ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

06.04.2021

Дело № А40-141987/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 30.03.2021 

Полный текст постановления изготовлен  06.04.2021

 

Арбитражный суд Московского округа 

в составе:

председательствующего-судьи Закутской С.А.,

судей: Зеньковой Е.Л., Михайловой Л.В., 

при участии в заседании: 

от ФИО1- ФИО2, по доверенности от 06 августа 2020 года;

от ФИО3 -ФИО4, по доверенности от 30 октября 2020 года;

от АО «Райффайзенбанк» - ФИО5, по доверенности со сроком действия до 30 декабря  2021 года;

от финансового управляющего ФИО6 – ФИО6, лично, паспорт;

рассмотрев 30.03.2021 в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы от 02.11.2020,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2021

о признании недействительной сделкой договора от 29.05.2015 купли-продажи ? доли в квартире с кадастровым номером 77:05:0004012:6093, заключенного между ФИО1 и ФИО3

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1, 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 21 августа 2018 года в отношении ФИО1 введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим утверждена ФИО6.

Финансовый управляющий должника обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании недействительной сделки - договора купли-продажи доли квартиры б/н, заключенного 29 мая 2015 года между ФИО1 и ФИО3, а также о применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 10 июля 2019 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 27 сентября 2019 года,  в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 11 декабря 2019 года определение Арбитражного суда города Москвы от 10 июля 2019 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 27 сентября 2019 года по делу № А40-141987/2017 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы, при этом суд кассационной инстанции указал, что суд первой инстанции пришел к выводу, что в удовлетворении требований следует отказать, поскольку п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве в данном случае не применим, а о применении ст. 10 ГК РФ финансовый управляющий не заявлял, однако, как следует из заявления финансового управляющего, в обоснование недействительности сделки он ссылался также на положения ст. 10, 168 ГК РФ и приводил сведения об обстоятельствах, которые, по его мнению, свидетельствуют о недействительности сделки в связи со злоупотреблением сторонами правом при ее заключении.

Также суд округа указал, что, как правильно указал суд апелляционной инстанции, диспозиции ст. 10 ГК РФ и п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве соотносятся между собой как общая и специальная и схожи по предмету доказывания, в связи с чем неправильное применение судом нормы права и рассмотрение требований в соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве вместо ст. 10 ГК РФ, не может служить основанием для отмены судебного акта, однако суд апелляционной инстанции не учел, что суд первой инстанции не рассмотрел требования ни на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, ни на основании ст. 10 ГК РФ, сославшись исключительно на невозможность применения в данном случае п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

При новом рассмотрении обособленного спора определением Арбитражного суда города Москвы от 02 ноября 2020 года признан недействительным договор купли-продажи доли квартиры б/н от 29 мая 2015 года, заключенный между ФИО1 и ФИО3, по продаже 1/4 доли в квартире с кадастровым номером 77:05:0004012:6093, общей площадью 72,1 кв. м, которая расположена по адресу: 

<

...>; применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО3 возвратить в конкурсную массу ФИО1 1/4 доли в квартире с кадастровым номером 77:05:0004012:6093, общей площадью 72,1 кв. м, которая расположена по адресу: 

<

...>, а также в виде восстановления права собственности должника на вышеуказанное имущество.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29 января 2021 года определение суда первой инстанции от 02 ноября 2020 года оставлено в силе.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ответчик обратился с кассационной жалобой в Арбитражный суд Московского округа, в которой просил определение суда первой и постановление суда апелляционной инстанций отменить и в удовлетворении заявления финансового управляющего отказать.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru. 

22 марта 2021 года в суд поступил отзыв финансового управляющего должника на кассационную жалобу, который в порядке ст. 279 АПК РФ приобщен к материалам дела.

Как следует из материалов дела, финансовый управляющий, оспаривая сделку должника, указал, что 29 мая 2015 года ФИО1 (Продавец) и ФИО3 (Покупатель) заключили договор купли-продажи доли квартиры, по условиям которого продавец продает покупателю, а покупатель приобретает в собственность 1/4 долю в квартире с кадастровым номером 77:05:0004012:6093, общей площадью 72,1 кв. м, расположенной по адресу: 

<

...>. Стоимость имущества оценена определена сторонами в размере 700 000 руб.

