СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-9146/2021-ГК

г. Пермь

29 июля 2022 года

Дело № А60-64730/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 27 июля 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 29 июля 2022 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующегоМуталлиевой И.О.,

судей   Григорьевой Н.П., Сусловой О.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу истца, ФИО2,

на решение Арбитражного суда Свердловской области от 18 марта 2022 года по делу № А60-64730/2020

по иску ФИО2 к Союзу «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании недействительным решения дисциплинарной комиссии, признании недействительным решения совета союза об исключении из состава членов саморегулируемой организации,

явку в заседание суда обеспечили:

от истца (в режиме веб-конференции): ФИО3 (удостоверение адвоката, доверенность от 18.01.2022),

от ответчика: ФИО4 (удостоверение адвоката, доверенность от 12.01.2022);

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

установил:

ФИО2 (далее – истец, ФИО2) обратился в Арбитражный суд Свердловской области с иском к Союзу «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих» (далее – ответчик, Союз) о признании недействительным решения дисциплинарной комиссии Союза от 16.11.2020 № 33.

Кроме того, от ФИО2 поступило заявление о признании недействительным решения совета Союза от 24.12.2020 об исключении из состава его членов ФИО2

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 15.02.2021 указанные заявления объединены к совместному рассмотрению.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 09.04.2021, оставленном без изменения Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.08.2021, исковые требования удовлетворены: суд признал недействительным решение заседания дисциплинарной комиссии союза от 16.11.2020 № 33, а также признал недействительным решение совета союза от 24.12.2020 (в части исключения ФИО2 из состава членов союза, пункт 1 решения). С ответчика в пользу истца взыскано также 12 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины, понесенных при подаче иска.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 17.12.2021 решение от 09.04.2021 по делу № А60-64730/2020 и постановление от 27.08.2021 по тому же делу отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

По результатам нового рассмотрения дела Арбитражным судом Свердловской области принято решение от 18.03.2022, которым в удовлетворении иска отказано.

Истец, ФИО2, обжаловал решение от 18.03.2022 в апелляционном порядке, просит его отменить, удовлетворив исковые требования в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы истец указывает, что суд первой инстанции проигнорировал указание суда кассационной инстанции, не дав надлежащей и полной оценки требованиям истца и всем обстоятельствам дела, ограничившись лишь ссылкой на судебный акт по делу о банкротстве.

Считает, что исключение является самой строгой мерой ответственности, следовательно, её применение должно соотноситься с допущенными ФИО2 нарушениями. По мнению апеллянта, суд неправильно распределил бремя доказывания по делу. Суд в своем решении описал только те нарушения, в отношении которых было вынесено определение от 28.04.2021 по делу № А60-39996/2015. Те нарушения, на которые ссылается СРО, не подтверждены материалами дела, а также не нашли подтверждения в судебных актах. Подобные действия противоречат сложившейся в союзе практике исключения арбитражных управляющих, исключаемых, по общему правилу, по реабилитируемым основаниям. Апеллянт полагает, что фактической целью СРО было создание препятствий ФИО2 продолжения его профессиональной деятельности на три года, а не способом защиты прав союза. Исключение не могло обеспечить защиту СРО от предъявления имущественных претензий. ФИО2 указывает, что не имел намерения продолжать свою деятельность в качества члена союза, именно с этим и связано его обращение в суд с иском о признании его добровольного выхода состоявшимся (А60-53765/2021). По мнению истца принятое СРО решение об исключении не является мотивированным, не содержит указание на причины и основания, которые могут быть в дальнейшем могут быть проверены по существу, поскольку конкретные нарушения, за которые ФИО2 был исключен из числа членов СРО, в решении не приведены, ссылки на решения дисциплинарной комиссии отсутствуют. Кроме того, апеллянт указывает, что решение суда не содержит конкретного мотива, который бы позволил суду проверить его надлежащим образом на предмет соответствия требования закона.

Ответчик в отзыве на апелляционную жалобу отклонил приведенные в ней доводы; просит решение суда первой инстанции оставить без изменения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержал, просит решение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представитель ответчика в судебном заседании доводы апелляционной жалобы отклонил по основаниям, приведенным в отзыве на нее, считает решение суда первой инстанции законным и обоснованным. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, ФИО2 являлся конкурсным управляющим в одной процедуре банкротства – в деле № А60-39996/2015 о банкротстве непубличного акционерного общества «Нижнетагильский котельно-радиаторный завод» (далее – общество «НКРЗ»), в отношении которого открыто конкурсное производство.

