АРБИТРАЖНЫЙ  СУД   

  ЦЕНТРАЛЬНОГО  ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

         кассационной инстанции по проверке законности

         и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

     вступивших в законную силу

Дело  № А08-6221/2020

г. Калуга

1 июля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24.06.2024

Постановление в полном объеме изготовлено 01.07.2024

 

Арбитражный суд Центрального округа  в составе:

 

Председательствующего                               Ахромкиной Т.Ф.

Судей                                                             Григорьевой М.А.

                                                                          Еремичевой Н.В.,

 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Дебрянской С.А.,

 

при участии в заседании:

 

от ФИО1:

 

от ООО «БЕЛ ОРГАНИКА»:

 

от конкурсного управляющего ООО «Агрофирма Знамя» Бука Д.В.

от иных лиц, участвующих в деле:

 

ФИО2 – представитель по доверенности от 07.03.2024;

ФИО3 – представитель по доверенности от 21.12.2023;

Бука А.В. - представитель по доверенности от 10.01.2024;

не явились, извещены надлежаще.

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Белгородской области кассационную жалобу ФИО4, ФИО1 на определение Арбитражного суда Белгородской области от 10.10.2023 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.02.2024 по делу № А08-6221/2020,  

 

УСТАНОВИЛ:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Агрофирма Знамя» (далее - ООО «Агрофирма Знамя», должник) конкурсный управляющий Бука Д.В. обратился в арбитражный суд с заявлением к ФИО4, ФИО1, в котором просил признать недействительными сделками операции по перечислению денежных средств согласно платежным поручениям № 713 от 27.12.2019 на сумму 1 678 000 руб. и № 712 от 27.12.2019 на сумму 4 322 000 руб. в рамках договора купли-продажи недвижимого имущества от 27.12.2019, заключенного между должником и ООО «Ресурс» на общую сумму 6 000 000 руб. Просил применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО4 в пользу ООО «Агрофирма Знамя» денежных средств в размере 4 322 000 руб., ФИО1 в пользу ООО «Агрофирма Знамя» денежных средств в размере 1 678 000 руб.

Определением Арбитражного суда Белгородской области от 10.10.2023 (судья Лазовская В.О.) заявление конкурсного управляющего ООО «Агрофирма Знамя» Буки Д.В. удовлетворено, признаны недействительными сделками операции по перечислению денежных средств согласно платежным поручениям № 713 от 27.12.2019 на сумму 1 678 000 руб. и № 712 от 27.12.2019 на сумму 4 322 000 руб.; применены последствия недействительности сделок в виде взыскания: с ФИО1 в пользу ООО «Агрофирма Знамя» денежных средств в размере 1 678 000 руб.; с ФИО4 в пользу ООО «Агрофирма Знамя» денежных средств в размере 4 322 000 руб.

Постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.02.2024 (судьи: Мокроусова Л.М., Орехова Т.И., Потапова Т.Б.) определение Арбитражного суда Белгородской области от 10.10.2023 оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО5 – без удовлетворения.

Не согласившись с указанными судебными актами, ФИО4, ФИО1 обратились в Арбитражный суд Центрального округа с кассационной жалобой, в которой просят отменить определение Арбитражного суда Белгородской области от 10.10.2023 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.02.2024, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Оспаривая выводы судов, заявители ссылаются на нарушение судами норм материального права, в частности на невозможность применения к спорным правоотношениям положений пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку определением от 08.06.2021 суд прекратил производство по заявлению администрации Белгородского района, продолжив рассматривать заявление ООО ЧОП «Защита» (принято к рассмотрению 08.02.2021) по правилам первого заявителя по делу о банкротстве, тогда как договор купли-продажи недвижимого имущества, на основании которого были произведены платежи был заключен 27.12.2019. Кассаторы не согласны с выводами судов о наличии на момент совершения сделки у ООО «Агрофирма Знамя» задолженности перед администрацией Белгородского района. По мнению кассаторов, не соответствует действительности вывод судов об отсутствии в материалах дела каких-либо сведений о взаимных расчетах между ООО «Агрофирма Знамя» и ФИО4, ФИО1, а так же, что денежные средства, перечисленные ООО «Ресурс», перечислены ФИО4 и ФИО1 в счет погашения задолженности, так как между должником и ответчиками сложились правовые отношения по договорам займа. Обращает внимание на аффилированность ООО «Ресурс» и ООО «Бел Органика», считает, что  договор купли-продажи между ООО «Агрофирма Знамя» и ООО «Ресурс» фактически заключался в интересах ООО «Бел Органика» (конечного приобретателя имущества). 

