АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

26 декабря 2024 года

Дело № А33-9641/2023

Красноярск

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 12 декабря 2024 года.

В окончательной форме решение изготовлено 26 декабря 2024 года.

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Лебедевой М.Л., рассмотрев в судебном заседании заявление индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к ФИО2 (02.01.1956.г.р.),

к ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.)

о привлечении к субсидиарной ответственности,

с участием третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора:

- ООО «АзЛесТорг»;

-ФИО6

-ФИО4,

при участии в судебном заседании до перерыва:

заявителя ФИО1, личность удостоверена паспортом (онлайн) ,

от ответчика ФИО3: ФИО5 по доверенности 24 АА №5112528 от 21.04.2023,

при участии в судебном заседании после перерыва:

заявителя ФИО1, личность удостоверена паспортом,

от ответчика ФИО3: ФИО5 по доверенности 24 АА №5112528 от 21.04.2023,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Молодовец Ю.Г.

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – заявитель) обратился в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса РФ, согласно которому просит привлечь контролирующих должника лиц общества с ограниченной ответственностью «АЗЛЕСТОРГ» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) к субсидиарной ответственности в размере 863 256, руб., из них 600 000,00 руб. – основной долг, 104 942,60 руб. – проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 01.01.2018 по 18.06.2020, 158 313,4 руб. – проценты за пользование за период с 19.06.2020 по 24.01.2024 и взыскать их солидарно в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 с ФИО2, ФИО3.

Определением суда от 06.04.2023 заявление оставлено без движения на срок до 05.05.2023.

Определением суда от 17.04.2023 заявление принято к производству суда, назначено предварительное судебное заседание, судебное заседание на 16.05.2023, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено ООО «АЗЛЕСТОРГ».

Определением от 16.05.2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечен ФИО6, предварительное судебное заседание откладывалось.

Судом вынесено определение от 19.06.2024 о  завершении предварительного судебного заседания и продолжении рассмотрения дела в судебном заседании арбитражного суда первой инстанции.

Определением от 11.09.2024 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечен ФИО4.

Судебное заседание откладывалось.

До перерыва иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания путем размещения текста определения на официальном сайте Арбитражного суда Красноярского края в сети Интернет по следующему адресу: http://krasnoyarsk.arbitr.ru, в судебное заседание не явились. В соответствии с частью 1 статьи 123, частями 2, 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривалось в отсутствие указанных лиц.

Истец заявленные требования поддержал.

Представитель ответчика поддержала позицию, изложенную ранее, полагала, что  оснований для удовлетворения требований не имеется.

После перерыва иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания путем размещения текста определения на официальном сайте Арбитражного суда Красноярского края в сети Интернет по следующему адресу: http://krasnoyarsk.arbitr.ru, в судебное заседание не явились. В соответствии с частью 1 статьи 123, частями 2, 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривалось в отсутствие указанных лиц.

Представитель ответчика ФИО3: ФИО5 дала дополнительные пояснения.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее по тексту - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266 «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон № 266) Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно новому законодательному регулированию конкурсные кредиторы вправе обратиться с заявлением о привлечении лица к субсидиарной ответственности в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, а также вне рамок дела о банкротстве в порядке искового производства (статьи 61.14, 61.19, 61.20 Закона о банкротстве).

Рассмотрение заявления о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве осуществляется в случае, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона (пункт 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве).

Как следует из материалов дела и не оспаривается лицами, участвующими в деле, определением от 20.02.2023 производство по делу о банкротстве ООО «АзЛесТорг» прекращено на основании пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве (отсутствие средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему).

Поскольку задолженность не погашена, индивидуальный предприниматель ФИО1 обратился в суд с настоящим заявлением и просит привлечь к субсидиарной ответственности, с учетом принятого судом уточнения, в размере 863 256 руб. и взыскать солидарно в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 с ФИО2, ФИО3.

В соответствии с ч. 1 ст. 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с п. 3 ст. 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

В силу п. 3 ст. 61.14 того же Закона правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному ст. 61.11 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом.

В соответствии с п. 4 ст. 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом обладают конкурсные кредиторы, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 настоящего Федерального закона.

Основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности установлены в статьях 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу пункта 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности: 1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; 2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве устанавливает самостоятельный вид субсидиарной ответственности по обязательствам должника при банкротстве последнего, отличный от состава, предусмотренного абзацем вторым пункта 3 статьи 56 Кодекса. В связи с этим субсидиарная ответственность лица, названного в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, наступает независимо от того, привели ли его действия или указания к несостоятельности (банкротству) должника по смыслу нормы, изложенной в абзаце втором пункта 3 статьи 56 Кодекса.

Дефиницией правовой нормы в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, возложившей ответственность на руководителя за отсутствие документов бухгалтерского учета и/или бухгалтерской отчетности, закреплена обязанность руководителя по сбору, составлению, ведению, хранению соответствующих документов.

Ответственность, предусмотренная подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 17 Федерального закона от 21.11.1996 N 129-ФЗ "О бухгалтерском учете", пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 29 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" (далее - Закон о бухгалтерском учете) и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве). Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Ответственность, предусмотренная подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Кодекса).

При обращении в суд с таким требованием заявитель должен доказать, что своими действиями ответчик довел должника до банкротства, то есть до финансовой неплатежеспособности, до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей.

Применение норм права о привлечении к субсидиарной ответственности допустимо при доказанности следующих обстоятельств: - надлежащего субъекта ответственности, которым является собственник, учредитель, руководитель должника, иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо иным образом имеют возможность определять его действия; - факта несостоятельности (банкротства) должника, то есть признания арбитражным судом или объявления должника о своей неспособности в полном объеме удовлетворять требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей; - наличия причинно-следственной связи между обязательными указаниями, действиями вышеперечисленных лиц и фактом банкротства должника, поскольку они могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями, при этом следует учитывать, что возложение на них ответственности за бездействие исключается; - вины контролирующего лица должника в несостоятельности (банкротстве) предприятия.

При этом, в соответствии с пунктом 2 статьи 401, пунктом 2 статьи 1064 Гражданского кодекса отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

В пункте 24 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено следующее. Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, невозможность определения основных активов должника и их идентификации, невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, невозможность установления содержания принятых органами должника решений.

В обоснование заявленных требований заявитель, с учетом уточнения заявленных требований, указывает в качестве оснований привлечения ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности:

-доведение до банкротства,  недобросовестность действий контролирующих должника лиц, которые привели к невозможности исполнения им обязательств, причинили существенный вред кредиторам и стали объективной причиной неплатежеспособности должника.

Согласно ст. 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий

При этом предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как предусмотрено п.1 ст. 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, заявитель должен доказать факт совершения ими правонарушения (действия, бездействие) и причинную связь между действиями ответчика (контролирующего должника лицами) и наступлениями последствий (банкротством должника).

В соответствии с п.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ (ред. от 29.07.2017) "О несостоятельности (банкротстве)" пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в частности, когда: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Феде-рации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены

В силу пункта 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Кодекса), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов (п. 10 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункта 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 6, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Феде-рации N 8 от 01.07.1996 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Судом установлено, что применительно к положениям статьи 61.10 Закона о банкротстве ФИО7 и ФИО8 являются контролирующими должника лицами.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, ФИО7 являлся руководителем юридического лица в период с 13.07.2016-16.05.2018. ФИО8 являлся руководителем юридического лица с 17.05.2018 по настоящее время.

Как следует из ответа налогового органа учредителями (участниками) общества ООО «АзЛесТорг» являлись:

- ФИО6 ( 100% доли с 09.10.2015по 06.06.2017);

- ФИО6 ( 25% доли с 07.06.2017 по 08.04.2018);

- ФИО3 ( 75% доли с 07.06.2017 по 08.04.2018);

- ФИО3 ( 100% доли с 09.04.2018 по 26.04.2018);

- ФИО3 ( 90,9 % доли с 27.04.2018 по 16.05.2018);

- ФИО8 (9,1% доли с 27.04.2018 по 16.05.2018);

- ФИО8 (100% доли с 17.05.2018).

