ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-40126/2021

28 января 2026 года

г. Санкт-Петербург

/сд.2

Резолютивная часть постановления объявлена 14 января 2026 года

Постановление изготовлено в полном объеме 28 января 2026 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Тарасовой М.В.,

судей Морозовой Н.А., Радченко А.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Аласовым Э.Б.,

при участии:

от ФИО1 – представителя ФИО2 (доверенность от 15.10.2024)

от ФИО3 – представителя ФИО4 (доверенность от 28.07.2023),

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 (регистрационный номер 13АП-30055/2025) на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.10.2025 по обособленному спору № А56-40126/2021/сд.2 (судья Суворов М.Б.), принятое по заявлению ФИО3 о признании недействительными торгов, истребовании имущества из чужого незаконного владения, повороте исполнения судебного акта, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5,

ответчик: ФИО1,

установил:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее - арбитражный суд) поступило заявление ФИО6 о признании ФИО5 (далее - должник) несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 08.06.2021 заявление принято к производству, возбуждено дело о банкротстве должника.

Решением арбитражного суда от 11.12.2021 (резолютивная часть объявлена 02.12.20221) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО7.

Сведения о признании должника банкротом опубликованы в газете «Коммерсантъ» 18.12.2021.

Финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании договора купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 47:27:01-12-001:0188, расположенного по адресу: Ленинградская область, Киришский муниципальный район, Глажевское сельское поселение, д. Грабково, с находящимся на нем домом (далее – земельный участок и дом), заключенного 29.04.2019 между должником и ФИО3, недействительной сделкой.

В качестве применения последствий недействительности сделки финансовый управляющий просил вернуть земельный участок с расположенным на нем домом в конкурсную массу должника.

Определением арбитражного суда от 06.06.2022 заявление финансового управляющего удовлетворено в полном объеме.

Не согласившись с определением арбитражного суда от 06.06.2022, ФИО3 обратился с апелляционной жалобой, в которой просил его отменить и в удовлетворении требований финансового управляющего отказать.

Определением от 08.11.2023 Тринадцатый арбитражный апелляционный суд, установив отсутствие надлежащих доказательств извещения

ФИО3 о начатом судебном процессе с его участием, перешел к рассмотрению обособленного спора по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

Этим же определением апелляционный суд привлек ФИО1, с которым 12.12.2022 по результатам торгов заключен договор купли-продажи спорного имущества, к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2024 определение суда первой инстанции от 06.06.2022 отменено, по делу принят новый судебный акт об отказе в признании сделки недействительной.

За период судебных разбирательств по спору о признании сделки с ФИО3 недействительной суд первой инстанции дважды принимал процессуальное решение о завершении процедуры реализации имущества ФИО5, которое отменяли вышестоящие суды, именно:

1) определением арбитражного суда от 22.08.2023 процедура реализации имущества ФИО5 завершена, должник освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе не заявленных при введении реализации имущества.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2024 определение арбитражного суда от 22.08.2023 по делу № А56-40126/2021 отменено, в удовлетворении ходатайства финансового управляющего ФИО7 о завершении процедуры банкротства отказано;

2) определением от 05.08.2024 арбитражный суд завершил процедуру реализации имущества гражданина и освободил ФИО5 от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.11.2024 определение арбитражного суда от 05.08.2024 по делу № А56-40126/2021 отменено, в удовлетворении ходатайства финансового управляющего ФИО7 о завершении процедуры банкротства отказано.

Причиной отказа вышестоящих судов в завершении процедуры банкротства являлся неразрешенный арбитражным судом вопрос с имуществом

ФИО3, которое финансовый управляющий реализовал на торгах в пользу ФИО1, тогда как сделка с ФИО3 была признана

недействительной судебным актом, отмененным постановлением апелляционного суда от 14.03.2024.

Из материалов дела следует, что 07.05.2024 ФИО3 обратился в арбитражного суда с заявлением о признании торгов земельным участком с домом от 10.12.2022 (протокол № 148449) недействительными (с ходатайством о восстановлении срока), в котором также просил:

- признать недействительным договор, заключенный финансовым управляющим с победителем торгов – ФИО1;

- прекратить право собственности ФИО1 на земельный участок с домом;

- истребовать из чужого незаконного владения ФИО1 земельный участок с домом в пользу ФИО3;

- произвести поворот исполнения определения от 06.06.2022 по делу о признании сделки с ФИО3 недействительной.

