АРБИТРАЖНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

426011, г. Ижевск, ул. Ломоносова, 5

http://www.udmurtiya.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А71- 14494/2022

03 февраля 2023 года

г. Ижевск

 

Резолютивная часть решения объявлена 30 января 2023 года

Полный текст решения изготовлен 03 февраля 2023 года            

Арбитражный суд Удмуртской Республики в составе судьи М.С. Сидоровой при ведении протокола судебного заседания секретаря судебного заседания Т.В. Климаш, рассмотрел в открытом судебном заседании дело по  заявлению Акционерного общества «Ижевский опытно-механический завод» о признании недействительным решения Управления Федеральной антимонопольной службы по Удмуртской Республике от 24 июня 2022 года о прекращении рассмотрения дела № 018/01/14.5-683/2019 о нарушении антимонопольного законодательства, при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: ООО «Каури» г. Ижевск, ПАО «Ижсталь» г. Ижевск,

при участии в судебном заседании представителей:

от заявителя – адвоката Варначева Д.Г. по доверенности от 15.02.2022;

от ответчика – ФИО1 по доверенности 13.01.2023;

от ООО «Каури» – ФИО2 по доверенности от 15.08.2022;

от ПАО «Ижсталь» – ФИО3 по доверенности от 29.06.2022,

установил:

Акционерное общество «Ижевский опытно-механический завод», г.Ижевск (далее – АО «ИОМЗ», общество, заявитель) обратилось в Арбитражный суд Удмуртской Республики с заявлением о признании недействительным решения Управления Федеральной антимонопольной службы по Удмуртской Республике (далее Удмуртское УФАС России, УФАС России по УР, антимонопольный орган, ответчик) от 24.06.2022 по делу № 018/01/14.5-683/2019.

В судебном заседании АО «ИОМЗ» требования поддержало, по основаниям, изложенным в заявлении и письменных пояснениях. Заявитель считает, что у антимонопольного органа не имелось оснований для принятия оспариваемого решения, поскольку оно принято в нарушение установленных требований. Содержание оспариваемого решения УФАС по УР не соответствует нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения. 

По мнению общества, при рассмотрении заявления Удмуртским УФАС России была дана ошибочная правовая оценка установленным обстоятельствам дела.

Заявитель пояснил, что в соответствии с решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21.10.2016 по делу № А71-5961/2010 (вступившим в силу 31.08.2017) действия ООО «Каури» по использованию исключительных прав, охраняемых патентом № 2270268, принадлежащим АО «ИОМЗ», были признаны незаконными. ООО «Каури» был запрещен ввоз, изготовление, заключение договоров на изготовление, применение, совершение предложений к продаже, продажа, а также иное введение в гражданский оборот или хранение для этих целей продукта, в котором использовано изобретение, признаки которого приведены в независимых пунктах патентов RU 2270268, RU 2270269. Данный запрет ООО «Каури» и ПАО «Ижсталь» не исполнялся и не исполняется, о чем свидетельствует вынесенное Арбитражным судом Удмуртской Республики решение по делу № А71-452/2019 от 02.04.2019, вступившее в законную силу 08.07.2019, (оставлено без изменения Арбитражным судом Уральского округа и Верховным судом РФ). Указанными судебными актами установлено, что ответчики совершали деяния, охватываемые диспозицией ст. 14.5 Закона о защите конкуренции. Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 02.09.2019 в порядке ст. 332 АПК РФ за неисполнение судебного акта по делу № А71-5961/2010 на ООО «Каури» наложен судебный штраф в размере 50 000 рублей. 

Таким образом, полагает заявитель, ввод в гражданский оборот продукции, содержащей все признаки независимого пункта 1 формулы патента на изобретение №2270268 и 2270269, хозяйствующими субъектами ООО «Каури» и ПАО «Ижсталь» является доказанным.

Общество отмечает, что фактические обстоятельства, подтверждающие продолжающееся незаконное использование изобретения АО «ИОМЗ» были также подтверждены решением Арбитражного суда Удмуртской Республики по делу А71-452/2019 от 02.04.2019, в котором имеется указание ответы Пермской таможни, в том числе от 16.01.2018, о том, что ООО «Каури»в период с 01.01.2015 по 23.08.2018 оформило декларации на товары №10411090/071015/0003957, №10411090/200616/0003792, №10411090/24086/0005149, №10411090/221116/0007156, №10411090/151216/0007736, №10411090/120117/0000107 подтаможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления, признаки которого приведены в патенте RU 2270268. В описании и характеристике товара указано, что это прутки из коррозионностойкой стали общепромышленного назначения (применения), холоднообработанные круглого сечения.

УФАС по УР не учтено, что факт введения ООО «Каури» в гражданский оборот продукции с незаконным использованием патента АО «ИОМЗ» установлен судебными актами по делу № А71-5961/2010.

Заявитель считает, что ссылка Удмуртского УФАС России на  судебные акты, принятые после подачи заявления завода, является несостоятельной. Судом первой инстанции были установлены все фактические обстоятельства дела, но неправильно определен характер спорных материальных правоотношений. Суд апелляционной инстанции не устранил допущенные нарушения. Суд кассационной инстанции же принял решение на основе иной оценки представленных доказательств, что свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 АПК РФ, существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле.

Кроме того, антимонопольным органом не исследован тот факт, что полученная ООО «Каури» от ПАО «Ижсталь» металлопродукция из стали марки XM-12(S) по ТС 1236-2017, реализовывалась ООО «Каури» в ООО «Лукойл ЭПУ сервис» и АО «Новомет-Пермь» уже как металлопродукция из стали ХМ-12 по ТУ 14-1-5587-2010, при этом из большинства сертификатов качества ООО «Каури» намеренно исключены данные о содержании молибдена и вольфрама. Данный факт касается плавок ПАО «Ижсталь» 4Т566, 4Т8372, 4Т9623, где фигурирует сталь марки XM-12(S), что подтверждается приложенными сертификатами качества ПАО «Ижсталь».

Заявитель обращает внимание на то, что нарушение ООО «Каури» и ПАО «Ижсталь» ст. 14.5 Закона о защите конкуренции задокументировано с 08.04.2019, на момент вынесения обжалуемого решения не прекращено, т.е. является длящимся.

Общество указало, что УФАС по УР нарушило порядок принятия оспариваемого решения, уклонилось от анализа приведенных доводов АО «ИОМЗ» и заменило их анализом последующих действий участников недобросовестной конкуренции - ООО «Каури» и ПАО «Ижсталь», тем самым выйдя за пределы требований заявителя, а также не воспользовалось правом назначения экспертизы и/или направления запросов информации, в части нарушения патентных прав АО «ИОМЗ».

Заявитель обращает внимание на то, что вопреки доводам ООО «Каури» и ПАО «Ижсталь», настоящий спор не касается использования вопросов производства и выпуска в оборот стали, выполненной по формуле ХМ -12. Речь идет о правомерности использования формулы изобретения, патент на которую принадлежит АО «ИОМЗ». Сам по себе факт соответствия химического состава стали требованиям, установленным ASTM, не опровергает довод общества о том, что при изготовлении спорной стали были использованы запатентованные им технические решения. АО «ИОМЗ» не наделяло ООО «Каури» и ПАО «Ижсталь» правами на выпуск продукции, содержащей охраняемые патентом заявителя технические решения.

Соответственно, считает заявитель, в данном случае в действиях ООО «Каури» и ПАО «Ижсталь» имеются все признаки недобросовестной конкуренции, содержащиеся в и. 9 ч. 4 ст. 10 Закона о защите конкуренции, основания для прекращения рассмотрения дела № 08/01/14.5-12/2021 о нарушении антимонопольного законодательства отсутствовали.

Антимонопольный орган в судебном заседании требования не признал по основаниям, изложенным в отзыве, указав, что выводы, содержащиеся в судебных актах арбитражных судов по делу №А71-5961/2010, не свидетельствуют о незаконности решения Удмуртского УФАС России по делу №018/01/14.5-683/2019.

Согласно решению Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21.10.2016 по делу №А71-5961/2010 (оставлено без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.08.2017, постановлением Суда по интеллектуальным правам от 21.11.2017) были удовлетворены требования АО «ИОМЗ» о взыскании с ООО «Каури» убытков в размере 8 394 859 руб., ООО «Каури» было запрещено ввозить на территорию Российской Федерации, изготавливать и заключать договоры в целях изготовления, а также применять, совершать предложения к продаже, продажу, иное введение в гражданский оборот или хранение для этих целей продукта, в котором использовано изобретение, признаки которого приведены в независимых пунктах патентов RU 2270268, RU 2270269.

Вместе с тем, судебным решением факт введения ООО «Каури» в оборот металлопродукции из стали, состав которой охраняется патентом №2270268, установлен в период времени 2007-2010 гг.

При рассмотрении дела о нарушении антимонопольного законодательства №018/01/14.5-683/2019 АО «ИОМЗ» не предоставлено доказательств продолжения неправомерного использования ПАО «Ижсталь» и ООО «Каури» в течение трех лет, предшествующих дате подачи заявления, результатов интеллектуальной деятельности, охраняемых патентом №2270268, принадлежащим АО «ИОМЗ», в связи с чем, УФАС по УР пришло к выводу об отсутствии в действиях ПАО «Ижсталь» и ООО «Каури» нарушения статьи 14.5 Закона о защите конкуренции.