Дисциплинарной комиссией Союза было принято решение от 16.11.2020 № 33, согласно которому в связи с нарушением арбитражным управляющим требований Закона о банкротстве, других федеральных законов, иных нормативных правовых актов Российской Федерации, федеральных стандартов, стандартов и правил профессиональной деятельности, не устраненными в установленный союзом срок и носящим неустранимый характер, на рассмотрение совета союза вынесен вопрос об исключении арбитражного управляющего ФИО2 из членов союза.

Указанным решением дисциплинарная комиссия также указала, что до утверждения советом союза решения об исключении арбитражного управляющего из саморегулируемой организации кандидатура ФИО2 не будет представляться в арбитражный суд для утверждения его в качестве арбитражного управляющего.

Решением совета союза от 24.12.2020 на основании решения дисциплинарной комиссии союза от 16.11.2020 № 33 арбитражный управляющий ФИО2 был исключен из состава членов Союза по причине его несоответствия установленным условиям членства в Союзе, а также нарушений требований Закона о банкротстве.

Ссылаясь, что изложенные в решении дисциплинарной комиссии от 16.11.2020 № 33 обстоятельства являются предметом рассмотрения жалоб на действия арбитражного управляющего ФИО2, рассматриваемых в деле о банкротстве №А60-39996/2015, а целью решения от 24.12.2020 является причинение вреда интересам ФИО2 путем его исключения из членов СРО и отстранение от процедуры банкротства общества «НТКРЗ», ФИО2 обратился в арбитражный суд с требованиями о признании незаконными решений дисциплинарной комиссии от 16.11.2020 № 33 и решение совета союза от 24.12.2020, оформленное протоколом от 24.12.2020 №29, в части исключения ФИО2 из состава членов союза.

Арбитражный суд первой инстанции исковые требования удовлетворил, признав принятие оспариваемых истцом решений преждевременными ввиду рассмотрения в деле о банкротстве № А60-39996/2015 аналогичных требований кредиторов и союза о признании действий управляющего незаконными и его отстранении от исполнения обязанностей конкурсного управляющего.

Направляя дело на новое рассмотрение постановлением от 17.12.2021, Арбитражный суд Уральского округа указал на ошибочность выводов судов о том, что оспариваемые решения являются недействительными лишь на том одном основании, что они приняты до рассмотрения по существу жалобы на действия (бездействие) ФИО2 и ходатайства о его отстранении от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником в деле о банкротстве № А60-39996/2015, поскольку противоречит положениям действующего законодательства, предусматривающим наличие у саморегулируемой организации права на исключение из ее состава членов при наличии соответствующих условий, предусмотренных действующим законодательством и корпоративными документами саморегулируемой организации, при этом тот факт, что в качестве оснований для исключения ФИО2 из состава членов Союза, в оспариваемых решениях указаны конкретные обстоятельства, частично совпадающие с фактическими обстоятельствами, которые указаны в качестве оснований обжалования действий (бездействия) ФИО2 и его отстранения в деле № А60-39996/2015, само по себе не является самостоятельным и достаточным основанием для признания недействительными оспариваемых решений, принятых дисциплинарной комиссии Союза и Советом Союза, которые, в силу действующего законодательства и корпоративных документов Союза, обладают соответствующей компетенцией, в то время как никакие иные обстоятельства, касающиеся порядка созыва и проведения соответствующих заседаний, а также существа вменяемых в вину ФИО2 нарушений и т.п. суды в предмет доказывания по настоящему спору не включили, не устанавливали, не исследовали и не оценили.

При этом, согласно материалам дела, в качестве оснований для исключения ФИО2 из Союза последний ссылался на конкретные нарушения, поименованные в пятнадцати пунктах протокола заседания дисциплинарной комиссии, включающие в себя нарушения, допущенные ФИО2 в ходе процедуры банкротства по делу № А60-39996/2015, а также нарушения условий членства в Союзе (непредоставление справки об отсутствии судимости и дисквалификации, о привлечении в качестве специалиста организации, неаккредитованной при саморегулируемой организации), и названный перечень лишь частично совпадает с перечнем нарушений, являвшихся предметом исследования по делу № А60-39996/2015, между тем суды никак не мотивировали свою позицию в части тех спорных нарушений, которые не являются предметом рассмотрения в рамка дела № А60-39996/2015, и не указали, в чем именно заключается преждевременность оспариваемых решений в соответствующей части.

