ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А09-3284/2020

г. Тула

21 июня 2022 года

20АП-6914/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 июня 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 21 июня 2022 года.

 

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Мосиной Е.В., судей Волковой Ю.А., Волошиной Н.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

при участии в судебном заседании:

от финансового управляющего ФИО2 - ФИО3 – ФИО4 (паспорт, доверенность от 26.10.2021),

от ФИО5 – ФИО6 (паспорт, доверенность от 11.05.2021),

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 - ФИО3

на определение Арбитражного суда Брянской области от 06.09.2021 

по делу № А09-3284/2020 (судья Калмыкова О.В.), 

вынесенное по заявлению финансового управляющего должника ФИО2 - ФИО3 к ФИО5, ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки (Приложение № 8),

заинтересованное лицо: Управление Росреестра по Брянской области,

в рамках дела по заявлению публичного акционерного общества «Банк Уралсиб» о признании ФИО2 несостоятельным должником (банкротом), 

 

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Брянской области от кредитора публичного акционерного общества «Банк Уралсиб» (далее – ПАО «Банк Уралсиб», заявитель) поступило заявление о признании ФИО2 (далее – ФИО2) несостоятельным должником (банкротом).

Определением суда от 25.05.2020 (резолютивная часть объявлена 20.05.2020) требования ПАО «Банк Уралсиб» признаны обоснованными, в отношении должника – ФИО2, введена процедура реструктуризации, финансовым управляющим утвержден ФИО3, член Ассоциации арбитражных управляющих саморегулируемой организации «Центральное Агентство Арбитражных Управляющих».

Указанным определением суда в реестр требований кредиторов ФИО2 включены требования ПАО «Банк Уралсиб» в общей сумме 6 126 299 руб. 16 коп., в том числе: по кредиту - 4 962 025 руб. 88 коп., по процентам - 759 032 руб. 38 коп.; неустойка - 405 240 руб. 90 коп.

Решением Арбитражного суда Брянской области от 22.09.2020 (резолютивная часть объявлена 21.09.2020) ФИО2 признан несостоятельным должником (банкротом), введена процедура реализации имущества должника сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утвержден ФИО3, член Ассоциации арбитражных управляющих саморегулируемой организации «Центральное Агентство Арбитражных Управляющих».

10.12.2020 в арбитражный суд от финансового управляющего должника (ФИО2) ФИО3 поступило заявление о признании недействительным договора купли-продажи от 20.12.2018, заключенного между ФИО2 и ФИО5, на основании которого 25.12.2018 произведена государственная регистрация прекращения права собственности, и применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ФИО2 следующих объектов недвижимости:

- нежилое помещение, кадастровый номер 32:17:0960329:1276, общая площадь 15,4 м2, по адресу: 

<

...>;

- нежилое помещение, кадастровый номер 32:17:0960329:1274, общая площадь -172,8 м2, по адресу: 

<

...>;

- нежилое помещение, кадастровый номер 32:17:0960329:1269, общая площадь 95,5 м2, по адресу: 

<

...>;

- земельный участок, кадастровый номер 32:17:0960329:1279, назначение объекта - для индивидуального жилищного строительства, по адресу: 

<

...> площадью 405 м2.

Общая стоимость отчужденных объектов недвижимости по вышеуказанному договору составила 1 950 000 руб.

В ходе рассмотрения дела финансовый управляющий уточнил заявленные требования, согласно которым просил применить последствия недействительности сделки и взыскать с ФИО5 денежные средства в размере кадастровой стоимости отчужденных объектов недвижимости в размере 6 387 882 руб. 15 коп. 

Уточнения приняты судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Одновременно в своем заявлении финансовым управляющим должника (ФИО2) ФИО3 заявлено ходатайство о принятии обеспечительных мер, в виде запрета Управлению Росреестра по Брянской области совершать регистрационные действия в отношении вышеуказанного имущества, а также заявлено ходатайство об истребовании в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Брянской области (241050, г.Брянск,ул.3 июля, д.27) заверенные копии регистрационных дел (в том числе заверенные копии договоров купли-продажи), на основании которых 20.12.2018 произведены записи о регистрации права собственности в отношении этих  объектов недвижимости.

Определением арбитражного суда от 11.12.2020 заявление финансового управляющего должника (ФИО2) ФИО3 о принятии срочных обеспечительных мер удовлетворено.

Определением арбитражного суда от 11.12.2020 заявление финансового управляющего должника (ФИО2) ФИО3 принято к производству суда в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника, назначено судебное заседание по его рассмотрению. К участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечена Федеральная служба государственной регистрации, кадастра и картографии по Брянской области (далее – Управление Росреестра по Брянской области, заинтересованное лицо).

Определением Арбитражного суда Брянской области от 06.09.2021 заявление финансового управляющего должника (ФИО2) ФИО3 о признании недействительной сделки - договора купли-продажи от 20.12.2018, заключенного между ФИО2 и ФИО5, и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО5 денежных средств в размере стоимости отчужденных объектов недвижимости в размере 6 387 882 руб. 15 коп. оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с определением Арбитражного суда Брянской области от 06.09.2021, финансовый управляющий обратился в Двадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит судебный акт отменить, заявление удовлетворить.  В обоснование доводов апелляционной жалобы финансовый управляющий указывает на то, что сделка совершена должником в целях причинения вреда кредиторам, на заведомо нерыночных условиях, о чем покупатель ФИО5 должна была знать, так как имущество продано по цене, ниже его кадастровой стоимости. Впоследствии имущество было реализовано ФИО7 также по цене, ниже кадастровой стоимости. Полагает, что оспариваемая сделка является мнимой, поскольку денежные средства ФИО5 продавцу – ФИО2 не передавалась, при этом у ответчика не имелось финансовой возможности оплатить имущество, так как выписки по счетам или вкладам не представлены. Считает, что сделка совершена со злоупотреблением правом, так как имущество реализовано по заведомо заниженной стоимости с целью причинения вреда кредиторам. Кроме того, ссылается на то, что взысканные судом в пользу ФИО5 судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 70 000 руб. являются чрезмерными, в связи с чем подлежат уменьшению. 

