﻿СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068 e-mail: 17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

  № 17АП-20005/2018(3)-АК

Дело № А50-32007/2017

19 сентября 2019 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12 сентября 2019 года.  Постановление в полном объеме изготовлено 19 сентября 2019 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Чепурченко О.Н., судей Васевой Е.Е., Мухаметдиновой Г.Н., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  Малышевой Д.Д.,  

при участии: от Бахматова Г.В.: Корнев А.Ю., паспорт, доверенность от 04.10.2018; Карапетяна С.С., паспорт, 

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не  направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим  образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации  о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого  арбитражного апелляционного суда,  

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу лица, в отношении  которого совершена оспариваемая сделка, Бахматова Георгия Викторовича,  

на определение Арбитражного суда Пермского края от 05 июня 2019 года об  удовлетворении заявления финансового управляющего должника о признании  недействительным договор купли-продажи № 4 от 17.06.2017, заключенного  между должником и Бахматовым Г.В.,  

вынесенное в рамках дела № А50-32007/2017 о признании несостоятельным  (банкротом) Карапетяна Самвела Саргисовича,  

третье лицо: Геворгян Геворг Хачикович, 

установил:

Решением Арбитражного суда Пермского края от 18.11.2018 Карапетян  Самвел Саргисович (должник) признан несостоятельным (банкротом), в  

отношении него открыта процедура реализации имущества. Финансовым  управляющим утверждена Родионова О.П.  

25 июля 2018 года в арбитражный суд поступило заявление финансового  управляющего Родионовой О.П. о признании недействительным договора  купли-продажи № 4 от 17.06.2017 недвижимого имущества – дома и двух  земельных участков, и применении последствий его недействительности (с  учетом уточнений ы порядке ст. 49 АПК РФ – т. 2, л.д. 118).  

При рассмотрении спора Бахматовым Г.В. было заявлено о  фальсификации доказательств, от которого он впоследствии отказался.  

Определением Арбитражного суда Пермского края от 05 июня 2019 года  суд признал недействительным договор купли-продажи № 4 от 17.06.2017,  заключенный между Карапетяном Самвелом Саргисовичем и Бахматовым  Георгием Викторовичем.  

Применил последствия недействительности сделки: 

- взыскал с Бахматова Георгия Викторовича в пользу Карапетяна Самвела  Саргисовича 1 574 000 руб.  

В порядке распределения судебных расходов с Бахматова Георгия  Викторовича в пользу Карапетяна Самвела Саргисовича взыскано 6 000 руб.  государственной пошлины.  

Не согласившись с вынесенным определением, Бахматов Г.В. обратился с  апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принято по делу  новый судебный акт.  

В обоснование апелляционной жалобы указывает на то, что суд неверно  дал оценку договору залога от 27.01.2017, заключенному между должником и  Бахматовым Г.В. в обеспечение обязательства по возврату займа на спорное  имущество; указанный договор зарегистрирован 10.04.2017 в установленном  законом порядке; на момент заключения спорного договора купли-продажи  покупатель являлся залогодержателем спорного имущества. Также апеллянт  отмечает, что суд, квалифицируя оспариваемую сделку в качестве отступного  не учел, что у представителя должника Геворгян Г.Х. отсутствовали  полномочия на заключение соглашения об отступном, соответственно данная  сделка, по мнению апеллянта, является недействительной ввиду отсутствия  полномочий Геворгян Г.Х. на совершение такой сделки. Более того, апеллянт  указывает, что при установлении стоимости спорного недвижимого в общей  сумме 7 264 066 руб., судом приняты во внимание представленные должником  отчеты, подготовленные ООО «Крымземэксперт» от 23.11.2017, из содержания  данных отчетов усматривается, что они были выполнены на основании  договоров, заключенных с Бахматовым Г.В., при этом суду в заявлении о  фальсификации указывалось на не заключение Бахматовым Г.В. каких-либо  договоров с ООО «Крымземэксперт», а также с любыми иными лицами на  оценку спорных объектов; последующий отказ от заявления о фальсификации  не свидетельствует о признании ответчиком оценочных отчетов легитимными.  В Представленный в последующем третьим лицом, Геворгян Г.Х., оценочный  отчет от 08.11.2018 с установлением общей рыночной стоимости спорного  

имущества в размере 4 315 700 руб., подготовленный ООО «Экспертиза»,  судом был отклонен. Также в материалах дела имеется оценочное заключение,  подготовленное ООО «Регион-Экспер» представленное арбитражным  управляющим Родионовой О.П., согласно которому общая рыночная стоимость  спорного имущества установлена в размере 6 600 000 руб.; указанное  заключение, как указывает на это ответчик, является единственным  доказательством, подтверждающим стоимость спорного имущества, является  достоверным и никем не оспорено. Поскольку обязательства должника перед  ответчиком, являющимся залогодателем спорного имущества по состоянию на  10.10.2017 составляли 5 526 000 руб., с учетом представленного арбитражным  управляющим оценочным заключением, отклонение от оценочной рыночной  стоимости составляет 1 074 000 или 16,27%, что не является существенным.  Более того, апеллянт отмечает, что порядок оспаривания сделок по исполнению  требований залогодержателя изложены в п. 29.3 постановления Пленума ВАС  РФ от 23.12.2010 № 63. Приводя положения п. 2 ст. 138 Закона о банкротстве, а  также указывая на отсутствие у должника кредиторов первой и второй очереди,  апеллянт полагает, что сумма предпочтения составляет не более 5% от  5 526 000 руб., то есть 276 300 руб. Однако расходы на выплату вознаграждения  арбитражному управляющему внесены на депозит суда при подаче заявления о  признании должника банкротом, соответственно отсутствуют и основания для  взыскания с Бахматова Г.В. и выше указанной суммы.  