Частью 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлено, что если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для решения вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности должна быть установлена противоправность поведения контролирующего лица, наличие причинно-следственной связи между его действиями (бездействием) и невозможностью полного удовлетворения требований кредиторов.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Как следует из материалов дела, 15.03.2017 между ООО «АзЛесТорг» в лице директора ФИО7 (продавец) и ИП ФИО4 (покупатель) подписан договор купли-продажи пиломатериалов №02/ММД на общую сумму 800 000 руб. Платежным поручением №12 от 30.03.2017 ИП ФИО4 перечислил ООО «АзЛесТорг» денежные средства в размере 600 000 руб. с назначением платежа «оплата счета № 4 от 30.03.2017 за пиломатериалы, в т.ч. НДС – 91525,42».  Доказательств встречного исполнения ООО «АзЛесТорг» взятых на себя обязательств перед ИП ФИО4 в материалах дела не имеется.  18.09.2019 между ИП ФИО9 (цедент) и ИП ФИО1 (цессионарий) заключен договор уступки права требования (цессии). Согласно которому цедент уступил, а цессионарий принял в полном объеме право требования по договору купли-продажи пиломатериалов № 02/ММД от 15.03.2017, заключенному между цедентом и ООО «АзЛесТорг». В соответствии с условиями договора цессионарию передано право требования: основного долга в размере 600 000 руб. и штрафных санкций (пени) за весь период просрочки исполнения должником обязательств по договору.

Вступившим в законную силу решением (в виде резолютивной частьи) от 02.11.2020 по делу А33-24798/2020 с общества с ограниченной ответственностью «АзЛесТорг» в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 взыскано  600 000 руб. 00 коп. основного долга по договору купли-продажи № 02/ММД от 15.03.2017, 104 942 руб. 60 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 01.01.2018 по 18.06.2020, а всего – 704 942 руб. 60 коп.

В рамках рассмотрения настоящего дела ответчиком ФИО7 было заявлено ходатайство о фальсификации предоставленного в рамках настоящего дела договора купли-продажи пиломатериалов № 02/ММД от 15.03.2017 и ходатайство о назначении судебной почерковедческой экспертизы.

Лицам, участвующим в деле разъяснены уголовно-правовые последствия, предусмотренные статьей 306 и статьей 128.1 Уголовного кодекса РФ лицу, заявившему о фальсификации доказательств по делу и уголовно-правовые последствия, предусмотренные статьей 303 Уголовного кодекса РФ лицу, представившему доказательства, о фальсификации которого заявлено.

ИП ФИО1, как лицу, представившему доказательства, о фальсификации которых заявлено, предложено исключить из числа доказательств: договор купли-продажи пиломатериалов № 02/ММД от 15.03.2017.

От представителя ответчика ФИО7 ФИО5 и от ИП ФИО1 поступили  подписки о разъяснении уголовно-правовых последствий как лицу, заявившему о фальсификации и как лицу, представившему доказательство, о фальсификации которого заявлено.

В силу части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления, исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу, проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Закрепление в процессуальном законе правил, регламентирующих рассмотрение заявления о фальсификации доказательства, направлено на исключение оспариваемого доказательства из числа доказательств по делу. Сами эти процессуальные правила представляют собой механизм проверки подлинности формы доказательства, а не его достоверности (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 22.03.2012 N 560-О-О).

Применительно к статье 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявление о фальсификации доказательства имеет своей целью исключение соответствующего доказательства из числа доказательств по делу, и фактическое понуждение стороны, представившей доказательство, основывать свои доводы и возражения относительно предмета и основания иска на иных доказательствах.

Фальсификация доказательств заключается в сознательном искажении представляемых доказательств путем их подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл, или ложных сведений.

Сфальсифицированными доказательствами признаются доказательства, полученные с нарушением закона, установленного порядка их собирания и закрепления, а также если собирание и закрепление доказательств осуществлено ненадлежащим лицом или органом либо в результате действий, не предусмотренных процессуальными нормами.

Судебная экспертиза является одним из способов проверки заявления о фальсификации доказательств (второй абзац пункта 3 части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Назначение экспертизы по делу в соответствии со статьей 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является правом, а не обязанностью суда.

