Дело №  А11-2192/2024

13 марта 2025 года

г. Владимир

 

Резолютивная часть решения объявлена 12.03.2025. 

Решение

 в полном объеме  изготовлено 13.03.2025.

Арбитражный суд Владимирской области в составе судьи Анфиловой Е.Ю., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Сорокиной М.Н., рассмотрев в судебном заседании дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО1, г. Санкт-Петербург, ОГРНИП 

<

***>, ИНН 

<

***>, 

к обществу с ограниченной ответственностью «Белта» (600022, 

<

...>; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 359303 в размере 50 000 руб., судебных издержек в размере стоимости вещественного доказательства – товара, приобретенного у ответчика в размере 120 руб., стоимости почтовых отправлений в размере 143 руб. и расходов по уплате государственной пошлины в размере 2000 руб.,

при участии:

от истца – не явились, 

от ответчика – не явились, 

установил.

истец, индивидуальный предприниматель ФИО1 обратился в Арбитражный суд Владимирской области, с исковым заявлением к ответчику, обществу с ограниченной ответственностью «Белта», г Владимир, о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 359303 в размере 50 000 руб., судебных издержек в размере стоимости вещественного доказательства – товара, приобретенного у ответчика в размере 120 руб., стоимости почтовых отправлений в размере 143 руб. и расходов по уплате государственной пошлины в размере 2000 руб.

Ответчик в отзыве от 23.08.2024 просил в удовлетворении заявленных требований отказать. Указал, что истцом не представлены доказательства контрафактности спорного товара, на кассовом чеке товар поименован «СД пилка маникюрная», приложенная фотография не позволяет идентифицировать место приобретения спорного товара, копия видеозаписи момента приобретения товара ответчику не направлялась; истцом не представлены документы, подтверждающие несение расходов на фиксацию нарушения его права, ответчик является добросовестным приобретателем товара, который приобрел  у ООО «Максима Групп»; заявленный размер компенсации не соответствует принципам разумности и справедливости.

Также ответчик заявил ходатайство вх. от 23.08.2024 о снижении размера компенсации ниже низшего предела. При этом указал, что продолжительность нарушения права ответчиком с момента, как он был истцом уведомлен о факте нарушения, составляет меньше 1 недели (получив от истца претензию, ответчик немедленно прекратил продажу спорного товара и изъял его из принадлежащих ему магазинов); общая стоимость спорного товара, предлагавшегося ответчиком к реализации через свои розничные магазины, не превышает 1500 руб., количество – 50 единиц; территория, где истцом выявлены нарушения ответчиком его права, не выходит за границы одного субъекта Федерации – Владимирская область; ответчик является добросовестным приобретателем спорного товара, введенным в заблуждение первоначальным продавцом; ответчик активно участвует в общественной жизни своего региона, ведет благотворительную деятельность.

Заявлением (вх. от 10.09.2024) истец  уточнил исковые требования, просил взыскать с ответчика компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак № 359303 в размере 92 857 руб., судебные издержки, состоящие из стоимости товара в размере 120 руб., почтовых расходов в размере 143 руб. и расходы по оплате государственной пошлины в размере 2000 руб. 

Определением от 06.11.2024 на основании части 4 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Белова А.А. на судью Анфилову Е.Ю.

Стороны, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явились. 

Заявленные ответчиком ходатайства рассмотрены судом в судебном заседании, о чем указано в протоколе судебного заседания.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в их отсутствие по имеющимся доказательствам.

Изучив материалы дела, арбитражный суд установил следующее.

ИП ФИО1 является обладателем исключительных прав на товарный знак № 359303 «KAIZER», что подтверждено свидетельством на товарный знак, зарегистрированным 08.09.2008, срок действия исключительного права продлен до 19.10.2025.

Товарный знак № 359303  зарегистрирован в отношении товаров, указанных в 03, 08, 11, 21, 26, 35, 44 классах Международной Классификации Товаров и Услуг (МКТУ). 

