АРБИТРАЖНЫЙ СУД ОРЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

                                                             

РЕШЕНИЕ

Дело № А48-9464/2020

г. Орел

26 марта 2021 года

Резолютивная часть решения оглашена 22 марта 2021 года. 

Решение в полном объеме изготовлено 26 марта 2021 года. 

Арбитражный суд Орловской области в составе судьи Полиноги Ю.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению Индивидуального предпринимателя ФИО2 (Орловская область, г. Орел; ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Орловской области (

<

...>; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), третьи лица: 1) Общество с ограниченной ответственностью «Автомаш» (

<

...>, А, 2-3-4, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>); 2) Индивидуальный предприниматель ФИО3 (

<

...> ОГРНИП 304575105500034); 3) Индивидуальный предприниматель ФИО4 (

<

...>, ОГРНИП 307574101100024, 302506); 4) Общество с ограниченной ответственностью «Ресурс плюс» (

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>); 5) Общество с ограниченной ответственностью «ИНГЕР РАО-Орловский энергосбыт» (

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

о признании незаконным и отмене постановления № 165 о наложении штрафа по делу №057/04/9.21-592/2020 об административном правонарушении от 19.10.2020, 

при участии в судебном заседании:

от заявителя- представитель ФИО5 (доверенность от 21.12.2020); представитель ФИО6 (доверенность от 06.02.2018);

от ответчика- представитель ФИО7 (доверенность от  26.02.2021); представитель ФИО8 (доверенность от 12.01.2021);

от третьего лица (1)- представитель ФИО9 (доверенность от 14.07.2020);

от третьего лица (2)- представитель ФИО10 (доверенность от 01.12.2020); представитель ФИО11 (доверенность от 24.07.2019);

от третьего лица (3)- ФИО4 (предъявлен паспорт);

от третьего лица (4)- представитель ФИО12 (доверенность от 10.01.2020); 

от третьего лица (5)- не явился, о времени и месте проведения судебного заседания извещен надлежащим образом, 

установил:

Индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – заявитель, ИП ФИО2, предприниматель) обратился в арбитражный суд с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Орловской области  (далее – ответчик, Управление) о признании незаконным и отмене постановления № 165 о наложении штрафа по делу №057/04/9.21-592/2020 об административном правонарушении от 19.10.2020.

Оспариваемым постановлением индивидуальный предприниматель ФИО2 привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 9.21 КоАП РФ за нарушение Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг в виде административного штрафа в размере 10 000 руб.

Определением от 23.11.2020 суд привлек к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Общество с ограниченной ответственностью «Автомаш», Индивидуального предпринимателя ФИО3, Индивидуального предпринимателя ФИО4, Общество с ограниченной ответственностью «Ресурс плюс», Общество с ограниченной ответственностью «ИНГЕР РАО-Орловский энергосбыт».

В обоснование заявленных требований заявитель указал, что трансформаторная подстанция, находящаяся в собственности заявителя, расположенная по адресу: 

<

...>, в случае наступления аварийной ситуации создает угрозу жизни и здоровья человека, нанесет вред окружающей среде. Ввиду того, что трансформаторная подстанция находилась в аварийном состоянии, в целях необходимости проведения ремонта и в целях предотвращения причинения значительного ущерба и наступления тяжких последствий произведено ее отключение. Вышеуказанные обстоятельства исключают вину собственника, а значит, и исключают административную ответственность, предусмотренную за дискриминационное отключение электроэнергии.

УФАС по Орловской области в своем постановлении возлагает на ИП ФИО2 незаконные обязанности, которые противоречат действующему законодательству. Ссылки УФАС на Правила полного и (или) частичного ограничения режима потребления электрической энергии относятся к сетевой организации и не как не затрагивает обязанности владельца энергопередающего устройства.

Кроме того, у потерпевших отсутствуют документы, подтверждающие надлежащее технологическое подключение, что исключает ответственность ИП ФИО2 по ч.1 ст.9.21 КоАП.

Ответчик требования заявителя не признал, в отзыве указал, что Управлением, при проведении проверки были оценены действия ИП ФИО2 на предмет наличия или отсутствия нарушения им требований, установленных Федеральным законом от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике», Правил недискриминационного доступа, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 № 861, Правил полного и (или) частичного ограничения режима потребления электрической энергии, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 04.05.2012 № 442, и сделан обоснованный вывод о том, что ИП ФИО2, как владелец объектов электросетевого хозяйства, не вправе препятствовать перетоку электрической энергии на объекты ИП ФИО3, ИП ФИО4, ООО «Ресурс плюс». ИП ФИО2 не представлено достаточных доказательств, связанных с аварийной ситуацией спорной ТП, которая привела к прекращению перетока электроэнергии на объекты потерпевших.

Третьи лица – ООО «Автомаш» и ИП ФИО3 возражали относительно заявленного требования. В письменном отзыве на заявление указали, что постановление Орловского УФАС основано на нормах действующего законодательства. ООО «Автомаш» является собственником объектов недвижимости, расположенных по адресу: 

<

...> ИП ФИО3 является арендатором земельного участка с помещениями, оснащенными энергоснабжением. (Ранее принадлежащие государственному предприятию ремонтно-механический завод «Орловский», правопреемник АО «Орелхолодмаш»).

