АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА 

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000 http://fasuo.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 № Ф09-7219/24 

Екатеринбург 29 января 2025 г. Дело № А60-48171/2023 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 января 2025 г. Постановление изготовлено в полном объеме 29 января 2025 г.  

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Купреенкова В. А., судей Гуляевой Е.И., Полуяктова А.С., 

при ведении протокола помощником судьи Охотниковой И.Р. рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Строительные инновационные технологии» (далее – общество «Строительные инновационные технологии», истец) на решение Арбитражного суда Свердловской области от 26.03.2024 по делу № А6048171/2023 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.09.2024 по тому же делу.  

Лица, участвующих в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещенных надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.  

В судебном заседании путем онлайн приняли участие представители: 

общества «Строительные инновационные технологии» - ФИО1 (доверенность от 27.09.2024);  

автономной некоммерческой организации «Дирекция социальных и спортивных проектов» (далее – АНО «Дирекция социальных и спортивных проектов», ответчик) - ФИО2 (доверенность от 02.09.2024).  

Общество «Строительные инновационные технологии» обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском к АНО «Дирекция социальных и спортивных проектов» взыскании 9 576 178 руб. ущерба, 23 039 860 руб. упущенной выгоды.  

Решением суда от 26.03.2024 в удовлетворении иска отказано. 

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.09.2024 решение суда оставлено без изменения.  

В кассационной жалобе общество «Строительные инновационные технологии» просит решение суда и постановление апелляционного суда отменить, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и  

процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. Заявитель полагает доказанным наличие совокупности условий, необходимой для взыскания с ответчика убытков. Истец отмечает, что снабжение строительства велось иждивением подрядчика, в связи с чем полагает необоснованным вывод судов об отсутствии доказательств передачи товарно-материальных ценностей в адрес заказчика; обязанность подрядчика передать товарно-материальные ценности, приобретенные для исполнения договора, после его расторжения не предусмотрена. Заявитель поясняет, что основанием для расторжения договора явилось именно уведомление ответчика № 03/08/20-ЛА-1 на основании ч. 2 ст. 715 Гражданского кодекса Российской Федерации, в котором не упоминается о невозможности исполнения договора в связи с COVID-19; учитывая, что иных оснований для расторжения договора не имелось, истец квалифицировал отказ от договора по ст. 717 Гражданского кодекса Российской Федерации. Общество «Строительные инновационные технологии» указывает, что подрядчик многочисленными письмами уведомлял заказчика о возникших проблемах при выполнении работ по договору, однако заказчиком выявленные нарушения не устранены, в связи с чем выполнение работ было возможно. Кроме того, заявитель отмечает, что накануне направления уведомления об отказе от договора, между сторонами планировалось заключение дополнительного соглашения на увеличение суммы контракта.  

В отзыве на кассационную жалобу АНО «Дирекция социальных и спортивных проектов» просит судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, между обществом «Строительные инновационные технологии» (генподрядчик) и АНО «Дирекция социальных и спортивных проектов» (заказчик) заключен договор генерального подряда на строительство объекта от 12.08.2019 № 1-ЛА-ГП-19, по условиям которого, заказчик поручает и оплачивает, а генеральный подрядчик принимает на себя обязательство собственными силами с использованием собственных материалов (или с использованием материалов заказчика) и собственной строительной техники и оборудования выполнить комплекс строительно-монтажных работ по объекту: «Универсальная крытая ледовая арена «Ледовая академия «Высота», расположенным по адресу: 456780, 

<

...>. Территория стадиона «Строитель».  

Согласно п. 2.1 договора стороны согласовали сроки выполнения работ по договору: - начало – 15.08.2019; - окончание – 01.02.2021.  

Сроки выполнения каждого этапа работ определены сторонами в календарном плане (приложение № 4 к настоящему договору).  

