СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-14495/2020(6)-АК

Дело №А60-38757/2020

19 сентября 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 14 сентября 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 19 сентября 2022 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Л.М. Зарифуллиной,

судей                              Е.О. Гладких, Л.В. Саликовой

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии в судебном заседании:

от заинтересованного лица с правами ответчика муниципального образования город Нижний Тагил в лице администрации города Нижний Тагил – ФИО2, паспорт, доверенность от 08.06.2022,

от третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, управления муниципальным имуществом администрации города Нижний Тагил – ФИО3, паспорт, доверенность от 29.12.2021, 

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего должника общества с ограниченной ответственностью «Городская управляющая компания» ФИО4

на определение Арбитражного суда Свердловской области  

от 17 июня 2022 года

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО4 о признании недействительной сделки должника с муниципальным образованием город Нижний Тагил в лице администрации города Нижний Тагил,

вынесенное судьей А.С. Чиниловым 

в рамках дела  №А60-38757/2020 

о признании общества с ограниченной ответственностью «Городская управляющая компания» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)несостоятельным (банкротом),

заинтересованное лицо с правами ответчика муниципальное образование город Нижний Тагил в лице администрации города Нижний Тагил, 

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области; управление муниципального имущества администрации г. Нижний Тагил; ФИО5, ФИО6, ФИО7, 

 

установил:

04.08.2020 в Арбитражный суд Свердловской области обратилось акционерное общество «Роскоммунэнерго» (далее – общество  «Роскоммунэнерго») с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Городская управляющая компания»  (далее – общество «Городская управляющая компания», ООО «ГУК», должник) несостоятельным (банкротом), которое принято к производству суда определением от 26.08.2020.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.10.2020 указанное заявление признано обоснованным, в отношении общества «Городская управляющая компания» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4 (далее – ФИО4), являющийся членом ассоциации «Региональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 14.11.2020 №209, стр.117.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 01.03.2021 (резолютивная часть от 24.02.2021) общество «Городская управляющая компания» признано несостоятельным (банкротом), в отношении данного общества открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден ФИО4

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №53 от 27.02.2021, стр.135.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 12 мая 2022 года (резолютивная часть от 23.04.2021) конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4, член ассоциации «Региональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

25.02.2022 посредством системы «Мой Арбитр» от конкурсного управляющего ФИО4 в арбитражный суд поступило заявление о признании сделки должника с управлением муниципального имущества Администрации г. Нижний Тагил недействительной.    

Определением от 03.04.2022, после устранения обстоятельств, послуживших основанием для оставления заявления без движения, заявление конкурсного управляющего принято к производству суда и назначено к рассмотрению.

Этим же определением к участию в обособленном споре в качестве  заинтересованного лица с правами ответчика привлечено управление муниципального имущества администрации г. Нижний Тагил; и в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области. 

05.05.2022 через систему Мой арбитр в арбитражный суд от конкурсного управляющего поступило ходатайство об уточнении требований с ходатайством о замене ненадлежащего ответчика, а именно привлечении к участию в деле в качестве заинтересованного лица с правами ответчика муниципальное образование город Нижний Тагил в лице администрации города Нижний Тагил; о привлечении управления муниципального имущества администрации г. Нижний Тагил в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Также конкурсным управляющим заявлено ходатайство об уточнении заявленных требований, в котором просит: 

1. Признать недействительной сделку по изъятию из хозяйственного ведения НМУП «ГУК» (правопредшественника должника ООО «ГУК»), произведенную на основании постановления администрации г. Нижний Тагил №2872-ПА от 27.12.2017, акта №1 от 27.12.2017 управления муниципальным имуществом администрации г. Нижний Тагил недвижимого имущества: помещения с кадастровым номером 66:56:0208006:10220 по адресу: 

<

...>.

2. Применить последствия недействительности сделки в виде обязания администрации города Нижний Тагил вернуть в конкурсную массу ООО «ГУК» недвижимое имущество - помещение с кадастровым номером 66:56:0208006:10220 по адресу: 

<

...>, площадью 305,9 кв.м.

В случае невозможности произвести возврат помещения в натуре взыскать с муниципального образования город Нижний Тагил в лице администрации г. Нижний Тагил в конкурную массу должника кадастровую стоимость помещения в размере 4 822 872,04 рубля.