По смыслу статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательств суд вправе принимать любые необходимые и достаточные меры, круг которых не ограничен назначением судебной экспертизы.

ИП ФИО1, как лицу, представившему доказательства, о фальсификации которых заявлено, предложено исключить из числа доказательств: договор купли-продажи пиломатериалов № 02/ММД от 15.03.2017. При этом от ИП ФИО1 поступило ходатайство об исключении договора купли-продажи пиломатериалов № 02/ММД от 15.03.2017 из числа доказательств.

Поскольку ИП ФИО1 было заявлено ходатайство об исключении договора купли-продажи пиломатериалов № 02/ММД от 15.03.2017 из числа доказательств, проверка заявления о фальсификации не производилась. Договор купли-продажи пиломатериалов №02/ММД от 15.03.2017 исключен из числа доказательств.

Вместе с тем, факт наличия задолженности у ООО «АзЛесТорг» перед заявителем подтвержден вступившим в законную силу решением суда по делу А33-24798/2020 от 02.11.2020 о взыскании денежных средств в пользу ИП ФИО1 Факт перечисления денежных средств в пользу ООО  «АзЛесТорг» также подтверждается копией платежного поручения №12 от 30.03.2017 на сумму 600 000, ответом от 05.12.2023 №7496/5.3.4/2 банка плательщика ПАО Банк РНКБ о перечислении данных денежных средств в размере 600000 руб.

Как установлено материалами дела, ФИО7 являлся руководителем юридического лица в период с 13.07.2016-16.05.2018, следовательно, действия, направленные на  совершение сделок и поступление/перечисления денежных средств на расчетные счета должника ООО «АзЛесТорг», находились в сфере его осведомленности и совершались с его согласия, в связи с чем суд критически относится к доводу ФИО3 о том, что поскольку договор купли-продажи пиломатериалов №02/ММД от 15.03.2017 он не подписывал, он не мог знать о поступлении на счет общества спорной суммы денег и наличии неисполненного обязательства.

При рассмотрении вопроса о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве, в предмет судебного рассмотрения входит установление совокупности следующих фактов: наличие вины, причиненный ущерб, его размер, причинно-следственная связь между действием (бездействием) и возникновением ущерба.

Доказывание наличия объективной стороны правонарушения (установление факта неисполнения обязанности по передаче документов, либо отсутствие в ней соответствующей информации, либо искажение указанной информации; размер причиненного вреда (соотношение сформированной конкурсной массы, способной удовлетворить требования кредиторов, и реестровой и текущей задолженности)) является обязанностью лица, обратившегося с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности. При исследовании судом данных обстоятельств устанавливается, принимались ли конкурсным управляющим меры по получению сведений о финансово-хозяйственной деятельности должника путем истребования соответствующих документов у руководителя должника, путем направления запросов в компетентные органы государственной власти.

Для установления причинно-следственной связи и вины привлекаемых к ответственности лиц суду следует учитывать содержащиеся в статье 61.11 Закона о банкротстве презумпции, а именно: презумпция признания банкротом вследствие бездействия руководителя должника при непередаче документации должника (или искажении содержащихся в ней сведений) и презумпция вины контролирующих должника лиц.

В силу статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения.

Данное правило соотносится и с нормами статей 401, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к гражданско-правовой ответственности.

В случае заявления ответчиком соответствующих возражений при установлении вины субъекта ответственности суды должны исходить из того, принял ли руководитель должника все меры для надлежащего исполнения обязательства по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). В частности, суды исследуют созданные руководителем условия и способы обеспечения сохранности документации должника, принимаемые руководителем меры для восстановления документации должника в случае ее гибели, если таковая имела место по независящим от него обстоятельствам, учитывая при этом явилась ли гибель документации следствием ее ненадлежащего хранения либо совершением лицом иных действий без должной заботы и осмотрительности.

Именно бывший руководитель должника должен представить доказательства, свидетельствующие о том, что невозможность пополнения конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов была обусловлена объективным отсутствием у должника имущества (кроме ситуации умышленного увеличения контролирующим лицом обязательств при невозможности их исполнения), а не искажением либо непередачей бухгалтерской документации.

