Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, 

<

...>

http://5aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-10304/2024

г. Владивосток

03 июня 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 28 мая 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 03 июня 2025 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего М.Н. Гарбуза,

судей А.В. Ветошкевич, К.П. Засорина,

при ведении протокола секретарем судебного заседания А.В. Панасюком,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Дальневосточный таможенный брокер»,

апелляционное производство № 05АП-1913/2025 

на решение от 04.03.2025 

судьи Е.А. Левченко

по делу № А51-10304/2024 Арбитражного суда Приморского края 

по исковому заявлению Находкинской таможни (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Дальневосточный таможенный брокер» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании недействительным внешнеэкономического контракта от 27.08.2019, применении последствий недействительности (ничтожности) контракта путем взыскания в доход Российской Федерации с общества с ограниченной ответственностью «Дальневосточный таможенный брокер» денежных средств в размере 2 787 193,40 долларов США,

при участии:

от Находкинской таможни: представитель ФИО1 (с опозданием, в режиме веб-конференции) по доверенности от 09.01.2025 сроком действия до 31.12.2025, диплом о высшем юридическом образовании (регистрационный номер ВСА 0048759), паспорт; представитель ФИО2 по доверенности в порядке передоверия от 22.04.2025 сроком действия до 31.12.2025, копия диплома о высшем юридическом образовании, копия свидетельства о заключении брака, служебное удостоверение (до и после перерыва),

в соответствии со статьей 11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании присутствовал ФИО3 в качестве слушателя, паспорт,

УСТАНОВИЛ:

Находкинская таможня (далее – истец, таможня, таможенный орган) обратилась в Арбитражный суд Приморского края с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Дальневосточный таможенный брокер» (далее – ответчик ООО «Дальневосточный таможенный брокер») о признании недействительным внешнеэкономического контракта от 27.08.2019 № 1/FECB, заключенного между компанией «ZHONG WANG GLOBAL LIMITED» и ООО «Дальневосточный таможенный брокер», истец просил применить последствия недействительности сделки в виде взыскания в доход Российской Федерации с ответчика 2 787 193,40 долларов США.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 04.03.2025 исковые требования удовлетворены, признан недействительным внешнеэкономический контракт от 27.08.2019 №1/FECB, заключенный между компанией «ZHONG WANG CLOBAL LIMITED» и ООО «Дальневосточный таможенный брокер», применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Дальневосточный таможенный брокер» 172 985 525,42 руб. в доход Российской Федерации. С ООО «Дальневосточный таможенный брокер» в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 6 000 руб.

Ответчик, обжалуя указанный судебный акт в порядке апелляционного производства, просил решение суда отменить, принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении требований Находкинской таможни. 

В обоснование своей позиции апеллянт ссылался на то, что в основу обжалуемого решения был положен установленный судом факт того, что на дату заключения контракта, компания продавца не имела статуса юридического лица на территории КНР, в связи с чем не могла осуществлять действий по заключению сделки. Изложенное свидетельствует о том, что фактически выводы суда первой инстанции сводятся к незаключенности совершенной сделки, тогда как юридическая природа недействительной и незаключенной сделки разнится. Апеллянт полагал, что недействительной может быть признана только та сделка, которая была заключена, противное будет свидетельствовать о ничтожности того или иного договора, но никак не о его недействительности, в связи с чем указанные выводы представляются не законными и не основанными на представленных доказательствах.

Оспорил выводы суда первой инстанции о том, что оспариваемая сделка является антисоциальной, совершенной с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности. Обратил внимание не действительность заключенной сделки, отметил, что по спорному контракту поставлены товары, данное обстоятельство указывает на соответствие установленных контрактом прав и обязанностей воле сторон, их фактическим правоотношениям, природе заключенного договора. Полагал, что совокупность представленных доводов свидетельствует о необоснованности позиции таможенного органа. Указал, что в основу позиции Находкинской таможни, с которой впоследствии согласился суд первой инстанции, были положены письма представителя ФТС в КНР, в соответствии с которыми компания продавца на территории КНР и Гонконга, по мнению таможенного представителя, зарегистрирована не была. Опровергая позицию истца, апеллянт указал, что выводы писем в указанной части были построены на предположениях конкретного должностного лица и выражают исключительно его субъективную позицию. Ни одним законодательным актом не установлено того, что письма ФТС являются источником права и/или имеют нормативный характер, в связи с чем указанные доказательства не могли быть приняты судом в качестве обстоятельств, устанавливающих отсутствие статуса юридического лица у иностранного продавца, либо быть положены в основу постановленного в последствии судебного решения.