3. Признать недействительной сделку по изъятию из хозяйственного ведения НМУП «ГУК» (правопредшественника должника ООО «ГУК»), произведенную на основании постановления администрации г. Нижний Тагил №212-ПА от 25.01.2018, акта №1 от 12.02.2018 управления муниципальным имуществом администрации г. Нижний Тагил недвижимого имущества: помещения с кадастровым номером 66:56:0110008:650 по адресу: 

<

...>.

4. Применить последствия недействительности сделки в виде обязания администрации города Нижний Тагил вернуть в конкурсную массу ООО «ГУК» недвижимое имущество - помещение с кадастровым номером 66:56:0110008:650 по адресу: 

<

...>, площадью 135,5 кв.м.

В случае невозможности произвести возврат помещения в натуре взыскать с муниципального образования город Нижний Тагил в лице администрации г. Нижний Тагил в конкурную массу должника кадастровую стоимость помещения в размере 2 587 865,72 рубля, которое принято судом в порядке статьи 49 АПК РФ. 

Определением суда от 12.05.2022 произведена замена ненадлежащего ответчика управления муниципального имущества администрации г. Нижний Тагил на надлежащего  муниципальное образование город Нижний Тагил в лице администрации города Нижний Тагил. Управление муниципального имущества администрации г. Нижний Тагил исключено его из числа ответчиков и привлечено к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. Этим же определением в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО5, ФИО6, ФИО7.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 17 июня 2022 года (резолютивная часть от 06.06.2022) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО4 о признании недействительной сделки должника с муниципальным образованием город Нижний Тагил в лице администрации города Нижний Тагил отказано.

Не согласившись с судебным актом, конкурсный управляющий ФИО4 подал апелляционную жалобу, в которой просит определение суда от 17 июня 2022 года отменить, удовлетворить заявленные требования в полном объеме, ссылаясь на неправильную оценку судом фактических обстоятельств дела. 

