158/2018-23096(3) 

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А33-28024/2017

г. Красноярск

20 июля 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 июля 2018 года  Полный текст постановления изготовлен 20 июля 2018 года  

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего Петровской О.В.,  

судей: Бабенко А.Н., Белан Н.Н., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Каверзиной Т.П.,  в отсутствие лиц, участвующих в деле,  

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной  ответственностью «РУСМАШ» (ИНН 5053055450 , ОГРН 1085053002495 г. Омск)  

на решение Арбитражного суда Красноярского края  от 24 мая 2018 года по делу № А33-28024/2017, принятое судьёй Антроповой О.А.,  

установил:

общество с ограниченной ответственностью «РУСМАШ» (ИНН 5053055450,  ОГРН 1085053002495, далее – ООО «РУСМАШ», истец) обратилось в Арбитражный суд  Красноярского края, с уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, иском к индивидуальному предпринимателю  Суртаеву Николаю Николаевичу (ИНН 245000020381, ОГРН 304245019600091, далее –  ИП Суртаев Н.Н., ответчик) о взыскании 200 000 рублей компенсации за нарушение  исключительных прав на товарный знак, зарегистрированный под № 473042, а также 200  рублей на получение выписки из ЕГРИП; 580 рублей расходов на покупку  контрафактного товара; 98 рублей расходов на оплату почтовых услуг.  

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 31 января 2018 года к  участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований  относительно предмета спора, привлечены ООО «РусЗапчасть» (ИНН 5403003116,  ОГРН 1155476027255, г. Новосибирск), индивидуальный предприниматель Новиков  Сергей Владимирович (ИНН 505300555430, ОГРНИП 31250530550019, далее-  ИП Новиков С.В.).  

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 24 мая 2018 года иск  удовлетворен частично, с ответчика в пользу истца взыскано 20 000 рублей компенсации,  87 рублей 80 копеек судебных издержек, 700 рублей судебных расходов по уплате  государственной пошлины, в удовлетворении остальной части иска отказано.  

Не согласившись с данным судебным актом, истец обратился с апелляционной  жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, указал, что решение суда первой  инстанции является незаконным и необоснованным, поскольку в рассматриваемом случае  у суда отсутствовали основания для снижения заявленного размера компенсации; суд  произвольно снизил размер компенсации без предоставления соответствующих  доказательств со стороны ответчика; в материалах дела отсутствуют доказательства  

признания в установленном законом порядке договора от 01.03.2016 № 2  недействительным либо незаключенным; сумма компенсации не является очевидно  завышенной.  

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 14 июня 2018 года  апелляционная жалоба принята к производству, рассмотрение жалобы назначено на  17.07.2018.  

Материалами дела подтверждается надлежащее извещение лиц, участвующих в деле,  о времени и месте рассмотрения дела судом первой инстанции.  

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы размещена на  официальном сайте Третьего арбитражного апелляционного суда: http://3aas.arbitr.ru/, а  также в общедоступном информационном сервисе «Картотека арбитражных дел»  (http://kad.arbitr.ru) в сети «Интернет»).  

От ответчика поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в  отсутствие его представителей.  

При изложенных обстоятельствах, в силу статей 121-123, части 3 статьи 156  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной  инстанции признает лиц, участвующих в деле надлежащим образом извещенными о  времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы и рассматривает жалобу в  отсутствие представителей лиц, участвующих в деле.  

От ответчика поступил отзыв, согласно которому с апелляционной жалобой он не  согласен, решение суда законно и обосновано соответствует обстоятельствам дела, нормы  материального права и процессуального права не нарушены.  

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

При рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции  установлены следующие обстоятельства.  

ООО "РУСМАШ" принадлежат исключительные права на товарный знак: 473042,  свидетельством на товарный знак (знак обслуживания) № 473042, зарегистрировано  17.10.2012, дата приоритета 13.09.2011, дата истечения срока действия регистрации  13.09.2021, МКТУ: 12.  

04.09.2016 в магазине автозапчастей «АвтоМаг», расположенном по адресу:  Красноярский край, г. Канск, ул. Красная Иланка, 1 , ответчик осуществлял реализацию  автоматического натяжителя цепи «ПИЛОТ» для автомобилей ВАЗ (АНЦ «ПИЛОТ»), на  упаковке которого имеются изображения, сходные до степени смешения с товарным  знаком № 473042 (Класс МКТУ 12).  

Согласно иску, ответчик нарушил исключительные права истца на товарный знак.  Нарушение выразилось в использовании товарного знака, зарегистрированного под   № 473042, путем предложения к продаже и реализации товара с нанесёнными на него  изображениями, сходными до степени смешения с указанным товарным знаком.  

Истец не давал ответчику согласие на использование товарного знака по  свидетельству № 473042.  