Также Бахматовым Г.В. в апелляционный суд представлено дополнение к  апелляционной жалобе, а также заявление об истребований доказательства –  договора купли-продажи садового дома и двух земельных участков от  21.06.2016 заключенного Карапетян С.С. с предыдущим собственником с  целью проверки достоверности и обоснованности оценочной стоимости  спорного имущества.  

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц,  участвующих в деле не поступило.  

Рассмотрев ходатайство об истребовании доказательства в порядке ст.ст.  66, 159 АПК РФ, установив отсутствие доказательств невозможности  получения истребуемого доказательства в самостоятельном порядке, не  обращение в суд первой инстанции с аналогичным ходатайством, а также  учитывая, что проверка обоснованности судебных актов судом апелляционной  инстанции осуществляется по имеющимся в деле доказательствам,  апелляционный суд отклонил данное ходатайство, о чем вынесено  протокольное определение.  

В судебном заседании Бахматов Г.В. на доводах апелляционной жалобы  настаивал, просил определение отменить и принять по делу новый судебный  акт.  

Финансовый управляющий Родионова О.П., Карапетян С.С. и Геворгян  Г.Х. против удовлетворения апелляционной жалобы возражали, ссылаясь на  законность и обоснованность обжалуемого определения.  

Представленный суду договор залога недвижимого имущества от  24.01.2017, заключенный Карапетяном С.С. (заемщик-залогодатель) и  Бахматовым Г.В. (залогодержатель) во исполнение обязательств по договору  займа от 24.01.2017 в части: возврата суммы займа в сумме 4,5 млн. руб. и  уплаты процентов в размере 3% в месяц, зарегистрированный в установленном  законом порядке, приобщен апелляционным судом к материалам дела.  

Из имеющегося в материалах дела договора залога недвижимого  имущества от 24.01.2017, заключенного Карапетяном С.С. (заемщик- залогодатель) и Бахматовым Г.В. (залогодержатель) во исполнение  обязательств по договору займа от 24.01.2017 усматривается, что недвижимое  имущество отчуждено по оспариваемому договору купли-продажи в пользу его  залогодержателя.  

Согласно п. 29.3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных  с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)», при оспаривании на основании ст. 61.3 Закона о банкротстве  сделок по удовлетворению требования, обеспеченного залогом имущества  должника, - уплаты денег (в том числе вырученных посредством продажи  предмета залога залогодателем с согласия залогодержателя или при обращении  взыскания на предмет залога в исполнительном производстве) либо передачи  предмета залога в качестве отступного (в том числе при оставлении его за  собой в ходе исполнительного производства) - необходимо учитывать  следующее.  

Такая сделка может быть признана недействительной на основании  абзаца пятого п. 1 и п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве, лишь если  залогодержателю было либо должно было быть известно не только о признаке  неплатежеспособности или недостаточности имущества заемщика, но и о том,  что вследствие этой сделки залогодержатель получил удовлетворение большее,  чем он получил бы при банкротстве по правилам ст. 138 Закона о банкротстве,  а именно хотя бы об одном из следующих условий, указывающих на наличие  признаков предпочтительности:  

а) после совершения оспариваемой сделки у должника не останется  имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у него  обязательств, относящихся при банкротстве к первой и второй очереди, и (или)  для финансирования процедуры банкротства за счет текущих платежей,  указанных в ст. 138 Закона о банкротстве;  

б) оспариваемой сделкой прекращено в том числе обеспеченное  залогом обязательство по уплате неустоек или иных финансовых санкций, и  после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества,  достаточного для полного погашения имеющихся у должника обязательств  перед другими кредиторами в части основного долга и причитающихся  процентов.  

Последствия признания недействительной сделки по передаче предмета  залога в качестве отступного, согласно п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве,  