ООО «БЕЛ ОРГАНИКА» и конкурсный управляющий ООО «Агрофирма Знамя» Бука Д.В. в отзывах просят оставить обжалуемые судебные акты без изменения, ссылаясь на их законность и обоснованность. 

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы кассационной жалобы, представители ООО «БЕЛ ОРГАНИКА» и конкурсного управляющего должником Бука Д.В. возражали против отмены обжалуемых судебных актов.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, в том числе путем размещения информации в Картотеке арбитражных дел, в суд округа не явились. Дело рассмотрено в порядке статьи 284 АПК РФ в отсутствие неявившихся лиц.  

Изучив материалы дела, выслушав пояснения участников процесса, обсудив доводы кассационной жалобы, отзывов на нее, судебная коллегия кассационной инстанции находит определение Арбитражного суда Белгородской области от 10.10.2023 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.02.2024 подлежащими оставлению без изменения в связи со следующим. 

Как установлено судами двух инстанций и следует из материалов дела, между ООО «Агрофирма Знамя» и ООО «Ресурс» был заключен договор купли-продажи недвижимого имущества от 27.12.2019.

Согласно пункту 1.1 указанного договора продавец (ООО «Агрофирма Знамя») продает, а покупатель (ООО «Ресурс») приобретает в собственность нежилые здания (именуемые далее по тексту - объекты недвижимости), определенные в пункте 1.1.1-1.1.11 настоящего договора. Общая сумма договора составила 6 000 000 руб. (п. 4.1 Договора).

Как следует из п. 4.2 указанную в п. 4.1 настоящего договора сумму покупатель оплачивает продавцу не позднее 10 рабочих дней с даты подписания договора путем перечисления денежных средств третьим лицам в счет погашения обязательств продавца перед третьими лицами, а именно:

- 4 322 000, 00 (четыре миллиона триста двадцать две тысячи) рублей 00 копеек ФИО4 ИНН 

<

***>, счет 40817810738013112120 в Филиале Центральный ПАО БАНКА «ФК ОТКРЫТИЕ», БИК 044525297, к/с 30101810945250000297;

- 1 678 000, 00 (один миллион шестьсот семьдесят восемь тысяч) рублей 00 копеек ФИО1 ИНН 

<

***>, счет 40817810810610001744 в АО «АЛЬФА-БАНК», БИК 044525593, к/с 30101810200000000593.

Решением Арбитражного суда Белгородской области от 20.09.2022 ООО «Агрофирма Знамя» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство.

Ссылаясь на то, что спорные перечисления совершены при наличии у должника неисполненных обязательств перед кредиторами в пользу аффилированных лиц, без предоставления встречного исполнения, в результате его совершения причинен ущерб имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о признании операций по перечислению денежных средств недействительными сделками на основании статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», статей 10, 168 Гражданского кодекса РФ.

Оценив доводы сторон и представленные в материалы дела доказательства по правилам главы 7 АПК РФ, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что операции по перечислению денежных средств согласно платежным поручениям № 713 от 27.12.2019 на сумму 1 678 000 руб. и № 712 от 27.12.2019 на сумму 4 322 000 руб., подлежат признанию недействительными на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку имеется совокупность всех необходимых признаков, предусмотренных пунктами 1 и 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве.

Суд кассационной инстанции считает возможным согласиться с данным выводом судов в связи со следующим. 

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Оспариваемые платежи совершены 27.12.2019, то есть в течение года до принятии к производству заявления администрации Белгородского района (14.09.2020) и в течение трех лет до принятия судом заявления ООО ЧОП «Защита» о вступлении в дело о банкротстве ООО «Агрофирма Знамя» (09.02.2021), в период подозрительности, предусмотренный в пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В силу части 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

В соответствии с пунктом 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума № 63) для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 4 пункта 9 постановления Пленума № 63, в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Установленные абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Возражая против заявленных требований, ответчики ссылались на то, что на момент совершения спорных перечислений у должника отсутствовали кредиторы, поскольку задолженность перед Администрацией Белгородского района была погашена в полном объеме, а задолженности перед ООО ЧОП «Защита» и ООО «Бел Органика» возникли после заключения договора купли-продажи недвижимого имущества между ООО «Агрофирма Знамя» и ООО «Ресурс», и, соответственно, совершения спорных платежей.