Ссылаясь на судебные акты по делам № А51-12591/2021, № А51-11805/2021, № А51-10238/2021, № А51-9330/2021, № А51-7866/2021, № А40-269326/2021, апеллянт указал, что обстоятельства заключения спорного контракта и действительности сделки с компанией «ZHONG WANG GLOBAL LIMITED» уже были неоднократно проверены судами. Считал, что поименованные им судебные акты имели важное правоприменительное значение, а постановленные в них выводы, должны были быть положены в основу решения суда первой инстанции по настоящему делу. Апеллянт полагал, что указанные нарушения свидетельствует о несоблюдении судом установленных законом принципов равенства и состязательности сторон, равно как и того, что фактический отказ от исследования представленных им доказательств, лишил общество предусмотренного Конституцией РФ права на юридическую (судебную) защиту.

Податель жалобы оспорил довод суда первой инстанции о том, что отправителем товара приобретенного в рамках спорного контракта являются лица, отличные от тех, что поименованы в соглашении, то есть не продавец. Апеллянт считал, что указанный довод противоречит положениям пункта 4.2 контакта, в соответствии с которым отправителем товара может являться как продавец, так и уполномоченные им лица. Компания «ZHONG WANG GLOBAL LIMITED» была уполномочена на передачу таких прав третьим лицам, что, по мнению ответчика, не могло свидетельствовать о недействительности сделки и, тем более, делало невозможным принятие подобного вывода в целях вынесения решения. Апеллянт выразил несогласие с примененными последствиями недействительности сделки, оспорил выводы суда о противоправности действий ответчика.

Определением Пятого арбитражного апелляционного суда от 21.04.2025 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 20.05.2025.

Представители Находкинской таможни поддержали доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, в полном объеме. Обжалуемое решение считали законным и обоснованным, просили оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Суд, посовещавшись на месте, руководствуясь статьями 163, 184, 185 АПК РФ, определил объявить перерыв в судебном заседании до 28.05.2025 до 10 часов 50 минут. Об объявлении перерыва лица, участвующие в деле, уведомлены в соответствии с Постановлением Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках» путем размещения на официальном сайте суда информации о времени и месте продолжения судебного заседания.

Определением апелляционного суда от 23.05.2025 в коллегиальном составе суда производилась замена судей, в связи с чем рассмотрение апелляционной жалобы начиналось сначала в порядке части 5 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

После перерыва судебное заседание продолжено 28.05.2025 в 11 часов 10 минут с использованием системы веб-конференции в составе председательствующего М.Н. Гарбуза, судей А.В. Ветошкевич, К.П. Засорина, при ведении протокола секретарем судебного заседания А.В. Панасюком, при участии представителя таможни.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, заслушав в судебном заседании участников арбитражного процесса, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

Из материалов дела судом установлено, что компанией «ZHONG WANG GLOBAL LIMITED» (продавец) и ООО «Дальневосточный таможенный брокер» 27.08.2019 (покупатель) заключен контракт № 1/FECB на поставку промышленных товаров, автомобилей, автозапчастей, товаров народного потребления, продуктов питания. 

Общая сумма контракта, с учетом дополнительного соглашения от 01.09.2022, составляет 27 200 000 долларов США. 

Согласно информационным ресурсам таможенных органов во исполнение контракта общество осуществило импорт товаров различных наименований в период с 31.08.20219 по 14.06.2022 на общую сумму 23 522 880,75 долларов США. 

В связи с этим, полагая, что спорный контракт имеет признаки недействительной сделки, так как заключен с лицом, не зарегистрированным на территории КНР и Гонконг, при этом отправителем товара и получателем денежных средств являются лица, которые не числятся в контракте, Находкинская таможня обратилась с настоящим исковым заявлением в арбитражный суд.

Арбитражный суд, установив, что компания «ZHONG WANG GLOBAL LIMITED» как юридическое лицо отсутствует, пришел к выводу о том, что спорный контракт является недействительным, в связи с чем удовлетворил заявленные требования в полном объеме.

Повторно исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, коллегия пришла к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 49 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) юридическое лицо может иметь гражданские права, соответствующие целям деятельности, предусмотренным в его учредительном документе (статья 52), и нести связанные с этой деятельностью обязанности.