В соответствии с п. 5.1 договора цена работ по настоящему договору является максимальной в отношении представленной на момент подписания договора документации и на момент подписания последнего согласно локальным сметным расчетам (приложение № 3) составляет 561 193 810 руб. в том числе НДС 20% 93 055 760 руб. При этом цена работ на момент подписания договора не включает расходы генподрядчика по выпуску  

банковских гарантий и организации страхования в соответствии с условиями настоящего договора. Цена договора должна быть увеличена на сумму указанных расходов посредством подписания сторонами соответствующих дополнительных соглашений. Каждое такое дополнительное соглашение подписывается в течение 1 календарного месяца с даты получения генподрядчиком соответствующей банковской гарантии и заключения договора страхования строительно-монтажных работ.  

Общая (окончательная) стоимость фактически выполненных по настоящему договору работ определяется на основании подписанных сторонами актов о приемке выполненных работ (форма КС-2) и справок о стоимости выполненных работ и затрат (форма КС-3).  

В соответствии с календарным планом строительства, утвержденным в качестве приложения № 4 к договору подряда, выполнение работ разбито на 8 этапов, в частности: - этап 1 подготовка территории строительства с 02.09.2019 по 13.11.2019; - этап 2 устройство объектов энергетического хозяйства с 02.09.2019 по 13.02.2020; - этап 3 устройство каркаса здания и ограждающих конструкций с 25.09.2019 по 10.07.2020; - этап 4 устройство и ПНР внутренних инженерных систем, внутренняя отделка, устройство хоккейного поля с 23.03.2020 по 27.11.2020; - этап 5 монтаж фасада здания с 08.06.2020 по 02.10.2020; - этап 6 устройство объектов инфраструктуры с 15.05.2020 по 05.10.2020; - этап 7 сдача объекта (получение ЗОС) с 30.11.2020 по 25.12.2020; - этап 8 ввод объекта в эксплуатацию с 28.12.2020 по 29.01.2021.  

Истец указывает, что ответчик передал в производство работ строительную площадку, истец приступил к выполнению работ.  

Истцом выполнены работы на общую сумму 25 519 975 руб. 87 коп., которые приняты заказчиком и оплачены.  

Ответчиком принято решение об одностороннем отказе от исполнения договора, о чем в адрес истца направлено уведомление об отказе от исполнения договора генерального подряда на строительство объекта № 1-ЛА-ГП-19 от 12.08.2019 на основании ч. 2 ст. 715 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Истец поясняет, что выполнение работ было не возможно, ввиду того, что в ходе выполнения работ генподрядчиком выявлено значительное несоответствие объемов, видов работ, применяемых материалов, о чем он неоднократно уведомлял заказчика, однако выявленные генподрядчиком несоответствия заказчиком не устранены.  

Истец полагает, что в результате одностороннего отказа от договора генерального подряда от 12.08.2019 № 1-ЛА-ГП-19, несмотря на оплату выполненных работ на сумму 25 519 975 руб. 87 коп, ему причинены убытки в виде реального ущерба, который представляет собой разницу между фактически понесенными истцом расходами на выполнение комплекса работ по договору, а также упущенной выгоды в виде недополученных истцом доходов, которые составляют сметную прибыль подрядчика в соответствии с локально - сметным расчетом.  

Истец указывает, что в целях исполнения принятых на себя обязательств договора генерального подряда от 12.08.2019 № 1-ЛА-ГП-19 общество «Строительные инновационные технологии» заключило ряд договоров с поставщиками, субподрядчиками, а также иными лицами в целях снабжения объекта строительства, поставки используемых материалов, выполнения предусмотренного объема работ.  

Всего для выполнения работ по объекту обществом «Строительные инновационные технологии» понесены расходы в общем размере 35 096 154 руб. 06 коп.  

По расчету истца сумма реального ущерба, причиненного односторонним отказом от исполнения договора подряда, 9 576 178 руб. (35 096 154 - 25 519 975 = 9 576 178).  

Также в связи с односторонним отказом ответчика от исполнения договора генерального подряда от 12.08.2019 № 1-ЛА-ГП-19 обществу «Строительные инновационные технологии» причинены убытки в виде упущенной выгоды, которая представляет собой недополученную сметную прибыль в случае исполнения договора в полном объеме, что составляет 23 039 860 руб.  

Ссылаясь на указанные обстоятельства, общество «Строительные инновационные технологии» обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым иском.  