Судами установлено, что между ООО ЧОП «Зашита» и ООО «Агрофирма Знамя» 01.11.2018 был заключен Договор оказания услуг № 113/10-ФО, по условиям которого ООО ЧОП «Защита» обеспечивает охрану помещения и имущества ООО «Агрофирма Знамя», расположенного по адресу: 

<

...> осуществляет предупреждение противоправных действий и обеспечивает общественный порядок.

Стоимость оказанных ООО ЧОП «Защита» услуг составила 863 000 руб.

ООО «Агрофирма Знамя» произвело оплату оказанных охранных услуг частично на общую сумму 582 000 руб.

Услуги ООО ЧОП «Защита», оказанные за период с 01.06.2019 по 27.09.2019 гг. на общую сумму 378 000 руб., оплачены ООО «Агрофирма Знамя» не были.

В связи с неисполнением условий по оплате оказанных услуг ООО ЧОП «Защита» обратилось в суд с иском о взыскании с ООО «Агрофирма Знамя» данной задолженности.

Согласно материалам дела у ООО «Агрофирма Знамя» имеются неисполненные более трех месяцев денежные обязательства перед ООО ЧОП «Защита», подтвержденные вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Белгородской области (резолютивная часть от 21.05.2020) от 25.05.2020 по делу № А08-213/2020. На основании решения выдан исполнительный лист серии ФС № 034029496.

10.09.2020 Белгородским РОСП по заявлению ООО ЧОП «Защита» возбуждено исполнительное производство № 56659/20/31002-ИП.

Решением Арбитражного суда Белгородской области от 18.12.2019 по делу № А08-889/2019 с ООО «Агрофирма Знамя» в пользу Администрации Белгородского района была взыскана задолженность в размере 1 289 550,40 руб. основного долга и 343 767,76 руб. неустойки. То есть данная задолженность была взыскана судом непосредственно перед перечислением денежных средств по сделке должника непосредственно ответчикам, о чем ответчики, как аффилированные лица не могли не быть осведомлены.

В последующем Администрация Белгородского района была заменена на ООО «Бел Органика», требование которого в последующем было включено в реестр требований кредиторов ООО «Агрофирма Знамя» в размере в размере 1 678 446,97 руб., в том числе: 1 633 318,16 руб. основной долг, 45 128,81 руб. проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 01.08.2021 по 22.12.2021.

При таких обстоятельствах вывод судов о наличии у должника на момент совершения спорных платежей неисполненных обязательств является обоснованным.

Следует отметить, что сам по себе отказ администрации Белгородского района от заявления о признании ООО «Агрофирма Знамя» несостоятельным (банкротом) не свидетельствует о восстановлении платежеспособности должника. 

Несогласие кассатора с данным выводом судов не является основанием для иной оценки представленных в материалы дела доказательств.

Кроме того,  согласно правовым подходам, сформированным в настоящее время в судебной практике по спорам о признании недействительными сделок по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, наличие у должника признака неплатежеспособности на момент совершения оспариваемой сделки не является обязательным условием для признания ее недействительной.  Указанное обстоятельство лишь порождает презумпцию наличия цели причинения вреда у ее сторон. Вместе с тем аналогичная презумпция возникает и в случае совершения сделки с заинтересованными лицами, перечень которых приведен в статье 19 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе, указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника.

В силу абзаца 2 пункта 1 статьи 45 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, братья, сестры и (или) их аффилированные лица являются стороной сделки или выступают в интересах третьих лиц в их отношениях с обществом; занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной сделки или выступающего в интересах третьих лиц в их отношениях с обществом.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Агрофирма Знамя» по состоянию на 13.10.2022, с 31.05.2013 учредителями должника являлись ФИО1 и ФИО4, руководителем (директором) общества на момент совершения сделки являлся ФИО1.

Сторонами не отрицался факт того, что ФИО1 и ФИО4 являются родными братьями.

Судами установлено отсутствие зарегистрированного за должником недвижимого имущества. Движимое имущество, зарегистрированное за должником, фактически отсутствует, так как выбыло в связи с отчуждением по договорам купли-продажи и утилизацией, что подтверждается материалами дела.

В силу статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Исходя из изложенного суды пришли к выводу, что совершение спорных платежей по перечислению денежных сумм повлекло за собой изъятие из активов должника соответствующих денежных сумм, за счет которых могли быть произведены расчеты, в том числе, с независимым кредитором.

Возражая против заявленных требований, ответчики полагали, что в данном случае отсутствовало причинение вреда кредиторам, так как ФИО4 и ФИО1 также являлись кредиторами ООО «Агрофирма Знамя».

