№ 09АП-35317/2020

Дело № А40-252160/15

г. Москва

16 октября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 05 октября 2020 года  

Постановление

 изготовлено в полном объеме 16 октября 2020 года  

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи А.Н. Григорьева, судей И.М. Клеандрова, В.В. Лапшиной 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного  управляющего должника - ГК «АСВ» и ФИО2 на определение Арбитражного  суда г. Москвы от 10 июня 2020 года по делу № А40-252160/15, принятое судьей П.А.  Марковым, по заявлению конкурсного управляющего должника - ГК «АСВ» о привлечении  солидарно ФИО3, ФИО4, ФИО2, ФИО5, ФИО6 к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника в сумме 11 081 902 000 руб.  

по делу о признании несостоятельным (банкротом) ПАО АКБ «Балтика» при участии в судебном заседании: от ФИО7 - ФИО8 дов от 10.12.19 от ФИО4 - ФИО8 дов от 11.12.19 от ФИО3 - ФИО9 дов от 26.11.19 

от АКБ «Балтика» в лице к/у ГК АСВ - ФИО10 дов от 12.04.18  Иные лица не явились, извещены.   

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 24.02.2016 по настоящему делу  Банк признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное  производство. Функции конкурсного управляющего возложены на государственную  корпорацию «Агентство по страхованию вкладов» (далее - Агентство или Конкурсный  управляющий).  

11.12.2017 Конкурсный управляющий направил в суд заявление о привлечении  солидарно ФИО3, ФИО4, ФИО2, ФИО5 к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника в сумме 11.081.902.000 рублей.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 05.09.2018 по делу № А40- 252160/2015, оставленным в силе Постановлением Девятого арбитражного апелляционного  суда от 27.03.2019, удовлетворено заявление Конкурсного управляющего о привлечении  солидарно ФИО3, ФИО4, ФИО2, ФИО5 к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника. Взысканы солидарно с ФИО3, ФИО4, ФИО2, ФИО5 в пользу ПАО АКБ "Балтика" денежные средства в размере  11.081.902.000 рублей.  

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 30.07.2019  вышеуказанные Определение Арбитражного суда города Москвы и Постановление Девятого  Арбитражного апелляционного суда отменены, обособленный спор направлен на новое  рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.01.2020 по ходатайству  ФИО3 к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО6 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения село Ключи, Ключевского района,  Алтайского края).  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 10.06.2020 по делу № А40- 252160/2015 к субсидиарной ответственности по обязательствам ПАО АКБ «Балтика»  привлечены ФИО2, ФИО6.  Рассмотрение вопроса о размере субсидиарной ответственности приостановлено до  окончания расчетов с кредиторами (далее по тексту - оспариваемое определение). В  удовлетворении требований к ФИО3, ФИО4,  ФИО5 судом отказано.  

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ГК «АСВ» обратилось в  Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просило  указанное определение суда первой инстанции отменить в части отказа в привлечении к  субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО4, ФИО5  

Также, не согласившись с принятым по делу судебным актом, ФИО2  обратилась в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в  которой просило указанное определение суда первой инстанции отменить в части  привлечения ее к субсидиарной ответственности.  

В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда представитель  ГК АСВ поддержал доводы жалобы, представители ответчиков ФИО3, ФИО4,  ФИО5 возражали против удовлетворения жалобы ГК АСВ.  

При рассмотрении апелляционной жалобы суд апелляционной инстанции  руководствуется частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, с учетом разъяснений, изложенных в пункте 27 Постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде  апелляционной инстанции", согласно которому, если заявителем подана жалоба на часть  судебного акта, при непредставлении лицами, участвующими в деле, возражения по  проверке только части судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции  начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не  вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения  судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

С учетом отсутствия апелляционной жалобы от ФИО6,  апелляционный суд не проверят определение в части привлечения его к субсидиарной  ответственности.  

Девятый арбитражный апелляционный суд, рассмотрев и оценив все представленные  по делу доказательства, заслушав представителей лиц участвующих в деле, полагает  обжалуемый судебный акт Арбитражного суда города Москвы подлежащим отмене в части  отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО4,  ФИО5 по следующим основаниям.  

Отменяя судебные акты первой и апелляционной инстанции, кассационный суд в  постановлении от 30.07.2019 указал на нарушение норм процессуального права в связи с  отсутствием уведомления одного ответчика ФИО2 (абз. 6 л.7 Постановления  АС Московского округа от 30.07.2019).  

Кассационные жалобы ФИО3, ФИО4, ФИО5 были предметом  рассмотрения суда кассационной инстанции, однако, в постановлении от 30.07.2019  отсутствуют указания на ошибочность выводов судов о наличии оснований для привлечения  

Черняк О.Н., Роговец Г.В., Клепикова О.Н. к субсидиарной ответственности, а также на  неполное исследование обстоятельств, послуживших основанием для их привлечения к  субсидиарной ответственности.  

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции полагает, что при  повторном рассмотрении дела в отсутствие новых доказательств судом первой инстанции  необоснованно дана противоположная оценка доводам заявителя (ГК АСВ), правильность  которых подтверждена судами всех инстанций.  

Как следует из материалов дела и установлено судом, в ходе проведенной проверки  конкурсным управляющим установлено, что на начало исследуемого периода (01.11.2013) и  в дальнейшем в Банке имелся предусмотренный ст. 2 ФЗ № 40-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве) кредитных организаций» и п. 1 ст. 198.8 Закона о банкротстве признак  банкротства – недостаточность стоимости имущества для исполнения обязательств перед  кредиторами в полном объеме; размер недостаточности составлял 1 993 637 тыс. руб. и был  вызван наличием на балансе Банка технических активов, на которые в соответствии с п. 4.9.  Положения Банка России от 26.04.2004 № 254-П «О порядке формирования кредитными  организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней  задолженности» начислены резервы, что уменьшило общую стоимость активов Банка и  привело к тому, что размер обязательств Банка превысил стоимость активов.  

