ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной Сторожки, 12

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-92631/2023

Дело № А40-118060/2019

г. Москва

07 марта 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 19 февраля 2024 года

Постановление в полном объеме изготовлено 07 марта 2024 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Дурановского А.А.,

судей Нагаева Р.Г., Скворцовой Е.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Лосиноостровский электродный завод» на определение Арбитражного суда города Москвы от 05.12.2023 по делу № А40-118060/2019 об удовлетворении заявления конкурсного управляющего о разрешении разногласий по вопросу очерёдности погашения требований кредитора – ООО «Лосиноостровский электродный завод», вынесенное в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «АЭРОМЕТ» (судья Марасанов В.М.).

В судебном заседании приняли участие: представитель ООО «Лосиноостровский электродный завод» - ФИО2 (доверенность); конкурсный управляющий – ФИО3, лично (паспорт). Иные лица, участвующие в деле, о дате, времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом (статьи 121-123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), в том числе публично, путём размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражных судов в информационно-телекоммуникационной сети Интернет («kad.arbitr.ru»), явку представителей в судебное заседание не обеспечили. В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее также – АПК РФ) дело рассмотрено арбитражным судом апелляционной инстанции в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.11.2019 в отношении общества «АЭРОМЕТ» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО4, член Союза «МЦАУ», ИНН 

<

***>. Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете "Коммерсантъ" №216 от 23.11.2019. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.11.2020 требование общества «ЛЭЗ» включено в реестр требований кредиторов общества «АЭРОМЕТ» в размере 34 199 495 руб. в третью очередь. 

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 08.02.2021 общество «АЭРОМЕТ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении общества «АЭРОМЕТ» открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО4. 

Определением Арбитражного суда города Москвы 24.12.2021 арбитражный управляющий ФИО4 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего общества «АЭРОМЕТ». 

Определением Арбитражного суда города Москвы 29.04.2022 производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества «АЭРОМЕТ» прекращено. Постановлением Девятого Арбитражного апелляционного суда от 19.07.2022 определение Арбитражного суда города Москвы от 29.04.2022 по делу № А40- 118060/19 оставлено без изменения, а апелляционная жалоба общества "КБ Жилкредит" – без удовлетворения. Постановлением Арбитражного суда Московского округа 14.09.2022 определение Арбитражного суда города Москвы от 29.04.2022 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.07.2022 года по делу № А40-118060/2019 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы. 

Определением от 30.03.2023 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО3, ИНН 

<

***>, члена Ассоциацией МСОПАУ.

В октябре 2023 года конкурсный управляющий должника обратилась в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании требования общества «ЛЭЗ» в размере 34 199 495 руб. подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты общества «АЭРОМЕТ».

Определением арбитражного суда первой инстанции от 05.12.2023 (резолютивная часть от 17.11.2023) заявление конкурсного управляющего удовлетворено, очерёдность погашения требований общества «ЛЭЗ» понижена.

Общество «ЛЭЗ», не согласившись с определением суда первой инстанции от 05.12.2023, обратилось в апелляционный суд с жалобой.

Конкурсный управляющий представил письменный отзыв. Процессуальный документ, с учетом мнения представителей лиц, участвующих в деле, приобщён к материалам дела (статья 262 АПК РФ).

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель общества «ЛЭЗ» доводы и требования, изложенные в апелляционной жалобе, поддержал, в свою очередь, конкурсный управляющий против удовлетворения жалобы возражала, полагая судебный акт не подлежащим отмене либо изменению.

Законность и обоснованность судебного акта проверены Девятым арбитражным апелляционным судом в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов обособленного спора, 01.11.2018 между должником и обществом «ЛЭЗ» заключен договор поставки № 01/11 электродов. 

24.12.2019 ввиду ненадлежащего исполнения должником своих обязательств по вышеуказанному договору обществом «ЛЭЗ» подано заявление о включении его требований в реестр требований кредиторов должника. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.11.2020 требование общества «ЛЭЗ» включено в реестр требований кредиторов общества «АЭРОМЕТ» в размере 34 199 495 руб., в третью очередь. 

Вместе с тем, конкурсный управляющий полагал, что требование ООО «ЛЭЗ» подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты общества «АЭРОМЕТ», в связи с чем обратился с соответствующим заявлением в суд первой инстанции.

