ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8(87934) 6-09-16, факс: 8(87934) 6-09-14

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Ессентуки                                                                                           Дело № А63-8818/2019

29.03.2024                                                                          

Резолютивная часть постановления объявлена 26.03.2024

Полный текст постановления изготовлен 29.03.2024

 

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Макаровой Н.В., судей: Бейтуганова З.А., Белова Д.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 14.11.2023 по делу № А63-8818/2019, принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Гелиос» ФИО3 о признании недействительными сделок по списанию с расчетного счета должника в пользу ФИО2 денежных средств по арендным платежам в размере 2 221 352,49 рублей и применении последствий недействительности сделок, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Гелиос» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Ставропольского края обратилось общество с ограниченной ответственностью «ЮГ Стекло» (далее - ООО «ЮГ Стекло») с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Гелиос» (далее - должник, ООО «Гелиос») несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 17.05.2019 указанное заявление принято, возбуждено производство по делу № А63-8818/2019 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Гелиос».

Определением суда от 07.10.2019 (резолютивная часть определения объявлена 30.09.2019) заявление ООО «ЮГ Стекло» признано обоснованным, в отношении ООО «Гелиос» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4.

Решением суда от 08.06.2020 должник признан банкротом, в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Гелиос» в суд поступило заявление конкурсного управляющего должником о признании недействительными сделок по списанию с расчетного счета должника в пользу ФИО2 (далее - ответчик, ФИО2) денежных средств в сумме 11 244 742,74 рубля, и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу денежных средств в сумме 11 244 742,74 рубля.

Определением от 20.04.2023 требования конкурсного управляющего о признании недействительными сделок по списанию с расчетного счета должника в пользу ФИО2 денежных средств в размере 2 221 352,49 рублей: 09.08.2017 - 976 836 рублей (арендная плата по договору № 2 от 20.04.2016 с апреля 2016 года по май 2017 года); 09.08.2017 - 407 015,33 рубля (арендная плата по договору № 1 от 20.04.2016 с апреля 2016 года по май 2017 года); 28.02.2018 - 9 261,16 рубля (арендная плата по договору № 3 от 10.01.2018 за январь 2018 года); 28.02.2018 - 584 640 рублей (арендная плата по договору № 2 от 20.04.2016 с июня 2017 года по январь 2018 года); 28.02.2018 - 243 600 рублей (арендная плата по договору № 1 от 20.04.2016 с июня 2017 года по январь 2018 года) и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ФИО2 в пользу ООО «Гелиос» 2 221 352,49 рубля выделены в отдельное производство.

Определением от 14.11.2023 признаны недействительными сделки ООО «Гелиос» по перечислению в пользу ФИО2 денежных средств в размере 2 221 352,49 рубля, применены последствия недействительности сделок. С ФИО2 в пользу ООО «Гелиос» взыскано 2 221 352,49 рубля. Распределены судебные расходы.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО2 обратилась в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления. 

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсный управляющий должника не согласен с доводами, изложенными в жалобе, просит определение суда перовой инстанции оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем, на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебное заседание проведено в их отсутствие.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 АПК РФ.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, заслушав позицию лица, участвующего в судебном заседании, и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение суда от 14.11.2023 подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 20.04.2016 между ФИО2 и ООО «Гелиос» был подписан договор аренды недвижимого имущества № 1 , по условиям которого ФИО2 обязалась передать в пользование должнику недвижимое имущество, расположенное по адресу: 

<

...>: здание детского сада площадью 984,67 кв.м., кадастровый (или условный) номер 26:01:090414:351; служебное строение - гараж площадью 19,18 кв.м., кадастровый (или условный) номер 26:01:090414:353; служебное помещение - сарай площадью 16,2 кв.м., кадастровый (или условный) номер 26:01:090414:354; служебное строение - котельная площадью 11,9 кв.м., кадастровый (или условный) номер 26:01:090414:352, находящиеся на земельном участке площадью 5 292 кв.м., кадастровый номер 26:01:090414:0042.

Согласно пункту 3.1 договора аренды срок аренды составляет 11 месяцев. В случае, если ни одна из сторон письменно не заявит о расторжении договора за 30 дней до даты его окончания, договор пролонгируется на каждые последующие 11 месяцев. Количество пролонгаций не ограничено.

В пункте 4.1 договора аренды установлена ежемесячная арендная плата в размере 35 000 рублей.

По акту приема-передачи от 20.04.2016 ФИО2 передала должнику во временное владение и пользование объекты недвижимости.

По договору аренды № 1 от 20.04.2016 должник перечислил ФИО2 650 615,33 рубля, в том числе 09.08.2017 - 407 015,33 рубля за период с апреля 2016 года по май 2017 года, 28.02.2018 - 243 600 рубля за период с июня 2017 года по январь 2018 года.