По результатам повторного рассмотрения настоящего спора судом первой инстанции принято решение об отказе в удовлетворении исковых требований, поскольку признано обоснованным принятие дисциплинарной комиссией решения о допущении ФИО2 действующего законодательства, носящего неустранимый характер. В этой связи суд первой инстанции не усмотрел оснований для признании недействительным решения совета союза об исключении из состава членов саморегулируемой организации решения об исключении ФИО2 из состава участников СРО.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта исходя из следующего.

Как верно указано судом первой инстанции, исходя из положений статей 65.1, 123.8 ГК РФ ответчик, обладающий статусом саморегулируемой организации, является юридическим лицом, члены которого в силу статьи 65.2 ГК РФ вправе обжаловать решения корпорации, влекущие гражданско-правовые последствия, в случаях и в порядке, которые предусмотрены законом.

Согласно статье 11 Федерального закона от 01.12.2007 № 315-ФЗ «О саморегулируемых организациях» (далее – Закон о СРО) любой член саморегулируемой организации в случае нарушения его прав и законных интересов действиями (бездействием) саморегулируемой организации, ее работников и (или) решениями ее органов управления вправе оспаривать такие действия (бездействие) и (или) решения в судебном порядке.

Поскольку положениями Закона о СРО специальный порядок обжалования решений органов управления саморегулируемой организации не установлен, постольку к спорным правоотношениям подлежат применению общие положения ГК РФ, в частности, главы 9.1, устанавливающий основания недействительности решения собрания и порядок его обжалования (пункт 104 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ).

В рамках настоящего дела рассматривается требование члена саморегулируемой организации, которая является корпоративным юридическим лицом, о признании недействительным решения дисциплинарной комиссии союза, принятие которого влечет гражданско-правовые последствия для ФИО2

По смыслу пункта 1 статьи 2, пункта 6 статьи 50 и пункта 2 статьи 181.1 ГК РФ под решениями собраний понимаются решения гражданско-правового сообщества, т.е. определенной группы лиц, наделенной полномочиями принимать на собраниях решения, с которыми закон связывает гражданско-правовые последствия, обязательные для всех лиц, имевших право участвовать в таком собрании, а также для иных лиц, если это установлено законом или вытекает из существа отношений (пункт 103 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В настоящем случае, поскольку дисциплинарная комиссия союза представляет собой определенную группу лиц, наделенную полномочиями принимать на собраниях решения, с которыми закон связывает гражданско-правовые последствия имевших право участвовать в таком собрании, а также для иных лиц, если это установлено законом или вытекает из существа отношений, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что решения, принимаемые такой дисциплинарной комиссией, подпадают под категорию решений, указанных в пункте 2 статьи 181.1 Гражданского кодекса Российской Федерацией, следовательно, они могут быть обжалованы в судебном порядке.

Согласно подпункту «б» пункта 2 статьи 22 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) саморегулируемая организация арбитражных управляющих обязана применять меры дисциплинарного воздействия, предусмотренные Законом о банкротстве и внутренними документами саморегулируемой организации, в отношении своих членов, в том числе исключение из членов саморегулируемой организации.

Пунктом 11 статьи 20 Закона о банкротстве предусмотрено, что членство арбитражного управляющего в саморегулируемой организации арбитражных управляющих прекращается по решению постоянно действующего коллегиального органа управления саморегулируемой организации в случае подачи арбитражным управляющим в саморегулируемую организацию заявления о выходе из этой саморегулируемой организации или в случае исключения арбитражного управляющего из саморегулируемой организации в связи с:

- нарушением арбитражным управляющим условий членства в саморегулируемой организации;

- нарушением арбитражным управляющим требований настоящего Федерального закона, других федеральных законов, иных нормативных правовых актов Российской Федерации, федеральных стандартов, стандартов и правил профессиональной деятельности, не устраненным в установленный саморегулируемой организацией срок или носящим неустранимый характер.

Членство арбитражного управляющего в саморегулируемой организации арбитражных управляющих прекращается с даты включения в реестр членов саморегулируемой организации записи о прекращении членства арбитражного управляющего.

