Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А70-15245/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 04 октября 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 11 октября 2023 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Зюкова В.А.,

судей                                                                  Кадниковой О.В.,

ФИО1 -

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 15.02.2023 (судья Поляков В.В.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 27.06.2023 (судьи Горбунова Е.А., Брежнева О.Ю., Сафронов М.М.) по делу А70-15245/2021 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Управление механизации № 24» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – ООО «ТД «УМ-24», должник), принятые по заявлению конкурсного управляющего ФИО3  о привлечении ФИО4, ФИО5, ФИО2, ФИО6 (далее - ответчики) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В судебном заседании принял участие ФИО2

Суд установил:

производство по делу о признании должника банкротом возбуждено на основании заявления Управления Федеральной налоговой службы по Тюменской области (далее – уполномоченный орган), принятого определением Арбитражного суда Тюменской области от 17.09.2021.

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 24.12.2021 ООО «ТД «УМ-24» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО3, которая 29.06.2022 обратилась в арбитражный суд с заявлением о привлечении руководителей ООО «ТД «УМ-24» ФИО5, ФИО2, а также его участников – ФИО4 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 19.02.2023 ФИО3 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником. Конкурсным управляющим утвержден ФИО7.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 15.02.2023, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 27.06.2023, заявление удовлетворено частично, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ТД «УМ-24». С ФИО2 в пользу ООО «ТД «УМ-24» в порядке привлечения к субсидиарной ответственности взыскано 1 058 046,11 руб. В удовлетворении остальной части заявления отказано.

По мнению подателя жалобы, выводы судов о наличии оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности являются ошибочными, поскольку не приняты во внимания доказательства, свидетельствующих об управлении ООО «ТД «УМ-24» со стороны ФИО4 и ФИО6 Указывает, что размер субсидиарной ответственности не обоснован. ФИО5 было заведомо известно о всей финансово-хозяйственной деятельности общества, вся документация общества находилась у ФИО4 С позиции кассатора, суды не дали оценки умышленным действиям ФИО5 и ФИО4 Суды первой и апелляционной инстанций необоснованно приняли во внимание показания свидетеля ФИО8, которая ранее являлась главным бухгалтером ООО «ТД «УМ-24».

В судебном заседании ФИО2 поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле, не явились. Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

Изучив материалы дела, доводы, изложенные в кассационной жалобе, проверив в соответствии со статьями 274, 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Как установлено судами и следует из материалов дела, должник зарегистрирован в качестве юридического лица 06.10.2015, руководителем которого с 06.10.2015 по 23.09.2020 являлся ФИО2, а с 24.09.2020 до признания должника банкротом – ФИО5

Участниками ООО «ТД «УМ-24» с момента его учреждения по настоящее время являются ФИО4 (40 %), ФИО2 (20 %) и ФИО6 (40 %).

На фоне образования у ООО «ТД «УМ-24» недоимки по обязательным платежам с 1 квартала 2017 года и отсутствия оборотных средств участниками было принято решение о привлечении дополнительных средств от одного из них, в связи с чем 15.03.2017 между должником, действовавшим в качестве заемщика, и ФИО9 (супруга ФИО4), действовавшей в качестве займодавца, заключен договор займа № 01/03 на сумму 3 000 000 руб. под 10 % годовых, которая перечислена кредитором должнику на основании платежного поручения от 17.03.2017 № 1202.

Решением Ленинского районного суда города Тюмени от 18.03.2021 по делу № 2-2310/2021 с ООО «ТД «УМ-24» в пользу ФИО9 взысканы основной долг по договору от 15.03.2017 № 01/03 в размере 3 000 000 руб., проценты в размере 3 138 000 руб. и расходы по уплате госпошлины в размере 38 890 руб.

Вступившим в законную силу определением суда от 18.04.2022 по настоящему делу притязания ФИО9 в совокупном размере 6 176 890 руб. квалифицированы в качестве компенсационного финансирования, признаны подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты должника.

Ссылаясь на то, что ответчики осуществили действия, противоречащие интересам должника и его кредиторов, не исполнили обязанность по передаче управляющему документации общества, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением о привлечении их к субсидиарной ответственности.

Удовлетворяя заявленные требования в части и привлекая к субсидиарной ответственности ФИО2 за непередачу документации должника, суды первой и апелляционной инстанции исходили из наличия совокупности необходимых условий и доказательств, свидетельствующих о наличии недобросовестных и противоправных действий ответчика, направленных на сокрытие активов ООО «ТД «УМ-24».

Суд округа полагает, что судами приняты правильные судебные акты.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3), учитывая, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

Суды правильно отметили, что в периоды спорных правоотношений действовали положения Закона о банкротстве как в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ с изменениями, внесенными Федеральным законом от 22.12.2014 № 432-ФЗ, так и в действующей редакции.

Согласно пунктам 1 и 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по передаче арбитражному управляющему документации должника.

Так, на основании абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей последнему.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Применяемые при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), обусловлены обязанностью заявителя представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства; правом привлекаемого к ответственности лица опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась (определения Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2022 № 305-ЭС21-23266, от 16.10.2017 № 302-ЭС17-9244).

При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов; невозможность взыскания дебиторской задолженности или ее реализации на торгах.

В приведенных нормах содержится презумпция причинно-следственной связи между приведенными действиями (бездействием) контролирующего должника лица и невозможностью удовлетворения требований кредиторов. При доказанности условий, составляющих названную презумпцию, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины.