20.04.2016 между ФИО2 и ООО «Гелиос» был подписан договор аренды недвижимого имущества № 2, по условиям которого ФИО2 обязалась передать в пользование должнику двухэтажные жилые дома:

-        жилой дом с кадастровым номером 26:01:090414:138, общей площадью 117 кв.м., и земельный участок площадью 1 143 кв.м., кадастровый номер 26:01:090414:82;

-        жилой дом с кадастровым номером 26:01:090414:139, общей площадью 117 кв.м., и земельный участок площадью 1 149 кв.м., кадастровый номер 26:01:090414:83;

-        жилой дом с кадастровым номером 26:01:090414:148, общей площадью 117 кв.м., и земельный участок площадью 1 267 кв.м., кадастровый номер 26:01:090414:85;

-        жилой дом с кадастровым номером 26:01:090414:145, общей площадью 117 кв.м., и земельный участок площадью 1 500 кв.м., кадастровый номер 26:01:090414:84;

-        жилой дом с кадастровым номером 26:01:090414:151, общей площадью 117 кв.м., и земельный участок площадью 1 158 кв.м., кадастровый номер 26:01:090414:90;

-        жилой дом с кадастровым номером 26:01:090414:149, общей площадью 117 кв.м., и земельный участок площадью 909 кв.м., кадастровый номер 26:01:090414:86;

-        жилой дом с кадастровым номером 26:01:090414:140, общей площадью 117 кв.м., и земельный участок площадью 1 304 кв.м., кадастровый номер 26:01:090414:87.

Согласно пункту 3.1 договора аренды срок аренды составляет 11 месяцев с пролонгацией на последующие 11 месяцев, количество пролонгаций не ограничено.

В пункте 4.1 договора аренды установлена ежемесячная арендная плата в размере 84 000 рублей.

По акту приема-передачи от 20.04.2016 ФИО2 передала должнику во временное владение и пользование объекты недвижимости.

По договору аренды № 2 от 20.04.2016 должник перечислил ФИО2 1 561 476 рублей, в том числе 09.08.2017 - 976 836 рублей за период с апреля 2016 года по май 2017 года, 28.02.2018 - 584 640 рублей за период с июня 2017 года по январь 2018 года.

10.01.2018 между ФИО2 и ООО «Гелиос» был подписан договор аренды недвижимого имущества № 3 от 10.01.2018, по условиям которого ФИО2 обязалась передать в пользование должнику жилой дом оператора с кадастровым номером 26:01:090510:232, общей площадью 153,5 кв.м. и земельный участок с кадастровым номером 26:01:090512:4, площадью 1 497 кв.м., расположенные по адресу: 

<

...>.

Согласно пункту 3.1 договора аренды срок аренды составляет 11 месяцев с пролонгацией на последующие 11 месяцев, количество пролонгаций не ограничено.

В пункте 4.1 договора аренды установлена ежемесячная арендная плата в размере 15 000 рублей.

По акту приема-передачи от 10.01.2018 ФИО2 передала должнику во временное владение и пользование объекты недвижимости.

По договору аренды № 3 от 10.01.2018 должник перечислил ФИО2 9 261,16 рубля за январь 2018 года 28.02.2018.

Определением от 07.10.2019 в отношении должника введена процедура наблюдения. Решением суда от 08.06.2020 должник признан несостоятельным (банкротом) с открытием процедуры конкурсного производства.

Полагая, что сделки по перечислению денежных средств в общей сумме 2 221 352,49 рубля являются недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий должника обратился в суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Частью 1 статьи 223 АПК РФ предусмотрено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) установлено, что дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления, и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов, и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Поскольку производство по делу о банкротстве должника возбуждено 17.05.2019, а оспариваемые платежи были произведены 09.08.2017 и 28.02.2018, то они попадают в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пунктам 5, 6 Постановления Пленума № 63 пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих   обстоятельств:   а)   сделка   была   совершена   с   целью   причинить   вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На основании абзаца 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (п. 7 Постановления Пленума № 63).

Согласно правовой позицией, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6) по делу № А12-45751/2015, наличие внутригрупповых отношений и, как следствие, общности хозяйственных интересов (кредиторов, должника, арбитражного управляющего и иных участвующих в банкротстве лиц) имеет существенное значение для правильного разрешения спора, поскольку установление подобного факта позволяет дать надлежащую оценку добросовестности действий названных лиц. Суды обязаны соответствующие отношения устанавливать и оценивать. При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с арбитражным управляющим, кредиторами) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы поведения в процессе своей деятельности.

В соответствии с абзацем третьим пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованным лицом по отношению к должнику признается лицо, которое является аффилированным лицом должника. Критерии аффилированных лиц приведены в статье 4 Закона РСФСР «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках».

Согласно указанной норме аффилированными лицами являются физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность. Аффилированными лицами считаются лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо.

Кроме того, согласно выработанной в судебной практике позиции аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475).

Суд первой инстанции пришел к выводу об аффилированности должника и ФИО2

Соглашаясь с указанным выводом суда первой инстанции, коллегия судей исходит из следующего.

Единственным участником ООО «Гелиос» с 17.03.2015 является ООО «Стеклоинвест». С 28.01.2011 единственным участником ООО «Гелиос» являлась ФИО5, которая 06.11.2013 продала долю в уставном капитале ООО «Гелиос» размером 51 % ООО «Стеклофинанс», долю размером 49 % - ООО «Стеклоинвест». С 30.12.2014 по 01.04.2015 генеральным директором ООО «Гелиос» являлся ФИО6, родной сын ФИО5

ФИО2 с 24.12.2013 по 02.03.2015 являлась единственным участником ООО «Стеклоинвест», с 02.03.2015 по 20.04.2016 ей принадлежала доля размером 90 % уставного капитала ООО «Стеклоинвест».