В период с 01.11.2013 по 24.11.2015 произошло существенное ухудшение  финансового положения Банка, в результате чего размер недостаточности стоимости  имущества увеличился до 11.772.683.000 рублей.  

Ухудшение финансового положения произошло в результате совершенных  руководителями Банка в период с 13.11.2012 по 24.11.2015 действий по формированию  активов Банка неликвидной (безнадежной) ссудной задолженностью, а также совершением  сделок по уступке прав требования и приобретению неликвидных активов (акций).  

Проверка обстоятельств банкротства осуществлялась за период с 01.11.2013 по  24.11.2015 г. (двухлетний период, предшествующий дате отзыва лицензии).  

В указанный период и ранее заинтересованные лица занимали следующие должности  в Банке согласно информации, представленной Банком России:  

Фамилия, имя, отчество 

Период осуществления полномочий, 

Должность в Банке 

дата 

С 

По 

ФИО3 Николаевна 

14.07.2010  

24.11.2015 

Председатель Правления Банка  

14.07.2010  

24.11.2015 

Член Правления 

29.06.2009  

24.11.2015 

Член Совета директоров  

ФИО4 Витальевна 

15.05.2015  

24.11.2015 

Член Совета директоров  

ФИО5 Николаевич 

05.12.2011  

24.11.2015 

Член Правления 

ФИО2 

01.10.2015  

24.11.2015 

ФИО11 

12.11.2015  

24.11.2015 

Член Правления, Заместитель  

Председателя Правления  

На имя ФИО4, ФИО5 и ФИО2 от имени Банка в лице  Председателя Правления ФИО3 были выданы доверенности № 194/2 от 01.10.2015,  77АБ8297524 от 02.11.2015. Указанные доверенности предоставляли поверенному  полномочия действовать от имени Банка, в том числе, на заключение кредитных договоров,  договоров кредитной линии, договоров залога и поручительства.  

Таким образом, председатель Правления Банка ФИО3, члены Правления и  

Совета директоров Банка Роговец Г.В., Клепиков О.Н. и Тышлангова В.М., действующая на  основании доверенности, имели возможность давать обязательные для Банка указания и  определять его действия.  

Судом установлено, что ответчики являются контролирующими должника лицами, а  именно, Председатель Правления Банка ФИО3, член Правления Банка ФИО5,  член Совета директоров Банка ФИО4, ФИО11 и член Правления Банка  ФИО2  

Согласно п. 3 ст. 189.23 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предполагается, что  банкротство кредитной организации наступило вследствие действий и (или) бездействия  лиц, контролирующих кредитную организацию, при наличии одного из обстоятельств,  указанных в абзацах третьем и четвертом пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.  

Абзацем 4 п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве предусмотрено, что пока не доказано иное,  предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и  (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии, в том числе, следующего  обстоятельства: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по  ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской  Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню  назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о  признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах,  предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой  является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо  указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение  процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация  конкурсной массы.  

Суд первой инстанции пришел к ошибочному выводу об отсутствии оснований для  привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по следующим основаниям.  

Суд первой инстанции указал, что на дату отзыва у Банка лицензии Председатель  Правления Банка ФИО3 на рабочем месте отсутствовала, а её обязанности исполняла  Заместитель Председателя Правления Банка ФИО2 Суд указал: «Согласно  пояснений ФИО3, с 02.11.2015 она фактически не осуществляла руководство Банком и  не находилась на своем рабочем месте вплоть до отзыва лицензии по состоянию здоровья.  Данные обстоятельства подтверждаются листком нетрудоспособности, представленному в  материалы дела, Приказом № 112-16 от 30.10.2015 года, в соответствии с которым  полномочия Председателя Правления ПАО АКБ «Балтика» были переданы ФИО2 Во исполнение Приказа ФИО2 от ФИО3 была передана вся  документация должника, что подтверждается актом приема передачи документов от  30.10.2015. Возражений по указанным доводам истцом, ответчиками заявлено не было,  ходатайств о фальсификации представленных доказательств не заявлялось».  

Однако выводы суда об отсутствии ФИО3 на рабочем месте вплоть до даты  отзыва у Банка лицензии основаны исключительно на копиях документов, представленных  ответчиком при повторном рассмотрении дела, и противоречат иным представленным  Заявителем в дело доказательствам (копии больничного листа от 12.11.2015 №  39000101851).  

Согласно представленным Заявителем в дело доказательствам, которые не получили  оценки судом, Председатель Правления ФИО3 на дату отзыва у Банка лицензии  исполняла свои обязанности. Согласно копии больничного листа от 12.11.2015 №  39000101851 ФИО3 приступила к работе с 23.11.2015 (лицензия у Банка отозвана  24.11.2015). Соответственно, с 23.11.2015 ФИО3 находилась на рабочем месте и как  действующий Председатель Правления Банка должна была исполнить все свои  обязанности, связанные с отзывом у Банка лицензии, в том числе по передаче документов  Банка Временной администрации.  

Таким образом, суд освободил ФИО3 от ответственности за не передачу  документов в отсутствие в материалах дела соответствующих доказательств ее  

невиновности.  