Определением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.09.2021 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 10.11.2021.

Определением суда от 10.11.2021 судебное заседание по рассмотрению указанной апелляционной жалобы отложено на 08.12.2021.

08.12.2021 от финансового управляющего поступило  ходатайство о назначении судебной экспертизы, проведение которой предлагает поручить Ассоциации «Агентство Оценки», эксперту ФИО8 Стоимость проведения оценки составит 40 000 руб., срок исполнения – 18 рабочих дней. Представлены предложение от Ассоциации «Агентство оценки» и документы, подтверждающие квалификацию эксперта. 

Просит поставить на разрешение вопросы определения оценки рыночной стоимости на 20.12.2018 следующих объектов недвижимости:

1.         нежилое помещение, кадастровый номер 32:17:0960329:1276, общая площадь 15,4 м2, по адресу: 

<

...>;

2.         нежилое помещение, кадастровый номер 32:17:0960329:1274, общая площадь - 172,8 м2, по адресу: 

<

...>;

3.         нежилое помещение, кадастровый номер 32:17:0960329:1269, общая площадь 95,5 м2, по адресу: 

<

...>;

4.         земельный участок, кадастровый номер 32:17:0960329:1279, назначение объекта - для индивидуального жилищного строительства, по адресу: 

<

...> площадью 405 м2.

Определением от 19.01.2022 в рамках рассмотрения обособленного спора по заявлению финансового управляющего должника ФИО2 - ФИО3 к ФИО5, ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки по делу № А09-3284/2020 назначена судебная экспертиза. 

Производство судебной экспертизы поручено Ассоциации «Агентство Оценки» (241050, Брянск, ул. Фокина, 67, оф. 4), эксперту-оценщику ФИО8, являющейся членом саморегулируемой общественной организации «Ассоциация «Русское общество оценщиков».

На разрешение эксперта поставлен следующий вопрос: определить по состоянию на 20.12.2018 действительную рыночную стоимость следующих объектов недвижимости:

1. нежилое помещение, кадастровый номер 32:17:0960329:1276, общая площадь 15,4 м2, по адресу: 

<

...>;

2. нежилое помещение, кадастровый номер 32:17:0960329:1274, общая площадь - 172,8 м2, по адресу: 

<

...>;

3. нежилое помещение, кадастровый номер 32:17:0960329:1269, общая площадь 95,5 м2, по адресу: 

<

...>;

4. земельный участок, кадастровый номер 32:17:0960329:1279, назначение объекта - для индивидуального жилищного строительства, по адресу: 

<

...> площадью 405 м2.

Эксперт предупрежден об уголовной ответственности по статьям 307 и 308 Уголовного кодекса  Российской Федерации, за дачу заведомо ложного заключения эксперта. 

Рассмотрение апелляционной жалобы финансового управляющего ФИО2 – ФИО3 на определение Арбитражного суда Брянской области от 06.09.2021 по делу № А09-3284/2020 отложено на 10.03.2022.

Определением суда от 10.03.2022 судебное заседание по рассмотрению настоящей апелляционной жалобы отложено до 05.05.2022.

21.03.2022 от эксперта-оценщика ФИО8 поступило экспертное заключение, согласно которому итоговая величина рыночной стоимости недвижимого имущества: нежилое помещение, кадастровый номер 32:17:0960329:1276, общая площадь 15,4 кв. м., по адресу: 

<

...>; нежилое помещение, кадастровый номер 32:17:0960329:1274, общая площадь 172,8 кв. м., по адресу: 

<

...>; нежилое помещение, кадастровый номер 32:17:0960329:1269, общая площадь 95,5 кв. м., по адресу: 

<

...> и земельный участок, кадастровый номер 32:17:0960329:1279, назначение объекта – для ИЖС, площадью 405 кв. м. по адресу: 

<

...> по состоянию на 20.12.2018 составляет: 3 906 418 руб.

Представитель ФИО5 в судебном заседании ходатайствовал об отложении судебного разбирательства, мотивировав ходатайство необходимостью ознакомления с экспертным заключением. 

Определением суда от 05.05.2022 судебное заседание по рассмотрению настоящей апелляционной жалобы по ходатайству представителя ФИО5 было отложено до 16.06.2022 с целью ознакомления с результатами судебной экспертизы. 

В судебном заседании 16.06.2022 представителем ФИО5 вновь заявлено ходатайство об отложении судебного разбирательства, поскольку направленную судом ответчику копию заключения эксперта сложно прочитать ввиду мелкого шрифта.

Представитель финансового управляющего возражал против отложения судебного разбирательства. 

Рассмотрев ходатайство об отложении судебного заседания, арбитражный апелляционный суд отказывает в удовлетворении ходатайства, исходя из следующего.

Согласно части 3 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в случае, если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными.

В каждой конкретной ситуации суд, исходя из обстоятельств дела и мнения лиц, участвующих в деле, самостоятельно решает вопрос об отложении дела слушанием, за исключением тех случаев, когда суд обязан отложить рассмотрение дела ввиду невозможности его рассмотрения в силу требований Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Заявляя ходатайство об отложении рассмотрения дела, лицо, участвующее в деле, должно указать и обосновать, для совершения каких процессуальных действий необходимо отложение судебного разбирательства. 