заключаются в возложении на залогодержателя обязанности по возврату его в  конкурсную массу и восстановлении задолженности перед ним; также  восстанавливается право залога по смыслу подп. 1 п. 1 ст. 352 ГК РФ. При этом  восстановленное требование к должнику в той части, в которой оно было  погашено с предпочтением, может быть заявлено после возврата в конкурсную  массу имущества, полученного по соглашению об отступном, и подлежит  удовлетворению по правилам пунктов 2 или 3 ст. 61.6 Закона о банкротстве. В  той же части, в которой обязательство было прекращено без признаков  предпочтения, признание судом сделки недействительной не может повлечь  ухудшение положения залогового кредитора в процедуре конкурсного  производства. Поэтому в указанной части после возврата имущества в  конкурсную массу требование залогового кредитора при его предъявлении в  течение двух месяцев со дня вступления в законную силу судебного акта о  недействительности сделки считается заявленным в установленный абзацем  третьим п. 1 ст. 142 Закона о банкротстве срок. При невозможности возврата  имущества в натуре суд, применяя последствия недействительности сделки,  взыскивает с залогового кредитора денежные средства в размере обязательств,  погашенных с предпочтением, и восстанавливает задолженность должника в  том же размере, которая удовлетворяется в порядке пунктов 2 или 3 ст. 61.6  Закона о банкротстве. Кроме того, и при сохранении у кредитора предмета  отступного, если он в ходе рассмотрения заявления перечислит в конкурсную  массу денежные средства в размере обязательств, погашенных с  предпочтением, суд отказывает в силу ст. 61.7 Закона о банкротстве в  признании сделки недействительной и также восстанавливает задолженность  должника в том же размере, которая удовлетворяется в порядке пунктов 2 или 3  ст. 61.6 Закона о банкротстве.  

При оспаривании полученного залоговым кредитором платежа суд  признает его недействительным только в части, соответствующей размеру  обязательств, погашенных с предпочтением.  

Принимая во внимание приведенные в апелляционной жалобе доводы,  указанные выше разъяснения, с целью установления всех существенных  обстоятельств для рассмотрения настоящего спора, суд апелляционной  инстанции определением от 15.08.2019 (вынесено в составе судей Чепурченок  О.Н., Васевой Е.Е., Романова В.А.) отложил судебное разбирательство на  12.09.2019 для предоставления конкурсным управляющим Родионовой О.П.  документально обоснованных пояснений с учетом положений п. 29.3  постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы  III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», а также  сторонами – письменных пояснений по цене сделки.  

Определением от 12.09.2019 на основании ст. 18 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) произведена замена  судьи Романова В.А. на судью Мухаметдинову Г.Н.. После замены судьи  

рассмотрение спора начато сначала в составе председательствующего  Чепурченко О.Н., судей Васевой Е.Е., Мухаметдиновой Г.Н.  

До начала судебного заседания финансовым управляющим Родионовой  О.П. представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором управляющий  просила применить последствия недействительности сделки в виде возврата  спорного имущества в конкурсную массу. В дополнении к отзыву указывает на  то, что последствия в виде взыскания с залогового кредитора денежных  средств в размере обязательств, погашенных с предпочтением, применяется при  невозможности возврата спорного имущества в конкурсную массу.  

Бахматовым Г.В. представлены письменные пояснения по цене сделки, в  которых приведены обстоятельства совершения оспариваемой сделки; факт  передачи Геворгяну Г.Х. 3 000 000 руб., а также оформления расписки о  получении от Карапетяна С.С. 5 000 000 руб. в счет погашения основной суммы  долга и уплаты процентов, с последующим подписанием оспариваемого  договора купли-продажи для переоформления имущества и снятия залога.  Представил письменный отзыв, в котором обобщены все данные ранее  пояснения и доводы жалобы.  

Геворгяном Г.Х. представлены пояснения по делу, согласно которым при  применении последствий недействительности сделки в виде возврата в  конкурсную массу спорного имущества подлежит восстановлению право залога  Бахматова Г.В.  

Участвующий в судебном заседании представитель Бахматова Г.В. на  доводах апелляционной жалобы настаивал, просил обжалуемое определение  отменить, в удовлетворении заявления финансового управляющего отказать.  

Карапетян С.С. против удовлетворения апелляционной жалобы возражал,  ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени  судебного заседания надлежащим образом, явку своих представителей в суд  апелляционной инстанции не обеспечили, что в силу положений ст. 156 АПК  РФ не препятствует рассмотрению спора в их отсутствие.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены  арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном  ст.ст. 266, 268 АПК РФ.  

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела,  24.01.2017 между Карапетяном Самвелом Саргисовичем (заемщик) и  Бахматовым Георгием Викторовичем (займодавец) был заключен договор  займа с условием о залоге.  

Согласно п. 1.1 договора заимодавец обязался передать заемщику в  собственность денежные средства в размере 4 500 000 руб., а заемщик  возвратить займодавцу сумму в срок до 31.12.2017 включительно и уплатить  проценты за пользования денежными средствами в размере 3% от суммы займа  в месяц.  

В п. 2.1 договора стороны согласовали, что в целях обеспечения  настоящего исполнения своих обязательств по возврату суммы займа и уплаты  

процентов за пользование им заемщик предоставляет в залог следующие  объекты недвижимого имущества, принадлежащие ему на праве собственности:  

- земельный участок, кадастровый номер 90:12:041801:55,  находящийся по адресу республика Крым, Симферопольский район,  Добровский сельский совет, СТ «Магарач», д. 21;  

- земельный участок, кадастровый номер 90:12:041801:45,  находящийся по адресу республика Крым, Симферопольский район,  Добровский сельский совет, СТ «Магарач», д. 227;  

- дом с кадастровым номером 90:12:041801:44, республика Крым,  Симферопольский район, Добровский сельский совет, СТ «Магарач», участок  227. Имущество принадлежит заемщику на праве собственности на основании  договора купли-продажи садового дома и двух земельных участков от  21.06.2017.  

