АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

Нижний Новгород

Дело № А82-1190/2017

06 ноября 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 29.10.2019.

Постановление в полном объеме изготовлено 06.11.2019.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Ионычевой С.В.,

судей Елисеевой Е.В., Прытковой В.П.

при участии представителей 

конкурсного управляющего акционерного общества «Булгар банк» – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»: 

ФИО1 по доверенности от 08.10.2018 (после перерыва не явился),

ФИО2 по доверенности от 27.03.2019 (после перерыва не явился),

ФИО3 по доверенности от 28.12.2018 № 77АГ0116484  (участвовал в судебном заседании после перерыва),

от ФИО4: ФИО5 по доверенности от 02.03.2018 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу 

конкурсного управляющего акционерного общества «Булгар банк» в лице Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»

на определение Арбитражного суда Ярославской области от 21.02.2019 и 

на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 04.07.2019,

по делу № А82-1190/2017,

по заявлению конкурсного управляющего 

акционерного общества «Булгар банк» 

(ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

в лице Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» 

к ФИО4 

о признании сделок недействительными сделками и

о применении последствий их недействительности

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) 

акционерного общества «Булгар банк»

и ус т а н о в и л : 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Булгар банк» (далее – АО «Булгар банк», Банк, должник) в Арбитражный суд Ярославской области обратился конкурсный управляющий должника – Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» (далее – Агентство) с заявлением о признании недействительными сделками банковских операций по выдаче денежных средств ФИО4 22.12.2016 в размере 2 624 500 рублей и 27.12.2016 в размере 130 184 рублей 48 копеек, а также о применении последствий недействительности сделок. 

Требование конкурсного управляющего основано на статьях 61.3 и 189.40 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»                (далее – Закон о банкротстве).

Суд первой инстанции определением от 21.02.2019, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 04.07.2019, отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего. При этом суды руководствовались статьями 61.1, 61.2, 61.3, 61.4 (пункт 2), 189.40, 189.90 и 189.92 Закона о банкротстве, статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и пунктами 1, 4, 11 и 35.3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), и исходили из недоказанности обстоятельств, позволяющих признать сделки недействительными.

Не согласившись с принятыми судебными актами, Агентство  обратилось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение от 21.02.2019 и постановление от 27.06.2019 и удовлетворить заявленные требования.

В обоснование кассационной жалобы конкурсный управляющий указал на неприменение судами пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, подлежавшего применению, а также на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела.                              Как полагает Агентство, ФИО4 является аффилированным по отношению к должнику лицом по смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве и подпунктов                     7, 8 пункта 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции), поскольку приходится отцом председателю Правления Банка ФИО6 Кроме того, супруга ФИО6 - ФИО7 в период с 01.04.2011 по 20.01.2017 занимала должность заместителя начальника отдела валютного контроля банка. Соответственно, ФИО4 располагал недоступной другим клиентам банка информацией о финансовом состоянии кредитной организации и имела возможность снять денежные средства до даты формирования картотеки неисполненных платежей, что в будущем и повлекло за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами. Изложенные факты, по мнению Агентства, также свидетельствуют о наличии оснований для применения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. На дату закрытия реестра требований кредиторов размер установленных требований кредиторов первой очереди составлял 1 805 275 000 рублей. Наличие включенной в реестр требований кредиторов Банка задолженности перед его клиентами и вкладчиками, по мнению заявителя, свидетельствует о преимущественном удовлетворении требований ФИО4, как одного из кредиторов. Кроме того ответчиком не представлено разумных экономических причин досрочного расторжения договора банковского вклада и снятия всех денежных средств за несколько дней до отзыва у должника лицензии.

Суд округа определением от 30.09.2019 отложил рассмотрение кассационной жалобы до 22.10.2019.

В судебном заседании 22.10.2019 в порядке, предусмотренном в статье 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, объявлялся перерыв                 до 29.10.2019.

Представители Агентства в судебном заседании окружного суда поддержали доводы, изложенные в кассационной жалобе, и пояснили, что при обращении с заявлением                        об оспаривании сделок конкурсный управляющий ссылался на презумпции, изложенные в подпункте 2 пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве, в соответствии с которыми спорные банковские операции по выдаче наличных денежных средств вышли за пределы обычной хозяйственной деятельности ввиду заинтересованности, однако, данное обстоятельство судами первой и апелляционной инстанций проверено не было.

ФИО4 в отзыве и его представитель в судебном заседании отклонили доводы конкурсного управляющего, указав на законность и обоснованность принятых по настоящему обособленному спору судебных актов.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность определения Арбитражного суда Ярославской области от 21.02.2019 и постановления Второго арбитражного апелляционного суда от 04.07.2019                                       № А82-1190/2017 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, ФИО4 (вкладчик) и АО «Булгар банк» (банк) заключили договор банковского вклада «Перспективный-12» от 18.12.2014                       № ПЕР12000000909, по условиям которого вкладчик передает, а банк принимает во вклад денежные средства вкладчика на срок 5 лет под 20 процентов годовых, и обязуется возвратить сумму вклада и начисленные на нее проценты (доход по вкладу) в порядке и на условиях, определенных настоящим договором.

