АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТОМСКОЙ ОБЛАСТИ

634050, пр. Кирова д. 10, г. Томск, тел. (3822)284083, факс (3822)284077, http://tomsk.arbitr.ru, e-mail: tomsk.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

 

г. Томск                                                                                                      Дело № А67-4713/2022

02.02.2024 

Резолютивная часть решения объявлена 22.01.2024.

 

Арбитражный суд Томской области в составе судьи М. В. Пирогова

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев  в судебном заседании с применением веб-конференции дело  по исковому заявлению 

ООО «Норд Империал» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

к ООО «Стимул-Т» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

о взыскании 1 229 267,06 долларов США основной задолженности по договору от 26.08.2009 № 360-2009, подлежащих оплате в рублях по курсу ЦБ РФ на дату фактической уплаты денежных средств, увеличенному на 1%, сумму пени в размере 624 061,92  долларов США, подлежащей оплате в рублях по курсу ЦБ РФ на дату фактической уплаты денежных средств, увеличенной на 1%, начисленной за период с 11.11.2021 по 06.11.2023, 

третье лицо - Федеральная антимонопольная служба (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) временный управляющий ООО «Стимул-Т» ФИО2;

 

при участии в заседании:

от истца –  ФИО3 по доверенности № 06 от 09.01.2023, паспорт, диплом; ФИО4 по доверенности № 04 от 09.01.2023, паспорт, диплом,

от ответчика –  ФИО5 по доверенности № 54 от 01.09.2023, паспорт, диплом.

от временного управляющего  ООО «Стимул-Т» - ФИО2 (веб-конференция);

от ФАС – не явились (извещены). 

 

У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью «Норд Империал» (далее по тексту -ООО «Норд Империал», истец) обратилось в арбитражный суд Томской области с иском  к обществу с ограниченной ответственностью «Стимул-Т» (далее - ООО «Стимул-Т», ответчик) о взыскании 1 229 467,06 долларов США, подлежащих оплате в рублях по курсу Центрального Банка РФ на дату фактической уплаты денежных средств (исполнения решения суда), увеличенному на 1%; сумму пеней за нарушение сроков оплаты, начисленную по состоянию на 30.03.2022 в размере 74 037,24 долларов США, подлежащую оплате в рублях по курсу Центрального Банка РФ на дату фактической уплаты денежных средств (исполнения решения суда), увеличенному на 1%; сумму пеней за нарушение сроков оплаты задолженности за услуги, оказанные с октября 2021 г. по февраль 2022 г. включительно, из расчета 0,1 % от суммы задолженности за каждый день просрочки, начиная с 31.03.2022 по дату фактической уплаты суммы задолженности (за исключением периода действия моратория), подлежащую оплате в рублях по курсу Центрального Банка РФ на дату фактической уплаты денежных средств (исполнения решения суда), увеличенному 1%, взыскать сумму пеней за нарушение сроков оплаты задолженности за услуги, оказанные в марте 2022 с 12.04.2022 по дату фактической оплаты, подлежащую оплате в рублях по курсу Центрального Банка РФ на дату фактической уплаты денежных средств (исполнения решения суда), увеличенному 1%.

Ответчик против заявленных требований возражал по основаниям, изложенным в отзыве, дополнительных письменных пояснениях.

Определением от 07.11.2023 суд  привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Федеральную антимонопольную службу.

 Определением от 05.12.2023  суд  привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора   временного управляющего ООО «Стимул-Т» - ФИО2, члена Ассоциации саморегулируемой организации «Объединение арбитражных управляющих «Лидер». 

Представитель ФАС в заседание не явился, заявил о рассмотрении дела в его отсутствие.

Временный управляющий ООО «Стимул-Т» в отзыве против удовлетворения иска возражал. 

В судебном заседании 22.01.2024 истец заявил об уточнении размера исковых требований с учетом последствий введения в отношении ответчика процедуры наблюдения, просил взыскать: 

1.     задолженность за оказанные услуги в размере 1 229 267,06 долларов США, подлежащую оплате в рублях по курсу Центрального Банка РФ на дату фактической уплаты денежных средств (исполнения решения суда), увеличенному на 1%;

2.     сумму пеней за нарушение сроков оплаты, начисленную по состоянию на 06.11.2023 г. (с исключением периода действия моратория, введенного постановлением Правительства РФ от 28.03.2022 г. № 497) в размере 624 061,92 долларов США, подлежащую оплате в рублях по курсу Центрального Банка РФ на дату фактической уплаты денежных средств (исполнения решения суда), увеличенному на 1%;

3.     сумму пеней за нарушение сроков оплаты из расчета 0,1% от суммы задолженности за каждый день просрочки, начиная с 07.11.2023 г. по дату фактической уплаты суммы задолженности, подлежащую оплате в рублях по курсу Центрального Банка РФ на дату фактической уплаты денежных средств (исполнения решения суда), увеличенному на 1% (с исключением периода с даты введения в отношении ООО «Стимул-Т» процедуры банкротства - наблюдения и до даты прекращения судом производства по делу о банкротстве).

Данное уточнение судом принято в части пунктов 1 и 2, в принятии требования по п.3 судом отказано, поскольку является новым требованием, что не лишает истца реализовать право на его предъявление в случае прекращения судом производства по делу о банкротстве. Дело рассматривается в уточненном размере требований.

Дело рассматривается в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителя ФАС с учетом его надлежащего извещения.

Представители истца в  судебном заседании требования поддержали, против приостановления производства по делу в связи с введением в отношении ответчика процедуры наблюдения  возражали.

Представитель ответчика и временный управляющий ответчика в судебном заседании против иска возражали.

Заслушав представителей сторон и третьего лица, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее также – АПК РФ), суд полагает, что требования подлежат удовлетворению частично, исходя из следующего.

Сторонами признается и подтверждается  материалами дела, что между ООО «Стимул-Т» и ООО «Норд Империал» заключен договор от 26.08.2009 № 360-2009 на оказание услуг по приему, хранению, транспортировке и сдаче товарной нефти (далее также – договор).

В соответствии с пунктом 2.1 договора (в редакции дополнительного соглашения №2 от 06.09.2012 к договору) заказчик обязуется передавать товарную нефть на пункте сдачи нефти заказчика исполнителю, а исполнитель обязуется осуществлять приёмку, хранение, транспортировку и сдачу товарной нефти заказчика в систему магистральных нефтепроводов ОАО АК «Транснефть» (далее – услуги) в соответствии с настоящим договором.

Прием товарной нефти исполнителем на точке врезки трубопровода заказчика и сдача ее в систему магистральных нефтепроводов на ПСП Завьялово оформляется актом приема-сдачи нефти в количестве нефти, принятой исполнителем от заказчика за минусом нормативных технических/транспортных (технологических) потерь нефти, согласованных в регламенте взаимоотношений между ООО «Стимул-Т» и ООО «Норд Империал» (пункт 6.2 договора).

Согласно пункту 6.3 договора сдача-прием товарной нефти на точке врезки трубопровода заказчика осуществляется согласно утвержденному графику передачи товарной нефти (приложение № 1), согласованному в соответствии с пунктом 2.3 или любыми утвержденными к нему поправками.

В соответствии с пунктом 7.1 договора (в редакции дополнительного соглашения № 1 от 01.09.2010), стоимость услуг, оказываемых по настоящему договору (включая услуги по приему, доподготовке Нетоварной нефти до состояния Товарной нефти, хранению, транспортировке и сдаче) определяется, исходя из количества нефти и тарифов за тонну нефти (Цена), указанных в Приложении №2. Цена определяется поквартально в долларах США на основании индексации Цены предыдущего квартала в соответствии с Индексом потребительских цен (далее – ИПЦ). Цена в рассматриваемом квартале ни при каких обстоятельствах не может быть ниже Цены, определенной для непосредственно предшествующего квартала. Цена по каждому кварталу будет определяться по формуле:

Цена (n+1) = Цена (n) * ИПЦ (n) / ИПЦ (n-1),

где

Цена (n+1) – цена в рассматриваемом квартале n+1;

Цена (n) – цена в квартале n (то есть, цена в предыдущем квартале);

ИПЦ (n) – индекс потребительских цен на последний день квартала n (то есть, на последний день предыдущего квартала);

ИПЦ (n-1) – индекс потребительских цен на последний день квартала n-1 (то есть, на последний день квартала, предшествующего предыдущему).

Рабочий пример применения вышеприведенной формулы на основании расчетных значений приведен в Приложении № 4 к договору.

По тексту пункта 7.2 договора (в реакции дополнительного соглашения №1 от 01.09.2010) согласованная цена на дату настоящего договора определена в «Протоколе согласования договорной цены услуг на квартал, начинающийся 1 января 2010 г.» в Приложении №2 и первая ежеквартальная индексация с применением индекса потребительских цен в соответствии с п. 7.1 вступает в силу с 1 октября 2010 года на основании изменения Индекса потребительских цен в третьем квартале 2010 г. Цена, определенная на квартал, не может быть ниже цены, определенной на предыдущий квартал. В случае если совершаемая поправка в каком-либо квартале (кварталах) окажется отрицательной, это будет учтено при определении цены в том последующем квартале, где поправка окажется положительной. В случае прекращения или любого изменения метода расчета индекса потребительских цен соответствующими органами Российской Федерации, стороны обоюдно и добросовестно согласуют метод расчета цены на основании измененного индекса потребительских цен для осуществления экономических планов сторон.