При этом возможность отложить судебное заседание является правом суда, которое осуществляется с учетом обстоятельств конкретного дела, за исключением случаев, когда рассмотрение дела в отсутствие представителя лица, участвующего в деле, невозможно в силу положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и отложение судебного заседания является обязанностью суда.

Указанная в ходатайстве причина для отложения рассмотрения апелляционной жалобы не является обязывающей арбитражный суд отложить судебное заседание, учитывая, что заключение эксперта поступило в арбитражный суд 21.03.2022 и у ФИО5, а также ее представителя на протяжении почти трех месяцев имелась возможность ознакомления с данным заключением.  

Представитель финансового управляющего в судебном заседании на доводах жалобы настаивал в полном объеме, просил признать недействительной сделкой - договор купли-продажи от 20.12.2018, заключенный между ФИО2 и ФИО5, на основании которого 25.12.2018 произведена государственная регистрация, и применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО5 в пользу ФИО2 денежных средств в размере 3 906 418 руб.  

Представитель ФИО5 возражал против доводов финансового управляющего, изложенных в апелляционной жалобе, просил обжалуемое определение суда оставить без изменения, представил обобщенную и уточненную письменную позицию ответчика.  

Кроме того, представитель ФИО5 возражал против выводов эксперта, изложенных в Заключении от 11.03.2022, указав на то, что в настоящее время все помещения, ранее принадлежавшие ответчику, отремонтированы новым собственником – ФИО7, следовательно, рыночная цена помещений увеличилась по сравнению с той, по которой их приобретала ФИО5, также указал на то, что рыночную цену помещений, которые взяты оценщиком в качестве объектов-аналогов, нельзя применять для расчета стоимости спорных нежилых помещений, так как объекты-аналоги находятся в населенных пунктах – г. Брянск, г. Унеча, в то время как спорные помещения расположены в р.п. Навля, поэтому их рыночная стоимость должна быть существенно ниже, учитывая менее развитую инфраструктуру поселка и численность населения.    

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Из материалов дела следует, что согласно сведениям, содержащимся в выписке из ЕГРН, 20.12.2018 ФИО2 (Продавец) и ФИО5 (Покупатель) заключили договор купли-продажи, по условиям которого Продавец обязуется передать в собственность, а Покупатель обязуется принять и оплатить в соответствии с условиями настоящего договора следующее недвижимое имущество: Помещение № 4, помещение № 9, помещение № 5 и земельный участок:

- Помещение № 4, назначение: нежилое, общей площадью 15,4 кв.м, этаж: 1, кадастровый номер - 32:17:0960329:1276, отчуждаемое имущество расположено по адресу: 

<

...>;

- Помещение № 9, назначение: нежилое, общей площадью 95,5 кв.м, этаж: 2, кадастровый номер - 32:17:0960329:1269, отчуждаемое имущество расположено по адресу: 

<

...>;

- Помещение № 5, назначение: нежилое, общей площадью 172,8 кв.м, этаж: 1, кадастровый номер - 32:17:0960329:1274, отчуждаемое имущество расположено по адресу: 

<

...>;

Земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для предпринимательской деятельности (строительство торгового центра (общая площадь 405 кв.м, кадастровый номер 32:17:0960329:1279, отчуждаемое имущество расположено по адресу: 

<

...> (т. 1, л.д. 112-118).

Разделом 2 договора купли-продажи от 20.12.2018 установлено, что отчуждаемое нежилое помещение № 4 принадлежит Продавцу на праве собственности на основании: Разрешение на ввод объекта в эксплуатацию № 55 от 17.06.2007. Договор купли-продажи от 04.04.2005. Акт передачи недвижимости от 04.04.2005. Решение собственника о разделе здания торгового центра от 29.04.2016. Собственность № 32-32/002-32/016/025/2016-785/1 от 12.05.2016.

Отчуждаемое нежилое помещение № 9 принадлежит Продавцу на праве собственности на основании: Разрешение на ввод объекта в эксплуатацию № 55 от 17.06.2007. Договор купли-продажи от 04.04.2005. Акт передачи недвижимости от 04.04.2005. Решение собственника о разделе здания торгового центра от 29.04.2016. Собственность № 32-32/002-32/016/025/2016-790/1 от 12.05.2016.

Отчуждаемое нежилое помещение № 5 принадлежит Продавцу на праве собственности на основании: Разрешение на ввод объекта в эксплуатацию № 55 от 17.06.2007. Договор купли-продажи от 04.04.2005. Акт передачи недвижимости от 04.04.2005. Решение собственника о разделе здания торгового центра от 29.04.2016. Собственность № 32-32/002-32/016/025/2016-786/1 от 12.05.2016.

Отчуждаемый земельный участок Продавцу на праве собственности на основании: Договор купли-продажи земельного участка № 77 от 05.06.2007. Акт приема-передачи земельного участка от 05.06.2007. Решение собственника о разделе земельного участка от 29.04.2016. Собственность № 32-32/002-32/016/025/2016-792/1 от 12.05.2016.

