ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А65-12847/2019

г. Самара

19 октября 2021 г.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Мальцева Н.А.,

судей Некрасовой Е.Н., Поповой Г.О.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании 12 октября 2021 года в помещении суда, в зале № 1,

апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 06 августа 2021 года, вынесенное по заявлению ФИО2 о процессуальном правопреемстве в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Уруссинский электромеханический завод», (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

с участием:

от конкурсного управляющего ООО «Уруссинский электромеханический завод» - ФИО3, доверенность от 28.06.2021,

от АО «Газпромбанк» - ФИО4, доверенность от 26.03.2020, 

 

установил:

В Арбитражный суд Республики Татарстан 07.05.2019 поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «ИнтерметГрупп» о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Уруссинский электромеханический завод».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 09.09.2019 заявление общества с ограниченной ответственностью «Предприятие производственно-технической комплектации» признано обоснованным и в отношении общества с ограниченной ответственностью «Уруссинский электромеханический завод» введена процедура банкротства наблюдение.

Временным управляющим общества с ограниченной ответственностью «Уруссинский электромеханический завод» утвержден ФИО5.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.03.2020 общество с ограниченной ответственностью «Уруссинский электромеханический завод» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство сроком на 4 месяца до 13.07.2020.

Конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «Уруссинский электромеханический завод» утвержден член Некоммерческого партнерства Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Развитие» ФИО6 (119311, г.Москва, а/я 145).

В Арбитражный суд Республики Татарстан 30.04.2021 поступило заявление ФИО2 о процессуальном правопреемстве.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.08.2021 в удовлетворении заявления ФИО2 отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, принять по делу новый судебный акт,  в котором удовлетворить ходатайство в полном объеме.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.09.2021 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 12.10.2021.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

В судебном заседании представители конкурсного управляющего ООО «Уруссинский электромеханический завод», АО «Газпромбанк» возражали против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом путем направления почтовых извещений и размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с требованиями абз. 2 ч. 1 ст. 121 АПК РФ, в связи с чем суд вправе рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие согласно ч. 3 ст. 156 АПК РФ.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения суда первой инстанции, исходя из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи  223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.02.2020 по делу № А65-12847/2019 требование АО «Газпромбанк» в размере 62 513 700 руб. задолженности включено в состав третьей очереди реестра требований кредиторов должника, как обеспеченные залогом имущества должника по Договору залога имущественных прав (прав требования) №4714-23/К/ДЗИП-08 от 28.12.2018 - все принадлежащие ему (а также те, которые возникнут в будущем) имущественные права (права требования денежных средств) по Договору уступки прав требования (цессии) № 176 УЭМЗ/Ц от 22.08.2017г., заключенному Залогодателем с Обществом с ограниченной ответственностью «Инвестмент Девелопмент Европа Азия Групп» (ООО «ИДЕА Групп»), ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, заключенному в обеспечение исполнения следующих обязательств перед Банком:

ООО «ИНВЭНТ-Электро» по Кредитному соглашению об открытии кредитной линии от 26.10.2017 №4717-047/К, Кредитному соглашение об открытии кредитной линии от 19.05.2017 №4717-032/К, Кредитному соглашению о предоставлении кредита №4714-029/К от 03.04.2014;

ООО «Таткабель» по Кредитному соглашению о предоставлении кредита №4714-023/К от 25.03.2014, Кредитному соглашению об открытии кредитной линии от 19.05.2017 №4717-031/К, Кредитному соглашению об открытии кредитной линии от 26.10.2017 №4717-046/К;

ООО «Предприятие производственно-технической комплектации» по Кредитному соглашению о предоставлении кредита №4714-030/К от 03.04.2014;

ООО «Таттеплоизоляция» по Кредитному соглашению о предоставлении кредита №4714-031/К от 03.04.2014, Кредитному соглашению об открытии кредитной линии от 19.05.2017 №4717-033/К.

Таким образом,  при включении  в реестр  требований  кредиторов  должника  требования кредитора АО «Газпромбанк» суд первой инстанции руководствовался наличием  кредитных обязательств с кредитором, а  также  обеспечительных  обязательств  должника, вытекающих из договоров залога.