Заявитель жалобы указывает на ненадлежащую правовую оценку доводам истца о наличии цели причинения вреда при совершении спорных сделок. Сделав вывод о том, что помещения были изъяты по воле самого должника, суд первой инстанции не принял во внимание непредставление администрацией доказательств того, что должник испытывал нагрузку по содержанию изъятых помещений в размере, который негативным образом сказывался на финансовом положении общества и не мог быть компенсирован за счет использования указанных помещений в целях ведения бизнеса (путем сдачи в аренду). Данный вывод суда выглядит противоречивым, поскольку, описывая обстоятельства последующего наделения общества иными недвижимыми объектами в количестве 26 помещений, что в тринадцать раз больше, нежели общее количество изъятых ранее помещений, суд не делает аналогичного вывода о возложении на должника вместе с правом хозяйственного ведения на 26 помещений, финансовой нагрузки на содержание данных внеоборотных активов в размере, тринадцатикратно превышающем ту нагрузку, которую имел должник, эксплуатируя изъятые ответчиком помещения. При этом именно этим обстоятельством (наделением должника иными объектами в количестве 26 единиц) суд оправдывает действия должника и ответчика, направленные на отчуждение ликвидных активов в результате совершения спорных сделок. Доказательств того, что должник не использовал два изъятых помещения в материалы дела не представлено. Судом не приняты доводы конкурсного управляющего о том, что изъятые помещения пользуются спросом на рынке аренды недвижимого имущества; о том, что директор муниципального предприятия был подконтролен администрации и управлению, в связи с чем, письма, составленные ФИО5, не подтверждают инициативу по изъятию имущества от руководителя предприятия, обусловленную тяжестью бремени содержания помещений. Учитывая, что в последующем изъятое имущество было реализовано в пользу частных лиц, за счет чего казна пополнилась на 4 925 885,00 рублей, следует отнестись критически к доводам ответчика и третьего лица. Судом не принято во внимание решение Нижнетагильской городской Думы №51 от 25.10.2018 о признании технического состояния зданий (износ которых составил 37 и 40%) удовлетворительным, которые в последующем были реализованы с превышением начальной цены продажи указанных объектов. Суд не учел, что в управлении НМУП «ГУК» находилось 103 жилых дома на территории г. Нижний Тагил. После изъятия спорного имущества, в пользовании общества осталось 4 нежилых здания, используемые им для осуществления текущей хоз. деятельности. Изъятые помещения находились в непосредственной близости от обслуживаемых домов. После изъятия помещения по пр. Ленинградский, д.38, на протяжении 2018 года должник не располагал иными помещениями, свободными от прав третьих лиц, расположенными в квартале пр. Ленинградский, ул. Юность и пр. Дзержинского, для обслуживания рядом стоящего жилого фонда (размещения сотрудников и материалов). Отказ от помещений и их изъятие является немотивированным и незаконным, противоречит положениям статей 10 и 168 ГК РФ. Указанное свидетельствует о наличии цели причинения вреда, чему не дана надлежащая правовая оценка судом. Судом не был учтён существенный временной разрыв между совершенным изъятием помещений и передачей обществу иного недвижимого имущества (более 1 года), что не оправдывает изъятие имущества последующим наделением иным имуществом. Сами по себе сделки по изъятию и наделению имуществом не являются взаимосвязанными между собой, не взаимообусловливают друг друга, поэтому никакого отношения к оспариваемым сделкам факт последующего наделения общества имуществом не имеет, однако суд, основываясь лишь на позиции ответчика и третьего лица, без фактического исследования указанных конкурсным управляющим обстоятельств сделал неверный вывод об отсутствии вреда от совершения сделок за счет наделения должника иным непрофильным имуществом. Судом не принят во внимание размер кредиторской задолженности в размере 17 млн. рублей на дату первой и изъятия имущества. После изъятия имущества размер основного долга перед кредиторами, чьи требования включены в реестр, был увеличен в 2 раза. Судом не учтено, что изъятие имущества произведено фактически не по воле МУП «ГУК», а обусловлено желанием собственника реализовать имущество в пользу частных лиц и получить выгоду для муниципального бюджета, что прямо противоречит положениям пункта 1 статьи 295 ГК РФ. При этом пострадали интересы кредиторов должника, которые утратили возможность удовлетворения своих требований за счет этого имущества путем извлечения прибыли за счет сдачи имущества в аренду либо путем его продажи с согласия собственника от лица должника и пополнения активов должника. Судом первой инстанции не было учтено, что сделки имеют признаки подозрительности, выходящие за рамки презумпций, установленных положениями специальных норм Закона о банкротстве, в связи с чем неправомерно не применил положения статей 10, 168 ГК РФ в отношении оспариваемых сделок. Апеллянт полагает, что, поскольку судом первой инстанции неверно оценены фактические обстоятельства дела (в том числе в связи с тем, что при вынесении спорного судебного акта суд руководствовался исключительно доводами позиции ответчика и третьего лица, не обращая внимания на позицию, изложенную конкурсным управляющим), судом был сделан неверный вывод об отсутствии оснований для признания сделок недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Кроме того, суд не применил нормы статей 10, 168 ГК РФ для признания сделок недействительными по общим основаниям. 

Конкурсным управляющим при подаче апелляционной жалобы уплачена государственная пошлина в размере 3 000,00 рублей, что подтверждается платежным поручением №254 от 01.07.2022, приобщенным к материалам обособленного спора. 

До начала судебного заседания кредитором ОАО «МРСК Урала» представлен отзыв, в котором поддерживает доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего об отмене судебного акта и удовлетворении заявленных требований.

Заинтересованным лицом с правами ответчика муниципальным образованием город Нижний Тагил в лице администрации города Нижний Тагил представлен отзыв, в котором возражает против удовлетворения апелляционной жалобы конкурсного управляющего и просит оставить обжалуемое определение без изменения. 

В судебном заседании представители ответчика администрации  города Нижний Тагил и третьего лица управления муниципальным имуществом администрации города Нижний Тагил возражали против удовлетворения апелляционной жалобы конкурсного управляющего по основаниям, изложенным в отзыве ответчика, просили оставить судебный акт без изменения. Дополнительно пояснив, что после изъятия спорного имущества по инициативе самого же должника в муниципальную казу, предприятие было наделено 26 объектами недвижимости, которые в последующем получены должником в собственность и включены в конкурсную массу. Стоимость указанного имущества многократно превышает стоимость изъятого имущества. Таким образом, имущественный вред ни должнику, ни его кредиторам причинен не был. Кроме того, изъятое имущество было реализовано в том состоянии, в котором находилось после изъятия. Ремонт помещений производили последующие приобретатели. 

