АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-6080/2020

14 января 2021 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 11 января 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 14 января 2021 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Кушнаревой И.Ф.

судей Никитина Е.О., Сецко А.Ю.

при участии:

от ФИО1 - ФИО2, по доверенности от 07.10.2020

от ООО СК «Новый дом» - ФИО3, по доверенности от 29.12.2020

от арбитражного управляющего ФИО4 -               ФИО5, по доверенности от 19.10.2020

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 19.11.2020

по делу №  А51-9785/2020 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению ФИО1

о признании общества с ограниченной ответственностью СК «Новый дом» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 692519, 

<

...>) несостоятельным (банкротом)

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Приморского края от 29.06.2020 принято к производству заявление ФИО1 о признании  общества с ограниченной ответственностью СК «Новый дом» (далее – ООО СК «Новый дом», общество, должник) несостоятельным (банкротом). 

Определением от 19.08.2020 заявление ФИО1 признано обоснованным, в отношении ООО СК «Новый дом» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО4. Требования ФИО1 в размере 3 086 300 руб. основного долга и 23 632 руб. госпошлины включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы участника общества ФИО7 постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 19.11.2020 определение суда от 19.08.2020 отменено. Во введении процедуры наблюдения в отношении           ООО СК «Новый дом» отказано, заявление ФИО1 оставлено без рассмотрения.

В кассационной жалобе ФИО1, ссылаясь на неверное применение судом апелляционной инстанции норм материального права и процессуального права, несоответствие выводов обстоятельствам дела, просит апелляционное постановление от 19.11.2020 отменить, оставить в силе определение от 19.08.2020. 

По мнению заявителя жалобы, ФИО7 в силу  положений статьи 35 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) не является лицом, участвующим в деле о банкротстве, в связи с чем у нее отсутствовали полномочия на обращение с апелляционной жалобой. Считает, что ее действия следует квалифицировать как злоупотребление правом. Ссылается на то, что ФИО7 не представила документальное подтверждение факта нарушения ее прав и законных интересов при введении процедуры наблюдения. Оспаривает выводы апелляционного суда относительно конструкции займа между должником и участником общества ФИО8 Личэном. Полагает, что, суд первой инстанции  обоснованно исходил из наличия совокупности обстоятельств, установленных пунктом 2 статьи 33 Закона о банкротстве. 

ООО СК «Новый дом» представило в материалы дела отзыв, в котором сослалось на правомерность выводов суда первой инстанции относительно обоснованности требований ФИО1 ввиду наличия у должника просроченной свыше трех месяцев кредиторской задолженности в размере, превышающем 300 000 руб., подтвержденной вступившими в законную силу решением и определением Уссурийского районного суда Приморского края по гражданскому делу № 2-1931/2017. Считает, что ФИО7 не доказала нарушение ее прав и законных интересов при введении процедуры наблюдения в отношении должника. 

ФИО7 в представленном отзыве, дополнениях к отзыву выразила несогласие с приведенными в кассационной жалобе доводами. Указывает на наличие в обществе корпоративного конфликта. Приводит доводы о том, что ФИО8 Личэн, являясь мажоритарным участником общества, предоставил заем с целью пополнения оборотных средств общества, по нерыночным условиям, без обеспечения исполнения обязательств. Обращает внимание на то, что ФИО7 также предоставила ООО СК «Новый дом» взаймы денежные средства, задолженность взыскана судебным решением, при этом в настоящее время в обществе существует корпоративный конфликт между двумя его участниками. Ссылаясь на положения абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве, отмечает, что участник общества по требованиям, связанным с таким участием, не является конкурсным кредитором должника, не обладает правом на подачу заявления о признании должника банкротом, его требования не учитываются при определении наличия признаков банкротства и подлежат удовлетворению только после удовлетворения требований всех других кредиторов. Отмечает, что согласно  правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 305-ЭС17-17208, разъяснениям пункта 7 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и  аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор от 29.01.2020), в деле о банкротстве требование участника общества, фактически осуществлявшего докапитализацию, о возврате финансирования не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов (противопоставлено им), поскольку вне зависимости от того, каким образом оформлено финансирование, оно по существу опосредует увеличение уставного капитала, такое требование подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты; последующая уступка права требования не изменяет очередность его удовлетворения.