Согласно разделу 1 договора, под индексом потребительских цен стороны согласовали индекс, рассчитанный органами государственной статистики РФ в соответствии с постановлением Госкомстата РФ №23 от 25.03.2002 «Об утверждении Основных положений о порядке наблюдения за потребительскими ценами и тарифами на товары и платные услуги, оказанные населению, и определения индекса потребительских цен».

Цена не включает в себя налог на добавленную стоимость (НДС) и/или прочие применимые налоги на услуги. НДС и/или другие применимые налоги должны начисляться и уплачиваться сверх цены в порядке, установленном в соответствии с действующим законодательством (пункт 7.3 договора).

Заказчик оплачивает услуги, оказанные в отчетном месяца не позднее 10 числа месяца, следующего за отчетным путем перечисления средств на банковский счет исполнителя. Платежи осуществляются на основании актов сдачи-приемки нефти, подписанных обеими сторонами и выставленных счетов-фактур (пункт 7.4 договора).

В соответствии с положениями пункта 7.5 договора в случае нарушения пункта 7.4 заказчик уплачивает пеню в размере 0,1% суммы неоплаченной задолженности за каждый день просрочки без ущемления остальных прав исполнителя по договору.

Согласно пункту 7.9 договора предусмотрено, что все суммы к уплате заказчиком в пользу исполнителя должны быть выплачены в российских рублях с конвертацией по курсу Центробанка Российской Федерации плюс 1% на дату платежа.

Договор вступает в силу с момента его подписания и действует в течение 25 лет (пункт 12.1 договора).

Протоколами от 26.08.2009 сторонами согласован график передачи товарной нефти и цены на услуги по приему, хранению, транспортировке и сдаче товарной нефти на квартал, начинающийся 01.01.2010.

Порядок взаимоотношений оперативного персонала и полномочных представителей ООО «Стимул-Т» и ООО «Норд Империал» по вопросам приема, учета количества, контроля и определения параметров качества, транспортировки и сдачи товарной нефти заказчика; порядок учета товарной нефти; диспетчеризацию процесса приема товарной нефти, транспортировки и сдачи на УПН, маршрута, хранения и транспортировки по технологическим и магистральным нефтепроводам; оформление приемо-сдаточных документов при проведении товарно-коммерческих операций нефти; отчетность по оказанию услуг по приему, подготовке, сдаче, транспортировке и хранению нефти; порядок определения показателей качества нефти определен регламентом взаимоотношений между ООО «Стимул-Т» и ООО «Норд Империал» по приему, транспортировке и сдаче нефти на УПН «Киев-Ёганское» ООО «Норд Империал».

Исполнение истцом обязанности по договору подтверждается сводными ведомостями и реестрами актов приема-сдачи нефти. Ответчику были выставлены счета на оплату.

В связи с неоплатой услуг, оказанных истцом ответчику с октября 2021 г. по март  2022 г. включительно, истцом в адрес ответчика была направлена претензия от 14.04.2022 исх. № 670.

Письмом от 16.05.2022 ответчик в полном объеме отказал в удовлетворении претензии.

Неисполнение ответчиком требований истца об оплате задолженности и пени послужило основанием для обращения в суд с рассматриваемым иском.

По существу различные подходы сторон и третьего лица связаны с толкованием условий заключенного договора в части установления цены услуг.

При рассмотрении спора суд исходит, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Основания для иного распределения бремени доказывания в данном деле не усматривается.

В силу статей 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации стороны пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований и возражений.

В силу статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии со статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом или иными правовыми актами.

В соответствии с пунктом 2 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

В силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В силу пункта 1 статьи 781 ГК РФ заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Согласно статье 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3).

Статьей 10 ГК РФ установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (пункт 1).

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В силу статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 16 "О свободе договора и ее пределах" (далее - Постановление Пленума N 16), согласно пункту 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано обязательными для сторон правилами, установленными законом или иными правовыми актами (императивными нормами), действующими в момент его заключения (статья 422 ГК РФ). 

На основании статьи 431 ГК РФ суд устанавливает действительную волю сторон исходя из положений подписанного сторонами договора, иных доказательств по делу, принимая во внимание практику, сложившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон.

При этом в пункте 11 Постановления Пленума N 16 разъяснено, что при разрешении споров, возникающих из договоров, в случае неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон с учетом цели договора, в том числе исходя из текста договора, предшествующих заключению договора переговоров, переписки сторон, практики, установившейся во взаимных отношениях сторон, обычаев, а также последующего поведения сторон договора (статья 431 ГК РФ), толкование судом условий договора должно осуществляться в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия.

Как разъяснено в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" (далее - Постановление N 49), условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3 и 422 ГК РФ).

 При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

   Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

   Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

 Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Суд отклоняет доводы ответчика о квалификации договора в качестве договора присоединения  как необоснованные и противоречащие пунктам 1, 3 статьи 428 ГК РФ.

При оценке поведения сторон при заключении, изменении и исполнении рассматриваемого договора суд не усматривает диспаритета переговорных возможностей, наличие слабой стороны договора. Оба участника обладают необходимыми компетенциями и осуществляют профессиональную коммерческую деятельность в рассматриваемой сфере.

Исследование  условий договора, а также взаимоотношений сторон при его заключении позволяют сделать вывод о том, что заключенный между сторонами договор не является стандартизированным формуляром, возможность принятия которого стороной могла быть осуществлена только путем присоединения к предложенному договору в целом. Напротив, указанный договор  представляет собой результат реализации сторонами переговорных процедур, реализации диспозитивности его условий. Доказательств давления со стороны истца на ответчика и возможностей для этого не представлено. Также не раскрыто,  какие условия, обычно предоставляемые в пользу заказчика по договорам такого вида, был лишен ответчик. Ответчик не указал, какие именно условия договора являются для него явно обременительными, которые он, исходя из своих разумно понимаемых интересов, не принял бы.

При рассмотрении  довода ответчика о неправильном расчете задолженности суд исходит из следующего.

Так, согласно разделу 1 договора под индексом потребительских цен стороны согласовали индекс, рассчитанный органами государственной статистики РФ в соответствии с постановлением Госкомстата РФ №23 от 25.03.2002 г. «Об утверждении Основных положений о порядке наблюдения за потребительскими ценами и тарифами на товары и платные услуги, оказанные населению, и определения индекса потребительских цен».

Первоначальная редакция приложение № 4 к договору «Рабочий пример повышения цены применением индекса потребительских цен (в отношении пункта 7.1 настоящего Договора)» в последующем была изменена сторонами при заключении дополнительного соглашения от 01.09.2010 № 1 к договору. В соответствии с пунктом 24 дополнительного соглашения от 01.09.2010 № 1 к договору настоящее дополнительное соглашение применяется к отношениям сторон, возникшим с даты заключения договора № 360-2009.

Таким образом, сторонами было согласовано, что Приложение № 4 к договору (в редакции дополнительного соглашения от 01.09.2010 № 1) (далее также – Приложение № 4 2010 года) полностью заменяет собой первоначальную редакцию Приложения № 4 к договору (далее также – Приложение №4 2009 года), которое, в свою очередь, не подлежит применению к отношениям сторон.

В связи с изложенным довод ответчика о том, что в настоящее время отношения сторон регулируются двумя редакциями Приложения № 4 к договору (в первоначальной редакции и в редакции дополнительного соглашения от 01.09.2010 № 1 к договору) судом отклоняется, как прямо противоречащий условиям пункта 24 дополнительного соглашения № 1 к договору.

В соответствии с Приложением № 4 к договору (в редакции дополнительного соглашения от 01.09.2010 № 1) порядок определения Индекса потребительских цен предполагает использование данных в виде процентов (%) к декабрю предыдущего года.

Частью формулы, указанной в пункте 7.1 договора и в Приложении № 4 к договору, является деление ИПЦ (n) на ИПЦ (n-1). Деление одного числа на другое всегда представляет собой операцию по кратному сравнению чисел. Кратное сравнение чисел – это сравнение, которое позволяет узнать, во сколько раз одно число больше или меньше другого. Задача на кратное сравнение решается делением (например, Моро М. И., ФИО6 и др. Математика 3 класс. Учебник для общеобразовательных организаций М.; Просвещение, 2017. – с. 42).

Таким образом, осуществляя деление значения ИПЦ квартала n на значение ИПЦ квартала n-1 (то есть соседнего предшествующего квартала) стороны договора фактически решают задачу кратного сравнения: во сколько раз значение ИПЦ (n) больше или меньше ИПЦ (n-1).

