1183/2023-24665(4) 

 

Шестой арбитражный апе

 лляционный суд улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000, официальный сайт: http://6aas.arbitr.ru e-mail: info@6aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 06АП-2325/2023

03 августа 2023 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 27 июля 2023 года.  

Полный текст постановления изготовлен 03 августа 2023 года.  Шестой арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего Мангер Т.Е. 

судей Гричановской Е.В., Козловой Т.Д.  

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  ФИО1  

рассмотрел в судебном заседании с использованием веб-конференции апелляционные  жалобы Прокуратуры Амурской области, ФИО2  

на определение от 14.04.2023 по делу № А04-8494/2014 Арбитражного суда Амурской области 

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью  «Строительная компания «Городок» ФИО3  

к ФИО4, ФИО2, ФИО5, ФИО6  

о привлечении к субсидиарной ответственности. 

при участии в заседании: от арбитражного управляющего ФИО3: ФИО7, представитель по доверенности от 28.12.2022 б/н;  

от ФИО2: ФИО8, представитель по доверенности от  05.05.2023 № 28АА1421329;  

от ФИО5: ФИО9 по доверенности от  17.03.2023;  

от ФИО4: ФИО10, представитель по доверенности от  28.06.2021 № 28АА1228335.  

УСТАНОВИЛ:

20.02.2015 в Арбитражный суд Амурской области обратился ФИО11 с заявлением о признании ООО «СК «Городок» несостоятельным  (банкротом).  

Определением от 20.01.2016 заявление ФИО11 признано обоснованным, в  отношении ООО «СК «Городок» введена процедура, применяемая в деле о банкротстве,  наблюдение с применением положений о банкротстве застройщика.  

Решением от 07.07.2016 ООО «СК «Городок» признано несостоятельным  (банкротом), в отношении него введена процедура, применяемая в деле о банкротстве –  конкурсное производство сроком до 26.12.2016, конкурсным управляющим утвержден  ФИО3.  

Определением от 15.07.2016 суд освободил ФИО3 от  исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, утвердил ФИО12 конкурсным управляющим ООО «СК «Городок».  

22.06.2017 конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением к  ФИО4, ФИО2, ФИО5, ООО «Компания «Лекс» о привлечении  контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника и взыскании с них 836 543 654,25 руб. в конкурсную массу по основаниям,  предусмотренным пунктами 2 и 4 статьи 10 Закона о банкротстве.  

Определением от 07.09.2017 производство по заявлению приостановлено до  завершения расчетов с кредиторами.  

Определением от 16.06.2020 ФИО12 освобожден от исполнения  обязанностей конкурсного управляющего в деле о несостоятельности (банкротстве) ООО  «СК «Городок».  

Определением от 03.08.2020 суд утвердил конкурсным управляющим должника  ФИО3.  

Определением от 30.09.2021 производство по заявлению возобновлено.  

Определением от 21.12.2021 суд привлек к участию в рассмотрении заявления в  качестве соответчика ФИО6, исключил из состава ответчиков  ООО «Компания «Лекс» в связи с его ликвидацией и исключением из ЕГРЮЛ.  

 С учетом принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) уточнения требований, конкурсный  управляющий просил признать доказанным наличие оснований для привлечения к  субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СК Городок» ФИО4, ФИО2, ФИО6,  ФИО5. И в связи с тем, что расчеты с кредиторами не завершены,  определение размера субсидиарной ответственности невозможно, управляющий просил  приостановить производство по заявлению.  

Определением Арбитражного суда Амурской области от 14.04.2023 суд признал  доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к  субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной  ответственностью «Строительная компания «Городок». В отношении ФИО4, ФИО5, ФИО6 в  удовлетворении заявления отказано. Производство по заявлению в части определения  размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с  кредиторами.  

Не согласившись с определением суда от 14.04.2023, Прокуратура Амурской  области обратилась в Шестой арбитражный апелляционный суд с апелляционной  жалобой, согласно которой просила оспариваемое определение отменить в части отказа в  привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО5, ФИО6, привлечь к субсидиарной  ответственности ФИО4, ФИО5,  ФИО6.  

В обоснование жалобы Прокуратура указывает, что приговор Благовещенского  суда от 28.04.2021 № 1-16/2021 является преюдициальным для рассмотрения настоящего  спора, поскольку указанным судебным актом установлено наличие неправомерных  действий на стороне лиц, контролирующих должника. По мнению заявителя  апелляционной жалобы, в силу имевшегося у ответчиков статуса, они имели возможность  оказывать влияние на деятельность общества-должника и при наличии установленного  приговором суда от 28.04.2021 преступления, привлечение к субсидиарной  ответственности только одного из ответчиков, вступает в противоречие с приговором  суда.  