Определением от 15.08.2024 суд первой инстанции прекратил производство по заявлению ФИО3, сославшись на завершение процедуры банкротства ФИО5

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2024 определение арбитражного суда от 15.08.2024 отменено, спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении суд первой инстанции определением от 28.10.2025 отказал ФИО3 в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО3 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение от 28.10.2025 отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении его требований.

Ссылаясь на позицию Конституционного Суда Российской Федерации в определении от 24.04.2018 № 1055-О, об устранении последствий допущенной судом ошибки, ФИО3 заявляет, что суд первой инстанции допустил существенное нарушение его прав и законных интересов, оставив без внимания его доводы и доказательства, а также ранее сделанные выводы вышестоящих судов: сделка с ним признана недействительной в условиях неосведомленности ответчика о возбуждении спора в суде с его участием (не был извещен), финансовый управляющий занизил стоимость земельного участка с домом в 20 раз, не выходил на объект и не анализировал условия договора с

ФИО3, расчеты по которому состоялись через нотариуса по рыночной цене; имущество стоимостью более 1,5 млн выставлено на торги за 35 тыс. рублей; финансовый управляющий злоупотреблял своими правами; ФИО3 не было известно о банкротстве ФИО8, принятых по нему судебных актах об утверждении порядка продажи имущества гражданина, о признании сделки недействительной, а равно о решениях финансового управляющего об оценке имущества и его продаже на торгах; ФИО3 не был допущен к процессу реализации имущества.

По мнению апеллянта, торги проведены с существенными нарушениями – стоимость имущества многократно занижена, оценка произведена управляющим самостоятельно, непрофессионально и формально – без подыскания реальных аналогов. Наличие дома на земельном участке не принято во внимание. Договор, заключенный по итогам торгов с ФИО1, не содержит указания на стоимость каждого объекта недвижимости – земельного участка с кадастровым номером 47:27:0112001:188 и дома с кадастровым номером 47:27:0000000:19370, тогда как на дату проведения торгов реальная стоимость имущества в совокупности превышала 1,5 млн рублей.

ФИО3 полагает, что действия лица, приобретающего имущество по многократно заниженной стоимости (ФИО1), являются недобросовестными. При этом комментарии финансового управляющего к имуществу, выставленному на торги (участок подтопляемый и разработанный, дом не пригоден для проживания, а организатор торгов не представляет документы и материалы по запросу, не организовывает ознакомление и не дает пояснений по имуществу, имеется риск оспаривания сделки супругой должника), не соответствуют действительности, что повлияло на ценообразование, а также достоверно подтверждает формальный подход управляющего к оценке имущества, которое он никогда не видел.

ФИО3 ссылается на то, что доверенность ФИО1 на участие от его имени в торгах ООО «Аукционный брокер» не представлена, сведения о торгах не опубликованы в газете «Коммерсантъ», что является существенным нарушением торгов и влечет недействительность договора по их итогам.

Податель жалобы также указывает на то, что имущество, собственником которого он является, выбыло из владения помимо его воли, потому может быть истребовано даже у добросовестного приобретателя.

Как полагает апеллянт, суд первой инстанции не дал оценки вышеуказанным доводам и принял незаконное и необоснованное решение.

Финансовый управляющий в отзыве настаивает на правомерности своих действий, неоспаривании ФИО3 оценки имущества, действительности торгов, в рамках которых подано более 270 предложений о цене и допущено 12 участников. По мнению управляющего, судебный акт принят законно и обоснованно, а у него не имелось препятствий к продаже имущества, поскольку результаты признания сделки недействительной изменились (судебный акт отменен) уже после того, как состоялись торги.

К отзыву финансового управляющего приложены дополнительные доказательства, опосредующие ход проведения торгов (размещены в открытых источниках на сайте Единого федерального реестра сведений о банкротстве, далее - ЕФРСБ).