В обоснование процессуального правопреемства  заявитель, ФИО2, указывал, что  28.12.2018  между кредитором   АО «Газпромбанк»  и ФИО2 заключен договор  залога  доли  в уставном капитале  №4714-23/К/ДЗД-04, по условиям которого   в обеспечение  исполнения  обязательств   ООО  «Таткабель», ООО «ИНВЭНТ-Электро», ООО «Таттеплоизоляция», ООО  «Предприятие производственно-технической комплектации»  ФИО2 передал в  залог  долю в уставном капитале ООО  «ИДЕА Групп»  в размере 99,99%.

Заявитель указывал, что в связи с неисполнением заемщиками  обязательств  по кредитным   соглашениям,  кредитор АО «Газпромбанк» обратил взыскание  во внесудебном порядке на заложенное  имущество,   принадлежащее  ФИО2, реализовав  долю  в уставном капитале   ООО  «ИДЕА Групп» на торгах. В настоящее  время  доля в уставном капитале ООО  «ИДЕА Групп» в размере 99,99% перешла  ООО  «ИнтерфинТек», которое  приобрело у АО «Газпромбанк» по стоимости 202 000 000  руб.  на основании  договора   купли – продажи доли в уставном капитале ООО  «ИДЕА Групп»  от  13.12.2019.

Указанные обстоятельства, по  мнению  ФИО2, являлись основанием для  процессуального  преемства  по требованию кредитора  АО «Газпромбанк»  в части 202 000 000   руб.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В соответствии с ч. 1 ст. 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

В основе процессуального правопреемства находится правопреемство в материальных правоотношениях (реорганизация, уступка требования, перевод долга и т.д.).

По общему правилу в  силу статьи 387 Гражданского кодекса  Российской Федерации  права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона вследствие исполнения обязательства должника его поручителем или залогодателем, не являющимся должником по этому обязательству.

Вместе с тем,  как установлено судом первой инстанции, согласно выписке из ЕГРЮЛ с 26.03.2015 учредителем ООО «Уруссинский электромеханический завод» с долей 90% является ООО «Инвэнт».

Согласно выписке из ЕГРЮЛ с 24.08.2016 учредителем ООО «Инвэнт» с долей 99,9% является ООО «ХК Инвэнт».

Согласно выписке из ЕГРЮЛ с 17.10.2016 учредителем ООО «ХК Инвэнт» с долей 96,7 % является ФИО2.

Таким образом, вышеуказанные   лица являются   аффилированными, входящими в группу компаний Инвэнт, контролируемых ФИО2  (конечным  бенефициаром).

Аффилированность лиц, предоставивших поручительство, презюмирует совместный характер такого поручительства. (Определение Верховного Суда РФ от 04.10.2018 № 305-ЭС18-9321).

Бремя опровержения этой презумпции лежит на самих поручителях (Определение Верховного Суда РФ от 04.10.2018 № 305-ЭС18-9321).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 16 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, в ситуации, когда одно лицо, входящее в группу компаний, получает кредитные средства, а другие лица, входящие в ту же группу, объединенные с заемщиком общими экономическими интересами, контролируемые одним конечным бенефициаром, предоставляют обеспечение в момент получения финансирования, зная об обеспечительных обязательствах внутри группы, предполагается, что такое обеспечение направлено на пропорциональное распределение риска дефолта заемщика между всеми членами группы компаний независимо от того, как оформлено обеспечение, что позволяет квалифицировать такое обеспечение как совместное, а предоставившие совместное обеспечение лица являются солидарными должниками по отношению к кредитору, и при исполнении одним из таких солидарных должников обязательства перед кредитором к нему в порядке суброгации переходит требование к основному должнику (абзац 4 статьи 387 Гражданского кодекса Российской Федерации), но его отношения с другими выдавшими обеспечение членами группы по общему правилу регулируются пунктом 2 статьи 325 Гражданского кодекса Российской Федерации о регрессе: он вправе предъявить регрессные требования к каждому из лиц, выдавших обеспечение, в сумме, соответствующей их доле в обеспечении обязательства, за вычетом его доли (абзацы 2, 3 постановления Пленума № 42).