Истец 26.10.2017 направил ответчику претензию о неправомерности его действий, а  также предложил ответчику добровольно выплатить компенсацию истцу за допущенное  нарушение в досудебном порядке.  

Покупка вышеуказанного товара стоимостью 580 рублей подтверждается  терминальным и товарным чеками от 04.09.2016, содержащим сведения о стоимости  товара, о дате его продажи и об индивидуальном номере налогоплательщика, а также  видеосъемкой, произведенной в порядке статей 12, 14 ГК РФ.  

Также в материалы дела представлены вещественные доказательства -  автоматический натяжитель цепи «ПИЛОТ» для автомобилей ВАЗ.  

Исследовав представленные доказательства, заслушав и оценив доводы лиц,  участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.  

Удовлетворяя исковые требования в части, суд, руководствуясь положениями статьи  65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статей 1229, 1252,  1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходил из доказанности факта  нарушения ответчиком исключительного права общества на товарный знак по  свидетельству Российской Федерации № 473042.  

При этом, снижая размер подлежащей взысканию компенсации до 20 000 рублей,  суд первой инстанции исходил из принципов разумности и справедливости, а также  однократности нарушения ответчиком прав на один товарный знак истца и учитывал  незначительную стоимость контрафактного товара.  

Суд апелляционной инстанции поддерживает выводы суда первой инстанции по  следующим основаниям.  

Согласно статье 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации товарный знак  относится к результатам интеллектуальной деятельности и охраняется законом.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 1484 Кодекса лицу, на имя которого  зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право  использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса  любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в  том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может  распоряжаться исключительным правом на товарный знак.  

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для  индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак  зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака в сети Интернет, в том  числе в доменном имени и при других способах адресации (подпункт 5 пункта 2 статьи  1484 Кодекса).  

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его  товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых  товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого  использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Гражданского  кодекса Российской Федерации).  

Факт нарушения ответчиком исключительного права истца на указанный выше  товарный знак установлен материалами дела, ответчиком по существу не оспорен, в связи  с чем суд апелляционной инстанции, исходя из доводов апелляционной жалобы  ответчика, проверят выводы суда первой инстанции о наличии правовых оснований для  взыскания с ответчика в пользу истца компенсации за нарушение исключительного права  на товарный знак в размере 20 000 рублей.  

С учетом положений пункта 13 Информационного письма Президиума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики  рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об  интеллектуальной собственности», положений пункта 40 Приказа Минэкономразвития  России от 20.07.2015 № 482 «Об утверждении Правил составления, подачи и рассмотрения  документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по  государственной регистрации товарных знаков ...», пункта 5.2 Методических  рекомендаций по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство,  утвержденных приказом Роспатента от 31.12.2009 № 197, установлено, что при  визуальном сравнении товарного знака с изображением, размещенными на упаковке  реализованного ответчиком товара, изображение совпадает до степени смешения с  товарным знаком, правообладателем которого является истец.  

В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 19.06.2006 № 15 «О вопросах, возникших у судов при рассмотрении  гражданских дел, истцом представлены доказательства, подтверждающие, что он является  правообладателем товарного знака № 473042.  

В силу части 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях,  предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов  интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении  исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от  нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация  подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом  правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера  причиненных ему убытков.  

Согласно части 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации  правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения  убытков выплаты компенсации: 1)в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей,  определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2)в двукратном  размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в  двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой  исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за  правомерное использование товарного знака.  

Пунктом 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о  защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации 23.09.2015, разъяснено, что пунктом 4 статьи 1515 Кодекса  предусмотрены два типа компенсации, в равной мере применимых при нарушении  исключительного права на товарный знак, и правообладатель вправе сделать выбор по  собственному усмотрению.  

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим  Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом  требований разумности и справедливости.  

В пункте 43.2 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации N 5 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 29 от  26.03.2009 "О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части  четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что компенсация  подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не  обязан доказывать размер понесенных убытков.  

В соответствии с пунктом 43.4 указанного постановления при определении размера  компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок  незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины  нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права  данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение,  исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации  последствиям нарушения.  

Истцом рассчитана компенсация на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515  Гражданского кодекса Российской Федерации, которая составила 200 000 рублей.  

Обосновывая данный размер компенсации, истец предоставил договор № 2 от  01.03.2016, заключенный между ООО «Русмаш» и ИП Новиковым С.В., по условиям  которого стоимость неисключительной лицензии на право использования товарных  знаков № 473042, № 561554 в отношении всех товаров 12 класса МКТУ для Новикова  С.В. составляет по 100 000 руб. за каждый товарный знак сроком в течение 1 года.  

Согласно выпискам из ЕГРЮЛ и ЕГРИП ИП Новиков С.В. является одновременно  учредителем ООО «Русмаш», размер его вклада в уставный капитал общества составляет  17 000 рублей при размере уставного капитала 50 000 рублей, то есть доля Новикова С.В.  в уставном капитале общества составляет более 20% уставного капитала.  