Также, не согласившись с определением суда от 14.04.2023, ФИО2  обратился в Шестой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, а ко  дню судебного заседания и дополнением к ней, согласно которым просил оспариваемое  определение отменить, отказать в удовлетворении заявленных требований.  

В соответствии с доводами апелляционной жалобы ФИО2 указывает, что  действия органов управления должника не выходят за пределы обычного  предпринимательского риска при осуществлении ООО «СК «Городок» уставной  деятельности, доказательств обратного материалы дела не содержат. Также апеллянт  ссылается на то, что в финансовом анализе деятельности должника, временный  управляющий установил, что в действиях органов управления отсутствуют признаки  преднамеренного и фиктивного банкротства должника. По мнению заявителя  апелляционной жалобы, учредителями должника предпринимались действия по  недопущению банкротства должника, а также ФИО2 указывает, что по каждому из  неисполненных обязательств должника суд должен установить степень вины учредителей  должника, что судом первой инстанции не сделано. Кроме того, заявитель апелляционной  жалобы ссылается на то, что неплатежеспособность должника связана не с действиями  ответчиков, а с обстановкой в спорный период в отрасли и регионе. Вместе с тем,  заявитель указывает, что судом первой инстанции недостаточно исследованы  обстоятельства настоящего спора, поскольку судом не отражено какие именно сделки  совершенные ФИО2 являлись основаниями для привлечения последнего к  субсидиарной ответственности, а также ссылается на наличие доказательств  добросовестности ФИО2 Также в дополнениях к жалобе ФИО2 ссылается на  выводы, отраженные в приговоре суда от 28.04.2021, оспаривает применение его как  преюдицию при рассмотрении данного спора, приводит доводы о добросовестном  поведении ФИО2, в том числе действуя добросовестно, последний внес в кассу  ООО «СК «Городок» за период с 01.2013 по 07.2015 для пополнения оборотных средств  должника 43 437 998,90руб. в качестве займа. В качестве обоснования причин  возникновения банкротства апеллянт в дополнениях приводит доводы о кризисной  ситуации в отрасли и экономике в целом. Просит отменить определение полностью и  отказать в удовлетворении требований конкурсного управляющего. В обоснование  позиции ФИО2 приложил к дополнениям определение суда по делу А04-4649/2014  от 03.10.2014 , письмо Амурстата от 21.06.2023 и копии квитанций к приходно кассовым  ордерам за период с января 2013 по сентябрь 2015 года.  

На основании определения председателя третьего судебного состава от 26.07.2023  произведена замена судьи Швец Е.А. на судью Козлову Т.Д., в связи с чем рассмотрение  апелляционных жалоб начато судом апелляционной инстанции сначала в силу пункта 2  части 3 статьи 18 АПК РФ.  

От Прокуратуры Амурской области ко дню судебного заседания поступил  письменный отзыв на апелляционную жалобу ФИО2, по тексту которого  Прокуратура просит в удовлетворении апелляционной жалобы указанного лица отказать.  

Ранее в материалы дела от ФИО5 и ФИО4 поступили на отзывы на  апелляционную жалобу Прокуратуры Амурской области, согласно которым ответчики  возражали относительно доводов апелляционной жалобы, считают определение суда  обоснованным.  

В судебном заседании представитель ФИО2 поддерживал доводы  апелляционной жалобы в полном объеме с учётом представленных дополнений, считает  определение незаконным и необоснованным, просил апелляционную жалобу  удовлетворить, определение отменить, принять по делу новый судебный акт.  

Кроме того, представитель апеллянта настаивал на удовлетворении ранее  поданных через канцелярию суда ходатайств: о приобщении дополнительных документов  к материалам дела, о назначении судебной экспертизы, ходатайство об истребовании  

документов оставлял на усмотрение суда, учитывая, что часть документов представлена к  ходатайству о приобщении.  

В судебном заседании представитель ФИО5 возражал против  удовлетворения заявленных представителем ФИО2 ходатайств, а также выступил  против удовлетворения апелляционной жалобы Прокуратуры Амурской области,  апелляционную жалобу ФИО2 оставляет на усмотрение суда.  

Представитель ФИО4 возражал против удовлетворения заявленных ФИО2 ходатайств, а также выступил против удовлетворения апелляционных жалоб, просил  оставить без изменения обжалуемый судебный акт.  

Представитель конкурсного управляющего поддерживал доводы апелляционной  жалобы Прокуратуры Амурской области, по ходатайству о проведении судебной  экспертизы не возражал.  

Рассмотрев ходатайства ФИО2, судебная коллегия приходит к следующему.  