29.04.2014 между ОАО «Орелхолодмаш» и ИП ФИО3 было подписано соглашение о перераспределении максимальной мощности.

01.01.2016 заключен договор энергоснабжения № 57010252000197 между ООО «ИНТЕР РАО-Орловский энергосбыт» (Гарантирующий поставщик ) и ИП ФИО3 в котором указаны точка поставки и объем потребляемой энергии абонента.

01.11.2017 были переоформлено опосредованное технологическое присоединение с ИП ФИО2 соглашением о перераспределении мощности и актом об осуществлении технологического присоединения №1.

Дополнительным соглашением от 01.01.2018 внесены изменения в договор № 5701252000197 только в части наименования собственника ТП, ОАО «Орелхолодмаш» был заменен на ИП ФИО2

Поскольку ИП ФИО3 осуществлено надлежащим образом технологическое присоединение к электросетевому устройству, принадлежащему ИП ФИО2, что подтверждается материалами дела, требования заявителя не подлежат удовлетворению. 

Также, третьи лица - Индивидуальный предприниматель ФИО4 и Общество с ограниченной ответственностью «Ресурс плюс» возражали относительно удовлетворения заявленного требования, указали, что технологическое присоединение осуществлено надлежащим образом и ИП ФИО2 не вправе был препятствовать перетоку электроэнергии через трансформаторную подстанцию к которой опосредованно присоединены субабоненты.

Третье лицо – ООО «ИНТЕР РАО- Орловский энергосбыт» возражало относительно  удовлетворения заявленного требования, указав, что в соответствии с абзацем третьим п. 4 ст. 26 Закона N 35-ФЗ и п. 6 Правил №861 сетевая организация или иной владелец объектов электросетевого хозяйства, к котором в надлежащем порядке технологически присоединены энергопринимающие устройства или объекты электроэнергетики, не вправе препятствовать передаче электрической энергии на указанные устройства или объекты и (или) от указанных устройств или объектов.

Заслушав объяснения сторон и третьих лиц, исследовав материалы дела, арбитражный суд установил следующее.

15.07.2020 в адрес Орловского УФАС России поступила коллективная жалоба (ИП ФИО3, ИП ФИО4, ООО «Ресурс плюс», ООО «Автомаш») на действия ИП ФИО2 об угрозе прекращения перетока электрической энергии с 14.07.2020 для их энергопринимающих устройств.

Из коллективной жалобы следовало, что трансформаторная подстанция, расположенная по адресу: 

<

...>, принадлежит на праве собственности ИП ФИО2 (на основании договора купли-продажи № 2 от 15.05.2018, заключенного между АО «Орелхолодмаш» и ИП ФИО2). От вышеуказанной ТП опосредовано запитаны потребители ИП ФИО3, ИП ФИО4, ООО «Ресурс плюс»), которые имеют надлежащее технологическое присоединение, о чем свидетельствуют акты об осуществлении технологического присоединения, а именно:

- Акт об осуществлении технологического присоединения №1 от 01.11.2017, составленный между ИП ФИО2 и ИП ФИО3;

-Акт об осуществлении технологического присоединения от января 2018 года, составленный между ИП ФИО2 и ИП ФИО4;

-Акт об осуществлении технологического присоединения от 28.04.2020 года, составленный между ИП ФИО2 и ООО «Ресурс плюс».

Вышеуказанные потребители имеют также договоры энергоснабжения заключенные с ООО «ИНТЕР РАО - Орловский энергосбыт» (далее -гарантирующий поставщик), что подтверждает факт их надлежащего технологического присоединения:

-договор энергоснабжения от 01.01.2016 № 57010252000197 с ИП ФИО3;

-договор энергоснабжения от 01.01.2016 № 5701025200028 с ИП ФИО4;

-договор энергоснабжения от 01.01.2016 № 57010252001003 с ООО «Ресурс Плюс».

Кроме того, в договоре энергоснабжения №57010252000174 от 01.01.2016, заключенного между ИП ФИО2 и ООО «ИНТЕР РАО-Орловский энергосбыт» (в приложении № 3 к договору) имеется информация о вышеуказанных опосредованных потребителях, присоединенных к сетям ИП ФИО2, что также подтверждает факт надлежащего опосредованного технологического присоединения их энергопринимающих устройств.

С мая 2020 года от ИП ФИО2 в адрес Заявителей поступали уведомления об угрозе прекращения электрической энергии для энергопринимающих устройств потребителей, в связи с аварийностью ТП. Кроме того, ФИО2 предлагал им самостоятельно переподключиться к альтернативным источникам питания или в последствии обратиться к нему за новым подключением к новой подстанции.

11.06.2020 в адрес гарантирующего поставщика, сетевой организации, всех подключенных к подстанции лиц, ИП ФИО2 направил уведомление о выводе из эксплуатации спорной ТП.

Гарантирующий поставщик в интересах потребителей, энергопринимающие устройства которых технологически присоединены к ТП, направил 18.06.2020 (исх. № ИР/3002-оэс) в адрес ИП ФИО2 требование о недопущении нарушения пункта 6 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 №861 в части обеспечения беспрепятственного перетока электрической энергии потребителям, энергопринимающие устройства которых технологически присоединены к трансформаторной подстанции. 