В соответствии с пунктом 4 Официальной статистической методологии наблюдения за потребительскими ценами на товары и услуги и расчета индексов потребительских цен (утв. приказом Росстата от 15.12.2021 г. №915) (далее также – Методология) индекс потребительских цен на товары и услуги имеет широкую область применения и, в первую очередь, используется в качестве одного из важнейших показателей, характеризующих инфляционные процессы в стране. ИПЦ используется при пересчете макроэкономических показателей из текущих цен в сопоставимые цены. Он исчисляется также с целью характеристики изменения потребительских расходов населения на товары и платные услуги в текущем периоде по сравнению с предыдущим (базисным) периодом под влиянием изменения цен на эти товары и услуги по отдельным субъектам Российской Федерации и Российской Федерации в целом.

Таким образом, согласованная сторонами в договоре формула индексации тарифа путем ежеквартальной индексации на индекс потребительских цен является способом запаздывающей на один квартал корректировки цены услуг на изменение уровня инфляции.

К такому же выводу пришел Арбитражный суд Томской области  во вступившем в законную силу решении от 14.03.2023 по делу № А67-9983/2023.

Конкретные значения ИПЦ на каждый квартал каждого года оказания услуг обеими сторонами определялись в соответствии с информацией и по правилам, размещенным на официальном сайте Росстата https://rosstat.gov.ru/statistics/price «Индексы потребительских цен на товары и услуги по Российской Федерации в 1991-2022гг.».

Материалами дела установлено и не оспаривается сторонами, что конкретные значения ИПЦ на каждый квартал каждого года оказания услуг определены сторонами в одинаковых размерах.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о наличии следующих правил проведения индексации цены, согласованной сторонами в договоре:

1) индексация осуществляется ежеквартально (п.п. 7.1, 7.2 договора, Приложения № 4 к договору);

2) для проведения индексации необходимо осуществить сравнение ИПЦ предыдущего квартала (квартал n) и ИПЦ квартала, предшествующего предыдущему (квартал n-1) (содержание формулы, указанной в пункте 7.1 договора, Приложении № 4 к договору);

3) сравнение необходимо для выявления величины изменения значения ИПЦ одного квартала по сравнению с кварталом, непосредственно предшествующим ему (содержание формулы, указанной в пункте 7.1 договора, Приложении № 4 к договору);

4) сравнению подлежат значения ИПЦ именно между двумя соседними кварталами (содержание формулы, указанной в пункте 7.1 договора, Приложении № 4 к договору);

5) прекращение или изменение метода расчета индекса потребительских цен непосредственно влияет на метод расчета цены. Соответственно метод расчета ИПЦ и метод расчета цены подчиняются единым правилам (пункт 7.2 договора);

6) метод расчета ИПЦ регулируется на основании нормативных правовых актов, издаваемых Росстатом (ранее – Госкомстатом). Соответственно, метод расчета цены должен основываться на правилах, установленных Росстатом для расчета ИПЦ (раздел 1 термин «Индекс потребительских цен», пункт 7.2 договора, Приложение № 4 к договору).

В соответствии с пунктом 8 Методологии в качестве основных понятий и определений Методологией используется, в том числе:

 - понятие «базисный период индекса» - период, для которого значение индекса устанавливается равным 1,0 или 100%.

Понятие базисного периода индекса изначально содержится во всех нормативно-правовых актах, издаваемых государственными органами РФ в области статистики (в том числе, в постановлении Госкомстата РФ от 25.03.2002 № 23, действовавшем на момент заключения сторонами договора).

Таким образом, несмотря на регулярное обновление государственными органами РФ в области статистики нормативно-правовых актов, регулирующих порядок определения индекса потребительских цен, условие о необходимости учета базисного периода индекса осталось неизменным.

В соответствии с пунктом 44 Методологии в качестве цен базисного периода при расчете индекса потребительских цен на товары и услуги выступают цены декабря предыдущего года.

Таким образом, сторонами было согласовано, что предусмотренная договором формула индексации тарифа на услуги должна учитывать в качестве базисного периода индекса декабрь предыдущего года, а также необходимость использования значения годового ИПЦ (за предыдущий год) равным 100% при сравнении изменения ИПЦ (а, значит, уровня инфляции) за первый квартал текущего года по сравнению с четвертым кварталом предыдущего года.

В соответствии с формулой, предусмотренной договором, такое сравнение возникает при индексации тарифа на каждый второй квартал каждого года оказания услуг: когда необходимо сравнить изменение ИПЦ, произошедшее в первом квартале текущего года по сравнению с четвертым кварталом предыдущего года.

Таким образом, при определении изменения индекса потребительских цен в первом квартале нового года по отношению к 4 кварталу предыдущего года индекс потребительских цен на 4 квартал предыдущего года (на 31 декабря) признается базисным, а значение индекса потребительских цен устанавливается равным 1,0 или 100%.

Исходя из положений  действующего законодательства РФ и условий договора суд приходит к выводу, что применение формулы индексации тарифа, предусмотренной в пункте 7.1 договора, в Приложении № 4 к договору, предполагает, что:

 - при индексации тарифа на каждый последующий квартал оказания услуг (за исключением индексации тарифа на каждый второй квартал каждого года) необходимо в числителе дроби (ИПЦ (n)) указывать значение ИПЦ, определенное на истекший квартал оказания услуг, а в знаменателе дроби (ИПЦ (n-1)) указывать значение ИПЦ, определенное на квартал, предшествующий истекшему кварталу оказания услуг;

 - при индексации тарифа на каждый второй квартал каждого года оказания услуг необходимо в числителе дроби (ИПЦ (n)) указывать значение ИПЦ, определенное на истекший квартал оказания услуг (1 квартал текущего года), а в знаменателе дроби (ИПЦ (n-1)) необходимо указывать значение ИПЦ, равное 100.

В ходе судебного разбирательства ответчиком и третьим лицом заявлялись  ходатайства о назначении по делу судебной экспертизы и о привлечении к участию в деле специалистов. 

Протокольными определениями  суд отказал в удовлетворении данных ходатайств ввиду того, что судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные знания, в то время как вопросы, изложенные в ходатайстве ответчика и третьего лица, касаются толкования условий договора, что является вопросом применения норм права, носит исключительно правовой характер и относится к компетенции суда, поскольку  не требует каких-либо специальных познаний.

Из представленных сторонами объяснений следует, что в течение всего периода действия договора общее годовое количество (масса) нефти, переданной заказчиком исполнителю в рамках договора, никогда не превышало 100 тысяч тонн. Указанное обстоятельство подтверждается представленными сторонами в материалы дела расчетами:

- «Итоговый расчет тарифа на услуги по договору от 26.08.2009 № 360-2009, подготовленный со стороны ООО «Норд Империал» (приобщен истцом вместе с заявлением об уточнении размера исковых требований от 27.12.2022);

 - «Расчет тарифа на услуги по договору от 26.08.2009 № 360-2009» (приобщен ответчиком вместе с дополнением к отзыву на исковое заявление от 24.10.2022).

Из содержания указанных расчетов следует, что в период с 4 квартала 2010 г. по 3 квартал 2022 г. включительно сторонами для оплаты услуг применялся и индексировался тариф, предусмотренный для оказания услуг в отношении товарной нефти заказчика в объеме не более 100 тысяч тонн в год.

В соответствии с Приложением №2 к договору (в редакции дополнительного соглашения №1 от 01.09.2010 г.) первоначальный (исходный) размер тарифа за оказание услуг в отношении товарной нефти заказчика в объеме не более 100 тысяч тонн в год составлял 20,29 долларов США (без учета НДС).

Из представленных сторонами письменных объяснений и вышеуказанных расчетов следует, что первая индексация тарифа была осуществлена сторонами с 1 квартала 2011 года (несмотря на то, что пунктом 7.2 договора первая индексация тарифа предусматривалась с 1 октября 2010 года).

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства и осуществив проверку представленных сторонами расчетов тарифа на услуги по договору, суд приходит к выводу о том, что правильным является расчет тарифа на услуги, подготовленный истцом, поскольку расчет ответчика не учитывает необходимость использовать ИПЦ (n-1) в значении 100% при индексировании тарифа на каждый второй квартал каждого года оказания услуг, что влечет за собой ошибочность расчета.

Доводы ответчика и представленные им доказательства, обосновывающие отсутствие необходимости использовать ИПЦ (n-1) в значении 100% при индексировании тарифа на каждый второй квартал каждого года оказания услуг отклоняются судом по следующим причинам.

Указанные доводы ответчика прямо противоречат буквальному содержанию условий договора: термину «Индекс потребительских цен» раздела 1 Договора, п.п. 7.1, 7.2 договора, Приложению № 4 к договору и прямо противоречат общей воле сторон с учетом цели договора.

Как уже было отмечено судом, первоначально сторонами было согласовано Приложение № 4 к договору в редакции, отличающейся от редакции, утвержденной дополнительным соглашением от 01.09.2010 № 1 к договору.

Сравнение содержания обеих редакций Приложения № 4 к договору позволяет сделать следующие выводы:

1) сама формула расчета тарифа является одинаковой;

2) в Приложении № 4 2009 года данные индекса потребительских цен используются в виде процентов, установленных к единой базе – среднегодовым ценам 2000 г., принятым равными 100%. Указанная информация находится на сайте www.gks.ru, а именно: https://www.gks.ru/bgd/free/b00_24/isswww.exe/stg/d000/I000650R.HTM. Ссылка на указанную информацию также содержится в заключении специалистов от 24.01.2023 № 01К/2023, подготовленном ООО «Институт оценки», представленном в материалы дела ответчиком.