В судебном заседание суда округа представитель ФИО1 поддержал изложенные в кассационной жалобе доводы, сослался на отсутствие условий для дальнейшей деятельности ООО СК «Новый дом» при невозможности принять решение о добровольной ликвидации общества в условиях корпоративного конфликта между участниками. Представитель должника поддержал позицию заявителя.

Представитель арбитражного управляющего ФИО4 высказался в поддержку судебного акта суда первой инстанции, с учетом  наличия у должника признаков банкротства, признав, что очередность удовлетворения требования заявителя должна быть понижена. 

По ходатайству представителя ФИО7 судебное заседание по рассмотрению кассационной жалобы назначено с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседании). Вместе с тем, представитель участника должника и иные участвующие в деле лица не воспользовался правом присоединиться к веб-конференции.

В силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) неявка в судебное заседание арбитражного суда кассационной инстанции лица, подавшего кассационную жалобу, и других лиц, участвующих в деле, не может служить препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие, если они были надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства.

Законность обжалуемого судебного акта проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ.

Аргументы заявителя кассационной жалобы о нарушении судом апелляционной инстанции норм процессуального права, мотивированные отсутствием у ФИО7, не являющейся лицом, участвующим в деле о банкротстве,  права на апелляционное обжалование определения суда первой инстанции от 19.08.2020 не отклоняются судом округа.

Пунктом 1 статьи 35 Закона о банкротстве предусмотрено, что в арбитражном процессе по делу о банкротстве участвует, в том числе представитель учредителей (участников) должника.

Представителем учредителей (участников) должника признается, в том числе лицо, избранное учредителями (участниками) должника для представления их законных интересов при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве (статья 2 Закона о банкротстве).

Согласно правой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 14.06.2016                     № 304-ЭС15-20105 по делу № А02-1538/2014 при наличии корпоративного конфликта, существенно затрудняющего выбор представителя для участия в процедурах банкротства должника, участник должника, признанного банкротом, вправе самостоятельно реализовывать предусмотренные законом процессуальные возможности.

В рассматриваемом случае участниками ООО СК «Новый дом» являются ФИО8 Личэн, которому принадлежит 70% доли в уставном капитале общества и ФИО7, владеющая долей в размере 30% в уставном капитале. При этом возникший между ними корпоративный конфликт, наличие которого подтверждается участвующими в деле лицами, фактически делает невозможным для ФИО7 инициировать проведение собрания и повлиять на принятие решения о выборе представителя для участия в процедурах банкротства должника.

С учетом изложенного, суд округа полагает, что суд апелляционной инстанции правомерно рассмотрел апелляционную жалобу участника общества ФИО7

Остальные доводы кассационной жалобы сводятся к разрешению вопроса об обоснованности заявления ФИО1 о признании ООО СК «Новый дом» банкротом, в связи с чем судебные акты проверяются судом округа в указанной части.

Как следует из материалов дела, обращаясь с настоящим заявлением, ФИО1 сослалась на то, что вступившим в законную силу решением Уссурийского районного суда Приморского края от 24.04.2017 по делу           № 2-1931/2017 с ООО СК «Новый дом» в пользу ФИО8 Личэна взыскан долг по договору займа от 18.07.2016 № 3 в размере 3 086 300 руб., государственная пошлина в размере  23 632 руб. 

Впоследствии, 09.01.2020 между ФИО1 и ФИО8 Личэном заключен договор цессии, по условиям которого (в редакции дополнительного соглашения от 09.01.2020 № 1) ФИО8 Личэн (цедент) уступил, а ФИО1 (цессионарий) приняла право требования к           ООО СК «Новый дом» денежной суммы в размере 3 086 300 руб., подтвержденной решением Уссурийского районного суда Приморского края от 24.04.2017 по делу № 2-1931/2017.  