Иные лица, участвующие в деле и извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили, что в порядке статей 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ. 

Как следует из материалов дела и установлено судом, помещение с кадастровым номером 66:56:0208006:10220 по адресу: 

<

...> было передано в хозяйственное ведение и зарегистрировано за НМУП «ГУК» (правопредшественник ООО «ГУК») 12.05.2015 на основании акта о приёмке-передаче здания (сооружения), №00000170, выданного 27.08.2013 постановлением главы администрации г. Нижний Тагил №2056 от 16.08.2013, что подтверждается выпиской из ЕГРН от 28.01.2021 №КУВИ-002/2021-5056149. 

Помещение с кадастровым номером 66:56:0110008:650 по адресу: 

<

...> было передано в хозяйственное ведение и зарегистрировано за НМУП «ГУК» (правопредшественник ООО «ГУК») 12.05.2015 на основании акта о приёмке-передаче здания (сооружения) №00000171, выданного 27.08.2013 постановлением главы администрации г. Нижний Тагил № 2056 от 16.08.2013, что подтверждается выпиской из ЕГРН от 28.01.2021 №КУВИ-002/2021-5056149. 

Указанные помещения принадлежали на праве собственности муниципальному образованию «город Нижний Тагил», что подтверждается выпиской из ЕГРН и свидетельствами о государственной регистрации права. 

Постановлением администрации г. Нижний Тагил от 27.11.2017 №2872-ПА приняты в муниципальную казну от МУП «Городская управляющая компания» нежилые помещения №№7-17, 54-73 на поэтажном плане первого этажа здания (литер А), расположенного по адресу: 

<

...> кадастровым номером 66:56:0208006:10220; нежилые помещения №№59-70, расположенные по адресу: проспект Ленинградский, д. 38, с кадастровым номером 66:56:0110008:650.

Между НМУП «ГУК» и управлением муниципального имущества администрации города Нижний Тагил составлены акт №1 от 27.12.2017 о приёме-передаче объектов нефинансовых активов – помещений по адресу: ул. Землячки, д. 49 общей площадью 305,9 кв.м, и акт №2 от 12.02.2018 о приёме-передаче объектов нефинансовых активов – помещений по адресу просп. Ленинградский, д. 38, в которых содержатся сведения об их эксплуатации с 01.01.1963, 01.01.1966, общий срок эксплуатации составил 50,7 лет, 47,7 лет, соответственно, начислена 100% амортизация.

Постановлением администрации г. Нижний Тагил от 20.12.2019 №2798-ПА «Об условиях приватизации имущественного комплекса НМУП «ГУК» утверждён способ приватизации в форме преобразования его в ООО «Городская управляющая компания». Изъятое 27.12.2017 и 12.02.2018 имущество в состав подлежащего приватизации имущественного комплекса не попало.

НМУП «Городская управляющая компания» (правопредшественник, ИНН 

<

***>) было признано прекратившим деятельность путем реорганизации в форме преобразования 30.12.2019.

ООО «Городская управляющая компания» (правопреемник, должник, ИНН 

<

***>) создано 30.12.2019, о чем внесена запись ГРН №

<

***> (Сведения о реорганизации).

По мнению конкурсного управляющего, начисление 100% амортизации не свидетельствует о том, что имущество невозможно было использовать в целях реализации и проведения дальнейших расчётов с кредиторами должника. В хозяйственном ведении находилось недвижимое имущество, которое по состоянию на 24.02.2022 всё ещё существует как самостоятельные объекты недвижимости и имеет кадастровую стоимость, определённую по состоянию на 01.01.2019 в размере 4 822 872,04 рубля (ул. Землячки, д. 49) и по состоянию на 22.10.2020 в размере 2 587 865,72 рубля (просп. Ленинградский, д. 38).

