ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А65-38597/2017

г. Самара

15 мая 2018г.

Резолютивная часть постановления объявлена 10 мая 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 15 мая 2018 года.

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи Александрова А.И.,

судей  Садило Г.М., Селиверстовой Н.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, в отсутствии лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания,

рассмотрев в открытом судебном заседании, в зале № 7, апелляционную жалобу ООО «Клеон Медикал» в лице участника ФИО2 на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 05 марта 2018 года по делу № А65-38597/2017 (судья Иванова И.В.), по иску ООО «Клеон Медикал» в лице участника ФИО2 к ФИО3, о признании договора займа № 2 от 01.11.2014 года недействительным 

 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2, г.Казань обратилась в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к ФИО3, г.Казань (далее –ответчик, ФИО3) о признании договора займа №2 от 01.11.2014 года, заключенного между ФИО3 и ООО «Клеон Медикал», недействительной сделкой.

Определениями Арбитражного суда Республики Татарстан к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены конкурсный управляющий ФИО4, ФИО5

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.12.2017г. согласно ст. 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), ст.ст. 53.1, 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) в редакции, действующей с 01.09.2014, с учетом разъяснений, изложенных в пункте 32 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», суд первой инстанции определил признать в качестве истца по делу общество с ограниченной ответственностью «Клеон Медикал» в лице участника ФИО2

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 05 марта 2018 г. по делу № А65-38597/2017 отказано в удовлетворении ходатайства о прекращении производства по делу. Отказано в удовлетворении ходатайства о восстановлении пропущенного срока. В иске отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом ООО «Клеон Медикал» в лице участника ФИО2 обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных исковых требований.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 12 апреля 2018 г. апелляционная жалоба ООО «Клеон Медикал» в лице участника ФИО2 принята к производству, судебное заседание назначено на 10 мая 2018 года.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

В судебное заседание 10 мая 2018 г. лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены решения Арбитражного суда Республики Татарстан от 05 марта 2018 года по делу № А65-38597/2017, исходя из нижеследующего.

Из доказательств имеющихся в материалах дела следует, что общество с ограниченной ответственностью «Клеон Медикал» зарегистрировано в качестве юридического лица 14.10.2014г. Участниками общества являются ФИО2 с долей в уставном капитале в размере 50% и ФИО3 с долей в уставном капитале - 50%. Директором общества является ФИО5

01.11.2014г. между ответчиком (заимодавец по договору) и ООО «Клеон Медикал» (заемщик по договору) был заключен договор № 2 беспроцентного займа, по условиям которого ФИО3 передает в собственность общества денежные средства в размере 1 700 000 руб. сроком на 1 год (л.д.11).

Денежные средства в размере 1 700 000 руб. были внесены ответчиком в кассу общества 05.11.2014г. и в этот же день общество внесло указанную сумму в банк на расчетный счет, что подтверждается выпиской с лицевого счета общества (л.д.48-50).

Решением Приволжского районного суда города Казани от 04.07.2016г. по делу № 2 -5971/16 с ООО «Клеон Медикал» в пользу ФИО3 взыскана сумма займа в размере 1 700 000 руб., 14 219 руб. процентов по займу, 22 95 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.11.2016 принято к производству заявление ФИО3 о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Клеон Медикал» (далее - ООО «Клеон Медикал»).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.12.2016 по делу № А65-25925/2016 в  отношении общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4. Требование ФИО3, г. Казань, в размере 1 737 171 руб. 22 коп., в том числе 1 700 000 руб. долга, 14 219 руб. 80 коп. процентов за пользование займом, 22 951 руб. 42 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами включены в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Клеон Медикал», г. Казань, в составе третьей очереди.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.07.2017 общество с ограниченной ответственностью «Клеон Медикал», г. Казань, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

В обоснование заявленных исковых требований истец указывает на то, что согласно ст.170 ГК РФ оспариваемый договор является притворной сделкой, имеет корпоративный характер. Также истцом указано на то, что в рассматриваемом случае, ответчик выдачу займа обществу мог оформить в виде увеличения уставного капитала, а заключение договора займа привело к тому, что общество находится в стадии ликвидации.

Суд апелляционной инстанции, с учетом установленных по делу обстоятельств, а также принимая во внимание вступившие в законную силу судебные акты касающиеся оспариваемого договора и возникших у общества обязательств, считает обоснованным вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований, в силу следующего.

Согласно ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. Признаком притворности сделки является отсутствие волеизъявления на исполнение заключенной сделки у обеих сторон, а также намерение сторон фактически исполнить прикрываемую сделку. Для установления истинной воли сторон в притворной сделке, то есть для определения той сделки, которая была прикрыта, имеет значение выяснение фактических отношений между сторонами, а также намерений каждой стороны.