Отказывая в удовлетворении иска, суды исходили из следующего. 

В силу статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.  

Положениями пункта 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.  

В рассматриваемом случае предметом иска общества является требование о возмещении убытков, причиненных в связи с отказом договора.  

В соответствии с положениями § 1 главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик может отказаться от исполнения договора как в соответствии со статьей 715 Гражданского кодекса Российской Федерации, так и статьей 717 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Статья 715 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает возможность отказа от исполнения договора в связи с его ненадлежащим исполнением подрядчиком в случае, когда подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора подряда или выполняет работу настолько  

медленно, что окончание ее к сроку становится явно невозможным либо становится очевидным, что работа не будет выполнена надлежащим образом.  

На основании статьи 717 Гражданского кодекса Российской Федерации помимо уплаты подрядчику части установленной договором цены пропорционально объему работы, выполненной до получения извещения об отказе заказчика от исполнения договора, заказчик обязан возместить убытки, причиненные прекращением договора подряда в пределах разницы между ценой, определенной за всю работу, и частью цены, выплаченной за выполненную работу.  

В силу статьи 717 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик может отказаться от исполнения договора немотивированно, без вины подрядчика.  

В зависимости от оснований отказа заказчика от исполнения договора наступают различные правовые последствия для сторон и зависит объем завершающих обязательств.  

Расторжение договора подряда заказчиком по основаниям, предусмотренным пунктами 2, 3 статьи 715, пунктом 3 статьи 723 Гражданского кодекса Российской Федерации (существенная просрочка или выполнение работ с недостатками), предоставляет заказчику право требовать от подрядчика возмещения убытков. При расторжении договора на основании статьи 717 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик вправе потребовать возмещения заказчиком убытков.  

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2021 № 305-ЭС20-18871.  

На основании положений пунктов 1, 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).  

Общим основанием для применения гражданско-правовой ответственности, установленной статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, является правонарушение - противоправное, виновное действие (бездействие), нарушающее субъективные права других участников гражданских правоотношений.  

Согласно разъяснениям, данным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25), по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения  

обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств должник обязан возместить кредитору причиненные убытки (статья 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В соответствии с позицией, изложенной в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановление № 7), по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.  

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии с положениями ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе, акты сверок из автоматизированного бухгалтерского учета истца; товарные накладные, суды пришли к выводу о недоказанности размера убытков и причинной связи между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства ответчиком и названными убытками.  

Так, судами установлено, что представленные акты сверок не подписаны со стороны контрагентов; товарные накладные датированы до даты направления уведомления о расторжении договора, то есть, материал мог быть уже использован при исполнении договора, и оплачен заказчиком, поскольку истец частично исполнил договор и работы по подписанным актам полностью оплачены заказчиком.  

Доказательств того, что приобретение товарно-материальных ценностей было необходимо именно для исполнения рассматриваемого договора, либо, что после приобретения ТМЦ и расторжения договора последние были переданы в адрес ответчика по акту приема-передачи или неправомерно удерживаются последним, не представлено.  

Истцом также не представлено доказательств того, что приобретенные материалы на основании товарно-транспортных накладных, представленных в материалы дела, являются сугубо специфическими и не могут быть использованы в хозяйственной деятельности истца в рамках иных гражданско-правовых отношений.  

Судами верно отмечено, что истец, являясь профессиональным участником рынка строительных подрядных работ, должен осознавать и понимать, что такие виды работ предусматривают специальные условия для их выполнения, а потому, наличие у подрядчика специального статуса (например, членство в СРО) и особые профессиональные навыки предполагаются, и не могут быть отнесены к подготовительным работам, и тем более, к прямым затратам, а являются обычной хозяйственной деятельностью юридического  

лица и не находятся в прямой причинно-следственной связи с заключенным с ответчиком договором подряда.  

То обстоятельство, что истцом приняты на работу специалисты, закуплены материалы, и т.д., также относится исключительно к обычной хозяйственной деятельности подрядчика, поскольку истец укомплектовывал штат своей организации специалистами, соответствующими его подрядчика видам профессиональной (хозяйственной) деятельности.  