Обращаясь в суд с заявлением о признании недействительными сделок по изъятию вышеуказанного имущества и его возврате в конкурсную массу либо взыскании его кадастровой стоимости, конкурсный управляющий указал на совершение указанной сделки во вред имущественным правам кредиторов с целью недопущения удовлетворения требований кредиторов при наличии у должника признаков неплатежеспособности, совершенной с нарушением требований гражданского законодательства, указав в качестве правовых оснований положения статьи 61.2 Закона о банкротстве и статей 10 и 168 ГК РФ. 

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности совокупности условий, необходимых для признания сделок должника недействительными, не усмотрев в действиях сторон злоупотребления правом при их совершении.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, выслушав участников процесса, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в силу следующего.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) и статье 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пункт 3 статьи 129 Закона о банкротстве позволяет конкурсному управляющему предъявлять иски, направленные на возврат имущества должника, о признании недействительными сделок, совершенных должником.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подаётся в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Согласно статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в самом Законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. 

Как разъяснено в пунктах 8, 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N63, неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 5 постановления от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63) разъяснил, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названого постановления Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал, что согласно абзацам 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При разрешении настоящего спора суд первой инстанции правильно исходил из того, что оспариваемые конкурсным управляющим сделки совершены (27.11.2017 – дата постановления, 27.11.2017 и 12.02.2018 – даты изъятия имущества) в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (26.08.2020), т.е. в течение срока подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Помимо периода «подозрительности» оспариваемых по специальным основаниям сделок, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 названного постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации,  в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. 

В соответствии с абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве вред, причиненный имущественным правам кредиторов, это уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

По мнению конкурсного управляющего, должник по состоянию на 01.11.2017 обладал признаками неплатежеспособности, поскольку задолженность перед ресурсоснабжающими организациями превышала 17 млн. рублей. 

Конкурсный управляющий должника полагает, что изъятие собственником имущества должника нежилых помещений, расположенных по адресам: 

<

...>, кадастровый номер 66:56:0208006:10220, пр. Ленинградский, д.38, кадастровый номер 66:56:0110008:650, являются ничтожными сделками, нарушившими права независимых кредиторов должника, утративших возможность удовлетворения своих требований за счёт реализации указанного недвижимого имущества (пункт 2 статьи 168 ГК РФ). 

Проанализировав доводы конкурсного управляющего, сопоставив их с представленными в материалы дела доказательствами, суд первой инстанции исходил из недоказанности наличия у должника признаков неплатёжеспособности, в силу того что по состоянию на 31.12.2017 должник располагал активами на сумму 32 167 000 рублей, при неисполненных обязательствах в 28 326 000 рублей и убытке в размере 8 156 000 рублей. Наличие долга перед ресурсоснабжающими организациями не превышало совокупного размера активов. 

В будущих периодах по итогам финансово-хозяйственной деятельности общества в 2019 – 2020 годах размер активов должника существенно увеличился и составил 52,9 млн. рублей и 70,814 млн рублей, соответственно, по итогам каждого года. При этом размер обязательств увеличился незначительно до 35,037 млн. рублей и 35 396 млн. рублей, и сократился 2 совокупный размер убытка до 4,2 млн. рублей и 2,5 млн. рублей, соответственно. В настоящий момент в реестр требований кредиторов должника включены требования на сумму 38,9 млн. рублей. 

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о невозможности однозначно утверждать, что в результате совершения сделок либо в момент их совершения должник отвечал либо стал отвечать признаку недостаточности имущества. То есть сами по себе данные сделки не привели общество к состоянию недостаточности имущества и не стали объективной и непосредственной причиной невозможности проведения расчётов с кредиторами в связи с отсутствием у должника изъятого собственником имущества. 

Из материалов дела объективно установлено, что передача спорного имущества в муниципальную казну была произведена с целью уменьшения финансовой нагрузки, связанной с содержанием объектов недвижимого имущества, которое обществом не эксплуатировалось. 

Так, 03.11.2017 и 08.12.2017 директор НМУП «ГУК» (правопредшественник должника)  ФИО5 обратилась к и.о. главы администрации муниципального образования «город Нижний Тагил» с заявлением о принятии имущества (объектов недвижимого имущества, помещений), расположенного в 

<

...> и на просп. Ленинградский, д. 38 (далее – помещения), в муниципальную собственность, в связи с тем, что помещения не используется предприятием, финансовая нагрузка по оплате коммунальных и иных платежей отрицательно сказывается на финансовом положении организации.