Правоспособность юридического лица возникает с момента внесения в единый государственный реестр юридических лиц сведений о его создании и прекращается в момент внесения в указанный реестр сведений о его прекращении (пункт 3 указанной статьи).

Таким образом, с учетом установленного факта отсутствия сведений о регистрации на территории КНР компании «ZHONG WANG GLOBAL LIMITED», ответчик не мог заключить с указанным контрагентом спорный контракт от 27.08.2019 №1/FECB, поскольку на дату его заключения иностранный контрагент не имел статуса действующего юридического лица на территории Китайской Народной Республики (далее – КНР) и, соответственно, не обладал правоспособностью, а также не мог осуществлять действия по заключению сделки.

Статьей 153 ГК РФ предусмотрено, что сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 154 ГК РФ сделки могут быть двух- или многосторонними (договоры) и односторонними.

Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка) (пункт 3 статьи 154 ГК РФ).

По материалам дела апелляционным судом установлено, что предметом спора по настоящему делу является признание недействительным контракта от 27.08.2019 № 1/FECB, заключенного между компанией «ZHONG WANG GLOBAL LIMITED» (продавец) и ООО «Дальневосточный таможенный брокер» (покупатель).  

При этом, согласно полученной таможенным органом информации, направленной письмами представителя Федеральной таможенной службы в Китайской Народной Республике № 12-09/0438 от 09.06.2021 и № 25-13-16/0179 от 09.03.2022, сведений об организации «ZHONG WANG GLOBAL LIMITED» в Национальной базе данных управления кредитоспособностью предприятий Китайской Народной Республики, на государственном портале «Credit China», электронной платформе «Qichacha», а также иных китайских открытых информационных базах данных, доступных Представительству, обнаружить не удалось.

Более того, в ходе анализа товаросопроводительных документов установлено, что проставленный на копии контракта оттиск печати компании «ZHONG WANG GLOBAL LIMITED» не соответствует требованиям по оформлению печатей для компаний материкового Китая. Данный оттиск печати по внешним признакам характерен для компаний, действующих на территории САР Гонконг. 

В базе данных государственного регистра компаний САР Гонконг сведения о регистрации компании «ZHONG WANG GLOBAL LIMITED» также не содержатся. 

Кроме того, внешний вид подписи уполномоченного лица компании «ZHONG WANG GLOBAL LIMITED», проставленной на копии контракта, не характерен для китайского языка. 

Из изложенного следует, что с учетом установленного факта отсутствия сведений о регистрации на территории КНР компании «ZHONG WANG GLOBAL LIMITED» ответчик не мог заключить с указанным контрагентом спорный контракт 27.08.2019 № 1/FECB в связи с тем, что на дату заключения контракта иностранный контрагент не имел статуса действующего юридического лица на территории Китайской Народной Республики, соответственно, не обладал правоспособностью и не мог осуществлять действия по заключению сделки.

По правилам пунктов 3, 4 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношении должны действовать добросовестно, никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. 

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Защита гражданских прав может осуществляться путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки (статья 12 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 166 ГК РФ предусмотрено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться иные последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки 9часть 2 статьи 168 ГК РФ).

Применительно к статьям 166 и 168 названного Кодекса под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы (пункт 75 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», далее – Постановление №25).

Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность (абзац 2 пункта 74 Постановления №25).

Ничтожной является также сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности (статья 169 ГК РФ).

В Определении Конституционного Суда РФ от 08.06.2004 №226-О указано, что понятия «основы правопорядка» и «нравственность», как и всякие оценочные понятия, наполняются содержанием в зависимости от того, как их трактуют участники гражданского оборота и правоприменительная практика, однако они не являются настолько неопределенными, что не обеспечивают единообразное понимание и применение соответствующих законоположений. Статья 169 ГК РФ указывает, что квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является ее цель, т.е. достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит - заведомо и очевидно для участников гражданского оборота – основам правопорядка и нравственности. Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму Гражданского кодекса Российской Федерации, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий.

В пункте 85 Постановления №25 разъяснено, что в качестве сделок, совершенных с указанной целью, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои.

Для применения статьи 169 ГК РФ необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности, и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно.

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ (пункт 8 Постановления №25). 

В силу абзаца первого пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Пунктом 84 Постановления №25 установлено, что согласно абзацу второму пункта 3 статьи 166 ГК РФ допустимо предъявление исков о признании недействительной ничтожной сделки без заявления требования о применении последствий ее недействительности, если истец имеет законный интерес в признании такой сделки недействительной. В случае удовлетворения иска в решении суда о признании сделки недействительной должно быть указано, что сделка является ничтожной.

