Арбитражный суд Краснодарского края

350063, г. Краснодар, ул. Постовая, 32, тел.: (861) 293-81-03,

сайт: http://www.krasnodar.arbitr.ru

Именем  Российской Федерации 

Р Е Ш Е Н И Е

г. Краснодар Дело № А32-29347/2017резолютивная часть объявлена 11 января 2021 г. полный текст изготовлен 14 января 2021 г.

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Гордюка А.В., при ведении протокола помощником судьи Апришкиной Е.Ю., при участии ФИО1 (паспорт), от ФИО2 – ФИО3 (доверенность), рассмотрев материалы дела:

- по иску ИП ФИО4 (ИНН 

<

***>) к ИП ФИО2 (ИНН: 

<

***>) о расторжении договора аренды от 01.06.2012, взыскании неосновательного обогащения и процентов;

- по встречному иску ИП ФИО2 к ИП ФИО4 о досрочном расторжении договора аренды от 01.06.2012, обязании освободить и передать арендуемое имущество и взыскании задолженности по договору аренды;

- по иску ИП ФИО2 к ФИО5, индивидуальному предпринимателю ФИО4 и ФИО1 о признании ничтожным договора уступки прав требований от 23.11.2018;

- по требованиям третьего лица ИП ФИО5 о расторжении договора аренды от 01.06.2012 № 1/2012-ГР с 01.05.2017 и взыскании с ИП ФИО2 неосновательного обогащения, стоимости неотделимых улучшений и процентов за пользование чужими денежными средствами;

установил следующее.

ИП ФИО4 в лице представителя ФИО1 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с иском к ИП ФИО2 (ИНН: 

<

***>) о расторжении договора аренды от 01.06.2012 № 1/2012-РГ с 06.04.2017; взыскании неосновательного обогащения в размере 941 667 рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 113 722 рублей 42 копеек за период с 06.04.2017 по 01.10.2018 с последующим перерасчетом процентов на день фактического исполнения; взыскании с ИП ФИО2 неосновательного обогащения в размере 131 500 рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 43 450 рублей 78 копеек за период с 11.12.2014 по 01.10.2018 с последующим перерасчетом процентов на день фактического исполнения; взыскании с ИП ФИО2 298 504 рублей 50 копеек в возмещение стоимости неотделимых улучшений арендованного имущества, установил следующее.

Индивидуальный предприниматель ФИО2 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с встречным иском к индивидуальному предпринимателю ФИО4 о досрочном расторжении договора аренды от 01.06.2012 N 1/2012-РГ с 01.11.2017; об обязании освободить и передать арендуемое имущество в пятидневный срок после вступления решения суда в законную силу; о взыскании 553 178 руб. 32 коп. задолженности по договору аренды.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 11.01.2018 договор аренды от 01.06.2012 N 1/2012-РГ (с учетом исправительного определения от 19.01.2018) расторгнут с 01.11.2017; суд обязал ИП ФИО4 освободить и передать арендованное имущество в пятидневный срок с момента вступления решения суда в законную силу, а также произвел зачет встречных денежных требований ИП ФИО4 и ИП ФИО2

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.04.2018 решение от 11.01.2018 оставлено в силе.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 30.08.2018 решение Арбитражного суда Краснодарского края от 11.01.2018 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.04.2018 отменены с направлением дела на новое рассмотрение.

В ходе нового рассмотрения спора представитель ИП Орёл М.М. ходатайствовал о процессуальном правопреемстве и замене истца по первоначальному иску на ФИО5, поскольку 27.03.2018 ИП ФИО4 (цедент) и ФИО5 (цессионарий) подписали договор уступки права требования, в соответствии с условиями которого цедент передает, а цессионарий принимает права требования к ИП ФИО2 по решению Арбитражного суда Краснодарского края от 11.01.2018 и определению от 19.01.2018 по тому же делу. 

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 01.10.2018 ходатайство о процессуальном правопреемстве удовлетворено. Произведена замена истца по первоначальному иску - ИП ФИО4 - на ФИО5

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.01.2019 определение о процессуальном правопреемстве отменено. Апелляционная инстанция указала, что поскольку требования ИП ФИО4 к ФИО2 возникли из договора аренды от 01.06.2012 N 1/2012-РГ, который зарегистрирован в ЕГРН в установленном порядке. Следовательно, соглашение об уступке права требования по этому договору также подлежало регистрации в порядке, установленном для регистрации договора аренды. Так как соглашение об уступке права требования не зарегистрировано, оно в силу пункта 3 статьи 433 ГК РФ считается незаключенным.

ФИО5 повторно ходатайствовал о проведении процессуального правопреемства в отношении истца по первоначальному иску: замене первоначального истца ИП ФИО4 на ФИО5, при этом, ответчиком по встречному иску ИП ФИО6 остается ИП ФИО4, поскольку между сторонами подписан новый договор цессии от 23.11.2018, который в установленном порядке зарегистрирован в ЕГРН.