Управление муниципального имущества администрации города Нижний Тагил (далее - МКУ УМИ), производя принятие в муниципальную казну помещений по адресам: 

<

...> выполняло постановление администрации города Нижний Тагил №2872-ПА от 27.11.2017.

В связи с чем, выводы суда о том, что помещения фактически не изымались у должника по волеизъявлению собственника, а инициатором принятия имущества в муниципальную казну выступал сам должник.

Доводы апеллянта о том, что изъятие имущества было произведено по воле собственника имущества, поскольку ФИО5, будучи руководителем муниципального предприятия, учрежденного непосредственно администрацией г. Нижний Тагил, не могла самостоятельно принять данное решение, являются необоснованными и документально не подтверждены. 

Из пояснений заинтересованного лица и третьих лиц судом установлено, что помещения не использовались должником для осуществления уставной деятельности, кроме того находились в неудовлетворительном техническом состоянии и требовали проведения ремонта, их выбытие не могло оказать негативное влияние на экономическое состояние должника. Данные обстоятельства подтверждаются в частности актом осмотра от 07.12.2017, письмами должника с просьбой разрешить сдачу помещения в аренду, письмами с просьбой принять указанные помещения в казну муниципального образования в связи с их неиспользованием и необходимостью снижения финансовой нагрузки на предприятии по оплате коммунальных платежей.

Действительно, после передачи имущества в муниципальную казну, спорные помещения были выставлены на торги и реализованы по цене 3 075 285,00 рублей (помещение по пр. Ленинградский,38 в г. Нижний Тагил – договор купли-продажи от 06.07.2018, покупатель ФИО6) и 1 850 600,00 рублей (помещение по ул. Землячки,49 в г. Нижний Тагил – договор купли-продажи от 03.04.2019, покупатель ФИО7).

Вместе с тем, взамен вышеуказанного имущества должнику по итогам рассмотрения письма от 28.02.2019 №437 для расширения зоны обслуживания населения, привлечения дополнительного жилого фонда на обслуживание в соответствии с постановлением администрации города Нижний Тагил 01.04.2019 №598-ПА на праве хозяйственного ведения было предоставлено 26 помещений остаточной стоимостью 15 955 073,16 рубля, которое в последующем в порядке приватизации перешло в собственность должника и включено в его конкурсную массу.

Согласно оценке, произведенной конкурсным управляющим должника, рыночная стоимость 26 объектов недвижимости составила 41 801 000,00 рублей.

Таким образом, стоимость переданного должнику имущества, как по остаточной стоимости, так и по рыночной стоимости, которое может быть использовано должником для получения прибыли, значительно превысило стоимость выбывшего имущества, которое в хозяйственной деятельности не использовалось.

Доказательств использования спорного имущества в хозяйственной деятельности должника не представлено.

Доводы конкурсного управляющего, что должник был лишен помещений, в которых могли быть размещены сотрудники общества, его имущество (приближенно к объектам, находящимся в управлении должника), не являются безусловным основанием для вывода о том, что должник был лишен имущества, используемого в его деятельности.

В данном случае полагать, что должник был лишен ликвидного актива, от реализации которого (либо сдачи его в аренду), могли быть удовлетворены требования кредиторов, в последующем включенные в реестр, не имеется.

В рассматриваемом случае, передача спорного имущества в муниципальную казну не может рассматриваться как безвозмездное изъятие актива должника, поскольку должник был наделен имуществом, используемым должником в своей деятельности, стоимость которого многократно превышает стоимость переданного в казну имущества. 

Следовательно, уменьшение имущества должника не произошло, вред имущественным правам должника, а также его кредиторам в результате совершения вышеуказанных сделок, причинен не был. 

Соответственно, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований для признания сделки недействительной применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Ссылка конкурсного управляющего о наличии оснований для признания недействительности сделки применительно к положениям статей 10 и 168 ГК РФ также обоснованно отклонены судом первой инстанции. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 4 постановления ВАС РФ от 23.12.2010 №63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что  сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. 

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 №127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В обоснование своей позиции конкурсный управляющий указал на изъятие имущества из хозяйственного ведения должника в нарушение положений статей 295, пункта 2 статьи 296 и пункта 3 статьи 299 Гражданского кодекса Российской Федерации, и недопустимость добровольного отказа предприятия от имущества, закрепленного за ним на праве хозяйственного ведения (пункт 3 статьи 18 Закона о банкротстве).