В материалы дела не представлено доказательств фактического использования  лицензиатом ИП Новиковым С.В. в своей непосредственной деятельности полученное  

право на товарный знак, как несоотносимое с видами экономической деятельности  указанного предпринимателя.  

В соответствии с зарегистрированными кодами ОКВЭД предприниматель вправе  заниматься деятельностью по аренде и управлению собственным или арендованным  недвижимым имуществом, как основным видом деятельности, в качестве дополнительных  указаны полиграфическая деятельность, торговля канцелярскими и писчебумажными  товарами, операции с невидимым имуществом, деятельность в области фотографии,  туристических агентств, туристических информационных услуг, экскурсионных  туристических услуг, услуг связанных с бронированием, других персональных услуг.  

Указанные виды экономической деятельности также не предполагают возможным  использование полученного права в соответствии с зарегистрированными классами  МКТУ и перечнем товаров и/или услуг по товарному знаку РУ 473042. Спорный  товарный знак зарегистрирован по 12 классу МКТУ. Указанные виды ОКВЭД  предпринимателя и МКТУ товарного знака различны и не совпадают.  

В силу положений статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и  ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» стороны  лицензионного договора № 2 от 01.03.2016 являются аффилированными лицами.  

Таким образом, обосован вывод суда первой инстанции о том, что в данном случае  факт аффилированности лиц лицензионного договора мог повлиять на установленный в  этом договоре размер лицензионного вознаграждения.  

Аналогичная правоприменительная практика приведена в постановлении Суда по  интеллектуальным правам от 24.05.2017 по делу № А45-20577/2015.  

Судом первой инстанции установлено, что истец не заключал иных лицензионных  договоров в отношении спорного товарного знака, доказательства обратного в материалы  дела не представлены, следовательно, установить соответствует ли определенная  лицензионным договором № 2 от 01.03.2017 цена неисключительной лицензии рыночной  цене данного права по материалам дела, невозможно. Истец не подтвердил соответствие  свободному рынку определенной в договоре цены неисключительной лицензии.  

В указанных условиях и в обстоятельствах отсутствия иных любых доказательств  действительной стоимости такой лицензии, представленный истцом лицензионный  договор № 2 от 01.03.2016 не является безусловным доказательством стоимости права  использования спорного товарного значка.  

Определяемая в таком договоре цена права не отражает его действительной  стоимости и устанавливается волей одних и тех же бенефициаров, в связи с чем не  является значимой в той мере, в которой предполагает ее учет в соответствии с нормой  подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с  чем, указанная единичная сделка не является надлежащим доказательством  действительной стоимости права.  

Информация об иных обычно заключаемых ООО «Русмаш» лицензионных  договорах, предусматривающих простую (неисключительную лицензию), на момент  совершения нарушения истцом не представлена.  

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской  Федерации, изложенной в пункте 2 постановления от 13.12.2016 N 28-П "По делу о  проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и  подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с  запросами Арбитражного суда Алтайского края", положения подпункта 1 статьи 1301,  подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ признаны не  соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 3), 19  (части 1 и 2), 34 (часть 1) и 55 (часть 3), в той мере, в какой в системной связи с пунктом 3  статьи 1252 ГК РФ и другими его положениями они не позволяют суду при определении  размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения  индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской  

деятельности одним действием прав на несколько объектов интеллектуальной  собственности, определить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общий  размер компенсации ниже минимального предела, установленного данными  законоположениями, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по  установленным данными законоположениями правилам с учетом возможности ее  снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков  (притом что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их  превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства  конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено  индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов  интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с  нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской  деятельности и не носило грубый характер.  

Учитывая системную связь подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса  Российской Федерации с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской  Федерации, аналогичный подход должен применяться как к размеру компенсации,  определяемому по усмотрению суда, так и в двукратном размере стоимости товаров, на  которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права  использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых  обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.  

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела,  установленного законом, по своей инициативе. Сторона, заявившая о необходимости  такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры.  Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с  учетом требований разумности и справедливости, должно быть мотивировано судом и  подтверждено соответствующими доказательствами.  

Данная правовая позиция сформирована в определениях Судебной коллегии по  экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации N 305-ЭС16-13233 от  21.04.2017 по делу № А40-131931/2014, от 11.07.2017 № 308-ЭС17-3088 по делу № А53- 22720/2016.  

ООО «Русмаш» при обращении с настоящим иском был избран вид компенсации,  взыскиваемой на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса  Российской Федерации, следовательно, снижение размера компенсации ниже двукратной  стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или двукратного  размера стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены,  которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование  товарного знака, возможно только при наличии мотивированного заявления ответчика,  подтвержденного соответствующими доказательствами.  