При этом, установление вышеуказанных предмета доказывания, презумпций и правил их опровержения при привлечении к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве обусловлены как общими нормами процессуального права, так и недопустимостью ситуации, когда ответчик, незаконно не предоставляющий информацию о хозяйственной деятельности должника, занимает пассивную позицию в процессе доказывания, в том числе не раскрывает доказательства по требованию суда, а конкурсный управляющий не обладает необходимой информацией о деятельности должника в силу объективных обстоятельств.

В пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" также разъяснено, что в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Судом исследованы представленные в материалы дела доказательства и установлено, что исходя из бухгалтерского баланса ООО «АзЛесТорг», за 2016 основные средства предприятия, долгосрочные финансовые вложения (1150) составляли 241 000.000 руб., оборотные активы 1 709 000 руб., в том числе: запасы (1210) 674 000 руб., дебиторская задолженность (1230) 1 032 000.000 руб., денежные средства и денежные эквиваленты (1250) 3000 руб., баланс (актив) (1600) 1 950 000 руб.; нераспределенная прибыль (непокрытый убыток) 33 000 руб., краткосрочные обязательства 840 000 руб., кредиторская задолженность 1 067 000 руб., баланс (пассив) 1 950 000 руб., выручка 4 169 000 руб., себестоимость продаж 4 128 000 руб.; за 2017 основные средства предприятия, долгосрочные финансовые вложения (1150) составляли 161 000.000 руб., запасы (1210) 0 руб., дебиторская задолженность (1230) 0 руб., денежные средства и денежные эквиваленты (1250) 0 руб., баланс (актив) (1600) 0 руб.; нераспределенная прибыль (непокрытый убыток) 53 000 руб., краткосрочные обязательства 0 руб., кредиторская задолженность 98 000 руб., баланс (пассив) 161  000 руб., выручка 21 725 000 руб., себестоимость продаж 21 659 000 руб.

Как установлено в судебном решении по делу А33-13488/2021 от 28.11.2011, ООО «Нептун Плюс» на основании анализа выписки по расчетному счету №

<

***>, открытому в АО «Россельхозбанк», 21.02.2018 и 02.03.2018 на расчетный счет ООО «АзЛесТорг» ООО «Нептун Плюс» были перечислены денежные средства в общем размере 1 950 000,00 руб. с указанием в качестве назначения платежей: «Оплата согласно договора №6 от 31.01.2018 за стройматериалы Без НДС». Вместе с тем, МИФНС №8 по Красноярскому краю представлена книга покупок ООО «Нептун Плюс» за 2018 год, в которой операции по покупке товара у ООО «АзЛесТорг» не отражены. Судом было взыскано с общества с ограниченной ответственностью «АзЛесТорг» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Нептун плюс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) неосновательное обогащение в размере 1 950 000,00 руб. Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что имея не исполненные обязательства перед ИП ФИО9, ООО «АзЛесТорг» продолжало наращивать задолженность. При этом указанные обстоятельства свидетельствую о том, что действия по получению денежных средств от контрагентов и последующее неисполнение обязательств, как в случае с ИП ФИО4, носили не единичные случай.

Вместе с тем, в период осуществления ФИО3 полномочий руководителя общества, у ООО «АзЛесТорг» имелась реальная возможность погасить имеющуюся перед ИП ФИО9 задолженность, что подтверждается представленными в материалы дела выписками по счетам общества, открытым в ПАО «АТБ», АО «Тинькофф Банк», ПАО «Совкомбанк». Согласно указанным выпискам, в период, после поступления денежных средств от ИП ФИО9 на счета общества поступали денежные средств в размере превышающем данную задолженность. Вместе с тем, как следует из представленных в материалы дела документов, большая часть поступающих на счета общества денежных средств была перечислена ФИО6. При этом документального обоснования  перечисления денежных средств лицу, ранее являвшемуся учредителем ООО «АзЛесТорг» суду не представлено. Доказательства встречного представления в материалах дела отсутствуют.