В ходе рассмотрения спора в суде апелляционной инстанции ФИО2  представлены дополнительно квитанции к приходно кассовому ордеру за период с  17.01.2013 по 09.09.2015, полученные из материалов уголовного дела Благовещенского  городского суда, письмо Амурстата от 21.06.2023, которые ранее не представлялись  ответчиком в суд первой инстанции.  

В обоснование не представления указанных доказательств в суд первой инстанции  заявитель жалобы ссылается на то, что не мог принять участия в судебных заседаниях в  суде первой инстанции, поскольку отбывал наказание в виде лишения свободы по  приговору Благовещенского городского суда от 28.04.2021.  

Частями 1, 2 статьи 268 АПК РФ установлено, что при рассмотрении дела в  порядке апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся в деле и  дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело.  

Дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной  инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления  в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если  судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и  суд признает эти причины уважительными.  

Рассмотрев ходатайство в порядке ст.ст.268,159АПК РФ, судебная коллегия  пришла к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения ходатайства апеллянта и  приобщения к материалам дела названных доказательств, не представленных суду первой  инстанции ответчиком. Поскольку ФИО2 надлежащим образом извещался судом о  месте и времени о рассмотрении настоящего спора, возбужденного 23.06.2017, судебная  коллегия не находит оснований для удовлетворения ходатайства и приобщения  дополнительных документов к материалам дела. Кроме того, при постановке выводов по  ходатайству судебной коллегией учтено, что в материалах дела имеются доказательства  получения судом первой инстанции на основании запроса из Благовещенского  городского суда материалов уголовного дела № 1-16/2021 в 129томах.  

 Рассмотрев заявленное ФИО2 ходатайство об истребовании  дополнительных доказательств, судебная коллегия его отклонила, поскольку истребуемые  документы запрашивались судом первой инстанции в объеме уголовного дела № 1-16/2021  и являлись предметом рассмотрения суда.  

Также рассмотрев в порядке статей 82,83,159 АПК РФ ходатайство ФИО2  о назначении судебной экспертизы, судебная коллегия ходатайство отклонила, в связи с  отсутствием предусмотренных статьей 82 АПК РФ оснований к назначению такой  экспертизы, поскольку поставленные ФИО2 перед экспертом вопросы относятся к  компетенции суда, являются вопросами права.  

Согласно части 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при  рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд  назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц,  

участвующих в деле. В случае если назначение экспертизы предписано законом или  предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации  представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или  повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей  инициативе.  

Вопрос о назначении судебной экспертизы в рассматриваемом случае отнесен к  дискреционным полномочиям суда, назначение экспертизы не является обязательным.  

Удовлетворение ходатайства о проведении экспертизы является правом, а не  обязанностью суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех  обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого  процессуального действия для правильного разрешения спора. Судебная экспертиза  назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов,  для установления которых требуются специальные познания, то есть требование одной из  сторон о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда ее назначить.  

При этом само по себе назначение или неназначение экспертизы не препятствует  лицам, участвующим в деле, представлять доказательства в подтверждение своих доводов  (статья 65 АПК РФ).  

Проанализировав предмет и основания заявленных требований, характер  поставленных кредитором на разрешение эксперта вопросов судебная коллегия признает,  что таковые касаются вопросов права и правовых последствий оценки доказательств по  делу.  

Помимо этого, в качестве эксперта представителем ФИО2 предложена  кандидатура ФИО13, являющейся директором ООО «Амур Аудит», которая, как  следует из текста приговора от 28.04.2021 представляла свою рецензию на судебную  экспертизу в ходе рассмотрения уголовного дела в Благовещенском городском суде, в  связи с чем, мнение указанного лица не может быть объективным и отвечать требованиям  положений процессуального законодательства об относимости и допустимости  доказательств.  

По изложенным мотивам суд апелляционной инстанции отказал ФИО2 в  удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и  месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что  не препятствовало суду в порядке статьи 156 АПК РФ, пункта 5 Постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 рассмотреть  апелляционную жалобу в их отсутствие.  

Законность и обоснованность судебного акта проверены апелляционным судом в  порядке главы 34 АПК РФ.  

Повторно рассматривая спор, суд апелляционной инстанции по результатам  изучения материалов дела и доводов апелляционной жалобы пришел к следующему.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127- ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) заявления о  привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным  настоящей главой, подлежат рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о  банкротстве должника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим  Федеральным законом.  

В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении  изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс  Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266- ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность  руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.  

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ рассмотрение  заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10  

Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266- ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в  редакции Закона № 266-ФЗ.  

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является  разновидностью гражданско-правовой ответственности, то применению подлежат  материально-правовые нормы, действовавшие на момент совершения вменяемых  ответчику действий.  

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах,  связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О  внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также  исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского  кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона №  266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам  должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их  привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний  должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника  сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.  