Указали на то, что на момент совершения сделки должника по отчуждению недвижимого имущества у ООО «Агрофирма Знамя» также имелась задолженность перед ФИО4, возникшая на основании заключения между ООО «Агрофирма Знамя» и ФИО4 договора процентного займа от 14.12.2018 на сумму 2 860 734,13 руб., и перед ФИО1, возникшая на основании заключения между ООО «Агрофирма Знамя» и ФИО1 договора процентного займа от 08.04.2015 на сумму 1 000 000 руб. и договора процентного займа от 27.05.2015 на сумму 500 000 руб.

Вместе с тем судами установлено, что в материалах дела отсутствуют сведения о взаимных расчетах между ООО «Агрофирма Знамя» и ФИО1, ФИО4, что доказательств, подтверждающих перечисление ООО «Ресурс» в пользу ФИО1 и ФИО4 денежных средств именно в счет погашения задолженности ООО «Агрофирма Знамя» по договорам займа от 14.12.2018, 08.04.2015, 27.05.2015, не представлено.

Доказательств, подтверждающих перечисления ФИО1 и ФИО4 денежных средств ООО «Агрофирма Знамя» в сумме 6 000 000 руб., либо пополнение активов ООО «Агрофирма Знамя» в размере указанной суммы иным способом, также не имеется.

Исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи в соответствии со статьей 71 АПК РФ, учитывая отсутствие доказательств заемных отношений между должником и ответчиками, а также, что в результате совершения оспариваемых платежей причинен вред кредиторам должника, выразившийся в уменьшении имущества должника в виде исключения из конкурсной массы денежных средств в пользу аффилированных лиц, суд первой инстанции на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве признал недействительными операции по перечислению денежных средств согласно платежным поручениям № 713 от 27.12.2019 на сумму 1 678 000 руб. и № 712 от 27.12.2019 на сумму 4 322 000 руб. 

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело по правилам главы 34 АПК, согласился с выводами суда области. 

При этом суды отклонили доводы ФИО1 о пропуске срока исковой давности по заявленным требованиям. 

Исковая давность по заявлению об оспаривании сделки применяется в силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации по заявлению другой стороны оспариваемой сделки либо представителя учредителей (участников) должника или собственника имущества должника - унитарного предприятия, при этом на них лежит бремя доказывания истечения давности.

Федеральным законом от 07.05.2013 № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее по тексту - Федеральный закон № 100-ФЗ) с 01.09.2013 статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации изложена в новой редакции, согласно которой, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой, а не ничтожной, за исключениями, установленными названной статьей.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации (в ред. Федерального закона № 100-ФЗ) срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка, либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Пунктом 6 статьи 3 Федерального закона № 100-ФЗ установлено, что нормы Гражданского кодекса Российской Федерации об основаниях и о последствиях недействительности сделок (статьи 166 - 176, 178 - 181 Гражданского кодекса Российской Федерации) применяются к сделкам, совершенным после дня вступления в силу настоящего Федерального закона.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Потенциальная осведомленность арбитражного управляющего об обстоятельствах заключения сделки устанавливается с учетом требований о стандартах поведения, предъявляемых к среднему профессиональному арбитражному управляющему, действующему разумно и проявляющему требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность в аналогичной ситуации.

Срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренной статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Исходя из положений пункта 2 статьи 126, статьи 129 Закона о банкротстве и разъяснений, изложенных в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункте 42 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», моментом возникновения у конкурсного управляющего (исполняющего обязанности конкурсного управляющего) полномочий на оспаривание сделок, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 названного Закона, является дата объявления резолютивной части решения о признании должника банкротом и открытия процедуры конкурсного производства.

В абзаце 2 пункта 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность узнать о нарушении права.

В рассматриваемом случае Бука Д.В. был утвержден конкурсным управляющим ООО «Агрофирма Знамя» решением суда от 20.09.2022, а с заявлением об оспаривании сделки должника на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации обратился 26.12.2022.

На основании изложенного, суды пришли к выводу о том, что в настоящем случае срок исковой давности для оспаривания сделки должника по специальным основаниям не пропущен.

Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Признав недействительными платежи, произведенные ООО «Ресурс» в пользу ФИО6, руководствуясь положениями части 2 статьи 167 ГК РФ и статьи 61.6 Закона о банкротстве, суды правомерно применили последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО1 в пользу ООО «Агрофирма Знамя» денежных средств в размере 1 678 000 руб. и с ФИО4 в пользу ООО «Агрофирма Знамя» денежных средств в размере 4 322 000 руб.