В соответствии с пунктом 4 настоящего договора установлено, что стороны определяют цену отчуждаемого недвижимого имущества в следующем порядке: 

- 50 000 руб. 00 коп. - за нежилое помещение № 4, площадь 15,4 кв.м, с кадастровым номером 32:17:0960329:1276; 

- 600 000 руб. 00 коп. - нежилое помещение № 9, площадь 95,5 кв.м, с кадастровым номером 32:17:0960329:1269; 

- 800 000 руб. 00 коп. - нежилое помещение №5, площадь 172,8 кв.м, с кадастровым номером 32:17:0960329:1274, 

- 500 000 руб. 00 коп. – земельный участок с кадастровым номером 32:17:0960329:1279, 

общая сумма сделки составляет 1 950 000 руб. 00 коп. 

Расчет между сторонами произведен при подписании настоящего договора. Соглашение о цене является существенным условием договора.

Управлением Росреестра по Брянской области 25.12.2018 зарегистрировано прекращение права собственности на вышеуказанные объекты и земельный участок.

Как следует из уточненных требований, в связи с тем, что спорные объекты недвижимости выбыли из собственности ФИО5, заявленные требования в части применения последствий недействительности сделки в соответствии с выписками, полученными финансовым управляющим из ЕГРН, кадастровая стоимость отчужденных должником объектов недвижимости составляет:

- нежилое помещение, кадастровый номер - 32:17:0960329:1276, общая площадь – 15,4 кв.м, 

<

...> составляет 341 491 руб. 92 коп.;

- нежилое помещение, кадастровый номер - 32:17:0960329:1274, общая площадь -172,8 кв.м, по адресу: 

<

...>, составляет 3 831 805 руб. 44 коп.;

- нежилое помещение, кадастровый номер - 32:17:0960329:1269, общая площадь – 95,5 кв.м, по адресу: 

<

...>, составляет 2 117 693 руб. 40 коп.;

- земельный участок, кадастровый номер - 32:17:0960329:1279, назначение объекта: для индивидуального жилищного строительства, по адресу: 

<

...> площадь - 405 кв.м, составляет 96 891 руб. 39 руб.

Таким образом, общая стоимость отчужденного имущества в пользу ФИО5, согласно кадастровой стоимости объектов недвижимости, составляет - 6 387 882 руб. 15 коп., связи с чем заявитель просил  взыскать с ответчика указанную сумму.

Полагая, что указанная сделка является недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статьи 10 ГК РФ, финансовый управляющий обратился в суд с настоящим заявлением в суд.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из того, что заявителем не доказана совокупность обстоятельств, которые в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве являются основаниями для признания сделок недействительными, не представлено доказательств наличия у должника признаков неплатежеспособности и/или недостаточности имущества должника на дату совершения сделок, а также доказательств, подтверждающих, что ФИО5 относится к лицам, перечисленным в статье 19 Закона о банкротстве, или к иным лицам, заинтересованность которых имеет значение при применении пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Наличие признаков злоупотребления правом при совершении оспариваемых договоров, равно как и признаков мнимости названных сделок, на которые ссылался финансовый управляющий  в обоснование заявленных требований, судом также не установлено.

Повторно исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции считает правильными выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания договора купли-продажи от 20.12.2018 недействительным в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также по основаниям статей 170, 10, 168 ГК РФ в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Разъяснения в отношении порядка применения нормы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве даны в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума № 63).

Так, согласно пункту 5 данного Постановления для признания сделки недействительной по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названного Постановления Пленум ВАС РФ указал, что согласно абзацам второму-пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором-пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно пункту 7 Постановления Пленума № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Из разъяснений, данных в пункте 6 Постановления Пленума № 63, следует, что согласно абзацам 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если присутствуют одновременно два следующих признака:

- на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

- имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в том числе сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Под недостаточностью имущества Закон понимает превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как разъяснено в пункте 4 Постановления Пленума № 63, судам следует иметь в виду, что предусмотренные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве основания недействительности сделок влекут оспоримость, а не ничтожность соответствующих сделок. В связи с этим в силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации такие сделки по указанным основаниям могут быть признаны недействительными только в порядке, определенном главой Закона о банкротстве.

Для признания оспоримой сделки недействительной заявителю необходимо доказать наличие состава недействительности (наличия квалифицирующих признаков) сделки, то есть наличие тех условий, при которых закон допускает признание ее недействительной судом.

Распределение бремени доказывания по спорам о признании сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, зависит от наличия презумпций.

Презумпции наличия цели причинения вреда имущественным правам кредиторов считается доказанной при установлении совокупности обстоятельств: недостаточности имущества должника на момент совершения сделки (либо в результате ее совершения), безвозмездный характер этой сделки или в отношении заинтересованного лица (абзац второй пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Согласно части 1 статьи 66 АПК РФ доказательства представляются лицами, участвующими в деле.

На основании представленных в дело доказательств арбитражный суд в соответствии с положениями части 1 статьи 64 АПК РФ устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Финансовым управляющим должника в подтверждение доводов о доказанности совокупности условий для признания договора купли-продажи от 20.12.2018 недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, указано следующее. 

Оспариваемая сделка совершена 20.12.2018, заявление ПАО «Банк Уралсиб» о признании гражданина ФИО2 несостоятельным (банкротом) принято определением суда от 17.04.2020. 

