Шестой арбитражный апелляционный суд

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000, 

официальный сайт:  http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 06АП-2191/2018

14 июня 2018 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 06 июня 2018 года.                       Полный текст постановления изготовлен 14 июня 2018 года.

 

Шестой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего     Ротаря С.Б.,

судей                                       Брагиной Т.Г., Пичининой И.Е.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

представители участия в судебном заседании не принимали,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «АгроТехИнвест»

на определение от 29.03.2018

по делу № А04-5460/2017

Арбитражного суда Амурской области

вынесенное судьей Илюшкиной Т.И.,

по заявлению главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2

о включении требований в сумме 28 227 741,26 рубля в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Рассвет», 

 

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Рассвет» (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>) обратилось в Арбитражный суд Амурской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Рассвет» (далее – ООО «Рассвет», должник, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом).

Определением от 19.10.2017 (резолютивная часть объявлена 18.10.2017) в отношении ООО «Рассвет» (ИНН 

<

***>) введена процедура, применяемая в деле о банкротстве, - наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО3.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «КоммерсантЪ» от 28.10.2017 №202.

В рамках дела о банкротстве ООО «Рассвет» в арбитражный суд обратился Глава крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 (ОГРНИП 316280100061142 ИНН 

<

***>) с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса РФ, о включении в третью очередь реестра требований кредиторов требований в сумме 28 227 741,26 рубля, в том числе, 

- по договору займа от 11.01.2017 №01/2017 в сумме 1 150 000 рублей;

- по договору займа от 24.01.2017 №02/2017 в сумме 9 000 000 рублей;

- по договору займа  от 03.04.2017 №04/2017 в сумме 9 600 000 рублей;

- проценты за пользование суммой займа за период с 03.04.2017 по 29.06.2017 в размере 158 597,26 рубля;

- по договору купли-продажи удобрений от 14.04.2017 №01/2017 в сумме 4 419 144 рубля;

- по договору купли-продажи сои от 19.05.2017 №05/2017 в сумме 3 900 000 рублей. 

Определением суда 29.03.2018 требования ФИО2 признаны обоснованными в сумме 8 319 144 рубля, из которых: 4 419 144 рубля по договору купли-продажи удобрений от 14.04.2017 №01/2017; 3 900 000 рублей  по договору купли-продажи сои от 19.05.2017 №05/2017, и включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника. В удовлетворении остальной части требований отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, общество с ограниченной ответственностью «АгроТехИнвест» в апелляционной жалобе просит определение суда в части отказа в удовлетворении требований отменить, заявление главы КФХ ФИО2 удовлетворить в полном объеме.

В доводах жалобы заявитель сослался на нарушения судом норм материального и процессуального права. По мнению заявителя, при рассмотрении требований ФИО2 судом осуществлен избирательный подход при проверки обоснованности заявленных ко включению в реестр требований. Обращает внимание суда апелляционной инстанции, что при рассмотрении требований второго учредителя должника – Хэйхэская торгово-экономическая компания «Ханьнун», судом деятельность компании не проверялась. Привел доводы, что при рассмотрении требований ООО «Рассвет» (ИНН 

<

***>), судом также осуществлен формальный подход, в то время как заем кредитором был сделан исключительно в целях докапитализации должника.

В отзыве на апелляционную жалобу ООО «Рассвет» (ИНН 

<

***>) отклонило приведенные в жалобе доводы.

Изучив материалы дела, Шестой арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Установление размера требований кредиторов в ходе процедуры наблюдения осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 71 Закона о банкротстве, согласно которой для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В обоснование своих требований главой КФХ ФИО2 представлены:

- Договор купли-продажи удобрений от 14.04.2017 №01/2017, согласно которому продавец обязуется передать в собственность покупателя товар: азотно-магниевое удобрение в количестве 68, 400 тонн, общей стоимостью 1 419 984 рублей; удобрение азотно-фосфорно-калийное марки 15:15:15 в количестве 134,400 тонн, общей стоимостью 3 380 160 рублей, всего на общую сумму 4 800 144 рублей. Согласно пункту 2.2. договора расчеты должны быть произведены в срок до 31.05.2017. 

- Договор купли-продажи сои от 19.05.2017 №05/2017, согласно которому продавец обязуется передать в собственность покупателя продукцию: бобы соевые в количестве 130 тонн, общей стоимостью 3 900 000 рублей. Согласно пункту 3.2 договора расчеты должны быть произведены в срок до 31.05.2017.

Суд первой инстанции, признавая требования главы КФХ ФИО2, обоснованными в части включения в реестр требований кредиторов задолженности по договорам купли-продажи от 14.04.2017 №01/2017 и от 19.05.2017 №05/2017 исходил из представленных в материалы дела доказательств, подтверждающих наличие с должником хозяйственных отношений – счетов-фактур, товарных накладных, платежных поручений, договоров перевозки груза, товарно-транспортных накладных, путевых листов, платежных поручений об оплате услуг перевозки, договоров купли-продажи недвижимого имущества и актов приема-передачи.

Поскольку доказательств уплаты данной задолженности должником не представлено, суд первой инстанции счел требования главы КФХ ФИО2 обоснованными и подлежащими включению в третью очередь реестра требований кредиторов.

Судебный акт в удовлетворенной части требований кредитором ООО «АгроТехИнвест» не обжалуется. От иных лиц, участвующих в деле, соответствующих возражений не поступило.

Также, основанием для обращения ФИО2 в арбитражный суд с заявлением о включении требования в реестр требований кредиторов должника послужило наличие заемных правоотношений, возникших вследствие неисполнения должником обязательств по возврату денежных средств в общей сумме 19 908 597,26 рубля, основанных на договорах займа от 11.01.2017 №01/2017, от 24.01.2017 №02/2017, от 03.04.2017 №04/2017, а также  процентов за пользование суммой займа за период с 03.04.2017 по 29.06.2017.