Аналогичные условия предусмотрены пунктом 5.1 Положения об условиях членства, порядке приема в члены и прекращения членства в союзе, членство в Союзе прекращается по решению Совета Союза в случае подачи членом Союза заявления о выходе из Союза или в случае исключения члена Союза из Союза в связи с:

- нарушением членом Союза условий членства в Союзе;

- нарушением членом Союза требований Закона о банкротстве, других федеральных законов, иных нормативных правовых актов Российской Федерации, федеральных стандартов, стандартов и правил профессиональной деятельности, не устраненным в установленный Союзом срок или носящим неустранимый характер.

В пункте 5.3 устава союза предусмотрено, что член союза, систематически не выполняющий или ненадлежащим образом выполняющий требования, установленные Союзом, в том числе по уплате взносов, либо нарушивший принятые на себя обязательства перед союзом, а также препятствующий своими действиями или бездействием нормальной работе союза, может быть исключен из нее в соответствии действующим законодательством Российской Федерации, Уставом и внутренними документами Союза.

В рамках настоящего дела рассмотрен вопрос правомерности применения к арбитражному управляющему ФИО2 мер дисциплинарной ответственности, зафиксированных решением дисциплинарной комиссии, на основании которого союзом было принято решение об исключении ФИО2 из состава членов союза.

Суд первой инстанции верно указал, что дисциплинарная компетенция саморегулируемой организации является производной от целей и задач, для которых учреждается саморегулируемая организация, в том числе, согласно пункту 12 статьи 13 Закона о СРО, статей 20.4, 21, 25.1 Закона о банкротстве, которые устанавливают коллективную ответственность на основе формирования компенсационных фондов для выплат по обязательствам своего члена, возникшим в результате причинения вреда третьим лицам, а дисциплинарная компетенция обеспечивает защиту СРО и каждого ее члена от неправомерных действий отдельных членов СРО.

Таким образом, саморегулируемая организация обладает дисциплинарной компетенцией для оперативного (незамедлительного) пресечения противоправной деятельности одного из своих членов, причиняющего вред третьим лицам (например, в форме убытков), во избежание перераспределения его ответственности на иных членов СРО в виде выплат из компенсационного фонда и, тем более, осуществления дополнительных взносов в компенсационный фонд для возмещения вреда, причиненного одним из членов СРО.

Рассматривая по существу правомерность обжалуемых истцом решений, суд первой инстанции принял во внимание, что фактически указанные в решении дисциплинарной комиссии от 16.11.2020 № 33 и решении от 24.12.2020 обстоятельства являются предметом жалоб, рассматриваемых в деле о банкротстве (№А60-39996/2015).

Так, суд первой инстанции учел, что определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.04.2021 по делу №А60-39996/2015 удовлетворена жалоба на действия (бездействия) ФИО2 и он отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего по тем же основаниям, что были указаны в оспоренных в настоящем деле решении от 24.12.2020 и решении дисциплинарной комиссии №33 от 16.11.2020, а именно:

- непринятии мер по взысканию дебиторской задолженности;

- заключении сделок - договоров займа в отсутствие согласия собрания кредиторов при неотражении в отчетах конкурсного управляющего о своей деятельности соответствующих сведений;

- нарушении установленного статьей 143 Закона о банкротстве порядка учета текущих обязательств должника, нарушении установленной статьей 134 Закона о банкротстве очередности удовлетворения требований кредиторов по текущим платежам при неотражении в отчетах конкурсного управляющего о своей деятельности соответствующих сведений;

- допущении использования третьими лицами имущества должника, находящегося в залоге у общества «РСУ-3»;

- непроведении инвентаризации имущества должника, переданного в аренду.

В постановлении апелляционного суда от 05.08.2021 по делу № А60-39996/2015, оставленном без изменения постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 23.11.2021, установлено, что арбитражным управляющим ФИО2 были заключены 45 договоров займа, предусматривающих получение должником денежных средств в общей сумме 349 309 400,16 руб. от третьих лиц, часть которых заключена именно в период внешнего управления с 09.06.2017 по 14.06.2018.

Так как план внешнего управления НАО «Нижнетагильский котельнорадиаторный завод», содержащий возможность заключения и условия заключения договоров займа временным управляющим утвержден не был, что подтверждается вступившим в силу судебным актом (определение Арбитражного суда Свердловской области от 18.04.2018, постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.08.2018), а собрание кредиторов (комитет кредиторов) заключение договоров займа не согласовывал, судом установлен факт нарушения арбитражным управляющим требований пункта 4 статьи 101 Закона о банкротстве.