В обоснование заявления конкурсный управляющий указал, что договор поставки заключался изначально в ситуации имущественного кризиса должника, т.е. наличия у него признаков неплатежеспособности с аффилированным лицом и представлял собой по существу финансирование деятельности должника.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего о внесении изменений в реестр требований кредиторов должника, арбитражный суд первой инстанции пришел к выводу о том, что конкурсным управляющим в обоснование своей позиции представлены исчерпывающие доказательства.

Арбитражный суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев обособленный спор (вопрос о понижении очерёдности погашения требований кредитора) в порядке, предусмотренном статьями 268, 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта.

Согласно пункту 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее также – Закон о банкротстве, Закон о несостоятельности) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства) (часть 1). Определения, которые выносятся арбитражным судом при рассмотрении дел о несостоятельности (банкротстве) и обжалование которых предусмотрено настоящим кодексом и иными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), отдельно от судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, могут быть обжалованы в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение десяти дней со дня их вынесения (часть 3).

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрены определенные обстоятельства, при наличии которых должник обязан обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве в связи с невозможностью дальнейшего осуществления нормальной хозяйственной деятельности по экономическим причинам (абзацы второй, пятый, шестой и седьмой названного пункта). 

При наступлении подобных обстоятельств добросовестный руководитель (единоличный исполнительный орган) должника вправе предпринять меры, направленные на санацию должника, если он имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план (абзац второй пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»). 

Досудебная санация представляет собой систему мероприятий по финансовому оздоровлению предприятия, реализуемых с помощью сторонних юридических или физических лиц и направленных на предотвращение объявления предприятия-должника банкротом и его ликвидации. 

Досудебная санация осуществляется в форме предоставления финансовой помощи должнику в размере, достаточном для погашения денежных обязательств и обязательных платежей и восстановления платежеспособности должника-предприятия. 

Меры по предупреждению ухудшения финансового положения предприятия следует принимать до момента просрочки платежей кредиторам свыше трех месяцев, т.е. до возможного момента подачи кредиторами в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом. 

Санация предприятия проводится в основном до возбуждения кредиторами дела о банкротстве, если предприятие в попытке выхода из кризисного состояния прибегает к внешней помощи по своей инициативе. 

Пока не доказано иное, предполагается, что участники должника, при назначении руководителя, своевременно получают информацию о действительном положении дел в хозяйственном обществе. 

При наличии такой информации контролирующие участники принимают управленческое решение о судьбе должника - о даче согласия на реализацию выработанной руководителем стратегии выхода из кризиса и об оказании содействия в ее реализации либо об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника. 

Поскольку перечисленные случаи невозможности продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды. 

Соответствующие вложения могут оформляться как путем увеличения уставного капитала, так и предоставления должнику займов либо иным образом. При этом, если участник вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.). 

Когда же участник осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе. 

Разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (пункт 1 статьи 486 ГК РФ), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (пункт 1 статьи 711 ГК РФ), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (пункт 1 статьи 614 ГК РФ) и т.п.). 

Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи, контролирующим лицом займа. 

При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (статья 65 АПК РФ). 

Обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ), так и его кредиторов подразумевает в числе прочего оказание содействия таким кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с должником (абзац третий пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

Поэтому в ситуации, когда одобренный участником план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников относятся убытки, связанные такой деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана. 

Именно эти участники, чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования. 

Указанная правовая позиция приведена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 по делу № 308-ЭС17-1556(2), от 12.02.2018 № 305- ЭС15-5734(4,5), от 15.02.2018 по делу № 305-ЭС17-17208.

Судом первой инстанции установлено, что на момент заключения договора поставки должник и общество «ЛЭЗ» фактически контролировались ФИО5 и ФИО6: участниками должника являются ФИО5 с 50% долей в уставном капитале должника и ФИО7 с 50% долей в уставном капитале должника. При этом, ФИО7 приобрел долю в размере 40% у ФИО8, которая в свою очередь приобрела её у ФИО6

Конкурсный управляющий обратил внимание, что ФИО8, являлась дочерью ФИО6, а ФИО7 совместно с ФИО6 входили в Совет директоров ЗАО «Компания ТВЕРИТЕКС», которая к тому же была подконтрольна ФИО6 

Участниками ООО «ЛЭЗ» являлись ФИО5 с 50% долей в его уставном капитале, ФИО6 с 25%, ФИО9 с 17.18% и ФИО7 с 7.82% долей в уставном капитале должника. 

