﻿АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-47919/2019

г. Краснодар

15 сентября 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14 сентября 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 15 сентября 2021 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Малыхиной М.Н., судей Алексеева Р.А. и Трифоновой Л.А., при участии от истца – общества с ограниченной ответственностью «Корнетто» (ИНН 2311056641, ОГРН 1032306427449) – Казьминой В.Е. (доверенность от 22.06.2021), ответчика – акционерного общества «Страховая компания "Пари"» (ИНН 7704041020, ОГРН 1027739089905) – Цыренжапова Р.Д. (доверенность от 01.01.2021), в отсутствие третьего лица – публичного акционерного общества «Сбербанк России», извещенного о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», рассмотрев кассационную жалобу акционерного общества «Страховая компания "Пари"» на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.05.2021 по делу № А32-47919/2019, установил следующее.

ООО «Корнетто» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с иском к АО «Страховая компания "Пари"» (далее – компания) о взыскании 8 млн рублей страхового возмещения, процентов за пользование чужими денежными средствами, 63 тыс. рублей расходов по оплате государственной пошлины, 38 тыс. рублей расходов по оплате услуг оценщика.

Компания обратилась в суд со встречным иском к обществу о признании договора страхования имущества предприятий и организаций от 29.08.2018 № 02-1386/2018-Ю недействительным, о взыскании 6 тыс. рублей расходов по оплате государственной пошлины.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ПАО «Сбербанк России» (далее – банк).

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 21.12.2020 в удовлетворении первоначального иска отказано, встречный иск удовлетворен.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.05.2021 решение от 21.12.2020 отменено. С компании в пользу общества взыскано 8 млн рублей страхового возмещения, 507 703 рубля 13 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами, процентов, начисленных на сумму долга с 15.12.2020 по день фактического исполнения обязательства, 63 тыс. рублей расходов по уплате государственной пошлины за подачу иска, 200 тыс. рублей расходов на оплату услуг эксперта, 38 тыс. рублей расходов  на оплату услуг оценщика, 3 тыс. рублей расходов по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы. Во встречном иске отказано.

Компания обжаловала постановление апелляционного суда в порядке главы 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

В кассационной жалобе компания просит отменить постановление от 28.05.2021 и оставить в силе решение от 21.12.2020.

Заявитель ссылается на то, что согласно договору страхования заявление-анкета является его неотъемлемой частью, факт подписания договора в указанную в нем дату общество не оспаривает, директор общества Степанян С.М. собственноручной подписью в заявлении-анкете подтвердила, что все сведения являются существенными, достоверными и полными. Принадлежность Степанян С.М. подписей на данном заявлении подтверждена заключением специалиста от 06.12.2019 № 5139. Судебная экспертиза не исследовала вопрос о соответствии указанной в заявлении-анкете даты ее составления  дате проставления подписей Степанян С.М. и оттиска печати общества, объектом проверки являлась только расшифровка подписи, в связи с чем заявитель не согласен с выводом апелляционного суда о подписании заявления-анкеты после наступления страхового случая. Следовательно, надлежало учесть недостоверность отраженных в заявлении-анкете сведений, подтвержденную материалами дела. Апелляционный суд необоснованно указал на непредставление компанией доказательств того, что сведения о наличии / отсутствии системы пожаротушения могли  повлиять на принятие компанией решения о заключении договора, не оценив андеррайтерское заключение представленное компанией. Выводы апелляционного суда о невозможности оспаривания действительности договора страхования и возможности лишь заявить о его расторжении противоречат статье 944 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункту 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.11.2003 № 75 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с исполнением договоров страхования».

В отзыве общество отклонило доводы жалобы.

В судебном заседании представитель компании поддержал доводы жалобы. 

Представитель общества просил оставить постановление апелляционного суда без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций, 29.08.2018 общество (страхователь) и компания (страховщик) заключили договор страхования имущества предприятий и организаций № 02-1386/2018-Ю (далее – договор страхования) в отношении имущества, являвшегося предметом залога (залог товаров в обороте) и обеспечивающего кредитные обязательства. Выгодоприобретателем по договору указан банк как залогодержатель, период страхования определен с 02.09.2018 по 01.09.2019, страховая стоимость имущества – 16 млн рублей, страховая сумма – 8 040 тыс. рублей. 

20 февраля 2019 года в районе 13 часов 30 минут произошло возгорание внутри помещения, расположенного по адресу: г. Краснодар, ул. Онежская, 35/1. 

22 апреля 2019 года общество обратилось в компанию с заявлением о выплате страхового возмещения, однако страховая выплата не произведена, что послужило основанием для обращения общества в арбитражный суд с иском.

Компания, ссылаясь на представление страхователем заведомо ложных сведений при заключении договора страхования, обратилась со встречным иском о признании договора недействительным.