Суд установил, что каждый из договоров займа с ООО «ПрайдГрупп», ООО «Нижнетагильская литейная компания», ООО УК «Восточная» содержит приложение – «реестр текущей задолженности НАО «Нижнетагильский котельно-радиаторный завод», подлежащей уплате» с указанием конкретных текущих обязательств к погашению, реестры заверены и подписаны ФИО2 и являются фактически поручениями арбитражного управляющего об оплате задолженности перед текущими кредиторами Должника с нарушением календарной и установленной статьей 134 Закона о банкротстве очередности, без использования расчетного счета должника.

Таким образом, доказаны отраженные в протоколе заседания дисциплинарной комиссии факты получения денежных средств должником в обход специального счета и с нарушением очередности удовлетворения требований кредиторов: при заключении договоров займа согласия собрания кредиторов отсутствовало, в отчетах конкурсного управляющего о своей деятельности соответствующие сведения не отражались. Указанные факты свидетельствуют о нарушении установленного статьей 143 Закона о банкротстве порядка учета текущих обязательств должника, нарушении установленной статьей 134 закона о банкротстве.

Ссылаясь на отсутствие нарушений арбитражным управляющим в части взыскания дебиторской задолженности, ФИО2 ссылается на сальдирование задолженности посредством заключения договоров займа: задолженность по арендным платежам (иная задолженность контрагентов) засчитывалась в счет произведенного арендаторами частичного погашения реестра требований текущих платежей.

Вместе с тем, в рамках дела № А60-39996/2015 установлено, что управляющим допущены действия, в результате ФИО2 которых ООО «ПрайдГрупп» оказано предпочтение в удовлетворении требований. Так, судом указано, что имея на счету предприятия оприходованные денежные средства в размере 330 261 875 руб. 49 копеек действуя добросовестно и разумно в интересах всех кредиторов и должника арбитражный управляющий обязан был распределить указанную сумму между кредиторами в порядке очерёдности по текущим обязательствам. ФИО2 как разумный арбитражный управляющий, оценив заключенный договор на переработку сырья, должен был осознавать, что цена договора определяется соответствующими расходами на переработку, что по договору переработки давальческого сырья из материала заказчика перерабатываемый материал не оплачивается переработчиком (подрядчиком) дополнительно, и, соответственно, заключенный договор поставки № НТПГ-03/04-01 являлся средством искусственного наращивания задолженности НАО «Нижнетагильский котельно-радиаторный завод» перед ООО «ПрайдГрупп» для последующего нерыночного зачета.

Также установлено, что ФИО2 исполняя обязанности конкурсного управляющего НАО «Нижнетагильский котельно-радиаторный завод» и будучи субъектом профессиональной деятельности в области банкротства знал (не мог не знать в силу профессиональной подготовки) о том, что для передачи объектов недвижимости, являющихся предметом залога в аренду необходимо согласие кредитора, которое получено не было. Более того, как следует из материалов дела, залоговый кредитор неоднократно обращался к конкурсному управляющему с соответствующими требованиями, однако использование имущества продолжалось при бездействии конкурсного управляющего. В связи с чем судом было установлено, что арбитражным управляющим ФИО2 допущены нарушению по использованию имущества должника, являющегося предметом залога, третьими лицами без согласия кредитора, требования которого обеспечены залогом такого имущества.

Кроме того, в протоколе заседания отражено (пункт 8), что ФИО2 произведено искажение договоров аренды имущества должника путем заключения дополнительных соглашений с ООО «Нижнетагильская литейная компания» к договорам аренды с целью уменьшения арендной платы, при сохранении фактического объема используемого имущества, что является нарушением пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве.