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве субсидиарная ответственность по  обязательствам должника в случае недостаточности у него имущества может быть  возложена на контролирующих должника лиц (в частности руководителя должника), если  признание должника несостоятельным (банкротом) явилось следствием действий и (или)  бездействия указанных лиц.  

При этом, по смыслу указанной нормы, пока не доказано иное, предполагается, что  должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия  контролирующих должника лиц при наличии одного из перечисленных в данном пункте  обстоятельств, в том числе:  

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению  (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации,  к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения  временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании  должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах,  предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой  является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо  указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение  процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация  конкурсной массы (абзац четвертый пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).  

Согласно акту о не передаче конкурсному управляющему документов и ценностей  ПАО АКБ «Балтика» от 09.03.2016 представителю конкурсного управляющего Банка не  передано большое количество документов Банка.  

Положения абзаца 4 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве применяются в  отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского  учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой)  отчетности должника.  

В соответствии со ст.89 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ "Об  акционерных обществах" общество обязано хранить документы бухгалтерского учета, а  также иные документы, предусмотренные правовыми актами Российской Федерации.  Приказом Министерства культуры РФ от 25.08.2010 № 558 утвержден «Перечень типовых  управленческих архивных документов, образующихся в процессе деятельности  государственных органов, органов местного самоуправления и организаций, с указанием  сроков их хранения», в соответствии с которым обязательному хранению подлежат, среди  прочего, документы, подтверждающие предоставление кредита и исполнение должником  своих обязательств. При этом, Постановлением ФКЦБ РФ от 16.07.2003 № 03-33/пс «Об  утверждении Положения о порядке и сроках хранения документов акционерных обществ»  организация хранения документов общества возложена на его единоличный  исполнительный орган.  

Данная обязанность по хранению и передаче документов направлена на защиту прав  и законных интересов кредиторов через реализацию возможности сформировать  конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о  взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого  незаконного владения и оспаривания сделок должника.  

Не обеспечение сохранности документов бухгалтерского учета и (или) отчетности и  неисполнение обязанности по передаче этих документов конкурсному управляющему  влечет невозможность формирования конкурсной массы и удовлетворения требований  кредиторов.  

Поскольку ведение бухгалтерского учета и (или) отчетности является обязательным  требованием вышеуказанных нормативных актов, именно руководитель несет  ответственность за непредставление документации.  

Поскольку на момент отзыва лицензии руководителем Банка – Председателем  Правления являлась ФИО3, ею не была исполнена установленная ст. 126 Закона о  

банкротстве обязанность по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной  документации должника, это является основанием для привлечения к субсидиарной  ответственности по обязательствам Банка.  

Статьями 189.10 и 189.19 Закона о банкротстве предусмотрено, что в случае, если  имеются основания для осуществления мер по предупреждению банкротства кредитной  организации, единоличный исполнительный орган кредитной организации в течение десяти  дней с момента их возникновения, обязан обратиться в совет директоров (наблюдательный  совет) кредитной организации с ходатайством об осуществлении мер по финансовому  оздоровлению кредитной организации или с ходатайством о реорганизации кредитной  организации при условии, что причины возникновения указанных обстоятельств не могут  быть устранены исполнительными органами кредитной организации.  

Таким образом, нормами Закона о банкротстве предусмотрено, что в указанных выше  случаях кредитная организация в лице единоличного исполнительного органа обязана  принять соответствующие меры по предупреждению банкротства.  

Конкурсным управляющим установлено, что на протяжении всего исследуемого  периода имелись основания для осуществления мер по предупреждению банкротства, в  связи с недостаточностью стоимости имущества Банка для исполнения всех его  обязательств перед кредиторами.  

Расчет недостаточности стоимости имущества Банка для исполнения его  обязательств перед кредиторами на 01.11.2013, 01.10.2014, 01.11.2015 и 24.11.2015 (дата  отзыва лицензии) приведен в Приложении 79 к заявлению.  

Из расчета видно, что по состоянию на 01.11.2013 (начало исследуемого периода) у  Банка уже имелась недостаточность имущества, которая в дальнейшем, на расчетные даты  продолжала увеличиваться.  

Данные показатели свидетельствуют об ухудшении финансового положения Банка в  период с 01.11.2013 по 24.11.2015.  

Лицом, обязанным принять меры по предупреждению банкротства Банка в  соответствии со ст. 189.12 и 189.19 Закона о банкротстве является единоличный  исполнительный орган – председатель Правления Банка. В исследуемом периоде должность  единоличного исполнительного органа занимала ФИО3 Вместе с тем, в течение всего  периода указанное лицо, в нарушение своих обязанностей, скрывая реальное финансовое  положение Банка, не обращалось в Совет директоров Банка и Банк России с ходатайством  об осуществлении мер по предупреждению банкротства Банка, а также не приняла иных мер  по предупреждению банкротства Банка.  

Непринятие мер для предотвращения банкротства кредитной организации,  одновременно с увеличением технической задолженности и совершением сделок по выводу  активов Банка, согласно ст. 189.12 Закона о банкротстве, является основанием для  привлечения лица к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка.  

Также апелляционный суд находит ошибочными выводы суда первой инстанции о  том, что юридические лица клиенты банка не обладают необходимой совокупностью  признаков фирм, не ведущих реальной хозяйственной деятельности («фирм-однодневок»),  установленных Приложением № 5 к Положению Банка России от 26.03.2004 № 254-П «О  порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по  ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности» (далее Положение № 254-П).  