Обеспечение оформляется договором залога, заключенным между  заимодавцем и собственником имущества (заемщиком).  

Заложенное имущество, служащее обеспечением надлежащего  исполнения заемщиком своих обязательств, заимодавцу не передается.  

17 июня 2017 между Карапетяном Самвелом Саргисовичем, в лице  Геворгяна Геворга Хачиковича, действующего на основании нотариальной  доверенности (продавец), и Бахматовым Георгием Викторовичем (покупатель)  был заключен договор купли-продажи № 4, в соответствии с которым  Карапетян С.С. обязался передать в собственность Бахматову Г.В., а Бахматов  Г.В. принять и оплатить следующие объекты недвижимости:  

- земельный участок, кадастровый номер 90:12:041801:55,  находящийся по адресу Республика Крым, Симферопольский район,  Добровский сельский совет, СТ «Магарач», д. 21;  

- земельный участок, кадастровый номер 90:12:041801:45,  находящийся по адресу Республика Крым, Симферопольский район,  Добровский сельский совет, СТ «Магарач», д. 227;  

- дом с кадастровым номером 90:12:041801:44, Республика Крым,  Симферопольский район, Добровский сельский совет, СТ «Магарач», участок  227.  

Согласно п. 3.1 общая договорная цена недвижимости составляет  8 000 000 руб. Денежные средства уплачиваются покупателем продавцу при  подписании настоящего договора в следующем порядке: денежная сумма в  размере 8 000 000 руб. при подписании настоящего договора путем передачи  наличных денежных средств.  

Финансовый управляющий полагает, что указанная сделка была  совершена в счет погашения обязательств по договору займа в период  неплатежеспособности должника с нарушением очередности погашения  требований, а также повлекла причинение вреда имущественным правам  кредиторов должника.  

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из  наличия оснований для признания сделки недействительной, как совершенной  

при неравноценном встречном предоставлении применив последствия  недействительности сделки в виде взыскания с Бахматова Г.В. в пользу  должника денежных средств в размере разницы между рыночной стоимостью  переданных объектов и погашенных обязательств должника.  

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ,  оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее и письменных  пояснений, выслушав пояснения лиц, участвующих в судебных процессах, суд  апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.  

Согласно ст. 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве) сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской  Федерации (ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в  Законе о банкротстве.  

В соответствии с п. 7 ст. 213.9 Закона о банкротстве финансовый  управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина  заявления о признании недействительными сделок по основаниям,  предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а  также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.  

Пунктом 13 ст. 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об  урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях  Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении  изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»  (Федеральный закон от 29.06.2015 № 154-ФЗ) установлено, что пункты 1 и 2 ст.  213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона)  применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся  индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан,  совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть  признаны недействительными на основании ст. 10 ГК РФ по требованию  финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного  органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3-5 ст. 213.32 Закона о  банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).  

Поскольку оспариваемый договор купли-продажи совершен после  01.10.2015, указанная сделка может быть оспорена как по общим, так и  специальным основаниям.  

В соответствии с п. 1 ст. 61.2 названного Закона, совершенная должником  в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после  принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом  недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств  другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или)  иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от  цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах  совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).  

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет  признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение  обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества  или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно  превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств,  определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения  обязательств.  

В п. 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с  применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» (постановление Пленума ВАС РФ № 63) разъяснено, что  неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки  имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия  на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону  отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых  обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.  

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует  учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и  условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками  оборота.  

В силу п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником  в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть  признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была  совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника  банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее  совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если  другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту  совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что  заинтересованное лицо знало или должно было знать об ущемлении интересов  кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности  имущества должника.  

В соответствии с разъяснениями, данными в п.п. 5-7 постановления  Пленума ВАС РФ № 63, в силу указанной выше нормы права для признания  сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы  оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих  обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред  имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был  причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки  знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту  совершения сделки.  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд  отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному  основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие  

совокупности всех следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным  правам кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным  правам кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки (с учетом п. 7 постановления).  

Согласно абзацам второму – пятому п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве  цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается,  если налицо одновременно два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных  абзацами вторым – пятым п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд  отказывает в признании сделки недействительной.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует  иметь ввиду, что в силу абзаца тридцать второго ст. 2 Закона о банкротстве под  ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и  (или) увеличения размера имущественных требований к должнику, а также  иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых  действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате  возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по  обязательствам должника за счет его имущества.  

Согласно п. 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 при  определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности  имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах  тридцать третьем и тридцать четвертом ст. 2 Закона о банкротстве, в силу  которых под недостаточностью имущества должника понимается превышение  размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных  платежей должника над стоимостью его имущества (активов), а под  неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части  денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей,  вызванное недостаточностью денежных средств.  

