1088/2024-43812(1) 

 

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной Сторожки, 12  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

   № 09АП-90757/2023

Дело № А40-236453/2021

г. Москва

01 марта 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 февраля 2024 года  Постановление в полном объеме изготовлено 01 марта 2024 года  

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Дурановского А.А., судей Нагаева Р.Г., Григорьева А.Н., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО «БВ  

Инвест» на определение Арбитражного суда города Москвы от 28.11.2023 по делу № А40236453/2021 об отказе в удовлетворении заявления ООО «БВ Инвест» о признании сделки  

недействительной (заинтересованное лицо с правами ответчика – ФИО2),  

вынесенное в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3  

(судья Пахомов Е.А.). 

В судебном заседании приняли участие представители: от ООО «БВ Инвест» -  ФИО4 (доверенность); от ФИО2 – ФИО5 (доверенность), ФИО6  (доверенность). Иные лица, участвующие в деле, о дате, времени и месте судебного  заседания извещены надлежащим образом (статьи 121-123 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации), в том числе публично, путём размещения соответствующей  информации на официальном сайте арбитражных судов в информационно-телекоммуникационной сети Интернет («kad.arbitr.ru»), явку представителей в судебное  заседание не обеспечили. В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее также – АПК РФ) дело рассмотрено  арбитражным судом апелляционной инстанции в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 01.12.2021 принято к  производству заявление о признании несостоятельным ФИО3  

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 19.01.2022 ФИО3  (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения с. Кудринцы Борщевского района  Тернопольской области) признан несостоятельным (банкротом). В отношении должника  открыта процедура реализации имущества должника. Финансовым управляющим должника  утверждена ФИО7 (член Ассоциации СРО «МЦПУ»). Сообщение о  введении процедуры реализации имущества опубликовано в газете «Коммерсантъ» за  номером 77232429435 на сайте 28.01.2022, в печатной версии — 29.01.2022.  

В мае 2023 года общество «БВ Инвест» обратилось в Арбитражный суд города  Москвы с заявлением о признании недействительной сделкой договора купли-продажи  имущества от 09.12.2017, заключенного между ФИО3 и ФИО2,  о применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу  

должника денежных средств, полученных по указанному договору купли-продажи.  

Определением арбитражного суда первой инстанции от 28.11.2023 (резолютивная  часть от 20.11.2023) в удовлетворении заявления общества «БВ Инвест» о признании  недействительным договора купли-продажи от 09.12.2017 отказано.  

Общество «БВ Инвест», не согласившись с определением суда первой инстанции от  28.11.2023, обратилось в апелляционный суд с жалобой. По мнению общества «БВ Инвест»,  на момент заключения договора, активов компаний должника не хватало для удовлетворения  требований кредиторов.  

Тот А.Ю. представил письменный отзыв. Процессуальный документ, с учетом мнения  представителей лиц, участвующих в деле, приобщён к материалам дела (ст. 262 АПК РФ).  

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель общества «БВ  Инвест» доводы и требования, изложенные в апелляционной жалобе, поддержал. В свою  очередь, представители ФИО2 против удовлетворения жалобы возражали, полагая  судебный акт не подлежащим отмене либо изменению.  

Законность и обоснованность судебного акта проверены Девятым арбитражным  апелляционным судом в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Как следует из материалов обособленного спора, 09.12.2017 года между ФИО3 и ФИО2, заключен договор купли-продажи,  по которому должник продал следующие квартиры:  

- помещение с кадастровым номером: 50:20:0020109:3390, расположенное по адресу:  МО, 

<

...> , общей площадью  92,3 кв.м.;  

- помещение с кадастровым номером: 50:20:0020109:3338, расположенное но адресу:  МО, 

<

...> , общей площадью  48,5 кв.м.;  

- помещение с кадастровым номером: 50:20:0020109:3133, расположенное по адресу:  МО, 

<

...> , общей площадью  79,7 кв.м.:  

- помещение с кадастровым номером: 50:20:0020109:3187, расположенное по адресу;  МО, 

<

...> , общей площадью  51,4 кв.м.;  

- помещение с кадастровым номером: 50:20:0020109:3221, расположенное по адресу:  МО, 

<

...>, общей площадью  82,7 кв.м..  