По смыслу пункта 2 статьи 325 Гражданского кодекса Российской Федерации если иное не установлено соглашением солидарных должников, предоставивших совместное обеспечение, и не вытекает из отношений между ними, право регрессного требования к остальным должникам в обеспечительном обязательстве имеет не любой исполнивший обязательство, а тот, кто исполнил обязательство в размере, превышающем его долю, и только в приходящейся на каждого из остальных должников части (абзац 1 пункта 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении»).

Выработанные законодательством и судебной практикой критерии для признания обеспечения совместным полностью относятся и к поручительству и к залогу имущества; предоставившие совместное обеспечение лица, в том числе залогодатели, признаются солидарными должниками. При совместном характере предоставленного обеспечения для залогодателя совместным с иными предоставившими обеспечение тех же обязательств лицами (сообеспечителями) является обеспечение исполнения кредитных обязательств в пределах стоимости предоставленного им в залог имущества.

В отношениях сообеспечителей, с учетом равенства их долей, действуют правила о регрессе: солидарный должник, предоставивший кредитору исполнение в размере, превышающем его доли в обеспечении обязательства, вправе предъявить сумму превышения иным лицам, предоставившим совместное обеспечение, в размере, не превышающем долю каждого из них.

В результате обращения взыскания на заложенную долю кредитору АО «Газпромбанк» перечислено 202 000 000  руб., указанная  задолженность распределена  в следующем порядке:

- по обязательствам ООО  «Таткабель» в  сумме 48 629 764,15  руб. основного долга, 17 703 569,18 руб. процентов

- по обязательствам  ООО «ИНВЭНТ-Электро»  в сумме 26 682 030,96  руб. основного долга, 40 651 302,38  руб. процентов,

- по обязательствам  ООО «Таттеплоизоляция» в  сумме  37 981 427,22  руб. основного долга, 29 351 906,11 руб. процентов.

Условиями договора залога доли в уставном капитале от 28.12.2018  предусмотрено, что в случае если залогом имущества в соответствии с условиями  настоящего договора будет обеспечено исполнение нескольких обязательств с различным сроками исполнения, залогодержатель вправе самостоятельно  определить порядок (очередность) удовлетворения залогодержателем своих требований за счет  предмета залога (пункт 2.2.1.4  договора).

При этом, как указано в  пункте  7.7  договора  залога доли в уставном капитале  от 28.12.2018,  к залогодателю  не переходят  права  в случае частичного удовлетворения  требований  залогодержателя  за счет предмета  залога.

В соответствии со статьей 421 Гражданского  кодекса  Российской Федерации  граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней.

Согласно разъяснениям, данным в пунктах 1, 2, 3, 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», применяя положения статьи 421 Гражданского  кодекса  Российской Федерации, судам следует учитывать, что норма, определяющая права и обязанности сторон договора, толкуется судом исходя из ее существа и целей законодательного регулирования, то есть суд принимает во внимание не только буквальное значение содержащихся в ней слов и выражений, но и те цели, которые преследовал законодатель, устанавливая данное правило.

Норма, определяющая права и обязанности сторон договора, является императивной, если она содержит явно выраженный запрет на установление соглашением сторон условия договора, отличного от предусмотренного этой нормой правила (например, в ней предусмотрено, что такое соглашение ничтожно, запрещено или не допускается, либо указано на право сторон отступить от содержащегося в норме правила только в ту или иную сторону, либо названный запрет иным образом недвусмысленно выражен в тексте нормы). При отсутствии в норме, регулирующей права и обязанности по договору, явно выраженного запрета установить иное, она является императивной, если исходя из целей законодательного регулирования это необходимо для защиты особо значимых охраняемых законом интересов (интересов слабой стороны договора, третьих лиц, публичных интересов и т.д.), недопущения грубого нарушения баланса интересов сторон либо императивность нормы вытекает из существа законодательного регулирования данного вида договора. Если норма не содержит явно выраженного запрета на установление соглашением сторон условия договора, отличного от предусмотренного в ней, и отсутствуют критерии императивности, указанные в пункте 3 данного постановления, она должна рассматриваться как диспозитивная. В таком случае отличие условий договора от содержания данной нормы само по себе не может служить основанием для признания этого договора или отдельных его условий недействительными по статье 168 Гражданского  кодекса  Российской Федерации.