В п. 9 постановления Пленума ВАС РФ № 63 разъяснено, что при  определении соотношения пунктов 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве судам  надлежит исходить из того, что если подозрительная сделка была совершена в  течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после  принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно  обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем  наличие иных обстоятельств, определенных п. 2 данной статьи (в частности,  недобросовестности контрагента), не требуется.  

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным  исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за  

один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть  признана недействительной только на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о  банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом п. 6  настоящего Постановления).  

В силу п. 1 ст. 61.3 Закона о банкротстве, сделка, совершенная  должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть  признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или  может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед  другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности  при наличии одного из следующих условий:  

- сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника  или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения  оспариваемой сделки;  

- сделка привела или может привести к изменению очередности  удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до  совершения оспариваемой сделки;  

- сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок  исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних  кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств  перед другими кредиторами;  

- сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может  быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований,  существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в  случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с  законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).  

Пунктом 3 названной статьи Закона сделка, указанная в п. 1 и  совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным  судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана  арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия,  предусмотренные абзацами вторым и третьим п. 1 этой же статьи, или если  установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена  такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или  недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют  сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности  имущества.  

Согласно разъяснениям, данным в п. 11 постановления Пленума ВАС РФ  от 23.12.2010 № 63, если сделка с предпочтением была совершена не ранее чем  за шесть месяцев и не позднее чем за один месяц до принятия судом заявления  о признании должника банкротом, то в силу п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве  она может быть признана недействительной, только если:  

а) в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым  или третьим п. 1 ст. 61.3 Закона о банкротстве;  

б) или имеются иные условия, соответствующие требованиям п. 1 ст.  61.3, и при этом установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении  

которого совершена такая сделка, было или должно было быть известно о  признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об  обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке  неплатежеспособности или недостаточности имущества (п. 12 постановления  Пленума ВАС РФ № 63).  

Цель указанной нормы – защитить интересы кредиторов против  уменьшения конкурсной массы должника, которое может возникнуть в  результате недополучения должником причитающегося ему имущества или  выбытия имущества должника в интересах одного из кредиторов в нарушение  очередности удовлетворения требований кредиторов должника (определение  ВАС РФ от 23.11.2010 № ВАС-14769/10).  

Из материалов дела и данных суду пояснений следует, что оспариваемый  договор купли-продажи недвижимости оформлен сторонами в счет исполнения  обязательств должника перед Бахматовым Г.В. по договору займа от  24.01.2017.  

Как верно отмечено судом первой инстанции, в подтверждение факта  исполнения Бахматовым Г.В. указанного договора, а именно передачи в заем  должнику денежных средств в размере 4,5 млн. руб., в материалы дела  представлены исчерпывающие доказательства.  

В соответствии с позицией, изложенной Высшим Арбитражным Судом  Российской Федерации в Определениях от 19.12.2011 № ВАС-13620/11 по делу   № А43-29486/2010 и в Определении Верховного Суда Российской Федерации  от 26.02.2013 № 4-КГ12-35 для целей обжалования ничтожных сделок с  недвижимым имуществом, датой их исполнения считается дата  государственной регистрации договора купли-продажи и перехода права  собственности на такой объект.  

Переход права собственности на спорные объекты недвижимости к  Бахматову Г.В. зарегистрирован уполномоченным на то органом 10.10.2017 (т.  1, л.д. 22-23, 62-73).  

Сторонами не оспаривается, что указанный договор купли-продажи был  заключен для погашения обязательств Карапетяна С.С. по договору займа от  24.01.2017 с процентами, в связи с чем, поскольку государственная регистрация  права собственности на Бахматова Г.В. была произведена 10.10.2017, то  обязательства Карапетяна С.С. считаются погашенными в указанную дату.  

По условиям договора займа от 24.01.2017 должник обязался возвратить  сумму займа с уплатой процентов за пользование им в размере 3% в месяц.  

Согласно произведенному судом расчету, размер подлежащих выплате  процентов за пользование займом за период с 24.01.2017 по 10.10.2017 составил  1 026 000 руб.  

Таким образом, по состоянию на 10.10.2017 обязательства должника  перед Бахматовым Г.В. составляли 5 526 000 руб.  

Как указывалось ранее, в счет исполнения должника указанного  обязательства, последним по договору купли-продажи было передано спорное  имущество (два земельных участка и дом) по цене 8 млн. руб.  

В качестве доказательств ориентировочной стоимости спорного  имущества в материалы дела представлено четыре оценочных отчета и  заключения по определению рыночной стоимости спорного имущества.  

Согласно оценочному заключению № 69-09/18, подготовленному ООО  «Регион-Эксперт» по заказу финансового управляющего Родионовой О.П.:  

- земельный участок, кадастровый номер 90:12:041801:55,  находящийся по адресу республика Крым, Симферопольский район,  Добровский сельский совет, СТ «Магарач», д. 21 – рыночная стоимость 3 300  00 руб.;  

- земельный участок, кадастровый номер 90:12:041801:45,  находящийся по адресу республика Крым, Симферопольский район,  Добровский сельский совет, СТ «Магарач», д. 227, рыночная стоимость – 270  000 руб.;  

- дом с кадастровым номером 90:12:041801:44, республика Крым,  Симферопольский район, Добровский сельский совет, СТ «Магарач», участок  227 - рыночная стоимость 6 000 000 руб.; всего общая стоимость имущества  составила 6 600 000 руб.  