В связи с заключенным договором цессии от 09.01.2020 определением Уссурийского районного суда Приморского края от 23.04.2020 по делу              № 2-1931/2017 произведена процессуальная замена взыскателя ФИО8 Личэна на ФИО1

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктами 1 и 2 статьи 7 Закона о банкротстве предусмотрено, что правом на обращение в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом обладают должник, конкурсный кредитор, уполномоченные органы, а также работник, бывший работник должника, имеющие требования о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда. 

Право на обращение в арбитражный суд возникает у конкурсного кредитора, работника, бывшего работника должника, уполномоченного органа по денежным обязательствам с даты вступления в законную силу решения суда, арбитражного суда или судебного акта о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейского суда о взыскании с должника денежных средств.

В силу пункта 2 статьи 33 Закона о банкротстве заявление о признании должника банкротом принимается арбитражным судом, если требования к должнику - юридическому лицу в совокупности составляют не менее чем триста тысяч рублей, к должнику - гражданину - не менее чем пятьсот тысяч рублей и указанные требования не исполнены в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом.

Согласно пункту 3 статьи 48 Закона о банкротстве по результатам рассмотрения обоснованности заявления о признании должника банкротом арбитражный суд выносит одно из следующих определений: о признании требований заявителя обоснованными и введении наблюдения; об отказе во введении наблюдения и оставлении такого заявления без рассмотрения; об отказе во введении наблюдения и о прекращении производства по делу о банкротстве.

Определение о признании требований заявителя обоснованными и введении наблюдения выносится в случае, если требование заявителя соответствует условиям, установленным пунктом 2 статьи 33 настоящего Федерального закона, признано обоснованным и не удовлетворено должником на дату заседания арбитражного суда.

Суд первой инстанции, признавая заявление ФИО1 обоснованным и вводя в отношении ООО СК «Новый дом, исходил из того, что требование кредитора подтверждено вступившим в законную силу судебным актом, задолженность составляет более трехсот тысяч рублей и обязательства по ее погашению не исполнены должником в течение более чем трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены, что соответствует условиям, установленным пунктом  2 статьи 33 Закона о банкротстве. 

Суд апелляционной инстанции, установив, что на дату предоставления займа ФИО8 Личэн являлся мажоритарным участником ООО СК «Новый дом» с долей в размере 70% в уставном капитале, пришел к выводу, что спорные требования вытекают из факта участия последнего в деятельности должника, правоотношения имеют статус корпоративных, уступка участником  требования внешне независимому кредитору не изменяет очередность его удовлетворения, в связи с чем не могут учитываться при определении признаков банкротства должника. 

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции отказал во введении в отношении  ООО СК «Новый дом» процедуры наблюдения и оставил заявление ФИО1 без рассмотрения на основании пункта 3 статьи 48 Закона о банкротстве, приняв во внимание наличие заявлений иных кредиторов о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника. 

Суд округа соглашается с выводами апелляционного суда об отсутствии оснований для введения в отношении ООО СК «Новый дом» процедуры банкротства по заявлению ФИО1 

Из абзаца четвертого статьи 2 Закона о банкротстве следует, что для целей законодательства о банкротстве под денежным обязательством понимается обязанность должника уплатить кредитору определенную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному, предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации, бюджетным законодательством Российской Федерации основанию.

Кредиторами являются лица, имеющие по отношению к должнику права требования по денежным обязательствам и иным обязательствам (абзац седьмой статьи 2 Закона о банкротстве).

Согласно абзацу восьмому статьи 2 Закона о банкротстве конкурсными кредиторами являются кредиторы по денежным обязательствам, за исключением учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия.

Пунктом 2 статьи 4 Закона о банкротстве установлено, что  обязательства перед учредителями (участниками) должника, вытекающие из такого участия не учитываются для определения наличия признаков банкротства должника.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в пункте 18 Обзора практики Верховного суда Российской Федерации № 5 (2017), действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается.