ФИО2 является дочерью ФИО7, что подтверждено Управлением записи актов гражданского состояния Ставропольского края в ответе на запрос суда в деле № А63-13115/2014 (исх. № 04-09/2286 от 09.04.2020). ФИО7 является родной сестрой ФИО5, а ФИО2 является племянницей ФИО5

ФИО7 приобрела у ФИО5 долю в уставном капитале ООО «Сундук», которое является участником ООО СХП «Южная губерния» с долей размером 60 % уставного капитала. Сын ФИО5 - ФИО6 с 09.01.2014 по 06.11.2015 являлся генеральным директором ООО СХП «Южная губерния».

Единственным участником ООО СХП «Южная губерния» с 24.06.2011 по 14.05.2015 и его генеральным директором с 04.10.2017 по 27.05.2019 являлся ФИО8, который с 05.03.2011 по 28.12.2011 был генеральным директором ООО «Гелиос». Представитель ФИО2 в настоящем обособленном споре ФИО9 также являлась представителем ООО «Гелиос» по доверенности от 01.02.2018, подписанной генеральным директором ООО «Гелиос» Прилепа В.Н. Также ФИО9 представляла интересы ООО «Гелиос» при рассмотрении дела № А63-8818/2019 о его несостоятельности (банкротстве), что подтверждено определением от 07.10.2019.

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 09.07.2020 по делу № А63-13115/2014 также установлено, что ОАО «ЮгРосПродукт», ООО «Гелиос», ФИО2, а также ООО СХП «Южная губерния» входят в группу лиц, взаимосвязанных между собой, и находятся под контролем семьи Я-вых - ФИО5, ее сына ФИО6 и супруга ФИО10

Поскольку между ФИО2, ФИО7, ФИО5 имеются близкие родственные связи, они являлись в разное время участниками и руководителями ООО «Гелиос» или обществ, являющихся участниками ООО «Гелиос», а также находились по контролем семьи Я-вых, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО2 является аффилированным с должником лицом согласно статье 4 Закона РСФСР «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» и заинтересованным по отношению к должнику лицом в силу статьи 19 Закона о банкротстве.

Обстоятельства, свидетельствующие об аффилированности должника и ФИО2, установлены при рассмотрении настоящего спора, а также подтверждены определением Арбитражного суда Ставропольского края от 13.07.2023 по делу № А63-8818/2019, оставленным без изменения постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.11.2023 и постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 15.02.2024.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что период свершения оспариваемых платежей у должника имелись признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Суд апелляционной инстанции, соглашаясь с указанным выводом суда первой инстанции, исходит из следующего.

Согласно сведениям бухгалтерского баланса на 31.12.2016, по состоянию на 31.12.2016 стоимость активов должника составляла 308 608 тыс. руб., из которых 11 474 тыс. руб. - денежные средства, обязательства составляли 1 072 603 тыс. руб.; по состоянию на 31.12.2017 стоимость активов составляла 327 233 тыс. руб., из которых 857 тыс. руб. - денежные средства, обязательства составляли 1 493 091 тыс. руб.

Поскольку размер обязательств должника в 2016-2017 годах существенно превышал стоимость его активов, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии у должника в период совершения оспариваемых платежей признаков недостаточности имущества.

О наличии неплатежеспособности должника  в указанный период свидетельствует неисполнение должником обязательства перед контрагентами. 

Из картотеки арбитражных дел, размещенной на официальном сайте в сети Интернет, следует, что решением Арбитражного суда Ставропольского края от 02.06.2015 по делу № А63-170/2015 с ООО «Гелиос» в пользу ООО «Ставспецмонтаж» взыскано 764 058 руб.; определением Арбитражного суда Ставропольского края от 12.10.2016 по делу № А63-15123/2015 утверждено мировое соглашение, по условиям которого ООО «Гелиос» обязалось передать ООО ПИ «Ставрополькоммунпроект» 3 136 039 руб. в срок до 12.03.2017; решением Арбитражного суда города Москвы от 24.10.2017 по делу № А40-155588/2016 обращено взыскание на принадлежащую должнику долю в уставном капитале ООО «Кристалл»; решением Арбитражного суда Ставропольского края от 22.11.2016 по делу № А63-8258/2016 с должника в пользу ООО «Транс-Берекет» взыскано 407 300 руб. задолженности и 11 146 руб. судебных расходов; решениями Арбитражного суда города Москвы от 14.09.2017 по делу № А40-170558/2016, от 18.07.2017 по делу № А40-193961/2016, от 26.10.2017 по делу № А40-193918/2016, от 26.10.2017 по делу № А40-193911/2016 обращено взыскание на принадлежащее должнику имущество; решением Арбитражного суда Брянской области от 06.09.2017 по делу № А09-7161/2017 с должника в пользу ООО «Теплострой» взыскано 807506 руб. пени; решением Арбитражного суда Ставропольского края от 04.10.2018 по делу № А63-15978/2017 с должника в пользу ТУ Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Ставропольском крае взыскано 358 191,05 руб. арендной платы; решением Арбитражного суда Брянской области от 06.09.2017 по делу № А09-7161/2017 в пользу ООО «Теплострой» взыскано 807 506 рублей пени; определением Арбитражного суда Ставропольского края от 03.04.2017 по делу № А63-624/2017 утверждено мировое соглашение, которым должник принял на себя обязательства оплатить индивидуальному предпринимателю ФИО11 основной долг за поставленную продукцию по договору поставки № 9/16 от 17.06.2016 в размере 2 208 809,47 рубля и пеню в размере 27 028,24 рубля в срок с 01.04.2017 по 31.07.2017; решением от 07.02.2018 по делу № А63-17659/2017 в пользу ЗАО «Агрогазмонтаж» взыскано 800 000 рублей задолженности по договору подряда № 4 от 10.04.2017 и 322 703 рубля пени; решением от 16.02.2016 по делу № А60-47476/2015 в пользу ООО «Диоксид» взыскана неустойка в сумме 40 919 рублей, начисленная за период с 28.01.2015 по 14.04.2015.

В реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов, возникшие ранее и в период совершения оспариваемых платежей.

Определением от 08.12.2020 в реестр требований кредиторов должника включены требования ООО «Новоалександровская типография» в размере 339 116 рублей по договору оказания услуг № 1/11/14 от 01.11.2014 за период с 01.02.2017 по 28.12.2018; определением от 05.08.2020 включено требование ООО «Эктеко» в размере 13 246 709 рублей, в том числе 2 398 000 рублей основного долга, 3 497 910 рублей неустойки, 100 000 рублей судебных издержек, 32 819 рублей расходов по оплате госпошлины, 7 217 980 рублей неустойки за период с 06.02.2018 по 30.09.2019, возникшие по договору уступки требования (цессии) № 07-07/2016 от 15.07.2016. Определением от 30.12.2019 в реестр требований кредиторов должника включено требование ОАО «ЮгРосПродукт» в размере 58 560 000 рублей задолженности по оплате пользования имуществом ОАО «ЮгРосПродукт» с 08.11.2016 по 14.11.2017; определением от 21.10.2021 - требование в размере 167 383 613,51 рубля возмещения ущерба, причиненного ненадлежащей эксплуатацией имущества и оборудования за период пользования имуществом ОАО «ЮгРосПродукт» с 31.10.2014 по 15.06.2015, с 01.07.2016 по 07.11.2016, с 08.11.2016 по 14.11.2017, с 15.11.2017 по 19.01.2019; определением от 16.06.2022 - требования в размере 182 880 000 рублей платы за пользование имуществом ОАО «ЮгРосПродукт» с 01.11.2014 по 15.06.2015, с 01.07.2015 по 07.11.2016, с 08.11.2016 по 19.01.2019; определением от 23.01.2020 - требование в размере 40 556 978,91 рубля задолженности по оплате расходов по содержанию имущества в виде платы за потребленный природный газ и услуги по его транспортировке за период пользования имуществом ОАО «ЮгРосПродукт» с 01.09.2016 по 31.05.2017; определением от 06.02.2020 - требование в размере 344 878 975,60 рубля, в том числе задолженности по оплате за пользование имуществом ОАО «ЮгРосПродукт» с 31.10.2014 по 15.06.2015 и с 01.07.2016 по 07.11.2016 в размере 56 480 000 рублей, задолженности по оплате расходов по содержанию имущества в виде платы за потребленный природный газ и услуги по его транспортировке за период пользования имуществом ОАО «ЮгРосПродукт» с 31.10.2014 по 15.06.2015 в размере 288 398 975,60 рубля; определением от 12.03.2020 - требование в размере 74 320 755,08 рубля задолженности по оплате расходов по содержанию имущества в виде платы за потребленный природный газ за период пользования имуществом ОАО «ЮгРосПродукт» с 01.04.2015 по 15.06.2015.

Поскольку должник не исполнял свои обязательства, имевшихся у него денежных средств было недостаточно для их исполнения, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что у должника в период совершения оспариваемых сделок уже имелись признаки неплатежеспособности.

Наличие у должника признаков неплатежеспособности по состоянию на 31.12.2016 и на 31.12.2017 также установлено вступившими в законную силу определениями Арбитражного суда Ставропольского края от 28.03.2022, 26.04.2022, 16.06.2022, 25.08.2022, 30.01.2023, 27.04.2023, 02.05.2023, 15.05.2023, 14.06.2023 по делу № А63-8818/2019.

Поскольку ФИО2 является заинтересованным по отношению к должнику лицом, она не могла не знать о его финансовом состоянии, а также о том, что оспариваемые конкурсным управляющим сделки совершены в целях причинения вреда кредиторам должника.

В результате совершения оспариваемых сделок должник лишился денежных средств в размере 2 221 352,49 рубля, что привело к уменьшению имущества должника и может привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что оспариваемые сделки совершены в отсутствие встречного предоставления по договорам аренды недвижимого имущества № 1 от 20.04.2016, № 2 от 20.04.2016, № 3 от 10.01.2018.

Соглашаясь с указанным выводом, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 611 Гражданского кодекса РФ арендодатель обязан предоставить арендатору имущество в состоянии, соответствующем условиям договора аренды и назначению имущества. В свою очередь, арендатор в силу пункта 1 статьи 614 данного Кодекса обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату).