В суд апелляционной инстанции каких-либо письменных позиций ФИО1 по делу не поступило.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

В настоящем судебном заседании представитель подателя жалобы поддержал заявленные требования, пояснил, что преследует интерес возврата имущества собственнику, потому излагает в заявлении различные способы защиты нарушенного права (оспаривание торгов и признание сделки с ФИО1 недействительной; виндикационные требования; требования о повороте исполнения судебного акта).

Представитель ФИО1 настаивал на том, что торги действительны, последний является добросовестным приобретателем, а спор о виндикации не подсуден арбитражному суду.

Представитель ФИО3 настаивал на том, что возврат имущества связан с делом о банкротстве ФИО5, действиями финансового управляющего и продажей имущества на торгах, потому истребование из чужого незаконного владения должно быть предметом арбитражного суда.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156

Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Исследовав доводы ФИО3 и возражения финансового управляющего в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов обособленного спора, 29.04.2019 между должником (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 47:27:01-12-001:0188, расположенного по адресу: Ленинградская область, Киришский муниципальный район, Глажевское сельское поселение, д. Грабково, с построенным на нем домом.

Ссылаясь на положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании указанной сделки недействительной как совершенной в условиях неплатежеспособности должника на нерыночных условиях. По мнению финансового управляющего, ФИО3 должен был знать об ущемлении интересов кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, поскольку сделка совершена на нерыночных условиях относительно цен за аналогичные объекты, им не были предприняты меры по установлению реальной стоимости приобретаемого имущества путем обращения к профессиональному оценщику.

Возражая против доводов финансового управляющего в суде апелляционной инстанции, ФИО3 обратил внимание на то, что договор об отчуждении земельного участка заключался в нотариальной форме; цена имущества по договору (740 000 рублей) в шесть раз выше кадастровой стоимости объектов (57 617,30 рублей – земельный участок и 104 765,74 рублей – дом), а расчеты по сделке производились через депозит нотариуса.

Апелляционный суд, запросив у нотариуса Всеволожского нотариального округа Ленинградской области ФИО9 доказательства выдачи денежных средств с депозита нотариуса по договору купли-продажи от 25.04.2019, установил факт внесения покупателем денежных средств на депозит нотариуса и выдачу нотариусом денежных средств продавцу, что свидетельствует о достоверности доводов ФИО3

Подробную оценку действиям финансового управляющего при оспаривании договора от 29.04.2019 между должником и ФИО3 суд апелляционной инстанции изложил в постановлении от 14.03.2024 по спору № А56-40126/2021/сд.2, в рамках которого установлено и существенное занижение стоимости имущества при его оценке управляющим (до 35 тыс рублей), и факт состоявшихся расчетов продавца с покупателем на сумму 740 000 рублей через нотариуса, и факт продажи имущества на торгах за 507 180,55 рублей при начальной стоимости имущества, определенной управляющим в 35 099 рублей.

Таким образом, 06.06.2022 суд первой инстанции незаконно и необоснованно признал сделку между ФИО5 и ФИО3 недействительной, вернув имущество (дом и земельный участок) в конкурсную массу должника.

Постановлением апелляционного суда от 14.03.2024 судебный акт отменен, то есть правовых последствий в виде изменения титула собственника имущества (возврата имущества ФИО5) он не влечет.

За то время, пока ФИО3 не узнал о нарушении своих прав (ответчик не был надлежащим образом уведомлен о возбуждении спора с его участием и о принятом судебном акте), финансовый управляющий организовал торги имуществом, поступившим в конкурсную массу в результате односторонней реституции.

Из материалов дела следует, что финансовый управляющий 05.11.2022 опубликовал на ЕФРСБ объявление о проведении торгов в форме аукциона, в котором сообщил о продаже земельного участка с домом по начальной цене 35 099 рублей; прием заявок – с 06.11.2022 по 10.12.2022.

В объявлении управляющий указал, что участок подтопляемый и не разработанный, дом «некондикционный» (не пригоден для проживания).

Из представленных управляющим документов следует, что в отношении данного имущества подано 270 предложений о цене, в результате которых начальная стоимость в 35 099 рублей выросла до 507 180,55 рублей.

Победителем торгов признан ФИО1, от имени которого в торгах участвовал его агент – ООО «Аукционный брокер» на основании договора от 28.11.2022 № 288А.

