АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3395/22 

Екатеринбург

20 сентября 2023 г.

 

Дело № А76-20558/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 13 сентября 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 20 сентября 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Плетневой В.В.,

судей Столяренко Г.М., Кудиновой Ю.В.,

при ведении протокола помощником судьи Белоноговым П.А., рассмотрел в судебном заседании с использованием систем видеоконференцсвязи при содействии Арбитражного суда Челябинской области кассационные жалобы ФИО1 и закрытого акционерного общества «Челябинский завод сверхтвердых материалов» (далее – общество «Челябинский завод сверхтвердых материалов») на определение Арбитражного суда Челябинской области от 19.04.2023 по делу № А76-20558/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2023 по тому же делу.

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Челябинской области приняли участие представители:

ФИО1 - ФИО2 (паспорт, доверенность от 12.02.2019);

общества «Челябинский завод сверхтвердых материалов» - ФИО2 (доверенность от 20.01.2021);

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Управление производственно-технической комплектации» (далее – общество «Управление производственно-технической комплектации») ФИО3 - ФИО4 (доверенность от 13.09.2023).

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 13.12.2018 должник - общество «Управление производственно-технической комплектации» признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО5

Конкурсный управляющий ФИО3 30.12.2020 обратилась в суд с заявлением о привлечении общества «Челябинский завод сверхтвердых материалов», общества с ограниченной ответственностью «Интегро М» (далее – общество «Интегро М»), ФИО6, ФИО7, ФИО1, ФИО8, ФИО9 к солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 6 705 578 руб. 27 коп. оставшихся непогашенными требований незаинтересованных конкурсных кредиторов и требований по текущим платежам (с учетом уточнения, принято судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Определением суда от 23.03.2021 по ходатайству заявителя к участию в деле в качестве соответчика привлечено общество с ограниченной ответственностью «Металлсервис-Центр» (далее – общество «Металлсервис-Центр»).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 19.04.2023 заявление удовлетворено частично. К субсидиарной ответственности по обязательствам должника солидарно привлечены ФИО1, общество «Челябинский завод сверхтвердых материалов», ФИО7 В порядке привлечения к субсидиарной ответственности с ФИО1, общества «Челябинский завод сверхтвердых материалов» солидарно в пользу должника взыскано 6 705 578 руб. 27 коп. С ФИО7 в пользу должника солидарно в порядке привлечения к субсидиарной ответственности взыскано 500 000 руб. В остальной части в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2023 определение суда первой инстанции оставлено без изменения, апелляционные жалобы общества «Челябинский завод сверхтвердых материалов», ФИО1, ФИО7 – без удовлетворения.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением апелляционного суда, общество «Челябинский завод сверхтвердых материалов» и ФИО1 обратились в Арбитражный суд Уральского округа с кассационными жалобами, в которых просят обжалуемые судебные акты отменить, направить спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование доводов жалоб заявители указывают, что судами не установлено, в чем заключалась злонамеренность действий ответчиков, направленных на причинение убытков должнику или его кредиторам, а также совершение действий, направленных на сокрытие активов, за счет реализации которых возможно удовлетворение требований кредиторов, что является основанием для отказа в удовлетворении требования о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности; судами не исследовалось, что стало причиной объективного банкротства должника, в том числе доводы ответчиков о том, что причиной объективного банкротства должника являются не единичные сделки третьих лиц, опосредованно связанных с должником, а системный кризис строительной отрасли, повлиявших в том числе и на финансовое положение должника, причиной банкротства должника послужило прекращение деятельности общества с ограниченной ответственностью «Речелстрой» (далее – общество «Речелстрой») и общества с ограниченной ответственностью «СК «Дивизион» (далее – общество «СК «Дивизион»), поскольку последний являлся генеральным подрядчиком.

По мнению заявителей, судами не было исследовано, как именно совершение спорных сделок с обществом «СК «Дивизион» ухудшило финансовое состояние должника, что привело к банкротству, которое стало неизбежным, и какое отношение данные сделки имеют к ответчикам, при этом из текста судебных актов невозможно установить, являются ли сделки, перечисленные конкурсным управляющим, основанием для привлечения к субсидиарной ответственности общества «Челябинский завод сверхтвердых материалов» и ФИО1

Кроме того, заявители отмечают, что суд, отказывая в привлечении к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом (статья 9, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)) не установил признаков наращивания кредиторской задолженности перед независимыми кредиторами в условиях безусловной невозможности ее погашения должником, в том числе за счет компаний группы, при наличии у должника требований к ним.