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона №  266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по  обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления  в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о  банкротстве.  

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ  процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной  ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты,  когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по  делу о банкротстве.  

В связи с тем, что обстоятельства, которые поименованы в рассматриваемом  заявлении как основания привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности имели  место в период 2013- 2014 годах, т.е. до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, а заявление  о привлечении руководителей должника к субсидиарной ответственности поступило в суд  после 01.07.2017, то спор подлежит рассмотрению с применением норм материального  права, предусмотренным статьей 10 Закона о банкротстве, действовавших на момент  спорных правоотношений, и процессуальных норм, в редакции Закона № 266-ФЗ.  

Согласно выписке из ЕГРЮЛ от 27.04.2015 ООО «СК «Городок» зарегистрировано  16.03.2005. Основным видом деятельности ООО «СК «Городок» являлось «Производство  общестроительных работ по возведению зданий» (код ОКВЭД – 45.21.1). Директором  ООО «СК «Городок» являлся ФИО4. Учредителями ООО «СК  «Городок» являлись ФИО5, ФИО6, ФИО2, ООО «Лекс» с долями по 25 %.  

Конкурсный управляющий, сославшись на заключение ФИО4, ФИО2, ФИО5, ФИО6 ничтожных сделок, продажи активов по  значительно заниженной стоимости или без встречного исполнения обязательств,  заключению сделок, направленных на увеличение кредиторской задолженности (перевод  долга), преимущественное гашение требований отдельных кредиторов, что повлекло  неплатежеспособность ООО «СК «Городок» и его последующее банкротство и привело к  невозможности погашения требований кредиторов, обратился в суд с заявлением о  привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности на основании пункта 4  статьи 10 Закона о банкротстве по обязательствам должника, представив в подтверждение  вступивший в законную силу приговора Благовещенского городского суда Амурской  области от 28.04.2021 по делу № 1-16/2021.  

Кроме этого, конкурсный управляющий заявлял требование о привлечении  ответчиков к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве,  в связи с не обращением в установленный законом о банкротстве с заявлением должника  по обязательствам должника.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение  обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок,  которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой  субсидиарную ответственность лиц, на которых указанным Федеральным законом  возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в  арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим  после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 данного Федерального  закона.  

Основания, с которыми закон связывает обязанность по обращению в арбитражный  суд с заявлением должника, содержатся в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, одним  из которых является наличие у должника признаков неплатежеспособности и (или)  недостаточности имущества, а также невозможность удовлетворения требований  кредиторов.  

Для решения вопроса о привлечении руководителя к ответственности по  основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, необходимо  установить возникновение одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9  Закона; дату возникновения соответствующего обстоятельства; размер обязательств  должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9  Закона о банкротстве.  

Изучив материалы дела и доводы сторон, суд первой инстанции обосновано  пришёл к выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной  ответственности по основаниям пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве, поскольку  материалы дела не содержат доказательств подтверждающих наличие признаков  объективного банкротства у должника в 2014 году.  

Определение в указанной части заявителями апелляционных жалоб не  оспаривается.  

Рассматривая заявление в остальной части, суд первой инстанции пришёл к  следующему.  

Как указано судом выше материально-правовые основания для привлечения  ответчиков к субсидиарной ответственности определяются судом согласно той редакции  Закона о банкротстве, которая действовала в момент совершения ответчиками виновных  действий (бездействий), повлекших объективное банкротство должника.  

При этом применение данной материально-правовой нормы в настоящем споре не  исключает необходимости руководствоваться разъяснениями, содержащимися в  постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О  некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к  ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума ВС РФ № 53), в той их  части, которая не противоречит существу нормы статьи 10 Закона о банкротстве в  приведенной выше редакции.  

В соответствии с п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве в применяемой редакции, если  должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия  контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества  должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.  

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным  (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при  наличии одного из следующих обстоятельств:  

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим  лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок  

должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального  закона;  

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению  (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской  Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия  решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об  объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование  которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской  Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно  затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе  формирование и реализация конкурсной массы.  

В редакции Закона о банкротстве, действующей в спорный период времени,  отсутствовала презумпция, согласно которой предполагалось, что должник признан  несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих  должника лиц, если требования кредиторов третьей очереди по основной сумме  задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило  в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо  являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной,  административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в  том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по  делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований  кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди  по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.  

Указанная презумпция была закреплена в абзаце 5 пункта 4 статьи 10 Закона о  банкротстве и введена в действие Федеральным законом от 23.06.2016 № 222-ФЗ.  