В протоколе о результатах торгов от 10.12.2022 № 148449 финансовый управляющий указал, что как организатор торгов он не предоставляет по запросу документы и иные материалы, не организовывает ознакомление и не дает пояснений относительно имущества, его статуса и состояния. Имеется потенциальный риск оспаривания сделки купли-продажи супругой должника.

С ФИО1 заключен договор купли-продажи от 12.12.2022, цена договора составила 507 180,55 рублей. Факт внесения имущества в конкурсную массу не оспаривается, равно как и факт регистрации спорного имущества за новым собственником.

Оспаривая торги имуществом должника, ФИО3 сослался на существенное занижение стоимости имущества; факт продажи объектов, которые должнику не принадлежат; приобретение имущества по заниженной стоимости; результаты признания сделки недействительной (постановление от 14.03.2024); отсутствие публикации сведений о торгах в газете «Коммерсантъ».

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 АПК РФ, руководствуясь статьями 302, 448, 449 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

При этом срок на оспаривание торгов восстановлен, поскольку постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда об отказе в признании сделки недействительной принято 14.03.2024.

Указав на то, что сделка признана недействительной после того, как состоялись торги, суд первой инстанции посчитал, что управляющий действовал правомерно; оснований для поворота исполнения судебного акта суд первой инстанции не усмотрел; довод о заниженной цене продажи отклонен со ссылкой на то, что оценка имущества не оспорена; статья 302 ГК РФ упомянута судом первой инстанции без приведения мотивов ее толкования и применения по отношению к предмету спора.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться в полной мере с принятым судебным актом.

Порядок проведения обязательных торгов в процедуре банкротства регламентирован положениями ГК РФ, Законом о банкротстве и Порядком № 495 (Приказ Минэкономразвития России от 23.07.2015 № 495).

В соответствии с пунктом 5 статьи 18.1 Закона о банкротстве в качестве организатора торгов выступает арбитражный управляющий или привлекаемая им для этих целей специализированная организация.

В пункте 2.6 Порядка № 495 предусмотрено, что зарегистрированным на электронной площадке лицам присваивается статус организатора торгов, участника торгов.

В силу пункта 8 статьи 110 Закона о банкротстве организатор торгов выполняет следующие функции, а именно: опубликовывает и размещает сообщение о продаже предприятия и сообщение о результатах проведения торгов; принимает заявки на участие в торгах, предложения о цене предприятия; определяет участников торгов; осуществляет проведение торгов в случае использования открытой формы представления предложений о цене предприятия; определяет победителя торгов и подписывает протокол о результатах проведения торгов; уведомляет заявителей и участников торгов о результатах проведения торгов.

Согласно пункту 1 статьи 449 ГК РФ торги, проведенные с нарушением правил, установленных законом, могут быть признаны судом недействительными по иску заинтересованного лица.

По смыслу разъяснений, изложенных в пункте 71 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» (далее – постановление Пленума № 50), нарушения, допущенные организатором публичных торгов, признаются существенными, если с учетом конкретных обстоятельств дела судом будет установлено, что они повлияли на результаты публичных торгов (в частности, на формирование стоимости реализованного имущества и на определение победителя торгов) и привели к ущемлению прав и законных интересов истца.

При этом основанием для признания торгов недействительными может служить не всякое нарушение, а лишь имеющее существенное влияние на результаты торгов и находящееся в причинной связи с ущемлением прав и законных интересов заявителя (пункт 5 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2005 № 101 «Обзор практики разрешения арбитражными судами дел, связанных с признанием недействительными публичных торгов, проводимых в рамках исполнительного производства»).

В соответствии со статьей 447 ГК РФ договор может быть заключен путем проведения торгов в форме аукциона, конкурса или в иной форме, предусмотренной законом. Выигравшим торги на аукционе признается лицо, предложившее наиболее высокую цену, а по конкурсу - лицо, которое по заключению конкурсной комиссии, заранее назначенной организатором торгов, предложило лучшие условия. Форма торгов определяется собственником продаваемой вещи или обладателем реализуемого имущественного права, если иное не предусмотрено законом.