Более того, решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 17.09.2021 по делу №А71-9764/2019 (оставлено в силе постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2021, постановлением Суда по интеллектуальным правам от 26.05.2022) АО «ИОМЗ» было отказано в исковых требованиях к ПАО «Ижсталь» и ООО «Каури» об обязании внести изменения в техническое соглашение № 1236-2017 и иные соглашения на поставку прутков горячекатаных с обточенной поверхностью из стали марок ХМ-12, ХМ-12 (S), 05Х15Н5ДЗАБШ, в том числе соглашения, которые будут заключаться в будущем; об обязании ООО «Каури» внести изменения в ТУ 14-1-5587-2010 «Прутки со специальной отделкой поверхности из коррозионностойкой стали марок ХМ-12, 03Х12АН6М, 03Х14Н7В, 20Х12АГ1», зарегистрировать соответствующие изменения в ГНЦ РФ ФГУП «ЦНИИчермет им. И.П. Бардина».

Также решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 05.02.2022 по делу №А71-11277/2019 (оставлено без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.06.2022) АО «ИОМЗ» было отказано в исковых требованиях к ПАО «Ижсталь», ООО «Каури», ООО НПП «СТМ», ООО «Технология», ООО «Ижком» об обязании не ввозить на территорию Российской Федерации, не изготавливать и не заключать договоры в целях изготовления, а также не применять, не совершать предложения к продаже, продажу, иное введение в гражданский оборот или хранение для этих целей продукта, в котором использовано изобретение, признаки которого приведены в независимом пункте патента RU 2 270 268, изъять у ООО «Каури» (ОГРН 

<

***>) и уничтожить за его счет все изделия, в которых использовано изобретение, признаки которого приведены в независимом пункте патента RU 2 270 268, о взыскании с ООО «Каури» компенсации нарушенного права в сумме 107 998 910,76 руб.

Арбитражным судом Удмуртской Республики при рассмотрении дел №А71-9764/2019 и №А71-11277/2019 на основании заключений экспертов было установлено, что ПАО «Ижсталь» и ООО «Каури» при осуществлении своей предпринимательской деятельности не использовали исключительные права АО «ИОМЗ», охраняемые патентом №2270268.

Решения Арбитражного суда Удмуртской Республики по вышеуказанным делам №А71-9764/2019 и №А71-11277/2019 имеют преюдициальное значение для рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства.

Ответчик указал, что решение по делу №А71-452/2019 не может являться доказательством незаконного использования изобретения, так как предметом спора являлось оспаривание действий судебного пристава, выраженного в не привлечении специалиста для проведения патентно-технической экспертизы и преждевременном окончании исполнительного производства. Арбитражный суд Удмуртской Республики не делает выводов о продолжении противоправного поведения со стороны ООО «Каури», а указывает на необходимость участия в исполнительном производстве специалиста в области интеллектуальной собственности в целях доподлинного установления факта исполнения решения суда о выполнении ООО «Каури» запрета на использование изобретений, патентодержателем которых является АО «ИОМЗ». Достаточных доказательств, указывающих, что ПАО «Ижсталь» и ООО «Каури» на момент вынесения судом решения совершали действия по использованию патента АО «ИОМЗ», обществом в рамках судебного дела не представлено.

Антимонопольный орган считает, что решения Арбитражного суда Удмуртской Республики по делам №А71-9764/2019 и №А71-11277/2019 имеют преюдициальное значение для рассмотрения настоящего дела.

Третьи лица поддержали позицию УФАС России по УР, возражали против удовлетворения требований заявителя по основаниям, изложенным в отзывах на заявление. 

ООО «Каури» считает, что требование заявителя удовлетворению не подлежит в связи с необоснованностью и противоречивостью приводимых заявителем доводов. Так, АО «ИОМЗ» указывает в жалобе на то, что юридическое значение имеет только судебное решение по делу №А71-5961/2010 и вытекающие из указанного исполнительное производство в рамках дела А71-5961/2010, судебный акт по штрафу (в рамках дела А71-5961/2010), судебный акт по делу А71-452/2019. С другой стороны, приводя довод о том, что технические соглашения и технические условия между ПАО «Ижсталь» и ООО «Каури» нарушают патентные права АО «ИОМЗ», заявитель не учитывает вступившие в законную силу судебные акты по делу №А71-9764/2019 и №А71-13515/2017.

Общество обратилось с заявлением 08 апреля 2019 года, следовательно, рассматриваемый срок давности при рассмотрении дела о нарушении антимонопольного законодательства составлял период три года со дня совершения нарушения антимонопольного законодательства. Факты нарушения АО ИОМЗ обосновывал фактами поставок по плавкам металла в период с 2016 по 2018 года включительно. В свою очередь, в производстве Арбитражного суда Удмуртской Республики находились следующие споры между АО ИОМЗ и ООО Каури.

В частности, дело №А71-5961/2010 (за период поставок с 2007 по 2010 год) и промежуточные споры в рамках данного дела: о взыскании штрафа по исполнительному производству в части запрета использования изобретения и по взысканию неустойки по исполнительному производству в части запрета использования изобретения, и связанного с ним спора №А71-452/2019 (оспаривание действий судебного пристава-исполнителя в связи с окончанием исполнительного производства по запрету в рамках дела №А71-5961/2010).

Также в производстве суда находились: дело №А71-5410/2013 (период по иску поставки 2013 год по февраль 2016 года), №А71-9764/2019 (по техническому соглашению ПАО «Ижсталь» период по иску 2016 год по 2019 год) и А71-11277/2019 (период по иску 2016 год по 2019 год) и №А71-13515/2017 (по техническим соглашениям ПАО «Ижсталь» и ООО «Каури»). Решениями всех судебных инстанций по делу №А71-5410/2013 (период по иску поставки 2013 год по февраль 2016 года), №А71-9764/2019 и №А71-11277/2019 (период по иску 2016 год по 2019 год) в удовлетворении иска АО «ИОМЗ» о взыскании убытков за нарушение патентных прав, а также в части запрета использования технических условий и соглашений было отказано полном объеме.

В рамках дела № №А71-13515/2017, где АО «ИОМЗ» выступало в качестве ответчика, исследовались технические соглашения (условия) ПАО «Ижсталь» (истца по делу), в том числе по изготовлению стали марки ХМ-12., установлено отсутствие тождественности сталей по техническим соглашениям и патенту истца.

Относительно судебного решения и спора по делу №А71-5961/2010, на которое ссылается АО «ИОМЗ», то решением по данному делу было взыскано с ООО «Каури» в пользу АО «ИОМЗ» убытки, а также был установлен запрет изготавливать и заключать договоры для этих целей продукта, в котором использовано изобретение, признаки которого приведены в независимых пунктах патентов RU 2270268, RU 2270269. Предметом рассмотрения дела и экспертных исследований были конкретные плавки 1Т3732(ХМ-12) и 1Т9070(630) и поставки металла, относящиеся к периоду 2007-2010 гг., что прямо следует из текста судебного акта. Продукция указанных плавок была реализована еще в 2010 году. Следовательно, предмет указанного дела выходит за рамки сроков при рассмотрении антимонопольного законодательства. Более того, после вынесения в 2020 году решения СИП-1003/2019 (по оспариванию патента) была представлена новая трактовка толкования математического признака патента, однако, по делу №А71-5961/2010 она ранее не применялась. Следовательно, названные судебный акт не содержит никаких преюдициальных обстоятельств, которые могли быть учтены при рассмотрении настоящего дела.

Относительно исполнительного производства № 29622/19-18017-ИП (ранее №73923/17/18022-ИП, № 11173/18/18017-ИП), возбужденного на основании исполнительного листа ФС № 014267858 от 21.09.2018, выданного Арбитражным судом Удмуртской Республики по делу №А71-5961/2010, в части требования запрета использования изобретения, третье лицо пояснило, что исполнительное производство было возбуждено в 2017 году. Постановлением от 29.12.2018 старшего судебного пристава МРО по ОИП ФИО4 исполнительное производство №11173/18/18017-ИП было окончено на основании подп. 1 п.1 ст. 47 ФЗ «Об исполнительном производстве». В последующем в августе 2019 года исполнительное производство было возобновлено в связи с отменой указанного постановления об окончании исполнительного производства (оспоренного АО «ИОМЗ» в рамках дела №А71-452/2019). После возобновления производства для установления факта исполнения или неисполнения должником требований исполнительного листа был привлечен специалист в области интеллектуальной собственности. Судебным приставом-исполнителем к материалам исполнительного производства приобщено проведенное металловедческое исследование на предмет нарушения требований запрета (соответствия или несоответствия продукции патентам истца) по документам исполнительного производства (сертификатам ПАО «Ижсталь» за период с 2016 по 2018 года). Экспертизой установлено отсутствие нарушения патентов RU 2270268, RU 2270269. В соответствии с заключением эксперта от 29.04.2020, в продукции, реализованной ООО «Каури» ООО «Лукойл ЭПУ Сервис, ПАО «Ижсталь», АО «Новомет-Пермь», не использованы признаки независимого п.1 формулы изобретения патентов RU 2270268, 2270269. Продукция, реализованная ООО «Каури», изготовлена в соответствии с техническим соглашением 1236-2017 и техническими условиями 14-1-5587-2010».

В связи с тем, что в производстве Арбитражного суда УР находятся дела №А71-5410/2013 (поставки с 2013 года по февраль 2016 года), №А71-11277/2019 и №А71-9764/2019 (поставки стали за период с 2016 по 2018 года), в рамках которых назначены патентные экспертизы по тем же поставкам стали, что и рассматривались в рамках исполнительного производства, судебный пристав-исполнитель откладывал принятие решения об окончании исполнительного производства до получения результатов патентных экспертиз в рамках указанных судебных дел. По результатам рассмотрения названных споров постановлением от 02.06.2022 года исполнительное производство окончено в свези с тем, что не установлено нарушений судебного запрета после вынесения судебного акта по делу №А71-5961/2010. Названное постановление АО «ИОМЗ» не оспорено и вступило в законную силу. Следовательно, материалами исполнительного производства не подтверждается нарушение патентных прав АО «ИОМЗ».