В качестве основания иска заявитель указал, что 14.12.2021 в торговой точке, расположенной по адресу: 

<

...> установлена реализация от имени ООО «Белта» товара – маникюрный инструмент с размещением  обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком № 359303.

Факт продажи указанного товара подтверждается копией кассового чека от 14.12.2021, содержащими сведения о количестве, цене, стоимости проданного товара, дате продажи, наименовании и ИНН продавца; адресе продажи товара; видеозаписью процесса реализации товара, самим контрафактным товаром,  представленными истцом в материалы дела.

В претензии истец просил ответчика в добровольном порядке оплатить компенсацию за нарушение исключительных авторских прав и судебные издержки.

Как указал истец, претензия осталась без ответа, требования истца – без удовлетворения.

Нарушение ответчиком исключительных прав истца на товарный знак  послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Проанализировав материалы дела, арбитражный суд находит требования истца обоснованными.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. 

Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). 

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом. 

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается этим Кодексом. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 названного Кодекса любым, не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 названной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. 

По смыслу положений приведенных норм права, а также с учетом положения части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на ответчика возлагается бремя доказывания выполнения им требований законодательства при использовании объектов интеллектуальной собственности. В противном случае такое лицо признается нарушителем исключительного права, и для него наступает гражданско-правовая ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. Истец же должен лишь подтвердить факт принадлежности ему указанного права и факт использования соответствующего объекта ответчиком, при этом истец освобождается от доказывания причиненных ему убытков. 

Факт принадлежности истцу исключительного права на товарный знак №359303, а также факт реализации ответчиком контрафактного товара подтвержден материалами дела, в том числе видеозаписью и чеком.

Тот факт, что в чеке указана сумма 500 руб., а не 120 руб., на что указывает ответчик в письменных возражениях, судом во внимание не принимается, поскольку согласно видеозаписи была осуществлена закупка двух товаров, цена пилки для ногтей составляет 120 руб.

Из содержания просмотренной видеозаписи усматривается, что покупка товара осуществлена в торговом зале в помещении, на входе которого находится табличка с наименованием и ИНН ответчика. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных этим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. 

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. 

Пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ также предусмотрено, что правообладатель товарного знака вправе требовать по своему выбору от нарушителя его исключительного права вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. 

Как следует из материалов дела, истец при обращении с настоящим иском избрал вид компенсации, взыскиваемой на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ – в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака. 

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратного размера стоимости права использования соответствующего товарного знака, императивно определена законом, доводы ответчика (если таковые имеются) о несогласии с заявленным истцом расчетом размера компенсации могут основываться на оспаривании указанной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование права, и подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими иной размер стоимости этого права. Определение судом суммы компенсации в размере двукратной стоимости права в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, если суд определяет размер компенсации на основании установленной им стоимости права, которая оказалась меньше, чем заявлено истцом, не является снижением размера компенсации. При этом представление в суд лицензионного договора (иных договоров) не предполагает, что компенсация во всех случаях должна быть определена судом в двукратном размере цены указанного договора (стоимости права использования), поскольку с учетом норм пункта 4 статьи 1515 ГК РФ за основу рассчитываемой компенсации должна быть принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака тем способом, который использовал нарушитель. Ответчик вправе оспорить рассчитанный на основании лицензионного договора размер компенсации путем обоснования иного размера стоимости права использования соответствующего товарного знака исходя из существа нарушения, условий этого договора либо иных доказательств, в том числе иных лицензионных договоров и заключения независимого оценщика. В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, населенный пункт); иные обстоятельства. Следовательно, арбитражный суд может определить другую стоимость права использования соответствующего товарного знака тем способом и в том объеме, в котором его использовал нарушитель, и, соответственно, иной размер компенсации по сравнению с размером, заявленным истцом. При этом установление размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, ниже установленных законом пределов (в том числе двойной стоимости права использования товарного знака) возможно лишь в исключительных случаях и при мотивированном заявлении ответчика, с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и правовой позиции, изложенной в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П и 24.07.2020 № 40-П (пункт 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.06.2021). 