При новом рассмотрении определением от 03.06.2019 Арбитражный суд Краснодарского края удовлетворил ходатайство о процессуальном правопреемстве, определил считать по первоначальному иску истцом ФИО5, ответчиком ИП ФИО2, по встречному иску истцом ИП ФИО2, ответчиком ИП ФИО4

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.11.2019 определение Арбитражного суда Краснодарского края от 03.06.2019 по делу№ А32-29347/2017 изменено, апелляционная инстанция постановила произвести процессуальную замену истца по делу N А32-29347/2017 с индивидуального предпринимателя ФИО4 на ФИО5 на основании договора уступки прав требований от 23 ноября 2018 года, заключенного между ФИО4 и ФИО5, в соответствии с которым ФИО5 от ФИО4 передано в полном объеме право требования, изложенное в пункте 2.3.1 и 2.3.4 договора аренды N 1/2012-РГ недвижимого имущества от 01 июня 2012 года, заключенного между индивидуальным предпринимателем ФИО4 и индивидуальным предпринимателем ФИО7 по договору аренды N 1/2012-РГ недвижимого имущества от 01.06.2012, а также по пункту 2.3.4 договора аренды N 1/2012-РГ недвижимого имущества от 01 июня 2012 года дополнительно - право требования неиспользованного аванса по арендной плате.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 30.01.2020 определение Арбитражного суда Краснодарского края от 03.06.2019 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.11.2019 по делу№ А32-29347/2017 в части замены истца по первоначальному иску отменены, дело в указанной части направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

Кассационная инстанция указала, в том числе, на необходимость учета доводов ИП ФИО2 о недобросовестности представителя ФИО1 и отсутствии воли ИП ФИО4 на заключение цессии.

Арбитражный суд Краснодарского края установил, что в рамках делаА32-50983/2019 Арбитражный суд Краснодарского края рассматривает дело по иску ИП ФИО2 к ФИО5 и ФИО1 о признании ничтожным договора уступки прав требований от 23.11.2018.

На основании правил части 2.1 статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Арбитражный суд Краснодарского края с учетом разъяснений суда кассационной инстанции определением от 24.03.2020 объединил дела А32-29347/2017 и А32-50983/2019 в одно производство.

Определением от 15.05.2020 Арбитражный суд Краснодарского края передал дело № А32-29347/207 в Краснодарский краевой суд для передачи его в суд общей юрисдикции, к подсудности которого оно отнесено законом.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.06.2020 определение Арбитражного суда Краснодарского края от 15.05.2020 отменено, дело направлено в Арбитражный суд Краснодарского края для рассмотрения по существу.

Определением от 14.09.2020 по иску ИП ФИО2 о признании ничтожным договора уступки прав требований от 23.11.2018 в качестве ответчика привлечен ИП ФИО4

ИП ФИО5 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица с самостоятельными требованиями, в котором просил (с учетом уточнения):

- расторгнуть договор аренды от 01.06.2012 № 1/2012-ГР с 01.05.2017;

- взыскать с ИП ФИО2 850 000 рублей неосновательного обогащения, 189 893,54 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 02.05.2017 по 14.04.2020 с последующим перерасчетом процентов на день фактического исполнения;

- взыскать с ИП ФИО2 неосновательное обогащение в размере 131 500 рублей, 54 324 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 09.04.2015 по 14.04.2020 с последующим перерасчетом процентов на день фактического исполнения;

- взыскать с ИП ФИО2 возмещение стоимости неотделимых улучшений в размере 396 806,50 рублей, 88 648,21 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 02.05.2017 по 14.04.2020 с последующим перерасчетом процентов на день фактического исполнения.

Определением от 01.12.2020 заявление ФИО5 о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица с самостоятельными требованиями удовлетворено.

Также ИП ФИО2 и ИП ФИО4 представили в суд подписанное мировое соглашение по первоначальному и встречному исковым требованиям.

В заседании участвующие в деле лица высказали позиции по заявленным требованиям, возражения против завершения подготовки дела и рассмотрению спора по существу не заявили. ФИО5 просил рассмотреть спор в его отсутствие. 

В заседании объявлен перерыв до 17-00 в пределах рабочего дня.

После перерыва заседание продолжено в отсутствие участвующих в деле лиц.

В настоящее время в рамках данного дела Арбитражный суд Краснодарского края рассматривает требования:

- по первоначальному иску ИП ФИО4 к ИП ФИО2 о расторжении договора аренды и взыскании задолженности;

- по встречному иску ИП ФИО2 к ИП ФИО4 о расторжении договора аренды и взыскании задолженности;

- самостоятельные требования третьего лица ИП ФИО5 к ИП ФИО2 о расторжении договора аренды и взыскании задолженности;

- заявление ФИО5 о замене истца по первоначальному иску;

- исковое заявление ИП ФИО2 о признании договора цессии от 23.11.2018 недействительной сделкой;

- заявление ФИО4, ИП ФИО2 и ФИО8 об утверждении мирового соглашения по первоначальному и встречному исковым заявлениям.

В силу пункта 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2014 № 50 «О примирении сторон в арбитражном процессе» исходя из положений части 1 статьи 44, статьи 46, части 1 статьи 140 АПК РФ, в случае если в деле участвуют несколько истцов и (или) ответчиков, мировое соглашение может быть заключено как между всеми истцами и ответчиками, так и между некоторыми из них, если это не препятствует рассмотрению судом требований, производство по которым не прекращается вследствие утверждения мирового соглашения.