Относительно дела № А71-452/2019 ООО «Каури» указало, что решение по данному делу не может являться доказательством незаконного использования изобретения АО «ИОМЗ», так как предметом спора являлось оспаривание действий судебного пристава, выраженного в том, что он окончил исполнительное производство без привлечения специалиста -  патентоведа для анализа сертификатов поставок и в преждевременном окончании исполнительного производства, после чего исполнительное производство было возобновлено и проведено патентное исследование, которым не установлено нарушение патентных прав АО «ИОМЗ». Иными словами, названным судебным актом не установлены факты нарушения патентов АО «ИОМЗ», а указывается о неполноте проверки, проведенной судебным приставом-исполнителем. 

ООО «Каури» полагает, что сам факт указания в письме таможни о наличии в декларациях на товары признаков патента не свидетельствует о факте нарушения патентных прав, поскольку это является лишь мнением таможенного органа, и само наличие признака недостаточно для вывода о нарушении. Более того, приведенные в судебном акте обстоятельства, не нашли свое подтверждение в дальнейшем после отмены постановления об окончании исполнительного производства и проведении патентного анализа документов.

Более того, в заключении коллегии Палаты по патентным спорам от 07.12.2017 по результатам рассмотрения возражения относительно марки стали ХМ-12 указано: «Патентообладатель (АО «ИОМЗ») также отмечает, что состав стали, охарактеризованный в независимом пункте 1 формулы оспариваемого патента, отличается от состава стали ХМ-12, известного из источника информации (стандарт ASTM). B отзыве также указано, что упомянутое в возражении решение суда (№А71-5961/2010) подтверждает факт различия в составах стали по оспариваемому патенту и стали ХМ-12, известной из источника информации состав стали ХМ-12 не характеризуется всеми признаками, содержащимися в независимом пункте 1 формулы оспариваемого патента. Так, сталь, по независимому пункту 1 формулы оспариваемого патента в отличие от стали ХМ-12, известной из источника информации (стандарт ASTM), содержит в своем составе молибден и/или вольфрам».

По аналогичным основаниям, считает третье лицо, не имеет правового значения для рассматриваемого дела обстоятельства, установленные определением Арбитражного суда УР по делу №А71-5961/2010 от 02.09.2019, которым по заявлению АО «ИОМЗ» на ООО «Каури» наложен штраф за неисполнение судебного акта, поскольку суд, вынося данное решение, руководствовался тем фактом, что на дату вынесения судебного решения исполнительное производство в части запрета не было окончено. Данным решением не устанавливались обстоятельства нарушения патентных прав в отношении конкретных поставок металла.

Более того, позднее в рамках дела №А71-5961/2010 было вынесено новое определение 17 ААС от 02.02.2021 по заявлению АО «ИОМЗ» о взыскании неустойки за неисполнение судебного акта в рамках дела №А71-5961/2010. В данном судебном акте получили надлежащую оценку обстоятельства хода и результатов исполнительного производства, в том числе судом учитывался судебный акт по делу №А71-452/2019 и определение Арбитражного суда УР от 02.09.2019 о наложении штрафа. Определением 17 ААС и Постановлением СИП от 07.06.2021 по этому же вопросу не установлен факт нарушения запрета и патентных прав в рамках исполнительного производства в части запрета, начиная с 2017 года (даты возбуждение исполнительного производства). 

Следовательно, приводимые в жалобе заявителя судебные акты по делу №А71-5961/2010 и делу №А71-452/2019 (обстоятельства ими установленные) не имеют преюдициального значения для рассматриваемого дела, являются неактуальными с точки зрения выносимых последующих судебных актов и результатов исполнительного производства; материалы исполнительного производства не подтверждают факты нарушения прав АО «ИОМЗ».

В производстве Арбитражного суда Удмуртской Республики находились на рассмотрении споры, связанные с настоящим производством как одним и тем же предметом рассмотрения (патент ИОМЗ № 2270268, период, изделия ООО «Каури»), так обстоятельствами, на которые ссылаются стороны, с участием тех же лиц, которые участвуют в настоящем деле. Так, Определением УФАС по УР от 15.04.2021 производство по делу №018/01/14.5-683/2019 приостанавливалось до вступления в законную силу судебного акта кассационной инстанции ВС РФ по делу СИП-1003/2019 (вторая кассация ВС РФ) и рассмотрения споров но делу №А71-11277/2019 и А71-9764/2019 по существу. Вместе с тем, судебными актами по делу СИП-1003/2019 установлено новое толкование признака «никель расчетный» формулы изобретения АО «ИОМЗ», и это, в свою очередь, опровергает все расчеты заявителя, а также выводы заключений специалиста ФИО5, в части нарушении патентных прав общества. Рассмотрение споров по делу №А71-5410/2013, №А71-11277/2019 и №А71-9764/2019 также приостанавливалось до рассмотрения спора СИП-1003/2019.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 17.09.2021 по делу № А71-9764/2019 в удовлетворении иска АО «ИОМЗ» к ООО «Каури», ПАО «Ижсталь» с требованиями - об обязании ответчиков внести изменения в Техническое соглашение 1236-2017 и иные соглашения на поставку прутков горячекатаных с обточенной поверхностью из стали марок ХМ-12, ХМ-12 (S), 05Х15Н5ДЗАБШ, в том числе соглашения, которые будут заключаться в будущем; об обязании ООО «Каури» внести изменения в ТУ 14-1-5587-2010 «Прутки со специальной отделкой поверхности из коррозионностойкой стали марок ХМ-12, 03Х12АН6М, 03Х14Н7В, 20Х12АГ1», зарегистрировать соответствующие изменения в ГНЦ РФ ФГУП «ЦНИИчермет им. И.П. Бардина» отказано в полном объеме. Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27 декабря 2021 года решение суда оставлено без изменения. Постановлением Суда по интеллектуальным правам от 26.05.2022 судебные акты судов первой и апелляционной инстанций оставлены без изменения.

На основании изложенного ООО «Каури» считает, что в его действиях отсутствуют признаки нарушения антимонопольного законодательства, а обжалуемое решение Удмуртского УФАС России от 24.06.2022 о прекращении рассмотрения по делу о нарушении антимонопольного законодательства № 018/01/14.5-683/2019 законно и обоснованно, оснований для признания его недействительным не имеется.

ПАО «Ижсталь» также считает решения УФАС по УР от 24.06.2022 законным и обоснованным, указывая, что со стороны ПАО «Ижсталь» отсутствует нарушение требований ст. 14.5 ФЗ «О защите конкуренции». Полагает необоснованными доводы заявителя о том, что антимонопольным органом при рассмотрении дела не учтены результаты судебных споров по делам № А71-5961/2010 и № А71-452/2019, т.к. в оспариваемом решении Управления ФАС по УР от 24.06.2022 (стр. 13) прямо оговаривается, что Комиссией установлено, предметом экспертных исследований при рассмотрении вышеуказанного дела были конкретные плавки, относящиеся к периоду 2007-2010 гг. Следовательно, предмет указанного дела выходит за рамки сроков давности при рассмотрении дела о нарушении антимонопольного законодательства. Данный вывод поддерживает и апелляционная коллегия ФАС России в своем решении от 23.09.2022. Кроме того, апелляционная коллегия ФАС России в решении от 23.09.2022 устанавливает, что решение суда по делу №А71-452/2019 не может являться доказательством незаконного использования изобретения, поскольку предметом спора являлось оспаривание действий судебного пристава, выраженных в непривлечении специалиста для проведения экспертизы и преждевременном окончании исполнительного производства.

Кроме того, после вынесения судебного решения по делу № СИП-1003/2019, была представлена новая трактовка толкования математического признака патента, однако по делу №А71-5961/2010 она ранее не применялась.

ПАО «Ижсталь» соглашается с выводами УФАС по УР о том, что ранее вынесенные решения Арбитражного суда УР по делам № А71-9764/2019 и № №А71-11277/2019 имеют преюдициальное значение для рассмотрения настоящего дела. Арбитражным судом УР по вышеуказанным делам назначалась судебная комиссионная патентно-техническая экспертиза, по результатам которой установлено, что ПАО «Ижсталь» и ООО «Каури» при осуществлении своей предпринимательской деятельности не использовали исключительные права АО «ИОМЗ», охраняемые патентом № 2270268.

Таким образом, ПАО «Ижсталь» полагает, что у Удмуртского УФАС России имелись все основания для прекращения рассмотрения дела по признакам нарушения ПАО «Ижсталь» и ООО «Каури» ст. 14.5 Закона о защите конкуренции, поскольку в рамках дела не было установлено, что действия ПАО «Ижсталь» и ООО «Каури» по производству металлопродукции из нержавеющей стали нарушают права АО «ИОМЗ», охраняемые патентом № 2270268. 

Из представленных по делу доказательств следует, что в Удмуртское УФАС России 08.04.2019 поступило заявление АО «ИОМЗ» о наличии в действиях ООО «Каури» и ПАО «Ижсталь» признаков нарушения Закона «О защите конкуренции», выразившихся в в производстве ПАО «Ижсталь» для заказчика (ООО «Каури») металлопродукции из нержавеющей стали (прутки для электроцентробежных насосов для добычи нефти) с использованием химического состава, охраняемого патентом на изобретение № 2270268, обладателем которого является заявитель. 

По результатам рассмотрения заявления, в связи с выявлением в действиях ПАО «Ижсталь» и ООО «Каури» признаков нарушения статьи 14.5 Закона о защите конкуренции приказом УФАС по УР от 21.08.2019 № 100 возбуждено дело № 018/01/14.5-683/2019.

Определением от 21.08.2019 рассмотрение дела № 018/01/14.5-683/2019 было назначено на 26.09.2019 у лиц, участвующих в деле запрошены необходимые документы и сведения.