Однако, согласно пункту 9 статьи 13 № 222-ФЗ от 23.06.2016 «О внесении  изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» положения абзаца  тридцать четвертого статьи 2 и пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 26 октября  2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего  Федерального закона) стали применяться ко всем поданным после 1 сентября 2016 года  заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной  ответственности или заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к  ответственности в виде возмещения убытков.  

В качестве обоснования своих требований конкурсным управляющим представлен  приговор Благовещенского городского суда от 28.04.2021, исходя из содержания которого  период исследования в рамках уголовного дела составил с 22.07.2013 по 31.12.2015.  Производство по делу о банкротстве должника возбуждено определением от 20.02.2015.  Должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного  производства 07.07.2016.  

Учитывая вышеизложенное прямое указание законодателя, принимая во внимание  подачу рассматриваемого заявления конкурсным управляющим после 1 сентября 2016  года, суд пришел к выводу о возможности применения к спорным правоотношениям  положений пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона №  222-ФЗ от 23.06.2016), включая возможность применения опровержимой презумпции,  содержащейся в абзаце 5 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве. Данный подход  соответствует сложившейся арбитражной практике (определение Верховного суда от  29.09.2017 № 305-ЭС17-13426.  

При этом суд учитывает, что отсутствие в нормах права указанной выше  презумпции на момент совершения вменяемых действий, не должно исключать  возможность доказывания наличия оснований для привлечения к субсидиарной  ответственности, в том числе со ссылкой на перечисленные обстоятельств.  

Предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве в применяемой редакции  основание для привлечения к субсидиарной ответственности, как «признание должника  несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц», по существу,  незначительно отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей  61.11 названного Закона основания ответственности в виде «невозможности полного  погашения требований кредиторов вследствие действий контролирующих лиц», а потому  значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в  постановлении Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, может быть применен и к статье 10  Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ (пункт 18  Обзора судебной практики № 4 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации 25.12.2019).  

Согласно пункту 16 постановления Пленума ВС РФ № 53 под действиями  (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения  требований кредиторов (статья 61.11. Закона о банкротстве) следует понимать такие  действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника,  то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает  существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение  должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными  действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.  

В пункте 22 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации № 6, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 8 от  01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского  кодекса Российской Федерации» (далее - совместное постановление Пленумов ВС РФ и  ВАС РФ № 6/8), разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью  учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным  (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать  обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют  возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен  учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности  лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана  их указаниями или иными действиями.  

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 18 постановления Пленума ВС РФ   № 53, контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной  ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные  последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не  были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового  сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10  статьи 61.11 Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о привлечении  контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите  делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его  применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа  законодательного регулирования в сфере несостоятельности.  

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности,  контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено  исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой,  финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями,  стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.) (пункт 19 постановления Пленума ВС  РФ № 53).  

Как следует из материалов дела, ФИО4 являлся директором должника с  момента образования юридического лица до момента его отстранения и последующего  увольнения 21.09.2017.  

Из представленного отзыва ФИО4 и пояснений данных в ходе рассмотрения  уголовного дела следует, что в ООО «СК «Городок» им осуществлялись полномочия по  организации процесса строительства, фактически сделки по отчуждению имущества  должника ФИО4 не совершал, занимался организацией рабочего процесса по  возведению объектов строительства. Решения о реализации имущества, о совершении  сделок принимались общим собранием участников.  

Помимо этого факт того, что ФИО4 не принимал решения об отчуждении  имущества, доказывается показаниями свидетелей, допрошенных в рамках судебного  следствия по уголовному делу в отношении ФИО4, ФИО2, ФИО5,  ФИО6  

Все показания свидетелей в рамках уголовного дела сводятся к тому, что все  финансовые вопросы должника решались ФИО2 и что все вопросы в ООО «СК  «Городок» решались только с ФИО2, а не с ФИО4  

При постановке выводов по делу судом первой инстанции принято во внимание  письмо от 30.03.2015 вх. № 538, в котором директор ООО «СК «Городок» ФИО4,  обращаясь к учредителям ООО «СК «Городок» ФИО6, ФИО2, ФИО5, указал, что работники ООО «СК «Городок» не получают заработную плату,  строительство объектов не финансируется, в связи с чем может быть приостановлено. При  этом ФИО4 указал, что не распоряжается финансовыми средствами с момента  образования ООО «СК «Городок». Что в свою очередь также указывает на то, что ФИО4 без решения и указаний учредителей не распоряжался финансовыми средствами.  