При выдаче Банком кредитов, контролирующие Банк лица, с учетом положения п. 1  ст. 71 Закона об АО, ст. 24 ФЗ от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской  деятельности», ст. 7 ФЗ «О Центральном банке РФ (Банке России)» обязаны были  обеспечить выполнение Банком требований нормативных актов Банка России (Положение   № 254-П, Письмо Банка России от 23.04.2008 N 15-1-3-11/2036В, Положение № 262-П,  Положение 499-П) и внутренних документов Банка и организовать работу Банка по  получению достоверной информации и документов для объективного анализа финансового  состояния заемщиков с целью принятия разумного и обоснованного решения. Указанные  лица обязаны были осуществлять контроль за надлежащей реальной проверкой  

платежеспособности заемщиков и не допускать кредитование заемщиков, не имеющих  возможности исполнить принимаемые на себя кредитные обязательства, размещать  денежные средства при взвешенном уровне кредитного риска и надлежащем обеспечении  возвратности ссуд.  

Проведенная Конкурсным управляющим работа по оценке активов Банка показала,  что задолженность юридических лиц, перечисленных в Приложениях 8 и 9 уже на момент ее  формирования в Банке являлась технической, в связи с чем в соответствии с требованиями  п.п. 3.1, 3.3, 3.5, 3.7.3, 3.9.2 Положения № 254-П и основной целью деятельности  коммерческой организации, согласно п. 1 ст. 50 ГК РФ, является извлечение прибыли.  

Неразумность действий руководителя юридического лица, в соответствии с п. 3  Постановления Пленума 62, считается доказанной, в частности, когда руководитель принял  решение без учета известной ему информации, имеющей значение, либо до принятия  решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной  для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных  обстоятельствах.  

Таким образом, для оценки действий руководителя и контролирующих Банк лиц  достаточно установить, приняты ли ими с должной степенью заботливости и Письма Банка  России № 43-Т задолженность признана безнадежной и реклассифицирована в V категорию  качества с формированием расчетного резерва на возможные потери в размере 100%.  

Банком, же напротив, несмотря на наличие негативных фактов в деятельности  заемщиков, позволяющих оценить их задолженность как безнадежную ко взысканию (V  категория качества), данная задолженность относилась к числу стандартных либо  нестандартных ссуд (1-2 категория качества) и, соответственно, необходимые резервы с  целью покрытия убытков, позволяющие в т.ч. оценить реальное финансовое положение  кредитной организации, не начислялись.  

С целью проверки сведений, указанных в документах заемщика, руководители Банка,  действуя добросовестно и разумно, обеспечив выполнение нормативно-правовых актов  Банка России, имели возможность организовать работу Банка, дать соответствующие  поручения и проверить их исполнение.  

Несмотря на все вышеизложенное, руководители Банка действия, предусмотренные  нормативными актами Банка России, не осуществили: не провели идентификацию  заемщиков; не провели проверку платежеспособности; не заключили каких-либо договоров,  обеспечивающих исполнение обязательств (залога, поручительства).  

В том случае, если бы указанные действия были совершены, руководством Банка  были бы установлены обстоятельства наличия у заемщиков признаков технических  компаний. В свою очередь, наличие признака «технической компании» должно было  исключить возможность их кредитования, поскольку очевидно, что компания, не ведущая  реальной деятельности, не может получать прибыль и осуществить возврат полученных  кредитных средств, что противоречит основному принципу коммерческой кредитной  организации - получение прибыли.  

Таким образом, руководители Банка, являясь лицами, обязанными действовать  добросовестно и разумно, обеспечить выполнение требований Положения № 254-П, 262-П,  499-П, действуя недобросовестно и неразумно, заключали сделки по выдаче кредитов с  заведомо неплатежеспособным заемщикам. В результате данных действий, стоимости  имущества Банка недостаточно для исполнения всех его обязательств перед кредиторами.  

Вывод суда об отсутствии у ответчиков возможности оказывать влияние на принятие  решения о заключении кредитных договоров противоречит действующим нормативным  актам и материалам дела. ФИО3 являлась председателем Правления Банка в период с  14.07.2010 по дату отзыва у Банка лицензии, ФИО5 в период с 05.12.2011 являлся  членом Правления Банка, ФИО4 - член Совета директоров Банкав период с 15.05.2015  по дату отзыва лицензии, ФИО2 с 01.10.2015 и по дату отзыва лицензии являлась  Вице-Президентом, с 12.11.2015 также назначена Заместителем Председателя Правления и  стала членом Правления Банка что подтверждается материалами дела и не оспаривается  

Ответчиками.  

Действуя от имени Банка, Ответчики подписали следующие кредитные договоры,  указанных в реестре сделок, причинивших ущерб Банку:  

ФИО5: с ООО "КаскадЦентр" № 103КЛЗ/14/ЮЛ от 18.08.2014, ООО "Лавион" № 039КД/15/ЮЛ от 05.05.2015, на общую сумму 267 000 000 рублей; ФИО4: 

