﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-223/19 

Екатеринбург

06 октября 2021 г.

 

Дело № А60-14008/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 29 сентября 2021 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 06 октября 2021 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Новиковой О. Н.,

судей Столяренко Г. М., Сушковой С. А.,

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Русстрой» (далее – общество «Русстрой») и конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «УралПромМонтаж» Косякина Дмитрия Владимировича на определение Арбитражного суда Свердловской области от 06.04.2021 по делу № А60-14008/2017  и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.07.2021 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

общества с ограниченной ответственностью «УралПромМонтаж» - Павлов А. С. (доверенность от 01.08.2021);

общества «Русстрой» - Копылов Д. А. (доверенность от 11.01.2021);

Кондратьева Ильи Вячеславовича – Караульных Н. В. (доверенность от 04.09.2019)

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «УралПромМонтаж» (далее – общество «УралПромМонтаж», должник) в Арбитражный суд Свердловской области 21.09.2020 поступило заявление конкурсного управляющего Косякина Д. В. о привлечении Кондратьева И. В. (ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 06.04.2021 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.07.2021 определение суда первой инстанции от 06.04.2021 оставлено без изменения. 

Не согласившись с принятыми судебными актами, общество «Русстрой» и конкурсный управляющий Косякин Д. В. обратились в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просят отменить определение Арбитражного суда Свердловской области от 06.04.2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.07.2021, принять новый судебный акт.

Конкурсный управляющий Косякин Д. В. в своей кассационной жалобе указывает следующее.

Вопреки выводам суда апелляционной инстанции об осведомленности основного кредитора и участника должника (общество «Русстрой») о совершенных ответчиком сделках с имуществом подконтрольного ему общества – материалы дела не содержат доказательства одобрения данных крупных сделок участниками, общество «Русстрой» не имело возможности предотвратить вывод активов.

Кассатор считает, что выводы суда апелляционной инстанции о том, что банкротство общества «УралПромМонтаж» наступило в результате совместных действий должника и кредитора – общества «Русстрой» необоснованны.

Заявитель указывает, что суд первой инстанции не в полном объеме исследовал все обстоятельства спора, не дав оценку факту вывода активов в пользу общества, на 100 % принадлежащего Кондратьеву И. В.

В кассационной жалобе общества «Русстрой» приводятся следующие доводы: суды нижестоящих инстанций учли бездоказательные доводы ответчика и не приняли во внимание доказательства кредитора.

Кассатор указывает на то, что Арбитражным судом Уральского округа в постановлении от 26.03.2019 в нарушение главы 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) фактически осуществлен пересмотр вступивших в законную силу решений судов по делам № А60-5460/18 и А40-28180/15, после чего указанное постановление легло в основу принятия обжалуемых судебных актов.

Суды не рассмотрели довод кредитора о необходимости применения положений пункта 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53).

Судами ошибочно сочтены доказанными факты того, что кредитор давал указания должнику и Кондратьеву И. В. на заключение сделок по аренде грузовиков.

Судами сделан вывод о том, что кредитор определял действия должника, лишь на основании того, что кредитор мог давать обязательные для должника указания.

Законность обжалуемых судебных актов проверена кассационным судом в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, в пределах доводов кассационных жалоб.

Как установлено судами, следует из материалов дела и общедоступной информации, размещенной в картотеке арбитражных дел, общество «УралПромМонтаж» зарегистрировано в качестве юридического лица 01.07.2011 Инспекцией Федеральной налоговой службы по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга, учредителями общества являются общество «Русстрой» (25%), Гаманин М.Г. (26%), Постников А.В. (17%), Макарова О.В. (32%), единоличным исполнительным органом с 04.04.2012 являлся Кондратьев И.В.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ учредителями общества «Русстрой» являются Матвеева Е.Г. с долей 51%, Зайнулин Р.Ф. с долей 49%, руководителем является Зайнулин Р.Ф. 

Гамянин М.Г. и Матвеева Е.Г. являются родными братом и сестрой. Согласно нотариально удостоверенному 04.09.2018 заявлению Матвеевой Е.Г. она является действительным участником общества «Русстрой», по ее инициативе 01.04.2015 на должность исполнительного директора общества «Русстрой» принят ее родной брат Гамянин М.Г; целью приобретения обществом «Русстрой» долей в уставном капитале должника было вхождение общества «УралПромМонтаж» в состав холдинга Русстроя в качестве подконтрольной зависимой компании; для достижения указанной цели Кондратьев И.В., Гоголев А.В. вышли из состава общества, доли были перераспределены, в результате чего у общества «Русстрой» появилась необходимая доля 25%.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.04.2017 принято к производству заявление общества «Русстрой» о признании общества «УралПромМонтаж» несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 29.05.2017 в отношении общества «УралПромМонтаж» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Павлов Артем Сергеевич. 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 16.10.2017 общество «УралПромМонтаж» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Павлов А. С.