Определением от 26.09.2019 рассмотрение дела отложено на 13.11.2019 в связи с необходимостью получения дополнительных доказательств и удовлетворением ходатайства ООО «Каури».

Определением от 13.11.2019 рассмотрение дела отложено на 21.01.2020 в связи с необходимостью получения дополнительных доказательств и удовлетворением ходатайства ООО «Каури».

Определением от 21.01.2020 производство по делу приостановлено до вступления в законную силу решения по делу № СИП-1003/2019.

Определением от 14.10.2020 производство по делу возобновлено и назначено к рассмотрению на 11.11.2020.

Определением от 11.11.2020 производство по делу приостановлено до вступления в законную силу решения Президиума Суда по интеллектуальным правам по делу № СИП-1003/2019.

Определением от 12.02.2021 производство по делу было возобновлено и назначено к рассмотрению на 16.03.2021.

16.03.2021 на заседании Комиссии Удмуртского УФАС России, представитель АО «ИОМЗ» поддержал доводы, указанные в заявлении и ранее представленных пояснениях, а также заявил ходатайство о приобщении к материалам дела отчета №12-44К/19 об оценке рыночной стоимости убытков в виде упущенной выгоды АО «ИОМЗ», связанных с нарушением исключительных прав на нематериальные активы, представленные патентами №2270268, №2270269 и заключения специалиста ФИО5 об использовании признаков изобретения по патенту РФ №2270268 в химическом составе стали по Протоколам результатов химического анализа от 23.10.2019. Одновременно пояснил, что заявитель является конкурентом как ООО «Каури», так и ПАО «Ижсталь». ПАО «Ижсталь» производит заготовку для прутка, данные плавки с нарушением патента АО «ИОМЗ» используются ООО «Каури». С официальных сайтов ответчиков ООО «Каури» и ПАО «Ижсталь» следует, что они изготавливают и реализуют изделия из стали, что также свидетельствует о наличии конкурентных отношений последних с АО «ИОМЗ». Кроме того, ООО «Каури» за нарушение патентного права АО «ИОМЗ» привлекалось к судебному штрафу. АО «ИОМЗ» заказывало продукцию у ПАО «Ижсталь» до тех пор, пока не было организовано собственное электроплавильное производство. ПАО «Ижсталь» не могло не знать, что в сплавке стали был использован патент АО «ИОМЗ». ПАО «Ижсталь» получает преимущества при осуществлении предпринимательской деятельности путем получения заказов, которые могло было получить АО «ИОМЗ».

Представитель ООО «Каури» пояснил, что объемы производимой стали в печах АО «ИОМЗ» не могут сравниться с производимыми объемами стали в печах ПАО «Ижсталь». У АО «ИОМЗ» нет технической возможности по производству указанной стали. Каких-либо ссылок на патенты №2270268 в технических условиях и соглашениях на производство стали нет. Претензия АО «ИОМЗ» адресована к марке стали ХМ-12, которая не тождественна патенту заявителя, ввиду чего маркой стали ХМ-12 ООО «Каури» не может создавать конкуренцию АО «ИОМЗ», которое данную сталь не производит. Заключение ФИО5 основано на событиях 2018 года, данному заключению была дана оценка судом в рамках рассмотрения дела №А71-5410/2013, суд отклонил его в связи с новой позицией по делу № СИП-1003/2019. По названному делу суду было представлено заключение эксперта ФИО6 от 20.02.2021, согласно которому каждый признак, приведенный в независимом пункте формулы изобретения по патентам №№ 2270268, 2270269, 2693990, не использован в изделиях ООО «Каури» (38 образцов стали) с учетом позиции, указанной в решении Суда по интеллектуальным правам от 12.10.2020 по делу № СИП-1003/2019. Судебными актами в рамках исполнительного производства не установлены факты нарушения патентных прав заявителя. На данный момент в судебных процессах решается вопрос о назначении дополнительных экспертиз, ввиду чего, на день рассмотрения дела комиссией, в материалах дела не имеется никаких доказательств нарушения ООО «Каури» патентных прав заявителя.

Представитель ПАО «Ижсталь» заявил ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных письменных пояснений по делу и пояснил, что подавляющее количество прутков АО «ИОМЗ» покупает у ПАО «Ижсталь», в связи с чем считает, что АО «ИОМЗ» не является конкурентом ПАО «Ижсталь» на рынке производства металлопродукции из нержавеющей стали.

Определением УФАС по УР от 16.03.2021 рассмотрение данного дела отложено на 15.04.2021 в связи с необходимостью получения дополнительных доказательств и ходатайством ООО «Каури».

25.02.2021 ПАО «Ижсталь» обратилось в Верховный суд РФ с кассационной жалобой на Постановление суда кассационной инстанции от 04.02.2021 по делу №СИП-1003/2019, аналогичные жалобы поступили от ФИПС и ООО «Каури».

Кроме того, в производстве Арбитражного суда Удмуртской Республики находились на рассмотрении дела №А71-11277/2019 и №А71-9764/2019 по исковым заявлениям АО «ИОМЗ» к ПАО «Ижсталь» и ООО «Каури».

Определением Удмуртского УФАС России от 15.04.2021 производство по делу приостановлено до принятия решения по делам № СИП-1003/2019, №А71-11277/2019, №А71-9764/2019.

31.05.2022 от ООО «Каури» поступило ходатайство о возобновлении производства по делу № 018/01/14.5-683/2019.

Производство по антимонопольному делу было возобновлено.

По итогам рассмотрения УФАС по УР 24.06.2022 было вынесено решение № 018/01/14.5-683/2019, согласно которому рассмотрение дела № 013/01/14.5-683/2019 было прекращено в связи с отсутствиемнарушения статьи 14.5 Закона о защите конкуренции в рассматриваемых Комиссией действиях ООО «Каури» и ПАО «Ижсталь».

Несогласие заявителя с указанным решением Удмуртского УФАС России послужило основанием для его обращения в арбитражный суд.

Оценив представленные по делу доказательства, суд пришел к следующим выводам.

В силу ч. 1 ст. 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом.

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно ч. 4 ст. 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. 

Таким образом, для признания ненормативного правового акта недействительным необходимо наличие двух условий: несоответствие оспариваемого акта действующему законодательству и нарушение в результате его принятия прав и законных интересов заявителя.

В силу прямого указания ч. 5 ст. 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта возложена на принявший его орган; согласно положениям ст. 65 Кодекса доказывание иных обстоятельств является обязанностью лиц, которые ссылаются на данные обстоятельства. 

В соответствии с Положением о Федеральной антимонопольной службе, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 30.06.2004 № 331, Федеральная антимонопольная служба является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Согласно статье 22 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее - Закон № 135-ФЗ, Закон о защите конкуренции) Федеральная антимонопольная служба выполняет следующие функции: выявляет нарушения антимонопольного законодательства, принимает меры по прекращению нарушения антимонопольного законодательства и привлекает к ответственности за такие нарушения; предупреждает монополистическую деятельность, недобросовестную конкуренцию, другие нарушения антимонопольного законодательства федеральными органами исполнительной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, иными осуществляющими функции указанных органов органами или организациями, а также государственными внебюджетными фондами, хозяйствующими субъектами, физическими лицами.

В соответствии со статьями 23 и 39 Закона о защите конкуренции антимонопольный орган в том числе возбуждает и рассматривает дела о нарушениях антимонопольного законодательства.

Одним из оснований для возбуждения дела о нарушении антимонопольного законодательства является заявление юридического или физического лица, указывающее на признаки нарушения антимонопольного законодательства (пункт 2 части 2 статьи 39 Закона о защите конкуренции).

В статье 44 Закона о защите конкуренции определен порядок рассмотрения заявления, материалов и возбуждения дела о нарушении антимонопольного законодательства.

При рассмотрении заявления или материалов антимонопольный орган определяет, относится ли рассмотрение заявления или материалов к его компетенции; устанавливает наличие признаков нарушения антимонопольного законодательства и определяет нормы, которые подлежат применению (часть 5 статьи 44 Закона о защите конкуренции).

В соответствии с частью 8 статьи 44 Закона о защите конкуренции по результатам рассмотрения заявления, материалов антимонопольный орган принимает одно из следующих решений: 1) о возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства (пункт 1); об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства (пункт 2); о выдаче предупреждения в соответствии со статьей 39.1 настоящего Федерального закона (пункт 3).

Решение об отказе в возбуждении дела принимается, в частности, в случае отсутствия признаков нарушения антимонопольного законодательства (пункт 2 часть 9 статьи 44 Закона № 135-ФЗ).

Порядок рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства определен в статье 45 Закона № 135-ФЗ, в развитие которой приказом ФАС от 25.05.2012 № 339 утвержден Административный регламент Федеральной антимонопольной службы по исполнению государственной функции по возбуждению и рассмотрению дел о нарушениях антимонопольного законодательства Российской Федерации (далее - Административный регламент).

Комиссия прекращает рассмотрение дела о нарушении антимонопольного законодательства, если установит отсутствие нарушения антимонопольного законодательства в рассматриваемых действиях (пункт 1 части 1 статьи 48 Закона № 135-ФЗ).

Решение о прекращении рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства комиссия принимает в соответствии с требованиями, установленными статьей 41 Закона № 135-ФЗ (часть 2 статьи 48 Закона № 135-ФЗ).

В части 7 статьи 4 Закона о защите конкуренции определено, что конкуренцией является соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке.

В силу части 9 статьи 4 Закона о защите конкуренции под недобросовестной конкуренцией понимаются любые действия хозяйствующих субъектов (группы лиц), которые направлены на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности, противоречат законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и причинили или могут причинить убытки другим хозяйствующим субъектам - конкурентам либо нанесли или могут нанести вред их деловой репутации.