13.07.2020, 15.07.2020 года были систематические отключения электроэнергии, после чего ИП ФИО3, ИП ФИО4, ООО «Ресурс плюс», ООО «Автомаш» были вынуждены обратиться с коллективной жалобой в Орловское УФАС России.

10.08.2020, в адрес Управления, в дополнение к вышеуказанной коллективной жалобе от ИП ФИО3 поступила информация о прекращении поставки электрической энергии по объектам, которые технологически присоединены к вышеуказанной ТП.

По данному факту 10.08.2020 в 12:30 уполномоченными представителями гарантирующего поставщика проведено обследование и установлено отсутствие напряжения в электроустановках потребителей ИП ФИО3, ИП ФИО4 и ООО «Ресурс плюс».

ИП ФИО2 представил в адрес Управления письменные пояснения, из которых следует, что он не отрицает факта прекращения перетока электроэнергии на энергопринимающие устройства Заявителей. Вместе с тем, свои действия по отключению ТП обосновывает письмом ПАО «МРСК Центра - Орелэнерго» (исх. № МР1-ОР/Р17-4/199 от 03.03.2020 года).

Действия ИП ФИО2 по прекращению 10.08.2020 перетока электрической энергии через его объекты электросетевого хозяйства, в том числе действий по угрозе прекращения перетока иным потребителям (в данном случае Заявителям) нарушают требования пункта 6 Правил и образуют состав административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 9.21 КоАП РФ.

19.10.2020 Управлением было рассмотрено дело № 057/04/9.21-592/2020 об административном правонарушении в отношении ИП ФИО2 по части 1 статьи 9.21 КоАП РФ (нарушение Правил недискриминационного доступа).

Постановлением Орловского УФ АС России №165 от 19.10.2020 но делу № 057/04/9.21-592/2020 ИП ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 9.21 КоАП РФ и ему назначено административное наказание в виде штрафа в размере 10 000 руб.

Не согласившись с вынесенным постановлением, ИП ФИО2 обратился в Арбитражный суд с заявлением о признании незаконным и отмене постановления № 165 о наложении штрафа по делу №057/04/9.21-592/2020 об административном правонарушении от 19.10.2020.

Арбитражный суд, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, пришел к выводу о том, что заявленные требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В силу части 6 статьи 210 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) при рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании проверяет законность и обоснованность оспариваемого решения, устанавливает наличие соответствующих полномочий административного органа, принявшего оспариваемое решение, устанавливает, имелись ли законные основания для привлечения к административной ответственности, соблюден ли установленный порядок привлечения к ответственности, не истекли ли сроки давности привлечения к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

В соответствии с ч. 4 ст. 210 АПК РФ по делам об оспаривании решений административных органов о привлечении к административной ответственности обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для привлечения к административной ответственности, возлагается на административный орган, принявший оспариваемое решение.

При рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа арбитражный суд не связан доводами, содержащимися в заявлении, и проверяет оспариваемое решение в полном объеме (ч. 7 ст. 210 АПК РФ).

Согласно ч. 1 ст. 2.1. КоАП РФ административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое настоящим Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

Частью 1 статьи 9.21 КоАП РФ установлена административная ответственность за нарушение субъектом естественной монополии правил (порядка обеспечения) недискриминационного доступа или установленного порядка подключения (технологического присоединения) к магистральным нефтепроводам и (или) магистральным нефтепродуктопроводам, электрическим сетям, тепловым сетям, газораспределительным сетям или централизованным системам горячего водоснабжения, холодного водоснабжения и водоотведения, либо нарушение собственником или иным законным владельцем объекта электросетевого хозяйства правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии, либо препятствование собственником или иным законным владельцем водопроводных и (или) канализационных сетей транспортировке воды по их водопроводным сетям и (или) транспортировке сточных вод по их канализационным сетям.

Объективную сторону административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 9.21 КоАП РФ, образует нарушение субъектом естественной монополии:

правил (порядка обеспечения) недискриминационного доступа или установленного порядка подключения (технологического присоединения) к магистральным нефтепроводам и (или) магистральным нефтепродуктопроводам, электрическим сетям, тепловым сетям, газораспределительным сетям или централизованным системам горячего водоснабжения, холодного водоснабжения и водоотведения;

либо нарушение собственником или иным законным владельцем объекта электросетевого хозяйства правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии;

либо препятствование собственником или иным законным владельцем водопроводных и (или) канализационных сетей транспортировке воды по их водопроводным сетям и (или) транспортировке сточных вод по их канализационным сетям.

Субъектами административного правонарушения, ответственность за совершение которого предусмотрена ст. 9.21 КоАП, являются также любые собственники или иные законные владельцы объектов электросетевого хозяйства.

Объективную сторону совершенного указанными субъектами административного правонарушения составляет нарушение правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии (например, препятствование перетоку энергии через их объекты).

Правовые основы экономических отношений в сфере электроэнергетики, полномочия органов государственной власти на регулирование этих отношений, основные права и обязанности субъектов электроэнергетики при осуществлении деятельности в сфере электроэнергетики и потребителей электрической энергии определены Федеральным законом от 26.03.2003 № 35-ФЗ "Об электроэнергетике" (далее - Закон об электроэнергетике, Закон № 35-ФЗ).