Основным для притворной сделки является то, что она в момент совершения направлена на достижение правовых последствий, соответствующих другой сделке, а не тех, которые внешне следуют из ее содержания.

В случае заключения притворной сделки действительная воля сторон не соответствует правовой цели (направленности) заключенного договора. Поэтому последствием недействительности притворной сделки является применение правил о сделке, которую стороны имели в виду, исходя из действительной воли сторон. Для установления истинной воли сторон в притворной сделке, то есть для определения той сделки, которая была прикрыта, имеет значение выяснение фактических отношений между сторонами, а также намерений каждой стороны.

Обращаясь с требованием о признании сделки ничтожной ввиду ее притворности, заявитель в порядке ст. 65 АПК РФ должен доказать, что при ее совершении стороны не только не намеревались ее исполнять, но и то, что оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для сторон, а также представить доказательства направленности воли сторон на совершение именно прикрываемой сделки. При этом наличие воли хотя бы одной из сторон на достижение правового результата, соответствующего совершенной сделке, исключает возможность признания ее недействительной как притворной.

Из разъяснений, данных в п. 87 Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Следовательно, в предмет доказывания по делам о признании недействительными притворных сделок входит установление действительной воли сторон, направленной на достижение определенного правового результата, который они имели в виду при заключении договора, то есть, что притворная (прикрывающая) сделка совершается лишь для создания ложного представления у третьих лиц, когда намерение сторон направлено на достижение иных правовых последствий, вытекающих из прикрываемой сделки.

Также согласно п. 88 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при применении правил о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Сделка подлежит квалификации как притворная, если подтверждено, что воля сторон на момент совершения сделки не была направлена на установление соответствующих ей правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. При этом отсутствие соответствующей воли предполагается у каждой из сторон данной сделки.

Таким образом, при оспаривании притворной сделки доказыванию подлежат следующие обстоятельства: 1) реально преследуемые конкретные правовые последствия и действительная воля сторон, которые стороны прикрывали рядом последовательных действий и сделок; 2) единство воли и сонаправленность умысла всех участников прикрываемой сделки; 3) возникновение действительных правовых последствий от совершения прикрываемой сделки у реальных участников сделки, а также отсутствие значимого экономико-правового эффекта от участия в операциях фиктивного посредника; 4) желание скрыть действительные намерения сторон оспариваемых сделок. Данные обстоятельства могут устанавливаться с помощью любых относимых и допустимых доказательств по делу (как прямых, так и косвенных).

Согласно пункту 1 статьи 807 ГК РФ договор займа является реальным договором, заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 ГК РФ).

Из пояснений данных представителем ответчика в судебном заседании при рассмотрении дела в суде первой инстанции следует, что директор ООО «Клеон Медикал» ФИО5 обратился к ответчику с просьбой предоставить обществу денежные средства. В обществе беспроцентные займы между обществом и участниками заключались постоянно, в том числе в период с ноября 2014г. по декабрь 2015г. истец сама неоднократно предоставляла займы обществу, ответчик также кроме оспариваемого займа, заключала договоры займа с обществом.

В подтверждение финансовой возможности выдачи обществу займа, ответчик представил доказательства снятия со счета в АО «РОСТ Банк» денежной суммы в размере 1 700 684 руб. 65 коп.

05.11.2014г. денежная сумма в размере 1 700 000 руб. была внесена ответчиком в кассу общества, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № 8 и впоследствии 05.11.2014г. указанные денежные средства директором общества ФИО5 внесены на счет общества в ПАО «Татфондбанк».

По состоянию на 14.11.2014г. на расчетном счете общества имелись денежные средства в общей сумме 2 280 165 руб., из которых 400 000 руб. были внесены лично истцом, оформленные согласно выписки со счета, как временная финансовая помощь.

14.11.2014г. денежные средства в размере 1 150 000 руб. были перечислены обществом в ООО «АКИ-ЛИЗИНГ» по договору аренды оборудования с правом выкупа (л.д.48-50).

Суд первой инстанции, отклоняя доводы истца, приведенные им с ссылкой на Определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017г. по делу № 308-ЭС17-1556(1), о том, что в рассматриваемом случае необходимо квалифицировать сделку по предоставлению обществу займа в отношения по увеличению уставного капитала, поскольку заемные денежные средства были перечислены обществом на приобретение оборудования для деятельности общества, что, в свою очередь, будет являться основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов, обоснованно исходил из следующего.