Следовательно, оспариваемая сделка была совершена более чем за один год до даты возбуждения дела о банкротстве, т.е. в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На момент совершения оспариваемой сделки (20.12.2018) ФИО2 отвечал признакам неплатежеспособности, поскольку обязательства у должника перед кредиторами, чьи требования включены в реестр требований кредиторов, возникли при следующих обстоятельствах:

1) Между ПАО «Банк Уралсиб» и ФИО2 (Заемщик) заключены следующие кредитные договоры:

- Кредитный договор № 

<

***> от 31.07.2018 под 19 % годовых на сумму 500 000 рублей; цель кредита - потребительские цели, не связанные с осуществлением предпринимательской деятельности (п. 11 Предложения на заключение кредитного договора от 31.07.2018, Заявление - анкета № 0004420747);

- Кредитный договор № 

<

***> от 11.09.2018 под 11,4% годовых на сумму 1 500 000 рублей; цель - на погашение кредита (кредит от 17.05.2018 на сумму 1 000 000 рублей), ранее предоставленного сторонним Банком (п. 11 Предложения на заключение кредитного договора от 11.09.2018, Заявление - анкета №0004499679 - потребительские цели, рефинансирование);

- Кредитный договор № 

<

***> от 21.11.2018 под 11,4 % годовых на сумму 1 500 000 рублей; цель - на погашение кредита (кредитная карта от 10.11.2017 на сумму 160 000 рублей), ранее предоставленного сторонним Банком (п. 11 Предложения на заключение кредитного договора от 21.11.2018, Заявление - анкета № 0004658983 - потребительские цели, рефинансирование);

- Кредитный договор № 

<

***> от 18.01.2018 под 14,5 % годовых на сумму 1 000 000 рублей; цель - на погашение кредита, ранее предоставленного сторонним кредитором на потребительские цели, не связанные с осуществлением предпринимательской деятельности (п. 11 Предложения на заключение кредитного договора от 18.01.2018, Заявление - анкета №0004083904 - потребительские цели, рефинансирование).

Общая сумма обязательств ФИО2 перед кредитором ПАО «Банк Уралсиб» составила - 6 126 299 руб. 16 коп. по возникшим обязательствам, начиная с января 2018 г., что подтверждается определением арбитражного суда по данному делу от 20.05.2020.

- Требования УФНС России по Брянской области в размере 468 420 руб. 62 коп. – основной долг, 31 611 руб. 07 коп. – пени, включены в реестр требований кредиторов должника определением арбитражного суда по данному делу от 13.10.2020 в связи с неисполненными обязательствами по уплате налога на имущество физических лиц за период с 2016 г. по 2019 г.

- Требования ООО «Феникс» в общей сумме 216 786 руб. 61 коп. включены в реестр требований кредиторов должника определением арбитражного суда по данному делу от 01.12.2020 по неисполненным обязательствам.

Наличие задолженности перед налоговым органом, начиная с 2016 г., также подтверждается информацией, размещенной на официальном сайте Навлинского районного суда Брянской области по делу №2а-217/2016 от 14.06.2016г. и по делу №2а-187/2018 от 03.05.2018. 

Таким образом, у должника имелись признаки неплатежеспособности на момент заключения оспариваемых договоров купли-продажи недвижимого имущества.

В обоснование довода о причинении вреда имущественным правам кредиторов в заявлении финансовый управляющий указал на то, что в настоящее время в реестр требований кредиторов должника включена задолженность перед кредитными организациями в общей сумме 7 060 433,96 руб.

Имущество, подлежащее включению в конкурсную массу, отсутствует.

При этом денежные средства, полученные ФИО2 по кредитным договорам, на покупку дорогостоящего имущества направлены не были, что подтверждается имеющимися в материалах дела выписками ЕГРН о правах на объекты недвижимости на имя ФИО2 и его супруги, ответами органов ГИБДД. Сам ФИО2 пояснения о том, куда были истрачены кредитные денежные средства, не представил.

Общая стоимость отчужденного недвижимого имущества в пользу ФИО5, согласно кадастровой стоимости объектов недвижимости, составляет 6 387 882,15 руб., при этом, общая кадастровая стоимость объектов недвижимости превышает почти в три раза стоимость имущества, отчужденного по договору купли-продажи на общую сумму        1 950 000 руб.

Финансовый управляющий также обращал внимание суда на то, что должником ФИО2 в период 2018 – 2019 г.г. отчуждено все его имущество в пользу иных лиц, указанное обстоятельство подтверждается следующим.

Согласно выписке из ЕГРН должник ФИО2 произвел отчуждение иных объектов недвижимости по договорам купли-продажи от 07.03.2019, заключенным между ФИО2 и ФИО9, на основании которых 13.03.2019 произведена государственная регистрация следующих объектов недвижимости:

- земельный участок, вид разрешенного использования объекта - земли населенных пунктов, кадастровый номер - 32:17:0960329:1278, общая площадь - 1711 м2, доля в праве 650627/1000000, по адресу: 

<

...>;

- нежилое помещение, кадастровый номер - 32:17:0960329:1277, общая площадь - 8,3 м2, по адресу: 

<

...>.

- нежилое помещение, кадастровый номер - 32:17:0960329:1275, общая площадь -615,5 м2, по адресу: по адресу: 

<

...>. пом. 8;

- нежилое помещение, кадастровый помер - 32:17:0960329:1273, общая площадь -14,3 м2, по адресу: 

<

...>, вид права - общая долевая собственность, доля в праве.

Согласно справке, полученной из УМВД России по Брянской области от 31.07.2020, должником ФИО2 04.12.2018 по Договору купли-продажи отчуждено транспортное средство - автомобиль марки «НИССАН X-TRAIL 2,0 SE» (2007 года выпуска, идентификационный номер JN1TBNT31U0010172, государственный регистрационный номер - 

<

***>), стоимость по договору составила - 200 000 руб. 

Таким образом, в спорный период должником отчуждено все имеющееся имущество в пользу третьих лиц, с целью предотвращения возможного обращения взыскания на него в процедуре банкротства.