В рабочем примере в Приложении № 4 2009 года указаны значения ИПЦ:

 - на 31.12.2007 равное 251,5% (к среднегодовым ценам 2000 года);

 - на 31.03.2008 равное 263,5% (к среднегодовым ценам 2000 года);

3) в Приложении № 4 2010 года данные ИПЦ используются в виде процентов, установленных к декабрю предыдущего года, значение которого каждый раз принимается равным за 100% в целях расчета ИПЦ на новый год.

Таким образом, единственным отличием, имеющимся в указанных рабочих примерах, является база, которая берется для расчета ИПЦ.

Судом учитывается, что истцом в дополнительных пояснениях от 06.02.2023 г. были представлены сравнительные расчеты, использующие первоначальный размер тарифа (20,29 долларов США), а также значения ИПЦ по состоянию на 31.12.2007 и 31.03.2008.

Расчет тарифа, основанный на рабочем примере, изложенном в Приложении № 4 2009 года:

Цена (n) = 20,29 долларов США;

ИПЦ (n) (на 31.03.2008) = 263,5%;

ИПЦ (n-1) (на 31.12.2007) = 251,5%.

Цена (n+1) = 20,29 * 263,5% / 251,5% = 21,26 долларов США.

Расчет тарифа, основанный на рабочем примере, изложенном в Приложении № 4 2010 года:

Цена (n) = 20,29 долларов США;

ИПЦ (n) (на 31.03.2008) = 102,31 * 101,20 / 100 * 101,20 / 100 = 104,78%;

ИПЦ (n-1) (на 31.12.2007) = 111,87%.

Цена (n+1) (по правилам, использованным ответчиком) = 20,29 * 104,78% / 111,87% = 19,00 долларов США.

Цена (n+1) (по правилам, использованным истцом) = 20,29 * 104,78% / 100% = 21,26 долларов США.

Указанные сравнительные расчеты наглядно демонстрируют правильность расчетов, осуществленных истцом, поскольку итоговые значения его расчетов, основанных на обеих редакциях Приложения № 4 к договору, являются одинаковыми, поскольку используют единое правило об индексации тарифа с учетом изменения уровня инфляции текущего квартала по сравнению с предыдущим.

Порядок расчета, используемый ответчиком, не учитывает это правило, что ведет к неправильному расчету тарифа на услуги.

Кроме того, представленная в материалы дела переписка сторон также свидетельствует о признании ответчиком правильности индексации тарифа на услуги.

Так, в письме от 24.11.2015 исх. № 918 ответчиком было указано: «Так текущий тариф вырос с 20,65 долларов США за тонну до 30,73 долларов США за тонну…». Поскольку письмо написано в ноябре 2015 г., то есть в 4 квартале 2015 г., то цена услуг (тарифа) в указанный период по расчету истца составляла как раз 30,73 доллара США.

Соответственно, в указанном письме ООО «Стимул-Т» прямо подтвердило правильность проводимой сторонами индексации цены услуг (тарифа).

В письме от 14.12.2020 исх. № 1036 ответчиком было указано: «Со своей стороны предлагаем установить приемлемую для обеих сторон стоимость, основанную на следующем механизме: существующей проиндексированной цене в долларах США применить курс доллара США, действующий на момент начала оказания Вами услуг по договору (01.09.2010)… Расчет предлагаемой стоимости Ваших услуг приведен в Приложении № 1 к настоящему письму».

Из Приложения № 1 к письму следует, что текущий проиндексированный размер тарифа на 4 квартал 2020 г. составляет 37,55 долларов США, что полностью соответствует цене услуг, определенной по расчету истца в соответствующем квартале.

Таким образом, в указанном письме ООО «Стимул-Т» прямо подтвердило правильность проводимой сторонами индексации цены услуг (тарифа).

В письме от 24.03.2021 исх. № 200 ответчик повторил предложение, указанное ранее в письме от 14.12.2020 исх. № 1036. При этом расчет цены услуг при переводе их в рубли (с сохранением произведенной сторонами индексации в соответствии с ИПЦ) ответчик произвел уже применительно к текущему кварталу, в котором было написано письмо – 1 квартал 2021 г.

Из Приложения № 1 к письму следует, что текущий проиндексированный размер тарифа на 1 квартал 2021 г. составляет 38,29 долларов США, что полностью соответствует цене услуг, определенной по расчету истца в соответствующем квартале.

Таким образом, в указанном письме ООО «Стимул-Т» прямо подтвердило правильность проводимой сторонами индексации цены услуг (тарифа).

В письме от 16.04.2021 исх. № 279 ответчиком отдельно было подчеркнуто, что предложенный им ранее в письме от 24.03.2021 исх. № 200 «механизм ценообразования полностью соответствовал формуле, установленной текущим договором за исключением влияния курса доллара США».

Кроме того, из материалов дела и дополнительных пояснений истца от 06.02.2023 г., не оспоренных со стороны ответчика, следует, что в период с марта 2021 г. по октябрь 2021 г. ответчик осуществлял оплату оказанных ему истцом услуг не в полном размере, предъявленном истцом к оплате, а частично, исходя из установленного им в одностороннем порядке рублевого тарифа, который сам ответчик считал справедливым. Указанный тариф был указан ответчиком в платежных поручениях (в назначении платежа) по оплате услуг, оказанных с марта 2021 г. по октябрь 2021 г. включительно.

Судом установлено, что этот использовавшийся ответчиком рублевый тариф также изменялся ответчиком в зависимости от квартала, в котором были оказаны услуги.

Сравнение, во сколько раз изменился рублевый тариф в текущем квартале по сравнению с предыдущим кварталом, позволяет сделать вывод о том, что полученное значение равно значению, являющемуся результатом сравнения того, во сколько раз ИПЦ в текущем квартале изменился по сравнению с предыдущим кварталом.

Так, например, изменение коэффициента индекса потребительских цен на 31.03.2021 по сравнению с индексом потребительских цен на 31.12.2020 составляет 1,02 (102,13 / 100).

При этом, изменение стоимости рублевого тарифа, примененного ответчиком при оплате услуг, оказанных истцом в первом квартале 2021 г. (1 418,24 руб.), по сравнению со стоимостью услуг, оказанных истцом во втором квартале (1 448,69 руб.), также составляет 1,02 (1 448,69 / 1 418,24) (копии платежных поручений от 30.04.2021 № 1268, от 27.05.2021 № 1579).

Принимая во внимание, что указанное изменение размера тарифа осуществлялось ответчиком применительно ко второму кварталу 2021 г. (а между сторонами спор по применению формулы заключается как раз в порядке расчета (индексации) тарифа услуг на каждый второй квартал), то определенная ответчиком стоимость услуг (тариф) осуществлена по правилам, учитывающим деление ИПЦ 1-го квартала 2021 г. на ИПЦ 4-го квартала 2020 года, принятого в значении 100%.

Таким образом, ответчик при частичной оплате услуг, оказанных истцом, осуществлял индексирование своего рублевого тарифа в точном соответствии с правилом о необходимости использовать ИПЦ (n-1) в значении 100% при индексировании тарифа на каждый второй квартал каждого года оказания услуг.

Сторонами в ходе судебного заседания было подтверждено, что между ними отсутствует спор о количестве нефти ответчика, сданной в систему межпромысловых нефтепроводов ОАО АК «Транснефть» в каждом конкретном месяце оказания услуг в период с октября 2021 г. по март 2022 г. включительно и указанной в документации за эти периоды: сводных ведомостях актов приёма-сдачи нефти на транспортировку на ПСП «Завьялово», сводных реестрах актов приёма-сдачи от ООО «Стимул-Т» ПСП «Завьялово», актах приема-сдачи нефти ООО «Стимул-Т» на транспортировку, счетах на оплату.

Соответственно, с октября 2021 г. по март 2022 г. включительно в соответствии с вышеперечисленными документами исполнителем были оказаны заказчику услуги на общую сумму 1 633 910,16 долларов США (с учетом НДС) (с учетом уточнения истцом размера исковых требований).

Услуги, оказанные исполнителем за период с октября 2021 г. по январь 2022 г., были частично оплачены со стороны заказчика на общую сумму 404 643,10 долларов США (с учетом НДС), что подтверждается платежными поручениями за ноябрь 2021 г. – февраль 2022 г. Услуги, оказанные исполнителем за период с февраля 2022 г. по март 2022 г., не были оплачены со стороны заказчика.

Таким образом, размер задолженности заказчика перед исполнителем по оплате оказанных услуг за заявленный период составляет 1 229 267,06  долларов США (с учетом НДС).

Судом расчет суммы задолженности проверен и признан правильным.

В ходе судебного заседания ответчиком были представлены доводы о том, что стоимость услуг, оказанных исполнителем заказчику за период с октября 2021 г. по март 2022 г. включительно является завышенной и подлежит уменьшению в связи со следующим.

В ходе судебного заседания ответчиком были представлены доводы о том, что стоимость услуг, оказанных исполнителем заказчику за период с октября 2021 г. по март 2022 г. включительно является завышенной и подлежит уменьшению в связи со следующим.