Как усматривается из материалов дела, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) Кондратьев Илья Вячеславович являлся руководителем должника с 04.04.2012 до момента введения в отношении должника конкурсного производства.

В реестр требований кредиторов должника в ходе процедур банкротства  включены требования двух кредиторов: 

- требование уполномоченного органа в размере 11 435 руб. 18 коп. - в составе второй очереди и в размере 72 547 руб. 59 коп., в том числе 54 861 руб. 50 коп. основной долг, 15 290 руб. 09 коп. пени, 2 396 руб. штраф - в составе третьей очереди (определение суда от 06.07.2017); требования уполномоченного органа были полностью погашены Кондратьевым И.В., что подтверждается определением от 23.05.2018; 

- требование общества «Русстрой» в размере 27 382 000 руб., в том числе 27 200 000 руб. основной долг, 182 000 руб. государственная пошлина. Требования общества «Русстрой» были основаны на судебных актах по делам № А40-28180/2015 и № А60-5460/2015.

Конкурсный управляющий 14.12.2017 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника Кондратьева И.В. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 27 448 296 руб. 68 коп., полагая, что имеются достаточные и безусловные основания для его предъявления и удовлетворения. 

В обоснование заявленных требований, конкурсный управляющий и поддерживающий его требования конкурсный кредитор ссылались на причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения контролирующим лицом сделки, признанной судом недействительной на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве (отчуждение буровой установки), на непередачу ответчиком документов должника и на неисполнение ответчиком обязанности по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.09.2018 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано. Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2018 и постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 26.03.2019 - определение суда первой инстанции от 18.09.2018 оставлено без изменения. Отказывая в привлечении к субсидиарной ответственности, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств. В том числе суды пришли к выводу, что кредитор общество «Русстрой» (являющийся контролирующим должника лицом) полностью был информирован о неплатежеспособности должника, банкротство общества «УралПромМонтаж» наступило в результате совместных действий должника и кредитора.

В последующем, 21.09.2020 конкурсный управляющий вновь обратился с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника Кондратьева И.В. (рассматриваемый обособленный спор).

Обращаясь в суд с заявлением о привлечении Кондратьева И. В. к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), конкурсный управляющий ссылался на то, что в ходе рассмотрения настоящего дела о банкротстве общества «УралПромМонтаж» установлено, что бывшим руководителем должника совершены сделки:

- между обществом «УралПромМонтаж» и обществом с ограниченной ответственностью «Инвестком групп» (далее – общество «Инвестком групп») 24.06.2015 был заключен договор об отступном, согласно которому должник передал кредитору в качестве отступного по договору займа с залоговым обеспечением от 01.07.2014 автобуровую установку (VIN: X89577405DODW2086) с зачетной стоимостью 1 514 000 руб.

Указанная сделка была признана недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, с применением последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу общества «УралПромМонтаж» автобуровой установки VIN: X89577405DODW2086 с зачетной стоимостью 1 514 000 руб. из чужого незаконного владения общества с ограниченной ответственностью «Инвестком Кэпитал» (далее – общество «Инвестком Кэпитал») (постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.08.2018).

В последующем, определением Арбитражного суда Свердловской области от 03.07.2019 был изменен способ исполнения постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.08.2018 на взыскание с общества «Инвестком Кэпитал" в конкурсную массу должника зачетной стоимости автобуровой установки VIN: X89577405DODW2086 в размере 1 514 000 руб.

- договор купли-продажи бульдозера ДЗ-171.1, зав. номер 72300, номер двигателя 337847, от 15.04.2015 по цене 1 514 000 руб.; договор купли-продажи экскаватора JCB JS260LC, зав. номер JCBJS26CP01773934, номер двигателя 489145, от 29.06.2015 по цене 1 514 000 руб.; договор купли-продажи погрузчика HYUNDAI SHANDONG, зав. номер HSDL765CCD0000122, номер двигателя 1213С014744, от 15.04.2015 по цене 1 845 000 руб. Все указанные сделки по отчуждению были совершены с обществом «Инвестком Кэпитал» (постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.07.2020).