Изучив материалы дела, суд округа считает необходимым отметить следующее.

По общему правилу периоды подозрительности в деле о банкротстве должника исчисляются с даты принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве). Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 7 постановления № 35, такой датой является дата принятия судом первого заявления независимо от того, какое заявление впоследствии будет признано обоснованным (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2021 № 305-ЭС17-2507(21)).

В связи с изложенным судом отклоняются доводы заявителей кассационной жалобы о неправильном исчислении судами периода подозрительности сделки. Кроме того выгодоприобретателями по спорным сделкам являются участники ООО «Агрофирма «Знамя», в связи с чем их осведомленность о наличии у должника на момент совершения сделок признаков неплатежеспособности презюмируется.

Не могут быть приняты во внимание и ссылки ответчиков на фактическое предоставление ими ранее совершенной сделки встречного предоставления должнику в виде займов на сумму, превышающую полученную по сделке.

Кассаторами не опровергнуты выводы судов о наличии у должника на дату совершения сделки задолженности перед кредиторами, впоследствии включенной в реестр требований кредиторов. При этом, согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 15 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны мажоритарного участника (акционера). Соответствующие действия, оформленные в качестве возврата займов, подлежат признанию недействительными по правилам статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации как совершенные со злоупотреблением правом.

При этом оформление компенсационного финансирования может производится как с использованием договоров займа, купли-продажи, подряда, аренды, так и иных сделок, а также с использованием конструкции финансирования, осуществляемого путем отказа от принятия мер к истребованию задолженности. Не устраненные контролирующим лицом (не исключая случаи финансирования через посредство иных лиц) разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов. На этом лице также лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно мнимости договора, на котором основано его требование, заявленное в деле о банкротстве (п. п. 1, 3.1 - 3.4 Обзора судебной практики, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020).

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии определенных обстоятельств должник обязан обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве в связи с невозможностью дальнейшего осуществления нормальной хозяйственной деятельности по экономическим причинам. При наступлении подобных обстоятельств добросовестный руководитель должника вправе предпринять меры, направленные на санацию должника, если он имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план (абз. 2 п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»). Когда же мажоритарный участник (акционер) или их группа, в том числе, действующие опосредовано, например, через посредство участия в капитале иного контролируемого юридического лица, осуществляют вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе. Однако обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (п. 3 ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника, подразумевает содействие кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с должником (абз. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). Поэтому в ситуации, когда одобренный мажоритарным участником (акционером) или их группой план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана.

Пока не доказано иное, предполагается, что мажоритарные участники (акционеры), голоса которых имели решающее значение при назначении руководителя, своевременно получают информацию о действительном положении дел в хозяйственном обществе. При наличии такой информации контролирующие участники (акционеры) де-факто принимают управленческие решения о судьбе должника - о даче согласия на реализацию выработанной руководителем стратегии выхода из кризиса и об оказании содействия в ее реализации либо об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника.

Изъятие вложенного финансирования не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вышеизложенное позволяет квалифицировать платежи в пользу ФИО5 за счет средств, причитающихся должнику за реализованный объект недвижимости, как изъятие корпоративного финансирования, следствием чего также являются признание сделки недействительной и возврат полученных денежных средств в конкурсную массу должника.

С учетом изложенного, применительно к фактическим обстоятельствам настоящего дела, судебная коллегия кассационной инстанции приходит к выводу о том, что оспариваемые судебные акты приняты в соответствии с установленными по делу обстоятельствами и нормами права.

В силу положений статьи 286 АПК РФ кассационная жалоба рассматривается исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражений относительно жалобы. Между тем доводов, опровергающих выводы судов первой и апелляционной инстанции, кассационная жалоба не содержит. По существу доводы кассационной жалобы направлены на иную оценку доказательств и фактических обстоятельств дела, данных судами, что не относится к полномочиям суда кассационной инстанции. 

Согласно абзацу 2 пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» с учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 Кодекса), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 АПК РФ), не допускается.

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено. 

При указанных обстоятельствах оснований для отмены принятых по делу судебных актов не имеется.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Белгородской области от 10.10.2023 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.02.2024 по делу № А08-6221/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                Т.Ф. Ахромкина

 

Судьи                                                                                               М.А. Григорьева

 

                                                                                                          Н.В. Еремичева