По сделкам, признанным недействительными определениями Арбитражного суда  Амурской области по настоящему делу от 18.07.2017, от 07.05.2018 по оспариванию  сделок с ФИО14; от 06.07.2017, от 19.02.2018 года по оспариванию сделок с ООО  «СК «Максимум»; от 24.03.2017, от 08.09.2017 по оспариванию сделок с ООО  «СтройТехСнабжение»; от 25.04.2019, от 07.02.2019, от 01.11.2018, от 02.11.2017, от  10.07.2018 по оспариванию сделок с ФИО15, ФИО16; от 08.06.2017, от  04.07.2018 по оспариванию сделок с ООО «СК «Максимум» были проведены  почерковедческие экспертизы и установлены фальсификации документов, в частности  подделки подписи ФИО4, что еще раз подтверждает факт, что ФИО4  фактически сделки по отчуждению имущества ООО «СК «Городок» не совершал, о  существовании некоторых он и не подразумевал.  

Как следует из содержания приговора от 28.04.2021, подпись ФИО4 в  документах не была действительна без согласования сделок учредителями,  самостоятельно ФИО4 сделки не совершались.  

В силу пункта 18 Постановления № 53 контролирующее должника лицо не  подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия  (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за  пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных  интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3  статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), абзац второй  пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).  

Таким образом, суд первой инстанции обосновано пришёл к выводу о том, что  материалами дела и приговором суда подтверждается номинальный статус ФИО4, в  связи с чем, отсутствуют основания для привлечения указанного лица к субсидиарной  ответственности.  

В отношении остальных ответчиков суд первой инстанции пришёл к следующим  выводам.  

Как следует из материалов дела, приговором Благовещенского городского суда  Амурской области от 28.04.2021 по делу № 1-16/2021(стр. 480) установлено «в судебном  заседании подсудимые ФИО6 и ФИО5 показали, что ежедневный контроль  за финансового-хозяйственной деятельностью в ООО «СК Городок» по договоренности  

между ними вел один из его учредителей – ФИО2 Оснований ставить под сомнения  указанные сведения сообщенные подсудимыми, суд не находит».  

Из свидетельских показаний главного бухгалтера ФИО17, в ходе уголовного  разбирательства, следует, что именно ФИО2 фактически обладал контролем за  движением финансового потока предприятия, без его согласия распределение денежных  средств не осуществлялось. В части растраты денежных средств, принадлежащих  участникам строительства – обладая, контролирующей функции, направил денежные  средства не на строительство многоквартирных домов, а на текущие расходы  предприятия, в том числе оплату кредитов аффилированной компании.  

Согласно Приговору ФИО2 был организатором неправомерной растраты  денежных средств участников строительства, что несомненно сказалось на остановке  строительства многоквартирных домов, так как последующее удорожание строительных  материалов, взыскание неустоек и расторжение договоров долевого участия в  строительстве фактически заблокировало деятельность должника и привело к  невозможности выполнения взятых на себя обязательств, что и послужило основной  причиной несостоятельности.  

Кроме того, ФИО2 допустил частичную невыплату свыше трех месяцев  заработной платы, полную невыплату свыше двух месяцев заработной платы и выплату  заработной платы свыше двух месяцев в размере ниже установленного федеральным  законом минимального размера оплаты труда, совершенные из корыстной  заинтересованности руководителем организации.  

Исходя из содержания Устава ООО «СК «Городок», ФИО2 был вправе  управлять делами общества, получать информацию о деятельности общества и  знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией, а также принимать  участие в распределении прибыли.  

С учётом вышеуказанных показаний свидетелей и самого ответчика ФИО2,  в ходе рассмотрения уголовного дела, суд обосновано пришёл к выводу, что всю текущую  деятельность в обществе осуществлял непосредственно ФИО2 и что ФИО2  совершены действия, существенно ухудшившие финансовое положение должника.  

В пункте 16 Постановления № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием)  контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов  следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной  банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.  Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица  на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между  названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным  банкротством.  

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться,  в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов  добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение  сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить  обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения  явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат  деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой  организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая  нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его  кредиторам, и т.д.  

Субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является  гражданско-правовой, в связи с чем возложение на ответчиков обязанности нести  субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ и потому  для их привлечения к субсидиарной ответственности необходимо доказать наличие в их  действиях противоправности и виновности, а также наличие непосредственной причинно- 

следственной связи между соответствующими виновными и противоправными  действиями (бездействием) и наступившими последствиями в виде банкротства должника.  

 В настоящем случае, с учетом обстоятельств установленных приговором суда по  уголовному дела, исходя из документов, представленных в материалы банкротного дела,  следует, что лицом, фактически управляющим обществом, являлся ФИО2  

В ходе рассмотрения уголовного дела и дела о банкротстве должника, установлено,  что должник заключал договоры с аффилированными лицами, перечислял в их адрес  денежные средства, в том числе часть сделок была признан недействительными. При  оспаривании сделок также установлено, что частично подписи директора были  сфальсифицированными.  