На основании пункта 2 статьи 167 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может принять отдельное решение по каждому из требований, объединенных в одном деле.

С учетом изложенного Арбитражный суд Краснодарского края полагает возможным в настоящем судебном акте рассмотреть исковое заявление ИП ФИО2 о признании договора цессии от 23.11.2018 недействительной сделкой, а также самостоятельные требования третьего лица ИП ФИО5 к ИП ФИО2 о расторжении договора аренды и взыскании задолженности.

Арбитражный суд Краснодарского края, изучив материалы дела и выслушав участвующих в заседании лиц, полагает, что исковое заявление ИП ФИО2 об оспаривании договора уступки прав требований от 23.11.2018 надлежит удовлетворить, в удовлетворении самостоятельных требований ИП ФИО5 надлежит отказать.

В настоящее время ФИО4 прекратил деятельность в качестве индивидуального предпринимателя. Указанные обстоятельства не являются основанием для передачи спора в систему судов общей юрисдикции, поскольку они имели место после принятия иска к производству Арбитражного суда Краснодарского края.

Как видно из материалов дела, 11.11.2011 ИП ФИО7 (правопредшественник ИП ФИО2) и ООО «АСМ фрут» в лице генерального директора ФИО4 заключили предварительный договор № 1/2011, в котором обязались в будущем заключить основной договор аренды производственной базы в составе административного здания литер Б общей площадью 37,5 м2 , гаража литер Д общей площадью 1 166,6 м2, мастерской литер Ж общей площадью 641,8 м2, иных производственных сооружений (далее – производственная база), а также прилегающий земельный участок с кадастровым номером 23:47:0103002:5. 

Пунктом 3.4 предварительного договора от 01.11.2011 стороны установили, что ежемесячная арендная плата составляет 100 000 рублей, из которых 50 000 рублей ежемесячно перечисляется на счет арендодателя, 50 000 рублей идет в зачет авансового платежа.

Пунктом 3.1 договора стороны установили авансовый платеж арендатора в размере 3 200 000 рублей и признали, что авансовый платеж соответствует стоимости строительных работ, которые необходимо провести для того, чтобы имущество могло быть использовано арендатором.

Дополнительным соглашением от 02.01.2012 стороны установили обеспечение исполнения обязательств ООО «АСМ фрут» в виде авансового платежа в размере 3 800 000 рублей.

Авансовый платеж перечислен в размере 3 800 000 рублей, что не оспаривается сторонами.

Впоследствии ИП ФИО7 и ООО «АСМ фрут» подписали соглашение от 31.05.2012 о передаче ИП ФИО4 прав и обязанностей ООО «АСМ фрут» по предварительному договору от 11.11.2011.

На следующий день ИП ФИО7 (арендодатель) и ИП ФИО4 (арендатор) заключили договор аренды от 01.06.2012 № 1/2012-РГ, в соответствии с которым арендодатель принял на себя обязательство предоставить арендатору в аренду на срок до 01.11.2018 производственную базу с прилегающим земельным участком. В свою очередь, арендатор обязался своевременно вносить арендные и коммунальные платежи, предусмотренные договором. Указанный договор зарегистрирован в ЕГРП (запись № 23-23-21/177/2012-045/4).

Производственная база передана арендатору по акту приема-передачи от 01.06.2012 без замечаний в следующем составе: административное здание литер Б общей площадью 37,5 м2, мастерская литер Ж общей площадью 641,8 м2, прилегающий земельный участок площадью 8 820 м2, кадастровый номер 23:47:0103002:5.

Размер арендной платы составляет 100 000 рублей в месяц. При этом в соответствии с пунктами 8.3. и пунктами 8.9. договора аренды арендатор обязан вносить арендную плату в размере 50 000 рублей ежемесячно до 25 числа текущего месяца, оставшаяся часть арендной платы поступает арендодателю за счёт авансового платежа, предусмотренного пунктом 3.1 предварительного договора от 11.11.2011 в редакции дополнительного соглашения от 02.01.2012.

Пунктом 1.2 договора определены цели использования имущества: для использования в целях размещения производственной базы, управления и других служб организации-арендатора, для использования в целях решения других хозяйственных задач.

Срок договора аренды установлен на 76 месяцев с 01.06.2012 по 01.11.2018.

В п. 2.9.4 стороны договора аренды недвижимого имущества согласовали, что арендатор  обязан не заключать договоры и не вступать в сделки, следствием которых является или может являться какое-либо обременение предоставленных арендатору по договору  имущественных прав, в частности переход к иному лицу (договоры залога, субаренды, влияния права на аренду Объекта или его части, в уставный капитал предприятия и др.) без письменного разрешения арендодателя.

Пунктом 6.4 договора аренды предусмотрено, что изменение условий договора, его расторжение и прекращение действия допускается по соглашению сторон, если иное не предусмотрено законом и (или) настоящим договором.

Вносимые дополнения и изменения рассматриваются сторонами в 10-ти дневный срок и в случае достижения согласия сторон, оформляются дополнительными соглашениями. При не достижении согласия Договор действует на прежних условиях.