Как полагают заявители, в материалах дела отсутствуют надлежащие и допустимые доказательства наличия вины ответчиков в создании критической ситуации для должника, причинно-следственной связи между указанными сделками и возникновением причин, повлекших несостоятельность (банкротство) должника, при этом законодательством о несостоятельности не предусмотрена презумпция наличия вины в доведении до банкротства только лишь за сам факт принадлежности ответчику статуса контролирующего лица.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа на основании статей 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, согласно данным Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) должник зарегистрирован в качестве юридического лица при создании 04.09.2014, единственным участником общества является ФИО10, место нахождения должника: г. Челябинск, ул. Энтузиастов, д. 30, офис 316, основной вид деятельности: торговля оптовая прочими строительными материалами и изделиями.

По данным ЕГРЮЛ лицами, имеющими право без доверенности действовать от имени должника, являлись: с 04.09.2014 по 24.12.2014 – ФИО11 (согласно решениям единственного участника общества с 27.08.2014 по 15.12.2014), с 24.12.2014 по 30.11.2016 - ФИО8 (согласно решениям единственного участника общества с 16.12.2014 по 30.11.2016), с 01.12.2016 по 16.03.2017 - ФИО9 (согласно решениям единственного участника общества с 01.12.2016 по 07.03.2017), с 17.03.2017 по дату открытия конкурсного производства – ФИО7 (согласно решению единственного участника общества от 07.03.2017 назначен на должность директора с 08.03.2017; 22.03.2018 по заявлению ФИО7 от 19.03.2018 внесена запись о недостоверности сведений о нем как руководителе).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 05.07.2018 принято к производству заявление о признании общества «Управление производственно-технической комплектации» несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 13.08.2018 в отношении должника введена процедура банкротства - наблюдение, временным управляющим утверждена ФИО5

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 13.12.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО5

При рассмотрении в рамках дела о банкротстве требований общества «Челябинский завод сверхтвердых материалов», общества «Металлсервис-Центр», общества «Интегро М» к должнику установлена аффилированность между должником и указанными лицами, их вхождение в одну группу компаний, бенефициаром которой является ФИО1 (определения суда от 07.08.2019 и от 08.08.2019).

В реестр требований кредиторов должника включены требования общества с ограниченной ответственностью «Уралглавкерамика» в размере 1 932 414 руб. 74 коп., общества с ограниченной ответственностью «Компания ЧелябМетиз» за поставленную продукцию по товарной накладной от 10.08.2016 № 4083 в размере 120 384 руб., Федеральной налоговой службы в размере 3 196 760 руб. 12 коп.

Ссылаясь на наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности общества «Челябинский завод сверхтвердых материалов», общества «Интегро М», ФИО6, ФИО7, ФИО1, ФИО8, ФИО9, общества «Металлсервис-Центр» как контролирующих должника лиц, на основании положений статей 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, поскольку контролирующими должника лицами построен бизнес по конструкции убыточности, в которой должник являлся транзитным лицом для обеспечения деятельности общества «Речелстрой», общества «Челябинский завод сверхтвердых материалов», где основные корпоративные и хозяйственные решения принимались ФИО1 с использованием иных корпоративных структур, таких как общества «Челябинский завод сверхтвердых материалов», «Интегро М» и «Металлсервис-Центр», и не вел самостоятельную экономическую деятельность, а действовал как структурное подразделение в рамках группы компаний; признаки несостоятельности (банкротства) появились с 15.01.2016, при этом должник не был платежеспособен без непосредственных взаимозачетов и финансирования со стороны группы компаний, в которую он входил, начиная с 2014 года (т.е. с момента создания); контролирующими должника лицами не переданы управляющему запасы, числившиеся ранее на балансе должника; должником совершались сделки в отсутствие встречного предоставления со стороны аффилированных контрагентов в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий обратился в суд с соответствующим заявлением.

Возражая относительно предъявленных требований, ФИО7 указывал на номинальность его руководства, а также на принятие управленческих решений по указанию ФИО1

Удовлетворяя заявленные требования частично, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействий номинального руководителя ФИО7 и фактических руководителей и выгодоприобретателей от деятельности холдинга - ФИО1 и общества «Челябинский завод сверхтвердых материалов».

При этом судами отклонены доводы управляющего о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве, поскольку на момент возникновения задолженности перед кредиторами, чьи требования включены в реестр требований кредиторов, у должника имелись значительные обороты по счету, активы, превышающие указанную задолженность, признаков наращивания кредиторской задолженности перед независимыми кредиторами не установлено.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, суд округа полагает определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда подлежащими отмене.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пункту 2 статьи 61.11. Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из обстоятельств, приведенных в названном пункте.

Статья 61.12 Закона о банкротстве предусматривает ответственность контролирующих должника лиц за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о признании его несостоятельным банкротом.

Исходя из пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53), под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы, при этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Кроме того, в соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 20 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Из смысла приведенных разъяснений, основывающихся на общих положениях о деликтной ответственности (статьи 15, 1064 ГК РФ), следует, что привлечение к субсидиарной ответственности по рассматриваемому основанию допустимо лишь в случае доказанности состава правонарушения, включающего, в числе прочего, причинно-следственную связь между вменяемыми контролирующему должника лицу деяниями (бездействием) и негативными последствиями на стороне конкурсной массы - объективным банкротством организации должника, под которым для целей Закона о банкротстве понимается критическое состояние организации, когда она стала неспособна в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по обязательным платежам.