с ООО "АвантиИнвест" № 137КД/15/ЮЛ от 15.10.2015, АЛЕСТРА ЭНТЕРПРАЙСИЗ  ЛИМИТЕД № 122КД/14/ЮЛ от 23.09.2014, ООО «БалтИнвестЭстейт» № 060КД/15/ЮЛ от  27.05.2015, ООО «БАСТИОН» № ПЗКЛВ/15/ЮЛ от 15.09.2015, ООО «Инвест-фактор» №  149КД/15/ЮЛ от 09.11.2015, ООО "ИНСЕКТ" № 052КД/15/ЮЛ от 20.05.2015, ООО  "ИНСЕКТ" № 091КД/15/ЮЛ от 06.08.2015, ООО "ИНСЕКТ" № 100КД/15/ЮЛ от 26.08.2015,  ООО "ИНСЕКТ" № 124КД/15/ЮЛ от 29.09.2015, ООО "Интерресурс" № 072КД/15/ЮЛ от  11.06.2015, ООО "Крис Инвестментс" № 037КД/15/ЮЛ от 22.04.2015, ООО "Крис  Инвестментс" № 102КД/15/ЮЛ от 26.08.2015, ООО "Крис Инвестментс" № 125КД/15/ЮЛ от  29.09.2015, ООО "Кросна" № 029КД/15/ЮЛ от 06.04.2015, ООО "Кросна" № 076КД/15/ЮЛ  от 24.06.2015, ООО "Лавион" № 006КД/15/ЮЛ от 28.01.2015, ООО "ЛИЛИТ М" №  023КД/15/ЮЛ от 23.03.2015, ООО "ЛИЛИТ М" № 035КД/15/ЮЛ от 17.04.2015, ООО  "ЛИЛИТ М" № 121КД/15/ЮЛ от 28.09.2015, ООО «Маат» № 064КД/15/ЮЛ от 03.06.2015,  ООО «Миракс Групп» № 167КЛВ/14/ЮЛ от 23.12.2014, ООО «НОУТУНГ» №  077КД/15/ЮЛ от 24.06.2015, ООО «Омега» № 014КЛЗ/15/ЮЛ от 24.02.2015, ООО  "ПРОДИМПОРТ" № 025КД/15/ЮЛ от 30.03.2015 , ООО "ПРОДИМПОРТ" № 103КД/15/ЮЛ  от 28.08.2015, ООО "ПРОДИМПОРТ" № 110КД/15/ЮЛ от 07.09.2015, ООО  "ПРОДИМПОРТ" № 167КД/13/ЮЛ от 25.11.2013, ООО "ПТК"СЛАВЕНТА" №  004КД/15/ЮЛ от 26.01.2015, ООО "ПТК"СЛАВЕНТА" № 024КД/15/ЮЛ от 27.03.2015, ООО  "ПТК"СЛАВЕНТА" № 095КД/15/ЮЛ от 20.08.2015, ООО "Сайперс" № 036КД/14/ЮЛ от  01.04.2014, ООО "Сайперс" № 037КД/14/ЮЛ от 03.04.2014, ООО "Сайперс" №  075КД/15/ЮЛ от 23.06.2015, ООО "Сайперс" № 078КД/15/ЮЛ от 25.06.2015, ООО "С-Бюро"   № 006КЛЗ/15/ЮЛ от 28.01.2015, ООО "Сенатор Плюс" № 140КЛЗ/14/ЮЛ от 21.10.2014,  ООО "СТРОИМАТЕРИАЛ+" № 114КЛВ/15/ЮЛ от 09.09.2015, ООО "Таурус-ТМ" №  005КД/15/ЮЛ от 28.01.2015, ООО "Таурус-ТМ" 031КД/15/ЮЛ от 06.04.2015, ООО "Таурус- ТМ" 041КЛЗ/14/ЮЛ от 15.04.2014, ООО "Таурус-ТМ" № 099КД/15/ЮЛ от 26.08.2015, ООО  «ТехМаркет» № 088КЛЗ/15/ЮЛ от 06.08.2015, ООО "ТИТАНИНЖКОМ" № 022КД/15/ЮЛ  от 20.03.2015, ООО "ТИТАНИНЖКОМ" № 144КД/14/ЮЛ от 27.10.2014, ООО "Трансснаб"   № 089КЛЗ/15/ЮЛ от 06.08.2015, ООО "ТРАСТ СЕРВИС" № 030КД/15/ЮЛ от 06.04.2015,  ООО "ТРАСТ СЕРВИС" № 096КД/15/ЮЛ от 24.08.2015, ООО "ТРИМ" № 038КД/15/ЮЛ от  24.04.2015, ЗАО "ТехноИнвест" № 035КД/14/ЮЛ от 31.03.2014, ЗАО "ТехноИнвест" №  074КД/15/ЮЛ от 18.06.2015, ЗАО "ТехноИнвест" № 107КД/15/ЮЛ от 11.09.2015, ЗАО  "ТехноИнвест" № 168КД/14/ЮЛ от 23.12.2014, ЗАО Управляющая компания  "ФУНДАМЕНТ" № 001КЛЗ/15/ЮЛ от 22.01.2015, ООО "Финансовая компания "Ставрос" №  003КЛЗ/15/ЮЛ от 26.01.2015, ООО "Хевен" № 036КД/15/ЮЛ от 17.04.2015, ООО "Хевен"   № 046КД/15/ЮЛ от 15.05.2015,  

на общую сумму 4 784 812 968,40 рублей; ФИО2: 

с ООО «АйсТехникс» № 15КД/15/ЮЛ от 03.11.2015, ООО «Бизнес Путь» №  153КД/15/ЮЛ от 09.11.2015, ООО «Вексельный центр «Аваль» № 143КД/15/ЮЛ от  30.10.2015, ООО «КаскадЦентр» № 156КД/15/ЮЛ от 10.11.2015, ООО «Маат» №  154КД/15/ЮЛ от 09.11.2015, ООО "НЕОН" № 133КД/15/ЮЛ от 13.10.2015, ООО "НЕОН" №  150КД/15/ЮЛ от 09.11.2015, ООО "НЕОСТРОЙ" № 142КД/15/ЮЛ от 28.10.2015, ООО  "НЕОСТРОЙ" № 146КД/15/ЮЛ от 05.11.2015, ООО "НЕОСТРОЙ" № 148КД/15/ЮЛ от  06.11.2015, ООО «Оптика» № 138КД/15/ЮЛ от 16.10.2015, ООО «Сириус» № 141КД/15/ЮЛ  от 22.10.2015, ООО «СтройИндустрия» № 135КД/15/ЮЛ от 13.10.2015, ООО "ТЕХНИК" №  