Договор поставки со стороны общества «ЛЭЗ» подписан его единоличным исполнительным органом - ФИО10, которая также являлась единоличным исполнительным органом должника в иной период с 14.03.2017 по 30.07.2017. 

Кроме того, конкурсный управляющий обратил внимание, что компании располагались по одному и тому же адресу: согласно сведениям из ЕГРЮЛ общество «ЛЭЗ» зарегистрировано по адресу: 

<

...>, по которому также зарегистрирован должник; в качестве контактных данных должник использовал данные общества «ЛЭЗ»: в анкете, которую должник предоставил в банк для получения кредита, в качестве контактных данных он предоставил данные общества «ЛЭЗ», а именно: тел. 8 (499) 182- 29-88, которые также использовало общество «ЛЭЗ» и адрес электронной почти: lcz@electrode.ru; наличие одного и того же штата сотрудников: согласно отчету конкурсного управляющего общества «ЛЭЗ» в его штате в качестве работников числились: ФИО11, ФИО12 и ФИО13, которые в свою очередь также с июля 2017 года получали зарплату в обществе «АЭРОМЕТ». 

Учитывая изложенное, судом первой инстанции правомерно пришёл к выводу о том, что общество «ЛЭЗ» и общество «АЭРОМЕТ» являются заинтересованными лицами.

Правовая позиция о допустимости учета общедоступных сведений, размещенных в сети «Интернет» и в СМИ, при установлении фактов аффилированности лиц содержится в определении ВС РФ от 04.10.2018 № 305-ЭС18-9321. 

Из материалов дела следует, что на момент заключения договора поставки, то есть на 01.11.2018 должник обладал признаками банкротства, а именно у должника имелись признаки неплатежеспособности. 

Однако, когда у должника возникли неисполненные обязанности перед иными кредиторами, в том числе перед банком, обществом «ЛЭЗ» меры принудительного исполнения должником своих обязательств не принимало (в том числе не обращалось с исковым заявлением в суд). Напротив, заявление о включении в реестр требований кредиторов подано только 24.12.2019 (согласно карточке дела), когда в отношении должника уже была инициирована процедура банкротства. 

Принимая во внимание аффилированность кредитора и должника, общество «ЛЭЗ» не могло не знать о нахождении должника в ситуации финансового кризиса, однако мер по истребованию задолженности не принимало. 

Такое поведение может быть обусловлено тем, что к этому моменту изъятие долга повлекло бы возникновение кризиса на стороне должника, что в свою очередь свидетельствует о финансировании должника, осуществляемое путем отказа от принятия мер к истребованию задолженности, что нельзя признать разумным и экономически целесообразным. 

Как следует из абз. 12,13 п. 1 «Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020) аффилированный кредитор не может ограничиться представлением минимального комплекта документов (например, текста договора займа и платежных поручений к нему, отдельных документов, со ссылкой на которые денежные средства перечислялись внутри группы) в подтверждение реальности заемных отношений. Он должен исчерпывающе раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения самой заемной сделки, оснований дальнейшего внутригруппового перераспределения денежных средств, подтвердив, что оно соотносится с реальными хозяйственными отношениями, выдача займа и последующие операции обусловлены разумными экономическими причинами. 

При этом аффилированный кредитор не имеет каких-либо препятствий для представления суду полного набора дополнительных доказательств, находящихся в сфере контроля группы, к которой он принадлежит, устраняющего все разумные сомнения по поводу мнимости сделки. Если аффилированный кредитор не представляет такого рода доказательства, то считается, что он отказался от опровержения факта, о наличии которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты (ст. ст. 9 и 65 АПК РФ). В подобной ситуации действия, связанные с временным зачислением аффилированным лицом средств на счет должника, подлежат квалификации по правилам, установленным ст. 170 ГК РФ. 

