определение  Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от  07.10.2021 N 305-ЭС18-13210(2)).  

Судам при разрешении споров о привлечении бывшего руководства к субсидиарной  ответственности необходимо устанавливать вовлеченность каждого конкретного ответчика  в совершение вменяемых сделок применительно к каждой из них. Изучению подлежат  возражения каждого ответчика, из чего следует, что общие выводы об их  

недобросовестности (неразумности), основанные исключительно на их принадлежности к  числу контролирующих лиц (либо к одной группе контролирующих лиц), недопустимы.  

Само по себе наличие статуса контролирующего лица не является основанием для  привлечения к субсидиарной ответственности (определение Судебной коллегии по  экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2021 N 305- ЭС19-14439(3-8), от 17.11.2021 N 305-ЭС17-7124(6)). Это означает, что суд, установив  наличие отношения ответчика к руководству Общества, должен проверить, являлся ли  конкретный ответчик инициатором, потенциальным выгодоприобретателем существенно  убыточной сделки либо действовал ли он с названными лицами совместно (ст. 1080 ГК  РФ).  

Законодательством о несостоятельности не предусмотрена презумпция наличия  вины в доведении до банкротства только лишь за сам факт принадлежности ответчику  статуса контролирующего лица (Определение Судебной коллегии по экономическим  спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2021 N 305-ЭС19-14439(3-8)).  

При этом, как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в п. 23 Постановления от  21.12.17 № 53, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки  (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой  (сделками) причинен существенный вред кредиторам.  

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него  (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно  убыточными. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно  убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана сделка,  совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для  должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате  совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или  несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый  доход.  

Согласно разъяснениям абзаца шестого п. 23 Постановления N 53 по смыслу подп. 1  п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки,  причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания  недействительности, в том числе предусмотренные ст. 61.2 (подозрительные сделки) и ст.  61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе  лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной  убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания  предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не  подтверждают. Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к  субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований  кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности  должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в  качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков. И  напротив, отказ в иске указывает на то, что в основе несостоятельности лежат иные  обстоятельства, связанные с объективными рыночными факторами, либо что принятая  предприятием стратегия ведения бизнеса хотя и не являлась недобросовестной, но ввиду  сопутствующего ведению предпринимательской деятельности риску не принесла  желаемых результатов.  

В соответствии с п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017  N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к  

ответственности при банкротстве" неправомерные действия (бездействие)  контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых  решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе  согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с  заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.),  дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на  руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не  соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой  системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды  третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.  

Наличия только лишь подозрений в виновности ответчиков недостаточно для  удовлетворения иска о привлечении к субсидиарной ответственности, в рамках  рассматриваемой категории дел необходимо привести ясные и убедительные  доказательства такой вины (определение Судебной коллегии по экономическим спорам  Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-18600 (5-8).  

Как следует из материалов дела, 24.01.2018 между Компанией ЧАТТОН  КОММЕРШИАЛ ИНК (залогодержатель) и ООО «Амерево Инвест» (залогодатель)  заключен договор залога, согласно которому залогодатель в счет исполнения обязательств  ФИО4 по договору займа от 18.05.2017 предоставляет в залог залогодержателю  следующее имущество: - земельный участок с кадастровым номером 50:34:0010811:49,  принадлежащий на праве собственности ООО «Амерево Инвест».  

Конкурсный управляющий указывал, что действия ответчика по передаче  земельного участка в залог, путем одобрения и заключения соответствующей сделки,  привели к объективному банкротству ООО «Амерево Инвест».  

Между тем, судом первой инстанции установлено, что действия, совершенные  ФИО4 не послужили основанием банкротства должника и не причинили  существенного вреда правам уполномоченного органа - основного и единственного  кредитора должника, требование которого признано обоснованным и включено в реестр  требований кредиторов, поскольку действия ответчика не привели к сокрытию земельного  участка с кадастровым номером 50:34:0010811:49. Данное обстоятельство, в частности,  подтверждается решением Арбитражного суда Московской области от 19.03.2019 по делу  N А41-92642/18, вынесенным по заявлению уполномоченного органа об обращении  взыскания на земельный участок и отчетом об итогах инвентаризации имущества  должника по состоянию на 24.11.2021, согласно которому земельный участок с  кадастровым номером 50:34:0010811:49 включен в конкурсную массу должника.  

Согласно сообщению с сайта «Федресурс» N 9626633 от 23.09.2022 указанный  земельный участок выставлен на торги, начальная цена земельного участка составляет 375  866 360,00 руб. Таким образом, основной актив должника в настоящее время находится в  распоряжении ООО «Амерево Инвест». При этом, учитывая соотношение размера  требований, включенных в третью очередь реестра требований кредиторов (17 073 015,38  руб., из которых 12 516 984,00 основной долг (земельный налог) и 4 556 031,38 руб. пени  по ст. 75 НК РФ), и стоимости актива (земельного участка), выявленного в рамках  процедуры инвентаризации, очевидно, что требования кредиторов с большой вероятностью  будут погашены.  

Кроме того, Компания ЧАТТОН КОММЕРШИАЛ ИНК (залогодержатель) с  требованием о включении в реестр требований кредиторов должника не обращалась.  

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами  суда первой инстанции, что ФИО4 не подлежит привлечению к субсидиарной  ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов.  

При указанных обстоятельствах, судом первой инстанции обоснованно отказано в  удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «АМЕРЕВО ИНВЕСТ»  ФИО2 о привлечении ФИО3, ФИО4 к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника.  

Доводы апелляционной жалобы не могут служить основанием для отмены  обжалуемого судебного акта, поскольку обусловлены несогласием заявителя с выводами  суда первой инстанции, при отсутствии в материалах апелляционной жалобы  доказательств, которые могли бы поставить под сомнение правильность вывода суд первой  инстанции.  

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что  судом первой инстанции в полном объеме выяснены обстоятельства, имеющие значение  для дела; выводы суда, изложенные в определении, соответствуют фактическим  обстоятельствам дела, им дана надлежащая правовая оценка; судом правильно применены  нормы материального и процессуального права.  

С учетом изложенного и руководствуясь ст. ст. 266 - 269, 272 Арбитражного  процессуального Кодекса Российской Федерации,  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 08.12.2022 по делу № А40-155992/20  оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО  «Амерево Инвест» – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано  в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд  Московского округа.  

Председательствующий судья: Р.Г. Нагаев  Судьи:  А.Н. Григорьев  

О.В. Гажур