Согласно положениям главы 2.1 Закона № 135-ФЗ не допускается недобросовестная конкуренция в различных формах.

Законодателем перечислены конкретные действия, при совершении которых лицо может быть признано осуществляющим недобросовестную конкуренцию.

В частности, в соответствии со статьей 14.2 указанного Закона не допускается недобросовестная конкуренция путем введения в заблуждение, в том числе в отношении:

1) качества и потребительских свойств товара, предлагаемого к продаже, назначения такого товара, способов и условий его изготовления или применения, результатов, ожидаемых от использования такого товара, его пригодности для определенных целей;

2) количества товара, предлагаемого к продаже, наличия такого товара на рынке, возможности его приобретения на определенных условиях, фактического размера спроса на такой товар;

3) места производства товара, предлагаемого к продаже, изготовителя такого товара, гарантийных обязательств продавца или изготовителя;

4) условий, на которых товар предлагается к продаже, в частности, цены такого товара.

Согласно ст. 14.5 Закона о защите конкуренции не допускается недобросовестная конкуренция путем совершения хозяйствующим субъектом действий по продаже, обмену или иному введению в оборот товара, если при этом незаконно использовались результаты интеллектуальной деятельности, за исключением средств индивидуализации, принадлежащих хозяйствующему субъекту - конкуренту.

Нарушение таких запретов при вступлении хозяйствующих субъектов в договорные отношения друг с другом и с потребителями рассматривается как недозволенный способ ведения конкуренции и выход за пределы осуществления гражданских прав (абзац второй пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее - ГК РФ).

Пунктом 4 статьи 4 Закона № 135-ФЗ закреплена дефиниция товарного рынка, согласно которой товарным рынком является сфера обращения товара (в том числе товара иностранного производства), который не может быть заменен другим товаром, или взаимозаменяемых товаров, в границах которой (в том числе географических) исходя из экономической, технической или иной возможности либо целесообразности приобретатель может приобрести товар, и такая возможность либо целесообразность отсутствует за ее пределами.

В связи с этим для квалификации поведения хозяйствующего субъекта в качестве недозволенной (недобросовестной) конкуренции имеют значение следующие обстоятельства: 1) является ли его поведение актом конкуренции - затрагивает права и законные интересы иных участвующих на рынке хозяйствующих субъектов и потребителей; 2) направлено ли оно на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности не за счет собственных экономических ресурсов, а за счет иных участников рынка - на причинение им действительных или потенциальных убытков, умаление деловой репутации; 3) совместим ли избранный хозяйствующим субъектом способ получения преимуществ с честным предпринимательством - отвечает ли он требованиям законодательства и (или) сложившимся в коммерческом обороте обычаям, представлениям о добропорядочности, разумности и справедливости (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.04.2019 № 303-КГ18-23327).

Следовательно, предметом судебного исследования по делу об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства, являются вопросы о том, имеются ли и в чем состоят признаки не только недобросовестного (противоправного) поведения, но и признаки ведения недобросовестной конкуренции, прежде всего, признаки существования причинно-следственной связи между противоправным поведением хозяйствующего субъекта и получением выгод за счет своих конкурентов и потребителей.

В силу части 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в том числе промышленные образцы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если данным Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных указанным Кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными этим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается названным Кодексом.

В силу ч. 1 ст. 1349 Гражданского кодекса Российской Федерации объектами патентных прав являются результаты интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере, отвечающие установленным настоящим Кодексом требованиям к изобретениям и полезным моделям, и результаты интеллектуальной деятельности в сфере дизайна, отвечающие установленным настоящим Кодексом требованиям к промышленным образцам.

В соответствии с ч. 1 ст. 1352 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве промышленного образца охраняется решение внешнего вида изделия промышленного или кустарно-ремесленного производства. Промышленному образцу предоставляется правовая охрана, если по своим существенным признакам он является новым и оригинальным. К существенным признакам промышленного образца относятся признаки, определяющие эстетические особенности внешнего вида изделия, в частности форма, конфигурация, орнамент, сочетание цветов, линий, контуры изделия, текстура или фактура материала изделия. Признаки, обусловленные исключительно технической функцией изделия, не являются охраняемыми признаками промышленного образца.

Согласно частям 1, 3 ст. 1354 Гражданского кодекса Российской Федерации патент на изобретение, полезную модель или промышленный образец удостоверяет приоритет изобретения, полезной модели или промышленного образца, авторство и исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец. Охрана интеллектуальных прав на промышленный образец предоставляется на основании патента в объеме, определяемом совокупностью существенных признаков промышленного образца, нашедших отражение на изображениях внешнего вида изделия, содержащихся в патенте на промышленный образец.

Согласно пункту 1 статьи 1358 ГК РФ патентообладателю принадлежит исключительное право использования изобретения, полезной модели или промышленного образца в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец), в том числе способами, предусмотренными пунктом 2 этой статьи. Патентообладатель может распоряжаться исключительным правом на изобретение, полезную модель или промышленный образец.

Подпунктом 1 пункта 2 статьи 1358 ГК РФ предусмотрено, что использованием изобретения, полезной модели или промышленного образца считается, в частности ввоз на территорию Российской Федерации, изготовление, применение, предложение о продаже, продажа, иное введение в гражданский оборот или хранение для этих целей продукта, в котором использованы изобретение или полезная модель, либо изделия, в котором использован промышленный образец.

Изобретение признается использованным в продукте или способе, если продукт содержит, а в способе использован каждый признак изобретения, приведенный в независимом пункте содержащейся в патенте формулы изобретения, либо признак, эквивалентный ему и ставший известным в качестве такового в данной области техники до даты приоритета изобретения (пункт 3 статьи 1358 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования: 1) о признании права - к лицу, которое отрицает или иным образом не признает право, нарушая тем самым интересы правообладателя; 2) о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним; 3) о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб; 4) об изъятии материального носителя в соответствии с пунктом 5 названной статьи - к его изготовителю, импортеру, хранителю, перевозчику, продавцу, иному распространителю, недобросовестному приобретателю; 5) о публикации решения суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя - к нарушителю исключительного права.

Меры, предусмотренные статьей 1252 ГК РФ (в том числе требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу нарушения), являются мерами защиты нарушенного интеллектуального права и применяются в связи с конкретным правонарушением, соответственно, требование правообладателя о пресечении действий, нарушающих право, в силу закона (пункт 1 статьи 1252 ГК РФ) может быть предъявлено только к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним; это требование должно быть конкретизировано по предмету и фактическим основаниям. Данный способ защиты права предусмотрен для длящегося или незавершенного правонарушения, доказывание наличия которого относится к процессуальному бремени истца.

Как следует из материалов дела, на территории Удмуртской Республики зарегистрировано и осуществляет деятельность АО «Ижевский опытно-механический завод». В соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ, основным видом деятельности АО «ИОМЗ» является деятельность по обработке металлических изделий, механическая (ОКВЭД 25.62). Также АО «ИОМЗ» осуществляет деятельность по производству стальных прутков и сплошных профилей методом холодного волочения (ОКВЭД 24.31).

В Удмуртской Республике зарегистрировано и осуществляет ПАО «Ижсталь», дополнительным видом деятельности которого является также производство стальных прутков и сплошных профилей методом холодного волочения (ОКВЭД 24.31).

Кроме того, на территории Удмуртской Республики зарегистрировано и осуществляет деятельность ООО «Каури», дополнительным видом деятельности которого является деятельность по обработке металлических изделий, механическая (ОКВЭД 25.62).

АО «ИОМЗ» является патентообладателем патента Российской Федерации № 2270268 на изобретение «Коррозийно-стойкая сталь и изделие из нее», приоритет изобретения – 01.02.2005; зарегистрировано в Государственном реестре изобретений Российской Федерации 20.02.2006.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21.10.2016 по делу № А71-5961/2010 установлен факт незаконного использования обществом «Каури» исключительных прав, охраняемых патентом истца. Обществу «Каури» запрещено ввозить на территорию Российской Федерации, изготавливать и заключать договоры в целях изготовления, а также применять, совершать предложения к продаже, продажу, иное введение в гражданский оборот или хранение для этих целей продукта, в котором использовано изобретение, признаки которого приведены в независимых пунктах патентов Российской Федерации № 2270268 и N 2270269.

Между ООО «Каури» и ПАО «Ижсталь» заключено техническое соглашение 1236-2017 на поставку прутков горячекатаных с обточенной поверхностью из стали марок ХМ-12, ХМ-12 (S), 05Х15Н5ДЗАБШ). 

ООО «Каури» не является производителем стали. В соответствии с техническим соглашением 1236-20 (пролонгированное) с ПАО «Ижсталь» согласована поставка и требования к сырью, в том числе из стали марки ХМ-12 в виде прутков горячекатаных с обточенной поверхностью.

Согласно заявлению АО «ИОМЗ», ПАО «Ижсталь» и ООО «Каури» согласовали и осуществили ввод в гражданский оборот металлопродукции из нержавеющей стали, состав которой охраняется патентом на изобретение №2270268, обладателем которого является АО «ИОМЗ», без заключения лицензионного договора с обществом. ПАО «Ижсталь» по заказу ООО «Каури» производит сталь марки ХМ-12, марки 630 с использованием запатентованной формулы заявителя. ООО «Каури» занимается реализацией данной продукции.

По мнению заявителя, наличие данных отношений между организациями подтверждается Техническим соглашением 1236-2017, в также иными соглашениями на поставку прутков горячекатных с обточенной поверхностью из стали марок ХМ-12, ХМ-12(S), 05Х15Н5ДЗАБШ.

