СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

город Томск                                                          Дело №  А27-25704/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 06 мая 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 06 мая 2019 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Кудряшевой Е.В.,

судей Зайцевой О.О.,

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2 с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО3 (№ 07АП-4679/2017 (4)), ФИО4 (№ 07АП-4679/2017 (5)) на определение от 12.03.2019 Арбитражного суда Кемеровской области (судья Куль А.С.) по делу № А27-25704/2016 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Бизнессервис-Плюс» (город Новокузнецк Кемеровской области, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, место нахождения: 654063, 

<

...>, корпус, 6) по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Бизнессервис-Плюс», город Новокузнецк Кемеровской области ФИО5 о взыскании с бывших руководителей должника убытков, 

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований на предмет спора: ФИО4, город Новокузнецк, Кемеровская область.

В судебном заседании приняли участие:

от уполномоченного органа: ФИО6 по доверенности от 02.10.2018,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Бизнессервис-Плюс» (далее – ООО «Бизнессервис-Плюс», должник) 13.09.2018 в Арбитражный суд Кемеровской области поступило заявление конкурсного управляющего должника о взыскании убытков с бывших руководителей должника, а именно с ФИО3, город Новокузнецк, Кемеровская область в конкурсную массу ООО «Бизнессервис-Плюс» в сумме 41 865 624 руб. 60 коп., с ФИО4, город Новокузнецк, Кемеровская область 21 310 000 руб.

Определением от 17.09.2018 заявление конкурсного управляющего принято к производству.

Определением суда от 06.02.2019 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечен ФИО4.

Определением от 12.03.2019 Арбитражного суда Кемеровской области (резолютивная часть объявлена 07.03.2019) в удовлетворении заявления о взыскании убытков с ФИО3 отказано. Заявление о взыскании убытков с ФИО4 удовлетворено частично. С ФИО4 в конкурсную массу ООО «Бизнессервис-Плюс» взыскано 11 261 474 руб. убытков. В удовлетворении заявления в остальной части отказано.

ФИО3, ФИО4 с вынесенным определением не согласились, обратились с апелляционными жалобами.

ФИО3 в апелляционной жалобе просит определение суда отменить и принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявления, ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.

В обоснование апелляционной жалобы, ФИО3 указывает на несогласие с выводом суда о том, что ФИО3 является номинальным руководителем, полномочия которого возникли после совершения ФИО4 действий по выводу активов должника. По мнению заявителя жалобы, поскольку имущество по договору купли-продажи от 01.11.2005 было возвращено, оснований полагать, что должнику был причинен ущерб, у суда не имелось. Кроме того, судом неправомерно не исследован вопрос о фактическом наличии или отсутствии в распоряжении ООО «Бизнессервис-Плюс» транспортных средств. В тоже время о наличии у должника в распоряжении спецтехники свидетельствуют следующие документы: нотариально заверенная копия претензии ФИО4 в адрес должника, уведомления о расторжении договора, соглашение о расторжении договора, Акт приема-передачи спецтехники. По убеждению ФИО3, конкурсный управляющий, располагая перечисленными документами, не проявив должную осмотрительность, необоснованно не включила спецтехнику, которая имеется в наличии у Общества, в конкурсную массу последнего. 

ФИО4 в апелляционной жалобе просит определение суда отменить в части взыскания с него в конкурсную массу ООО «Бизнессервис-Плюс» взыскано 11 261 474 руб. убытков, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального и процессуального права, неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела.

В обоснование апелляционной жалобы, ФИО4 указывает на недоказанность факта безвозмездности сделки купли-продажи; оплата покупателем транспортного налога в 2015-2017 не подтверждает факта невозврата транспортных средств по Акту; судом необоснованно не принято во внимание показания ФИО7 о техническом состоянии экскаваторов; суд, признавая недопустимыми доказательствами нотариально заверенной копии претензии ФИО4 в адрес должника, уведомления о расторжении договора, соглашения о расторжении договора, Акта приема-передачи спецтехники, не обосновал необходимость и обязательность представления подлинников указанных документов в соответствии со статьей 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ); вывод суда о том, что ФИО3 является номинальным руководителем, не обоснован; также не соответствует материалам дела вывод суда о реализации ответчиком механизма по выводу ликвидного имущества; судом необоснованно не приняты во внимание возражения  ФИО4 о достаточности субсидиарной ответственности, взысканной с ФИО3 на основании определения от 18.06.2018 Арбитражного суда Кемеровской области. По мнению заявителя, судом не учтено, что размер установленной субсидиарной ответственности ФИО3 достаточен для удовлетворения требований кредиторов; кроме того, по убеждению заявителя жалобы, убытки с ФИО4 не могут быть взысканы, поскольку договор купли-продажи от 01.10.2015 не привел к возникновению неплатёжеспособности должника.