Из материалов дела следует, что ФИО2 является участником должника, с размером доли в уставном капитале 51%, а также генеральным директором Общества. Исходя из чего, данное лицо относится к категории контролирующих должника лиц.

В определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 №308-ЭС17-1556(1,2) сформирована позиция, согласно которой действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Тот факт, что участник должника является его заимодавцем, само по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства.

Вместе с тем, в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса РФ) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса РФ либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

При представлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.

Суд первой инстанции, с учетом приведенной позиции Верховного суда РФ, оценив представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу, что предоставление указанных займов со стороны главы КФХ ФИО2 является докапитализацией должника в условиях его трудного финансового положения и фактически носит корпоративный характер, поскольку вытекает из факта участия ФИО2 в Обществе, и потому не подлежат включению в реестр требований кредиторов.

Как следует из материалов дела, договор займа от 11.01.2017 №01/2017  на сумму 1 150 000 рублей заключен между должником и ФИО2 со сроком возврата займа - 28.02.2017, договор займа от 24.01.2017 № 02/2017 на сумму 9 000 000 рублей заключен со сроком возврата до 31.05.2017.

Указанные договоры займа не предусматривали уплату заемщиком процентов за пользование займом.

По истечении срока возврата денежных средств, денежные средства должником возвращены не были.

Вместе с тем, ФИО2, в отсутствие погашенной задолженности по указанным выше договорам займа, по договору от 03.04.2017 №04/2017 повторно предоставляет ООО «Рассвет» денежные средства в сумме  9 600 000 рублей под 12 % годовых со сроком возврата до 31.12.2017.

Спорные договоры займа заключены в пределах полугода до обращения ООО «Рассвет» (ИНН 

<

***>) с заявлением о банкротстве ООО «Рассвет» (ИНН 

<

***>).

Вышеприведенное свидетельствует, что действия ФИО2, являющегося как участником должника, так и его руководителем, на дату заключения договоров, и располагающего сведениями о платежеспособности должника, при повторном предоставлении заемных средств, являются нецелесообразными, и привели к увеличению кредиторской задолженности.

В Определение Верховного Суда РФ от 21.02.2018 №310-ЭС17-17994 (1, 2), приведен правовой подход, согласно которому пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрены определенные обстоятельства, при наличии которых должник обязан обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве в связи с невозможностью дальнейшего осуществления нормальной хозяйственной деятельности по экономическим причинам (абзацы второй, пятый, шестой и седьмой названного пункта).

При наступлении подобных обстоятельств добросовестный руководитель должника вправе предпринять меры, направленные на санацию должника, если он имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план (абзац второй пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 №309-ЭС17-1801).

Пока не доказано иное, предполагается, что мажоритарные участники (акционеры), голоса которых имели решающее значение при назначении руководителя, своевременно получают информацию о действительном положении дел в хозяйственном обществе. При наличии такой информации контролирующие участники (акционеры) де-факто принимают управленческое решение о судьбе должника - о даче согласия на реализацию выработанной руководителем стратегии выхода из кризиса и об оказании содействия в ее реализации либо об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника.

Приведенные случаи невозможности продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды.

Соответствующие вложения могут оформляться как путем увеличения уставного капитала, так и предоставления должнику займов либо иным образом.

При этом, если мажоритарный участник (акционер) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.).

Если мажоритарный участник осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

В ситуации, когда одобренный мажоритарным участником (акционером) план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана. Именно эти участники (акционеры), чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 №305-ЭС15-5734(4, 5)).

Судом установлено, что привлечение займов в деятельность ООО «Рассвет» осуществлялось в связи со сложным финансовым положением должника

Доказательств того, что заключенные между кредитором и должником договоры займа носили гражданско-правовой характер и были направлены на поддержание производственной деятельности (учитывая предоставление займа без обеспечения, отсутствие уплаты процентов по договорам от 11.01.2017 и от 24.01.2017, повторное предоставление займа при отсутствии погашения задолженности по ранее заключенным договорам), материалы дела не содержат.

Кредитором не обоснованы мотивы выбора конструкции займа по договорам от 11.01.2017 и от 24.01.2017, необходимость займа ФИО2 как учредителем и руководителем должника. Кроме того, отсутствуют доказательства, что кредитором принимались соответствующие меры по взысканию заемных денежных средств.

При вышеизложенном, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о корпоративном характере договоров займа, вытекающем из факта участия ФИО2 в Обществе, в связи с чем, правомерно не усмотрел оснований для включения требований возникших на основании заемных правоотношений в реестр требований кредиторов должника.

Доводы апелляционной жалобы ООО «АгроТехИнвест» о наличии иных кредиторов (Хэйхэская торгово-экономическая компания «Ханьнун», ООО «Рассвет» (ИНН 

<

***>)) требования которых судом в полной мере не были проверены на предмет соответствия целям займа, в связи с чем, полагает, что в отношении кредитора - главы КФХ ФИО2, судом применен избирательный подход, апелляционным судом во внимание не принимаются, поскольку требования Хэйхэской торгово-экономической компании «Ханьнун» и ООО «Рассвет» не являются предметом рассмотрения настоящего обособленного спора.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения  апелляционной жалобы, по содержащимся в ней доводам, не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ, не установлено.

Руководствуясь статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение от 29.03.2018 по делу № А04-5460/2017 Арбитражного суда Амурской области оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий

                  С.Б. Ротарь

 

Судьи

                Т.Г. Брагина

 

            И.Е. Пичинина