Согласно пункту 3 части 2 статьи 254 Федерального закона от 03.08.2018 №289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон №289-ФЗ) таможенные органы в пределах своей компетенции обеспечивают на территории Российской Федерации выполнение задач и функций, установленных статьей 351 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза, а также осуществляют в пределах своей компетенции контроль за валютными операциями, связанными с перемещением товаров через таможенную границу Союза, с ввозом товаров в Российскую Федерацию и вывозом товаров из Российской Федерации.

Задачами валютного контроля являются обеспечение экономической безопасности государства и защита национальных интересов Российской Федерации, обеспечение законного осуществления валютных операций, своевременное и полное исполнение резидентами обязанностей по репатриации валюты на внутренний валютный рынок.

В соответствии с подпунктом «д» пункта 10 части 1 статьи 259 Закона №289-ФЗ таможенные органы для выполнения возложенных на них функций обладают, в том числе правом предъявлять в суды или арбитражные суды иски и заявления о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности.

Таким образом, незаконные финансовые операции, в частности несвоевременное поступление в Российскую Федерацию иностранной валюты или валюты Российской Федерации, нарушают экономические интересы государства, подрывают основы его безопасности, что представляет собой существенную угрозу охраняемым общественным отношениям в сфере валютного регулирования, противодействие которым относится к задачам валютного контроля, осуществляемого таможенными органами в целях обеспечения экономической безопасности государства и защиты национальных интересов Российской Федерации.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим иском, таможенный орган указал, что действия ООО «Дальневосточный таможенный брокер» противоречат основополагающим началам Российского правопорядка и основам гражданского законодательства Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 Положения о Федеральной таможенной службе, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 23.04.2021 №636 (далее - Положение), Федеральная таможенная служба является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим в соответствии с законодательством Российской Федерации, в том числе функции по контролю и надзору в области таможенного дела, функции органа валютного контроля. 

Согласно пункту 4 Положения Федеральная таможенная служба осуществляет свою деятельность непосредственно, через территориальные органы ФТС России и свои представительства (представителей) в иностранных государствах во взаимодействии с другими федеральными органами исполнительной власти, органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органами местного самоуправления, Центральным банком Российской Федерации, общественными объединениями и иными организациями. 

В соответствии с частями 1, 2 статьи 253 Федерального закона №289-ФЗ таможенные органы составляют единую федеральную централизованную систему, в которую входят: 1) федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий функции по контролю и надзору в области таможенного дела; 2) региональные таможенные управления; 3) таможни; 4) таможенные посты. 

Согласно части 6 статьи 253 Федерального закона №289-ФЗ региональные таможенные управления, таможни, таможенные посты, в том числе специализированные таможенные органы, действуют на основании общих или индивидуальных положений, утверждаемых федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по контролю и надзору в области таможенного дела. 

В соответствии с подпунктом б пункта 2 Указа Президента Российской Федерации от 02.02.2016 №41 «О некоторых вопросах государственного контроля и надзора в финансово-бюджетной сфере» функции органа валютного контроля переданы Федеральной таможенной службе и Федеральной налоговой службе. 

Согласно пункту 3 части 1 статьи 23 Федерального закона от 10.12.2003 №173- ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле» (далее - Федеральный закон №173-ФЗ) органы и агенты валютного контроля и их должностные лица в пределах своей компетенции и в соответствии с законодательством Российской Федерации имеют право, в том числе запрашивать и получать документы и информацию, которые связаны с проведением валютных операций, открытием и ведением счетов. 

Подпунктами 5,7 пункта 10 Общего положения о таможне утвержденного приказом ФТС России от 20.09.2021 №798, предусмотрено, что таможня наделена полномочиями по выявлению схем незаконного вывода денежных средств из Российской Федерации, в том числе в рамках мнимых (притворных) сделок с использованием номинальных лиц, а также полномочиями по взаимодействию в рамках компетенции с федеральными органами исполнительной власти и иными организациями, направление международных запросов в целях противодействия сомнительным операциям, направленным на незаконный вывод денежных средств из Российской Федерации, на подготовку и подачу исков в судебные органы о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности. 