Между тем, в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

К подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

При этом, если участник (акционер) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.). 

Когда же участник (акционер) осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается, что позволяет создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

Однако обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ), так и его кредиторов подразумевает в числе прочего оказание содействия таким кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с должником (абзац третий пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Именно участники (акционеры), чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734 (4, 5)).

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 ГК РФ, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

В деле о банкротстве общества требование участника, фактически осуществлявшего докапитализацию, о возврате финансирования не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов (противопоставлено им), поскольку вне зависимости от того, каким образом оформлено финансирование, оно по существу опосредует увеличение уставного капитала. Иной вывод противоречил бы самому понятию конкурсного кредитора (абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 305-ЭС17-17208).

К тому же изъятие вложенного названным участником (акционером) не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами и в силу недобросовестности такого поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны участника (акционера) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 305-ЭС17-17208 и 21.02.2018 № 310-ЭС17-17994 (1, 2), при этом закон не лишает их права на удовлетворение своих требований, однако это право реализуется после расчетов с другими кредиторами за счет оставшегося имущества должника (пункт 1 статьи 148 Закона о банкротстве, пункт 8 статьи 63 ГК РФ).

Участник коммерческой корпоративной организации располагает различными процедурами управления корпорацией и ее имуществом, влияет на формирование волеизъявления высшего органа корпоративного юридического лица. Такой способ удовлетворения интересов управомоченной стороны отличает корпоративные отношения от типичного гражданско-правового регулирования, где субъекты самостоятельны и независимы друг от друга и поэтому не могут непосредственно участвовать в формировании воли контрагента.

Кредитор, выдавая кредит в обычной практике взаимоотношений участников гражданского оборота, обоснованно рассчитывает на его возврат заемщиком и получение платы, кроме того стремится повысить вероятность исполнения заемщиком своего обязательства по возврату денег, заключая в этих целях обеспечительные сделки.

Если обстоятельства выдачи займа, заключения и исполнения его сторонами, свидетельствовали о наличии у сторон корпоративного интереса, экономически обусловленного наличием возможности управления делами в обществе и получения от этого выгод, и существенно отличаются от разумного общепринятого стандарта заемных отношений с условиями платности, своевременности возврата денежных средств, обеспеченности обязательства, соотносимости с рыночными условиями процентной ставки и т.п., то такое требование лица считается возникшим из отношений, связанных с участием в корпоративных организациях или с управлением ими.

Поскольку ФИО8 Личэн на дату предоставления займа и по настоящее время является участником ООО СК «Новый дом» с долей в размере 70% в уставном капитале, он признается контролирующим должника лицом (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, подпункт 2 пункта 4 и пункт 6 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В связи с изложенным, исследовав и оценив условия договора займа от 18.07.2016 № 3, проанализировав обстоятельства предоставления денежных средств, апелляционный суд пришел к обоснованному выводу, что ФИО8 Личэн для устранения негативных результатов своего воздействия на хозяйственную деятельность ООО СК «Новый дом» в качестве реализации механизма увеличения уставного капитала общества предоставлял должнику денежные средства в форме займов, в связи с чем требование носит корпоративный характер и вытекает участия в уставном капитале общества, что исключает возможность включения подобного требования в реестр.

ФИО1 ссылается на необоснованную квалификацию ее требований как вытекающих из корпоративных правоотношений, указывая на то, что не является участником ООО СК «Новый дом» либо заинтересованным по отношению к обществу лицом и приобрела право требования к должнику у ФИО8 Личэна по договору цессии от 09.01.2020.

Вместе с тем, как разъяснено в пункте 7 Обзора от 29.01.2020, первоначальный кредитор не может уступить новому кредитору больше прав, чем имеет сам, действия, направленные на необоснованное повышение очередности удовлетворения требования, эту очередность не изменяют.