В ходе рассмотрения антимонопольного дела, Удмуртским УФАС России установлено, что Арбитражным судом Удмуртской Республики в рамках дела №А71-9764/2019 было рассмотрено исковое заявление АО «ИОМЗ» к ПАО «Ижсталь» и ООО «Каури» об обязании ответчиков внести изменения в техническое соглашение 1236-2017 и иные соглашения на поставку прутков горячекатаных с обточенной поверхностью из стали марок ХМ-12, ХМ-12 (S), 05Х15Н5ДЗАБШ, в том числе соглашения, которые будут заключаться в будущем; об обязании ООО «Каури» внести изменения в ТУ 14-1-5587-2010 «Прутки со специальной отделкой поверхности из коррозионностойкой стали марок ХМ-12, 03Х12АН6М, 03Х14Н7В, 20Х12АГ1», зарегистрировать соответствующие изменения в ГНЦ РФ ФГУП «ЦНИИчермет им. И.П. Бардина».

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 17.09.2022 по делу №А71-9764/2019 в удовлетворении заявленных требований обществу было отказано. Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции исходил из того, что истцом в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не доказан факт незаконного использования ответчиком вышеуказанных изобретений и не представлены доказательства нарушения его прав ответчиком. Выводы суда первой инстанции основаны на заключении ФИО7 и ФИО8, которые суд признал достоверными доказательствами по делу.

В процессе рассмотрения спора в суде первой инстанции в порядке ст. 82 АПК РФ сторонами заявлено ходатайство о назначении судебной патентно-технической экспертизы для установления обстоятельств использования ответчиком в Техническом соглашении 1236-2017 на поставку прутков горячекатаных с обточенной поверхностью из стали марок ХМ-12, XM-12 (S), 05Х15Н5ДЗАБЩ (Взамен ТС 1236-2010) и в Технических условиях ТУ 14-1-5587-2010 «Прутки со специальной отделкой поверхности из коррозионно-стойкой стали марок ХМ-12, 03Х12АН6М, 03Х14Н7В, 20Х12АГ1» всех существенных признаков, приведенных в независимом пункте формулы патента истца.

Определением суда первой инстанции от 26.03.2021 года назначена по делу судебная комиссионная патентно-техническая экспертиза, проведение которой поручено экспертам: ФИО7 - патентный поверенный РФ рег. № 92202, ФИО9 - патентный поверенный РФ рег. № 1152, ФИО8 - патентный поверенный РФ рег. № 746.

Для разрешения перед экспертами поставлен следующий вопрос:

1) Содержится ли каждый признак независимого пункта первого формулы изобретения АО «ИОМЗ» по патенту РФ № 2270268 или признак эквивалентный ему в химическом составе стали (обозначаемой в Таблице 1 - ХМ-12, ХМ-12 (S)), указанной в разработанных ООО «Каури» Технических условиях ТУ 14-1-5587-2010 «Прутки со специальной отделкой поверхности из коррозионно-стойкой стали марок ХМ-12ДЗХ12АН6М, 03Х14Н7В, 20Х12АГ1», и в Техническом соглашении 1236-2017 на поставку прутков горячекатаных с обточенной поверхностью из сталей марок XM-12,12 (S), 05Х15Н5ДЗАБЩ (взамен ТС 1236-2010), заключенном между ООО «Каури» и ПАО «Ижсталь» (с применением толкования признаков по п. 1 формулы изобретения по патенту РФ № 2270268, изложенной в решении Суда по интеллектуальным правам от 12.10.2020 по делу СИП-1003/2019)?

По результатам проведения судебной патентно-технической экспертизы эксперты ФИО7, ФИО8 сделали следующие выводы:

Каждый признак независимого пункта первого формулы изобретения АО «ИОМЗ» по патенту РФ № 2270268 или признак эквивалентный ему в химическом составе стали (обозначаемой в Таблице 1 - ХМ-12, ХМ-12 (S)), указанной в разработанных ООО «Каури» Технических условиях ТУ 14-1-5587-2010 «Прутки со специальной отделкой поверхности из коррозионно-стойкой стали марок ХМ-12ДЗХ12АН6М, 03Х14Н7В, 20Х12АГ1», и в Техническом соглашении 1236-2017 на поставку прутков горячекатаных с обточенной поверхностью из сталей марок XM-12,12 (S), 05Х15Н5ДЗАБЩ (взамен ТС 1236-2010), заключенном между ООО «Каури» и ПАО «Ижсталь» (с применением толкования признаков по п. 1 формулы изобретения по патенту РФ № 2270268, изложенной в решении Суда по интеллектуальным правам от 12.10.2020 по делу СИП-1003/2019) не содержится.

Эксперт ФИО9 сделал следующий вывод:

1. Химический состав стали марки ХМ-12, указанный в Техническом соглашении 1236-2017 на поставку прутков горячекатаных с обточенной поверхностью из стали марок ХМ-12, XM-12 (S), 05Х15Н5ДЗАБЩ (Взамен ТС 1236-2010), заключенном между ООО «Каури» и ПАО «Ижсталь», полностью соответствует Техническим условиям ТУ 14-1-5587-2010 «Прутки со специальной отделкой поверхности из коррозионно-стойкой стали марок ХМ-12, 03Х12АН6М, 03Х14Н7В, 20Х12АГ1» с Изменениями № 1, 2, 3, 4 и содержит все признаки, приведенные в независимом пункте первом формулы изобретения по патенту РФ № 2270268, с учетом толкования признаков по указанному патенту Судом по интеллектуальным правам, указанном в решении от 12.10.2020 по делу СИП-1003/2019.

2. Химический состав стали марки XM-12 (S), указанный в Техническом соглашении 1236-2017 на поставку прутков горячекатаных с обточенной поверхностью из стали марок ХМ-12, XM-12 (S), 05Х15Н5ДЗАБЩ (Взамен ТС 1236-2010), заключенном между ООО «Каури» и ПАО «Ижсталь», содержит все признаки, приведенные в независимом пункте первом формулы изобретения по патенту РФ № 2270268, с учетом толкования признаков по указанному патенту Судом по интеллектуальным правам, указанном в решении от 12.10.2020 по делу СИП-1003/2019.

В судебной экспертизе эксперта ФИО7 содержатся следующие выводы.

В химических составах сталей, указанных в Технических условиях ТУ 14-1-5587-2010 «Прутки со специальной отделкой поверхности из коррозионной стали марок ХМ-12, ЗХ12АН6М, 03Х14Н7В, 20Х12АП» не используются признаки:

- молибден + 3 вольфрам 0,05-4,5;

- (Mo + 3W) 

<

 (k1 - Cr a1), где k1 = 15,9; a1 = 0,87;

- Ni = k2 - a2 (Cr + Mo + W), где k2 = 16,25 +/- 1,5; а2 = 0,7 +/- 0,1.

В химическом составе стали марки 20Х12АГ1 не используется также и признак "никель 2,0-8,0".

В химических составах сталей, указанных в Техническом соглашении 1236-2017 на поставку прутков горячекатаных с обточенной поверхностью из сталей марок ХМ-12, 12 (S), 05Х15Н5ДЗАБЩ (взамен ТС 1326-2010), заключенном между ООО «Каури» и ПАО «Ижсталь» в таблице 1 не используются признаки:

- молибден + 3 вольфрам 0,05-4,5;

- (Mo + 3W) 

<

 (k1 - Cr a1), где k1 = 15,9; a1 = 0,87;

- Ni = k2 - a2 (Cr + Mo + W), где k2 = 16,25 +/- 1,5; а2 = 0,7 +/- 0,1.

В химическом составе стали, указанном в Техническом соглашении 1236-2017 на поставку прутков горячекатаных с обточенной поверхностью из сталей марок ХМ-12, 12 (S), 05Х15Н5ДЗАБЩ (взамен ТС 1326-2010), заключенном между ООО «Каури» и ПАО «Ижсталь» в таблице 3 не используется признак: Ni = k2 - a2 (Cr + Mo + W), где к2 = 16,25 +/- 1,5; а2 = 0,7 +/- 0,1.

В судебной экспертизе эксперта ФИО8 содержится вывод, что признак "суммарное содержанием молибдена и вольфрама (Mo + 3 - W) = 0,05-4,5 мас.%" независимого пункта первого формулы изобретения АО «ИОМЗ» по патенту RU2270268 не использован как в ТУ 14-1-5587-2010, так и в Техническом соглашении 1236-2017.

Диапазон суммарного содержания Мо и вольфрама W в стали, охраняемой патентом РФ N 2270268, составляет (Mo + 3 - W) = 0,05-4,5 мас.% - основное условие.

В ТУ 14-1-5587-2010 (Таблица 1) и Техническом соглашении 1236-2017 (Таблица 2) отсутствуют сведения о наличии в сталях ХМ-12 и XM-12 (S) молибдена и вольфрама как основных легирующих компонентов, определяющих служебные характеристики стали.

Вероятно присутствие молибдена и вольфрама в сталях ООО "Каури" в качестве остаточных элементов (компонентов), что допускается стандартом ASTM 564А/564М и ГОСТ 5632-2014, но их присутствия в составе сталей ХМ-12 и XM-12 (S) неопределенно и их присутствие не является обязательным условием в отличие от стали по патенту РФ N 2270268.

Признак "содержание никеля Ni = k2 - a2 (Cr + Mo + W), где k2 = 16,25 +/- 1,5, а2 = 0,7 +/- 0,1" независимого пункта первого формулы изобретения АО «ИОМЗ» по патенту RU2270268 не использован как в ТУ 14-1-5587-2010, так и в Техническом соглашении 1236-2017.