Удовлетворяя требования компании и, соответственно, отказывая в иске общества, суд первой инстанции исходил из недоказанности обществом фальсификации заявления-анкеты, несоответствия действительности указанных в данном заявлении сведений о наличии системы автоматического пожаротушения и годе постройки здания, в связи с чем, руководствуясь пунктом 3 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации, признал договор страхования недействительной сделкой. Заявление общества о применении исковой давности суд отклонил, указав, что о недостоверности представленных при заключении договора сведений компания узнала 19.03.2019 после получения от общества документов о пожаре. Кроме того, суд пришел к выводу  о недоказанности обществом права требовать выплаты страхового возмещения в свою пользу с учетом указания в договоре банка в качестве выгодоприобретателя.

Отменяя решение суда первой инстанции, апелляционный суд применил к спорным правоотношениям статьи 309, 310, 348, 929, 930, 944, 947, 949, 956, 961, 963, 964 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), Закон Российской Федерации от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» (далее – Закон об организации страхового дела), постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 № 20 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан».

Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения встречного иска компании, удовлетворив иск общества.

В соответствии с пунктом 3 статьи 944 Кодекса страховщик вправе требовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 Кодекса, если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления, если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.

Компания ссылалась на недостоверность сведений, указанных страхователем в заявлении анкете от 29.08.2018 при заключении договора страхования.

При рассмотрения дела судом первой инстанции, общество заявило о фальсификации данного доказательства, просило проверить экспертным путем давность выполнения рукописного текста от имени Степанян С.М.

В целях проверки заявления о фальсификации определением от 17.06.2020 по делу назначена судебная экспертиза. 

Заключением ООО «Агентство независимой оценки "НЭСКО"» от 21.09.2020 № 147/20 сделаны выводы, что давность выполнения надписи дате этого документа не соответствует, рукописный текст выполнен примерно в феврале – марте 2019 года.

Вопреки доводам жалобы апелляционный суд правомерно исходил из презумпции единовременного выполнения подписи и расшифровки таковой на заявлении-анкете, компания не представила разумных пояснений тому, каким образом и в связи с чем в находившийся у нее на хранении документ внесены последующие изменения (дополнение рукописным текстом), не доказала, что вызывала руководителя общества в связи с необходимостью внесения таких дополнений.

Доводы жалобы, основанные на несогласии с оценкой доказательств и направленные на переоценку таковых, не могут быть приняты во внимание судом кассационной инстанции по смыслу положений статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При установленных апелляционным судом на основании заключения судебной экспертизы обстоятельствах подписания заявления-анкеты существенно позже заключения договора страхования, правомерен вывод суда о том, что отраженные в таком заявлении сведения не влияют на результат рассмотрения спора вне зависимости от того, было ли данное заявление подписано страхователем или иным лицом, поскольку по смыслу пункта 3 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации правовое значение имеет достоверность сообщенных страховщику страхователем сведений до заключения договора страхования как оказавших влияние на решение страховщика заключить договор.

            При недоказанности факта сообщения обществом недостоверных сведений компании в момент заключения договора не имеют правового значения ссылки компании на андеррайтерское заключение, ввиду чего несостоятелен довод жалобы о непринятии судом во внимание указанного документа.

Отказывая в удовлетворении встречного иска, суд исходил также из того, что, являясь профессиональным участником рынка страховых услуг, компания при заключении договора могла и должна была  принять меры к осмотру  предлагаемого к страхованию имущества и установлению условий его хранения.

Поскольку не доказан факт сообщения обществом компании недостоверных сведений – то есть заявленное компанией основание для оспаривания сделки, – не влияют на результат разрешения спора выводы апелляционного суда о пропуске компанией срока исковой давности.

Учитывая отклонение доводов встречного иска о недействительности договора страхования и установление судом совокупности условий, необходимых для выплаты страхового возмещения, первоначальный иск удовлетворен правомерно.

Факт наступления страхового случая подтверждается донесением о пожаре от 20.02.2019, протоколом осмотра места происшествия от 20.02.2019, копией постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 17.04.2019 №3, копией заключения от 08.04.2019 № 49 эксперта ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Краснодарскому краю Маджуга В.В., актом осмотра от 19.03.2019 № 01-03-Т.

Между сторонами отсутствует спор об отнесении пожара к числу страховых случаев.

Истец представил ответчику все документы, требуемые последним для составления страхового акта и выплаты страхового возмещения.

Установив, что имущество истца было повреждено в результате пожара, произошедший пожар обладает признаками вероятности и случайности, ни умысла страхователя, ни грубой неосторожности в его возникновении не установлено, суд пришел  к выводу об отсутствии оснований освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения.

Апелляционный суд не согласился с выводом суда первой инстанции об отсутствии у общества права требовать страховой выплаты в свою пользу, установив, что обязательства общества перед банком по кредитному договору от 19.02.2018 исполнены в полном объеме, а по договору от 30.08.2016 ссудная задолженность составляет менее 5%, срок ее погашения не наступил, что согласно пункту 2 статьи 348 Гражданского кодекса Российской Федерации исключает возможность банка обратить взыскание на предмет залога.