Требование ООО «БВ-Инвест» признано обоснованным и включено в реестр  требований кредиторов 30.03.2022.  

Конкурсным управляющим ООО «БВ-Инвест» в Федеральной службе регистрации  кадастра и картографии запрошены сведения об имуществе ФИО3 22.09.2022 получена  Выписка из ЕГРН, которые содержат сведения об оспариваемой сделке. 27.04.2023  конкурсным управляющим запрошены материалы реестрового дела по вышеуказанным  объектам недвижимости.28.04.2023 в адрес конкурсного управляющего ООО «БВ-Инвест  направлено решение об отказе в предоставлении запрашиваемых сведений из ЕГРН.  

Конкурсному управляющему стало известно о наличии оспариваемого договора  22.09.2022, после получения выписки из ЕГРН.  

Отказывая в удовлетворении заявления общества «БВ Инвест», арбитражный суд  первой инстанции пришел к выводу о том, что на момент заключения указанного договора у  ФИО3 отсутствовали неисполненные обязательства пред кредиторами, из чего  усматривается, что злоупотребление правом в форме заключения договора исключительно с  целью нанесения имущественного вреда кредиторам невозможно.  

Арбитражный суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев обособленный  спор в порядке, предусмотренном статьями 268, 269 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы  

апелляционной жалобы, не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого  судебного акта.  

Согласно пункту 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее также – Закон о банкротстве, Закон о  несостоятельности) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе  индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с  особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.  

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации (далее – АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются  арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим кодексом, с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности  (банкротства) (часть 1). Определения, которые выносятся арбитражным судом при  рассмотрении дел о несостоятельности (банкротстве) и обжалование которых предусмотрено  настоящим кодексом и иными федеральными законами, регулирующими вопросы  несостоятельности (банкротства), отдельно от судебного акта, которым заканчивается  рассмотрение дела по существу, могут быть обжалованы в арбитражный суд апелляционной  инстанции в течение десяти дней со дня их вынесения (часть 3).  

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником  или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в  соответствии с Гражданским кодексом: Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по  основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.  

По общему правилу сделки должника совершенные в период подозрительности могут  быть оспорены в соответствии со ст.-ст. 61.2- 61.3 ФЗ «О несостоятельности(банкротстве)».  

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат  применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В  частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений  статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального  основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому  основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).  

В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к  нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в  частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника  третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.  

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания  для оспаривания сделки, совершенной должником - банкротом в целях причинения вреда  имущественным правам кредиторов.  

Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной  по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие  установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов,  осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения  сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон  обособленного спора.  

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а  также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев  подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки,  составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о  признании должника банкротом.  

Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной  или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием  для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9  Закона о банкротстве, пункт 32 постановления от 23.12.2010 № 63).  

Законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки,  

причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК  РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что  совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по  пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК , 170 ГК РФ.  

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав  правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168, 170  ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков  подозрительной сделки. В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168, 170 ГК  РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает  возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для  оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле  законодателя.  

В постановлении Президиума ВАС РФ от 17.06.2014 № 10044/11, определениях  Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 28.04.2016 № 306- ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1), от  31.08.2017 № 305-ЭС17- 4886, от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 № 305-ЭС18- 22069 высшая судебная инстанция выработала позицию, согласно которой в условиях  конкуренции норм Закона о банкротстве и положений ГК РФ на основании ст. 10 и 168,170  ГК РФ может быть оспорена только сделка, выходящая за пределы диспозиции п. 2 ст. 61.2  Закона о банкротстве. При ином подходе установление трехлетнего периода  подозрительности теряет смысл.  

Пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает запрет  на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому  лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо  недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребления правом).  

Обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в  соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в рамках  дела о банкротстве является ее явная и исключительная направленность на причинение вреда  правам и законным интересам кредиторов должника, под чем в соответствии с абзацем 32  статьи 2 Закона о банкротстве понимается уменьшение стоимости или размера имущества  должника и/или увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные  последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо  бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить  удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. С  целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с  намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства,  неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны  контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного  письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 №  127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса  Российской Федерации»).  

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению,  основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании  имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 71 АПК РФ).  

Выводы суда первой инстанции следует признать верными, основанными на  правильном применении норм материального и процессуального права, а также  соответствующими фактически обстоятельствам дела.  

Кредитором не представлены в материалы дела доказательства в подтверждение того  обстоятельства, что на момент заключения договора дарения 09.12.2017 у должника имелись  неисполненные обязательства пред кредиторами, а также имелись признаки  несостоятельности и недостаточности имущества.  

Кредитором не доказаны умысел ФИО3 на причинение вреда имущественным  

правам кредиторов и цель нанесения такого вреда в момент заключения сделки.  

Кредитор приводит доводы о том, что должник является лицом, контролирующим  группу компаний: ООО «Акломир» (ИНН 

<

***>), ООО «БВ Инвест» (ИНН  

<

***>), ООО «Амурская Эстейт» (ИНН 

<

***>) ,ООО «Паритет-групп»  (ИНН5005063370), ООО «ЛВЗ Кристалл-Лефортово», ООО «Геба» и выдавал  

поручительства перед банком по обязательствам аффилированных ему компаний, в  которых он являлся учредителем и генеральным директором, которые так же, как и сам  должник, признаны банкротами. В связи с чем, был осведомлен о хозяйственной  деятельности компаний, осознавал неисполнимость принятых ими обязательств и  неизбежность обращения взыскания на имущество компаний, имущество поручителя, а  также о потенциальном привлечении в субсидиарной ответственности.  

Суд первой инстанции правомерно отклонил доводы кредитора в данной части. На  момент заключения оспариваемых сделок у указанных обществ отсутствовали признаки  несостоятельности и недостаточности имущества. На конец 2017 года, балансовая стоимость  ООО «БВ Инвест» превышала 800 млн. руб., имущество ООО «Амурская Эстейт» при  продаже на торгах было оценено более чем в 966 млн. руб. Вступившим в силу судебным  актом, установлено, что на 2019 год у ООО «Алкомир» отсутствовали признаки  неплатежеспособности, на конец 2017 года балансовая стоимость ООО «Паритет-Групп»  превышала 4 миллиарда рублей.  

Довод кредитора о наличии у группы компаний экономических проблем с конца 2017  года не основан на представленных доказательствах, в виду того, что связь между ООО  «Статус-Групп» и ФИО3 не подтверждена доказательствами, ФИО3 не привлечён  в указанной компании к субсидиарной ответственности. Равно как не представлено  допустимых доказательств, что ФИО3 являлся основным бенефициарным владельцем  Группы компаний. В материалах дела отсутствуют доказательства бенефициарного владения  большего количества указанных компаний – ООО «ЛВЗ Кристалл-Лефортово», ООО «ПК  Кристалл-Лефортово», ООО «ГК Кристалл-Лефортово», ООО «Оптово-посредническая  фирма «ЦВЕТМЕТ».  

Из пояснения подателя апелляционной жалобы усматривается, что задолженность  указанных компаний, в том числе ООО «БВ Инвест», состояла из требования одного  кредитора Банка ВТБ 24 (ПАО).  

В правовом подходе, изложенном в постановлении президиума ВАС РФ № 18245/12,  определении ВС РФ № 310-ЭС15-12369 от 25.01.2016, разъяснено, что факт наличия  кредиторской задолженности перед отдельными кредиторами, сам по себе не  свидетельствует о неплатежеспособности должника (ООО «ЛВЗ Кристалл-Лефортово», ООО  «ПК Кристалл-Лефортово», ООО «ГК Кристалл-Лефортово», ООО «Оптово-посредническая  фирма «ЦВЕТМЕТ», ООО «БВ Инвест») или недостаточности у него имущества.  