В соответствии с Федеральным законом №173-ФЗ задачами валютного контроля являются обеспечение экономической безопасности государства и защита национальных интересов Российской Федерации, учет обобщение и анализ информации о валютных операций, своевременное и полное исполнение резидентами обязанностей по репатриации валюты на внутренний валютный рынок, возмещение ущерба, причиняемого государству в результате неисполнение резидентами и нерезидентами положений валютного законодательства

Следовательно, вопреки доводам апеллянта, коллегия признает, что в рассматриваемом случае Находкинская таможня имеет охраняемый законом интерес в признании спорной сделки (контракт от 27.08.2019 № 1/FECB) недействительной, и наделена правом предъявления в арбитражные суды исков о признании сделок недействительными.

При этом исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что факт заключения спорного контракта от 20.10.2016 № 2/BDV/ZW с лицом, в отношении которого отсутствуют достоверные и достаточные доказательства его регистрации в качестве действующего на территории КНР правоспособного субъекта, осуществляющего предпринимательскую деятельность, свидетельствует о том, что данная сделка была заключена с целью заведомо противной основам правопорядка, является нарушающей требования закона и при этом посягающей на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы государства, что само по себе является основанием для признания оспариваемой сделки недействительной (ничтожной).

Как верно отмечено судом первой инстанции, из анализа представленных в материалы дела ДТ и инвойсов следует, что отправителями товара, задекларированного в рамках контракта, являются третьи лица, в частности компании MW-LINE CO., LTD, AKEBONO CO., LTD, AKSYS CO., LTD, DAIWA CORPORATION CO., LTD, SILKROAD.INC DBA USCARS LUXURY MOTORS DBA USCARS ENTERPRISES, BEYOND TRAIDING LIMITED, TNS CO., LTD. 

Компания «ZHONG WANG GLOBAL LIMITED», являющаяся согласно условиям контракта продавцом товара, в качестве его отправителя в спорных ДТ не указана.

Пунктом 4.2 контракта установлено, что грузоотправителем или лицом, ответственным за выполнение экспортных таможенных процедур по контракту, является продавец или уполномоченные им лица.

Однако, принимая во внимание, что согласно письмам представителя Федеральной таможенной службы в Китайской Народной Республике № 12-09/0438 от 09.06.2021 и №25-13-16/0179 от 09.03.2022 компания «ZHONG WANG GLOBAL LIMITED» как правоспособный субъект, то есть способный на установление, изменение или прекращение своих гражданских прав и обязанностей, фактически отсутствует, коллегия поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что полномочия по поставке спорных товаров и выполнению экспортных таможенных процедур не могли быть переданы спорным контрагентом вышеуказанным третьим лицам. 

Также арбитражный суд принимает во внимание то, что согласно представленной в дело выписке АО «Альфа Банк» получателями денежных средств, перечисляемых обществом в качестве оплаты по контракту, являлись третьи лица. В адрес продавца по контракту – компании «ZHONG WANG GLOBAL LIMITED» платежи за товар за весь период действия контракта ответчиком по реквизитам, указанным в контракте, ни разу не перечислялись.

Относительно обстоятельств оплаты импортированного ООО «Дальневосточный таможенный брокер» товара коллегия отмечает следующее.

Во исполнение контракта с расчетного счета ООО «Дальневосточный таможенный брокер» в период с 27.05.2020 по 26.07.2023 перечислены денежные средства на сумму 26 600 915,76 долларов США, из них возращено 148 138,71 долларов США, обязательство резидента составило 23 522 880,75 долларов США. Согласно выписке АО «Альфа Банк» получателями денежных средств являлись различные фирмы. Таким образом, переводы денежных средств осуществлены на счета, которые не числятся в банковских реквизитах сторон, указанных в контракте № 1/FECB.

Согласно ведомости банковского контроля контракт № 1/FECB имеет отрицательное сальдо по состоянию на 07.02.2024 в размере 2 787 193,40 долларов США, что свидетельствует о том, что ответчиком ввезено товаров меньше, чем произведено оплат.

Таким образом, наличие со стороны ООО «Дальневосточного таможенного брокера», как покупателя, значительной переплаты по спорному контракту (2 787 193,40 долларов США) в отсутствие доказательств ввоза на территорию Российской Федерации товара, эквивалентного сумме указанной переплате по контракту № 1/FECB, свидетельствует о том, что подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении - поставка товаров, а также встречное обеспечение в виде оплаты.

Фактически в нарушение пункта 2 части 1 статьи 19 Закона № 173-ФЗ имел место вывод с таможенной территории Российской Федерации валюты Российской Федерации без намерения получить товар в соответствующем объеме, что также является основанием для признания спорного контракта недействительным как нарушающего требования закона. 

