ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-46200/2023

02 июля 2024 года

г. Санкт-Петербург

/тр.8

Резолютивная часть постановления объявлена     17 июня 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  02 июля 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Серебровой А.Ю.

судей  Будариной Е.В., Тарасовой М.В.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем Байшевой А.А. 

при участии:  

от ФИО1 – представитель ФИО2 (по доверенности от 24.08.2023), 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-12748/2024)  ФИО1

на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.03.2024 по делу № А56-46200/2023/тр.8 (судья Калайджян А.А.), принятое по заявлению ФИО1 о включении требования в реестр требований кредиторов по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО3,

 

об отказе в удовлетворении заявления, 

установил:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд, суд первой инстанции) от 24.05.2023 принято к производству заявление ФИО4 о признании ФИО3 (далее – должник) несостоятельным (банкротом).

Решением арбитражного суда от 21.08.2023 (резолютивная часть объявлена 08.08.2023) в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 26.08.2023 №157.

В рамках настоящего дела о банкротстве 28.09.2023 от ФИО1 (далее – кредитор) в арбитражный суд поступило заявление о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 23 678 191,00 руб. и 77 419,00 евро.

Определением арбитражного суда от 25.03.2024 в удовлетворении заявления ФИО1 отказано.

Не согласившись с указанным определением суда первой инстанции, ФИО1 обратился в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указывает, что сам по сере факт аффилированности должника и кредитора не свидетельствует о намерении сторон создать искусственную задолженность при том, что факт предоставления должнику займа подтвержден надлежащими доказательствами и должником не оспаривается.

Также апеллянт указывает, что его финансовое положение и наличие возможности выдачи займа должнику не вызывают сомнений, ссылаясь на представленные договор купли-продажи земельного участка от 27.01.2018, налоговые декларации по форме 3-НДФЛ за 2018 и 2019 г.г., согласно которым задекларированный доход кредитора составил более 100 000 000,00 руб. за 2018 г., более 170 000 000,00 руб. за 2019 г., выписку о движении денежных средств по счету в АКБ «Абсолют Банк» (ПАО) за период с 01.01.2019 по 31.12.2019, а также справки об обмене валюты в АО «Реалист-Банк» в период с 10.06.2021 по 12.09.2022.

В судебном заседании Тринадцатого арбитражного апелляционного суда представитель ФИО1 поддержал апелляционную жалобу.

В приобщении к материалам дела отзыва на апелляционную жалобу,  поступившего от конкурсного управляющего ООО «Утконос» ФИО6, судом апелляционной инстанции отказано на основании части 5 статьи 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), поскольку указанный документ представлен с нарушением требований части 2 статьи 262, части 3 статьи 65 АПК РФ, так как заблаговременно надлежащим образом не раскрыт перед лицами, участвующими в споре. В связи с тем, что вышеуказанный документ направлен в электронном виде, он не подлежит возврату представившем его лицу на бумажном носителе. 

Иные лица, участвующие в деле о несостоятельности (банкротстве), надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания в соответствии со статьей 123 АПК РФ, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили, в связи с чем на основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников процесса.

Проверив в порядке статей 266 – 272 АПК РФ законность и обоснованность определения суда первой инстанции, исследовав и оценив материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены судебного акта, исходя из следующего.

Частью 1 статьи 223 АПК РФ и пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) установлено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве. Пропущенный кредитором по уважительной причине срок закрытия реестра может быть восстановлен арбитражным судом.

Как разъяснено в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дела о банкротстве» (далее – Постановление № 35), в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Это правило реализуется посредством предоставления кредиторам, требования которых включены в реестр требований кредиторов, и иным указанным в законе лицам права на заявление возражений, которые подлежат судебной оценке (пункты 2 - 5 статьи 71, пункты 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве).

Критерии достаточности доказательств (стандарт доказывания), позволяющие признать требования обоснованными, устанавливаются судебной практикой. В делах о банкротстве к кредиторам, заявляющим свои требования, предъявляется, как правило, повышенный стандарт доказывания. В то же время предъявление высокого стандарта доказывания к конкурирующим кредиторам считается недопустимым и влекущим их неравенство ввиду их ограниченной возможности в деле о банкротстве доказать необоснованность требования заявляющегося кредитора.

При рассмотрении подобных споров конкурирующему кредитору достаточно заявить убедительные доводы и (или) представить доказательства, подтверждающие существенность сомнений в наличии долга. При этом заявляющемуся кредитору не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Заявленные кредитором требования основаны на договоре процентного займа от 20.12.2018 №1/18, по условиям которого ФИО1 передает ФИО3 денежные средства в размере 10 000 000,00 рублей под 24 процента годовых от суммы займа. 