Из пункта 6.10 следует, что в случае несанкционированной сдачи помещений в субаренду, передачи прав и обязанностей другому лицу, предоставлении имущества в безвозмездное пользование, передачи прав по договору (контракту) в залог и внесении их в качестве вклада в уставной капитал обществ, нецелевого использования имущества, не согласованного в установленном порядке изменения цели использования имущества Арендодатель вправе досрочно расторгнуть договор.

Пункт 2.3.1 договора аренды № 1/2012-РГ предусматривал право арендатора по окончании срока договора аренды либо его досрочном расторжении изъять из имущества произведенные им улучшения, если они могут быть отделены от конструкции имущества и без нанесения ему вреда, или получить компенсацию, согласно сметы в ТЭР КК по согласованию сторон;

Пункт 2.3.4 договора аренды № 1/2012-РГ предусматривал право арендатора расторгнуть договор в установленном законодательством порядке с обязательным заключением соглашения о расторжении и сдачей имущества по акту приема-передачи в 5-ти дневный срок.

Как следует из материалов дела, 23.11.2018 ИП ФИО4 (цедент) в лице представителя ФИО1 на основании  доверенности №23АА4392924 от 30.10.2015, удостоверенной нотариусом ФИО9 Новороссийского нотариального округа (реестровый номер 1-5834), и ФИО5 (цессионарий) подписали договор уступки права требования по договору аренды от 01.06.2012 № 1/2012-РГ, в соответствии с условиями которого цедент передает, а цессионарий принимает «право требования, изложенное в пунктах 2.3.1 и 2.3.4 договора аренды № 1/2012-РГ».

В пункте 1.2 договора цессии от 23.11.2018 стороны отметили, что «право требования, указанное в пункте 2.3.1 и 2.3.4 настоящего договора, передаются цедентом цессионарию в полном объеме, а также по пункту 2.3.4 дополнительно – право требования неиспользованного аванса по арендной плате».

Таким образом, договор уступки от 23.11.2018 предусматривал передачу ФИО5 следующие права, указанные в договоре аренды от 01.06.2012 г.:

- по окончании срока договора либо при его досрочном прекращении изъять из имущества произведенные им улучшения, если они могут быть отделены от конструкции без нанесения вреда, или получить компенсацию;

- расторгнуть договор в установленном законодательством порядке с обязательным заключением соглашения о расторжении и сдачей имущества по акту приема-передачи в 5-дневный срок.

Дополнительно ФИО5 передано право требования неиспользованного аванса по арендной плате.

Обязательства предпринимателя по договору аренды от 01.06.2012 № 1/2012-РГ ФИО5 не передавались.

Договор цессии от 23.11.2018 г. зарегистрирован в Росреестре (дата  государственной регистрации договора уступки права от 23.11.2018 г. – 16.04.2019 г., номер государственной регистрации договора уступки –№ 23:47:0103002:5-23/021/2019-7).

На основании указанного обстоятельства ФИО5 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о процессуальном правопреемстве.

ИП ФИО2 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с иском о признании договора уступки права требования от 23.11.2018 ничтожной сделкой, поскольку передача права требования по договору аренды произведена в отсутствие согласия арендодателя.

Оценивая обоснованность заявленных требований об оспаривании договора цессии, Арбитражный суд Краснодарского края исходит из следующего.

1. Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, является по общему правилу ничтожной, если только закон не устанавливает, что она оспорима, то есть закон предусматривает специальные нормы по регулированию особых последствий для отдельных групп недействительных сделок.

Применительно к статье 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которой если полномочия лица на совершение сделки ограничены договором либо полномочия органа юридического лица - его учредительными документами по сравнению с тем, как они определены в доверенности, в законе либо как они могут считаться очевидными из обстановки, в которой совершается сделка, и при ее совершении такое лицо или орган вышли за пределы этих ограничений, сделка может быть признана судом недействительной по иску лица, в интересах которого установлены ограничения, лишь в случаях, когда будет доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна знать об указанных ограничениях.

Признание договора уступки прав требования, заключенного без согласия должника, недействительным по основаниям статьи 168 или применительно к статье 174 Гражданского кодекса Российской Федерации зависит от того, предусмотрена ли обязанность получить согласие должника на заключение договора уступки прав требования законом и иными правовыми актами либо условиями основного обязательства, по которому производится передача прав.

Если на такую обязанность указывают отдельные нормы закона или иных правовых актов, то договор уступки прав требования является ничтожным в соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При закреплении обязанности получения согласия должника в условиях конкретного обязательства недействительность договора уступки прав требования должна устанавливаться применительно к правилам статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как разъяснено в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.05.1998 N 9 "О некоторых вопросах применения статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации при реализации органами юридических лиц полномочий на совершение сделок", с иском о признании оспоримой сделки недействительной по основаниям, установленным названной статьей Кодекса, может обратиться лицо, в интересах которого установлены ограничения. Оспоримая сделка не может быть признана недействительной по инициативе суда без предъявления указанными выше лицами соответствующего иска.