Ссылаясь на разъяснения, изложенные в абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», и в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», финансовый управляющий указал на необходимость выяснения вопроса о том, позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

В подтверждение доводов о том, что сделка была совершена безвозмездно, финансовый управляющий указал на то, что в материалах дела отсутствуют доказательства реальной передачи денежных средств по оспариваемому договору, так как из материалов дела не усматривается, что после совершения оспариваемой сделки от 20.12.2018 должником было получено равноценное встречное имущественное представление, которое было направлено на расчеты с кредиторами. При этом сумма кредиторской задолженности после заключения сделки не уменьшилась, а напротив, должник продолжал наращивать кредиторскую задолженность, заключая в 2019 году новые кредитные договоры.

Возражая против доводов о безвозмездности сделки, ФИО5 в отзыве указала на то, что наличные денежные средства в сумме 1 950 000 руб. в полном объеме были переданы ФИО2 в Управлении Росреестра при подписании договора купли-продажи и сдаче его на государственную регистрацию. 

ФИО2 в отзыве на заявление также пояснял, что денежные средства по договору купли-продажи он получил в наличной форме и в полном объеме. 

Пунктом 1 статьи 486 ГК РФ предусмотрена обязанность покупателя произвести оплату товара непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 408 ГК РФ надлежащее исполнение прекращает обязательство.

Как усматривается из содержания пунктов 4, 5, 6 договора от 20.12.2018, сторонами констатировано, что оплата произведена покупателем при подписании настоящего договора (что согласуется с положениями пункта 1 статьи 486 ГК РФ); обязательства по договору сторонами исполнены, у сторон нет претензий друг к другу.

Таким образом, условие договора об оплате покупателем приобретаемого имущества в полном объеме имеет силу расписки, не требующей какого-либо дополнительного подтверждения иными документами.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что покупатель ФИО5 действительно передавала денежные средства по договору купли-продажи от 20.12.2018 продавцу - ФИО2

При этом то обстоятельство, что ФИО2, получив денежные средства от ФИО5, не направил их на расчеты с кредиторами, в частности, по кредитным обязательствам, не может являться основанием для возложения на ФИО5 последствий его недобросовестного поведения. 

Кроме того, финансовый управляющий указал на то, что ФИО5 не представлены доказательства наличия у нее финансовой возможности оплатить приобретаемое имущество.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Между тем, проверка финансового положения стороны сделки необходима в случае отсутствия надлежащих доказательств оплаты сделки и при невозможности установления данного факта какими-либо иными доказательствами. Установление финансового положения контрагента должника является только косвенным доказательством, подтверждающим факт оплаты или неоплаты по договору. 

По утверждениям ФИО5, финансовая возможность для оплаты спорных объектов недвижимости у нее имелась, поскольку она с 1997 года является индивидуальным предпринимателем, осуществляет торговлю в магазине, принадлежащем ей на праве собственности, регулярно уплачивает налоги. При этом денежные средства у нее имеются в наличной форме, так как они находятся в постоянном обороте, что позволило ей оплатить ФИО2 стоимость приобретаемого имущества. 

Кроме того, ФИО5 в отзыве поясняла, что спорные нежилые объекты она приобретала для своего сына, но после того, как он переехал жить в г. Брянск, она продала эти помещения и земельный участок ФИО7 по цене 1 800 000 руб., имеющему в этом же торговом центре в собственности нежилые помещения, с которым также был произведен расчет наличными денежными средствами в полном объеме. 

Как указано выше, согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пункте 7 Постановления Пленума № 63 разъяснено, что в силу первого абзаца пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом.

В пункте 3 статьи 19 Закона о банкротстве установлено, что заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Финансовым управляющим не представлены в материалы дела доказательства, что ФИО5 является заинтересованным лицом по отношению к ФИО2, в связи с чем суд пришел к обоснованному выводу о том, что совокупность обстоятельств для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве заявителем не доказана.

В рассматриваемом случае вывод о заинтересованности ФИО5 по отношению к должнику финансовым управляющим сделан исходя из того, что стоимость отчужденного недвижимого имущества – 1 950 000 руб. ниже его кадастровой стоимости, о чем ФИО5 знала или должна была знать.

Так, конкурсный управляющий в уточнении заявленных требований приводит сведения о кадастровой стоимости спорных нежилых помещений, общей площадью 15,4 м2, 172,8 м2, 95,5 м2, составляющей 341 491,92 руб., 3 831 805,44 руб. и 96 891,39 руб., соответственно. 

Вместе с тем, как пояснял ФИО2 в отзыве, кадастровые стоимости продаваемых объектов недвижимости были очень сильно завышены и не соответствовали реальным рыночным ценам. Каждый из объектов имел вид незавершенного строительства и требовал дополнительных денежных вложений. Понимая, что за кадастровую стоимость ни один из объектов он не сможет продать, для выяснения реальной актуальной стоимости пришлось делать независимую оценку и экспертизу каждого объекта.  

В материалах дела имеется Отчет № 1469-12/18 от 10.12.2018 об определении рыночной стоимости спорных объектов недвижимого имущества, подготовленный ООО «Рост эксперт» по заказу ФИО2, согласно которому рыночная стоимость объектов оценки по состоянию на дату оценки составляет 2 372 000 руб.

Необходимо также отметить, что в рамках рассмотрения иного обособленного спора по сделке с ФИО7 в отношении объектов недвижимого имущества, находящихся в том же торговом центре, в материалы дела представлено решение Брянского областного суда от 02.08.2021 по делу № 3а-1282/2021, которым установлена кадастровая стоимость нежилого помещения с кадастровым номером 32:17:0960329:1275 площадью 615,5 м2 равной рыночной стоимости по состоянию на 01.01.2019 в размере         4 344 000 руб.