В целях обеспечения займа между ФИО1 и ФИО3 был заключен договор залога земельного участка и жилого дома от 21.12.2018, в соответствии с которым предметом залога является земельный участок, находящийся по адресу: Ленинградская область, Приозерский район, Петровское сельское поселение, пос. Петровское кадастровый номер (47:03:0702002:33) а так же жилой дом, находящийся по адресу: Ленинградская область, Приозерский муниципальный район, Петровское сельское поселение, 

<

...> площадью 270 кв.м., кадастровый номер (47:03:0000000:6883).

Также ФИО3 является заемщиком по двум распискам от 01.06.2021, согласно которым предоставлены в заем 50 000,00 евро под 24% годовых и 1 500 000 руб. под 24%.

По утверждению заявителя, основой долг по договору процентного займа № 1/18 от 20.12.2018 составляет 10 000 000,00 руб., проценты за период с 20.12.2018 по 12.09.2023 составляют 11 355 616,00 руб., а всего 21 355 616,00 руб.

По расписке от 01.06.2021 основной долг составляет 50 000 евро, проценты за период с 01.06.2021 по 12.09.2023 составляют 27 419 евро, а всего 77 419 евро.

По второй расписке от 01.06.2021 основной долг составляет 1 500 000 руб., проценты за период с 01.06.2021 по 12.09.2023 составляют 822 575,00 руб., а всего 2 322 575,00 руб.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце третьем пункта 26 Постановления № 35 при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства; имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником; отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Указанные разъяснения Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации направлены, прежде всего, на недопустимость включения в реестр требований кредиторов, в ущерб интересам других кредиторов, требований, основанных исключительно на расписке или квитанции к приходному кассовому ордеру, которые могли быть изготовлены вследствие соглашения кредитора и должника, преследовавших цель создания документального подтверждения обоснованности таких требований.

Исходя из позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.10.2011 по делу № 6616/11, при наличии сомнений в реальности договора займа исследованию подлежат доказательства, свидетельствующие об операциях должника с этими денежными средствами (первичные бухгалтерские документы или банковские выписки с расчетного счета должника), в том числе об их расходовании. Также в предмет доказывания в указанных случаях входит изучение обстоятельств, подтверждающих фактическое наличие у заимодавца денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, о размере его дохода за период, предшествующий заключению сделки; сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его; о снятии такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а также иные (помимо расписки) доказательства передачи денег должнику.

По смыслу перечисленных норм права и указанных разъяснений заявитель, позиционирующий себя в качестве кредитора, обязан подтвердить не только свою возможность предоставления денежных средств с учетом его финансового положения на момент, когда договор займа считается заключенным, но и фактическую передачу денежных средств.

Суд первой инстанции пришел к выводу о мнимости заемных правоотношений между должником и кредитором, указав, что ими создан искусственный оборот денежных средств по наращиванию подконтрольной кредиторской задолженности для установления доминирующего положения в процедуре реализации имущества гражданина путем предоставления наличных средств под видом выдачи займов в отсутствие разумной экономической целесообразности и доказательств их расходования на нужды должника при том, что доказательства обратного кредитором не представлены.

В обоснование своей финансовой состоятельности и возможности выдачи займов на момент заключения договора займа и составления расписок кредитор представил в материалы обособленного спора договор купли-продажи земельного участка от 27.01.2018, налоговые декларации по форме 3-НДФЛ за 2018, 2019 годы, выписку о движении средств по счету в АКБ «Абсолют Банк» (ПАО) за период с 01.01.2019 по 31.12.2019, а также справки-подтверждение за период с 10.06.2021 по 12.09.2022 об обмене валюты в АО «Реалист Банк».

Доводы подателя жалобы о достаточности доказательств, подтверждающих его финансовую состоятельность для выдачи займов должнику, получили надлежащую оценку и правомерно отклонены судом первой инстанции.

В частности, суд первой инстанции пришел к выводу, что ФИО1 не подтверждена финансовая возможность выдачи займа ФИО3 по договору от 20.12.2018.

Как обоснованно указал суд первой инстанции, содержание представленной ФИО1 налоговой декларации за 2018 год не подтверждено применительно к задекларированному доходу соответствующими доказательствами, которые бы отражали реальное получение дохода в заявленном размере, в связи с чем отраженные в налоговой декларации сведения носят исключительно справочный, а не устанавливающий характер. Кроме того, на представленной суду налоговой декларации за 2018 год не имеется отметки уполномоченного органа о её принятии в порядке исполнения ФИО1 своей обязанности по соблюдению требований налогового законодательства.

Указанный вывод суда первой инстанции соответствует правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 N 305-ЭС17-11710(3) по делу № А40-177466/2013 не имеют решающего значения показатели бухгалтерской, налоговой или иной финансовой отчетности для определения соответствующего признака неплатежеспособности, так как данный признак носит объективный характер и не должен зависеть от усмотрения хозяйствующего субъекта, самостоятельно составляющего отчетность (должника) и представляющего ее в компетентные органы. В противном случае, помимо прочего, для должника создавалась бы возможность манипулирования содержащимися в отчетах сведениями для влияния на действительность конкретных сделок или хозяйственных операций с определенными контрагентами, что очевидно противоречит требованиям справедливости и целям законодательного регулирования института несостоятельности.