2. Как следует из п. 2 ст. 382 ГК РФ (в редакции,  действовавшей на момент заключения договора аренды 01.06.2012 г.), для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 388 ГК РФ (в редакции, действовавшей  в момент заключения договора аренды) уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

Пунктом 2 статьи 388 ГК РФ (в редакции, действовавшей на дату заключения договора аренды 01.06.2012 г.)  предусмотрено, что не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Федеральным законом от 21.12.2013 N 367-ФЗ (ред. от 26.07.2017) "О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации" параграф 1 главы 24 ГК РФ изложен в новой редакции, в том числе статья 388 ГК РФ дополнена пунктом 3.

Согласно пункта 3 ст. 388 ГК РФ (в действующей редакции) соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству не лишает силы такую уступку и не может служить основанием для расторжения договора, из которого возникло это требование, но кредитор (цедент) не освобождается от ответственности перед должником за данное нарушение соглашения.

В п.3 ст. 3  Федерального  закона  №367-ФЗ указано, что Положения Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к правоотношениям, возникшим после дня вступления в силу настоящего Федерального закона.

Федеральный закон №367-ФЗ вступил в силу 01.07.2014. Как усматривается из материалов настоящего дела, договор аренды между ИП ФИО4 и правопредшественником  ИП ФИО2 ФИО7 заключен 01.06.2012, то есть в период, когда действовала прежняя редакция статьи 388 ГК РФ, предусматривающая возможность уступки требования другому лицу, если она не противоречит закону или договору. 

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 4 ГК РФ акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это предусмотрено законом.

По отношениям, возникшим до введения акта гражданского законодательства, он применяется к правам и обязанностям, возникшим после введения его в действие. Отношения сторон по договору, заключенному до введения в действие акта гражданского законодательства, регулируются в соответствии со статьей 422 настоящего Кодекса.

В силу пункта 1 статьи 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Если после заключения договора принят закон, устанавливающий обязательные для сторон правила иные, чем те, которые действовали при заключении договора, условия заключенного договора сохраняют силу, кроме случаев, когда в законе установлено, что его действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров (пункт 2 статьи 422 ГК РФ).

В пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 "О свободе договора и ее пределах" разъяснено, что судам надлежит иметь в виду, что согласно пункту 2 статьи 422 ГК РФ закон, принятый после заключения договора и устанавливающий обязательные для сторон правила иные, чем те, которые действовали при заключении договора, распространяет свое действие на отношения сторон по такому договору лишь в случае, когда в законе прямо установлено, что его действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров. В силу пункта 2 статьи 4 ГК РФ это правило применяется как к императивным, так и к диспозитивным нормам.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 19.12.2017 № 2978-О отмечено, что общим (основным) принципом действия закона во времени является распространение его на отношения, возникшие после его введения в действие, и только законодатель вправе распространить новые нормы на отношения, которые возникли до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу.

В настоящем деле суть спора сводится к разрешению вопроса о возможности применения положений пункта 3 статьи 388 ГК РФ к установленному в договоре поставки запрету передавать права и обязанности по договору иным лицам без согласия другой стороны, требованию, возникшему из договора, содержащего названный запрет, и последствий, которые могут возникнуть в случае невозможности применения данной нормы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 388 ГК РФ (в редакции, действовавшей до 01.07.2014, в момент заключения договора поставки) уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

Законом № 367-ФЗ статья 388 ГК РФ дополнена пунктом 3, в соответствии с которым соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, не лишает силы такую уступку и не может служить основанием для расторжения договора, из которого возникло это требование, но кредитор (цедент) не освобождается от ответственности перед должником за данное нарушение соглашения.

Указанная редакция статьи 388 ГК РФ вступила в силу 01.07.2014.

В переходных положениях Закона № 367-ФЗ указано, что положения ГК РФ применяются к правоотношениям, возникшим после дня вступления в силу настоящего Федерального закона.

Как усматривается из материалов настоящего дела, договор аренды между ИП ФИО4 и ИП ФИО2 заключен 01.06.2012, то есть в период действия прежней редакции пункта 1 статьи 388 ГК РФ, предусматривающего возможность уступки требования другому лицу в случае, если она не противоречит, в том числе договору. Правовой режим требования, возникшего из этого договора поставки, определяется условиями названного договора, на содержание которых не повлияло вступление в силу Закона № 367-ФЗ.

Таким образом, пункт 3 статьи 388 ГК РФ в силу пункта 2 статьи 422 ГК РФ и приведенных переходных положений Закона № 367-ФЗ к спорным правоотношениям не может быть применен.

3. Оценивая доводы сторон о наличии в договоре аренды от 01.06.2012 ограничений на передачу прав арендатора иным лицам без согласия арендодателя, Арбитражный суд Краснодарского края исходит из следующего.

В п. 2.9.4 стороны договора аренды недвижимого имущества согласовали, что арендатор  обязан не заключать договоры и не вступать в сделки, следствием которых является или может являться какое-либо обременение предоставленных арендатору по договору  имущественных прав, в частности переход к иному лицу (договоры залога, субаренды, влияния права на аренду Объекта или его части, в уставный капитал предприятия и др.) без письменного разрешения арендодателя.