При этом, исходя из разъяснений, данных в пункте 1 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, по своей юридической природе субсидиарная ответственность, являясь экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков. И напротив, отказ в иске указывает на то, что в основе несостоятельности лежат иные обстоятельства, связанные с объективными рыночными факторами, либо что принятая предприятием стратегия ведения бизнеса хотя и не являлась недобросовестной, но ввиду сопутствующего ведению предпринимательской деятельности риску не принесла желаемых результатов.

В данном случае, как следует из обжалуемых судебных актов, суды установили, что должник входит в группу компаний для целей деятельности общества «Речелстрой», ФИО12 и общество «Челябинский завод сверхтвердых материалов» являются контролирующими должника лицами, ФИО7 – номинальным руководителем должника.

Рассмотрев доводы конкурсного управляющего, суды также установили, что в период возникновения требований кредиторов, в последующем включенных в реестр требований кредиторов, у должника имелись значительные обороты по счету, по данным баланса на 31.12.2017 имелись активы, превышающие указанную задолженность; в ходе процедуры банкротства выявлены активы должника в виде дебиторской задолженности, превышающей размер реестровых требований к должнику. Признаков наращивания кредиторской задолженности перед независимыми кредиторами в условиях безусловной невозможности ее погашения должником, в том числе за счет компаний группы, при наличии у должника требований к ним, не установлено. В связи с этим суды отказали в привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом (статья 9, 61.12 Закона о банкротстве).

В то же время судами отклонены доводы ФИО12 и общества «Челябинский завод сверхтвердых материалов» о том, что в течение2017 года должник являлся платежеспособным, поскольку напрямую экономически зависел от деятельности группы компаний «Речелстрой».

Относительно доводов конкурсного управляющего о непереданных ему имевшихся у должника на 31.12.2017 запасах на сумму 3 946 000 руб. суды отметили, что за счет данного имущества могло производиться уменьшение кредиторской задолженности должника после 2017 года.

Кроме того, судами отмечено совершение должником сделок на сумму 13 875 318 руб. при наличии просроченных обязательств перед кредиторами, которые в последующем признаны недействительными сделками определениями Арбитражного суда Челябинской области от 18.06.2020, 22.11.2020.

Исходя из указанных обстоятельств, суды пришли к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО12, общества «Челябинский завод сверхтвердых материалов» и ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Таким образом, фактически в рассматриваемом случае суды ограничились установлением статуса контролирующих должника лиц и констатацией факта того, что их действия привели к банкротству должника.

Вместе с тем, обстоятельства конкретного спора, подлежащие обязательному установлению (причины несостоятельности должника, добросовестные (недобросовестные) действия ответчиков, влияние сделок с обществом «СК «Дивизион» на финансовое состояние должника, рыночные факторы, существенность влияния действий (бездействия) контролирующих лиц на положение должника, наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством), судами не исследованы. Мотивы удовлетворения требований управляющего судами надлежащим образом со ссылкой на материалы дела не обоснованы, доказательства, на основании которых суды пришли к таким выводам, в обжалуемых судебных актах не указаны, что является нарушением положений статей 168, 170, 271 АПК РФ.

Учитывая изложенное, а также то, что исходя из вышеназванных обстоятельств, выводы судов сделаны при неправильном применении норм материального и процессуального права, являются недостаточно обоснованными, сделаны преждевременно, без исследования и оценки всех обстоятельств дела, имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, что повлекло совершение ошибочных выводов и вынесение неправильных судебных актов, обжалуемые судебные акты подлежат отмене, дело - направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду, с учетом изложенного в мотивировочной части постановления, надлежит устранить отмеченные недостатки, дать оценку доводам, приведенным лицами, участвующими в деле, установить все фактические обстоятельства дела, имеющие значение для разрешения данного спора по существу, исследовать и оценить в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, и по результатам исследования и оценки представленных доказательств принять решение в соответствии с установленными обстоятельствами и действующим законодательством.

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 27.07.2023 удовлетворено ходатайство ФИО1 о приостановлении исполнения обжалуемых судебных актов до окончания производства в арбитражном суде кассационной инстанции. Поскольку производство по кассационной жалобе завершено, приостановление исполнения судебных актов в силу статьи 283 АПК РФ подлежит отмене.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 19.04.2023 по делу № А76-20558/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2023 по тому же делу отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Челябинской области.

Отменить приостановление исполнения обжалуемых судебных актов, принятое определением Арбитражного суда Уральского округа от 27.07.2023.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       В.В. Плетнева 

 

Судьи                                                                                    Г.М. Столяренко 

 

                                                                                     Ю.В. Кудинова