Относительно представленного ФИО1 договора купли-продажи земельных участков от 27.01.2018, заключенного между ФИО1 (продавец) и ФИО7 (покупатель), суд первой инстанции отметил, что доказательств произведения расчетов по данному договору не представлено, указал на значительную разницу во времени между заключением указанного договором и выдачей займов должнику.

Также суд первой инстанции критически оценил налоговую декларацию по форме 3-НДФЛ за 2019 год, выписку о движении средств ФИО1 по счету в АКБ «Абсолют Банк» (ПАО) за период с 01.01.2019 по 31.12.2019 и справки-подтверждение за период с 10.06.2021 по 12.09.2022 об обмене валюты в АО «Реалист Банк», представленных кредитором в обоснование возможности выдачи ФИО1 займов по  распискам последнего от 01.06.2021.

Как следует из налоговой декларации ФИО1 по форме 3-НДФЛ за 2019 год, им в рассматриваемый период был получен доход в размере 70 314 437,40 руб., который складывается из сумм, полученных от ФИО8 в размере 59 824 437,40 руб., от ФИО9 в размере 2 990 000,00 руб., а также от ООО «Тамбо-Тур» в размере 7 500 000,00 руб.

Однако кредитором не представлены доказательства и не раскрыты правовые основания получения средств в заявленном размере от указанных лиц, документального подтверждения реального получения ФИО1 указанных средств не имеется при том, что согласно представленной заявителем выписке о движении средств по счету в АКБ «Абсолют Банк» (ПАО) за период с 01.01.2019 по 31.12.2019 общая сумма оборота по дебетовой линии составила 14 593 183,45 руб., а по кредитной линии – 15 356 013,83 руб. Указанные значения существенно меньше тех, которые были задекларированы ФИО1 за этот же год, соответствующий периоду представленной выписки.

Кроме того, что временной разрыв между полученным доходом в 2019 году и выданными займами в июне 2021 года составляет более двух лет, в связи с чем данные доказательства по своей давности не относимы к подтверждаемой ФИО1 финансовой состоятельности по состоянию на середину 2021 год.

Доказательства аккумулирования и хранения денежных средств в преддверии выдачи займов в 2018 и 2021 годах в материалы дела не представлены.

Доказательства возможности предоставления должнику средств в сумме 50 000,00 евро, в частности документы, подтверждающие перевод российских рублей в евро, либо получение средств в валюте евро, отвечающие требованиям Федерального закона от 10.12.2003 № 173-ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле», в материалах дела также отсутствуют.

Следует отметить, что самый первый из документов, представленный ФИО1 в качестве подтверждения обмена валюты, датирован 10.06.2021, тогда как расписка ФИО3 о получении им средств в размере 50 000,00 евро в обналиченном виде выдана 01.6.2021, в связи с чем данное доказательство, также как и составленные после него, не пригодны в качестве подтверждения аккумулирования заявителем средств до момента выдачи займа.

С учетом вышеизложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что кредитором не подтвержден факт наличия у него средств в достаточном размере на момент выдачи каждого из трёх займов.

Отказывая в удовлетворении заявленного ФИО1 требования, суд первой инстанции, руководствуясь правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, исходил также из фактической аффилированности кредитора и должника, поскольку сделки, на которых основано заявленное требование, были совершены на неординарных условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка: непринятие кредитором мер по взысканию долга по договорам займа, последующая выдача займов по распискам от 01.06.2021 при неисполнении должником обязательств по договору займа от 20.12.2018, отсутствие обеспечения исполнения договоров займа, по которым ФИО3 составлены расписки от 01.06.2021.

Кроме того, в материалы дела о банкротстве ФИО3 от финансового управляющего поступили выписки по счетам должника, из которых следует, что на протяжении нескольких лет ФИО1 и ФИО3 имели партнерские отношения. Так, выписки по счетам, открытым в ВТБ Банке и Райффайзен Банке, подтверждают осуществление перечислений денежных средств в пользу ФИО3 от ООО «Контакт» (ИНН 

<

***>) и ООО «Контакт Фудс» (ИНН 

<

***>), генеральным директором которых является ФИО1

Обстоятельства настоящего обособленного спора судом первой инстанции исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют. Иная оценка заявителем апелляционной жалобы обстоятельств настоящего обособленного спора не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не свидетельствует о нарушениях судом первой инстанции норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.03.2024 по делу №А56-46200/2023/тр.8 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

А.Ю. Сереброва

 

Судьи

 

Е.В. Бударина

 

 М.В. Тарасова