Таким образом, исполнение арендатором обязательства по внесению арендной платы обусловлено исполнением арендодателем встречного обязательства по передаче имущества во владение и пользование арендатору (пункт 1 статьи 328 Гражданского кодекса РФ, пункт 10 информационного письма Президиума ВАС РФ от 11.01.2002 № 66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой»).

В подтверждение факта передачи в аренду должнику объектов недвижимого имущества в материалы дела представлены акты приема-передачи от 20.04.2016 к договорам № 1, № 2 от 20.04.2016, акт от 10.01.2018 к договору аренды № 3 от 10.01.2018.

В силу части 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ наличие акта приема-передачи, частичное внесение арендной платы, сами по себе не исключают возможности подтверждения факта отсутствия встречного предоставления путем исследования и оценки других доказательств (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 03.10.2022 № Ф08-9176/2022 по делу № А61-4433/2020).

Из актов приема-передачи от 20.04.2016, от 10.01.2018 представленных в материалы дела следует, что они содержат указание только наименование и площадь объектов договоров аренды. Описание технического состояния объектов недвижимости, включая оснащение их инженерными системами отопления, электроснабжения, водоснабжения и канализации, предметами обстановки (жилые дома), оборудованием (котельная, гараж) в актах приема-передачи, а также договорах аренды не содержится, что свидетельствует о формальном их составлении, отсутствии заинтересованности в фиксировании реального технического и физического состояния передаваемых в аренду объектов в целях их получения обратно от арендатора в нормальном состоянии, а также отсутствии контроля за этими объектами со стороны арендодателя.

Из договора аренды № 1 от 20.04.2016 следует, что  арендная плата установлена в размере 35 000 рублей в месяц за пользование имущественным комплексом, включающим здание детского сада площадью 984,67 кв.м., гараж площадью 19,18 кв.м., сарай площадью 16,2 кв.м. и котельную площадью 11,9 кв.м., расположенным на земельном участке площадью 5 292 кв.м., то есть из расчета менее 35 руб. за 1 кв.м. здания и сооружений без учета права пользования земельным участком. По договору аренды № 2 от 20.04.2016 арендная плата установлена в размере 84 000 рублей, то есть по 12 000 рублей за один жилой дом площадью 117 кв.м. с земельным участком площадью более 900 кв.м. По договору № 3 от 10.01.2018 арендная плата установлена в размере 15 000 рублей за пользование домом оператора и земельным участком площадью 1 497 кв.м.

Как указано в пункте 4.1 договоров аренды арендная плата оплачивается арендатором ежемесячно до 30 числа каждого месяца. Вместе с тем, должником за весь период аренды по договорам № 1 и № 2 от 20.04.2016 и № 3 от 10.01.2018 арендная плата выплачена двумя платежами 09.08.2017 в общем размере 1 383 851,33 рубля и 28.02.2018 в общем размере 837 501,16 рубля. Доказательства того, ФИО2 направляла должнику требование об исполнении обязательств по оплате арендной платы в предусмотренные договором сроки в материалы дела не представлены.

ФИО2 в материалы дела не представила доказательств разумного экономического обоснования заключения ею договоров аренды на указанных выше условиях, совершения сделок по передаче имущества в аренду своему аффилированному лицу в собственных интересах, а не в иных, не соответствующих обычно следуемым из договора аренды, целях.

Таким образом, апелляционный суд полагает, что установленные договорами аренды размеры арендной платы, фактический отказ от получения арендной платы в установленные договором сроки свидетельствуют об отсутствии у ФИО2 экономической целесообразности в совершении этих сделок, формальном их заключении для оправдания перечислений должником денежных средств ФИО2

Как следует из пункта 4.1 договоров аренды № 1 и № 2 от 20.04.2016, № 3 от 10.01.2018, оплата расходов на коммунальные услуги производится арендатором самостоятельно. Доказательства выставления ресурсоснабжающими организациями счетов арендодателю, перевыставления ФИО2 этих счетов арендатору и их оплаты арендатором не представлены.

ФИО2 в ходатайстве об истребовании доказательств указала на то, что должник оплачивал коммунальные платежи за арендованное у нее имущество по договору поставки электроэнергии № 381 от 01.01.2015, заключенному между должником и ГУП СК «Ставрополькоммунэлектро «Энергосбыт», и договору холодного водоснабжения № 59 от 01.02.2015, заключенному должником с ГУП СК «Ставрополькрайводоканал».

При этом ФИО2 не представлены доказательства того, что она как собственник зданий и сооружений заключила договоры с ресурсоснабжающими организациями и несла бремя содержания этого имущества (статья 210 Гражданского кодекса РФ).

Судом первой инстанции установлено, что жилой дом оператора и земельный участок площадью 1 497 кв.м., являющиеся объектами договора аренды недвижимого имущества № 3 от 10.01.2018, до 01.03.2012 принадлежали ОАО «ЮгРосПродукт». Должник по договору купли-продажи от 01.03.2012 приобрел у ОАО «ЮгРосПродукт» автоматическую газораспределительную станцию, земельный участок под АГРС, жилой дом оператора и земельный участок под домом оператора. По договору купли-продажи недвижимости от 25.05.2016 должник передал дом оператора и земельный участок в собственность ФИО2, которая по договору купли-продажи недвижимости от 24.06.2019 передала их в собственность ООО СХП «Южная губерния».