В частности, указано, что одним из арендаторов имущества должника являлось общество «Нижнетагильская литейная компания», с которым арбитражным управляющим ФИО2 были подписаны дополнительные соглашения на уменьшение арендуемой площади с пропорциональным уменьшением арендной платы, а именно: 

- по договору № 42 от 01.10.2018 на производственную площадь 1716 кв.м. с арендной платой 203 000 руб., дополнительным соглашением от 01.04.2019 площадь уменьшена до 171,6 кв.м., арендная плата до 20 300 руб.;

- по договору № 48 от 20.10.2018 на производственную площадь 6048 кв.м. с арендной платой 544 000 руб., дополнительным соглашением от 22.04.2019 площадь уменьшена до 864 кв.м., арендная плата до 129 528 руб.;

- по договору № 49 от 20.10.2018 на производственную площадь 1301 кв.м. с арендной платой 133 000 руб., дополнительным соглашением от 01.04.2019 площадь уменьшена до 130,1 кв.м., арендная плата до 13 300 руб.;

- по договору № 53 от 20.10.2018 на производственную площадь 2520 кв.м. с арендной платой 281 000 руб., дополнительным соглашением от 01.04.2019 площадь уменьшена до 252 кв.м., арендная плата до 28 100 руб.;

- по договору № 54 от 20.10.2018 на производственную площадь 3408 кв.м. с арендной платой 342 000 руб., дополнительным соглашением от 01.04.2019 площадь уменьшена до 340,8 кв.м., арендная плата до 34 200 руб.

Вместе с тем в рамках дела №А60-39996/2015 было установлено, что выписке по расчетным счетам, списку сотрудников ООО «Нижнетагильская литейная компания», независимо от арендуемой площади (т.е. даже с учетом снижения в 10 раз) арендатор, как до так и после подписания вышеуказанных соглашений, извлекал аналогичный доход и отчитывается в ФСС и ПФР о застрахованных лицам по списку сотрудников в количестве более нескольких сотен человек. Поскольку согласно указанным документам, изменение в сторону уменьшения арендуемой площади фактически в 10 раз никоим образом не отразилось на объемах производственной деятельности общества, получаемой прибыли, списочном составе сотрудников, приведенные обстоятельства вызвали у суда сомнения.

Таким образом, допущенные арбитражным управляющим ФИО2 нарушения действующего законодательства в рамках дела о банкротстве подтверждены вступившим в законную силу в настоящее время судебными актами, являются существенными (обратного не доказано). 

Доводы истца о том, что судом первой инстанции не установлены обстоятельства, отраженные в решении дисциплинарной комиссии, не опровергают факт нарушения ФИО2 требований Закона о банкротстве, других федеральных законов, иных нормативных правовых актов Российской Федерации, федеральных стандартов, стандартов и правил профессиональной деятельности, носящих неустранимый характер. Иного ФИО2 не доказано.

Принимая во внимание, что бремя опровержения неправомерного поведения при осуществлении своей деятельности относится на арбитражного управляющего, в отсутствие таких доказательств суд первой инстанции правомерно не усмотрел оснований для отказа в удовлетворении требований истца. Доводы апелляционной жалобы о неправильном распределении бремени доказывания необоснованы, и не опровергают фактические обстоятельства настоящего дела.

Выводы арбитражного суда первой инстанции по настоящему делу об отсутствии оснований для признания незаконными решения дисциплинарной комиссии и решения союза об исключении ФИО2 из числа членов СРО являются верными.

Тот факт, что исключение является самой строгой мерой ответственности, что, по мнению ФИО2, не соотносится с допущенными им нарушениями, не свидетельствуют о принятии неправильного судебного акта, принимая во внимание совокупность допущенных ФИО2 нарушений, которые фактически носят в настоящем случае неустранимый характер. Обратного ФИО2 не доказано.

Доводы о том, что исключение ФИО2 из числа членов союза противоречит сложившейся в союзе практике исключения арбитражных управляющих, исключаемых, по общему правилу, по реабилитируемым основаниям, не оправдывает допущенные управляющим нарушения действующего законодательства, что в силу пункта 11 статьи 20 Закона о банкротстве и аналогичных положений устава СРО является достаточным основанием для его исключения из членов СРО.

Довод о том, что ФИО2 итак не имел намерения продолжать свою деятельность в качества члена союза, в связи с чем самостоятельно обратился в суд с иском о признании его добровольного выхода состоявшимся (А60-53765/2021), не может быть принят апелляционным судом, поскольку данный вопрос является предметом самостоятельного спора, и его разрешение в настоящем деле фактически предрешит разрешение данного спора по существу.

Совокупность установленных выше обстоятельств свидетельствует о необоснованности доводов апеллянта, и правомерности принятия решения об исключении ФИО2 с учетом установленных судом оснований.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено. Оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 18 марта 2022 года по делу № А60-64730/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Свердловской области. 

 

Председательствующий

ФИО5 

 

Судьи

Н.П. Григорьева 

 

О.В. Суслова