Следовательно, в случае подачи заявления о пересмотре кадастровой стоимости спорных нежилых помещений их кадастровая стоимость может значительно уменьшиться.

Более того, в судебном заседании представитель ФИО5 возражал против выводов эксперта, изложенных в Заключении от 11.03.2022, указав на то, что в настоящее время все помещения, ранее принадлежавшие ответчику, отремонтированы новым собственником – ФИО7, следовательно, рыночная цена помещений увеличилась по сравнению с той, по которой их приобретала ФИО5, также указал на то, что рыночную цену помещений, которые взяты оценщиком в качестве объектов-аналогов, нельзя применять для расчета стоимости спорных нежилых помещений, так как объекты-аналоги находятся в населенных пунктах – г. Брянск, г. Унеча, в то время как спорные помещения расположены в р.п. Навля, поэтому их рыночная стоимость должна быть существенно ниже, учитывая менее развитую инфраструктуру поселка и численность населения.    

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции считает, что проведенная в рамках настоящего обособленного спора судебная экспертиза по определению действительной рыночной стоимости спорных объектов по состоянию на дату заключения договора купли-продажи от 20.12.2018, в соответствии с которой итоговая рыночная стоимость имущества составляет 3 906 418 руб., также не может отражать реальную стоимость спорных объектов.  

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 305-ЭС21-19707 по делу № А40-35533/2018, соотношение стоимости переданного в результате спорной сделки имущества и реальной стоимости активов должника устанавливается для определения цели причинения вреда имущественным правам кредиторов (абзац 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве); для целей оспаривания сделки по мотиву существенного занижения стоимости отчужденного имущества применятся критерий кратности, явный и очевидный для любого участника рынка, то есть когда имеется превышение цены имущества над ценой сделки в два и более раза.

Осведомленность контрагента должника о противоправных целях сделки может доказываться через опровержимые презумпции заинтересованности сторон сделки между собой, знание об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках его неплатежеспособности или недостаточности у него имущества. 

При решении вопроса об осведомленности об указанных обстоятельствах во внимание принимается разумность и осмотрительность стороны сделки, требующиеся от нее по условиям оборота (пункт 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"). Иными словами, суду, по существу, следует оценить добросовестность контрагента должника, сопоставив его поведение с поведением абстрактного среднего участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно. Стандарты такого поведения, как правило, задаются судебной практикой на основе исследования обстоятельств конкретного дела и мнений участников спора. Существенное отклонение от стандартов общепринятого поведения подозрительно и в отсутствие убедительных доводов и доказательств о его разумности может указывать на недобросовестность контрагента должника. Действия лица, приобретающего имущество по цене, явно ниже рыночной, нельзя назвать осмотрительными и осторожными. При таком положении предполагается, что покупатель либо знает о намерении должника вывести свое имущество из-под угрозы обращения на него взыскания и действует с ним совместно, либо понимает, что менеджмент или иные контролирующие должника лица избавляются от имущества должника по заниженной (бросовой) цене не по рыночным мотивам. Как следствие, покупатель прямо или косвенно осведомлен о противоправной цели должника, действует с ним совместно, а потому его интерес не подлежит судебной защите. В связи с этим осведомленность контрагента должника о противоправных целях последнего должна быть установлена судом с высокой степенью вероятности. Применение кратного критерия осведомленности значительно повышает такую вероятность, поскольку необъяснимое двукратное или более отличие цены договора от рыночной должно вызывать недоумение или подозрение у любого участника хозяйственного оборота. К тому же кратный критерий нивелирует погрешности, имеющиеся у всякой оценочной методики. Иной подход подвергает участников хозяйственного оборота неоправданным рискам полной потери денежных средств, затраченных на покупку.

В материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства осведомленности ответчика о признаках неплатежеспособности должника или недостаточности его имущества, либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества при заключении оспариваемой сделки.

Таким образом, учитывая отсутствие заинтересованности должника и ответчика, а также доказательств, свидетельствующих об осведомленности ФИО5 о цели должника причинить вред кредиторам в результате продажи имущества, суд апелляционной инстанций приходит к выводу о том, что установленная пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве совокупность оснований для признания недействительным договора купли-продажи от 20.12.2018 отсутствует.

Рассмотрев доводы конкурсного управляющего о мнимости оспариваемого договора купли-продажи от 20.12.2018, а также о совершении сделки со злоупотреблением правом, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки мнимой необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Если хотя бы у одной из сторон имелась воля на создание правовых последствий от оспариваемой сделки, то мнимый характер сделки исключается.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзацах втором и третьем пункта 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. 

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства в совокупности и их взаимной связи, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что финансовым управляющим не представлено доказательств, что стороны оспариваемого договора на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых сделкой – договором купли-продажи имущества, учитывая, что переход права собственности на спорные нежилые помещения зарегистрирован в установленном порядке, впоследствии имущество было продано ФИО7о, возмездный характер сделки следует из условий договора и обычно принятой деловой практики, при этом заинтересованность или аффилированность сторон сделки не доказана. 

Кроме того, финансовый управляющий просил признать оспариваемую сделку недействительной на основании статей 10, 168 ГК РФ, как совершенную при злоупотреблении правом.

Статья 10 ГК РФ предусматривает, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Пленум Высшего Арбитражного Суда РФ в абзаце четвертом пункта 4 вышеназванного постановления № 63 разъяснил, что наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса РФ.

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок (Определения Верховного Суда РФ от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, от 24.10.2017 N 305-ЭС17-4886 (1)).