Таким образом, поступившие обществу денежные средства были направлены не на расчеты с кредиторами, в том числе с индивидуальным предпринимателем ФИО4 (в последствии уступившего права требования по договору цессии индивидуальному предпринимателю ФИО1), а были выведены на счета аффилированного лица. Так, ответчиком ФИО3 не была обоснована цель перечисления данных денежных средств ФИО6 и наличие встречного представления за перечисление данных денежных средств от последнего.

Согласно выписке АО «Тинькофф Банк» за период с 18.01.2018 по 01.03.2018 обороты по расчетному счету ООО «АзЛесТорг»   №40702810110000235525 составили 2 404 093,80 руб. При этом, большая часть поступающих денежных средств перечисляются получателю ФИО6 с назначением платежа «пополнение карточного счета», «выдача в подотчет».

Из выписки  по счету организации ООО «АзЛесТорг» № 40702810914210000109, открытому в АО АТБ г. Улан-Удэ следует, что за период с 14.07.2016 по 21.05.2018 обороты составили 44 699 835,29 руб., при этом большая часть поступающих денежных средств перечислена ФИО6 с назначением платежа «пополнение карточного счета», «выдача в подотчет».

Какого либо обоснования перечисления денежных средств ФИО6, при наличии не исполненных обязательств перед контрагентами, в том числе перед ИП ФИО9 ответчик ФИО3 не представил.

Суд критически относится к доводам ответчика ФИО7 о том, что договор с ИП ФИО4 заключался ФИО6, печать общества находилась у данного лица, и денежными средствами, поступающими на расчетный счет общества распоряжался также ФИО6, в связи с чем, ответчик не знал о наличии долга и не мог предпринять мер по его погашению.

Доказательств в подтверждение своих доводов ответчиком не представлено. Доверенность на имя ФИО6 на право управления обществом и возможность распоряжаться денежными средствами, находящимися на счетах общества, в материалах дела отсутствует.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53, пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В силу пунктов 1, 2, 5 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Как разъяснено в пунктах 2. 3 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; 

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Согласно пункту 4 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо.

Согласно пункту 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ) (определение Верховного Суда РФ от 17.07.2020 № 305-ЭС19-25636(2-4) по делу № А40-133020/2016).

Вместе с тем, поскольку ФИО3 в спорный период (13.07.2016-16.05.2018) являлся руководителем должника, то принятие любых управленческих решений, а также распоряжение денежными средствами, находящимися на счете организации, могло осуществляться только с его согласия. Не знать о поступлении денежных средств от ИП ФИО4 на счет общества ФИО3 не мог.

Согласно выписке из ПАО Росбанк, ООО «АзЛесТорг»  за период с 01.01.2018 по 31.12.2019 клиентом банка не является, счета 40702810675320000039, 4070284007520000007, 40702840775320000006 закрыты 28.08.2017. На сегодняшний день, документы по счету, на который производилось перечисление спорных денежных средств не сохранились, поскольку согласно внутренней номенклатуре дел, срок хранения базы данных информационной банковской системы составляет 5 лет.

Вместе с тем, из представленного в материалы дела ответа из АО «АТБ» следует, что 07.02.2018 руководителем ООО «АзЛесТорг» ФИО3 был подписан акт приема-передачи сертификата ключа проверки электронной подписи; 01.08.2016 ООО «АзЛесТорг» в лице директора ФИО3 была выдана доверенность №3 ФИО10 на право вносить/снимать наличные денежные средства,  а также составлять, подписывать и получать в ОО №11 г. Канске Филиала «Азиатско-Тихоокеанского Банка» документы, необходимые для исполнения представленного полномочия; 07.02.2018 руководителем ООО «АзЛесТорг» ФИО3 было подписано заявление на подключение к системе «Интернет-Банкинг» и выдачу средства доступа уполномоченным лицам (ФИО3), а также выдачу ключа и присвоения роли в системе «Интернет-Банкинг».

Таким образом, представленные в материалы дела документы свидетельствуют, что ФИО3 непосредственно осуществлял руководство обществом, имел доступ к счетам и не мог не знать о поступлениях денежных средств, в том числе о поступлении денежных средств от ИП ФИО4, а также о списании денежных средств в пользу конечного бенефициара.