Согласно пункту 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

В соответствии со статьями 1, 2, 3, 7, 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», бухгалтерский учет - формирование документированной систематизированной информации об объектах, предусмотренных настоящим Федеральным законом, в соответствии с требованиями, установленными настоящим Федеральным законом, и составление на ее основе бухгалтерской (финансовой) отчетности; каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом; ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Привлекая ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за непередачу документации ООО «ТД «УМ-24», суды правомерно исходили из того, что в материалах дела отсутствуют доказательства передачи всех первичных документов управляющему.

При этом суды обоснованно указали на отсутствие доказательств, свидетельствующих о прямом либо косвенном управлении ООО «ТД «УМ-24» со стороны ФИО4 и ФИО6 приняв во внимание, что в ходе рассмотрения обособленного спора о включении требования ФИО9 в реестр требований кредиторов должника допрошенная в качестве свидетеля главный бухгалтер общества ФИО8, будучи предупрежденной об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, настаивала на фактическом и юридическом контроле за деятельностью ООО «ТД «УМ24» исключительно со стороны ФИО2

Как следует из пояснений самого ФИО2, фактически он прекратил руководить ООО «ТД «УМ-24» с начала 2018 года, тогда как иной единоличный исполнительный орган должника приступил к исполнению своих обязанностей лишь с 24.09.2020, то есть спустя более 2,5 лет.

При этом свидетель ФИО8 показала, что вся документация о деятельности общества была сосредоточена в руках ФИО2, после прекращения с ней трудовых отношений была передана последнему в полном объеме. Между тем в материалах дела отсутствуют доказательства передачи ФИО2 документации ФИО5

Судами установлено, что по данным бухгалтерской отчетности за 2017 год за должником числится дебиторская задолженность в размере 3 053 000 руб., тогда как ее структура, основания и круг дебиторов перед конкурсным управляющим и судом не раскрыты.

Из материалов дела следует, что ФИО2 на фоне осуществляемого ФИО4 компенсационного финансирования должника в течение 2017 года изъято из оборота организации 1 276 161 руб., о чем свидетельствуют представленные расписки ФИО2, а также его пояснения в суде первой инстанции, сводящиеся к признанию долга по настоящее время.

Ссылка ФИО2 на то, что подобное отвлечение средств было произведено по согласованию с участниками ООО «ТД «УМ-24» обоснованно отклонена судами, поскольку разумный и добросовестный руководитель обязан был надлежащим образом задокументировать данный факт при очевидной недостаточности оборотных средств организации, вынудивших прибегнуть к компенсационному финансированию.

Согласно акту ревизии финансово-хозяйственной деятельности ООО «ТД «УМ-24» от 15.10.2017 комиссией в составе ФИО10 (председатель комиссии), ФИО6, ФИО8, произведена ревизия финансово-хозяйственной деятельности за период руководства предприятием генеральным директором ФИО2, в результате которой установлено, что денежных средств на расчетном счете и в кассе предприятия нет. Долг предприятию по счету 71 «Расчеты с подотчетными лицами» ФИО2 составляет 2 053 584,71 руб.

С учетом установленной совокупности обстоятельств суды пришли к правильному выводу о наличии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего.

В рассматриваемом случае контролирующим лицом не опровергнута презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и своими действиями (бездействием), не доказано, в частности, что отсутствие документации должника не привело к существенному затруднению проведения процедур банкротства, не представлено достоверных доказательств принятия им необходимых мер для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени осмотрительности, какая от него требовалась.

В силу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В пункте 41 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) разъяснено, что по смыслу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве приостановление производства по обособленному спору о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, осуществляется судом при невозможности определения размера ответственности, но при установлении всех иных обстоятельств, имеющих значение для привлечения к такой ответственности.

Исходя из изложенного, суды пришли к выводу о доказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом наличия в данном случае оснований для взыскания с ФИО2 в порядке субсидиарной ответственности денежных средств в размере 1 058 046,11 руб., из которых 1 034 512,11 руб. задолженность перед уполномоченным органом, 10 000 руб. вознаграждение конкурсного управляющего, 13 534 руб. судебные расходы по делу.

Отклоняя довод ФИО2 о том, что конечным бенефициаром деятельности должника выступал именно ФИО4, суды исходили из отсутствия каких-либо доказательств, подтверждающих данные суждения.

Доводы кассационной жалобы указанные выводы не опровергают.

Суждения, изложенные в кассационной жалобе ФИО2, о том, что показания свидетеля ФИО8 не являются надлежащими доказательствами ввиду возможной заинтересованности данных лиц и изложении недостоверных сведений, подлежат отклонению ввиду следующего.

Как видно из материалов дела, показания свидетеля получены в порядке, установленном статьей 88 АПК РФ, свидетель предупрежден об уголовной ответственности за дачу ложных показаний; данные показания являются одним из видов доказательств, исследуемых и оцениваемых судами в соответствии со статьей 71 АПК РФ. Признавая наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суды исходили из совокупности обстоятельств и имеющихся в деле доказательств.

Таким образом, невыполнение бывшим руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче управляющему документации общества свидетельствует о его недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника.

Иные доводы, изложенные в кассационной жалобе, по существу повторяют позицию кассатора, изложенную в суде первой инстанции и апелляционной жалобе, которым судами дана подробная, мотивированная и объективная оценка, выражают несогласие с выводами судов, направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств и не указывают на неправильное применение норм права к установленным фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем подлежат отклонению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено, в связи с чем кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Тюменской области от 15.02.2023 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 27.06.2023 по делу А70-15245/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                       В.А. Зюков

 

Судьи                                                                                    О.В. Кадникова

 

ФИО1