Регулирование доступа к электрическим сетям и услугам по передаче электрической энергии осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 26 Закона об электроэнергетике.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике" трансформаторная подстанция относится к объектам электросетевого хозяйства. 

Собственники и иные законные владельцы объектов электросетевого хозяйства, через которые опосредованно присоединено к электрическим сетям сетевой организации энергопринимающее устройство потребителя, не вправе препятствовать перетоку через их объекты электроэнергии для такого потребителя и требовать за это оплату. Это установлено п. 6 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных Постановлением Правительства от 27.12.2004 N 861.

В силу статьи 539 Гражданского кодекса Российской Федерации договор энергоснабжения заключается с абонентом при наличии у него отвечающего установленным техническим требованиям энергопринимающего устройства, присоединенного к сетям энергоснабжающей организации, и другого необходимого оборудования, а также при обеспечении учета потребления энергии.

В соответствии со статьей 545 Кодекса абонент может передавать энергию, принятую им от энергоснабжающей организации через присоединенную сеть, другому лицу (субабоненту) только с согласия энергоснабжающей организации. 

Материалами административного дела обоснованно было установлено, что абоненты ИП ФИО3, ИП ФИО4 и ООО «Ресурс плюс» имеют документы, полученные от гарантирующего поставщика, подтверждающие наличие надлежащего технологического присоединения к сетям сетевой организации через трансформаторную подстанцию, принадлежащую на праве собственности ИП ФИО2 (договора энергоснабжения, технические условия, договор об осуществлении технологического присоединения, акт разграничения балансовой принадлежности, технические условия, акт технологического присоединения, соглашение о перераспределении мощности).

Составление и подписание вышеназванных документов не оспаривалось сторонами.

К заявленному в ходе судебного разбирательства заявлению ИП ФИО2 о фальсификации доказательства, а именно акта об осуществлении технологического присоединения от 28.04.2020, заключенного между ИП ФИО2 и ООО «Ресурс плюс», суд относится критически, поскольку оно опровергается совокупностью собранных по делу доказательств.

Заявление о фальсификации доказательств оформлено в письменной форме и поступило в суд 04.02.2021. В заявлении ИП ФИО2 указал, что документ не подписывал, подлинность указанного документа ставится под сомнение, просил суд назначить экспертизу.

Согласно абзацу второму части 3 статьи 161 АПК РФ судебная экспертиза является лишь одним из способов проверки заявления о фальсификации доказательств, следовательно, процессуальным законом не исключается возможность проверки судом заявления о фальсификации и иными (помимо назначения экспертизы) способами. При этом, выбор мер, направленных на проверку достоверности заявления о фальсификации, находится в компетенции суда.

Доказательства на предмет достоверности, допустимости и относимости к материалам дела подлежат оценке судом в соответствии с правилами, установленными статьей 71 АПК РФ.

В случае, если в материалах дела имеются иные доказательства, подтверждающие либо опровергающие обстоятельства о фальсификации доказательства, суд вместо предусмотренных федеральным законом мер для проверки достоверности заявления о фальсификации вправе принять другие меры, если для этого не требуются специальные знания, в том числе суд может самостоятельно исследовать оспариваемое доказательство в сравнении с другими доказательствами, имеющимися в материалах дела.

Суд отклонил ходатайство ИП ФИО2 о назначении экспертизы подлинности представленных доказательств как необоснованное и не соответствующее требованиям, предъявляемым к ходатайству о назначении судебной экспертизы.

С учетом изложенного, суд счел возможным осуществить проверку заявления о фальсификации путем сопоставления представленных доказательств.

В обоснование заявления о фальсификации доказательств заявитель указал на то, что в представленном Акте об осуществлении технологического присоединения от 28 апреля 2020 г. Между ИП ФИО2 и ООО «Ресурс плюс»:

- имеются признаки разъединения ранее скрепленных трех листов Акта и возможной замены листов документа,

-время выполнения подписи и рукописи записи ф.и.о. от имени ИП ФИО2 не соответствует дате указанной в документы: возраст рукописных штрихов подписи и записи от имени ФИО2 На 3 странице акта превышает как минимум 2 года, что на соответствует дате «28.04.2020 г.», имеющейся на 1-й странице Акта,

-первоначально на бумаге 3-го лица Акта выполнялась подпись и запись ф.и.о. от имени ФИО2, а затем поверх них был выполнен печатный текст 3-й страницы.

Вместе с тем, заявитель не оспаривает подлинность своей подписи и печати ИП ФИО2

В судебном заседании ФИО2 не смог объяснить, как и где они могли быть выполнены.

Учитывая, что Акт об осуществлении технологического присоединения от 28.04.2020, составленный ИП ФИО2 с ООО «Ресурс Плюс» полностью совпадает по форме, содержанию, расположению текста, подписей и печатей с Актами об осуществлении технологического присоединения, заключенными между ИП ФИО2 с ИП ФИО3, ИП ФИО4, ИП ФИО13, ИП ФИО14, суд не усматривает оснований для признания его сфальсифицированным и подлежащим исключению из числа доказательств.