Указанные сделки были признаны недействительными по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, с применением последствий недействительности сделок в виде обязания общества «Инвестком Кэпитал» возвратить транспортные средства в конкурсную массу должника.

- договор уступки от 21.10.2014 № Р13-27643-ДУ, согласно которому общество «УралПромМонтаж» уступило обществу с ограниченной ответственностью «АрГо» (далее – общество «Арго») права и обязанности по договору лизинга от 22.10.2013 № Р13-27643-ДЛ  за 1 000 руб. при этом уже выплатив лизинговой компании 3 929 370 руб. 13 коп. (определение Арбитражного суда Свердловской области от 23.07.2020).

Указанная сделка была признана недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, с применением последствий недействительности сделки в виде взыскания с общества «Арго» внесенных обществом «УралПромМонтаж» лизинговых платежей в размере 1 305 199 руб. 43 коп. (Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.03.2021).

Согласно данным из ЕГРЮЛ директором и единственным участником общества «Инвестком Кэпитал» (ИНН 6686035887 ОГРН 1136686032075) с момента создания общества (30.10.2013) является Кондратьев И. В., также он является руководителем общества «Арго» (ИНН 7203210743 ОГРН 1087232002120), то есть, по мнению управляющего и конкурсного кредитора -  являлся единственным лицом, получившим и извлекающим по настоящее время выгоды из оспариваемых сделок.

На момент совершения признанных недействительными сделок у должника имелись неисполненные обязательства, установленные решением Арбитражного суда Свердловской области от 29.04.2015 по делу № А60-5460/2015, которым с общества «УралПромМонтаж» в пользу единственного кредитора общества «Русстрой» взыскано 2 700 000 руб. задолженности, а также решением Арбитражного суда г. Москвы от 19.06.2015 по делу № А40?28180/2015, которым с общества «УралПромМонтаж» в пользу общества «Русстрой» взыскано 24 500 000 руб. задолженности, накопленной по состоянию на 10.02.2015.

По мнению управляющего и конкурсного кредитора, в случае добросовестного исполнения Кондратьевым И.В. своих обязанностей и незаключения оспариваемых сделок фактически с подконтрольными Кондратьеву И. В. юридическими лицами - объективного банкротства (неплатежеспособности должника) фактически не было.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований о привлечении к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что совершение указанных сделок не может являться достаточным основанием для привлечения совершавшего их лица к субсидиарной ответственности по всем обязательствам должника, учитывая схему функционирования должника.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело, согласился с выводами суда первой инстанции и оставил определение без изменения.

Отказывая в удовлетворении требований конкурсного управляющего, суды исходили из следующего.

В пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве закреплено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии с пунктом 16 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В пункте 23 Постановления № 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка; заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Само по себе наличие презумпций (вины, причинно-следственной связи и т.д.) означает лишь определенное распределение бремени доказывания между участниками спора, что не исключает ни право ответчика на опровержение приведенных заявителем доводов, ни обязанности суда исследовать и устанавливать наличие всей совокупности элементов, необходимых для привлечения ответчиков к ответственности.

В рассматриваемом случае суды нижестоящих инстанций не согласились с доводами конкурсного управляющего о том, что указанные им в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности сделки должника могли повлиять на ухудшение финансово-экономического состояния должника в той мере, как если бы были направлены на достижение критического результата в совокупной деятельности должника на пути к объективному банкротству, поскольку наличие у должника выбывших в результате сделок средств не привело бы к существенному улучшению финансового состояния должника.

Данный вывод основывается, в том числе, и на обстоятельствах, установленных ранее принятыми и вступившими в законную силу судебными актами по настоящему делу (в рамках ранее рассмотренного обособленного спора о привлечении Кондратьева И.В. к субсидиарной ответственности).

Как уже указывалось ранее, определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.09.2018 (оставленным в силе  постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2018 и постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 26.03.2019) об отказе в привлечении Кондратьева И.В. к субсидиарной ответственности, установлено что общество «Русстрой» являлось контролирующим должника лицом, обладавшим возможностью влиять на принятие управленческих решений, определять направления и порядок деятельности должника.