В пункте 71 постановления Пленума № 50 указано, что приведенный в пункте 1 статьи 449 ГК РФ перечень оснований для признания публичных торгов недействительными не является исчерпывающим. Такими основаниями могут быть, в частности, публикация информации о проведении публичных торгов в ненадлежащем периодическом издании (с учетом объема тиража, территории распространения, доступности издания); нарушение сроков публикации и полноты информации о времени, месте и форме публичных торгов, их предмете, о существующих обременениях продаваемого имущества и порядке проведения публичных торгов, в том числе об оформлении участия в них, определении лица,

выигравшего публичные торги, а также сведений о начальной цене (пункт 2 статьи 448 ГК РФ); необоснованное недопущение к участию в публичных торгах; продолжение публичных торгов, несмотря на поступившее от судебного пристава-исполнителя сообщение о прекращении обращения взыскания на имущество.

Рассмотрение организатором торгов представленной заявки на участие в торгах и принятие решения о допуске заявителя к участию в торгах осуществляются в порядке, установленном статьей 110 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 12 статьи 110 Закона о банкротстве решение организатора торгов о допуске заявителей к участию в торгах принимается по результатам рассмотрения представленных заявок на участие в торгах и оформляется протоколом об определении участников торгов.

В данном деле ФИО3 не представлено допустимых и достаточных доказательств и объяснений (в соответствии с приведенным правовым регулированием) для признания торгов недействительными.

Занижение начальной стоимости объекта продажи налицо. Финансовым управляющий не приведено разумных доводов и объяснений тому, каким образом последний проводил оценку имущества, которое как минимум в 20 раз выше определенной им стоимости в 35 099 рублей.

Результаты торгов, в рамках которых приняли участие 12 лиц, подавших 270 предложений о цене, подтверждают, что имущество пользовалось повышенным спросом и не могло быть выставлено по столь заниженной стоимости.

Вместе с тем, поведение (действия) финансового управляющего, которым уже опосредованно давалась оценка при рассмотрении апелляционной жалобы ФИО3 на определение суда первой инстанции от 06.06.2022, не являются предметом настоящего спора и на действительность торгов не влияют.

Торги имуществом должника состоялись в условиях конкурентной борьбы, нарушений в проведении торгов не допущено.

Доводы апеллянта о необходимости публикации сообщения о торгах в газете «Коммерсантъ» являются заблуждением с учетом положений пункта 1 статьи 213.7 Закона о банкротстве (при банкротстве гражданина сведения о проведении торгов опубликовываются путем их включения в ЕФРСБ и не подлежат опубликованию в официальном издании, за исключением сведений о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов, а также о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина).

Ссылки апеллянта на то, что ФИО1 приобрел имущество на торгах по существенно заниженной цене, а значит, действовал недобросовестно, не соответствуют собранным по делу доказательствам: ФИО1 принял участие в торгах с имуществом с начальной стоимостью 35 099 рублей, предложив цену 507 180,55 рублей. Победитель не может нести ответственность за действия организатора торгов, который изначально выставил имущество по существенно заниженной стоимости. Доказательств сговора финансового управляющего с ФИО1 и (или) иными участниками торгов не представлено.

Вместе с тем, в сложившейся ситуации ФИО5, который уклоняется от участия в деле о банкротстве, дважды получил стоимость от продажи одного и того объекта – сначала от ФИО3 740 000 рублей (через депозит нотариуса), а затем от ФИО1 – путем продажи имущества, которое ему не принадлежит, на торгах – 507 180,55 рублей.

При попустительстве финансового управляющего, который заявил о признании сделки недействительной, а также формальном подходе суда при

рассмотрении заявления о признании сделки недействительной добросовестный собственник земельного участка с расположенным на нем домом, каким является ФИО3, вопреки своей воле лишился права собственности на указанные объекты.

Ссылаясь на положения статьи 302 ГК РФ, суд первой инстанции не привел в обжалуемом судебном акте мотивов, по которым отклонил доводы ФИО3 об истребовании имущества из чужого незаконного владения.

Данный способ восстановления нарушенного права носит самостоятельный характер и не связан с признанием торгов недействительными.

Как следует из положений статьей 301, 302 ГК РФ, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения; если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

По смыслу пункта 1 статьи 302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли (пункта 39 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», далее – постановление № 10/22).