Из пункта 6.10 следует, что в случае несанкционированной сдачи помещений в субаренду, передачи прав и обязанностей другому лицу, предоставлении имущества в безвозмездное пользование, передачи прав по договору (контракту) в залог и внесении их в качестве вклада в уставной капитал обществ, нецелевого использования имущества, не согласованного в установленном порядке изменения цели использования имущества Арендодатель вправе досрочно расторгнуть договор.

На основании пункта 2 статьи 615 Гражданского кодекса Российской Федерации Арендатор вправе с согласия арендодателя сдавать арендованное имущество в субаренду (поднаем) и передавать свои права и обязанности по договору аренды другому лицу (перенаем), предоставлять арендованное имущество в безвозмездное пользование, а также отдавать арендные права в залог и вносить их в качестве вклада в уставный капитал хозяйственных товариществ и обществ или паевого взноса в производственный кооператив, если иное не установлено настоящим Кодексом, другим законом или иными правовыми актами. В указанных случаях, за исключением перенайма, ответственным по договору перед арендодателем остается арендатор.

Таким образом, в силу закона в арендных правоотношениях не допускается без согласия арендодателя уступка прав и обязанностей арендатора, связанных с использованием арендованного объекта. Целью такого правового регулирования является обеспечение стабильности взаимоотношений собственника объекта и лица, которое осуществляет временное пользование этим объектом. Иначе говоря, арендодателю небезразлично, кто именно является пользователем помещения (поднаем, перенаем, залог, передача права аренды в уставный капитал).

Пункт 2.9.4 договора аренды № 1/2012-РГ устанавливали обязанность арендатора «не заключать договоры и не вступать в сделки, следствием которых является или может являться какое-либо обременение предоставленных арендатору по договору  имущественных прав, в частности переход к иному лицу (договоры залога, субаренды, влияния права на аренду Объекта или его части, в уставный капитал предприятия и др.) без письменного разрешения арендодателя».

На основании статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Анализируя буквальное содержание пункта 2.9.4 договора № 1/2012-РГ, Арбитражный суд Краснодарского края не может с достаточной степенью определенности установить значение выражения не вступать в сделки, следствием которых является или может являться влияния(е) права на аренду Объекта или его части. 

Из системного толкования положений пункта 1 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции на 2012 год, положений пункта основании пункта 2 статьи 615 Гражданского кодекса Российской Федерации и положений пункта 2.9.4 договора аренды № 1/2012-РГ в их совокупности и системной связи Арбитражный суд Краснодарского края полагает, что пункт 2.9.4 договора направлен на запрет действий арендатора, которые могут повлечь передачу права на использование объекта аренды (ситуации, перечисленные в пункте 2 статьи 615 Гражданского кодекса Российской Федерации) без согласия арендодателя.

При этом, положения пункта 6.10 договора № 1/2012-РГ, по мнению суда, никаких дополнительных ограничений для арендатора не устанавливают и определяют лишь возможные последствия несанкционированной передачи прав и обязанностей арендатора к другим лицам, а именно – наделяют арендодателя правом на досрочное расторжение договора аренды.

В соответствии с разъяснениями пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» уступка права, совершенная в нарушение законодательного запрета, является ничтожной (пункт 2 статьи 168 ГК РФ, пункт 1 статьи 388 ГК РФ). Например, ничтожной является уступка прав бенефициара по независимой гарантии без одновременной уступки тому же лицу прав по основному обязательству (абзац второй пункта 1 статьи 372 ГК РФ). Статья 383 ГК РФ устанавливает запрет на уступку другому лицу прав (требований), если их исполнение предназначено лично для кредитора-гражданина либо иным образом неразрывно связано с его личностью. При этом следует принимать во внимание существо уступаемого права и цель ограничения перемены лиц в обязательстве. Например, исходя из положений пункта 7 статьи 448 ГК РФ запрет уступки прав по договорам, заключение которых возможно только путем проведения торгов, не затрагивает требований по денежным обязательствам.

Таким образом, уступка прав на взыскание денежных средств по договору аренды № 1/2012-РГ не противоречит положениям статьи 615 Гражданского кодекса Российской Федерации и условиям договора аренды.

4. Оценивая предмет договора цессии от 23.11.2018, Арбитражный суд Краснодарского края полагает необходимым обратить внимание на следующее.

Предметом договора цессии является передача ФИО5 следующих прав из договора аренды:

- право по окончании срока договора либо при его досрочном прекращении изъять из имущества произведенные им улучшения, если они могут быть отделены от конструкции без нанесения вреда, или получить компенсацию;

- право расторгнуть договор в установленном законодательством порядке с обязательным заключением соглашения о расторжении и сдачей имущества по акту приема-передачи в 5-дневный срок.

- право требовать возврата неиспользованного аванса по арендной плате.

Применительно к пункту 2 статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации Арбитражный суд Краснодарского края полагает, что при толковании условий договора цессии должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Из материалов дела следует, что оспариваемый договор цессии заключен в ноябре 2018 года, то есть после принятия судом первой инстанции решения от 11.01.2018 и его последующей отмены постановлением окружного суда от 30.08.2018.