Помимо воли ИП ФИО2 никто не мог осуществить подключение ООО «Ресурс Плюс» к принадлежащей ему на праве собственности трансформаторной подстанции, доступ к которой имели только его работники ответственные за энергобезопасность.

Кроме того, все акты об осуществлении технологического присоединения изготавливались ИП ФИО2 и затем направлялись третьим лицам для подписания.

Также, судом установлено, что имеется договор энергоснабжения №57010252000174 от 01.01.2016, заключенный между ИП ФИО2 и ООО «ИНТЕР РАО – Орловский энергосбыт», где в приложении №3 к договору отражена информация о вышеуказанных опосредованных потребителях.

Таким образом, на момент заключения договора купли-продажи трансформаторной подстанции №2 от 15.05.2018 индивидуальный предприниматель ФИО2 не мог не знать об опосредованно подключенных потребителях. 

Частью 4 ст. 26 Закона об электроэнергетике установлено, что в случае, если происходит смена собственника или иного законного владельца энергопринимающих устройств или объектов электроэнергетики, которые ранее в надлежащем порядке были технологически присоединены, а виды производственной деятельности, осуществляемой новым собственником или иным законным владельцем, не влекут за собой пересмотр величины присоединенной мощности и не требуют изменения схемы внешнего электроснабжения и категории надежности электроснабжения, повторное технологическое присоединение не требуется и ранее определенные границы балансовой принадлежности устройств или объектов и ответственности за нарушение правил эксплуатации объектов электросетевого хозяйства не изменяются. При этом новый собственник или иной законный владелец энергопринимающих устройств или объектов электроэнергетики обязан уведомить сетевую организацию или владельца объектов электросетевого хозяйства о переходе права собственности или возникновении иного основания владения энергопринимающими устройствами или объектами электроэнергетики. В случае перехода права собственности на часть указанных энергопринимающих устройств или объектов электроэнергетики или возникновения иного основания владения ими документы о границах балансовой принадлежности таких объектов и ответственности за нарушение правил эксплуатации объектов электросетевого хозяйства подлежат оформлению в порядке, установленном правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии.

Владелец энергопринимающего устройства или объекта электроэнергетики, ранее технологически присоединенных в надлежащем порядке, по согласованию с сетевой организацией вправе технологически присоединить к принадлежащим ему энергопринимающему устройству или объекту электроэнергетики энергопринимающее устройство или объект электроэнергетики иного лица при условии соблюдения выданных ранее технических условий и самостоятельного обеспечения указанным владельцем энергопринимающего устройства или объекта электроэнергетики и владельцем присоединяемых энергопринимающего устройства или объекта электроэнергетики технической возможности введения раздельного ограничения режима потребления электрической энергии в отношении данных энергопринимающих устройств или объектов электроэнергетики. В этом случае между указанным владельцем энергопринимающего устройства или объекта электроэнергетики и владельцем присоединяемых энергопринимающего устройства или объекта электроэнергетики заключается договор технологического присоединения. Размер платы по такому договору устанавливается в соответствии с требованиями настоящей статьи. Деятельность по осуществлению технологического присоединения и оказанию услуг по передаче электрической энергии регулируется в порядке, установленном настоящим Федеральным законом для сетевых организаций.

Согласно ч. 1 ст. 26 Закона об электроэнергетике технологическое присоединение к объектам электросетевого хозяйства энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, осуществляется в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, и носит однократный характер. 

Общие принципы и порядок обеспечения недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии, а также оказания этих услуг определены Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 №861 (далее - Правила № 861).

Положениями пунктов 59 - 77 Правил № 861 предусмотрен порядок переоформления документов о технологическом присоединении в связи со сменой собственника по заявлению нового владельца.

Частью 4 ст. 26 Закона об электроэнергетике установлена обязанность нового собственника или законного владельца энергопринимающих устройств уведомить владельца объекта электросетевого хозяйства о переходе права собственности или возникновении иного основания владения энергопринимающими устройствами или объектами электроэнергетики.

При этом судом учтено, что согласно пункту 6 Правил недискриминационного доступа собственники и иные законные владельцы объектов электросетевого хозяйства, через которые опосредованно присоединено к электрическим сетям сетевой организации энергопринимающее устройство потребителя, не вправе препятствовать перетоку через их объекты электрической энергии для такого потребителя.

Таким образом, право собственности на трансформаторную подстанцию и порядок ее использования ограничены упомянутыми Правилами. Данная позиция подтверждается Определением Высшего Арбитражного суда РФ от 14.01.2009 г. №16890/08.

Довод заявителя о том, что отключение трансформаторной подстанции было вызвано аварией, произошедшей 10.08.2020, в результате которой произошло короткое замыкание, утечка масла из трансформатора, нагрев технологического оборудования до недопустимой температуры, а в следствие чего полный технический износ оборудования, не подтверждается материалами дела и отклоняется судом. 

УФАС по Орловской области полно исследованы данные доводы заявителя и обоснованно отклонены.