От конкурсного управляющего должника, Федеральной налоговой службы в лице ИФНС России №4 по Кемеровской области поступили на основании статьи 262 АПК РФ отзывы на апелляционные жалобы, в которых заявители просят определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения, ссылаясь на несостоятельность доводов, изложенных в них.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель уполномоченного органа возражал против удовлетворения апелляционных жалоб.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились. 

На основании статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, отзывов, проверив в порядке статьи 268 АПК РФ законность и обоснованность определения суда первой инстанции, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ, для отмены судебного акта.

Как следует из материалов дела, определением от 25.01.2017 Арбитражного суда Кемеровской области в отношении ООО «Бизнессервис-Плюс» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО5 (далее - ФИО5).

Решением от 21.06.2017 Арбитражного суда Кемеровской области (резолютивная часть решения объявлена 19.06.2017) должник – ООО «Бизнессервис-Плюс» признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. 

Определением суда от 21.06.2017 (резолютивная часть объявлена 19.06.2017) конкурсным управляющим должника утверждена ФИО5

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 117 от 01.07.2017. 

Конкурсное производство в отношении должника неоднократно продлевалось арбитражным судом.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО «Бизнессервис-Плюс» зарегистрировано в качестве юридического лица 30.11.2012. 

Исполнительным органом должника являлись следующие лица: 

- в период с 22.11.2012 по 26.11.2015 ФИО4 (т. 4, л.д. 67, 68). 

- в период с 26.11.2015 до введения в отношении должника конкурсного производства являлся ФИО3 (определение суда от 18.06.2018 о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности). 

Единственным участниками должника до 26.11.2015 являлся ФИО4 26.11.2015 в состав участников должника принят ФИО3 (т. 4, л.д. 68). 

С 22.12.2015 единственным участником должника является ФИО3 (т. 15, л. 19, т. 17, л.д. 87).

Требование конкурсного управляющего к ФИО4 мотивированы совершением последним от имени должника сделки от 01.10.2015 по отчуждению гусеничных экскаваторов HIТАСНI ZX470L CR-3, заводской № HCM1JF00L00024041,  № двигателя 6WG1-615598, HIТАСНI ZX-450-3, заводской № HCM1J100P00023885, № двигателя 6WG1-615342, HIТАСНI ZX470LC-5G, заводской № HCMJAC91K00050321, № двигателя 6WG1-617622 в пользу ФИО4. 

Требование конкурсного управляющего к ФИО3 мотивированы выбытием из конкурсной массы должника трех единиц самосвалов БелАЗ-7555, шасси за № 2568, 2014 года выпуска, БелАЗ-7555, шасси за № 2574, 2014 года выпуска, БелАЗ-7555, шасси за № 2618, 2014 года.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление конкурсного управляющего частично, руководствовался, в том числе положениями статьи 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статьи 10, 15, пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), разъяснений, содержащихся в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», и, исходил из того, что конкурсный управляющий не представил доказательств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) ответчика – ФИО3 Суд первой инстанции, установив, что имущество в виде трех единиц самосвалов БелАЗ, находившихся во временном пользовании ООО «Бизнессервис-Плюс» до заключения соглашения о перенайме, не подлежало включению в конкурсную массу должника, а их снятие с регистрационного учета не привело к возникновению убытков на стороне должника, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требования конкурсного управляющего о взыскании убытков с ФИО3 Признавая обоснованным заявление конкурсного управляющего в части взыскания с ФИО4 убытков, суд первой инстанции, исходил из безвозмездности договора купли-продажи, выбытия из конкурсной массы должника трех единиц техники, отсутствия допустимых доказательств, подтверждающих возврат техники, недобросовестности действий ответчика ФИО4 и, как следствие, доказанности факта причинения должнику и его кредиторам убытков на сумму сделки - 11 261 474 руб.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев обособленный спор, пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

ФИО3 и ФИО4 являются контролирующими должника лицами по смыслу статьи 61.10 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве, в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Пунктом 2 этой же статьи закреплено, что требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д.,), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу пункта 6 Постановления Пленума ВАС РФ № 62 по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения обязательства, наличие и размер убытков, причинную связь между допущенным правонарушением и возникшими убытками. Удовлетворение требования возможно при доказанности всей совокупности указанных условий ответственности. Недоказанность хотя бы одного из указанных условий является достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска о взыскании убытков.