В судебной экспертизе эксперта ФИО9 содержится вывод, что молибден и вольфрам не указаны в таблицах ТУ 14-1-5587-210 и техническом соглашении 1236-2017, но присутствие каждого из элементов в количествах не более 0,2 мас. % в составе стали ХМ-12 [XM-12 (S)] предусмотрено ГОСТ 5632-2014. Исходя из этого, максимальное содержание (в масс. %) молибден + 3 - вольфрам равно (Мо + 3 W) = 0,2+3 - 0,2 = 0,80 мас.%

Согласно пункту 6.8 ГОСТ 5632-2014 «Легированные нержавеющие стали и сплавы коррозионно-стойкие, жаростойкие и жаропрочные» в сплавах на никелевой и железоникелевой основах, не легированных титаном, алюминием, ниобием, ванадием, молибденом, вольфрамом, кобальтом, медью, остаточная массовая доля перечисленных химических элементов не должна превышать норм, указанных в таблице 3 (молибдена и вольфрама не более 0,2 мас. %)

Проанализировав выводы экспертов, суд первой инстанции согласился с выводами ФИО7 и ФИО8, что содержание молибдена + 3 - вольфрама не используется ни в одном из химических составов стали, представленных в таблицах, ввиду отсутствия в этих составах молибдена и вольфрама в совокупности (ст. 71 АПК РФ).

Указание на содержание молибдена и вольфрама в таблице ГОСТа 5632-2014 носит информационный характер и служит как вспомогательный источник сведений для состава перечисленных в них сталей. Содержание указанных элементов в нормативно-технической документации носит вероятностный характер.

При этом суд указал, что отсутствие совпадения по существенным признакам позволяет сделать вывод, что состав стали марки ХМ-12 и XM-12 (S), описанный в нормативно-технической документации, не совпадает с признаками независимого п. 1 патента № 2270268, а, следовательно, не имеется оснований для вывода о тождественности сравниваемых технических решений. Нарушением патентных прав будет являться совершение действий по производству продукции, а таковым является готовый продукт по сертификатам. Техническое условие 14-1-5587-2010 и Техническое соглашение 1236-2017 сами по себе таковыми объектами защиты прав истца не являются, это технические документы, на изготовление и разработку продукта. Проектная и иная техническая документация (проект) как носитель информации не может быть признана использующей в материальном воплощении изобретение.

С учетом вышеизложенных обстоятельств, а также заключений экспертов суд отказал в удовлетворении исковых требований АО «ИОМЗ» к ООО «Каури» и ПАО «Ижсталь».

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2021 решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 17.09.2021 было оставлено без изменения.

Постановлением Суда по интеллектуальным правам от 26.05.2022 решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 17.09.2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2021 по делу № А71-9764/2019 оставлены без изменения.

Также Арбитражным судом Удмуртской Республики было рассмотрено дело № А71-11277/2019 об обязании ПАО «Ижсталь», ООО «Каури», ООО НПП «СТМ», ООО «Технология», ООО «Ижком» не ввозить на территорию Российской Федерации, не изготавливать и не заключать договоры в целях изготовления, а также не применять, не совершать предложения к продаже, продажу, иное введение в гражданский оборот или хранение для этих целей продукта, в котором использовано изобретение, признаки которого приведены в независимом пункте патента RU 2 270 268, изъять у ООО «Каури» (ОГРН 

<

***>) и уничтожить за его счет все изделия, в которых использовано изобретение, признаки которого приведены в независимом пункте патента RU 2 270 268, о взыскании с ООО «Каури» компенсации нарушенного права в сумме 107 998 910,76 руб.

В удовлетворении исковых требований судом было отказано в полном объеме.

При этом в рамках рассмотрения дела судом была назначена и проведена патентно-технической экспертиза.

Эксперты ФИО7, ФИО8 пришли к выводу, что каждый признак, приведенный в независимом пункте первом формулы изобретений по патенту RU2270268 или признак эквивалентный ему не использованы в изделиях ООО «Каури» согласно сертификатов плавок ПАО «Ижсталь»: 4Т1731, 4Т1281, 4Т1576, 4Т1588, 4Т1635, 4Т1568, 4Т1537, 4Т1547, 4Т1542, 4Т1146, 4Т845, 4Т659, 4Т653, 4Т602, 4Т566, 4Т563, 4Т166, 4Т7822 4Т8276, 4Т8816, 4Т8823,4Т8910, 4Т8932, 4Т8914, 4Т8971, 4Т8960, 4Т9184, 4Т9181, 4Т9178, 4Т9458, 4Т9531, 4Т9623, 4Т9629, 4Т9614, 1К8023, 1К8015, 1К8234, 1К8239, 1К8245, 1К8321, 1К8272, 1К8267, 2Т7715, 2Т7727, 2Т7548, 8К7378, 8К7299, 8К7309, 8К8019, 8К7962, 8К7987, 8К7974, 8К7170, 8К7303, 8К7966, 18К8823, 4Т9610, 4TU43, 4Т8372, 4Т8826.

Эксперт ФИО9 сделал вывод, что каждый признак, приведенный в независимом пункте первом формулы изобретений по патенту RU 2270268, использован в изделиях ООО «Каури» согласно сертификатам плавок ПАО «Ижсталь».

Судом установлено, что допустимые значения k2 в изделиях в соответствии сертификатами, вычисленные по пункту первому формулы изобретения патента N 2270268 для плавок находятся в границах [14,75; 17,75] и a2 = 0,8 (мах) и экспериментально определенных содержаниях Ni, Cr, Мо и W. Минимальное допустимое значение в изделиях, вычисленное для интервала k2 [15,60; 17,63] для плавок равно 0,75, т.е. входит в интервал значений [0,6; 0,8], возможных по пункту первому формулы изобретения.

Следовательно, признаки формулы изобретения (Мо + 3 - W) 

<

 (kl - Cr - al), где k1 = 15,9, a1 = 0,87, в соотношении (2) и Ni = k2 - a2 (Cr + Mo + W), где k2 = 16,25 +/- l,5, a2 = 0,7 +/- 0,1 в соотношении (3) приведенные в независимом пункте первом формулы изобретения по патенту РФ N 2270268 использованы в изделиях ООО «Каури» согласно сертификатов указанных плавок ПАО «Ижсталь».

Указанное следует из заключения эксперта ФИО7, в котором содержатся следующие выводы.

Во всех составах сталей представленных сертификатов не используются признак Ni = k2 - a2 (Cr + Mo + W), где k2 = 16,25 +/- l,5; a2 = 0,7 +/- 0,1. По результатам математических вычислений (приведены в сравнительной таблице) для всех составов сталей расчетное содержание никеля, определенное по соотношению Ni = k2 - a2 (Cr + Mo + W) выходит за пределы основного содержания 2,0-8,0 (8,28-9,12). Таким образом, не выполнено условие не противоречия интервалов друг другу. При любом выборе коэффициентов k2 и a2 результаты расчетов по указанному признаку не дадут совпадение с указанным в сертификатах плавок ПАО «Ижсталь».

Выводы эксперта ФИО8 содержат следующее: диапазон значений содержания Ni = k2 - a2 (Cr + Mo + W), где k2 = 16,25 +/- l,5, a2 = 0,7 +/- 0,1 согласно сертификатам плавок составляет (столбец 8 и 9 таблица 1) по значениям находится вне пределов основного условия 2,0-8,0, охраняемого патентом. Признак содержание никеля Ni = k2 - a2 (Cr + Mo + W), где k2 = 16,25 +/- l,5, a2 = 0,7 +/- 0,1 независимого пункта первого формулы изобретения АО «ИОМЗ» по патенту RU2270268 во всех сталях, представленных на экспертизу, не использован.

Экспертом ФИО9 сделан вывод, что рассчитанное значение k2 для плавок при минимальном значении a2 = 0,6 находится в интервале [12,73; 14,55], а рассчитанное значение k2 для плавок при максимальном значении 0,8 находится в интервале [15,6; 17,63].

Эксперт также указал, что для каждой плавки, представленных сертификатов, были вычислены содержания (Mo + 3 x W) и, пользуясь преобразованной зависимостью (2) из Д1 (Мо + 3 - W) 

<

 (к1 - Сг - а1), где k1 = 15,9, a1 = 0,87 были рассчитаны экстремальные содержания хрома Cr = (15, 9 - (Мо + 3 - W) / 0,87), Cr. (min) = 15,9 - 4,5/ 0,87 = 13,1; Cr. (max) = 15,9 - 0,05 / 0,87 = 18, 2. Определенный таким образом интервал содержания хрома (в мас. %) [13,1; 18,1] в плавках был сопоставлен с допустимым общим интервалом содержания хрома [12,5; 17,0] в соответствии с пунктом первым патентом истца.

Установлено, что пересечением этих интервалов является интервал [13,1 - 17,0]. Содержания хрома [14,2; 15,5] в плавках выше нижней границы (13,1 мас. %) и ниже верхней границы (17,0 мас. %), допустимого интервала содержания хрома (интервала пересечения).

Следовательно, содержание хрома в изделиях в соответствии с сертификатами находится в границах допустимого интервала содержания хрома в соответствии с патентом. Максимальные содержания хрома [17,6; 18,1] для каждой из плавок выше верхней границы (17,0 мас. %) допустимого интервала содержания хрома в соответствии с пунктом первым.

Для каждой из плавок согласно представленных сертификатов были вычислены содержания (Cr + Mo + W) и, пользуясь преобразованной зависимостью (3) из Д1 - Ni = k2 - a2 (Cr + Mo + W) Ni = k2 - a2 (Cr + Mo + W) / a2.

К материалам дела приобщены в письменном виде ответы экспертов на вопросы сторон.

Согласно заключениям, эксперты ФИО7 и ФИО8 выбрали в уравнении Ni = k2 - a2 (Cr + Мо + W), где k2 = 16,25 +/- 1,5, a2 = 0,7 +/- 0,1 в качестве неизвестного Ni при крайних значениях заданных k2 и a2 и сравнивали его со значением Ni в конкретном изделии.