По смыслу пункта 2 статьи 325 Гражданского кодекса, если иное не установлено соглашением между солидарными должниками, предоставившими совместное обеспечение, и не вытекает из отношений между ними, право регрессного требования к остальным должникам в обеспечительном обязательстве имеет не любой исполнивший обязательство, а лишь тот, кто исполнил обязательство в размере, превышающем его долю, и только в приходящейся на каждого из остальных должников части (абзац первый пункта 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении»).

Из существа обеспечительных обязательств, направленных на максимальное удовлетворение требований кредитора за счет имущества поручителей и залогодателей, и принципа добросовестного осуществления гражданских прав следует, что должник в обеспечительном обязательстве, частично исполнивший обязательство перед кредитором, не имеет права на удовлетворение своего суброгационного или регрессного требования к другому солидарному должнику до полного удовлетворения требований кредитора по основному обязательству.

Соответственно,  при наличии в договоре  залога доли в уставном капитале  от 28.12.2018  ограничения, содержащего  условие о том, что переходящие к залогодателю права до полного погашения требования кредитора  не влекут замену кредитора как конкурсного кредитора, суд приходит к  выводу  о преждевременности настоящего заявления.

Таким образом, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что поскольку в данном случае, задолженность перед кредитором  АО «Газпромбанк»   по спорным обязательствам  составляет     свыше 2,8 миллиарда руб., погашение произведено  конечным бенефициаром  за счет заложенного имущества  на сумму  202 000 000  руб., оснований  для  осуществления правопреемства   кредитора  не имеется.

В ходе проверки законности и обоснованности принятого по делу определения, коллегия судей не установила каких-либо нарушений со стороны суда первой инстанции, полностью согласилась с оценкой представленных в материалы дела доказательств.

Довод заявителя жалобы о том, что п. 7.7 договора залога был принят в принудительной редакции Банка, суд апелляционной инстанции признает несостоятельным, поскольку при подписании указанного договора ФИО2 дал заверения, что он при заключении договора залога действует без принуждения со стороны или давления в любой форме, у него отсутствуют обстоятельства, вынуждающие его заключить настоящий Договор на крайне невыгодных для себя условиях, никаких дополнений и изменений к настоящему договору не имеет (п. 8.3 договора залога).

Кроме того, действительность договора залога была подтверждена решением Арбитражного суда города Москвы от 10.08.2020 по делу № А40-333485/2019-104-2452, которым было отказано в удовлетворении иска о признании недействительным договора залога, который оспаривался в том числе на основании кабальности сделки и невыгодности ее условий для ФИО2 

ФИО2 является лицом, аффилированным с ООО «УЭМЗ» (участником ООО «Инвэнт» является ООО «ХК Инвэнт» с долей в размере 99,99 % уставного капитала, при этом ФИО2 являлся генеральным директором ООО «ХК Инвэнт» до введения процедуры банкротства, участниками ООО «ХК Инвэнт» являются ФИО7 и ФИО8, что подтверждается сведениями, содержащимися в ЕГРЮЛ.

Суд апелляционной инстанции признает несостоятельным довод заявителя жалобы, что ФИО2 не является контролирующим ГК Инвэнт лицом, поскольку опровергается фактическими обстоятельствами и судебной практикой.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.09.2021 по делу № А65-16719/2019 оставлено без изменения определение Арбитражного суда Республики Татарстан об отказе в удовлетворении заявления ФИО2 о правопреемстве в деле о несостоятельности (банкротстве) ООО «Инвэнт», которое было основано на аналогичных фактических обстоятельствах.

При таких обстоятельствах, учитывая отсутствие нарушений, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта по статье 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционную жалобу необходимо оставить без удовлетворения, а определение суда первой инстанции оставить без изменения.

Таким образом, определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 06 августа 2021 года по делу А65-12847/2019 следует оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 06 августа 2021 года по делу А65-12847/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                      Н.А. Мальцев

 

Судьи                                                                                                    Е.Н. Некрасова

 

                                                                                                                Г.О. Попова