В соответствии со статьей 113 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) унитарным предприятием признается коммерческая организация, не наделенная правом собственности на закрепленное за ней собственником имущество. Имущество государственного или унитарного предприятия находится в государственной или муниципальной собственности и принадлежит такому предприятию на праве хозяйственного ведения или оперативного управления. 

Согласно пункту 1 статьи 7 Федерального закона от 14.11.2002 №161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» (далее – Закон о государственных и муниципальных унитарных предприятиях) собственник имущества, находящегося в хозяйственном ведении, в соответствии с законом, в том числе осуществляет контроль за использованием по назначению и сохранностью принадлежащего предприятию имущества (пункт 1 статьи 295 ГК РФ). 

Предприятие не вправе продавать принадлежащее ему на праве хозяйственного ведения недвижимое имущество, сдавать его в аренду, отдавать в залог, вносить в качестве вклада в уставный (складочный) капитал хозяйственных обществ и товариществ или иным способом распоряжаться этим имуществом без согласия собственника (пункт 2 статьи 295 ГК РФ). 

В соответствии с пункты 1, 3 статьи 299 ГК РФ право хозяйственного ведения имуществом, в отношении которого собственником принято решение о закреплении за унитарным предприятием, возникает у этого предприятия с момента передачи имущества, если иное не установлено законом и иными правовыми актами или решением собственника. Право хозяйственного ведения имуществом прекращается по основаниям и в порядке, предусмотренным указанным Кодексом, другими законами и иными правовыми актами для прекращения права собственности, а также в случаях правомерного изъятия имущества у предприятия по решению собственника. 

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как указывалось выше, взамен переданного в муниципальную казну имущества, должник получил взамен имущество, рыночная стоимость которого практически 10 раз превышает стоимость спорного имущества.

Доказательств того, что в результате выбытия спорного имущества, была блокирована уставная деятельность общества, конкурсным управляющим ни суду первой, ни суду апелляционной инстанции представлено не было.

Временной разрыв между переданным в муниципальную казну имуществом и наделением общества другим имуществом, необходимым для осуществления уставной деятельности предприятия, также не свидетельствует о совершении сделки с противоправной целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Соответственно, полагать, что оспариваемая сделка совершена со злоупотреблением права, основания отсутствуют. 

Учитывая, что должнику поступило имущество, превышающее стоимость выбывшего имущества, при отсутствии доказательств того, что замена имущества должника повлекла за собой невозможность включения имущества в конкурсную массу должника, её существенное уменьшение, суд первой инстанции обоснованно указал на недоказанность причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения оспариваемых сделок применительно и к положениям статей 10 и 168 АПК РФ.

Тем более, что признаков недействительности (ничтожности) сделки, имеющих пороки, которые не охватываются диспозицией статьи 61.2 Закона о банкротстве, конкурсным управляющим не приведено и судом первой инстанции обоснованно не установлено. 

На основании чего, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о законности и обоснованности обжалуемого судебного акта. Доводы же апеллянта фактически свидетельствуют о несогласии с выводами, сделанными судом первой инстанции, и подлежат отклонению как необоснованные. 

Учитывая, что заявитель в апелляционной жалобе не ссылается на доказательства, и не приводит доводы, которые бы не были учтены и оценены судом первой инстанции, равно как и доказательства, которые бы опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционный суд приходит к мнению о том, что спор рассмотрен судом первой инстанции полно и всесторонне, нормы материального и процессуального права не нарушены, выводы суда о применении норм права соответствуют установленным по делу обстоятельствам и имеющимся доказательствам, в связи с чем, не имеется правовых оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

С учетом изложенного, оснований для отмены определения от 24.01.2020, предусмотренных статьей 270 АПК РФ, не имеется. Нарушений судом первой инстанции норм материального и процессуального права судом апелляционной инстанции не установлено. В удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 104, 110, 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 17 июня 2022 года по делу №А60-38757/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

   Л.М. Зарифуллина 

 

 

Судьи

 

            Е.О. Гладких 

 

 Л.В. Саликова