Таким образом, лицу, требующему привлечения руководителя общества к ответственности, следует обосновать наличие в действиях руководителя состава правонарушения, предусмотренного пункта 1 статьи 53.1. ГК РФ, а именно: объективную сторону правонарушения - наличие недобросовестных, неразумных действий руководителя, нарушающих интересы общества; субъективную сторону правонарушения - виновность руководителя в данных действиях; а также причинно-следственную связь между совершенным правонарушением и убытками общества; размер убытков.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В подпунктах 2, 3 пункта 2 указанного Постановления определено, что недобросовестность действий директора считается доказанной, в частности, когда директор действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий указывает, что убытки обществу причинены в результате совершения бывшими руководителями должника указанных выше сделок, что впоследствии повлекло уменьшение конкурсной массы.

Отклоняя доводы конкурсного управляющего в части наличия правовых оснований для взыскания убытков ФИО3, суд первой инстанции правомерно сослался на определение от 10.11.2017 Арбитражного суда Кемеровской области, обстоятельства, установленные в котором имеют преюдициальное значение для настоящего спора по смыслу статьи 69 АПК РФ.

Так, определением суда от 10.11.2017 судом установлено, что 24.03.2015 между ООО «КузбассБелАвто» (Аредодатель) и ООО «Бизнессервис-Плюс» (Арендатор) заключен договор финансовой аренды № 2015/КБА-124 (далее – договор аренды). Предметом договора аренды являлось предоставление за плату во временное пользование трех единиц самосвалов БелАЗ-7555, шасси за № 2568, 2014 года выпуска, БелАЗ-7555, шасси за № 2574, 2014 года выпуска, БелАЗ-7555, шасси за № 2618, 2014 года. 

Дополнительным соглашением от 01.12.2015 произведена замена Арендатора ООО «Бизнессервис-Плюс» на нового Арендатора ООО «Сибирская Транспортная Компания» с переход к последнему всех прав и обязанностей по договору аренды.

Определением суда от 10.11.2017 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании соглашения от 01.12.2015 № 1 по основаниям статьи 61.2 Закона о банкротстве отказано по причине отсутствия вреда кредиторам.

Поскольку имущество в виде трех единиц самосвалов БелАЗ, находившихся во временном пользовании ООО «Бизнессервис-Плюс» до заключения соглашения о перенайме, не подлежало включению в конкурсную массу должника, а их снятие с регистрационного учета не привело к возникновению убытков на стороне должника, суд первой инстанции правильно отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в части взыскания убытков с ФИО3 в заявленном размере.

Рассматривая обоснованность требования конкурсного управляющего в части наличия правовых оснований для взыскания с ФИО4 в конкурсную массу ООО «Бизнессервис-Плюс» убытков, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что совокупность обстоятельств, предусмотренных статьей 15 ГК РФ, установлена, однако размер убытков доказан лишь на сумму 11 261 474 руб.

Оснований не согласиться с указанными выводами суда первой инстанции, апелляционная коллегия судей не усматривает, при этом исходит из следующего.

Судом установлено, что 01.10.2015 между ООО «БизнессервисПлюс» в лице ФИО4 (Продавец) и ФИО4 заключен договор купли-продажи трех единиц техники: экскаватор HIТАСНI ZX470L CR-3, заводской № HCM1JF00L00024041, № двигателя 6WG1-615598; экскаватор HIТАСНI ZX-450-3, заводской № HCM1J100P00023885, № двигателя 6WG1- 615342, экскаватор HIТАСНI ZX470LC-5G, заводской № HCMJAC91K00050321, № двигателя 6WG1-617622 (т. 15, л.д. 62-66).

Цена сделки согласована в размере 11 261 474 руб. (раздел 3 договора). 

Доказательства оплаты по договору в указанном размере не представлены.

ФИО4, указывая на то, что безвозмездность сделки не доказана, доказательств, подтверждающих реальную оплату по сделке, не представил ни суду первой инстанции, ни суду апелляционной инстанции.

Из содержания выписок по расчетному счету должника следует, что денежные средства ООО «Бизнессервис-Плюс» не поступали (т. 17, л.д. 41-86). 

Третье лицо определение суда от 06.02.2019 о представлении доказательств по оплате договора купли-продажи от 01.10.2015 не исполнило.

Операция по отчуждению техники в книги продаж должника не отражена (т. 15, л.д. 131-134).