Таким образом, к дате заключения договора цессии от 23.11.2018 имело место фактическое прекращение арендных отношений между ИП ФИО4 и ИП ФИО2, объект аренды ИП ФИО2 уже был продан ФИО8 Соответственно на 23.11.2018 возможность реализации права на расторжение договора аренды отсутствовала, так как требование о признании договора расторгнутым уже было заявлено ИП ФИО4

Указанные обстоятельства очевидно были известны ФИО1 как представителю ИП ФИО4, а также должны были быть известны ФИО5 (при условиях нормального оборота лицо, которое получает какие-либо права по договору цессии, должно было принять минимально необходимые меры по установлению фактических обстоятельств, при этом тексты состоявшихся по настоящему делу судебных актов к дате заключения договора цессии были опубликованы в системе «Картотека арбитражных дел»).

В силу пункта 2 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

На основании разъяснений пункта 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» при оценке того, имеет ли личность кредитора в обязательстве существенное значение для должника, для целей применения пункта 2 статьи 388 ГК РФ необходимо исходить из существа обязательства.

Арбитражный суд Краснодарского края полагает, что право на расторжение договора аренды как субъективное полномочие участника арендных правоотношений является неразрывной составляющей частью статуса арендатора и, в принципе, не может быть уступлено иному лицу. 

С учетом изложенного Арбитражный суд Краснодарского края полагает, что договор цессии от 23.11.2018 направлен на передачу ФИО5 возможности взыскать причитающиеся арендатору денежные средства в связи с прекращением арендных отношений.

5. На основании пункта 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

В силу пункта 1 статьи 188 Гражданского кодекса Российской Федерации действие доверенности прекращается вследствие отмены доверенности лицом, выдавшим ее, или одним из лиц, выдавших доверенность совместно, при этом отмена доверенности совершается в той же форме, в которой была выдана доверенность, либо в нотариальной форме.

На основании статьи 189 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, выдавшее доверенность и впоследствии отменившее ее, обязано известить об отмене лицо, которому доверенность выдана, а также известных ему третьих лиц, для представительства перед которыми дана доверенность.

Таким образом, формально договор цессии от 23.11.2018 заключен от имени ФИО4 в период действия доверенности №23АА4392924 от 30.10.2015.

6. С учетом указаний суда кассационной инстанции, изложенных в постановлении от 30.01.2020, Арбитражный суд Краснодарского края также проверяет доводы о недобросовестности представителя ФИО1 и отсутствии воли ИП ФИО4 на заключение цессии.

Из материалов дела следует, что 28.11.2018 в городе Анталья Турецкой Республики ФИО4 распорядился отменить доверенность от 30.10.2015 на ФИО1 и ФИО10 реестровый номер 1-5834, удостоверенную нотариусом ФИО9 Новороссийского нотариального округа. Данное распоряжение удостоверено ФИО11, консулом Генерального консульства России в Анталье (Турция)

В дело представлено распоряжение от 28.10.2019, совершенное в городе Анталья Турецкой Республики, которым ФИО4 повторно распорядился отменить доверенность от 30.10.2015 на ФИО1 и ФИО10 реестровый номер 1-5834, удостоверенную нотариусом ФИО9 Новороссийского нотариального округа. Данное распоряжение удостоверено ФИО12, вице-консулом Генерального консульства России в Анталье (Турция).

В материалы дела также представлено заявление ФИО4 от 12.03.2020, в котором он указывает на то, что ФИО1 без каких-либо указаний и ведома ФИО4 заключил договор уступки с ФИО5, без полномочий распорядился имущественными правами и представлял документы в отдел росреестра. ФИО4 в данном заявлении указывает, что  договор уступки заключен с целью навредить ему и чинить препятствия в заключении мирового соглашения.

В дело представлено мировое соглашение между ИП ФИО4 и ИП ФИО2 в отношении первоначального и встречного исковых требований, по которому стороны намерены мирно урегулировать разногласия в связи с расторжением договора аренды № 1/2012-РГ

Из материалов дела следует, что заявление о процессуальном правопреемстве на основании договора цессии от 23.11.2018 подано ФИО5

Как указал суд кассационной инстанции в постановлении от 30.01.2020 согласно разъяснениям, данным в пункте 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" (далее - постановление № 54), если в период рассмотрения спора в суде состоялся переход прав кредитора (истца) к третьему лицу, суд по заявлению заинтересованного лица и при наличии согласия цедента и цессионария производит замену истца в порядке, установленном статьей 48 Кодекса.

По смыслу изложенных разъяснений заявление о процессуальном правопреемстве на основании заключенных договоров цессии может быть удовлетворено только в случае, когда первоначальный кредитор и новый кредитор совместно заявляют о таком правопреемстве. Такое заявление, сделанное лишь одной стороной договора цессии - цессионарием, в отсутствие доказательств согласия первоначального кредитора - истца по рассматриваемому делу априори влечет отказ в удовлетворении указанного заявления о процессуальном правопреемстве в порядке статьи 48 Кодекса.

При рассмотрении дела в суде первой инстанции после 30.01.2020 доказательства наличия согласия ИП ФИО4 как первоначального кредитора на процессуальную замену на ФИО5 не представлены. Арбитражный суд Краснодарского края полагает, что вследствие этого обстоятельства ФИО5 обратился в рамках настоящего дела с самостоятельными требованиями на предмет спора.