Дата возврата денежных средств определена пунктом 1.4 договора – 17.12.2017.

Согласно пунктам 2.3.1 и 2.1.4 Банк обязался выдать вклад по первому требованию вкладчика, в случае если сумма досрочного снятия денежных средств с вклада превышает сумму 100 000 рублей, вкладчик обязуется сделать заказ за сутки до снятия наличных денежных средств по вкладу, за исключением снятия денежных средств в срок, указанный в пункте 1.1 договора. 

По данному договору ФИО4 выданы денежных средств 22.12.2016 в размере 2 624 500 рублей и 27.12.2016 в размере 130 184 рубля 48 копеек. Остаток по счету составил 0 рублей.

Приказами Центрального Банка Российской Федерации от 16.01.2017 № ОД-73                   и № ОД-74 у АО «Булгар банк» отозвана лицензия, назначена временная администрация по управлению банком. 

Определением от 01.02.2017 Арбитражный суд Ярославской области возбудил дело    о банкротстве АО «Булгар банк»; решением от 02.03.2017 признал Банк несостоятельным (банкротом), возложив функции конкурсного управляющего должника на Агентство.

Посчитав, что банковские операции по выдаче наличных денежных средств совершены в целях причинения вреда имущественным интересам кредиторов должника и привели к оказанию предпочтения ФИО4, как одному из кредиторов Банка, Агентство оспорило данные выплаты на основании пункта 2 статьи 61.3 и статьи 189.40 Закона о банкротстве.

Отказав в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, суды исходили из отсутствия в материалах дела бесспорных доказательств того, что спорная сделка по выдаче денежных средств совершена минуя календарную очередность находящихся в очереди на оплату Банком платежных требований о выдаче наличных денежных средств иных клиентов. Спорные сделки совершены в соответствии с условиями договора банковского вклада. Получение наличных денежных средств осуществлено клиентом банка - физическим лицом в отсутствие прямого запрета Центрального Банка Российской Федерации на выдачу денежных средств по вкладам физических лиц.

Между тем суды не учли следующее.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 61.3 и статьей 189.40 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора в течение одного месяца до даты назначения Банком России временной администрации по управлению кредитной организацией, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения в удовлетворении требований этого кредитора перед другими кредиторами.

По общему правилу, ответчик по заявлению о признании предпочтительной сделки недействительной имеет право возражать по мотиву совершения данной сделки в рамках обычной хозяйственной деятельности (пункт 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве).

Особенность же оспаривания сделок при банкротстве кредитных организаций заключается в том, что помимо признаков предпочтения, обязанность доказать выход сделки за пределы обычной хозяйственной деятельности (нетипичность сделки) по общему правилу изначально возлагается на истца, в рассматриваемом случае – на конкурсного управляющего (пункт 4 статьи 189.40 Закона о банкротстве).

Такое регулирование обусловлено тем, что появление у банка в предбанкротный период финансовых затруднений не исключает возможности осуществления                                до определенного момента обычной хозяйственной деятельности. При этом на стороне ответчика, являющегося контрагентом банка, всегда будут возникать объективные сложности в представлении доказательств, подтверждающих соответствующий критический момент приостановки операций из-за недостатка ликвидности.

Вместе с тем согласно пункту 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве предполагается (пока не доказано иное), что сделка вышла за пределы обычной хозяйственной деятельности при наличии хотя бы одного из следующих условий:

1) оспариваемый платеж был осуществлен кредитной организацией через корреспондентский счет (субсчет) с нарушением очередности, установленной Гражданским кодексом Российской Федерации, при наличии других распоряжений клиентов, номинированных в той же валюте и не исполненных в срок из-за недостаточности денежных средств на указанном корреспондентском счете (субсчете) этой кредитной организации, либо если доказано, что клиент, осуществивший оспариваемый платеж, или получатель платежа знал о наличии других таких неисполненных распоряжений по иному корреспондентскому счету (субсчету) этой кредитной организации;

2) клиент или получатель платежа является заинтересованным либо контролирующим лицом по отношению к кредитной организации;

3) назначение либо размер оспариваемого платежа существенно отличается от ранее осуществленных клиентом платежей с учетом его предшествующих отношений                               с кредитной организацией, и клиент не может представить разумные убедительные обоснования этого платежа, и размер платежа или совокупность платежей клиента, совершенных в течение одного операционного дня, превысили один миллион рублей, а для платежей, совершенных в иностранной валюте, превысили сумму, эквивалентную одному миллиону рублей по курсу Центрального банка Российской Федерации, установленному на дату платежа. 

Предусмотренные в пункте 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве презумпции выхода сделки за пределы обычной хозяйственной деятельности являются опровержимыми. Бремя доказывания совокупности условий, составляющих любую из презумпций, лежит на оспаривающем сделку лице. Бремя опровержения данных презумпций и доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки.