Суд апелляционной инстанции, установив, что финансирование          ООО СК «Новый дом» предоставлено его участником, требование которого не подлежат включению в реестр, верно указал, что последующая уступка права требования ФИО1 - внешне независимому кредитору - не изменила очередность его удовлетворения.

Кроме того, следует принять во внимание то обстоятельство, что на аналогичных условиях и практически в один и тот же период времени должником с другим участником ООО СК «Новый дом» ФИО7 (доля в размере 30% уставного капитала) по договору беспроцентного займа от 14.07.2016 № 2 предоставлено размере 6 506 000 руб., которые также должником не возвращены и взысканы вступившим в законную силу решением Уссурийского районного суда Приморского края от 01.06.2017 по делу № 2-2613/2017. 

На основании указанного судебного акта ФИО7 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании ООО СК «Новый дом» несостоятельным (банкротом). 

По результатам рассмотрения обоснованности заявления определением Арбитражного суда Приморского края от 15.02.2019 по делу                          № А51-17882/2018, оставленным без изменениям постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 11.04.2019 и постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 22.05.2019, во введении процедуры наблюдения отказано, производство по делу о банкротстве прекращено. Признавая заявление ФИО7 необоснованным, суды исходили из того, что требование заявителя носит корпоративный характер и вытекает участия в уставном капитале общества в связи с чем не может быть включено в реестр требований кредиторов.

Определением Верховного суда Российской Федерации от 06.09.2019 № 303-ЭС19-14186 выводы судов признаны соответствующим нормам права, отказано в передаче кассационной жалобы ФИО7 для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Таким образом, в отношении требования, возникшего из предоставления финансирования ООО СК «Новый дом» вторым участником общества ФИО8 Личэном, в случае, если бы уступка права требования не состоялась, надлежало принять такое же решение во избежание ситуации, когда будет установлена разная очередность удовлетворения требований, совпадающих по статусу кредиторов (лица, имеющих общие экономические интересы с должником), аналогичных по основанию возникновения, что нарушает установленный статьей 19 Конституции Российской Федерации принцип равенства, предполагающий необходимость проявлять равное отношение к лицам, находящимся в схожем положении (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2020 № 307-ЭС19-10177(4)).

Исходя из приведенных в Обзоре от 29.01.2020 разъяснений и подходов, выработанных Верховным Судом Российской Федерации,  дофинансирование в условиях кризиса, предоставленное контролирующим или аффилированным лицом, влечет понижение очередности удовлетворения требований таких лиц, обусловленное тем, что названные лица, не могут конкурировать с внешними (независимыми) кредиторами за распределение конкурсной массы.

В рассматриваемом случае, к ООО СК «Новый дом» предъявлены требования иных неаффилированных к должнику лиц. 

Согласно пояснениям, данным в заседании суда округа ФИО1 заинтересована в банкротстве ООО СК «Новый дом» в связи с тем, что фактически предоставляла денежные средства обществу.

При изложенном действия, направленные на придание требованию ФИО8 Личэна статуса требования внешнего кредитора и получения контроля над процедурой банкротства не соответствует критериям добросовестного и разумного поведения участника гражданского оборота.

В связи с чем, суд округа считает доводы кассационной жалобы ФИО1 несостоятельными и отклоняет их.

Вместе с тем, при принятии решения об оставлении заявления ФИО1 без рассмотрения, судом апелляционной инстанции не учтено следующее.

В соответствии с частью 3 статьи 48 Закона о банкротстве определение об отказе во введении наблюдения и оставлении заявления о признании должника банкротом без рассмотрения выносится при условии, если имеется иное заявление о признании должника банкротом или одно из следующих обстоятельств: в заседании арбитражного суда требование лица, обратившегося с заявлением о признании должника банкротом, признано необоснованным; установлено отсутствие на дату заседания арбитражного суда условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 33 настоящего Федерального закона; требование заявителя удовлетворено должником; требования кредитора не подтверждены вступившим в законную силу судебным актом, за исключением случаев, предусмотренных абзацем вторым пункта 2 статьи 7 настоящего Федерального закона; не установлено ни одного условия из предусмотренных статьями 8 и 9 настоящего Федерального закона условий.