Геворгян Г.Х. представил суду отчет об оценке № 3685/08.11.2018,  подготовленный ООО «Экспертиза», в соответствии с которым:  

- земельный участок, кадастровый номер 90:12:041801:55,  находящийся по адресу республика Крым, Симферопольский район,  Добровский сельский совет, СТ «Магарач», д. 21 - рыночная стоимость 415 900  руб.;  

- земельный участок, кадастровый номер 90:12:041801:45,  находящийся по адресу республика Крым, Симферопольский район,  Добровский сельский совет, СТ «Магарач», д. 227, рыночная стоимость – 346  800 руб.;  

- дом с кадастровым номером 90:12:041801:44, республика Крым,  Симферопольский район, Добровский сельский совет, СТ «Магарач», участок  227 - рыночная стоимость 3 553 000 руб.; всего общая стоимость имущества  составила 4 315 700 руб.  

На отчет об оценке № 3685/08.11.2018, подготовленный ООО  «Экспертиза», суду представлена рецензия № 07-01/18, подготовленная ООО  «Регион-Эксперт», из которой следует, что указанный отчет не может быть  принят во внимание для определения рыночной стоимости спорных объектов  ввиду следующего:  

- на стр. 5 отчета «Задание на оценку» отсутствуют обязательные  разделы, которые позволяют идентифицировать объект оценки и задание, что  нарушает ФСО № 3, 7;  

- на стр. 6 отчета отсутствуют сведения об оценщике в нарушение  ФСО № 3;  

- по тексту отчета объект оценки указан по-разному, что не позволяет  идентифицировать объект оценки;  

некорректно, отсутствует состав объекта оценки;  

- раздел 7 отчета полностью не соответствует ФСО № 3;  

- в разделе 8.3 отчета оценщик указывает, что наиболее эффективное  использование объекта оценки в качестве жилой недвижимости, при этом в  разделе 1 указывает на использование объекта оценки как нежилое;  

- в разделе 8.4.1 отчета при расчетах затратным подходом  использован старый справочник Ко-Инвест 2014 года, что привело к  значительному количеству корректировок, указанное неоправданно, поскольку  иные справочники позволяют произвести более точный расчет без применения  корректировок;  

- в разделе 8.5 отчета применена корректировка на торг в 5%, при  этом на стр.22 отчета применяет корректировку в 15%;  

- при применении аналогов отчет не содержит копий материалов и  распечаток для идентификации и проверке объектов-аналогов, данные  проверить невозможно;  

- на стр. 21 отчета указано, что объект оценки имеет коммуникации,  в разделе 6.3.2 указано, что у объекта оценки коммуникаций нет;  

- на стр.22 отчета полученная стоимость округлена, что противоречит  ФСО № 3, округлению подлежит итоговая стоимость;  

- на стр. 22-23 отчета не обосновано не применение корректировок  по площади объектов-аналогов, площади отличаются, корректировка не  применена.  

Кроме того, судом установлено, что отчет об оценке № 3685/08.11.2018  определяет рыночную стоимость спорных объектов по состоянию на  08.11.2018, тогда как дата сделки 10.10.2017.  

Принимая во внимание приведенные выше недостатки и несоответствия,  влияющие на определение рыночной стоимости оцениваемых объектов, суд  первой инстанции верно отказа в принятии отчета об оценке № 3685/08.11.2018  в качестве доказательства по делу.  

Должником в материалы дела в обоснование рыночной стоимости  спорных объектов представлены отчеты об оценке № 351/2017, № 352/2017,  подготовленные ООО «Крымземэксперт», дата оценки 23.11.2017.  

Из указанных отчетов усматривается, что рыночная стоимость спорного  имущества:  

- земельный участок, кадастровый номер 90:12:041801:55,  находящийся по адресу республика Крым, Симферопольский район,  Добровский сельский совет, СТ «Магарач», д. 21 – рыночная стоимость 274 576  руб.;  

- земельный участок, кадастровый номер 90:12:041801:45,  находящийся по адресу республика Крым, Симферопольский район,  Добровский сельский совет, СТ «Магарач», д. 227, рыночная стоимость – 252  080 руб.;  

- дом с кадастровым номером 90:12:041801:44, республика Крым,  Симферопольский район, Добровский сельский совет, СТ «Магарач», участок  

227 - рыночная стоимость 6 737 410 руб., всего 7 264 066 руб.  

В суде первой инстанции указанные оценочные отчеты никем не  оспорены, составлены на дату, приближенную к дате сделки – 10.10.2017,  финансовый управляющий согласилась с выводами оценщиков, полагает, что  рыночная стоимость объектов составляет 7 264 066 руб.  

Поскольку суду представлены достаточные доказательства для  определения рыночной стоимости спорных объектов на дату, приближенную к  дате сделки, суд первой инстанции правомерно признал в качестве рыночной  стоимости спорных объектов стоимость в размере 7 264 066 руб.  