При рассмотрении вопроса о выходе сделок за пределы обычной хозяйственной деятельности суды исследовали данное обстоятельство лишь применительно к презумпции, изложенной в подпункте 1 пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве, согласно которой предполагается (пока не доказано иное), что сделка вышла за пределы обычной хозяйственной деятельности, если оспариваемый платеж был осуществлен кредитной организацией через корреспондентский счет (субсчет) с нарушением очередности, установленной Гражданским кодексом Российской Федерации, при наличии других распоряжений клиентов, номинированных в той же валюте и не исполненных в срок из-за недостаточности денежных средств на указанном корреспондентском счете (субсчете) этой кредитной организации.

Вместе с тем, оспаривая сделки по выдаче денежных средств ФИО4, Агентство указало на иную презумпцию, изложенную в подпункте 2 пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве, а именно, на заинтересованность указанного лица по отношению к должнику.

Возражая против заявленных конкурсным управляющим требований       ФИО4, в свою очередь, приводил доводы, направленные на опровержение его заинтересованности по отношению к Банку: указывал на прекращение его сыном полномочий председателя Правления АО «Булгар банк» ФИО6 02.06.2016; с момента прекращения его трудовой деятельности до снятия денежных средств прошло более шести месяцев. Его супруга ФИО7 перестала быть держателем акций еще раньше – 16.03.2016 и, помимо прочего, являлась миноритарным акционером и имела доступ лишь к информации, доводимой до сведения акционеров на ежегодных общих собраниях. На момент снятия спорных сумм его сын не исполнял обязанностей председателя Правления банка и не располагал сведениями о его финансовом положении. В любом случае спорные операции являлись для него обычными: снятие денежных средств и пополнение своего вклада носило периодический характер, имело экономическую основу и приносило клиенту банка выгоду. Кроме того, снятие денежных средств в результате спорных банковских операций являлось для него экономически целесообразным, поскольку денежные средства были направлены на текущий ремонт дома. Также ФИО4 указал на заблаговременную подачу заявления на снятие наличных денежных средств (16.12.2016), как этого требовали условия договора банковского вклада.

Однако суды в нарушение статей 15 и 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не исследовали ни доводы конкурсного управляющего, ни возражения ФИО4 и не дали им оценки.

В соответствии с пунктом 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве предполагается, что сделка вышла за пределы обычной хозяйственной деятельности, если клиент является заинтересованным либо контролирующим лицом по отношению к кредитной организации.

Как следует из материалов дела, полномочия председателя Правления АО «Булгар банк» ФИО6 прекращены 02.06.2016, то есть в пределах года до даты назначения временной администрации. Таким образом он являлся заинтересованным по отношению к должнику лицом на основании положений пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве. При этом в пункте 1 упомянутой статьи предусмотрено, что заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются лица, которые в соответствии с Законом о защите конкуренции входят в одну группу лиц с должником (согласно пункту 7 части 1 статьи 9 названного Федерального закона, группой лиц признаются физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры; к группе лиц также причисляются лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку). Таким образом ФИО4, являясь отцом ФИО6, также является заинтересованным по отношению к Банку лицом на основании пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве. 

При таких обстоятельствах существенное значение для разрешения спора имел вопрос об осведомленности ФИО4 о финансовом состоянии Банка в момент совершения сделок, с учетом доводов Агентства о статусе клиента, а также возражений самого ФИО4 о периодическом характере совершения подобных операций, а также об экономической обоснованности снятия денежных средств. Указанные обстоятельства отсутствовали бы в случае осведомленности клиента о предстоящем банкротстве АО «Булгар банк». Случайное совпадение обстоятельств совершения сделки будет свидетельствовать в пользу ее обычности.

В связи с невыяснением судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств, имеющих значение для принятия правильного судебного акта, определение от 21.02.2019 и постановление от 04.07.2019 в силу части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отмене.

Для принятия обоснованного и законного судебного акта требуются исследование и оценка представленных в материалы дела доказательств, установление всех имеющих значение для дела обстоятельств, что невозможно в арбитражном суде кассационной инстанции в силу его полномочий, поэтому дело в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует устранить допущенные нарушения, установить все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, дать надлежащую правовую оценку доводам конкурсного управляющего и ФИО4 и на основе всесторонней оценки представленных доказательств по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принять законный и обоснованный судебный акт.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил. 

Разрешение вопроса о распределении расходов по государственной пошлине по кассационной жалобе следует поручить суду первой инстанции, поскольку на основании пункта 3 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при отмене судебного акта с передачей дела на новое рассмотрение вопрос о распределении судебных расходов разрешается арбитражным судом, вновь рассматривающим дело.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 3 части 1), 288 (часть 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа  

П О С Т А Н О В И Л :

отменить определение Арбитражного суда Ярославской области от 21.02.2019 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 04.07.2019 по делу № А82-1190/2017.

Направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ярославской области.

           Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

           Председательствующий

 

С.В. Ионычева

 Судьи

Е.В. Елисеева

В.П. Прыткова