Заявитель сослался на то, что согласно отчету № 009-20 об оценке рыночной стоимости объекта оценки 1/4 доля в праве на жилое помещение -  квартиру, общей площадью 72,1 кв. м, по адресу: 

<

...>, выполненной ООО "Консалтинговое Бюро КРАТЪ», стоит  3 398 450 рублей.

По мнению финансового управляющего, сделка совершена в период неплатежеспособности должника и наличия у него кредиторской задолженности, при этом имущество было безвозмездно отчуждено в пользу заинтересованного лица по заниженной стоимости с целью уменьшения конкурсной массы, в связи с чем заключенный договор является недействительной сделкой, совершенной с нарушением положений п. 2 ст. 61.2 Закона банкротстве и ст. ст. 10, 168 ГК РФ.

Суды, признавая сделку недействительной на основании ст. 10 ГК РФ,  исходили из того, что в результате ее совершения должником совершены действия, направленные на безвозмездное отчуждение своего имущества в пользу заинтересованного лица с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Ответчик, оспаривая принятые судебные акты, сослался на то, что суд первой инстанции необоснованно не рассмотрел ходатайство об отказе в приобщении доказательств по делу, а суд апелляционной инстанции не дал оценки доводам ответчика, приведенным в апелляционной жалобе, в том числе, не оценил представленную ответчиком рецензию на Отчет №009-20, а также не назначил экспертизу по делу для подтверждения нерыночности условий сделки.

Также заявитель кассационной жалобы считает, что суды не приняли во внимание отсутствие у ФИО1 на момент совершения сделки просроченных обязательств, при том что обязательства должника возникли из договора поручительства.

Как полагает ответчик, в данном случае противоправный интерес при совершении сделки не доказан, при этом в результате ее совершения не произошло увеличение размера обязательств должника, а на возмездность сделки указано в тексте договора.

Представитель заявителя в судебном заседании поддержал доводы кассационной жалобы.

Представители АО «Райффайзенбанк», ФИО1 и финансового управляющего возражали по доводам кассационной жалобы.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав представителей лиц, явившихся в заседание, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

В силу пункта 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно п. 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания п. 1 ст. 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам, при этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В частности, в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" обращено внимание судов на то, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Согласно пункту 1 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

В настоящем случае судами установлено, что должником в пользу своей матери ФИО3 отчуждено имущество в период возбуждения судами производств по искам АО "Райффайзенбанк" о взыскании с ФИО1 задолженности по кредитным договорам.

В силу п. 3 ст. 213.6 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью гражданина понимается его неспособность удовлетворить в полном объеме требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей.

Если не доказано иное, гражданин предполагается неплатежеспособным, в частности, если гражданин прекратил расчеты с кредиторами, то есть перестал исполнять денежные обязательства и (или) обязанность по уплате обязательных платежей, срок исполнения которых наступил.

Вступившими в законную силу судебными актами, принятыми в рамках дела о банкротстве должника, установлено, что задолженность ФИО1 возникла на основании договора поручительства, заключенного между АО "Райффайзенбанк" и гр. ФИО1 в обеспечение исполнение обязательств ООО "Карбук" перед АО "Райффайзенбанк" по соглашению о предоставлении кредита в форме овердрафта от 28 мая 2014 года № SE0495/2MSK, при этом  должник являлся заинтересованным лицом по отношению к основному заемщику - ООО "Карбук" в силу ст. 19 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", так как являлся участником и генеральным директором общества (запись ГРН 1117746345452 от 29.04.2011).

Задолженность ООО "Карбук" и ФИО1 по кредитному соглашению № SE0495/2MSK от 28 мая 2014 года перед АО "Райффайзенбанк" по состоянию на 12 августа 2014 года составляла 2 068 501,54 рублей, из которых: 1 858 491,95 рублей - основной долг; 210 009,59 рублей - проценты за пользование кредитом, в связи с чем Банк обратился в Мещанский районный суд г. Москвы с исковым заявлением о взыскании солидарно с ООО "Карбук", ООО "Карбук+", ООО "Караван Торг", ООО "Вербер", ФИО1, ФИО7, ФИО8 (далее - Ответчики) задолженность по кредитному соглашению № SE0495/2MSK от 28 мая 2014 года в размере 2 068 501,54 рублей. 