В соответствии с Правилами расследования причин аварий в электроэнергетике, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 28.10.2009 N 846 (далее - Правила), Инструкцией по расследованию и учету технологических нарушений в работе энергосистем, котельных, электрических и тепловых сетей от 29.12.2000 N РД 153-34.0-20.801-2000 (далее - Инструкция), являющимися для организаций электро- и теплоэнергетики независимо от их форм собственности и управления, индивидуальным предпринимателем ФИО2  по факту выхода из строя 10.08.2020 года трансформаторной подстанции должен был быть составлен акт расследования причин технологического нарушения (аварии), при необходимости с привлечением представителя Ростехнадзора, иных организаций.

Исходя из содержания указанных актов, расследованию и учету подлежат аварии на всех объектах электроэнергетики и (или) энергопринимающих установках, расположенных на территории Российской Федерации (п. 3 Правил). Разделом 5 Инструкции определяется организация расследования технологических нарушения на энергообъектах и указывается, что каждая авария или инцидент должны расследоваться комиссией, состав которой устанавливается в зависимости от характера и тяжести происшедшего нарушения. 

Между тем, данный акт заявителем не представлен, нет в деле и доказательств приглашения потерпевших для составления подобного акта расследования технологического нарушения по факту аварии 10.08.2020, извещения субабонентов о произошедшей аварии. Также отсутствуют в материалах дела и иные документы, из содержания которых бы следовало, что авария произошла по вине подключенных опосредованных потребителей или погодных условий.

Постановлением Правительства РФ от 04.05.2012 N 442 утверждены Правила полного и (или) частичного ограничения режима потребления электрической энергии (далее Правила № 442), разделом IV которых предусмотрен Порядок введения ограничения режима потребления в целях предотвращения или ликвидации аварийных ситуаций.

В соответствии вышеуказанными Правилами № 442, ограничения предполагают прекращение подачи электрической энергии (мощности) потребителям или сокращение объемов потребления электрической энергии (мощности) в определенных Правилами ограничения случаях. Полное ограничение режима потребления предполагает прекращение подачи электроэнергии потребителю путем осуществления переключений на объектах электросетевого хозяйства исполнителя (субисполнителя) или в энергопринимающих устройствах потребителя либо путем отсоединения энергопринимающих устройств потребителя от объектов электросетевого хозяйства (пункт 10 Правил ограничения).

Подпунктом "и" пункта 2 Правил ограничения установлено, что ограничение режима потребления вводится при необходимости проведения ремонтных работ на объектах электросетевого хозяйства сетевой организации, к которым присоединены энергопринимающие устройства и (или) объекты электроэнергетики потребителя, или необходимость проведения ремонтных работ на объектах электросетевого хозяйства смежных сетевых организаций (объектах электросетевого хозяйства иных владельцев) либо на объектах по производству электрической энергии в случае, если проведение этих работ невозможно без ограничения режима потребления.

Подпунктом "з" пункта 2 Правил ограничения установлено, что ограничение режима потребления вводится в том числе в случаях возникновение (угроза возникновения) аварийных электроэнергетических режимов.

Абзацем 2 пункта 3 правил ограничения установлено, что в случае, если введение ограничения режима потребления в отношении лица, владеющего энергопринимающими устройствами и (или) объектами электроэнергетики, к которым присоединены энергопринимающие устройства и (или) объекты электроэнергетики иных потребителей, может привести к ограничению или прекращению подачи электрической энергии таким потребителям, это лицо обязано обеспечить переток электрической энергии таким потребителям.

В соответствии с п.31 (б) Правил полного и (или) частичного ограничения для 3 категории надежности допустимое число часов отключения в год составляет 72 часа, но не более 24 часов подряд, включая срок восстановления электроснабжения, за исключением случаев, когда для производства ремонта объектов электросетевого хозяйства необходимы более длительные сроки, согласованные с Федеральной службой по экологическому, технологическому и атомному надзору.

Вместе с тем, из информации, представленной Приокским Управлением Ростехнадзора следует, что обращений, в том числе от ИП ФИО2, по вопросу ненадлежащей работы, указанной спорной трансформаторной подстанции, в части касающейся нарушения в работе электросетевого оборудования вследствие аварий, в их адрес не поступало.

10.08.2020 произошло отключение электроэнергии в зоне ответственности ИП ФИО2 В результате действий ИП ФИО2 без электроэнергии остались объекты потерпевших (ИП ФИО3, ИП ФИО4, ООО «Ресурс плюс»). Собственник трансформаторной подстанции ИП ФИО2  никаких действий по урегулированию ситуации, а также по возобновлению перетока электроэнергии не предпринимал и не предпринимает.

В соответствии с пунктом 34 Правил № 442 в случае возникновения (угрозы возникновения) аварийных электроэнергетических режимов по причине возникновения или угрозы возникновения выхода параметров электроэнергетического режима за пределы допустимых значений допускается ограничение режима потребления без согласования с потребителем при необходимости принятия неотложных мер (далее - аварийное ограничение). Аварийное ограничение вводится при условии невозможности предотвращения указанных обстоятельств путем использования технологических резервов мощности. Аварийные ограничения осуществляются в соответствии с графиками аварийного ограничения режима потребления электрической энергии (мощности) (далее - графики аварийного ограничения), а также посредством действия аппаратуры противоаварийной автоматики.