Определение об отказе во введении наблюдения и о прекращении производства по делу о банкротстве выносится арбитражным судом при отсутствии заявлений иных кредиторов о признании должника банкротом в случае, если на дату заседания арбитражного суда по проверке обоснованности заявления о признании должника банкротом требование лица, обратившегося с этим заявлением, удовлетворено или требование кредитора признано необоснованным либо установлено отсутствие на дату подачи этого заявления хотя бы одного из условий, предусмотренных статьями 8, 9 или пунктом 2 статьи 33 названного Федерального закона.

Суд апелляционной инстанции указал, что к должнику предъявлены требования иных кредиторов.

Между тем, как усматривается из общедоступных сведений информационной системы «Картотека арбитражных дел» по делу                  № А51-9785/2020 требования индивидуального предпринимателя ФИО9, ООО «Производственно-коммерческая фирма «Вертикаль», ФИО7, уполномоченного органа заявлены в качестве требования о включении в реестр требований кредиторов ООО СК «Новый дом».

На момент вынесения постановления от 19.11.2020 ни одно из требований не признано судом обоснованным.

Данные сведения подтверждены и лицами, участвующими в деле.

Иных заявлений о признании ООО СК «Новый дом» банкротом по смыслу статьи 39 Закона о банкротстве в рамках дела № А51-9785/2020 не подано, что исключает возможность введения любой из возможных процедур банкротства и, как следствие, открытие реестра требований кредиторов для включения в него соответствующих требований.

При данных обстоятельствах, заявление ФИО1 подлежало признанию необоснованным, а дело о признании ООО СК «Новый дом»  несостоятельным (банкротом) - прекращению.

По мнению суда кассационной инстанции, апелляционным судом правильно установлены все фактические обстоятельства, правильно применены нормы материального права в части признания заявления ФИО1 необоснованным, однако допущено неправильное применение норм права при оставлении заявления без рассмотрения, тогда как дело о банкротстве подлежало прекращению ввиду отсутствия иных заявителей по делу.

Суд округа отмечает, что вопрос касается исключительно правильности применения норм процессуального права, в связи с чем, считает возможным изменить обжалуемый судебный акт в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 287 АПК РФ, прекратив производство по делу № А51-9785/2020 о банкротстве ООО СК «Новый дом».

 Прекращение производства по настоящему делу не лишает кредиторов, заинтересованных в ведении процедуры банкротства в отношении ООО СК «Новый дом» права инициировать новое производство о несостоятельности должника, обратившись в арбитражный суд с соответствующим заявлением в установленном законом порядке с соблюдением требований, предписанных пунктами 1, 2, 2.1 статьи 7, статьи 39 Закона о банкротстве.

В остальной части постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 19.11.2020 по делу № А51-9785/2020 подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба ФИО1 - без удовлетворения.

Государственная пошлина, уплаченная ФИО1 при подаче кассационной жалобы, на основании статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации подлежит возврату из бюджета.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятого арбитражного апелляционного суда                              от 19.11.2020 по делу №  А51-9785/2020 Арбитражного суда Приморского края изменить, изложив второй абзац резолютивной части в следующей редакции:

Заявление ФИО1 о признании общества с ограниченной ответственностью СК «Новый дом» признать необоснованным, во введении наблюдения отказать. Производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью СК «Новый дом» прекратить.

Возвратить ФИО1 из федерального бюджета государственную пошлину в размере 150 руб., уплаченную по чеку-ордеру от 23.11.2020, операция № 47.

Выдать справку на возврат государственной пошлины.

В остальной части постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 19.11.2020 по делу №  А51-9785/2020 оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                           И.Ф. Кушнарева                   

Судьи                                                                                    Е.О. Никитин         

 

А.Ю. Сецко