Довод ФИО4 о том, что расчет фактически был произведен, однако подтвердить данное обстоятельство он не может, не соответствует требованиям статьи 65 АПК РФ и, как следствие, не опровергает выводов суда первой инстанции об отсутствии доказательств, подтверждающих произведения расчета по договору.

Указывая на то, что техника, переданная по договору, возвращена ООО «Бизнессервис-Плюс», в связи с расторжением договора купли-продажи от 01.10.2015 по причине обнаружения существенных недостатков в технике, ФИО4 не представляет допустимых доказательств в подтверждение данного обстоятельства.

Доказательства технического состояния (неудовлетворительного состояния) техники, которое положено в основу расторжения договора купли-продажи от 01.10.2015, ФИО4 и третьим лицом по требованию суда первой инстанции не представлены.

В отсутствие иных допустимых доказательств, подтверждающих неудовлетворительное состояние экскаваторов, которое указано в качестве основания расторжения договора от 01.10.2015 и возврата техники не представлено (т. 17, л.д. 135-136), правовых оснований для признания достаточными доказательствами по данному обособленному спору письменных показаний ФИО7, приобщенных в материалы дела представителем ФИО4, о том, что при осмотре экскаваторов были выявлены существенные недостатки технического состояния, у суда первой инстанции в силу статей 64, 68, 88 АПК РФ, не имелось. 

Доводы апелляционных жалоб о том, что факт возврата имущества подтверждается нотариально заверенной копией претензии ФИО4 в адрес должника, уведомлением о расторжении договора, соглашением о расторжении договора, Актом приема-передачи спецтехники, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку не нашли своего подтверждения.

Поскольку обстоятельства дела, в отсутствие иных допустимых доказательств, подлежали подтверждению только такими документами, ФИО4 и третьему лицу следовало представить на обозрение суда подлинники данных документов, что соответствует положениям части 5 статьи 75 АПК РФ.

Однако требование суда первой инстанции исполнено не было, в связи с чем указанные лица несут риск наступления последствий несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

Доводы апелляционных жалоб о том, что суд, признавая недопустимыми доказательствами нотариально заверенную копию претензии ФИО4 в адрес должника, уведомления о расторжении договора, соглашения о расторжении договора, Акта приема-передачи спецтехники, не обосновал необходимость и обязательность представления подлинников указанных документов в соответствии со статьей 75 АПК РФ, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку основана на ошибочном толковании указанной нормы права, прямо предусматривающей обязанность представления подлинников испрашиваемых документов по требованию арбитражного суда.

Кроме того, суд первой инстанции, оценивая критически перечисленные выше документы, обоснованно принял во внимание, что соглашение от 26.01.2016 о расторжении договора, акт приема-передачи самоходной техники от 26.01.2016 от имени должника подписан ФИО3, который, исходя из анализа материалов дела, фактически являлся номинальным директором.

Ссылки заявителей апелляционных жалоб о недоказанности номинального характера исполнения обязанностей руководителя со стороны ФИО3, судом апелляционной инстанции признаются несостоятельными.

Судом установлено, что руководитель должника (ФИО4) является отцом покупателя ФИО4 (т. 17, л.д. 27).

ФИО4 после возбуждения процедуры банкротства должника 04.05.2017 произведено снятие с регистрационного учета указанной техники (т.17, л.д. 30-32).

Материалами дела подтверждается, что третье лицо в период с 2015-2017 годы являлось плательщиком транспортного налога, в том числе по следующим объектам налогообложения, которые являлись предметом договора купли-продажи от 01.10.2015: экскаватор HIТАСНI ZX470L CR-3, регистрационный № 6233КР42, заводской № HCM1JF00L00024041, № двигателя 6WG1-615598; экскаватор HIТАСНI ZX-450-3, регистрационный № 6231КР42, заводской № HCM1J100P00023885, № двигателя 6WG1- 615342; экскаватор HIТАСНI ZX470LC-5G, регистрационный № 6236КР42, заводской № HCMJAC91K00050321, № двигателя 6WG1-617622 являлся ФИО4, также в 2017 году ФИО4 снимал с регистрационного учета указанные выше экскаваторы (т. 17, л.д. 118-125).

Из сведений о начисленном и уплаченном транспортном налоге за 2015-2017 годы, представленных ФНС, следует, что третье лицо исполняло обязанности по перечислению в бюджет начисленного налога. 

Данные обстоятельства лицами, участвующими в деле не оспариваются.