Суд первой инстанции, не установив нарушение патентных прав истца, с учетом выводов, изложенных в заключениях экспертов ФИО7, ФИО9, ФИО8, в заключении эксперта ФИО10 по определению стоимости права использования изобретения по патенту АО «ИОМЗ», пришел к выводу о том, что АО «ИОМЗ» не доказало факт использования обществом «Каури» каждого признака, приведенного в независимом пункте содержащейся в патенте истца формулы изобретения, в металлопродукции, реализуемой ответчиком.

Отказывая в удовлетворении иска, суд исходил из того, что АО «ИОМЗ» не доказало факт незаконного использования ответчиком спорного изобретения истца в металлопродукции ответчика каждого признака, приведенного в независимом пункте формулы изобретения и не представил доказательства нарушения его исключительного права ответчиками. Выполненный истцом расчет не обоснован, поскольку использованием спорного признака может быть признано лишь такое соотношение компонентов сталей в спорных изделиях, которое на всем диапазоне заданного коэффициента будет соответствовать уравнениям, характеризующим ограничительные признаки. Суд пришел к выводу о том, что истец, ссылаясь на использование искомого признака в спорных изделиях не подтвердил выполнение в спорных изделиях признака, выраженного математическим уравнением.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.06.2022 решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 05.02.2022 оставлено без изменений.

Постановлением Суда по интеллектуальным правам от 28.09.2022 решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 05.02.2022 по делу № А71-11277/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.06.2022 оставлены в силе.

Таким образом, с учетом указанных судебных актов по делам  № А71-11277/2019 и А71- 9764/2019, которыми было отказано в удовлетворении требований  АО «ИОМЗ», поскольку не установлено незаконности действий со стороны ПАО «Ижсталь» и ООО «Каури» по производству металлопродукции из нержавеющей стали (прутки для электроцентробежных насосов для добычи нефти) с использованием химического состава, охраняемого патентом на изобретение № 2270268, обладателем которого является заявитель, УФАС по УР правомерно пришло к выводу об отсутствии в действиях ПАО «Ижсталь» и ООО «Каури» нарушения статьи 14.5 Закона о защите конкуренции и прекратило дело о нарушении антимонопольного законодательства.

Доводы заявителя о том, что в данном случае необходимо руководствоваться судебными актами по делам №А71-5961/2010 и №А71-452/2019 судом отклоняются, поскольку содержащиеся в них выводы не свидетельствуют о незаконности решения антимонопольного органа.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21.10.2016 по делу № А71-5961/2010 установлен факт незаконного использования обществом «Каури» исключительных прав, охраняемых патентом истца. Обществу «Каури» запрещено ввозить на территорию Российской Федерации, изготавливать и заключать договоры в целях изготовления, а также применять, совершать предложения к продаже, продажу, иное введение в гражданский оборот или хранение для этих целей продукта, в котором использовано изобретение, признаки которого приведены в независимых пунктах патентов Российской Федерации № 2270268 и N 2270269.

Вместе с тем, указанным судебным решением факт введения ООО «Каури» в оборот металлопродукции из стали, состав которой охраняется патентом №2270268, установлен в период времени 2007-2010 гг.

В соответствии со статьей 41.1 Закона о защите конкуренции, дело о нарушении антимонопольного законодательства не может быть возбуждено и возбужденное дело подлежит прекращению по истечении трех лет со дня совершения нарушения антимонопольного законодательства, а при длящемся нарушении антимонопольного законодательства - со дня окончания нарушения или его обнаружения.

При рассмотрении дела о нарушении антимонопольного законодательства №018/01/14.5-683/2019 АО «ИОМЗ» не предоставлено доказательств продолжения неправомерного использования ПАО «Ижсталь» и ООО «Каури» в течение трех лет, предшествующих дате подачи заявления, результатов интеллектуальной деятельности, охраняемых патентом №2270268, принадлежащим АО «ИОМЗ».

Также, как указано выше, судебными актами по делам №А71-9764/2019 и №А71-11277/2019 на основании заключений экспертов было установлено, что ПАО «Ижсталь» и ООО «Каури» при осуществлении своей предпринимательской деятельности не использовали исключительные права АО «ИОМЗ», охраняемые патентом №2270268.

Ссылки заявителя о том, что данные судебные акты не должны были приниматься во внимание антимонопольным органом при рассмотрении дела, судом отклоняются, поскольку в указанных делах исследовался вопрос неправомерного использования ПАО «Ижсталь» и ООО «Каури» металлопродукции из нержавеющей стали марки ХМ12, состав которой охраняется патентом истца на изобретения № 2270268, в период 2016 – 2019гг., то есть именно спорный период (3 года, предшествующих дате подачи заявления АО «ИОМЗ» в УФАС по УР – 08.04.2019).

Рассмотрение антимонопольного дела неоднократно откладывалось и  приостанавливалось по ходатайству сторон именно до вступления в законную силу судебных актов по делам №А71-9764/2019 и №А71-11277/2019, а также получений результатов экспертиз.

Доводы заявителя о том, что действия ПАО «Ижсталь» и ООО «Каури» носят длящийся и непрекращающийся характер, отклоняются как документально не подтвержденные и противоречащие установленным обстоятельствам, основанным в том числе на выводах экспертов.

Ссылки общества на то, что судами по №А71-9764/2019 и №А71-11277/2019 дана неправильная оценка установленным обстоятельствам, не могут быть приняты, поскольку судебные акты по указанным делам вступили в законную силу.

Решение по делу №А71-452/2019 также не может являться доказательством незаконного использования изобретения, поскольку предметом спора являлось оспаривание действий судебного пристава, выраженного в не привлечении специалиста для проведения патентно-технической экспертизы и преждевременном окончании исполнительного производства. В данном случае оценивались действия судебного пристава-исполнителя, а не ООО «Каури» и ПАО «Ижсталь». Суд при принятии решения указал на то, что судебным приставом не принимались меры по установлению факта применения, совершения предложения к продаже, продажи, иного введения в гражданский оборот или хранения для этих целей металлопродукции, изготовленной ПАО «Ижсталь» до 24.08.2017, а также суд пришел к выводу о том, что для исполнения решения суда по делу № А71-5961/2010 и установления факта неиспользования изобретения, признаки которого приведены в независимых пунктах патентов RU 2270268, RU 2270269, для сопоставления содержания сертификатов поставляемой продукции (химического состава) и содержания документов, подтверждающих регистрацию патента, необходимы специальные познания, в исполнительном производстве требовалось участие специалиста в области интеллектуальной собственности.

Более того, впоследствии исполнительное производство было возобновлено,  был привлечен специалист в области интеллектуальной собственности. Судебным приставом-исполнителем к материалам исполнительного производства приобщено проведенное металловедческое исследование на предмет нарушения требований запрета (соответствия или несоответствия продукции патентам истца) по документам исполнительного производства (сертификатам ПАО «Ижсталь» за период с 2016 по 2018 года). Экспертизой установлено отсутствие нарушения патентов RU 2270268, RU 2270269. В соответствии с заключением эксперта от 29.04.2020, в продукции, реализованной ООО «Каури» ООО «Лукойл ЭПУ Сервис, ПАО «Ижсталь», АО «Новомет Пермь», не использованы признаки независимого п.1 формулы изобретения патентов RU 2270268, 2270269. Продукция, реализованная ООО «Каури», изготовлена в соответствии с техническим соглашением 1236-2017 и техническими условиями 14-1-5587-2010». В связи с тем, что в производстве Арбитражного суда УР находятся дела №А71-5410/2013 (поставки с 2013 года по февраль 2016 года), №А71-11277/2019 и №А71-9764/2019 (поставки стали за период с 2016 по 2018 года), в рамках которых назначены патентные экспертизы по тем же поставкам стали, что и рассматривались в рамках исполнительного производства, судебный пристав-исполнитель откладывал принятие решения об окончании исполнительного производства до получения результатов патентных экспертиз в рамках указанных судебных дел. 

По результатам рассмотрения названных споров постановлением от 02.06.2022 года исполнительное производство окончено в свези с тем, что не установлено нарушений судебного запрета после вынесения судебного акта по делу №А71-5961/2010. Названное постановление АО «ИОМЗ» не оспорено и вступило в законную силу. 

Вопреки доводам заявителя, при вынесении оспариваемого решения Удмуртским УФАС России в полной мере были рассмотрены все обстоятельства по делу, дана оценка всем доводам общества, о чем свидетельствуют представленные антимонопольным органом в суд материалы по рассмотрению заявления  АО «ИОМЗ» (на 2-х СD дисках).

Остальные доводы заявителя судом отклоняются как основанные на неверном толковании норм действующего законодательства и противоречащие материалам дела.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что решение антимонопольного органа соответствует закону и не нарушает прав и законных интересов заявителя, следовательно, предусмотренных частью 2 статьи 201 АПК РФ оснований для признания решения недействительным не имеется, в связи с чем оспариваемое решение является законным и обоснованным. 

Согласно ч. 3 ст. 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований заявителя.

Согласно ст.110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. С учетом принятого решения согласно ст.110 АПК РФ расходы по уплате госпошлины  относятся на заявителя. 

Руководствуясь ст. 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Удмуртской Республики 

решил:

В удовлетворении заявления Акционерного общества «Ижевский опытно-механический завод» о признании недействительным решения Управления Федеральной антимонопольной службы по Удмуртской Республике от 24 июня 2022 года о прекращении рассмотрения дела № 018/01/14.5-683/2019 о нарушении антимонопольного законодательства отказать.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

Судья                                                 М.С. Сидорова