Поддерживая вывод суда первой инстанции и признавая заслуживающими внимания возражения таможенного органа, коллегия отмечает, что представленные истцом в обоснование недействительности (ничтожности) контракта доказательства, а также правовое обоснование законного интереса истца в признании сделки недействительной, подтверждают наличие в настоящем случае правовых и фактических оснований для признания спорного внешнеэкономического контракта, заключенного между компанией «ZHONG WANG GLOBAL LIMITED» и ответчиком, недействительным.

Доводы ООО «Дальневосточный таможенный брокер» относительно пропуска Находкинской таможней срока исковой давности при обращении в суд с настоящим иском, со ссылкой на то, что поскольку ввоз товара в адрес общества и его таможенное оформление по спорному контракту начали осуществляться с 2016 года, следовательно, с указанного времени истцу стало известно о начале исполнения заключенного внешнеэкономического соглашения, коллегия отклоняются по следующим основаниям.

В силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (статья 195 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, о том, что иностранный контрагент по спорному контракту не зарегистрирован в Китае Находкинской таможней стало известно из письма представителя Федеральной таможенной службы в Китайской Народной Республике № 12-09/0438 от 09.06.2021.

С иском по настоящему делу таможня обратилась в арбитражный суд 30.05.2024, то есть в пределах трехлетнего срока, при этом десятилетний срок со дня начала исполнения спорной сделки (2016 год) на момент обращения таможни в суд не истек.

Следовательно, срок исковой давности обращения в суд с иском о признании недействительным спорного контракта Находкинской таможней пропущен не был.

Учитывая изложенное, принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, доказательства, представленные истцом в обоснование недействительности (ничтожности) контракта, и отсутствие доказательств в подтверждение обратного (статьи 9, 65 АПК РФ), а также правовое обоснование законного интереса истца в признании сделки недействительной, суд первой инстанции обоснованно пришел к постановке вывода о наличии в настоящем случае правовых и фактических оснований для признания внешнеэкономического контракта от 27.08.2019 №1/FECB, заключенного между компанией «ZHONG WANG GLOBAL LIMITED» и ООО «Дальневосточный таможенный брокер», недействительным.

Согласно статьи 169 ГК РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом. 

Согласно пункту 2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 08.06.2004 №226-0 статья 169 ГК РФ определяет последствиях недействительности антисоциальной сделки: при наличии умысла у обеих сторон такой сделки - в случае ее исполнения обеими сторонами - в доход Российской Федерации взыскивается все полученное по сделке, а в случае исполнения сделки одной стороной с другой стороны взыскивается в доход Российской Федерации все полученное ею и все причитавшееся с нее первой стороне в возмещение полученного; при наличии умысла лишь у одной из сторон такой сделки все полученное ею по сделке должно быть возвращено другой стороне, а полученное последней либо причитавшееся ей в возмещение исполненного взыскивается в доход Российской Федерации. 

В настоящем случае, суд первой инстанции правомерно применил последствия недействительности сделки и взыскал с ООО «Дальневосточный таможенный брокер» 172 985 525,42 руб. в доход Российской Федерации.

Коллегия констатирует, что доводы апеллянта лишь выражают несогласие с установленными судом первой инстанции обстоятельствами, сводятся к иному толкованию норм права и оценке обстоятельств дела, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными. 

Поскольку иных доводов заявителем апелляционной жалобы не заявлялось, суд апелляционной инстанции в силу абзаца 4 статьи 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» осуществил проверку судебного акта в пределах, определяемых доводами апелляционной жалобы, и доводами, содержащимися в отзыве на жалобу.

Суд апелляционной инстанции признает законной и обоснованной данную судом первой инстанции правовую оценку обстоятельствам спора и представленным доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

Учитывая приведенную в настоящем постановлении квалификацию спорных правоотношений, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы ООО «Дальневосточный таможенный брокер» и отмены или изменения обжалуемого судебного акта у суда апелляционной инстанции не имеется.

Государственная пошлина по апелляционной жалобе подлежит возложению на заявителя в соответствии с требованиями части 5 статьи 110 АПК РФ, подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 НК РФ.

Пятый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Приморского края от 04.03.2025 по делу №А51-10304/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

М.Н. Гарбуз

Судьи

А.В. Ветошкевич

К.П. Засорин