Из совокупности представленных в материалы дела доказательств суды установили длительный характер взаимоотношений между должником и обществом «Русстрой»; фактически деятельность должника обеспечивала деятельность кредитора на территории Свердловской области. Согласно нотариально удостоверенному заявлению Матвеевой Е.Г. от Кондратьева И.В. поступило предложение о приобретении обществом «Русстрой» в лизинг техники для ее использования на условиях аренды обществом «УралПромМонтаж», в связи с наличием возможности заключить определенные контракты на объектах нефтегазового и добывающего сектора Уральского региона, с направлением полученной от общества «УралПромМонтаж» платы за аренду на уплату лизинговых платежей, представлено технико-экономическое обоснование данного проекта; обществом «Русстрой» были заключены договоры лизинга, по которым приобретены 10 самосвалов Ивеко, также приобретен бульдозер, техника передана обществу «УралПромМонтаж» в аренду. Ответчик данные обстоятельства подтвердил, но указал, что по запросу исполнительного директора общества «Русстрой» Гамянина М.Г. предоставлял ему калькуляцию по доходу в месяц на каждый вид планируемой к покупке техники; по самосвалам возможная максимальная чистая прибыль не более 120 000 руб. В подтверждение этому представил в материалы дела переписку. По условиям заключенных 01.08.2013 и 01.11.2013 между должником и обществом «Русстрой» договоров аренды должнику переданы 10 грузовых автомашин Ивеко и погрузчик-экскаватор, размер арендной платы составляет 500 000 руб. за каждую единицу техники в месяц. Задолженность именно по указанным договорам явилась основанием для возбуждения дела о банкротстве в отношении должника. При этом по договорам лизинга, заключенным между обществом «Русстрой» и лизинговыми компаниями, предметы лизинга - самосвалы передаются лизингополучателю на срок 24 месяца, общая сумма лизинговых платежей за 1 самосвал составляет 6 719 197 руб.

То есть стоимость аренды, которую обязан выплачивать должник, существенно превышает размер лизинговых платежей. Общество «Русстрой», располагающее информацией о возможном размере прибыли от использования самосвала в месяц - не более 120 000 руб., посчитало возможным приобрести для должника технику, но установило арендную плату в размере, значительно превышающем возможную прибыль, а также размер лизинговых платежей.

С учетом того, что общество «Русстрой» являлось контролирующим должника лицом, оно имело возможность диктовать условия договора аренды. Общество «Русстрой» знало о потенциальном заключении договора с обществом «Велесстрой», о расценках последнего, о чем свидетельствует представленная переписка между ответчиком и исполнительным директором общества «Русстрой» Гамяниным М.Г. Согласно нотариально удостоверенному 04.09.2018 заявлению Матвеевой Е.Г. работы с использованием техники, переданной должнику в аренду, последним велись, но арендная плата в необходимом для уплаты лизинговых платежей размере, не поступала, что явилось причиной изъятия техники и последующего обращения в суд с иском о взыскании с общества «УралПромМонтаж» задолженности. Заключенный должником с обществом «Велесстрой» договор не был исполнен ввиду изъятия обществом «Русстрой» необходимой для этого техники. Между Кондратьевым И.В. и обществом «Русстрой» путем электронной переписки в сентябре 2015 года обсуждался вопрос урегулирования задолженности и выкупа ответчиком техники, но, очевидно, соглашение не было достигнуто.

Проанализировав данные обстоятельства, суды пришли к выводу, что кредитор - общество «Русстрой» был информирован о неплатежеспособности должника, банкротство общества «УралПромМонтаж» наступило в результате совместных действий должника и кредитора - общества «Русстрой».

Как видно из материалов дела в настоящее время реестр требований кредиторов фактически включены лишь требования общества «Русстрой», возникшие в результате заключения с должником договоров аренды транспортных средств от 01.08.2013 и 01.11.2013.

Таким образом, при рассмотрении настоящего обособленного спора суды обеих инстанций согласились с доводами ответчика о том, что причиной возникновения объективных признаков банкротства у должника явились не приводимые конкурсным управляющим и кредитором должника признанные недействительными сделки, а совместные действия должника и кредитора - общества «Русстрой», который первоначально установил несоразмерные получаемой прибыли арендные платежи, а в последующем изъял у должника технику, что привело к невозможности должника получать прибыль и исполнять обязательства перед кредитором.

Учитывая вышеизложенное, а также проанализировав условия сделок, суды признали недоказанность оснований для привлечения контролирующего должника лица Кондратьева И. В. к субсидиарной ответственности в этой части, указав, что все поименованные конкурсным управляющим сделки не являлись причиной банкротства должника.

Указанные выводы судов являются правомерными, основанными на материалах дела, подтвержденные соответствующими доказательствами.

Вместе с тем суд кассационной инстанции полагает заслуживающими внимания доводы кассаторов относительно неприменения судами положений пункта 20 Постановления № 53.