По мнению ответчика, после заключения сторонами дополнительного соглашения от 06.09.2012 № 2 к договору истцом фактически было прекращено оказание услуг по хранению нефти ответчика. Как указано ответчиком, перенос пункта сдачи нефти с УПН Киев-Ёганского нефтяного месторождения на ПСП «Завьялово» повлек за собой фактическое прекращение оказания исполнителем услуг по хранению нефти. Также ответчиком указывалось, что отсутствие первичных документов, подтверждающих хранение, свидетельствует о том, что фактически услуга по хранению исполнителем заказчику не оказывалась.

Рассмотрев указанные доводы ответчика и представленные в их обоснование доказательства, суд приходит к выводу о необоснованности указанных доводов ООО «Стимул-Т» по следующим причинам.

Ссылки ответчика на то, что после заключения сторонами дополнительного соглашения от 06.09.2012 № 2 к договору истцом перестали оказываться услуги по хранению нефти противоречат как условиям договора (в редакции дополнительного соглашения № 2), так и фактическим взаимоотношениям сторон.

В пункте 2.1 договора, как в первоначальной редакции, так и в редакциях дополнительного соглашения от 01.09.2010 № 1 и дополнительного соглашения от 06.09.2012 № 2, стороны неизменно указывали в составе оказываемых по договору услуг хранение нефти заказчика.

Не претерпел никаких изменений и подпункт «k» раздела 5 договора, в соответствии с которым исполнитель обязуется обеспечить, при необходимости, надлежащее хранение переданной для транспортировки товарной нефти заказчика в резервуаре типа РВС 3000.

В пункте 1 дополнительного соглашения № 2 к договору стороны изменили определение «РВС 3000», под которым стал пониматься резервуар вертикальный стальной для хранения нефти объемом до 3 000 м3, имеющий необходимые системы измерения и безопасности, находящийся на ПСП «Завьялово».

Принимая во внимание, что Регламентом (Приложение №3 к договору в редакции дополнительного соглашения № 2) предусматривалось использование только одного резервуара РВС 3000 – РВС 3000 № 2, – то именно его стороны имели в виду, давая указанное определение.

Схема приема-сдачи нефти ООО «Стимул-Т», согласованная сторонами и являющаяся Приложением № 1 к Регламенту (в редакции дополнительного соглашения № 2 к договору), также предусматривает использование для приема и хранения нефти заказчика только одного резервуара – РВС 3000 № 2.

Таким образом, заключая дополнительное соглашение № 2, стороны однозначно понимали, что РВС 3000 № 2 и является тем резервуаром, который предназначен, в том числе, для хранения нефти заказчика.

В соответствии с пунктом 7.1 договора (в редакции дополнительного соглашения от 01.09.2010 № 1 к договору) стоимость услуг, оказываемых по настоящему договору (включая услуги по приему, доподготовке нетоварной нефти до состояния товарной нефти, хранению, транспортировке и сдаче) определяется исходя из количества нефти и тарифов за тонну нефти («Цена»), указанных в Приложении № 2.

Цена на оказываемые исполнителем заказчику услуги как в первоначальной редакции договора, так и в редакциях дополнительного соглашения от 01.10.2010 № 1 и дополнительного соглашения от 06.09.2012 № 2, была сформирована сторонами в виде единого тарифа, включающего в себя комплекс услуг исполнителя по приему, хранению, транспортировке и сдаче нефти заказчика в систему магистральных нефтепроводов ОАО АК «Транснефть».

В случае если в состав оказываемой комплексной услуги входит оказание услуг по приему, транспортированию, хранению и сдаче нефти, то применяется тариф, согласованный в пункте 1 Приложения № 2 к договору (в редакции дополнительного соглашения № 1 к договору).

Если в состав оказываемой комплексной услуги входит оказание услуг по приему, доподготовке нетоварной нефти до состояния товарной нефти, транспортированию, хранению и сдаче нефти, то применяется тариф, согласованный в пункте 2 Приложения № 2 к договору (в редакции дополнительного соглашения № 1 к договору).

Анализ пунктов 1, 2 Приложения № 2 к договору (в редакции дополнительного соглашения № 1 к договору) позволяет сделать вывод, что такой элемент комплексной услуги как доподготовка нефти может оказываться исполнителем, если для заказчика будет в том необходимость. Именно поэтому сторонами был согласован отдельный тариф, предусматривающий это обстоятельство.

Также суд учитывает, что если какой-либо иной элемент комплексной услуги оказывался бы исполнителем заказчику лишь при необходимости (периодически), то есть не на постоянной основе, то это могло бы найти свое отражение в ином согласованном сторонами тарифе по аналогии с тарифом, включающем доподготовку нефти.

Между тем никаких иных тарифов сторонами согласовано не было, что в совокупности с условиями договора позволяет суду прийти к выводу о том, что такой элемент комплексной услуги как хранение нефти оказывается исполнителем заказчику на постоянной основе.

Указанный вывод находит свое полное подтверждение и в порядке приема и сдачи нефти заказчика в систему магистральных нефтепроводов ОАО АК «Транснефть», согласованном сторонами в Регламенте (Приложение № 3 к договору в редакции дополнительного соглашения от 06.09.2012 № 2).

Так, перекачка нефти заказчика осуществляется насосами заказчика отдельными партиями до 2 тыс. м3 (пункт 2.1 Регламента).

После накопления товарной нефти в резервуаре РВС 3000 № 2 на ПСП «Завьялово» перекачка по нефтепроводу прекращается, все резервуарные задвижки закрываются и пломбируются, производится отстой нефти и подтоварной воды (пункт 2.7 Регламента). После этого представители сторон начинают проводить измерения, отборы проб, анализ проб, оформление документов на передачу нефти на транспортировку (пункты 2.8 – 2.16 Регламента).

С момента поступления на ПСП «Завьялово» и до момента сдачи в систему магистральных нефтепроводов ОАО АК «Транснефть» нефть заказчика находится, а фактически хранится, в резервуаре РВС 3000 № 2 на ПСП «Завьялово».

Из содержания режимных листов ПСП «Завьялово» ООО «Норд Империал» за период с 01.12.2021 г. по 06.12.2021 г., с 01.02.2022 г. по 06.02.2022 г., актов снятия натурных остатков нефти в резервуарах за период с 01.05.2020 г. по 01.10.2021 г. следует, что:

 - количество (масса) нефти заказчика, поступившее в резервуар РВС 3000 № 2 ПСП «Завьялово» по состоянию на дату сдачи нефти в магистральный нефтепровод, отличается от количества (массы) нефти заказчика, сданной в систему магистральных нефтепроводов ПАО «Транснефть»;

 - поступившая в резервуар РВС 3000 № 2 ПСП «Завьялово» нефть заказчика не сдается в систему магистральных нефтепроводов ПАО «Транснефть» одномоментно и в том же количестве;

 - в резервуаре РВС 3000 № 2 ПСП «Завьялово» всегда находится то или иное количество товарной нефти истца вне зависимости от количества нефти, сданной с систему магистральных нефтепроводов ПАО «Транснефть».

Причем количество нефти, представляющее собой именно товарный остаток, варьируется в довольно широком диапазоне (от 0 тн. на 1 октября 2020 г. до 830 тн. на 1 октября 2021 г. и до 2 019,039 тн. на 1 мая 2020 г.).

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что предусмотренная договором схема оказания услуг предполагает постоянное нахождение в технологическом оборудовании исполнителя (нефтепроводе, резервуаре РВС 3000 № 2 ПСП «Завьялово») нефти заказчика и её хранение до момента сдачи в систему магистральных нефтепроводов ПАО «Транснефть».

Судом отклоняется довод ответчика о том, что истцом не предоставлено в материалы дела ни одного акта о передаче заказчиком исполнителю нефти именно на хранение. Поскольку все отдельные элементы, входящие в состав единой комплексной услуги, оказываются исполнителем заказчику на постоянной основе, то в рамках согласованной договорной конструкции о предоставлении исполнителем заказчику такой комплексной услуги сторонами не предусматривалось фиксирование отдельными документами каждого конкретного элемента оказываемой услуги. Сам факт приема-сдачи нефти заказчика в систему магистральных трубопроводов ПАО «Транснефть», являясь итогом оказания такой комплексной услуги, свидетельствует о том, что единая комплексная услуга, включающая в себя и хранение нефти, была оказана исполнителем заказчику надлежащим образом.

В соответствии с пунктом 7.4 договора платежи осуществляются на основании актов сдачи-приема нефти, подписанных обеими сторонами и выставленных счетов-фактур.

Анализ указанных условий договора позволяет суду сделать вывод о том, что хранение истцом нефти ответчика никогда не выделялось в качестве самостоятельной услуги, имеющей отдельное стоимостное выражение и оформляемой отдельными актами.

Хранение всегда учитывалось сторонами в составе единого тарифа, определяемого в зависимости от количества нефти, сданной в систему трубопроводов ПАО «Транснефть». А основанием оплаты (в том числе за услугу хранения) всегда являлись акты сдачи-приема нефти.