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 09.07.2020 по делу № А63-13115/2014 признан недействительным договор купли-продажи от 01.03.2012 между ОАО «ЮгРосПродукт» и ООО «Гелиос». Данным определением суд обязал ООО «Гелиос» возвратить автоматическую газораспределительную станцию (далее - АГРС) и земельный под АГРС ОАО «ЮгРосПродукт», истребовал от ООО СХП «Южная губерния» в конкурсную массу ОАО «ЮгРосПродукт» жилой дом оператора, кадастровый номер 26:01:090510:232, и земельный участок площадью 1 497 кв.м., кадастровый номер 26:01:090512:4.

При принятии определения от 09.07.2020 по делу № А63-13115/2014 установлены обстоятельства, имеющие значение для настоящего спора, которые в силу статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса РФ не подлежат доказыванию вновь при рассмотрении настоящего спора.

Так, суд в определении от 09.07.2020 установил, что ООО «Гелиос» продало ФИО2 дом оператора и земельный участок по истечении восьми месяцев с даты введения в отношении ОАО «ЮгРосПродукт» процедуры наблюдения, в период, когда процессуально должен был быть разрешен вопрос о переходе ОАО «ЮгРосПродукт» к следующей процедуре банкротства и утверждения арбитражного управляющего, в полномочия которого входит оспаривание сделок должника. ФИО2 продала имущество ООО СХП «Южная губерния» 24.06.2019, то есть после возбуждения определением от 17.05.2019 дела № А63-8818/2019 о банкротстве ООО «Гелиос» На дату заключения этой сделки дом оператора с земельным участком находились в споре более полутора лет.

При этом, как установил суд, АГРС с. Красногвардейское функционально неотделима от производственного комплекса стеклотарного завода ОАО «ЮгРосПродукт», не предназначена для производства продукции и осуществления самостоятельной коммерческой деятельности и не может быть использована при отсутствии объектов, для обслуживания которых она предназначена, данное сооружение носит вспомогательный характер и входит в инфраструктуру стеклотарного завода, предназначенную для его газоснабжения. Дом оператора предназначен для проживания оператора ГРС с членами семьи на время исполнения трудовой функции по обслуживанию ГРС. Правилами эксплуатации магистральных газопроводов с учетом специфики технологического процесса газоснабжения стеклотарного завода ОАО «ЮгРосПродукт» предусмотрено наличие дома оператора для обслуживания АГРС с. Красногвардейское, дом оператора и земельный участок под ним имеют целевое назначение, данное имущество создано исключительно в целях обслуживания спорной АГРС и не имеет самостоятельного функционального назначения. АГРС с. Красногвардейское не может эксплуатироваться по своему прямому назначению без вспомогательного имущества - дома оператора как служебного помещения для проживания оператора ГРС и размещения оборудования.

Суд в рамках рассмотрения указанного спора установил, что ФИО2 знала о том, что дом оператора и земельный участок не могут использоваться как самостоятельные объекты в предпринимательской деятельности и необходимы для обслуживания АГРС с. Красногвардейское.

Судом в рамках рассмотрения указанного спора также установлено, что формирование цены сделок с участием ФИО2 и ООО СХП «Южная губерния» свидетельствует о том, что они преследовали иные цели, чем продажа имущества по рыночной цене, а именно его продажу последнему приобретателю с целью затруднения истребования в пользу ОАО «ЮгРосПродукт». ФИО2 и ООО СХП «Южная губерния» признаны судом недобросовестными приобретателями имущества.

Поскольку вступившим в законную силу судебным актом признана недействительной сделка по купле-продаже дома оператора с земельным участком, ФИО2 признана недобросовестным приобретателем этого имущества, а также установлены обстоятельства, свидетельствующие о том, что дом оператора с земельным участком не являлись самостоятельными объектами предпринимательской деятельности, пользование ими было невозможно лицами, не являющимися владельцами АГРС с. Красногвардейское, суд первой инстанции пришел к верному о том, что ФИО2 не могла передать в аренду должнику данное имущество, что свидетельствует о неправомерности выплаты должником арендной платы по договору аренды недвижимого имущества № 3 от 10.01.2018 в размере 9 261,16 рубля.

Учитывая изложенное, апелляционный суд признает необоснованными доводы жалобы о том, что должнику на праве собственности никогда не принадлежало переданное имущество в аренду; указанные доводы противоречат установленным обстоятельствам по делу.

Постановлением Пятигорского городского суда Ставропольского края от 10.06.2020 в рамках уголовного дела № 11801070035290430, возбужденного в отношении ФИО10 и ФИО8, был продлен арест имущества ООО СХП «Южная губерния», установлены факты совершения между близкими родственниками, родственниками и подконтрольными ФИО10 лицами мнимых сделок, в результате которых собственником стало подконтрольное ему ООО СХП «Южная губерния», отсутствие у лиц, участвовавших в сделках, доходов для приобретения этого имущества либо наличие доходов, полученных лишь в подконтрольных обвиняемому организациях.