Пунктом 40 Правил № 442 установлено, что в случае необходимости аварийного ограничения графики аварийного ограничения вводятся в действие соответствующим субъектом оперативно-диспетчерского управления в электроэнергетике путем выдачи диспетчерских команд и (или) распоряжений.

В материалах дела отсутствуют надлежащие доказательства о том, что ИП ФИО2 направлял в уполномоченные органы Ростехнадзора в установленном порядке обращения (уведомления, письма или иные документы) о каких-либо аварийных ситуациях, нарушениях при работе вследствие произошедшей аварии и связанных с работой ТП и при введении полного ограничения энергоснабжения потерпевшим, ИП ФИО2 требования вышеуказанных Правил N 442 в части при ликвидации аварийной ситуации ТП не соблюдались. 

Как и ответчик, суд критически относится к представленным заявителям документам, якобы оправдывающим правомерность действий ИП ФИО2 по прекращению перетока электроэнергии на объекты потерпевших по делу.

Сетевая организация  ПАО «МРСК Центра-Орелэнерго» не уполномочена выдавать документы, подтверждающие ненадлежащую работу энергоустановки с предписанием действий по выводу ее из эксплуатации, поскольку данные полномочия отнесены к компетенции Ростехнадзора.

Будучи ответственным за надлежащее состояние электросетевого хозяйства, ИП ФИО2 обязан был принять должные меры к устранению выявленных нарушений.

Протоколы испытаний  № 2255 фарфоровой изоляции, о непригодности ячеек в связи с пробоем; №2256 силового трансформатора, о непригодности его к эксплуатации; №2257 трансформаторного  масла о несоответствии масла требованиям РД 34.45-51.300-97, составленные ИП ФИО15 08.09.2020, обоснованно отклонены административным органом, поскольку они составлены  спустя месяц после отключения электроэнергии, и указанные в них адреса не соответствуют адресу трансформаторной подстанции.

Допрошенный в судебном заседании ИП ФИО15 неточности в протоколах попытался объяснить состоянием здоровья, однако суд находит приведенные причины несостоятельными, поскольку его описание объекта исследования  полностью  не соответствует фактическим обстоятельствам дела. Так ФИО15 в суде указывал на то, что осматривал трансформатор в трансформаторной подстанции 8 сентября 2020 года, хотя фактически с 10 августа 2020 года крыша на спорной трансформаторной подстанции фактически была разобрана, и трансформатор демонтирован.

Из докладных записок главного энергетика ФИО16 и электромеханика ФИО17, работающих у ИП ФИО2 следует, что 13 и 15 июля 2020 года они отключали трансформатор на 2,5 часа для охлаждения, а 10 августа 2020 года отключили трансформатор и вывели его из эксплуатации путем демонтажа, обнаружив перегрев и течь масла.

Данные докладные записки не подтверждают доводы заявителя о выходе трансформатора из строя в результате короткого замыкания, напротив, они подтверждают доводы ответчика об отключении трансформатора работниками ИП ФИО2, что также подтвердил в судебном заседании допрошенный  в качестве свидетеля главный энергетик ФИО16

В процессе рассмотрения настоящего спора, по ходатайству заявителя, была проведена судебная экспертиза экспертом ФИО18 ООО «Контроль Инвест». На разрешение эксперта поставлен вопрос о том, каковы причины прекращения перетока электрической энергии к следующим энергопотребителям: ООО «Автомаш», ИП ФИО3, ИП ФИО4, ООО «Ресурс плюс».

Экспертом сделан вывод о том, что причиной прекращения перетока электрической энергии, с наибольшей вероятностью можно утверждать, является аварийная ситуация, возникшая на трансформаторной подстанции, подтверждением которой свидетельствует Протокол №2256 от 08.09.2020, наличие обнаруженных оплавлений на шине силового кабеля, оплавлений изоляции, следы подтекания масла, следы копоти, следы оплавления подходящих кабелей в ячейках потребителей, а также полного износа и устарения оборудования трансформаторной подстанции.

В силу положений статьи 16 Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" от 31.05.2001 года N 73-ФЗ, эксперт обязан провести полное исследование представленных ему объектов и материалов дела, дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам.

Согласно статье 8 указанного закона, эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме (п. 1). Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных (п. 2).

Проверяемость является одним из основных принципов любого экспертного исследования.

В подтверждение своих выводов эксперт ссылается на протокол испытания №2256 от 08.09.2020.

Как указывалось выше, суд не усматривает причинно-следственной связи между событиями, произошедшими 10.08.2020 и проведенными испытаниями силового трансформатора 08.09.2020. Испытание оборудования проходило спустя месяц после произошедшей аварии, поэтому протокол испытаний №2256 от 08.09.2020 не может являться доказательством поломки трансформаторной подстанции 10.08.2020.

Кроме того, по договору купли-продажи недвижимого имущества №2 от 15.05.2018 ИП ФИО2 приобрел трансформаторную подстанцию, расположенную на земельном участке, общая площадь 119,8 кв.м., литер Ж, адрес: 

<

...>, кадастровый номер: 57:25:010404:01:2563/1Ж, при этом в протоколе испытаний адрес объекта указан: 

<

...>, что не позволяет сделать вывод о том, что проводились испытания спорного оборудования.