После заключения дополнительного соглашения № 2 к договору ответчик на протяжении многих лет исправно принимал оказываемые ему услуги истца, в том числе и по хранению нефти (акты фактически выполненных работ и оказанных услуг от 31.12.2018      № 12, от 31.12.2019 № 12, от 31.01.2020 № 1).

После января 2020 года ответчик, в нарушение пункта 2.26 Регламента (Приложение № 3 к договору в редакции дополнительного соглашения № 2), перестал подписывать направляемые ему истцом акты о фактически выполненных работах и оказанных услугах по приему, хранению, транспортировке и сдаче нефти.

Судом отклоняется довод ответчика, со ссылкой на статью 886 ГК РФ, о том, что хранение предполагает наличие у сторон информации о количестве нефти, передаваемой на хранение, а у сторон такой информации не было.

Пунктами 2.2, 2.4, 2.5, 4.1.4, 4.1.5 Регламента (Приложение № 3 к договору в редакции дополнительного соглашения от 06.09.2012 № 2) стороны предусмотрели детализированный порядок (осуществляемый каждые 2 часа) совместного приема, учета, расчета и сверки количества нефти, поступающей от заказчика в резервуар РВС 3000 № 2 ПСП «Завьялово». Такие совместные ежесуточные действия представителей истца и ответчика по замеру нефти в градуировочном резервуаре РВС 3000 № 2 ПСП Завьялово (каждые 2 часа), по фиксации наличия и поступления нефти в режимном листе (каждые 2 часа), по оперативному учету приема-сдачи нефти (снятие, запись и передача своим диспетчерским службам оперативных данных) (каждые 2 часа) свидетельствуют о наличии у истца и ответчика точной информации о фактическом количестве нефти, находящемся в резервуаре РВС 3000 № 2.

Суд также учитывает, что в решениях Арбитражного суда Томской области от 11.08.2022 по делу № А67-7968/2021 и от 14.03.2023 по делу № А67-9983/2021 было установлено, что хранение нефти заказчика (ООО «Стимул-Т») по договору от 28.08.2009   № 360-2009 является частью единой комплексной услуги по приему, хранению, транспортировке и сдаче товарной нефти; что хранение исполнителем (ООО «Норд Империал») нефти заказчика никогда не выделялось в качестве самостоятельной услуги, имеющей отдельное стоимостное выражение, а учитывалось сторонами в составе единого тарифа, определяемого в зависимости от количества нефти, сданной в систему магистральных трубопроводов ОАО АК «Транснефть»; что согласно материалам дела фактически нефть заказчика (в том или ином количестве) постоянно находится и хранится ответчиком в резервуаре РВС 3000 № 2 до момента сдачи в систему магистральных нефтепроводов ПАО «Транснефть».

Оснований для переоценки данных  выводов  суд при рассмотрении настоящего дела не усматривает.

Возражая против предъявленных истцом исковых требований, ответчик заявил доводы о том, что предусмотренная договором стоимость услуг является неоправданно завышенной (превышает рыночную стоимость) вследствие осуществления со стороны ООО «Норд Империал» недобросовестных действий при заключении договора, исполнении договора, по отказу от многочисленных предложений ответчика об изменении стоимости услуг по договору. Ответчиком указывалось, что истец, являясь субъектом естественной монополии, занимая доминирующее положение на рынке и злоупотребляя своим доминирующим положением, лишил ООО «Стимул-Т», как слабую сторону договора, возможности заключить договор на справедливых условиях, возможности пересмотреть условия договора о стоимости услуг.

Судом указанные доводы ответчика и представленные для их обоснования доказательства отклоняются как необоснованные.

В соответствии с пунктом 1 статьи 424 ГК РФ исполнение договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон. Несогласие ответчика с ценой услуг, согласованной сторонами в договоре, не свидетельствует о недобросовестности действий истца и не свидетельствует о неправомерности предъявленных исковых требований.

Несогласие ответчика с ценой услуг, согласованной сторонами в договоре, не может являться основанием для отказа в удовлетворении исковых требований, поскольку в соответствии со статьей 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Несогласие ответчика со стоимостью услуг основано не на том, что цена услуг изначально была определена в несправедливом, завышенном размере, а на том основании, что в связи с изменением курса валюты (доллара США) по отношению к рублю стоимость оказываемых услуг стала несправедливо завышенной.

Данный вывод находит свое подтверждение в представленных ответчиком документах: письмах ответчика к истцу о снижении стоимости услуг путем перехода на определение стоимости услуг в рублях, а не в долларах США (копии писем от 24.11.2015 исх. № 918, от 09.02.2016 исх. № 116, от 01.04.2020 исх. № 270, от 10.06.2020 исх. № 474).

При этом претензий к иным условиям договора в указанных письмах со стороны ответчика не предъявлялось (ни к ежеквартальной индексации цены услуг, ни к гибкой системе определения стоимости в зависимости от объема транспортирования нефти, ни к ограничению или исключению ответственности и т.д.). Также  в указанных письмах ответчик подчеркивал, что указанные условия (в частности, ежеквартальная индексация) будут сохранены.

Согласно пункту  12.1 договора рассматриваемый договор вступает в сиу с момента его подписания и действует в течение 25 (двадцати пяти) лет. Заключая договор на такой длительный срок, обе стороны договора, являющиеся коммерческими организациями, не могли не знать, что в соответствии с условиями рыночной экономики курс рубля к иностранной валюте постоянно меняется. Учитывая  длительный срок действия договора, а также  постоянное изменение курса рубля к иностранной валюте  стороны, заключая рассматриваемый договор на такой длительный срок, сознательно приняли на себя риск повышения или понижения курса этой валюты к рублю.

Правоприменительной практикой Верховного Суда Российской Федерации закреплена позиция о том, что изменение курса иностранной валюты по отношению к рублю нельзя расценивать как существенное обстоятельство, которое является основанием для изменения договора в соответствии со ст. 451 ГК РФ (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.02.2017).

Поэтому доводы ответчика о том, что истец является субъектом естественной монополии, а также занимает доминирующее положение на рынке, отклоняются судом как необоснованные.

Из части 1 статьи 4 ФЗ «О естественных монополиях» от 17.08.1995  № 147-ФЗ следует, что указанным Федеральным законом регулируется деятельность субъектов естественных монополий в следующих сферах, в том числе  транспортировка нефти и нефтепродуктов по магистральным трубопроводам.

В соответствии с пунктами 72, 73 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасности в нефтяной и газовой промышленности» (утв. приказом Ростехнадзора от 15.12.2020 № 534) (далее также – Правила безопасности в нефтяной и газовой промышленности) промысловый нефтепровод представляет собой линейный объект (сооружение) с комплексом технических устройств на нем для транспортирования газообразных и жидких сред (далее - транспортируемые среды) под действием напора (разности давлений) от скважин до запорной арматуры, установленной на входе трубопровода на технологическую площадку (например, ДНС, КС, ЦПС, ПСП, УПН) или на выходе с технологической площадки, до объектов магистрального транспортирования нефти и газа, если иное не предусмотрено внутренними документами эксплуатирующей организации или утвержденными схемами разграничения зон ответственности.

К промысловым трубопроводам относятся, в том числе (пункт 73 Правил безопасности в нефтяной и газовой промышленности):

а) для нефтяных и газонефтяных месторождений:

 - нефтепроводы для транспортирования товарной нефти от ЦПС до сооружения магистрального транспорта;

 - межпромысловые трубопроводы.

В соответствии со свидетельством о регистрации опасных производственных объектов А62-05528 от 28.01.2022 напорный нефтепровод ООО «Норд Империал» Киев-Ёганское НМ – ПСП Завьялово с 11.11.2008 зарегистрирован в качестве межпромыслового нефтепровода.

Таким образом, материалами дела было установлено, что принадлежащий ООО «Норд Империал» межпромысловый напорный нефтепровод Киев-Ёганское НМ – ПСП Завьялово не является магистральным нефтепроводом, а ООО «Норд Империал» не является субъектом естественной монополии.

Согласно части 1 статьи 5 ФЗ «О защите конкуренции» от 26.07.2006 № 135-ФЗ (далее также – ФЗ о защите конкуренции) доминирующим положением признается положение хозяйствующего субъекта на рынке определенного товара, дающее такому хозяйствующему субъекту возможность оказывать решающее влияние на общие условия обращения товара на соответствующем товарном рынке.

В ходе судебного разбирательства было установлено, что проект договора об оказании услуг был подготовлен ООО «Стимул-Т», а основной договорного процесса являлась работа по принятию компанией ООО «Норд Империал» условий, выдвинутых со стороны ООО «Стимул-Т».

Материалами дела подтверждается, что между сторонами при заключении договора не было споров относительно стоимости оказываемых услуг.

Письмом от 18.05.2009 исх. № 159 ООО «Стимул-Т» направило в адрес ООО «Норд Империал» проект договора на оказание услуг по приему, транспортировке и сдаче нефти с предложением рассмотреть указанный проект и представить свои предложения.