Таким образом, недвижимое имущество неоднократно являлось предметом сделок между аффилированными лицами.

Как установил суд первой инстанции, в финансовой и бухгалтерской отчетности должника отсутствуют сведения о том, что в пользовании должника находились здания и сооружения имущественного комплекса детского сада, либо он извлекал иным образом доход от пользования им, доказательства несения расходов на оснащение нежилого здания необходимым и достаточным для пользования оборудованием, оплаты коммунальных платежей, расходов на поддержание объектов недвижимости в исправном состоянии, проведение текущего ремонта.

Также суд первой инстанции установил, что жилые дома, с кадастровыми номерами 26:01:090414:138, 26:01:090414:139, 26:01:090414:148, 26:01:090414:145, 26:01:090414:151, 26:01:090414:149, 26:01:090414:140 с земельными участками, кадастровые номера 26:01:090414:82, 26:01:090414:83,  26:01:090414:85,  26:01:090414:84, 26:01:090414:90, 26:01:090414:86, 26:01:090414:87, являющиеся объектами договора аренды недвижимого имущества № 2 от 20.04.2016, были приобретены ФИО7 по договору купли-продажи от 05.08.2015 у ФИО8

По договору дарения от 05.04.2016 ФИО7 передала указанные объекты в собственность ФИО2, переход права собственности зарегистрирован 19.04.2016. Договор аренды № 2 от 20.04.2016 также был заключен непосредственно после осуществления государственной регистрации перехода права собственности к ФИО2

В дальнейшем по договору купли-продажи от 24.06.2019 ФИО2 передала указанные объекты в собственность ООО СХП «Южная губерния». Указанные объекты были арестованы в рамках уголовного дела № 11801070035290430.

В материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие факт пользования должником жилыми домами. Как указал конкурсный управляющий, у должника отсутствовала необходимость в получении в аренду жилых домов, сотрудники должника не наделялись жилыми помещениями для их проживания, сведения об оплате коммунальных платежей за указанные жилые дома и перевыставление счетов конечным пользователям отсутствуют.

Согласно пункту 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020) на аффилированном с должником кредиторе лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно мнимости договора, на котором основано его требование, заявленное в деле о банкротстве. Совершая мнимые сделки, аффилированные по отношению друг к другу стороны, заинтересованные в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Аффилированный кредитор должен исчерпывающе раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения самой заемной сделки, подтвердив, что она соотносится с реальными хозяйственными отношениями, выдача займа и последующие операции обусловлены разумными экономическими причинами.

В ситуации, когда не связанный с должником кредитор представил косвенные доказательства, поставившие под сомнение факт существования долга, аффилированный кредитор не может ограничиться представлением минимального комплекта документов (например, текста договора займа и платежных поручений к нему, отдельных документов, со ссылкой на которые денежные средства перечислялись внутри группы) в подтверждение реальности заемных отношений. Он должен исчерпывающе раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения самой заемной сделки, оснований дальнейшего внутригруппового перераспределения денежных средств, подтвердив, что оно соотносится с реальными хозяйственными отношениями, выдача займа и последующие операции обусловлены разумными экономическими причинами.

При этом аффилированный кредитор не имеет каких-либо препятствий для представления суду полного набора дополнительных доказательств, находящихся в сфере контроля группы, к которой он принадлежит, устраняющего все разумные сомнения по поводу мнимости сделки. Если аффилированный кредитор не представляет такого рода доказательства, то считается, что он отказался от опровержения факта, о наличии которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты (ст. ст. 9 и 65 АПК РФ). В подобной ситуации действия, связанные с временным зачислением аффилированным лицом средств на счет должника, подлежат квалификации по правилам, установленным ст. 170 ГК РФ.

Принимая во внимание изложенное, апелляционный суд приходит к выводу о том, что представленные в материалы дела акты приема-передачи от 20.04.2016 к договорам аренды недвижимого имущества № 1 и № 2 от 20.04.2016 составлены сторонами формально и не подтверждают совершение сторонами реальных хозяйственных операций по передаче ФИО2 в аренду должнику недвижимого имущества - имущественного комплекса детского сада и семи жилых домов с земельными участками. Аффилированным с должником лицом представлен минимальный набор доказательств совершения и исполнения сделок по передаче имущества в аренду при отсутствии доказательств пользования должником этим имуществом в соответствии с его назначением, в том числе передачи его своим сотрудникам для временного проживания, осуществления расходов на оплату коммунальных платежей. В ходе судебного разбирательства не устранены сомнения в экономической целесообразности совершения ФИО2 сделки по передаче данного имущества в аренду, учитывая установленную арендную плату в размере 35 руб. за 1 кв.м. здания и сооружений имущественного комплекса детского сада без учета пользования земельным участком, 12 000 рублей за один жилой дом площадью 117 кв.м. с земельным участком площадью более 900 кв.м. и до 1 500 кв.м., а также фактический отказ от получения арендной платы в сроки, установленные договором.