131КД/15/ЮЛ от 08.10.2015, ООО "ТЕХНИК" № 132КД/15/ЮЛ от 09.10.2015, ООО  "ТехникТорг" № 128КД/15/ЮЛ от 05.10.2015, ООО "ТехникТорг" № 129КД/15/ЮЛ от  07.10.2015, ООО "ТехникТорг" № 139КД/15/ЮЛ от 19.10.2015, ЗАО «ТехноИнвест» №  144КД/15/ЮЛ от 02.11.2015, ООО «ФьюРеалити» № 140КД/15/ЮЛ от 20.10.2015, ООО  «Хевен» № 155КД/15/ЮЛ от 09.11.2015,  

на общую сумму 2 855 279 964,91 рублей. 

Согласно ст. 11.1 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской  деятельности» а также п. 1 ст. 69 Федерального закона 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об  акционерных обществах» (далее - Закон об АО) руководство текущей деятельностью  акционерного общества осуществляется единоличным исполнительным органом и  коллегиальным.  

Согласно главе 14 Устава Банка, единоличным исполнительным органом является  председатель правления Банка, коллегиальным - правление.  

Таким образом, ФИО3, ФИО4, ФИО2, ФИО5 могли  оказывать и оказывали влияние на принятие решения о заключении кредитных договоров.  

Являясь Председателем Правления Банка, членами Правления Банка указанные лица  не могли не знать об отсутствии надлежащей проверки заемщиков, предусмотренной  Положением № 254-П. В то же время, являясь членами органов управления при исполнении  своих обязанностей они должны была действовать добросовестно и разумно в интересах  Банка.  

Тем не менее, выдача кредитов техническим компаниям, не ведущим реальной  хозяйственной деятельности, была осуществлена непосредственно при участии указанных  ответчиков. Кроме того, ответчики как члены правления Банка, имели право давать  обязательные указания для кредитной организации. Реализация данного права ответчиками  выражена в подписании ими кредитных договоров с целью выдачи займов заемщикам.  Более того, указанные лица обладали возможностью не допустить причинение Банку  ущерба, для чего было достаточно отказаться от подписания соответствующих кредитных  договоров. Между тем, обладая широкими полномочиями, ФИО3, ФИО4,  ФИО2, ФИО5 не только не предупредили вывод денежных средств  путем предоставления заведомо невозвратных займов техническим организациям, но и  непосредственно участвовали в совершении действий по выдаче кредитов. Указанные  факты нашли свое подтверждение в материалах дела.  

Таким образом, именно контролирующие банк лица обязаны были осуществлять  контроль за надлежащей реальной проверкой платежеспособности заемщиков и не допускать  кредитование заемщиков, не имеющих возможности исполнить принимаемые на себя  кредитные обязательства, размещать денежные средства при взвешенном уровне кредитного  риска и надлежащем обеспечении возвратности ссуд.  

 Однако, действуя недобросовестно и неразумно, руководители Банка заключали  сделки по выдаче кредитов с заведомо неплатежеспособными заемщиками, в результате чего  стоимости имущества Банка недостаточно для исполнения всех его обязательств перед  кредиторами, что, в свою очередь, является основанием для привлечения контролирующих  Банк лиц к субсидиарной ответственности.  

Ответчики не осуществили действия, предусмотренные нормативными актами Банка  России: не провели идентификацию заемщиков; не провели проверку платежеспособности;  не заключили каких-либо договоров, обеспечивающих исполнение обязательств (залога,  поручительства). В том случае, если бы указанные действия были совершены, руководством  Банка были бы установлены обстоятельства наличия у заемщиков признаков «технических  компаний». В свою очередь, наличие признака «технической компании» должно было  исключить возможность их кредитования, поскольку очевидно, что компания, не ведущая  реальной деятельности, не может получать прибыль и осуществить возврат полученных  кредитных средств, что противоречит основному принципу коммерческой кредитной  организации - получение прибыли.  

Как следует из Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 "О некоторых  

вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица"  для оценки действий контролирующих Банк лиц достаточно установить, приняты ли ими с  должной степенью заботливости и осмотрительности все необходимые меры для  предотвращения вреда от заключения сделок. Конкурсным управляющим установлено, что  при исполнении обязанностей контролирующие Банк лица не приняли необходимых и  достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создана  подконтрольная им кредитная организация, что является основанием для их привлечения к  субсидиарной ответственности.  

Суд первой инстанции ошибочно посчитал, что основания для привлечения  ФИО5 к гражданско-правовой ответственности отсутствуют поскольку сумма  вменяемых ему сделок существенно не повлияла на финансовое положение Банка (абз.5 л. 7  Определения).  

Суд решил, что подписание членом Правления ФИО5 двух кредитных  договоров на общую сумму 267 000 000 руб. само по себе не может являться основанием  считать, что банкротство явилось следствием действий ФИО5 Однако, ФИО5 помимо указанных сделок вменяется в вину также сделка с ООО «ЮК Оптимус» по  безвозмездному отчуждению активов Банка в размере 189 960 600,18 руб.  

Также апелляционный суд считает ошибочным вывод суда первой инстанции об  отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности за совершение  сделок по приобретению ценных бумаг, основанный на непредставлении первичных  документов, является ошибочным, противоречащим нормам материального права.  