Таким образом, из анализа сведений о движении по расчетному счету следует, что действия руководителя общества ФИО3 как контролирующего должника лица носили систематический целенаправленный характер по незаконному завладению денежными средствами, поступившими от различных контрагентов. Доказательств ведения какой-либо реальной хозяйственной деятельности - закупки пиломатериалов, строительных материалов, совершение иных действий, направленных в интересах общества, материалы дела не содержат. Фактически имел место быть вывод денежных средств со счета предприятия в 2017 г. на сумму более 3 500 000 рублей без соответствующего встречного представления при балансовой стоимости активов предприятия за 2017 год 161 000 рублей согласно сведениям налоговой отчетности, что и послужили причиной объективного банкротства и невозможности исполнения обязательств перед кредиторами, в том числе перед заявителем.

Таким образом, имея реальную финансовую возможность рассчитаться с кредитором, ФИО3 не предпринял попыток для производства расчета.

Суд приходит к выводу о том, что действия ФИО3, выраженные в выводе денежных средств, находятся в причинно-следственной связи с невозможностью полного погашения требований кредиторов должника, с учетом того, что материалами дела подтверждается факт отсутствия у должника иного имущества (дело о банкротстве ООО «АзЛесТорг» прекращено в связи с отсутствием имущества, достаточного для финансирования процедуры банкротства).

Принимая во внимание вышеизложенное, суд приходит к выводу, что заявленные к ФИО3 требования подлежат удовлетворению.

Вместе с тем, суд не усматривает оснований привлечения к субсидиарной ответственности ответчика ФИО8 исходя из следующих обстоятельств.

Как следует из материалов дела, ФИО8 стал руководителем юридического лица ООО «АзЛесТорг» с 17.05.2018 по настоящее время.

Однако в силу действующего правового регулирования само по себе наличие статуса контролирующего должника лица не является основанием для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности.

Подлежит доказыванию не только возможность влиять на деятельность должника, но и фактическое оказание такого влияния, а также последствия такого влияния для хозяйственной деятельности должника и его последующего банкротства.

Так, согласно ст. 61.11 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Вместе с тем, суд приходит к выводу о том, что кредитором не представлены доказательства того, что несостоятельность (банкротство) должника является следствием неправомерных действий ФИО2, не доказаны причинно-следственная связь между действиями/бездействиями ФИО2 и банкротством должника, а также его вина.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2016 по делу №302-ЭС14-1472, необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на контролирующее должника лицо является наличие причинно-следственной связи между использованием этим лицом своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

Надлежащих и допустимых доказательств наличия вины ФИО2 в создании критической ситуации для общества не представлено, наличие причинно-следственной связи между его действиями и возникновением причин, повлекших несостоятельность (банкротство) должника не доказано, в связи с чем, отсутствует совокупность всех требуемых законом условий для привлечения ответчика ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «АзЛесТорг».

Материалы дела не содержат доказательств передачи предыдущим руководителем ФИО3 новому руководителю общества ФИО8 документов, отражающих экономическую деятельность должника, в том числе документов, отражающих наличие задолженности перед контрагентами, иных материальных ценностей. За период деятельности ФИО2 в качестве руководителя общества сдавалась нулевая отчетность. Согласно выписке из АО АТБ г. Улан-Удэ по счетам организации ООО «АзЛесТорг» по счету 40702810914210000109 последнее поступление денежных средств было 16.03.2018 в размере 109474-50, последняя операция по счету была совершена 21.05.2018 в пользу МИФНС №8 по Красноярскому краю. Все перечисления были совершены только в период полномочий ответчика ФИО3. Операции по расчетному счету в АО «Тинькофф Банк» прекратились 01.03.2018, по расчетному счету АО АТБ прекратились 30.03.2018. Движение денежных средств по счетам общества в период наличия полномочий руководителя у ФИО2 отсутствовало. В судебном заседании ФИО8 пояснил, что ему не было известно, что он является директором и руководителем ООО «АзЛесТорг». Связывает оформление данного юридического лица на его имя с периодом выбытия у него паспорта. Таким образом, действий по распоряжению денежными средствами, находящимися на счете ООО «АзЛесТорг» ФИО8 не совершал, как и не предпринимал действий по отчуждению имущества. Доказательств ведения хозяйственно-финансовой деятельности ООО «АзЛесТорг» в период его полномочий материалы дела не содержат.