При рассмотрении спора в суде первой инстанции Бахматов Г.В. пояснял,  что дом с земельными участками был продан ему за 8 000 000 руб., при этом  5 000 000 руб. оплаты были зачтены в счет возврата по договору займа, а  3 000 000 руб. были переданы Геворгяну Г.Х. как представителю Карапетяна  С.С.  

Геворгян Г.Х. суду пояснял, что денежные средства в сумме 3 000 000 руб.  ему не передавались; имелась договоренность, что в счет стоимости дома 5 000  000 руб. подлежат оплате Карапетяну С.С., а 2 100 000 руб. остаются у  Геворгяна Г.Х. в счет долга.  

Карапетян С.С. указывал суду, что договорился с Геворгяном Г.Х. о  продаже дома с землей за 8 000 000 руб., дом должен был быть продан,  4 500 000 руб. и проценты должны были быть переданы Бахматову Г.В. в счет  договора займа, оставшиеся денежные средства подлежали передаче  Карапетяну С.С.  

Оценив представленные в дело доказательства с учетом данных суду  пояснений, суд первой инстанции верно отметил, что указание в договоре на  получение Геворгяном Г.Х. всей суммы договора – 8 000 000 руб., при  отрицании Геворгяном Г.Х. факта получения от Бахматова Г.В. как 8 000 000  руб., так и 3 000 000 руб., а также учитывая, что 5 мил. руб. были зачтены в  счет оплаты имеющейся задолженности по договору займа, не может являться  достаточным доказательством фактической передачи Геворгяну Г.Х. при  подписании оспариваемого договора купли-продажи 3 000 000 руб.  

Учитывая тот факт, что сторонами документы оформлены не в  соответствии с теми обстоятельствами и намерениями, которые стороны  раскрыли перед судом, суд полагает, что доказательством передачи денежных  средств по договору в размере 3 000 000 руб. послужила бы соответствующая  расписка, которая, как указывает Бахматов Г.В., имела место быть, однако суду  не представлена (ст. 65 АПК РФ).  

Документ, на который ссылается Бахматов В.Г., составленный на листе  блокнота (т. 1, л.д. 48) таким доказательством не является, поскольку является  обезличенным и представляет собой лишь надпись, из которой невозможно  сделать вывод о состоявшейся фактической передаче денежных средств.  

В отсутствие допустимых доказательств того, что Бахматовым Г.В. по  спорному договору передавались денежные средства, суд первой инстанции  пришел к обоснованному выводу об отсутствии доказательств передачи  

наличных денежных средств в счет оплаты по договору купли-продажи.  

Вместе с тем, поскольку трое участников сделки подтверждают факт  погашения обязательств Карапетяна С.С. по договору займа от 24.01.2017  путем заключения договора купли-продажи недвижимого имущества от  17.06.2017, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что в  данном случае имело место быть отступное (ст. 409 ГК РФ).  

Поскольку Бахматов Г.В. получил в счет исполнения обязательств  должника в размере 5 526 000 руб. имущество стоимостью, существенно  превышающей размер обязательств – 7 264 066 руб., суд апелляционной  инстанции согласился с выводом суда о том, что оспариваемая сделка  совершена при неравноценном встречном представлении со стороны Бахматова  Г.В.  

При этом, принимая во внимание дату возбуждения дела о банкротстве в  отношения Карапетяна С.С. (определение от 16.11.2017), оспариваемый  договор заключен 10.10.2017 (регистрация перехода права), то есть в течении  двух месяцев до принятия заявления дела о банкротстве, а также установленные  выше обстоятельства неравноценного встречного предоставления, суд первой  инстанции обоснованно признал договор купли-продажи № 4 от 17.06.2017  недействительной сделка по п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

Более того, как отмечено судом первой инстанции на момент совершения  оспариваемой сделки у Карапетяна С.С. уже имелась просроченная  задолженность перед Сотниковым Михаилом Сергеевичем, Пятуниным  Алексеем Викторовичем, Банком «Союз», ООО «1 Авто Ломбард», требования  которых включены в реестр требований кредиторов должника и на данный  момент остаются не погашенными.  

Осведомленность Бахматова Г.В. о наличии у должника на момент  совершения оспариваемого договора обязательств перед иными кредиторами в  размере свыше 25 млн. руб. усматривается из представленных Бахматовым Г.В.  письменных пояснений, поступивших в апелляционный суд 06.09.2019.  

Принимая во внимание неисполнение должником обязательств по уплате  процентов по договору займа с момента его заключения, а также  осведомленность о наличии у должника задолженности перед иными  кредиторами в столь существенном размере, давая согласие на получение  взамен денежных средств имущества должника, Бахматов Г.В. достоверно знал  о наличии у должника на момент совершения сделки признаков  неплатежеспособности.  

Приведенные выше обстоятельства, также являются свидетельством того,  что в результате совершения оспариваемой сделки Бахматов Г.В. получил  преимущественное удовлетворение своих требований перед иными  кредиторами должника, что также является основанием для признания сделки  недействительной по п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве.  

В соответствии с п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки  каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.  