Апелляционная коллегия судей соглашается с выводом суда о том, что является крайне маловероятным и сомнительным то обстоятельство, что ФИО4, не являясь с 22.01.2016 собственником трех единиц техники, осуществлял добросовестно уплату транспортного налога до снятия техники с регистрационного учета, заблуждаясь относительно налоговых последствий ее регистрационного учета под своим именем. 

Довод ФИО4 о том, что оплата покупателем транспортного налога в 2015-2017 не подтверждает факта невозврата транспортных средств по Акту, судом апелляционной инстанции не принимается в качестве основания для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку допустимых доказательств, подтверждающих факт возврата спецтехники, суду не представлено.

Суд первой инстанции, учитывая хронологический порядок прекращения участия и исполнения функций руководителя со стороны ФИО4, а также принимая во внимание пояснения ФИО3 в рамках мероприятий налогового контроля от 27.04.2016 № 2214, от 13.05.2016 № 2215, согласно которым деятельность после смены руководителя и участника должником не осуществлялась, расчетные счета закрыты, финансовая отчетность не сдавалась, бухгалтерские документы первичного учета у ФИО3 отсутствуют, а также принимая во внимание, что в январе 2016 года ФИО3 принято решение о реорганизации должника в форме присоединения к ООО «Гарант», республика Башкортостан (определение суда от 17.01.2017 о принятии обеспечительных мер), обоснованно пришел к выводу о том, что ФИО4, таким образом, фактически реализован механизм по выводу ликвидного имущества в пользу своего сына ФИО4 с передачей управления деятельностью должника номинальному руководителю в последующем с целью прекращения деятельности в форме присоединения к иному юридическому лицу.

На основании изложенного, вывод суда первой инстанции о том, что при указанных выше обстоятельствах, возврат техники должнику нельзя признать установленным, является обоснованным.

Недобросовестность действий ответчика ФИО4, которая привела к выбытию из конкурсной массы должника трех единиц техники, привела к причинению вреда должнику в виде убытков, который сопряжён, как правомерно указано судом первой инстанции, с причинением вреда имущественным правам кредиторов в силу невозможности удовлетворения их требований в какой-либо части, что подтверждается реестром требований кредиторов (т. 15, л.д. 135-147).

Доказательств отсутствия вины в наступивших последствиях не представлено, в связи с чем оснований для освобождения лица, причинившего вред, от возмещения вреда (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ), не имеется.

Ссылка ФИО4 о том, что судом не учтено, что размер установленной субсидиарной ответственности ФИО3 достаточен для удовлетворения требований кредиторов, судом апелляционной инстанции не принимается в качестве основания для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку, как верно указано судом первой инстанции, сам факт привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности в размере реестра требований кредиторов, в отсутствие реального погашения задолженности на текущий момент, не привел к восстановлению имущественных потерь кредиторов.

Учитывая, что реестр требований кредиторов остается не удовлетворённым (т. 15, л.д. 135-147), оснований полагать, что юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, у суда первой инстанции не имелось, в связи с чем требование к директору о возмещении убытков удовлетворено правомерно.

Определяя размер убытков, суд первой инстанции, обоснованно принял во внимание возражения ответчика ФИО4 относительно размера суммы, заявленной конкурсным управляющим.

Сумма 21 310 000 руб. рассчитана исходя из стоимости приобретения экскаваторов должником в 2012-2013 годах.

Между тем, при определении размера убытков, подлежащих взысканию с ФИО4, конкурсный управляющий не учитывал технический износ техники, срок эксплуатации по состоянию на дату совершения сделки, что, как обоснованно указано судом первой инстанции, безусловно, влияет на ее стоимость, а поэтому не может быть принят в качестве истинного значения.

В отсутствие иных доказательств о стоимости трех единиц техники на дату совершения сделки от 01.10.2015, определение суммы убытков, исходя из цены сделки, определенной в разделе 3 договора купли-продажи, является справедливым. 

Таким образом, суд первой инстанции, руководствуясь вышеприведенными нормами и разъяснениями, обоснованно в удовлетворении заявления о взыскании убытков с ФИО3 отказал. Заявление о взыскании убытков с ФИО4 удовлетворил частично и взыскал с ФИО4 в конкурсную массу ООО «Бизнессервис-Плюс» 11 261 474 руб. убытков. 

Доводы заявителей апелляционных жалоб не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. 

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 12.03.2019 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-25704/2016 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО3, ФИО4 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

  Председательствующий Е.В. Кудряшева 

Судьи О.О. Зайцева

ФИО1