Кроме того, согласно абз. 1 п. 3.3 «Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020), 

Разновидностью финансирования по смыслу п. 1 ст. 317.1 ГК РФ является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (п. 1 ст. 486 ГК РФ), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (п. 1 ст. 711 ГК РФ), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (п. 1 ст. 614 ГК РФ) и т.п.). Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа. При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (ст. 65 АПК РФ). 

Общество «ЛЭЗ» и общество «АЭРОМЕТ» являются заинтересованными лицами. Предоставление должнику товаров в заявленном размере аффилированным лицом было совершено с целью предоставления компенсационного финансирования должнику в период нахождения его в условиях имущественного кризиса. Доказательства обратного, в нарушение ст. 65 АПК РФ, в материалы дела не представлены. 

В соответствии с пунктом 3.1 обзора, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 внутреннее финансирование должно осуществляться добросовестно и не нарушать права и законные интересы иных лиц. 

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве. 

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием авансовых платежей без встречного на то исполнения, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других, независимых кредиторов (п. 1 ст. 2 ГК РФ). Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 8 ст. 63 ГК РФ. 

Бремя доказывания обратного в соответствии с п. 3.4 указанного обзора судебной практики от 29.01.2020 лежит на заявителе. Не устраненные аффилированным лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов. Таких доказательств, кредитором не представлено.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, апелляционным судом не установлено.

Довод общества «ЛЭЗ» о том, что на момент поставки у должника отсутствовали признаки банкротства, является несостоятельным ввиду следующего.

В частности, у должника перед обществом «ММК-Метиз» имелась задолженность по договору уступки права денежного требования от 31.07.2018 № МК207586/2017. 

Следовательно, на момент заключения между обществом «ЛЭЗ» и должником договора поставки № 01/11 от 01.11.2018 у должника имелись неисполненные обязательства перед обществом «ММК-Метиз» в размере более 66 000 000 руб., которые остались непогашенными на дату введения в отношении должника конкурсного производства. 

Кроме того, на момент возникновения обязательств между ООО «ЛЭЗ» и Должником у последнего также имелись неисполненные обязательств перед SNG GLAV SNAB по контракту № 002/2017 VE от 31.03.2017, требования которого в последующем было включено в РТК должника 24.05.2021.

Согласно позиции Верховного суда, выраженной в определении СКЭС от 12.02.2018 № 305- ЭС17-11710 (3) по делу № А40-177466/2013 наличие неисполненных обязательств и последующее включение прав требования по неисполненным обязательствам в реестре требований кредиторов свидетельствует о неплатежеспособности компании.

Кроме того, на момент возникновения обязательств между обществом «ЛЭЗ» и должником у последнего также имелись неисполненные обязательств перед SNG GLAV SNAB по Контракту № 002/2017 VE от 31.03.2017, требования которого в последующем было включено в реестр требований кредиторов должника 24.05.2021. 

Указанные обстоятельства не опровергнуты. Напротив, общество «ЛЭЗ» в своей апелляционной жалобе ссылается на наличие у должника лишь значительного оборота по его р/с, из чего, по мнению общества «ЛЭЗ», следует, что задолженность перед кредиторами должника могла быть погашена в любой момент. В действительности же, имевшаяся у должника задолженность перед своими кредиторами на момент возникновения обязательств между ним и обществом «ЛЭЗ» остается непогашенной и в настоящее время. Таким образом, должник на момент заключения договора поставки № 01/11 от 01.11.2018 имел признаки банкротства. Поставка обществом «ЛЭЗ» товара без фактической оплаты в пользу должника при наличии у последнего признаков банкротства представляет собой предоставление подателем жалобы компенсационного финансирования.

Несогласие заявителя с выводами суда, основанными на оценке доказательств, равно как и иное толкование норм законодательства, подлежащих применению в настоящем обособленном споре, не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства или допущенной судебной ошибке.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение и влияли на законность и обоснованность судебного акта, не содержат оснований, установленных статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для изменения или отмены судебного акта арбитражного суда.

При таких обстоятельствах определение арбитражного суда первой инстанции отмене (изменению) не подлежит. В свою очередь, апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Безусловных оснований для отмены судебного акта, предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ, арбитражным судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 266-269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 05.12.2023 по делу № А40-118060/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья А.А. Дурановский

Судьи Р.Г. Нагаев

 Е.А. Скворцова