В данном случае, несмотря на то, что имущество возмездно приобретено ФИО1 на открытых торгах, ФИО5 (от имени которого финансовый управляющий заключил договор) не имел права его отчуждать, так как реальным собственником имущества не являлся.

В свою очередь, ФИО3 согласия на продажу имущества не давал, о признании сделки недействительной не знал и предпринял все возможные от него действия для возврата имущества себе, в том числе дважды обжаловал судебные акты о завершении процедуры реализации имущества (на чем настаивал финансовый управляющий в период рассмотрения настоящего спора).

Имущество выбыло вопреки воле собственника и без его ведома.

ФИО3 в гражданско-правовые отношения с ФИО1 не вступал и не имеет возможности предъявить к нему требования о возврате имущества, о расторжении договора и приведении сторон в первоначальное положение.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 35 постановления № 10/22, если имущество отчуждено лицом, которое не имело на это права, собственник может обратиться с иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 ГК РФ). Если в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 ГК РФ.

Права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного пунктами 1 и 2 статьи 167

ГК РФ. Такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются предусмотренные статьи 302 ГК РФ основания, которые дают право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя (безвозмездность приобретения имущества добросовестным приобретателем, выбытие имущества из владения собственника помимо его воли и др.).

Иное толкование положений пунктов 1 и 2 статьи 167 ГК РФ означало бы, что собственник может прибегнуть к такому способу защиты, как признание всех совершенных сделок по отчуждению его имущества недействительными, т.е. требовать возврата, полученного в натуре не только по одной (первой) сделке, совершенной с нарушением закона, но и по последующим (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделкам, когда спорное имущество было приобретено добросовестным приобретателем. Тем самым нарушались бы вытекающие из Конституции РФ установленные законодателем гарантии защиты прав и законных интересов добросовестного приобретателя.

Таким образом, возврат имущества ФИО3 посредством признания договора купли-продажи с ФИО1, в данном случае не допустим.

Поворот исполнения судебного акта (определения от 06.06.2022) в настоящее время также невозможен, поскольку в правоотношения со спорным имуществом вступило третье лицо – ФИО1, который стороной в споре № А56-40126/2021/сд.2 (истцом или ответчиком по судебному акту от 06.06.2022) не являлся.

Исходя из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 16.02.2012 № 348-О-О, положение части 1 статьи 325 АПК РФ, как устраняющее последствия вынесения арбитражным судом неправильного судебного акта и тем самым направленное на защиту прав ответчика, пострадавшего вследствие предъявления к нему необоснованного требования, не может считаться нарушающим конституционные права лиц, участвующих в производстве, осуществляемом арбитражными судами.

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в пункте 48 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.11.2019, институт поворота исполнения судебного акта предназначен для исправления допущенных в ходе разбирательства судебных ошибок и предусматривает возможность возвращения ответчику всего того, что было с него взыскано в пользу истца по отмененному впоследствии судебному акту. Вынесение судом судебного акта об отмене исполненных судебных актов лишает их юридической силы - правовые последствия не возникают, а потому должно произойти восстановление имущественного положения стороны судебного разбирательства, с которой произведено взыскание.

Таким образом, поворот исполнения имеет целью восстановление посредством судебного вмешательства прав ответчика, нарушенных исполнением впоследствии утратившего силу судебного акта о взыскании.

Вместе с тем, суд не может подходить формально к вопросу о повороте исполнения судебного акта, механически восстанавливая утраченное правовое положение, без учета общих правовых принципов, на которых основано как процессуальное, так и материальное право, таких как: право на справедливое судебное разбирательство, включающее право на доступ к правосудию; принципы законности, равенства всех перед законом и судом; принцип состязательности; а также право на уважение собственности. (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.05.2015 по делу № 305-ЭС15-1030 по делу № А40-43320/2011).

В результате признания сделки недействительной 06.06.2022 право собственности на спорное имущество возвращено ФИО5 (произведена запись в Едином государственном реестре прав на недвижимости на основании судебного акта).