Кроме того, из материалов дела не следует, что ФИО8 при вступлении его в должность руководителя (17.05.2018) не совершал сделок, направленных на причинение вреда кредиторам и вывод активов. Убыточные сделки, которые свидетельствовали бы о наличии причинно-следственной связи между действиями ответчика ФИО2 и банкротством должника, также отсутствуют.

Таким образом, оснований для удовлетворения исковых требований в отношении ответчика  ФИО2 суд не усматривает, поскольку в его действиях отсутствует состава правонарушения, предусмотренного статьей 61.11 Закона о банкротстве, для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Исследовав представленные доказательства в их совокупности, оценив изложенные обстоятельства, и сопоставив их, суд приходит к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «АЗЛЕСТОРГ» на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве за доведение до банкротства, а также бездействие, в результате которого была окончательно утрачена возможность восстановления платежеспособности должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, привлеченного к такой ответственности на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

Размер требований кредитора индивидуального предпринимателя ФИО1 подтверждается вступившими в силу судебными актами.

В силу частей 2 и 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица; вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Определением суда от 21.11.2020 по делу А33-24798/2020 взыскано с общества с ограниченной ответственностью «АзЛесТорг» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***>) 600 000 руб. 00 коп. – основного долга по договору купли-продажи № 02/ММД от 15.03.2017, 104942 руб. 60 коп. – процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 01.01.2018 по 18.06.2020, всего – 704 942 руб. 60 коп.

В соответствии с пунктом 1 статьи 395 Кодекса в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

Кредитором предъявлены к взысканию с ответчика в качестве субсидиарной ответственности суммы начисленных процентов за пользование заемными денежными средствами в сумме 65 481,40 руб. за период с 25.03.2023 по 24.01.2024. Расчет указанных сумм судом проверен, признается обоснованным.

Таким образом, с ФИО3 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 подлежат взысканию денежные средства в размере 863 256 рублей.

В соответствии со статьей 101, 104 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом. Основания и порядок возврата или зачета государственной пошлины устанавливаются в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

В силу положений статьи 333.21 НК РФ, регулирующей размеры государственной пошлины по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации, арбитражными судами, при подаче искового заявления имущественного характера, подлежащего оценке, при цене иска от 200 001 рубля до 1 000 000 рублей - 7 000 рублей плюс 2 процента суммы, превышающей 200 000 рублей (абзац третий подпункта 1 пункта 1 статьи 333.21 НК РФ в ред. от 21.07.2021).

Определением от 17.04.2023 заявителю в порядке статьи 333.41 НК РФ предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины в размере 18955 руб. до вынесения решения по настоящему делу. Вместе с тем, изначально кредитором было заявлено требование в размере 797 774,60 руб. В ходе судебного заседания кредитором было заявлено уточнение требования, уточнение принято судом в размере  863 256 руб.

Следовательно, при цене иска в сумме 863 256 руб. истец должен уплатить государственную пошлину в сумме 20 265 руб. (863 256- 200 000):100*2%)).

Частью 1 статьи 110 АПК РФ установлено, что судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

На основании изложенного, поскольку заявленные требования о привлечении к субсидиарной ответственности удовлетворены частично в отношении ФИО3 в размере 863 256 руб., то суд приходит к выводу о взыскании с ФИО3 судебных расходов на оплату государственной пошлины в размере 20 265 рублей в доход федерального бюджета.

Настоящее определение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (часть 2 статьи 184, статья 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии определения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 225.17 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края

РЕШИЛ:

Заявленные требования удовлетворить частично.

Привлечь ФИО3 к субсидиарной ответственности по долгам общества с ограниченной ответственностью «АЗЛЕСТОРГ» (ИНН 

<

***>) и взыскать с ФИО3 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 денежные средства в размере 863 256 рублей.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета  20 265 рублей государственной пошлины.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.

Судья

М.Л. Лебедева