При этом суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств. Размер компенсации за нарушение прав истцом определен следующим образом: за нарушение исключительного права на товарный знак № 359303 в размере двукратной стоимости фиксированного вознаграждения лицензиата (истца): 1 300 000/ 1 товарный знак/ 7 класса МКТУ, 4 способа применения х 2 = 92 857 рублей. 

В качестве обоснования своих требований истец представил заключенный с ООО Торговый Дом КЬЮТ-КЬЮТ (ИНН 

<

***>) (лицензиатом) лицензионный договор от 06.04.2021 о предоставлении права использования товарного знака «KAIZER» по свидетельству Российской Федерации № 359303. Исходя из сопоставления срока действия лицензионного договора (до 19.10.2025) и даты правонарушения (02.12.2021) следует, что нарушение допущено ответчиком в период действия лицензионного договора о предоставлении права использования спорного товарного знака. В соответствии со свидетельством на товарный знак № 359303, правообладателю предоставлено право использования товарного знака, в том числе, в отношении 13 товаров 8 класса МКТУ: инструменты для маникюра; инструменты для педикюра; ножницы для маникюра; ножницы для стрижки волос; пилки для ногтей; электрические пилки для ногтей; пинцеты для эпилирования; устройства для завивки волос (неэлектрические); приборы (электрические и неэлектрические) для полировки ногтей; щипцы для завивки волос; щипцы для удаления ногтей; щипчики для ногтей; щипчики для завивки ресниц. 

По условиям анализируемого договора (п. 1.2.) право использования спорного товарного знака предоставлено лицензиату в отношении семи классов МКТУ: 03 - ногти искусственные; ресницы искусственные. 08 - инструменты для маникюра; инструменты для педикюра; ножницы для маникюра; ножницы для стрижки волос; пилки для ногтей; электрические пилки для ногтей; пинцеты для эпилирования; устройства для завивки волос (неэлектрические); приборы (электрические и неэлектрические) для полировки ногтей; щипцы для завивки волос; щипцы для удаления ногтей; щипчики для ногтей; щипчики для завивки ресниц. 11 - аппараты для загара; сушилки воздушные; сушилки для волос. 21 - гребни; изделия щеточные; кисточки для бритья; предметы домашней утвари для косметики; предметы домашней утвари туалетные; принадлежности для снятия грима [неэлектрические]; пудреницы; пуховки для пудры; расчески; расчески электрические; футляры для расчесок; щетки; щеточки для бровей; щеточки для ногтей. 26 - бигуди; зажимы для волос; изделия декоративные для волос; кисти; шапочки для окраски волос; шпильки для волос. 35 - продвижение товаров 03, 08, 11, 21 и 26 классов [для третьих лиц]; услуги снабженческие для третьих лиц [закупка и обеспечение предпринимателей товарами 03, 08, 11, 21 и 26 классов]. 44 - маникюр; парикмахерские; салоны красоты. 

В соответствии с п. 1.3 договора, право использования спорного товарного знака предоставлено лицензиату следующими четырьмя способами: путем его размещения с указанием «товарный знак по лицензии»: на товаре, который лицензиат производит, предлагает к продаже, продает, демонстрирует на выставках и ярмарках или иным образом вводит в гражданский оборот; на упаковке и этикетках товара, ценниках к товару; в сопроводительной и деловой документации к товару; в  предложениях о продаже товара, объявлениях, на вывесках и в рекламе, в том числе в сети Интернет. 

Согласно разделу 2 указанного договора, лицензиат выплачивает лицензиару за предоставление права использования товарного знака № 359303 комбинированное вознаграждение: разовый паушальный платеж за предоставление права использования товарного знака № 359303 составляет 1 000 000 руб.; ежемесячный платеж в форме роялти за предоставление права использования товарного знака № 359303 в размере 300 000 руб. (фиксированное вознаграждение). 

Указанный договор недействительным не признан, о его фальсификации лицами, участвующими в деле, не заявлено, из числа доказательств по делу он не исключен, в связи с чем, суд полагает данное доказательство надлежащим в целях расчета компенсации за нарушение исключительных прав. 