Учитывая, что привлеченный к участию в деле  банк не изъявил желание вступить в дело в качестве соистца и фактически утратил интерес к заложенному имуществу, суд пришел к выводу, что общество обладает правом на предъявление требований к страховщику о выплате страхового возмещения.

Согласно пункту 1 статьи 930 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество может быть застраховано по договору страхования в пользу лица (страхователя или выгодоприобретателя), имеющего основанный на законе, ином правовом акте или договоре интерес в сохранении этого имущества.

В случае, когда третье лицо отказалось от права, предоставленного ему по договору, кредитор может воспользоваться этим правом, если это не противоречит закону, иным правовым актам и договору (пункт 4 статьи 430 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.03.2015, если выгодоприобретатель по договору добровольного страхования имущества не выражает намерения воспользоваться правом на предъявление требований к страховщику о выплате страхового возмещения, собственник имущества вправе обратиться к страховщику за соответствующей выплатой непосредственно.

Признавая выводы суда первой инстанции о применении пропорциональности при расчете суммы страхового возмещения необоснованными, суд апелляционной инстанции руководствовался следующим. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 947 Кодекса сумма, в пределах которой страховщик обязуется выплатить страховое возмещение по договору имущественного страхования или которую он обязуется выплатить по договору личного страхования (страховая сумма), определяется соглашением страхователя со страховщиком в соответствии с правилами, предусмотренными настоящей статьей. 

Пунктом 2 статьи 947 Кодекса установлено, что при страховании имущества или предпринимательского риска, если договором страхования не предусмотрено иное, страховая сумма не должна превышать их действительную стоимость (страховой стоимости). Такой стоимостью считается: для имущества – его действительная стоимость в месте его нахождения в день заключения договора страхования; для предпринимательского риска – убытки от предпринимательской деятельности, которые страхователь, как можно ожидать, понес бы при наступлении страхового случая. 

В статье 949 Кодекса предусмотрено, что если в договоре страхования имущества или предпринимательского риска страховая сумма установлена ниже страховой стоимости, страховщик при наступлении страхового случая обязан возместить страхователю (выгодоприобретателю) часть понесенных последним убытков пропорционально отношению страховой суммы к страховой стоимости. Договором может быть предусмотрен более высокий размер страхового возмещения, но не выше страховой стоимости. 

Пунктом 4.1 договора страхования установлена общая страховая стоимость застрахованного имущества в размере 16 млн рублей. В пункте 4.3 договора страхования стороны согласовали общий размер страховых сумм, составивший 8 040 тыс. рублей. Пунктом 4.7 договора страхования установлена безусловная франшиза – 40 тыс. рублей, подлежащая вычитанию из суммы страхового возмещения при наступлении каждого страхового случая. 

По смыслу статьи 949 Кодекса, возмещаемая страхователю часть понесенных им убытков (страховое возмещение) исчисляется из страховой стоимости, поскольку именно страховая стоимость является убытком страхователя, однако убыток возмещается в части, определяемой пропорциональным отношением страховой суммы к страховой стоимости. 

Суд установил, что соотношение страховой суммы к страховой стоимости в рассматриваемом случае составляет 50,25 %. 

Истцом заявлен убыток в размере всей страховой стоимости,поскольку застрахованное имущество было полностью уничтожено в результате наступления страхового случая, соответственно, страховое возмещение составило8 млн. рублей (16 млн х 50,25% - 40 тыс.).

Установив факт ненадлежащего исполнения компанией договорного обязательства, суд признал обоснованными акцессорные требования о взыскании процентов.

Суд проверил расчет процентов за пользование чужими денежными средствами (пункт 1 статьи 395 Кодекса) и признал его арифметически неверным. С учетом произведенного перерасчета размер процентов за пользование чужими денежными средствами с 10.10.2019 по 14.12.2019 составил 507 703 рубля 13 копеек.

Суд также взыскал проценты за пользование чужими средствами, начисленные на сумму долга за период с 15.12.2020 по день фактического исполнения обязательства, исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды.

Доводов в отношении расчета процентов кассационная жалоба не содержит.

На основании изложенного судом округа установлено, что доводы кассационной жалобы сводятся к несогласию с выводами суда относительно обстоятельств по делу и имеющихся в деле доказательств, а потому не могут быть положены в основу отмены обжалуемого постановления, так как заявлены без учета норм части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исключивших из полномочий суда кассационной инстанции установление обстоятельств, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешение вопросов достоверности или недостоверности доказательств, преимущества одних доказательств перед другими, а также переоценку доказательств, которым уже была дана оценка судом первой или апелляционной инстанции.

Таким образом, основания для отмены обжалуемого судебного акта по доводам, приведенным в кассационной жалобе, отсутствуют. Нарушения норм процессуального права, влекущие отмену судебных актов по безусловным основаниям (часть 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.05.2021 по делу № А32-47919/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий                                                                                       М.Н. Малыхина

Судьи                                                                                                                     Р.А. Алексеев

                                                                                                                                Л.А. Трифонова