Суд не усмотрел оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной  ответственности за совершение сделок по приобретению ценных бумаг в связи с  непредставлением Конкурсным управляющим сведений о подписантах от имени Банка по  сделкам с ценными бумагами эмитентов ОАО «Восток МСК», ОАО «Энергия СХ», ОАО  «Калужский завод автомобильного оборудования», ПАО «Богородские деликатесы»,  соответственно невозможно установить кому именно и в какой части вменяются сделки по  одобрению ценных бумаг.  

Однако, апеллянт ГК АСВ указывал, что сведениями о подписантах договоров купли- продажи ценных бумаг Агентство не располагает, поскольку договоры на приобретение  указанных акций, а также документы, характеризующие эмитентов акций, после отзыва у  Банка лицензии в распоряжение временной администрации и Конкурсного управляющего не  переданы.  

Вместе с тем в рамках выявления признаков преднамеренного банкротства Банка  Конкурсный управляющий самостоятельно провел анализ эмитентов ценных бумаг,  приобретенных Банком, по итогом которого было выявлено, что эмитенты приобретенных  Банком акций являлись юридическими лицами, которые не вели реальной эффективной  хозяйственной деятельности, их акции не имели какой-либо ценности и не являлись  ликвидными, соответственно, признаки потенциального роста акций отсутствовали;  вложения в них являлись заведомо невозвратными. Подробный анализ эмитентов, а также  документы-основания данного анализа приведены в Приложениях № 56-62 к Заявлению.  

Вследствие совершения вышеуказанных сделок, ликвидные активы Банка в виде  остатков денежных средств на счетах в банках-корреспондентах были замещены на  неликвидные активы - акции юридических лиц, имеющих плохое финансовое положение,  что причинило Банку ущерб в размере 2 348 442 539,35 руб.  

Руководитель Банка, как лицо, имеющее в соответствии с действующим  законодательством, уставом Банка и внутренними документами Банка полномочия на  распоряжение имуществом Банка, дачу указаний, обязательных для исполнения всеми  работниками Банка, к компетенции которых относились вопросы оценки и управления  рисками, мог и должен был не допустить заключения сделок, причиняющих Банку ущерб.  

Отклоняя доводы ГК АСВ о наличии оснований для привлечения ФИО5 и  ФИО3 к субсидиарной ответственности за совершение сделок по продаже активов  банка - векселей и ссудной задолженности физических и юридических лиц, а именно:  

Клепикова О.Н. за подписание договора с ООО "КЖ Оптимус" № 01-05/15/ДУ от  25.05.2015, Черняк О.Н. за подписание договора № 7/РЦп-ЭД от 09.10.2015 с ООО  «Эй.Джи.Сервис» суд первой инстанции указал, что определениями Арбитражного суда  города Москвы от 19.10.2016 по данному делу в удовлетворении требований о признании  спорных сделок недействительными отказано в связи с тем, что Банк получил равноценное  встречное исполнение.  

Однако при рассмотрении заявлений Банка о признании недействительными сделок  по отчуждению ссудной задолженности, в том числе и сделок с ООО "ЮК Оптимус" № 0105/15/ДУ от 25.05.2015; № 7/РЦп-ЭД от 09.10.2015 с ООО «Эй.Джи.Сервис», в  удовлетворении требований Банку было отказано на том основании, что цессионариями  были представлены документы, согласно которым в оплату приобретаемых прав требования  были переданы векселя цессионариев.  

Однако, какие-либо документы, свидетельствующие о передаче указанных векселей в  Банк, в Банке отсутствуют, в АБС Банка не отражены. Договоры, которыми оформлены  указанные сделки, а также документы, характеризующие контрагентов, после отзыва у  Банка лицензии Председателем Правления Банка в распоряжение временной администрации  и Конкурсного управляющего не переданы.  

Более того, в рамках выявления признаков преднамеренного банкротства Банка  Конкурсный управляющий самостоятельно провел анализ контрагентов по сделкам  отчуждения активов Банка, по итогам которого было выявлено, что данные юридические  лица не вели реальной эффективной хозяйственной деятельности. Таким образом,  полученные Банком в качестве исполнения по данным сделкам векселя не являлись  равноценным встречным исполнением.  

Таким образом, в том случае, если бы ФИО5 и ФИО3 был обеспечен  полный и объективный анализ контрагентов по сделкам с ООО "ЮК Оптимус" и с ООО  «Эй.Джи.Сервис», они пришли бы к единственно возможному выводу о заведомой  неспособности данных юридических лиц оплатить переданные им активы Банка.  

Более того, как следует из документов, полученных от лиц, участвующих в судебных  спорах о признании сделок недействительными, 18.11.2015 Банк, в лице Заместителя  Председателя Правления ФИО2, внес указанные векселя в счет оплаты доли в  размере более 49,07 % в уставном капитале ООО «Волга-Дон-Инвест» (ОГРН  

<

***> ИНН/КПП 3443928474/344301001), рыночной стоимостью 3 082 495 060,24  руб. Указанные изменения в ЕГРЮЛ зарегистрированы не были.  

ООО «Волга-Дон-Инвест», которому накануне отзыва у Банка лицензии были  переданы активы Банка на сумму 3 082 495 060,24 рублей, в том числе и векселя,  полученные Банком от ООО «ЮК Оптимус» в счет оплаты по договору от 20.05.2015 № 01- 05/15/ДУ и от ООО Эй.Джи. Сервис" в счет оплаты по договору от 09.10.2015 № 7/РЦп-ЭД,  не вело реальной хозяйственной деятельности, в силу чего доля в его уставном капитале не  имела какой-либо ценности и не являлась ликвидной; признаки ее потенциального роста  отсутствовали, вложения в нее являлись заведомо невозвратными; ООО «Волга-Дон- Инвест» было заведомо неспособно исполнить обязательства по возврату полученных от  Банка активов.  