В рамках дела № 2-17810/2015 между сторонами было заключено мировое соглашение, согласно которому ответчики признали задолженность в размере 1 856 055, 39 рублей, из которых: сумма основного долга - 1 719 093,49 рублей; сумма неустойки за период с 29.05.2015 по 14.12.2015 г. на сумму 136 961,90 рублей.

Поскольку мировое соглашение не было исполнено, Банк получил в Мещанском районном суде г. Москвы исполнительные листы, однако  задолженность перед АО "Райффайзенбанк" погашена не была и включена в реестр требований кредиторов ФИО1

Таким образом, как правильно указали суды, на момент совершения оспариваемой сделки ФИО1, являясь поручителем основного заемщика и его единственным учредителем, не мог не знать о неисполнении им обязательств в рамках кредитных соглашений и о наступлении обстоятельств, предусмотренных положениями ст. 361 ГК РФ.

Кроме того, вопреки доводам жалобы, обязательства по договору поручительства возникают с момента подписания договора, что соответствует позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 24.11.2015 N 89-КГ15-13, Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 19.07.2018 по делу N А40-168149/16.

Доказательств, что у ФИО1 имелось иное имущество и достаточность денежных средств для исполнения им обязательств в рамках принятых на себя обязательств по договору поручительства, в материалы дела не представлено, при этом, как правильно указали суды, ФИО3 как мать ФИО1 является заинтересованным лицом по отношению к должнику и должна была знать о финансовом положении сына.

Также суды установили, что надлежащих доказательств, подтверждающих возмездность сделки и наличие у покупателя финансовой возможности оплатить спорное имущество, в материалы дела не представлено.

В данном случае, как указали суды, ответчики не обосновали, почему в предбанкротный период должник, имеющий неисполненные кредитные обязательства, пренебрегая надлежащим и добросовестным исполнением обязательств перед своими кредиторами, предпочел отчуждать свое имущество в пользу заинтересованного лица - матери.

При таких обстоятельствах суды пришли к правомерному выводу, что  должником совершены действия, направленные на отчуждение своего имущества в пользу заинтересованного лица, на которое кредитор мог обратить взыскание для удовлетворения своих требований за счет его реализации, что причинило вред имущественным правам кредиторов и свидетельствует о недействительности сделки на основании ст.ст. 10, 168 ГК РФ.

Доводы заявителя о том, что суды не оценили представленную ответчиком рецензию на Отчет №009-20 об оценке спорного имущества,  а также не назначили экспертизу по делу для подтверждения нерыночности условий сделки, суд округа не может признать состоятельными, поскольку в соответствии со статьей 12 Федерального закона от 29.07.1998 N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" итоговая величина рыночной или иной стоимости объекта оценки, указанная в отчете, составленном по основаниям и в порядке, которые предусмотрены Законом об оценочной деятельности, признается достоверной и рекомендуемой для целей совершения сделки с объектом оценки, если в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, или в судебном порядке не установлено иное.

Достоверность отчета об оценке определяется выполнением его в соответствии с требованиями Закона об оценочной деятельности и федеральными стандартами оценки.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что оснований для непринятия выводов, содержащихся в заключении об оценке рыночной стоимости имущества, как и очевидного несоответствия заключения об оценке федеральным стандартам оценки, иным нормативно установленным правилам ее осуществления, не имеется, при этом судами обоснованно не была принята во внимание в качестве надлежащего допустимого доказательства по делу представленная рецензия специалиста на экспертное заключение, как не имеющая правового статуса, предусмотренного Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, поскольку отчет об оценке может быть опровергнут только иным отчетом об оценке, а не рецензией.

Ходатайство о назначении судебной экспертизы по делу ответчик не заявлял.

Вопреки доводам жалобы, нормами АПК РФ не предусмотрена подача ходатайства об отказе в приобщении доказательств по делу, такие возражения против приобщения заявляются устно в судебном заседании, при этом приобщение документов или отказ в таком приобщении осуществляется на усмотрение суда.

Доводы кассационной жалобы свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными судами обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку, тогда как переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суды при разрешении спора выяснили все обстоятельства, имеющие значение для дела, при этом выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, нормы материального права применены судами верно, в связи с чем оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 02 ноября 2020 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29 января 2021 года по делу № А40-141987/17 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                 С.А. Закутская 

 

Судьи:                                                                                             Л.В. Михайлова

 

Е.Л. Зенькова