В качестве оснований для снижения размера компенсации ответчик ссылается на  следующие обстоятельства: однократность нарушения ответчиком исключительных прав  истца на один товарный знак, незначительное количество спорного товара (1 единица),  незначительную стоимость контрафактного товара, факт того, что ответчик не является  производителем товара.  

В отношении требований истца к ИП Суртаеву Н.Н. судом первой инстанции  обоснованно учтены следующие обстоятельства. Спорный товар был приобретен  ИП Суртаевым Н.Н. у ООО «РусЗапчасть», что подтверждается договором поставки   № РЗ23/003 от 13.07.2015, копиями счет-фактуры от 29.04.2016 № МА-42, товарной  накладной от 29.04.2016 № МА-36.  

Истец обратился с иском в суд, поскольку ИП Суртаев Н.Н. ввел в хозяйственный  оборот товар, а именно автоматический натяжитель цепи «ПИЛОТ» для автомобилей  

ВАЗ, нарушил исключительные права ООО «РУСМАШ» на объекты интеллектуальной  собственности  

Предложение к продаже, продажа, хранение и иное введение в хозяйственный  оборот товаров с товарным знаком или сходным с ним до степени смешения  обозначением, используемых без разрешения его владельца, является нарушением права  на товарный знак.  

Факт введения в хозяйственный оборот товара с товарным знаком, сходным до  степени смешения с товарным знаком, зарегистрированным за истцом именно ответчиком  - ИП Суртаевым Н.Н. ответчиком не оспаривается.  

Правовая природа компенсации в гражданском правоотношении следует принципам  возмездности и эквивалентности и направлена не на наказание правонарушителя, а на  восстановление нарушенного права правообладателя в целях сохранения их баланса.  Взыскание значительных сумм, явно не соответствующих последствиям допущенного  нарушения права, ведет к нарушению цели правового регулирования нормы статьи 1515  Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Учитывая принципы разумности и справедливости компенсации последствиям  нарушения, восстановительный, а не обогатительный характер компенсации, возражения  ответчика о чрезмерности компенсации, количество спорного товара (1 единица),  незначительную стоимость товара; тот факт, правонарушение совершено впервые  (ответчик ранее не допускал аналогичных нарушений, в том числе и в отношении прав  истца); с учетом незначительной степени вины ответчика, характера и последствий  нарушения, отсутствия доказательств и расчетов убытков истца вследствие действий  ответчика, суд первой инстанции обоснованно удовлетворил требование о взыскании  компенсации частично в размере 20 000 рублей.  

На основании вышеизложенного, выводы суда первой инстанции о снижении  размера компенсации применительно к обстоятельствам настоящего дела являются  обоснованными, а у суда апелляционной инстанции не имеется оснований полагать  неправомерным и необоснованным снижение подлежащей взысканию с ответчика  компенсации за нарушение исключительных прав истца на товарный знак.  

Доводы апелляционной жалобы истца не опровергли правильности данного вывода  суда первой инстанции.  

Суд апелляционной инстанции учитывает, что истец не обосновал столь  значительный размер компенсации конкретными обстоятельствами, ссылаясь ли на  предоставленное ему право определить размер в пределах до 200 000 рублей, не  представил документы, подтверждающие расходы по защите интеллектуальной  собственности.  

Суд апелляционной инстанции учитывает незначительность срока нарушения  ответчиками прав истца, отсутствие доказательств ранее совершенных нарушений  исключительного права истца, отсутствие вероятных убытков у истца, уменьшения  объемов продаж на территории, где допущено использование товарного знака, извлечения  ответчиком значительной прибыли от использования товарного знака истца, отсутствие  доказательств продаж именно в связи с использованием товарного знака истца.  

Истцом также было заявлено требование о взыскании с ответчика понесенных  судебных издержек: 580 рублей расходов по приобретению контрафактного товара,  98 рублей расходов, понесенных на почтовые отправления, 200 рублей расходов по  оплате государственной пошлины за получение сведений из единого государственного  реестра индивидуальных предпринимателей.  

С учетом положений статей 101, 106, 110, 112 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 судебные издержки взысканы с ответчика  пропорционально удовлетворенным требованиям истца - 87 рублей 80 копеек судебных  издержек, 700 рублей судебных расходов по государственной пошлине.  

Материалы дела исследованы судом полно, всесторонне и объективно,  представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка,  изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим  обстоятельствам дела.  

При указанных обстоятельствах решение суда является законным и обоснованным,  оснований для отмены не имеется.  

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации расходы по оплате  государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на  заявителя жалобы.  

 Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от 24 мая 2018 года по делу   № А33-28024/2017 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без  удовлетворения.  

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и  может быть обжаловано в течение двух месяцев в Суд по интеллектуальным правам через  арбитражный суд, принявший решение.  

Председательствующий О.В. Петровская Судьи: А.Н. Бабенко  Н.Н. Белан