Письмом от 06.07.2009 исх. № 1206, письмом от 16.07.2009 исх. № 1271 ООО «Норд Империал» уведомило ООО «Стимул-Т» о готовности оказать услуги по приему, хранению, транспортировке и сдаче нефти в систему магистральных трубопроводов ОАО «Транснефть». В указанных письмах ООО «Норд Империал» содержалось также предложение о стоимости полного комплекса таких услуг, выраженной в рублях.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что ООО «Стимул-Т» являлось равноправной стороной договорного процесса, не ограниченной в праве предлагать, обсуждать, согласовывать условия заключаемого договора.

Суд считает, что и ООО «Норд Империал» имело право предложить включить в договор определенные условия, касающиеся порядка определения цены и суммы налога, проведения оплаты в долларах США. Стоимость подлежащих оказанию услуг, установленная в долларах США, на момент заключения договора являлась равной стоимости этих услуг в рублях и полностью соответствовала достигнутой сторонами в процессе переговоров договоренности.

Через месяц, 28.08.2009, между сторонами был заключен рассматриваемый договор, в котором стоимость услуг была согласована в долларах США.

Таким образом, условия оказания со стороны ООО «Норд Империал» услуги по транспортировке и сдаче в систему магистральных нефтепроводов нефти, принадлежащей ООО «Стимул-Т», в том числе условие о цене услуги, были определены в результате совместных переговоров обеих сторон и зафиксированы в договоре от 26.08.2009 № 360-2009, а затем были подтверждены обеими сторонами при подписании дополнительных соглашений от 01.09.2010 № 1, от 06.09.2012 № 2 к данному договору.

В пунктах 7.2, 13.3 договора сторонами согласован порядок изменения условий договора (в том числе стоимости услуг), который не предусматривает права истца на одностороннее изменение условий договора (в том числе стоимости услуг). Напротив, договором предусматривается, что все изменения и дополнения к договору действительны только в письменной форме и в случае, если они оформлены в согласованном сторонами порядке.

Таким образом, возможность определять в одностороннем порядке условия оказания услуги у ООО «Норд Империал» отсутствует. 

Ссылки ООО «Стимул-Т» на то, что у него отсутствует возможность осуществления транспортировки своей нефти до системы магистральных нефтепроводов ПАО «Транснефть» иными способами, не пользуясь услугами ООО «Норд Империал», не подтверждается материалами дела и не свидетельствует о наличии у ООО «Норд Империал» доминирующего положения и злоупотребления правом.

Ответчик сам определяет порядок организации хозяйственной деятельности и несет  в связи с этим предпринимательские риски. Представленные ответчиком примеры условий договора, которые, по мнению ответчика, ущемляют его права, не свидетельствуют о каком-либо реальном ограничении или ущемлении прав заказчика по договору.

Из положений пункта 6.7 договора не следует право истца  в любой момент ввести ограничение (включая приостановку) на прием нефти ответчика. Буквальное содержание указанного пункта договора говорит о том, что введение таких ограничений (включая приостановку) производится путем направления соответствующего уведомления.

При этом в Регламенте (Приложение № 3 к договору) сторонами предусмотрен четкий и исчерпывающий перечень случаев, когда исполнитель вправе ограничить или приостановить прием нефти заказчика (пункт 4.2 Регламента).

Пункты 8.1, 8.2 договора не предусматривают полное освобождение исполнителя от ответственности за гибель или повреждение товарной нефти заказчика. А ограничение ответственности исполнителя только случаями грубой небрежности самого исполнителя не противоречит действующему законодательству РФ.

Поведение ответчика при заключении договора, а также последующее его поведение в ходе исполнения условий договора свидетельствует о том, что у него не было оснований и намерения требовать изменения или расторжения договора в порядке, предусмотренном пунктом 2 статьи 428 ГК РФ. За 13 (тринадцать) лет действия договора ответчик ни разу не воспользовался своим правом потребовать изменения или расторжения договора.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что задолженность ответчика перед истцом за оказанные услуги за период с октября 2021 г. по март 2022 г. включительно определена истцом правильно, в соответствии с условиями договора, и не подлежит уменьшению, в том числе и потому, что каких-либо недобросовестных действий истца в ходе судебного разбирательства не было установлено.

В соответствии со статьей 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Как установлено материалами дела, обязательство заказчика по оплате услуг, оказанных исполнителем, исполнялось со стороны ответчика ненадлежащим образом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В силу пункта 1 статьи 330 ГК РФ, неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Согласно пункту 7.5 договора в случае нарушения пункта 7.4 заказчик уплачивает пеню в размере 0,1% суммы неоплаченной задолженности за каждый день просрочки.

В соответствии с заявлением истца об уточнении размера исковых требований от 17.01.2024 размер суммы пени за нарушение ответчиком сроков оплаты услуг, оказанных истцом, по состоянию на 06.11.2023 включительно составил 624 061,92 долларов США («Расчёт суммы задолженности и пеней по договору от 26.08.2009 № 360-2009 на оказание услуг по приему, хранению, транспортировке и сдаче товарной нефти по состоянию на 06.11.2023», представленный истцом вместе с заявлением от 17.01.2024 об уточнении размера исковых требований).

Расчет суммы пени проверен судом и признан неправильным в части.

Так, согласно пункту 1 статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) для обеспечения стабильности экономики в исключительных случаях (при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении курса рубля и подобных обстоятельствах) Правительство Российской Федерации вправе ввести мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами (далее - мораторий), на срок, устанавливаемый Правительством Российской Федерации

В подпункте 2 пункта 3 статьи 9.1. Закона о банкротстве указано, что на срок действия моратория в отношении должников, на которых он распространяется, наступают последствия, предусмотренные абзацами пятым и седьмым - десятым пункта 1 статьи 63 настоящего Закона.

Абзацем десятым пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве предусмотрено прекращение начисления неустоек (штрафов, пеней) и иных финансовых санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей.

Последствия введения моратория установлены статьей 9.1 Закона о банкротстве, порядок применения которой разъяснен в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 N 44 "О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 44).

В пункте 7 Постановления N 44 разъяснено, что в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ), неустойка (статья 330 ГК РФ), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве).

Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 N 497 "О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами" (далее - Постановление N 497) в соответствии с пунктом 1 статьи 9.1 Закона о банкротстве на период с 01.04.2022 по 01.10.2022 введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами в отношении юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей.

Поскольку последствия введения моратория установлены статьей 9.1 Закона о банкротстве, порядок применения которой разъяснен в Постановлении N 44, толкование постановления Правительства N 497 должно осуществляться сообразно указанным последствиям.

Общее правило о квалификации требований в качестве текущих платежей приведено в статье 5 Закона о банкротстве, согласно пункту 1 которой в целях данного Федерального закона под текущими платежами понимаются денежные обязательства, требования о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и обязательные платежи, возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом, если иное не установлено этим Федеральным законом. Возникшие после возбуждения производства по делу о банкротстве требования кредиторов об оплате поставленных товаров, оказанных услуг и выполненных работ являются текущими.

Исходя из абзаца третьего пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 63 "О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве" в договорных обязательствах, предусматривающих периодическое внесение должником платы за пользование имуществом (договоры аренды, лизинга (за исключением выкупного)), длящееся оказание услуг (договоры хранения, оказания коммунальных услуг и услуг связи, договоры на ведение реестра ценных бумаг и т.д.), а также снабжение через присоединенную сеть электрической или тепловой энергией, газом, нефтью и нефтепродуктами, водой, другими товарами (за фактически принятое количество товара в соответствии с данными учета), текущими являются требования об оплате за те периоды времени, которые истекли после возбуждения дела о банкротстве.

При этом необходимо рассматривать требование о взыскании финансовых санкций (неустоек, процентов) как дополнительное по отношению к основному обязательству; судьба дополнительного требования следует судьбе основного требования (пункт 11 постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 N 63 "О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве", пункт 1 постановления Пленума ВАС РФ от 06.12.2013 N 88 "О начислении и уплате процентов по требованиям кредиторов при банкротстве", далее - Постановление N 88).

По смыслу разъяснений, изложенных в ответе на вопрос 10 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) N 2, утвержденного Президиумом ВС РФ 30.04.2020, пункте 7 Постановления N 44 не подлежит удовлетворению предъявленное в общеисковом порядке заявление кредитора о взыскании с лица, подпадающего под действие моратория, финансовых санкций, начисленных за период действия моратория, на требования, возникшие до введения моратория.

Иными словами, для установления действительного размера обязательства должника по уплате финансовых санкций (неустоек, процентов) определяющее значение имеет квалификация основного требования как текущего для целей применения подпункта 2 пункта 3 статьи 9.1 и абзаца десятого пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве.

Закон о банкротстве позволяет предъявлять при банкротстве требования, срок исполнения которых по их условиям не наступил (пункт 3 статьи 63, абзац второй пункта 1 статьи 126 Закона о банкротстве, пункт 3 Постановления N 88).

Ограничения в связи с введением моратория аналогичным образом не содержат изъятий в отношении требований, срок исполнения которых по их условиям не наступил.

Таким образом, ограничение мораторием начисления финансовых санкций с даты его введения не поставлено в зависимость от наступления или не наступления срока исполнения обязательства по его условиям. Решение вопроса о квалификации требования как текущего относительно даты введения моратория зависит лишь от даты возникновения обязательства.