Само по себе наличие кредиторской задолженности безотносительно иных  обстоятельств, рода деятельности, экономических факторов и т.д., с учетом постоянной  вариативности структуры активов и пассивов баланса большинства юридических лиц в связи  с осуществлением ими хозяйственной деятельности, не является достаточным  доказательством того, что должник отвечал признакам несостоятельности на момент  совершения оспариваемой сделки.  

Суд первой инстанции обоснованно пришёл к выводу о том, что признаки  неплатежеспособности у указанных обществ возникли значительно позже, в свою очередь,  принимая во внимание активы предприятий, у должника отсутствовала цель сокрытия  собственного имущества (на дату заключения сделок активов обществ хватало для  удовлетворения обязательств кредиторов).  

В силу пункта 1 статьи 361 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору  поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за  исполнение последним его обязательства полностью или в части.  

Договор поручительства может быть заключен в обеспечение как денежных, так и не  денежных обязательств, а также в обеспечение обязательства, которое возникнет в будущем.  

Согласно статье 363 Гражданского, кодекса Российской Федерации при неисполнении  или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства  поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором  поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя.  

Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая  уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков  кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства  должником, если иное не предусмотрено договором поручительства.  

Из содержания указанных норм права следует, что основанием для наступления  ответственности поручителя является факт неисполнения обязательства основным  должником, то есть нарушение заемщиком своих обязательств по кредитным договорам.  

Следовательно, само по себе предоставление обеспечения в виде поручительства не  свидетельствует о безусловном наступлении ответственности поручителя, поскольку  предполагается, что обязательства будут исполнены основным должником.  

В материалы обособленного спора не представлены доказательства заключения  должником договоров поручительства в отношении обязательств, исполнение которых  наступило на момент заключения оспариваемой сделки. Также не представлено  доказательств личного поручительства ФИО3 или доказательств наличия признаков  недостаточности имущества у поручителей, включая должника.  

ФИО3 распорядился своим правом на недвижимое имущество до появления у него  каких-либо имущественных обязательств, в связи с чем, суд первой инстанции обоснованно  не установил цели причинения вреда кредиторам при заключения оспариваемой сделки.  

Как следует из разъяснений, данных в пунктах 5 - 7 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах,  связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)», пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность  признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда  имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для  признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы  оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:  

сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по данному основанию. В пункте 6 указанного  постановления указано, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов  предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения  сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;  имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2-5 пункта 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В рассматриваемой ситуации отсутствуют достаточные правовые и фактические  обстоятельства для выхода за пределы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При этом  совокупность обстоятельств, регламентированных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о  несостоятельности, судом первой инстанции обоснованно не установлена, заявителем по  обособленному спору не подтверждена (сделка заключена более чем за три года до подачи  заявления о признании должника банкротом). Так, сделка между ФИО3 и ФИО2  заключена 09.12.2017, заявление о признании должника банкротом принято к производству  01.12.2021. Таким образом, указанная сделка была заключена за пределами 3-х летнего  периода подозрительности.  

Согласно положениям пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка,  совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые  последствия, ничтожна.  

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. № 25 «О  применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса  Российской Федерации» разъяснено, что стороны мнимой сделки могут также осуществить  для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на  движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного  управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль  соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом  осуществлении сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода  права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки  как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.  

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует  исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота,  учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе  в получении необходимой информации. По общему правилу, п. 5 ст. 10 ГК РФ  добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий  предполагаются, пока не доказано иное (абзац третий).  

Мнимые сделки, как правило, относят к сделкам с пороком воли. Основным условием  для признания их недействительными является установление отличия истинной воли сторон  от выраженной формально в сделке (Определения Верховного Суда РФ от 13.07.2018 № 308- ЭС18-2197, от 01.12.2015 № 22-КГ15-9, п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ  от 23.06.2015 № 25).  

В данном случае распределение бремени доказывания вытекает из процессуального  правила, закрепленного в части 1 статьи 65 АПК РФ, согласно которому каждое лицо  должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание  

своих требований или возражений, в данном случае на кредиторе, как на лице,  оспаривающем сделку, лежит обязанность доказать обстоятельства на которое он ссылается.  