Поскольку к моменту отмены судебного акта, по которому состоялось исполнение (внесена запись в ЕГРН), имущество продано третьему лицу (в ЕГРН собственником уже числится ФИО1), то поворот исполнения невозможен ввиду нарушения прав и законных интересов нового приобретателя.

Иными словами ФИО3 вправе защитить свои права и законные интересы только посредством виндикации имущества у добросовестного приобретателя, коим является ФИО1, поскольку условия для истребования имущества из чужого незаконного владения присутствуют:

- ФИО3 являлся собственником спорного имущества;

- объекты выбыли из собственности не по воле ФИО3;

- объектами владеет ФИО1 (числится собственником в ЕГРН).

Доводы финансового управляющего о невозможности виндикации с учетом положений пункта 7.3 статьи 18 Федерального закона от 21.11.2011 № 325-ФЗ «Об организованных торгах» подлежат отклонению, поскольку действие данного закона не распространяются на торги по реализации имущества (объектов недвижимости в данном случае) в деле о банкротстве гражданина.

Права и законные интересы ФИО1, принявшего участие в торгах имуществом банкрота (рисковая деятельность), могут быть защищены путем предъявления требований к ФИО5, финансовому управляющему. Апелляционный суд также отмечает, что выставляя имущество на торги, финансовый управляющий указал в объявлении, что пояснений предмету продажи не дает и имеется риск оспаривания договора.

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце втором пункта 52 постановления № 10/22, оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП.

Таким образом, судебный акт об истребовании имущества из чужого незаконного владения является самостоятельным основанием для внесения записи в ЕГРН.

Обжалуемый судебный акт подлежит отмене в части отказа в удовлетворении виндикационных требований ФИО3 к ФИО1 с принятием иного решения в указанной части: спорное имущество надлежит истребовать в пользу собственника.

В остальной части (отказ в признании торгов и договора по их итогам недействительными; отказ удовлетворении заявления о повороте судебного акта) судебный акт надлежит оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО3 без удовлетворения.

Доводы ФИО1, озвученные его представителем в судебном заседании о неподсудности спора арбитражному суду, надлежит отклонить. Спор с имуществом ФИО3 связан с делом о банкротстве ФИО5; судебный акт, в результате которого имущество выбыло из собственности ФИО3 принят в деле о банкротстве, незаконность судебного акта установлена арбитражным апелляционным судом при привлечении к участию в

деле в качестве третьего лица ФИО1; заявление о повороте исполнения судебного акта и признании торгов недействительными могло быть рассмотрено только в деле о банкротстве должника, а предъявление виндикационного иска к ФИО1 в данном случае является одним из способов защиты, который тесно связан с фактическими обстоятельствами, установленными в настоящем деле о банкротстве. В данной конкретной ситуации суд апелляционной инстанции не усматривает нарушения правил о подведомственности спора, полагая возможным разрешение соответствующих требований, связанных с объектом торгов, арбитражным судом.

В соответствии с частью 3 статьи 271 АПК РФ в постановлении арбитражного суда апелляционной инстанции указывается на распределение судебных расходов, в том числе расходов, понесенных в связи с подачей апелляционной жалобы.

В силу статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.10.2025 по обособленному спору № А56-40126/2021/сд.2 отменить в части, принять в указанной части новый судебный акт.

Истребовать из чужого незаконного владения ФИО1 в собственность ФИО3 земельный участок с кадастровым номером 47:27:0112001:188, находящийся по адресу: Ленинградская область, Киришский муниципальный район, Глажевское сельское поселение, д. Грабково, с расположенным на нем домом площадью 15,4 кв.м с кадастровым номером 47:27:0000000:19370.

Внести в ЕГРН соответствующие записи о прекращении права собственности ФИО1 на земельный участок с кадастровым номером 47:27:01-12-001:0188, находящийся по адресу: Ленинградская область, Киришский муниципальный район, Глажевское сельское поселение, д. Грабково, и расположенный на нем дом площадью 15,4 кв.м с кадастровым номером 47:27:0000000:19370, и о восстановлении записи о праве собственности ФИО3 на указанное имущество.

В остальной части судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО3 10 000 рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение спора в суде апелляционной инстанции.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия

Председательствующий	 М.В. Тарасова

Судьи	 Н.А. Морозова

А.В. Радченко