Таким образом, в совокупности указанных обстоятельств можно установить, что  действия должника были направлены, в том числе на вывод денежных средств из  владения должника, в том числе в пользу аффилированных лиц, а поскольку все  финансовые операции были совершены под влиянием ФИО2, то в настоящем споре  доказана причинно-следственная связь между действиями ФИО2 и наличием  признаков неплатежеспособности у должника.  

С учётом изложенного, доводы ФИО2 об отсутствии доказательств его  неправомерных действий, судебной коллегией отклоняется. При этом судебная коллегия  критически относится к доводам ФИО2, приведенным в дополнении к жалобе со  ссылкой на предоставление ООО «СК «Городок» в заем личных денежных средств в  размере 43 437 998,90руб. за период с января 2013 по июль 2015 года, учитывая,  доказанное в ходе рассмотрения уголовного дела распределение денежных потоков  должника указанным лицом по своему усмотрению, а кроме того в отсутствие  документального подтверждения источников поступления указанных средств в таком  значительном размере лицу, которое являлось участником должника, а также  аффилированных с ним компаний (ООО «Терминал», ООО «Компания «Лекс», ООО  «Комбинат строительной керамики» и др.), одновременно ссылалось на кризисную  ситуацию в отрасли и экономике в обозначенный выше период в качестве причины  недостаточности средств у должника, в том числе, на выплату зарплаты сотрудникам.  

Рассмотрев требования к ФИО5, ФИО6 суд не нашёл оснований  для привлечения их к субсидиарной ответственности в связи со следующим.  

Как выше установлено судом, а также в ходе рассмотрения уголовного дела и  раскрыто в порядке п. 9 ст. 61.11 Закона о банкротстве, фактическим управлением  обществом, а так же распоряжением денежными средствами в ООО «СК «Городок»  занимался ФИО2, без его одобрения не осуществлялся ни один платеж, а так же не  принимались административные и хозяйственные решения.  

Указанные обстоятельства подтверждают многочисленные свидетели,  допрошенные в ходе расследования уголовного дела № 1-16/2021. Как указано самим  ФИО2 «ФИО6 крайне редко подключался к текущей деятельности, а  обстановку в частности по Литеру-08 и Кварталу -4 подробнее стал узнавать только после  начало работы группы при Губернаторе летом 2015 г.», «....ФИО5 подключался к  текущей деятельности чуть чаще в основном для решения возникающих проблем,  привлечения денежных средств и материалов, в частности обеспечения кирпичом, а  обстановку по Литеру-08 и Кварталу -4 как и ФИО6 подробнее стал узнавать  только после начало работы группы при Губернаторе летом 2015 г».  

Как установлено судом из пояснений ФИО5, протокол собрания  участников ООО «СК «Городок» от 13.02.2015 он не подписывал, подпись в протоколе  выполнена не им, а другим лицом с подражанием его подписи. В материалах дела  имеется светокопия протокола плохого качества, которая не позволяет достоверно  утверждать, что он подписан уполномоченными лицами, равно как и провести  соответствующее экспертное его исследование. Кроме вышеуказанного протокола в деле  имеются и другие протоколы ООО «СК «Городок» с аналогичными дефектами.  

В материалах дела имеются также протоколы собраний участников ООО СК  «Городок» от 12.02.2012, от 29.09.2012, от 27.04.2013 об одобрении сделок по передаче  ООО «КСК» денежных средств по договорам займа. В данных протоколах отсутствует  подпись ФИО5 В некоторых протоколах ООО «СК «Городок» отсутствует  подпись ФИО6  

С учётом вышеизложенного, судом первой инстанции правомерно установлено,  что участие в обществе ФИО5 и ФИО6 не послужило основанием для  последующего признания должника несостоятельным (банкротом), и как следствие  возложения на них ответственности за причинение ущерба кредиторам должника.  

Возражая относительно указанных выводов, Прокуратура Амурской области  указывает, что в рамках рассмотрения уголовного дела № 1-16/2021 установлена  виновность всех ответчиков по настоящему спору и постановление по указанному делу  является преюдициальным для настоящего спора.  

В силу части 4 статьи 69 АПК РФ одним из оснований, освобождающих от  доказывания, является вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу,  который обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место  определенные действия и совершены ли они определенным лицом.  

Вместе с тем другие доказательства, полученные в уголовно-процессуальном  порядке, могут быть использованы в арбитражном процессе для установления наличия  или отсутствия обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц,  участвующих в деле, при условии их относимости и допустимости (часть 1 статьи 64,  статьи 67 и 68 АПК РФ).  

В рамках рассмотрения уголовного дела при вынесении приговора  Благовещенским городским судом Амурской области от 28.04.2021 по делу № 1-16/2021  судом исследовался вопрос о растрате ответчиками денежных средств по объектам  строительства. При рассмотрении указанного уголовного дела не применялись положения  законодательства о банкротстве, в связи с чем, суд первой инстанции правомерно не  принял указанный приговор как преюдициальный судебный акт.  