В свою очередь, ответчик фактически осуществил нарушение прав истца на товарный знак одним способом и путем продажи одного товара «инструменты для маникюра и педикюра», относящегося к 8 классу МКТУ. По лицензионному договору от 06.04.2021 истец предоставил лицензиату право использования спорного товарного знака в отношении всего 7 (семи) классов МКТУ и 13 товаров 8 класса МКТУ. Следовательно, стоимость права использования товарного знака по лицензионному договору от 06.04.2021 формировалась, в том числе, с учетом количества товаров 8 класса МКТУ, в отношении которых лицензиату предоставлено право использования товарного знака истца. Размер компенсации за нарушение прав, истцом определен следующим образом: исходя из стоимости правомерного использования товарного знака в двукратном размере, из расчета: 1 300 000 руб. / 1 товарный знак / 7 классов МКТУ / 4 способа применения) х 2 = 92 857 руб.

Приведенные ответчиком доводы и обстоятельства не свидетельствуют о необоснованности примененного истцом размера компенсации.

Ответчиком в материалы дела не представлены доказательства, в том числе иные лицензионные договоры или иные сведения о цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака истца.

Примененный истцом способ определения цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование спорного товарного знака, не противоречит положениям статьи 1515 ГК РФ, а также разъяснениям, содержащимся в пункте 61 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10.

Рассчитанный истцом размер компенсации не повлечет недобросовестного обогащения истца, а также избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, при этом, безусловно лишает последнего стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности.

Взыскание судом компенсации в размере ниже исчисленного истцом, исходя из двукратной стоимости права использования товарного знака возможно в случае, если судом определена иная цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации тем способом, который использовал нарушитель.

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратной стоимости права использования соответствующего результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (пункт 2 части 4 статьи 1515 ГК РФ), императивно определена законом, доводы ответчика о несогласии с заявленным истцом расчетом размера компенсации могут основываться лишь на оспаривании указанной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование права, и подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими иной размер стоимости этого права.

При указанных обстоятельствах, требование о взыскании компенсации в сумме 92 857 руб. подлежит удовлетворению.

Истцом также заявлено требование о взыскании расходов на приобретение спорного товара в сумме 120 руб., расходов на оплату почтовых услуг в сумме 143 руб.

Статьей 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, отнесены расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде. 

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. 

Несение истцом расходов на приобретение товара подтверждается кассовым чеком от 14.12.2021.

Факт несения почтовых расходов подтверждается почтовой квитанцией от 24.02.2024 на сумму 81 руб. и списком внутренних почтовых отправлений от 06.07.2022 на сумму 59 руб. 

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию почтовые расходы в сумме 140 руб.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины в сумме 2000 руб. взыскиваются с ответчика в пользу истца, государственная пошлина в сумме 1714 руб. взыскивается с ответчика в доход федерального бюджета (с учетом увеличения исковых требований).

Руководствуясь статьями 167-171, 176, 318 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Белта», г. Владимир, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1, г. Санкт-Петербург, ОГРНИП 

<

***>, ИНН 

<

***> компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак в сумме 92 857 руб., расходы на приобретение товара в сумме 120 руб., почтовые расходы в сумме 140 руб., возмещение расходов по уплате государственной пошлины в сумме 2000 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Белта», г. Владимир, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 1714 руб.

Выдача исполнительных листов осуществляется по правилам статьи 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В удовлетворении требования о взыскании судебных издержек в остальной части отказать.

Вещественное доказательство – маникюрный инструмент в количестве 1 штуки, приобщенное определением арбитражного суда от 29.06.2024  к материалам дела, уничтожить после вступления настоящего решения в законную силу и истечения срока, установленного для его кассационного обжалования.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Владимирской области в течение месяца с момента принятия решения.

В таком же порядке решение может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного акта, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья                                                                           Е.Ю. Анфилова