АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

 

Нижний Новгород

Дело № А79-6155/2019

19 сентября 2023 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13.09.2023.

Постановление в полном объеме изготовлено 19.09.2023.

 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Елисеевой Е.В.,

судей Кузнецовой Л.В., Ногтевой В.А.

 

при участии 

ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации)

и ее представителя ФИО2 по устному ходатайству

 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного кредитора – 

ФИО1

 

на определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 10.01.2023  и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 14.06.2023

по делу № А79-6155/2019

 

по заявлению финансового управляющего имуществом 

гражданина ФИО3 – 

ФИО4

о признании сделки должника недействительной

и о применении последствий ее недействительности,

 

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, – 

ФИО5 и ФИО6,

 

и   у с т а н о в и л : 

 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО3 (далее – должник) его финансовый управляющий ФИО4 обратился в Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 01.04.2017, заключенного ФИО3 (продавцом) и ФИО7 (покупателем), и о применении последствий недействительности сделки.

Заявление финансового управляющего мотивировано совершением спорной сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Суд первой инстанции определением от 10.01.2023, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 14.06.2023, отказал в удовлетворении заявленных требований исходя из отсутствия у ФИО3 иного пригодного для проживания жилого помещения, в связи с чем оспаривание сделки в данном случае является нецелесообразным, не отвечающим целям пополнения конкурсной массы должника.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, конкурсный кредитор должника – ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение от 10.01.2023 и постановление от 14.06.2023 и принять новый судебный акт об удовлетворении заявления финансового управляющего.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на наличие оснований для отказа в применении в отношении отчужденного жилого помещения исполнительского иммунитета вследствие злоупотребления должником правом.

По мнению заявителя кассационной жалобы, ФИО3 не намеревался использовать спорную квартиру в качестве единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, не проживал когда-либо в квартире ввиду ее неудовлетворительного состояния. При этом на момент заключения договора купли-продажи должник обладал признаками неплатежеспособности, о чем должно было быть известно ФИО7, как гражданской супруге должника, то есть заинтересованному по отношению к нему лицу; ФИО3 через ФИО7 осуществлял последовательное отчуждение принадлежащего ему недвижимого имущества, не направляя вырученные денежные средства ни на погашение требований кредиторов, ни на покупку нового жилья. Поведение сторон при заключении договоров купли-продажи земельных участков, нежилых помещений и спорной квартиры было направлено на вывод из собственности должника в преддверии его банкротства ликвидного имущества во избежание обращения на него взыскания по обязательствам перед кредиторами. На номинальный характер участия ФИО7 в сделке указывает и последующая реализация ею приобретенной квартиры спустя непродолжительное время (в течение четырех месяцев) третьему лицу по цене, на 100 000 рублей ниже цены приобретения, в отсутствие разумной экономической цели получения прибыли. Приведенные обстоятельства, как полагает заявитель, свидетельствуют о согласованных недобросовестных действиях сторон в ущерб имущественным правам кредиторов и о злоупотреблении ими при совершении спорной сделки правом.

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе и поддержаны в судебном заседании.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, отзывов не представили, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность определения Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 10.01.2023 и постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 14.06.2023 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе, и заслушав ФИО1 и ее представителя, суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов.

Как следует из материалов дела, ФИО3 (продавец) и ФИО7 (покупатель) заключили договор купли-продажи от 01.04.2017, в соответствии с которым продавец передал в собственность покупателя квартиру общей площадью 44 квадратных метра по цене 600 000 рублей. В пункте 3 договора стороны отразили, что денежные средства в оплату приобретенной квартиры получены продавцом до подписания договора. 

По договору купли-продажи от 28.08.2017 ФИО7 (продавец) реализовала квартиру общей площадью 44 квадратных метра ФИО5 (покупателю) по цене 500 000 рублей.

Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии определением от 26.06.2019 принял к производству заявление ФИО3 и возбудил дело о его несостоятельности (банкротстве); определением от 18.10.2019 ввел процедуру реструктуризации долгов гражданина; решением от 25.05.2020 признал ФИО3 несостоятельным (банкротом) и ввел процедуру реализации его имущества.

Посчитав, что договор купли-продажи квартиры от 01.04.2017 заключен с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, его финансовый управляющий ФИО4 оспорил законность данной сделки в судебном порядке.

По правилам пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), презумпция осведомленности другой стороны сделки о совершении этой сделки с целью причинить вред имущественным интересам кредиторов применяется, если другая сторона признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обеих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. 

Нарушение участниками гражданского оборота при заключении договора статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, выразившееся в злоупотреблении правом, отнесено законом к числу самостоятельных оснований для признания сделки недействительной.

Также по правилам пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации является ничтожной мнимая сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Обязательным условием для признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Реально исполненная сделка не может быть признана мнимой или притворной (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.11.2005 № 2521/05).

Суды первой и апелляционной инстанций установили, что на момент заключения договора купли-продажи квартиры ФИО3 отвечал признакам неплатежеспособности, а именно: имел неисполненные обязательства перед кредиторами, требования которых впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника в процедуре его банкротства. ФИО7 признана судами фактически заинтересованным по отношению к должнику лицом, которая с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 7 Постановления № 63, считается осведомленной о неблагополучном финансовом состоянии должника и о совершении сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. При этом суды установили наличие у ФИО7 финансовой возможности для оплаты приобретенной квартиры, однако сочли недоказанным факт получения денежных средств должником. Судебные инстанции также учли совершение ФИО3 и ФИО7 иных сделок по отчуждению недвижимого имущества, а именно: в ноябре 2015 года должник реализовал ФИО7 восемь земельных участков и два нежилых помещения, отчужденных впоследствии ФИО7 в течение непродолжительного времени третьим лицам.

В то же время в предмет доказывания при рассмотрении настоящего обособленного спора входил вопрос исполнительского иммунитета в отношении отчужденной квартиры.

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» разъяснено, что целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. Поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент рассмотрения спора в данном помещении продолжают совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (статья 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, при оспаривании сделки должника по отчуждению жилого помещения суд до разрешения обстоятельств, касающихся недействительности сделки, должен проверить, не является ли данное помещение единственным пригодным для проживания должника и членов его семьи, не защищен ли данный объект исполнительским иммунитетом.

В приведенных разъяснениях в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.08.2021 № 307-ЭС21-8025, речь идет о жилых помещениях, являющихся единственными пригодными для проживания, в первую очередь, должника, как центральной фигуры в деле о несостоятельности (банкротстве), а при наличии у него членов семьи, совместно с ним проживающих, – и для этих лиц.

С учетом приведенных разъяснений высшей судебной инстанции целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. Не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (статья 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Вопрос о пределах действия имущественного (исполнительного) иммунитета при обращении взыскания по исполнительным документам на принадлежащие гражданину-должнику на праве собственности объекты недвижимости, включая жилые помещения, неоднократно затрагивался Конституционным Судом Российской Федерации.

В постановлении от 26.04.2021 № 15-П Конституционный Суд Российской Федерации отразил, что со вступления данного постановления в силу абзац второй части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в дальнейшем не может служить нормативно-правовым основанием безусловного отказа в обращении взыскания на жилые помещения, указанные в нем, если суд считает необоснованным применение исполнительского иммунитета.

По смыслу приведенных в Постановлении № 15-П разъяснений исполнительский иммунитет в отношении жилых помещений предназначен для гарантии гражданину-должнику и членам его семьи уровня обеспеченности жильем, необходимого для нормального существования, не допуская нарушения самого существа конституционного права на жилище и умаления человеческого достоинства, однако он не носит абсолютный характер. Исполнительский иммунитет не предназначен для сохранения за гражданином-должником принадлежащего ему на праве собственности жилого помещения в любом случае. В применении исполнительского иммунитета суд может отказать, если доказано, что ситуация с единственно пригодным для постоянного проживания помещением либо создана должником со злоупотреблением правом, либо сложилась объективно, но размеры жилья существенно (кратно) превосходят нормы предоставления жилых помещений на условиях социального найма в регионе его проживания.