Согласно пункту 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, для определения того, является ли денежное требование текущим, необходимо установить дату его возникновения и соотнести указанную дату с моментом возбуждения дела о банкротстве. Срок исполнения денежного обязательства не всегда совпадает с датой возникновения самого обязательства. Требование существует независимо от того, наступил срок его исполнения или нет. Для целей определения момента возникновения обязанности по оплате значение имеет дата оказания этих услуг (поставки товара), несмотря на то, что исполнение данной обязанности может по согласованию сторон быть перенесено на более поздний период (например, путем привязки к подписанию акта, выставлению счета-фактуры, посредством предоставления отсрочки либо рассрочки исполнения).

Соответственно, услуги за март 2022 не могут быть отнесены к текущим платежам, а  неустойка  за услуги за март 2022 может быть начислена только после прекращения действия моратория - со 02.10.2022 по 06.11.2023 и составляет по расчету суда 130 284,90 долларов США.

В остальной части расчет неустойки истцом выполнен обоснованно и правильно, ответчиком не оспорен.

По расчету суда общий размер неустойки составил 567 856,98 долларов США.

Также по мнению ответчика, сумма неустойки должна исчисляться исходя из суммы задолженности, не включающей сумму НДС.

Судом указанный довод отклоняется по следующим причинам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 Налогового кодекса Российской Федерации при реализации товаров (работ, услуг), передаче имущественных прав налогоплательщик (налоговый агент, указанный в пунктах 4, 5 и 5.1 статьи 161 настоящего Кодекса) дополнительно к цене (тарифу) реализуемых товаров (работ, услуг), передаваемых имущественных прав обязан предъявить к оплате покупателю этих товаров (работ, услуг), имущественных прав соответствующую сумму налога.

В соответствии с пунктом 4 статьи 168 Налогового кодекса Российской Федерации в расчетных документах, в том числе в реестрах чеков и реестрах на получение средств с аккредитива, первичных учетных документах и в счетах-фактурах, соответствующая сумма налога выделяется отдельной строкой.

В пункте 17 постановления Пленума ВАС РФ от 30.05.2014 № 33 «О некоторых вопросах, возникающих у арбитражных судов при рассмотрении дел, связанных с взиманием налога на добавленную стоимость» было разъяснено применение положений пунктов 1 и 4 статьи 168 НК РФ для случаев уплаты НДС продавцами как налогоплательщиками и указано, что предъявляемая покупателю сумма налога при реализации товаров (работ, услуг), передаче имущественных прав, должна быть учтена при определении окончательного размера указанной в договоре цены и выделена в расчетных и первичных учетных документах, счетах-фактурах отдельной строкой. При этом предъявляемая покупателю продавцом сумма налога выделяется последним из указанной в договоре цены и определяется расчетным методом в случае, если в договоре нет прямого указания на то, что установленная в нем цена не включает в себя сумму налога и иное не следует из обстоятельств, предшествующих заключению договора или прочих условий договора.

Поскольку сторонами в пункте 7.3 договора было прямо оговорено, что цена не включает в себя НДС, то истцом при определении окончательной стоимости услуг, предусмотренных договором и подлежащих уплате со стороны ответчика, правомерно была учтена сумма НДС.

Пункт 7.4 договора предусматривает порядок оплаты стоимости услуг, включающей в себя сумму НДС. Указанный вывод напрямую следует из содержания указанного пункта: «Заказчик оплачивает услуги… Платежи осуществляются на основании актов сдачи-приема нефти, подписанных обеими сторонами, и выставленных счетов-фактур».

Как известно, счета-фактуры представляют собой документ, служащий основанием для принятия покупателем предъявленных продавцом товаров (работ, услуг) сумм НДС к вычету в порядке, предусмотренном главой 21 НК РФ («Налог на добавленную стоимость») (часть 1 статьи 169 НК РФ).

После введения в действие с 01.01.2001 главы 21 НК РФ налогоплательщики обязаны вести учет выручки для целей обложения НДС со дня отгрузки (передачи) товаров (работ, услуг), то есть с момента отражения в бухгалтерском учете дебиторской задолженности покупателя. Поэтому продавец обязан уплатить данный налог из собственных средств, не дожидаясь получения оплаты от покупателя.

Следовательно, задерживая оплату оказанных услуг, ответчик фактически неосновательно пользуется не суммой, подлежащей перечислению в бюджет в виде налога на добавленную стоимость, а денежными средствами истца. Поэтому основания для неначисления пени на ту часть суммы задолженности, которая приходится на сумму налога, в рассматриваемом случае отсутствуют (постановление Президиума ВАС РФ от 22.09.2009  № 5451/09).

С учетом изложенного, доводы ответчика о том, что сумма неустойки должна исчисляться исходя из суммы задолженности, не включающей сумму НДС, противоречит нормам действующего законодательства РФ и правоприменительной  практике.

Кроме того, ответчик заявил о несоразмерности начисленной суммы пени последствиям нарушения обязательства, указав, что размер пени, согласованный сторонами в договоре (0,1%) составляет 36,5% годовых и существенно превышает средневзвешенные процентные ставки по краткосрочным кредитам, которые кредитные организации предоставляют нефинансовым организациям (от 4 % до 7 % годовых). По мнению ответчика, указанное обстоятельство свидетельствует о явной несоразмерности начисленной суммы пени последствиям нарушения обязательства.

Судом указанный довод ответчика отклоняется.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформировавшейся при осуществлении конституционно-правового толкования статьи 333 Кодекса, предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе и направленных против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки. Данной правовой нормой предусмотрена обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О).

Как разъясняется в пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление № 7), бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

В соответствии с пунктами 69, 73 - 78, 81 Постановления № 7 подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ). Снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ) (пункт 77 Постановления № 7).

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела, как того требуют положения статьи 71 АПК РФ. Таким образом, в каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения неустойки с учетом конкретных обстоятельств спора и взаимоотношений сторон.

Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств, длительность неисполнения обязательства и другое (пункт 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане свободны в заключении договора. Договорная неустойка может быть установлена по взаимному соглашению сторон в соответствии с их волей. Стороны свободны при установлении ее размера, порядка исчисления, соотношения с убытками и других условий применения в случае, если это не будет противоречить закону (статьи 1, 331, 421 ГК РФ).

Ответчик, являясь субъектом предпринимательской деятельности, в соответствии со статьей 2 ГК РФ осуществляет предпринимательскую деятельность на свой риск, а следовательно, должен был и мог предположить и оценить возможность отрицательных последствий такой деятельности, в том числе связанных с неисполнением принятых на себя по договору обязательств. Определив по соглашению с истцом соответствующий размер договорной неустойки, ответчик тем самым принял на себя риск наступления неблагоприятных последствий, связанных с возможностью применения истцом мер договорной ответственности.

Согласованный договором размер пени 0,1% является наиболее распространенной  мерой ответственности за нарушение обязательства участниками предпринимательской деятельности и не превышает ставки неустойки, обычно применяемые в деловом обороте (постановления Седьмого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2018 по делу № А03-13817/2017, от 11.12.2018 по делу № А45-30657/2018, от 11.12.2018 по делу № А27-12274/2018, от 10.12.2018 по делу № А03-8445/2018, от 05.12.2022 по делу № А67-4121/2022).

ООО «Стимул-Т», в нарушение части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не представило доказательств, подтверждающих явную несоразмерность неустойки последствиям допущенного нарушения обязательств и получение истцом необоснованной выгоды в случае взыскания неустойки в договорном размере, не обосновало наличие исключительных обстоятельств, свидетельствующих о необходимости уменьшить размер неустойки.

В связи с изложенным, суд приходит к выводу об отсутствии основания для снижения суммы пени, исчисленной истцом за нарушение ответчиком сроков оплаты оказанных услуг.

Таким образом, требование истца о взыскании основной задолженности подлежит удовлетворению в размере 1 229 267,06 долларов США, подлежащую оплате в рублях по курсу Центрального Банка РФ на дату фактической уплаты денежных средств (исполнения решения суда), увеличенному на 1%; а требование о взыскании пени - в размере 567 856,98 долларов США, подлежащую оплате в рублях по курсу Центрального Банка РФ на дату фактической уплаты денежных средств (исполнения решения суда), увеличенному на 1%.

Истцом при подаче искового заявления уплачена государственная пошлина в размере 200 000 руб., что подтверждается платежным поручением от 31.05.2022 № 3075.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы истца по уплате государственной пошлины относятся на ответчика пропорционально удовлетворенным требованиям.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд, 

 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Стимул-Т» (ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Норд Империал» (ИНН 

<

***>) основную задолженность в размере 1 229 267,06 долларов США, подлежащую оплате в рублях по курсу Центрального Банка РФ на дату фактической уплаты денежных средств (исполнения решения суда), увеличенному на 1%; сумму пеней в размере 567 856,98 долларов США, подлежащую оплате в рублях по курсу Центрального Банка РФ на дату фактической уплаты денежных средств (исполнения решения суда), увеличенному на 1%; а также 193 934,70 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Решение суда может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его вынесения (изготовления решения в полном объеме) путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Томской области.

 

                        Судья                                                                                    М.В. Пирогов