Из заявления ФИО4 от 12.03.2020 следует, что с мая 2017 года он не общается с ФИО1 и не дает поручений.

Из пояснений ФИО1 в рамках настоящего дела следует, что ФИО4 имеет задолженность перед ФИО1 по заработной плате.

В дело представлены материалы регистрационного дела в отношении земельного участка с кадастровым номером 23:47:0103002:5 по адресу г. Новороссийск, ст-ца Раевская, ул. Натухаевская, 5, из которых следует, что регистрация договора цессии от 23.11.2018 производилась на основании заявления ФИО5 в лице его представителя ФИО1 

Таким образом, в отношении договора цессии от 23.11.2018 ФИО1 представлял ФИО4 при подписании этого договора, а также представлял другую сторону сделки - ФИО5 при подаче заявления о регистрации данного договора в ЕГРН.

Арбитражный суд Краснодарского края полагает, что данная ситуация, в том числе, обусловлена тем, что ФИО1 в доверенности №23АА4392924 от 30.10.2015 не наделялся полномочиями представлять ФИО4 в органах Росреестра и с учетом сложившихся взаимоотношений ФИО1 и ФИО4 новая доверенность с соответствующими полномочиями не предоставлялась.

По смыслу норм статьи 185 Гражданского кодекса Российской Федерации представитель по доверенности обязан действовать по поручению и в интересах доверителя.

Оценивая представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Краснодарского края полагает подтвержденным материалами дела факт недобросовестных действий ФИО1 как представителя ФИО4 при заключении договора цессии от 23.11.2018. Указанные действия, по мнению суда, обусловлены личными взаимоотношениями ФИО1 и ФИО4 в связи с невыплатой заработной платы, не соответствуют воле ФИО4 и являются препятствием для мирного урегулирования спора между ФИО4 и ИП ФИО2

В силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

С учетом изложенного Арбитражный суд Краснодарского края полагает, что договор цессии от 23.11.2018 надлежит признать недействительной сделкой.

На основании статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Так как материалы дела не содержат сведений об оплате ФИО5 полученных прав по договору цессии от 23.11.2018 (имеются сведения о перечислении по платежному поручению от 26.03.2019 № 62 на счет ФИО4 суммы в 1000 рублей от ООО «Учет и Право» за ФИО5 по договору цессии без точного указания договора), Арбитражный суд Краснодарского края полагает, что в порядке применения последствий недействительности сделки надлежит признать, что права, предусмотренные пунктами 2.3.1 и 2.3.4 договора аренды № 1/2012-РГ, а также право требования неиспользованного аванса по арендной плате, принадлежат ФИО4. 

ИП ФИО5 не лишен возможности обратиться с отдельным иском к ФИО4 о взыскании неосновательного обогащения, если исполнение по недействительному договору цессии от 23.11.2018 всё же имело место.

Поскольку на основании договора цессии от 23.11.2018 в ЕГРН в отношении земельного участка с кадастровым номером 23:47:0103002:5  внесена запись от 16.04.2019 № 23:47:0103002:5-23/021/2019-7 об обременении в виде уступки прав требований по договору аренды № 1/2012-РГ, настоящее решение является основанием для внесения изменений в ЕРГН.

ИП ФИО2 при подаче иска о признании договора цессии от 23.11.2018 недействительной сделкой уплатил 6000 рублей государственной пошлины. В соответствии с правилами статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы надлежит взыскать со сторон недействительной сделки: с ИП ФИО4 и ИП ФИО5 в равных долях.

В отношении самостоятельного требования ИП ФИО5 на предмет спора Арбитражный суд Краснодарского края отмечает следующее.

Поскольку настоящим решением договор цессии от 23.11.2018 признан недействительной сделкой ИП ФИО5 не принадлежит право требовать расторжения договора аренды от 01.06.2012 № 1/2012-РГ и взыскания с ИП ФИО2 сумм неосновательного обогащения, возмещения стоимости неотделимых улучшений и процентов за пользование чужими денежными средствами.

С учетом изложенного самостоятельные требования ИП ФИО5 удовлетворению не подлежат. 

Руководствуясь статьями 44, 46, 49, 50, 110, 139, 140, 167, 170-176, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Краснодарского края 

Р Е Ш И Л:

признать договор уступки прав требований от 23.11.2018 между ИП ФИО4 и ФИО5 недействительной сделкой.

В порядке применения последствий недействительности сделки надлежит признать, что права, предусмотренные пунктами 2.3.1 и 2.3.4 договора аренды от 01.06.2012 № 1/2012-РГ, а также право требования неиспользованного аванса по арендной плате, принадлежат ФИО4.

Взыскать с ИП ФИО5 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 320237500077961) в пользу ИП ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 312231534800045) 3000 рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Взыскать с ФИО4 (Республика Турция) в пользу ИП ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 312231534800045) 3000 рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины.

В удовлетворении самостоятельных требований ИП ФИО5 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 320237500077961) к ИП ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 312231534800045) отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца в суд апелляционной инстанции.

Судья А.В. Гордюк