В рассматриваемом случае финансовым управляющим в нарушение статьи 65 АПК РФ доказательств наличия таких обстоятельств, применительно к оспариваемой сделке, не представлено и не доказано, что при ее совершении имело место злоупотребление правом, а приведенные им доводы сводятся к неравноценному встречному исполнению и не свидетельствуют о наличии у сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок.

Доказательств того, что стороны оспариваемой сделки состояли в сговоре и их действия были направлены на вывод имущества должника с последующей его передачей заинтересованным лицам, также не представлено.

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения заявления финансового управляющего о признании недействительным договора купли-продажи от 20.12.2018, заключенного между ФИО2 и ФИО5, не имеется. 

Рассмотрев ходатайство ФИО5 о взыскании судебных расходов в сумме 70 000 руб., суд первой инстанции, руководствуясь положениями статьей 101, 106, части 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пунктах 1, 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», исследовав и оценив доказательства оказания услуг: договор на оказание юридических услуг от 06.05.2021 б/н, заключенный между ФИО6 (Исполнитель) и ФИО5, расписку от 06.05.2021 в получении денежных средств, пришел к обоснованному выводу о том, что юридические услуги, предусмотренные договором на оказание услуг, следует считать оказанными, а понесенные расходы - относимыми к судебным.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

Проанализировав и оценив представленные истцом документы в обоснование заявления о взыскании расходов на оплату услуг представителя, фактически выполненный представителем объем работ, характер спора, количество судебных заседаний в суде первой инстанции, принимая во внимание необходимость соблюдения баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, суд определил разумные пределы судебных издержек в размере 70 000 руб.

Так, из материалов дела следует, что представителем ФИО5 доверителю были оказаны следующие услуги:

- консультация (советы) – 4000 руб.;

- представление интересов в суде первой инстанции (3 судебных заседания) –            36 000 руб. (12 000 руб. за каждое заседание);

- составление и подача отзывов на заявление – 18 000 руб. (6000 руб. за каждый отзыв) (т.2 л.д. 162, т.3 л.д. 3-9, т. 4 л.д. 101);

- составление и подача ходатайств о подложности доказательств (т. 4 л.д. 63) и вызове руководителя Межрайонной ИФНС России по № 5 по Брянской области – 12 000 руб. (6000 руб. за каждое).

Принимая во внимание временные (трудовые) затраты, связанные с участием представителя в одном судебном заседании, количество судебных заседаний с участием представителя, характер и степень процессуальной активности представителя в судебных заседаниях, прогнозируемые временные (трудовые) затраты квалифицированного специалиста на подготовку процессуальных документов, размер ставок, установленных указанными выше Рекомендациями, утвержденными советом Адвокатской палаты Брянской области 25.03.2014, суд первой инстанции правомерно взыскал с ФИО2 в пользу ФИО5 понесенные расходы на оплату услуг представителя в размере 70 000 руб.

Данная сумма судебных расходов отвечает принципу соблюдения баланса интересов сторон и справедливости, критерию разумности, не превышает средние расценки, установленные Рекомендациями по оплате юридической помощи, оказываемой адвокатами гражданам, учреждениям, организациям, предприятиям, утвержденных Советом Адвокатской палаты Брянской области 25.03.2014, которые по смыслу разъяснений, изложенных в Информационном письме Президиума ВАС РФ от 13.08.2004 № 82 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса РФ», необходимо учитывать при определении разумных пределов расходов на оплату услуг представителей независимо от наличия статуса адвоката.

Доводы заявителя жалобы о завышении и чрезмерности взысканной судом суммы судебных расходов на оплату услуг представителя подлежат отклонению, поскольку финансовым управляющим не представлено суду доказательств несоразмерности указанных расходов, их чрезмерности с учетом стоимости таких услуг в регионе, сведений статистических органов о ценах на рынке юридических услуг, а также расчет суммы расходов, возмещение которой, по его мнению, является разумным и соразмерным, как и не представлено доказательств того, что какие-либо из указанных услуг, связанных с подготовкой документов и представительством в суде, были излишними (статьи 9 и 65 АПК РФ).

В отсутствие таких доказательств суд вправе по собственной инициативе возместить расходы в разумных, по его мнению, пределах лишь в том случае, если заявленные требования превышают разумные пределы. Данных, позволяющих прийти к подобному выводу, не имеется.

Кроме того, рекомендации не ограничивают право суда определить размер разумных расходов исходя из конкретных обстоятельств дела, фактического объема проделанной работы.

Учитывая, что фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, установлены судом первой инстанции на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, у суда апелляционной инстанции отсутствуют предусмотренные статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для удовлетворения апелляционной жалобы.

Нарушений процессуальных норм, влекущих безусловную отмену судебного акта (часть 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлено.

Денежные средства в размере 40 000 руб., перечисленные на депозитный счет Двадцатого арбитражного апелляционного суда для оплаты экспертизы по делу № А09-3284/2020 (чек по операции от 12.01.2022), подлежат выплате с депозитного счета суда эксперту-оценщику ФИО8 согласно счету № 22 от 15.03.2022, о чем судом вынесено отдельное определение.  

В соответствии со статьей 110, частью 3 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая результат рассмотрения апелляционной жалобы, расходы по государственной пошлине по апелляционной жалобе и расходы на проведение судебной экспертизы подлежат отнесению на заявителя жалобы. 

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Брянской области от 06.09.2021 по делу № А09-3284/2020 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.                                  В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

 

Председательствующий 

Судьи                                                                              

Е.В. Мосина

Ю.А. Волкова

Н.А. Волошина