Решением Арбитражного суда Волгоградской области по делу № А12-8688/2017 от  16.06.2017 с ООО «Волга-Дон-Инвест» в пользу Банка взыскано неосновательное  обогащение в сумме 4 037 542 500 руб. за невнесение в Единый государственный реестр  юридических лиц сведений об увеличении уставного капитала за счет вклада Банка и об  изменении состава участников. Указанное решение вступило в законную силу, однако до  настоящего времени не исполнено.  

Таким образом, в результате совокупности вышеперечисленных действий  контролирующих лиц, активы Банка (векселя, депозит, ссудная задолженность) на общую  сумму 5 859 646 953,49 руб. был совершен ряд последовательных действий, направленных  на вывод ликвидного имущества Банка.  

Учитывая изложенное, имеются основания для изменения обжалуемого определения  в части отказа в привлечении Черняк О.Н., Роговец Г.В. и Клепикова О.Н. к субсидиарной  ответственности по обязательствам ПАО АКБ «Балтика», поскольку судом неполно  выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела, не доказаны имеющие значение для  дела обстоятельства, которые суд считал установленными, неправильно применены нормы  материального права, а также выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела.  

Апелляционный суд отклоняет доводы апелляционной жалобы ФИО2 о  том, что сделки с ООО "Весельный центр "АВАЛЬ", ООО «Бастион»,  «АлестраЭнтерпрайзерс лимитед» являлись возмездными, предполагающими оплату.  Указанные доводы опровергается материалами дела.  

ФИО2, являясь лицом обязанным обеспечить выполнение Банком  требований Банка России, действуя недобросовестно и неразумно, с нарушением  требований нормативных актов в установленной сфере, принимала решения о совершении  сделок без комплексного и объективного анализа потенциальных контрагентов Банка и не  приняла необходимых мер для получения информации и выяснения действительного  финансового положения ООО "Вексельный центр "АВАЛЬ", ООО «Бастион»,  «АлестраЭнтерпрайзерс лимитед».  

Совершение действий по внесению ценных бумаг в уставный капитал ООО «Волга- Дон-Инвест» ФИО2 утверждает, что отсутствует ее вина в совершении цепочки  последовательных действий по выводу активов Банка через ряд заключенных цессий, в  результате совершения которых активы Банка заменены на права требования к  неплатежеспособным должникам, и последующему внесению полученных от совершения  данных цессий векселей в уставный капитал ООО «Волга-Дон-Инвест», поскольку лосле  передачи руководства Банком временной администрации ФИО2 была лишена  возможности каким-либо легитимным способом влиять на принятие решений о доведении  до конца регистрационных действий в госоргане (Росреестре) по увеличению уставного  капитала ООО «Волга-Дон-Инвест» путем внесения векселей.  

Апелляционный суд отклоняет данные доводы, поскольку банк был лишен  возможности оспаривания цессий, так как после внесения полученных им векселей в  уставный капитал ООО «Волга-Дон-Инвест», векселя были предъявлены к погашению и  якобы оплачены. Кроме того банк получил право требования к ООО «Волга-Дон-Инвест»,  доля уставном капитале которого не имела какой-либо ценности и не являлась ликвидной.  

При этом, как верно отмечено судом первой инстанции, ФИО2 не  представлено достаточных доводов о необходимости совершения данных сделок, не указано  в чем именно состоял экономический смысл внесения активов Банка в уставной капитал  ООО «Волга-Дон-Инвест». Уступка прав требований и внесение активов в уставной капитал  коммерческих обществ выходит за пределы обычных хозяйственных сделок, заключаемых  кредитными организациями. Ответчиком не представлено доказательств одобрения данных  сделок органами управления должника, что также говорит о неразумности и  недобросовестности ответчика (абз. 3. Стр. 12 Определения от 10.06.2020).  

Таким образом, в результате цепочки последовательных действий ФИО2  активы Банка были заменены на права требования к неплатежеспособному должнику.  

Будучи членом Правления Банка, ФИО2 имела возможность давать  обязательные указания сотрудникам Банка; получать необходимую информацию, а также  организовать работу таким образом, чтобы Банком не заключались цессии с компаниями,  заведомо не способными исполнить свои обязательства, однако указанных действий она не  совершила.  

ФИО2 не могла не осознавать, что формирование большей части активов  Банка задолженностью лиц с неподтвержденной платежеспособностью неизбежно ведет к  потере ликвидности Банка и его банкротству.  

При указанных обстоятельствах апелляционная жалоба ФИО2 не  подлежит удовлетворению.  

Поскольку конкурсное производство до настоящего времени не завершено,  

окончательный размер субсидиарной ответственности будет определен после завершения  расчетов с кредиторами Банка.  

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции поддерживает выводы  суда первой инстанции о необходимости приостановления производства по рассмотрению  заявления конкурсного управляющего в части установления размера субсидиарной  ответственности до окончания расчетов с кредиторами.  

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266-272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный  суд,  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 10 июня 2020 года по делу № А40- 252160/15 отменить в части.  

Привлечь ФИО3, ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной  ответственности по обязательствам ПАО АКБ «Балтика».  

Приостановить вопрос определения размера субсидиарной ответственности по  обязательствам ПАО АКБ «Балтика» до окончания расчетов с кредиторами.  

В остальной части определение Арбитражного суда г. Москвы от 10 июня 2020 года  по делу № А40-252160/15 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано  в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд  Московского округа.  

Председательствующий судья: А.Н. Григорьев  

Судьи:  И.М. Клеандров  

В.В. Лапшина