С учетом изложенного суды правомерно отказали во взыскании прямого ущерба.  

Кроме того, согласно пункту 14 постановления № 25 упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было. Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.  

В абз. 3 п. 2 постановления № 7 разъяснено, что упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.  

В пункте 3 постановления № 7 разъяснено, что при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления.  

Согласно пункту 5 постановления № 7 при установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.  

Лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно доказать, что возможность получения им доходов существовала реально, то есть документально подтвердить, что оно совершило конкретные действия и сделало с этой целью приготовления, направленные на извлечение доходов, которые не были получены в связи с допущенным ответчиком нарушением.  

То есть, истец должен доказать, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим истцу получить упущенную выгоду (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2015 № 302-ЭС14-735).  

Таким образом, суду следует установить реальную возможность получения упущенной выгоды и ее размер, а также установить были ли истцом предприняты все необходимые меры для получения выгоды и сделаны необходимые для этой цели приготовления.  

Бремя доказывания наличия и размера упущенной выгоды лежит на истце, который должен доказать, что он мог и должен был получить определенные доходы, и только нарушение обязательств ответчиком стало единственной причиной, лишившей его возможности получить прибыль.  

Отсутствие хотя бы одного из указанных элементов влечет отказ в удовлетворении требования о взыскании убытков.  

Истец просит взыскать с ответчика упущенную выгоду по договору в сумме 23 039 860 руб., которая представляет собой недополученную сметную прибыль в случае исполнения договора в полном объеме.  

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии с положениями ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды пришли к обоснованному выводу о недоказанности реальной возможности исполнения договора и получения заявленной прибыли, а также принятия истцом всех необходимых мер для получения прибыли и сделанных с этой целью приготовлений.  

Судами установлено, что генподрядчиком в адрес заказчика направлено уведомление от 02.08.2020 «О невозможности исполнения договора в связи с ухудшением финансового положения, вызванного распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» и просьбой расторгнуть договор без привлечения генподрядчика к ответственности, в котором последним указываются обстоятельства, способствующие возникновению непредвиденных убытков, значительному ухудшению финансового положения генподрядчика, что в совокупности существенным образом повлияло на невозможность генподрядчика надлежащим образом исполнить свои обязательства по договору.  

Именно в ответ на данное уведомление от 02.08.2020 генподрядчика о невозможности исполнения им договора, заказчиком направлено уведомление от 03.08.2020 № 03/08/20-ЛА-1 об отказе от исполнения договора на основании ст. 715 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с существенной просрочкой выполнения работ, что с учетом норм статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации исключает возможность возмещения убытков генеральному подрядчику.  

Возражения истца об отсутствии оснований для расторжения договора по указанному основанию свидетельствуют о наличии в его действиях признаков противоречивого и недобросовестного поведения, что в свою очередь позволило апелляционному суду обоснованно применить правило «эстоппель».  

При таких обстоятельствах, суды правомерно отказали в удовлетворении иска.  

Доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, правомерность выводов судов не опровергают, о неправильном применении норм материального права не свидетельствуют, по существу, направлены на переоценку доказательств и установленных на их основании обстоятельств, что не относится к полномочиям суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем  

подлежат отклонению, в том числе по основаниям, изложенным в мотивировочной части настоящего постановления.  

Поскольку фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств, а выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального права, у суда кассационной инстанции отсутствуют предусмотренные ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для отмены либо изменения принятых по делу судебных актов.  

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основаниями для отмены судебных актов (ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.  

С учетом изложенного решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда являются законными и отмене не подлежат. Оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.  

Определением суда от 12.12.2024 обществу «Строительные инновационные технологии» предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, последняя подлежит взысканию с заявителя в доход федерального бюджета.  

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 26.03.2024 по делу № А60-48171/2023 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.09.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Строительные инновационные технологии» – без удовлетворения.  

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Строительные инновационные технологии» в доход федерального бюджета 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей госпошлины по кассационной жалобе.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий В.А. Купреенков  

Судьи Е.И. Гуляева 

 А.С. Полуяктов