Включение единственного пригодного для проживания должника жилого помещения в конкурсную массу должно отвечать принципу целесообразности и свидетельствовать о наличии реального экономического эффекта от его реализации в будущем для удовлетворения требований кредиторов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.07.2021 № 303-ЭС20-18761).

Как установили суды обеих инстанций, спорная квартира являлась единственным пригодным для проживания должника жилым помещением; иного недвижимого имущества в собственности ФИО3 не имеется. Приняв во внимание характеристики квартиры, суды не усмотрели оснований для отнесения ее к категории роскошных.

На основании изложенного суды обоснованно констатировали, что возврат имущества в конкурсную массу не повлечет восстановления нарушенных прав кредиторов. Спорная квартира не могла быть включена в конкурсную массу, поскольку является единственным пригодным для должника жильем, соответственно, на нее распространяется исполнительский иммунитет, предусмотренный в статье 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Бесспорные доказательства обратного в материалы дела не представлены.

Судебные инстанции не усмотрели создания ФИО3 ситуации с единственно пригодным для постоянного проживания помещением со злоупотреблением правом, а равно доказательств того, что в случае сохранения за должником права собственности на квартиру имелась реальная возможность и экономическая целесообразность ее продажи с предоставлением замещающего жилья.

При этом по смыслу абзаца второго части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации наличие у гражданина фактической возможности проживать по иному адресу не означает допустимость безусловного неприменения к находящемуся в его собственности единственному жилью исполнительского иммунитета.

При таких условиях, заключив, что возврат имущества в конкурсную массу в случае признания сделки недействительной не повлечет восстановления нарушенных прав кредиторов должника, суды на законных основаниях отказали в признании сделки недействительной.

Признав факт причинения вреда имущественным интересам кредиторов должника вследствие совершения оспоренной сделки недоказанным, договор купли-продажи квартиры не мог быть признан недействительным также и по статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (совершение сделки при злоупотреблении правом), поскольку обстоятельства, указанные финансовым управляющим в качестве оснований для признания сделки недействительной на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, охватываются составом сделки с подозрительностью, установленным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции также не нашел оснований для признания оспоренной сделки ничтожной по правилам пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации применительно к установленным обстоятельствам. Апелляционный суд не усмотрел обстоятельств, указывающих на мнимый характер договора купли-продажи квартиры, приняв во внимание, что стороны договора совершили необходимые действия, направленные на возникновение соответствующих прав и обязанностей, в частности, 11.04.2017 в Едином государственном реестре недвижимости зарегистрирован переход права собственности на квартиру к покупателю, 26.08.2017 ФИО3 снят с регистрационного учета по адресу спорной квартиры.

Оценка судами доказательств, отличная от их оценки заявителем кассационной жалобы, как и иное толкование норм законодательства, подлежащих применению в настоящем споре, не свидетельствует о наличии в принятых судебных актах существенных нарушений норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства, или допущенной судебной ошибки.

Нормы материального права суды двух инстанций применили верно, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам обособленного спора.

Материалы дела исследованы судами полно и всесторонне, содержащиеся в судебных актах выводы не противоречат установленным по спору фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам. Оснований для отмены обжалованных судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Материалы дела исследованы судами полно и всесторонне, содержащиеся в судебных актах выводы не противоречат установленным по спору фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам. Оснований для отмены обжалованных судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы относится на заявителя. 

Руководствуясь статьями 286, 287 (пункт 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа 

 

П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 10.01.2023 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 14.06.2023 по делу № А79-6155/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

           Председательствующий

 

Е.В. Елисеева

 

 

Судьи

 

Л.В. Кузнецова

 

В.А. Ногтева