В то же время при рассмотрении заявленных требований суд обосновано учитывал  обстоятельства, установленные в ранее рассмотренном уголовном деле.  

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в своих  решениях, факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, принимаются  другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они  имеют значение для разрешения данного дела, что вытекает из принципов  общеобязательности и исполнимости вступивших в законную силу судебных решений в  качестве актов судебной власти, обусловленных ее прерогативами (постановление от 21  декабря 2011 года № 30-П; определения от 6 ноября 2014 года № 2528-О, от 17 февраля  2015 года № 271-О и др.).  

На основании изложенного суд первой инстанции правомерно признал выводы,  изложенные в приговоре Благовещенского городского суда Амурской области от  28.04.2021 по делу № 1-16/2021, допустимыми и достаточными доказательствами вины  ФИО2 в причинении вреда имущественным правам кредиторов и отказал в  привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО5, ФИО6.  

Как следует из содержания пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на  момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по  основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, невозможно  определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления  всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов  выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия  оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной  ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания  

расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов,  заявленных до окончания расчетов с кредиторами.  

В соответствии со сведениями, представленными управляющим, расчеты с  кредиторами в настоящее время не завершены, в связи с чем определить размер  ответственности невозможно.  

В этой связи суд первой инстанции правомерно, счёл необходимым по правилам ч.  7 ст. 61.16 Закона о банкротстве приостановить рассмотрение заявления до окончания  расчетов с кредиторами.  

Доводы заявителя апелляционной жалобы ФИО2 о направленности  действий ответчиков на недопущение банкротства должника, а также на восстановление  его платежеспособности, судебной коллегией отклоняется в силу вышесказанного, а  также в силу следующего.  

В соответствии с абзацем 2 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер  субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подлежит  соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного  имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера  требований, подлежащих удовлетворению за счет этого контролирующего должника лица.  

Таким образом, вопрос о добросовестности конкретных действий ответчика  подлежит рассмотрению в ходе установления размера субсидиарной ответственности  ответчика. В настоящем случае, судом первой инстанции, исследовался вопрос  исключительно о наличии признаков для привлечения ответчиков к субсидиарной  ответственности.  

В связи с изложенным, указанные возражения ФИО2 могут быть приняты  судом перовой инстанции при установлении размера субсидиарной ответственности  подлежащей взысканию с ФИО2.  

Учитывая изложенное, арбитражный суд апелляционной инстанции счел, что  выводы суда первой инстанции при принятии оспариваемого судебного акта сделаны в  соответствии со статьей 71 АПК РФ на основе исследования доказательств по делу с  правильным применением норм материального права. Нарушений норм процессуального  права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта,  апелляционной инстанцией не установлено.  

При таких обстоятельствах основания для отмены/изменения обжалуемого  судебного акта и удовлетворения апелляционных жалоб по приведенным в них доводам  отсутствуют.  

Из материалов апелляционного производства следует, что представителем ФИО2 - ФИО8 внесено на депозитный счет Шестого  арбитражного апелляционного суда 50 000 руб. на проведение экспертизы.  

Так как в удовлетворении ходатайства заявителя жалобы о проведении судебной  экспертизы отказано, денежные средства подлежат возврату с депозитного счета суда.  

В соответствии с пп. 12 п. 1 ст. 333.21 НК РФ подача апелляционных жалоб по  данной категории споров не облагается государственной пошлиной.  

Вместе с тем, как следует из материалов дела, при подаче апелляционной жалобы  ФИО2 уплатил государственную пошлину в размере 3 000 руб., которые подлежат  возвращению заявителю, как излишне уплаченные.  

Руководствуясь частью 3 статьи 223, статьями 258, 268-272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный  суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение от 14.04.2023 по делу № А04-8494/2014 Арбитражного суда Амурской  области оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.  

Возвратить ФИО2 3000рублей, излишне оплаченной по  чеку – ордеру ПАО «Сбербанк России» 10.05.2023 государственной пошлины.  

Возвратить ФИО8 с депозитного счета Шестого  арбитражного апелляционного суда 50 000рублей, внесенных по чеку-ордеру ПАО  «Сбербанк» Благовещенское отделение 8636/122 27.06.2023, операция 4870.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного  округа в течение одного месяца со дня его принятия через арбитражный суд первой  инстанции.  

Председательствующий Т.Е. Мангер  

Судьи Е.В. Гричановская  

 Т.Д. Козлова  

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 27.01.2023 3:02:00

Кому выдана Мангер Татьяна Евгеньевна