Для признания сделки мнимой суд должен установить, что ее стороны не  намеревались создать соответствующие ей правовые последствия, заключенную сделку  стороны фактически не исполняли и исполнять не намеревались, правовые последствия,  предусмотренные заключенной сделкой, не возникли.  

Кроме того, для признания сделки мнимой на основании пункта 1 статьи 170  Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что каждая из ее  сторон действовала недобросовестно, в обход закона и не имела намерения совершить  сделку в действительности, поскольку все стороны мнимой сделки стремятся к сокрытию ее  действительного смысла. Порочность воли каждой из ее сторон является обязательным  условием для признания сделки мнимой. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей  каждой стороны сделки устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств,  подтверждающих реальность намерений сторон Определение Верховного Суда РФ от  08.02.2023 по делу № А40-118601/2020 (305-ЭС22-20515).  

Мнимая сделка обычно внешне безупречна и совершается только на бумаге: в ней  отсутствуют пороки субъектного состава, формы, содержания (Определение Верховного  Суда РФ от 25.04.2022 по делу № А40-217405/2019 (305-ЭС21-27523).  

Как следует из материалов дела, ответчик приобрел квартиры у должника по  рыночной стоимости, что подтверждается данными отчета об оценке № 148/2023 от  06.07.2023. Цена квартир по Договору составила 27 800 000 руб., в то время как их рыночная  стоимость определена как 27 478 000 руб.  

Ответчик в полном объеме исполнил обязательства по оплате стоимости  приобретаемого имущества.  

Тот А.Ю. не является родственником или заинтересованным лицом по отношению  должнику и приобрел квартиры по рыночной цене. Квартиры переданы ФИО2 по актам  приема-передачи и оплачены в полном объеме. Конкурсный кредитор доказательств  нерыночного характера сделки и (или) наличия родственных связей между должником и  ответчиком не представил.  

09.12.2017 в ЕГРН были внесены записи о переходе прав на квартиры от должника к  ответчику, в результате чего Тот А.Ю. стал собственником квартир и, в частности, в 20172020 гг. самостоятельно нес расходы на оплату жилищно-коммунальных услуг за квартиры.  

Кредитором не представлено доказательств несения бремени содержания должником  оспариваемого имущества, равно как и доказательств пользования спорными объектами  недвижимости.  

На момент заключения указанного договора у ФИО3 отсутствовали  неисполненные обязательства пред кредиторами, из чего усматривается, что  злоупотребление правом в форме заключения договора исключительно с целью нанесения  имущественного вреда кредиторам невозможно в силу их отсутствия. Кроме того,  отсутствуют доказательства злоупотребления правом со стороны приобретателя имущества.  

Как верно указано судом первой инстанции, основания для признания договора  купли-продажи имущества от 09.12.2017 недействительным отсутствуют.  

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при  рассмотрении настоящего спора по существу, апелляционным судом не установлено.  

Несогласие заявителя с выводами суда, основанными на оценке доказательств, равно  как и иное толкование норм законодательства, подлежащих применению в настоящем  обособленном споре, не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и (или)  процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства или допущенной  судебной ошибке.  

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и  не оценены судом первой инстанции при рассмотрении дела, имели бы юридическое  значение и влияли на законность и обоснованность судебного акта, не содержат оснований,  установленных статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  для изменения или отмены судебного акта арбитражного суда.  

При таких обстоятельствах определение арбитражного суда первой инстанции отмене  (изменению) не подлежит. В свою очередь, апелляционная жалоба не подлежит  удовлетворению.  

Безусловных оснований для отмены судебного акта, предусмотренных частью 4  статьи 270 АПК РФ, арбитражным судом апелляционной инстанции не установлено.  

Руководствуясь статьями 176, 266-269, 272 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 28.11.2023 по делу № А40236453/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в  течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд  Московского округа.  

Председательствующий судья А.А. Дурановский 

Судьи Р.Г. Нагаев 

 А.Н. Григорьев