Вывод эксперта относительно причины прекращения перетока электрической энергии в результате аварии носит вероятностный характер и также основан на базе общепринятых научных и практических данных, в котором возможность существования факта прекращения перетока вследствие аварии допускается, но не исключается противоположная ситуация, в связи с чем не может быть принят судом во внимание.

Кроме того, эксперт был лишен возможности непосредственно исследовать трансформатор, ввиду его утилизации. Вместе с тем, документов, подтверждающих данный факт заявителем не  представлено, несмотря на предложения суда. 

При таких обстоятельствах, принимая во внимание вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что экспертное заключение ООО «Контроль Инвест» не может быть положено в основу решения, так как судебные акты не могут основываться на домыслах, предположениях и неподтвержденных фактах.

Напротив, приведенные доказательства полностью подтверждают доводы ответчика, что отключение трансформатора происходило работниками ИП ФИО2 по его указанию.

При этом УФАС по Орловской области подробно исследовались обстоятельства которые могли вызвать перегрев трансформатора, однако каких либо объективных данных, влияющих на работоспособность трансформатора установлено не было. Температура воздуха соответствовала климатической норме, и не могла вызвать каких либо аварийных ситуаций. Не приведено их и заявителем.

Ссылка заявителя на 100 % износ трансформатора не является оправданием его действий по прекращению перетока электроэнергии потребителям.   

С учетом изложенного на заявителе, являющемся собственником трансформаторной подстанции ТП-6, лежит обязанность не препятствовать перетоку электрической энергии через указанную трансформаторную подстанцию на энергопринимающие устройства субабонентов.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что в действиях заявителя имеются признаки объективной стороны правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 9.21 КоАП РФ.

Доводы заявителя о том, что ответчиком не описан состав совершенного ИП ФИО2 правонарушения и его вина, не соответствуют обстоятельствам дела. В постановлении УФАС по Орловской области №165 от 19.10.2020 подробно изложены обстоятельства совершенного ИП ФИО2 правонарушения, выразившиеся в нарушении им порядка введения ограничения режима потребления электроэнергии на объекты ИП ФИО3, ИП ФИО4, ООО «Ресурс плюс», что привело к прекращению 10.08 2020 перетока электрической энергии на энергопринимающие устройства потерпевших, в нарушение требований пункта 6 Правил №861. Причем описание ответчиком неправомерных действий ИП ФИО2 по ограничению перетока электроэнергии 13 и 15 июля   2020 года не влияет на законность вынесенного постановления по событиям 10 августа 2020 года.

Довод заявителя о том, что Общество с ограниченной ответственностью «Автомаш», ИП ФИО3, ИП ФИО4 ООО «Ресурс плюс» ООО «ИНТЕР РАО-Орловский энергосбыт» были неправомерно привлечены к участию в деле в качестве третьих лиц суд находит несостоятельным, поскольку в результате действий ИП ФИО2 по выводу из эксплуатации трансформаторной были нарушена права вышеуказанных потребителей по беспрепятственному перетоку электрической энергии и права гарантирующего поставщика по передаче электрической энергии по договорам энергоснабжения. 

Согласно части 2 статьи 2.1 КоАП РФ, юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых настоящим Кодексом или законами субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

Согласно части 2 статьи 10 АПК РФ доказательства, которые не были предметом исследования в судебном заседании, не могут быть положены арбитражным судом в основу принимаемого судебного акта.

Поскольку доказательств, свидетельствующих о том, что заявитель не имел объективной возможности соблюдения требований законодательства об электроэнергетике, суду не представлено, суд приходит к выводу о наличии в действиях заявителя состава административного правонарушения, предусмотренного статьей 9.21 КоАП РФ, в том числе вины в его совершении.

Предусмотренный частью 1 статьи 4.5 КоАП РФ срок давности привлечения к административной ответственности с момента совершения правонарушения на момент рассмотрения административным органом дела об административном правонарушении не истек.

При таких обстоятельствах заявитель был правомерно привлечен к административной ответственности, предусмотренной статьей 9.21 КоАП РФ.

Административное наказание назначено заявителю в пределах минимальной санкции, предусмотренной статьей 9.21 КоАП РФ, оснований для замены административного штрафа предупреждением в порядке статьи 4.1.1 КоАП РФ либо назначения штрафа в размере менее минимального размера, предусмотренного статьей 9.21 КоАП РФ, судом не установлено.

С учетом изложенного арбитражный суд признает законным оспариваемое постановление №165 о наложении штрафа по делу № 057/04/9.21-592/2020 от 19.10.2020 г. о признании ИП ФИО2 виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 9.21 КоАП РФ и назначении административного наказания в виде административного штрафа в размере 10 000 руб., требование заявителя - не подлежащим удовлетворению.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом (статья 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с части 4 статьи 208 АПК РФ заявление об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности государственной пошлиной не облагается, в связи с чем вопрос о распределении государственной пошлины судом не рассматривается.

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст. 110, 167-171, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленного требования отказать.

Решение может быть обжаловано в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в г. Воронеже через Арбитражный суд Орловской области в течение месяца со дня его принятия.

Судья                                                                            Ю.В. Полинога