Учитывая установленные постановлением Пятигорского городского суда Ставропольского края от 10.06.2020 в рамках уголовного дела № 11801070035290430 обстоятельства о том, что объекты договоров аренды недвижимого имущества № 1 и № 2 от 20.04.2016 и № 3 от 10.01.2018 неоднократно являлись объектами иных сделок - дарения и купли-продажи между аффилированными лицами - ФИО7, ФИО8, ФИО2, ООО СХП «Южная губерния», апелляционный суд приходит к выводу о формальном переоформлении права собственности между участниками группы компаний без намерения создать определенные последствия для каждого приобретателя имущества. Данное обстоятельство также подтверждается отсутствием у собственника имущества - ФИО2 договоров с ресурсоснабжающими организациями, а также доказательств оплаты кем-либо коммунальных платежей. С учетом указанных обстоятельств заключение договоров аренды недвижимого имущества являлось способом изъятия у должника денежных средств в пользу лица, входящего в группу аффилированных лиц.

При этом, как указано в определении Арбитражного суда Ставропольского края от 13.07.2023 по делу № А63-8818/2019, оставленным без изменения постановлением окружного суда от 01.11.2023, определениях Арбитражного суда Ставропольского края от 08.04.2019, от 05.11.2019 по делу № А63-13115/2014, в период с 01.07.2016 по 19.01.2019 именно должник осуществлял деятельность по производству листового стекла и стеклотары на стеклотарных заводах, принадлежавших ОАО «ЮгРосПродукт», и, не производя оплату за пользование имуществом и расходов на газоснабжение заводов, оставлял доход от этой деятельности в своем распоряжении.

Учитывая указанные обстоятельства, ФИО2 не опровергнуты разумные сомнения в реальности передачи ею недвижимого имущества в аренду должнику и, соответственно, получение денежных средств в качестве оплаты арендной платы по договорам аренды № 1 и № 2 от 20.04.2016 и № 3 от 10.01.2018 при взаимном встречном предоставлении.

Таким образом, в рассматриваемом случае оформление арендных отношений между ФИО2 и должником было совершено в целях создания видимости пользования должником имуществом, указанным в договорах аренды недвижимого имущества № 1 и № 2 от 20.04.2016; установление арендной платы в указанном в договорах размере осуществлено в целях придания законности и действительности таким сделкам.

Принимая во внимание изложенное, апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что перечисление должником денежных средств по договору аренды недвижимого имущества № 1 от 20.04.2016 в размере 650 615,33 рубля и по договору аренды недвижимого имущества № 2 от 20.04.2016 в размере 1 561 476 рублей совершено в отсутствие встречного предоставления по указанным договорам.

На основании изложенного, апелляционный суд приходит к выводу о том ,что спорные платежи в общем размере 2 221 352,49 рубля совершены в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, между аффилированными лицами с целью создания условий, при которых кредиторы лишились возможности получить удовлетворение своих требований, то есть причинили имущественный вред правам независимых кредиторов должника, в связи с чем суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии совокупности условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания недействительными оспариваемые сделки по перечислению должником денежных средств в размере 2 221 352,49 рубля ответчику.

Применяя последствия недействительности оспариваемых перечислений, суд первой инстанции обосновано исходил из следующего.

Согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

Учитывая отсутствие доказательств осуществления ответчиком встречного предоставления, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что в данном случае в качестве последствий недействительности сделки необходимо взыскать с ФИО2 в пользу ООО «Гелиос» 2 221 352,49 руб.

Доводы подателя жалобы о пропуске срока исковой давности отклоняются, ввиду следующего.

Согласно положениям  пункта 2 статьи 199 ГК РФ, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом судебного акта.

Из материалов дела следует, что ответчик, извещенный надлежащим образом о судебном разбирательстве, о пропуске срока исковой давности в суде первой инстанции не заявил. Причины незаявления о пропуске срока исковой давности, не имеют правового значения и являются исключительно риском стороны. Из установленных по материалам дела обстоятельств следует, что судом первой инстанции для ответчика препятствий в отношении заявления срока исковой давности не создано. Обстоятельство того, что ответчик возможно не знал о том, что суд вправе самостоятельно квалифицировать характер спорной сделки также правового значения не имеет.

Учитывая, что заявление о применении судом срока исковой давности подается лицом, участвующим в деле, до рассмотрения спора по существу, принимая во внимание отсутствие подобного заявления в суде первой инстанции, апелляционная коллегия судей отклоняет указанный довод как необоснованный на стадии апелляционного производства.

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, апелляционный суд полагает, что доводы, приведенные в апелляционной жалобе, не могут служить основанием для отмены обжалованного судебного акта, поскольку не опровергают сделанных судом выводов и направлены по существу на переоценку доказательств и обстоятельств, установленных судом первой инстанций. Оснований для переоценки фактических обстоятельств дела или иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется.

Учитывая изложенное, оценив в совокупности материалы дела и доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия считает, что выводы, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют обстоятельствам дела, судом применены нормы права, подлежащие применению, вследствие чего апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что доводы апелляционной жалобы основаны на неверном толковании норм материального права и не влияют на правильность принятого по делу судебного акта, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и являющихся безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции также не допущено.

Руководствуясь статьями 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 14.11.2023 по делу № А63-8818/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий 

Судьи                                                                              

             Н.В. Макарова

             З.А. Бейтуганов

             Д.А. Белов