Согласно пункту 20 постановления № 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков либо специальные правила о субсидиарной ответственности, - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия. Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование.

В рассматриваемом обособленном споре, правомерно констатировав отсутствие оснований для привлечения к Кондратьева И.В. к субсидиарной ответственности по указанным заявителями обстоятельствам, - суд первой инстанции при этом сделал прямой вывод о том, что те сделки, на которые ссылается конкурсный управляющий в качестве доказательств недобросовестности поведения директора и уменьшения имущественной сферы должника, - причинили убытки должнику.

Судом апелляционной инстанции указанный вывод не опровергнут; ответчиком в указанной части судебные акты не обжалуются.

Таким образом, принимая во внимание установленный судами факт вывода активов должника (с учетом вменяемых обстоятельств сохранности владения активами должника теми обществами, которые контролируются ответчиком), установив, что основания для привлечения к субсидиарной ответственности отсутствуют (так как вышеуказанные сделки не явились причиной банкротства общества «УралПромМонтаж»), но при этом констатировав, что спорные сделки причинили убытки должнику, - суды в порядке пункта 20 Постановления № 53 должны были разрешить по существу требование о возмещении убытков.

Однако суд первой инстанции ограничился установлением факта причинения убытков спорными сделками. Суд апелляционной инстанции указанную ошибку не исправил, доводы апелляционных жалоб о неправомерном неприменении пункта 20 Постановления №53 по существу не разрешил. 

Таким образом, суд округа приходит к выводу о наличии оснований для отмены судебных актов и направления обособленного спора новое рассмотрение, в связи с тем, что судами по существу не рассмотрены требования о возмещении убытков, особенно с учетом доводов общества «Русстрой» о том, что активы были выведены по спорным сделкам и остались под контролем обществ, принадлежащих ответчику. 

Не могут быть признаны правомерными и указания суда первой инстанции на то, что в настоящий момент дебиторская задолженность не взыскана, точный размер убытков установить невозможно, в связи с чем, в настоящий момент оснований для рассмотрения вопроса о взыскании убытков не представляется возможным. 

Суд округа отмечает, что сам по себе факт невозможности установления точного размера убытков - не является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований с учетом того, что размер убытков может быть установлен с разумной степенью достоверности с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности.

Помимо вышеуказанного, отказ во взыскании убытков судами нижестоящих инстанций мотивирован наличием судебных актов о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок, что также не может быть признано правомерным судом округа.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.

Таким образом, сам по себе факт принятия судебных актов о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности без установления факта их реального исполнения (фактического возмещения вреда имущественной сфере должника) - не может являться единственным основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании убытков с контролирующего должника лица.

При таких обстоятельствах вывод судов об отсутствии оснований для взыскания убытков основан на неправильном применении норм права, является преждевременным.

Согласно части 1 статьи 288 АПК РФ, основанием для отмены решения, постановления судов первой и апелляционной инстанций является несоответствие выводов судов, содержащихся в судебном акте, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение (неправильное применение) норм материального права и норм процессуального права, при этом последнее является основанием для изменения или отмены судебного акта, если это процессуальное нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения, постановления (часть 3 статьи 288 АПК РФ).

Учитывая изложенное и то, что суды, неверно применив статьи 15, 53, 166 - 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 61.10, 61.20 Закона о банкротстве, и соответствующие правовые позиции, пришли к преждевременному выводу об отсутствии оснований для удовлетворении заявления конкурсного управляющего о взыскании убытков за совершение сделок по выводу активов должника, не рассмотрели все обстоятельства, подлежащие исследованию и оценке при рассмотрении соответствующего обособленного спора по существу, обособленный спор в указанной части (взыскание убытков за совершение сделок по выводу активов должника) - подлежит направлению на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

При новом рассмотрении дела арбитражному суду, с учетом изложенного в мотивировочной части настоящего постановления, надлежит устранить отмеченные недостатки, в том числе, установить все фактические обстоятельства, имеющие значение для разрешения требований о взыскании убытков по существу, исследовать и оценить в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, установить наличие (отсутствие) всех элементов состава убытков, рассмотреть и разрешить заявление конкурсного управляющего о взыскании убытков по существу, дать надлежащую оценку доводам и возражениям лиц, участвующих в деле, и принять решение в соответствии с установленными обстоятельствами и действующим законодательством.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 06.04.2021 по делу № А60-14008/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.07.2021 по тому же делу отменить.

      Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               О.Н. Новикова 

 

Судьи                                                                            Г.М. Столяренко 

 

                                                                                             С.А. Сушкова