В силу п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано  должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения  обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке,  признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона, подлежит  возврату в конкурсную массу.  

Согласно п. 25 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О  некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)», п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка  недействительна с момента ее совершения. Это правило распространяется и на  признанную недействительной оспоримую сделку.  

Применяя последствия недействительности сделки суд первой инстанции  исходил из следующего.  

Согласно оценке рыночная стоимость спорного имущества составляет  7 264 066 руб.  

При этом, из представленных суду документов, пояснений в рамках  проверки по заявлению о возбуждении уголовного дела, пояснений участников  сделки, расписки, подписанной Геворгяном Г.Х. и Бахматовым Г.В., где  определялась цена сделки (5 000 000 руб. долг Карапетяна С.С. и 2 100 000 руб.  долг Геворгяна Г.Х.), стороны при продаже спорных объектов предполагали  рыночную стоимость в размере 7 100 000 руб.  

Поскольку данная стоимость существенным образом не отличается от  стоимости, определенной оценщиком, принимая данную цену как рыночную,  учитывая получение Бахматовым Г.В. удовлетворение своих требований на  7 100 000 руб., при размере обязательств должника 5 526 000 руб., а также в  отсутствие доказательств притворности или мнимости спорного договора,  фактическое осуществление Бахматов Г.В. содержания приобретенного  имущества, уплаты соответствующих налогов, суд первой инстанции пришел к  выводу о возможном применении последствий недействительности сделки в  размере разницы указанных выше сумм, которая составила 1 574 000 руб. При  этом, судом было учтено имущественное положение Бахматова Г.В. (суду  представлены выписки по счетам), свидетельствующее о возможности  Бахматова Г.В. возместить должнику потери от заключенной сделки.  

Вместе с тем, принимая во внимание приведенные выше положения  применения последствий недействительности сделки, совершение  оспариваемой сделки при неравноценном встречном предоставлении (п. 1 ст.  6.2 Закона о банкротстве), наличие возможности возврата спорного имущества  в конкурсную массу должника, суд апелляционной инстанции полагает, что в  данном случае подлежали применению последствия недействительности сделки  в виде возврата Бахматовым Г.В. в конкурсную массу спорного имущества  (двух земельных участков и дома) и восстановления права требования  Бахматова Г.В. к Карапетяну С.С. на сумму 5 526 000 руб.  

При этом, учитывая предоставление апелляционному суда оригинала  договора залога от 24.01.2017, заключенного между Карапетяном С.С.  (залогодатель) и Бахматовым Г.В. (залогодержатель), содержащего отметку о  

государственной регистрации ипотеки 10.04.2017, суд апелляционной  инстанции пришел к выводу о наличии оснований для восстановления права  залога Бахматова Г.В. на спорное имущество.  

На основании вышеизложенного определение Арбитражного суда  Пермского края подлежит отмене в части применения последствий  недействительности сделки, в связи с неправильным применением норм  материального права (п. 4 ч. 1 ст. 270 АПК РФ); оснований для отмены  обжалуемого судебного акта в остальной части судом апелляционной  инстанции не установлено.  

В связи с принятием решения не в Бахматова Г.В., силу ст. 110 АПК РФ  расходы по уплате государственной пошлины за подачу заявления и  апелляционной жалобы подлежат отнесению на ответчика.  

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный  апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 05 июня 2019 года  по делу № А50-32007/2017 отменить в части применения последствий  недействительности сделки.  

Возвратить в конкурсную массу должника Карапетяна Самвела  Саргисовича следующее имущество:  

- земельный участок, кадастровый номер 90:12:041801:45, находящийся  по адресу: Республика Крым, Симферопольский район, Добровский сельский  совет, СТ «Магарач», д. 227;  

- земельный участок, кадастровый номер 90:12:041801:55, находящийся  по адресу: Республика Крым, Симферопольский район, Добровский сельский  совет, СТ «Магарач», д. 21;  

- дом с кадастровым номером 90:12:041801:44, по адресу: Республика  Крым, Симферопольский район, Добровский сельский совет, СТ «Магарач»,  участок 227.  

Восстановить право требования Бахматова Георгия Викторовича к  должнику на сумму 5 526 000 руб. 00 коп.  

Восстановить право залога Бахматова Георгия Викторовича на  следующее имущество:  

- земельный участок, кадастровый номер 90:12:041801:45, находящийся  по адресу: Республика Крым, Симферопольский район, Добровский сельский  совет, СТ «Магарач», д. 227;  

- земельный участок, кадастровый номер 90:12:041801:55, находящийся  по адресу: Республика Крым, Симферопольский район, Добровский сельский  совет, СТ «Магарач», д. 21;  

- дом с кадастровым номером 90:12:041801:44, по адресу: Республика  Крым, Симферопольский район, Добровский сельский совет, СТ «Магарач»,  участок 227.  

В оставшейся части определение Арбитражного суда Пермского края от  05 июня 2019 года по делу № А50-32007/2017 оставить без изменения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий  месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.  

Председательствующий О.Н. Чепурченко 

Судьи Е.Е. Васева 

 Г.Н. Мухаметдинова