Действующее законодательство не запрещает одним участникам имущественного оборота, не относящимся к банкам или иным кредитным организациям, предоставлять займы другим участникам имущественного оборота. Договор займа оформляет экономические отношения, единые по своей природе с кредитным договором.

Заключение оспариваемого договора займа влечет за собой рост не только обязательств заемщика, но и увеличение его активов. В материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о нарушении прав и экономических интересов истца или общества в результате совершения оспариваемой сделки, в том числе, доказательства его убыточности для общества и его участников, учитывая, что займ является беспроцентным.

Решением Приволжского районного суда города Казани от 04.07.2016г. по делу № 25971/16 с ООО «Клеон Медикал» в пользу ФИО3 взыскана сумма займа в размере 1 700 000 руб., 14 219 руб. процентов по займу, 22 951 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами. Принимая во внимание наличие вступившего в законную силу судебного акта, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что обязанность заемщика по возврату заемных средств, не может расцениваться как неблагоприятное последствие, поскольку указанная обязанность обусловлена договором и соответствует основным началам гражданского законодательства (статьи 1, 421 ГК РФ).

Кроме того, в рамках дела № А65-25925/2016 несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Клеон Медикал», ИНН 

<

***>, судом было уставлено злоупотребление правами и недобросовестное поведение ФИО2, а именно, определением от 10.11.2017г. отказано ООО «Клеон» (единственным участником и директором которого является ФИО2) во включении в реестр требований кредиторов. Судом было установлено, что ФИО2 (займодавец) и ООО «Клеон Медикал» (заемщик) были заключены договоры займа №1 от 05.11.2014г., №3 от 02.12.2014г., №6 от 16.01.2015г., №7 от 10.02.2015г., №17 от 02.12.2015г., №9 от 24.02.2015г., №10 от 10.03.2015г., №11 от 14.04.2015г., №13 от 24.06.2015г., №15 от 07.08.2015г., №16 от 02.12.2015г., №8 от 16.02.2015г., по которым должнику предоставлены займы на сумму 400000 руб., 200000 руб., 355000 руб., 170000 руб., 150000 руб., 315000 руб., 15500 руб., 300000 руб., 7000 руб., 150000 руб., 51000 руб., 150000 руб. В подтверждение передачи денежных средств в материалы дела представлены квитанции и ордера о внесении денежных средств в кассу банка. Впоследствии ФИО2 (цедент) по договору возмездной уступки прав (цессии) от 14.03.2016 уступлено кредитору (ООО «Клеон») (цессионарий) право требования задолженности в размере 2 263 500 руб. к должнику по вышеуказанным договорам беспроцентного займа. При оценке представленных доказательств, суд пришел к выводу, о недоказанности финансовой возможности ФИО2 предоставить заем должнику в общей сумме 2 263 500 руб. Кроме того, в материалы дела представлены копии расходных кассовых ордеров, по которым в период с 24.12.2014 по 10.03.2016 были сняты денежные средства на общую сумму 1 081 120 руб. с направлением выдачи «возврат временной финансовой помощи». Однако, в деле отсутствуют доказательства получения должником ранее такой помощи.

Таким образом, доводы истца о том, что в результате недобросовестных действий ответчика, общество было признано несостоятельным (банкротом) подлежат отклонению, поскольку вышеизложенное свидетельствует о том, что общество имело финансовую возможность возвратить полученные заемные средства ответчику, между тем, денежные средства обществом переводились истцу в счет несуществующих обязательств.

Ссылка истца на Определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017г. № 308-ЭС17-1556 (1) обоснованно была отклонена судом первой инстанции, так как определение принято по делу с иными фактическими обстоятельствами не тождественным установленным по настоящему делу, а именно в рамках рассмотренного Верховным Судом Российской Федерации дела было установлено, что единственным источником средств, за счет которых осуществлялось кредитование должника, являлись денежные средства самого должника, распределенные в качестве прибыли от хозяйственной деятельности, распределение прибыли в пользу участника и последующее предоставление должнику финансирования за счет этой прибыли свидетельствует об искусственном кругообороте денежных средств, что позволило сделать вывод о злоупотреблении участником своими правами во вред остальным кредиторам и мнимости многочисленных заемных сделок.

В настоящем споре ответчик не является директором общества, имеющим возможность влиять на хозяйственную деятельность общества, денежные средства, переданные обществу в качестве заемных, были сняты ответчиком со счета в банке.

Доводы истца о том, что выданный займ имел целевой характер, а именно денежные средства были перечислены обществом в счет оплаты по договору аренды с последующим выкупом оборудования, не имеют в данном случае правового значения, так как ответчик не являлась директором общества и не имела возможности распоряжения денежными средствами общества.

Из содержания представленной выписки со счета общества следует, что на расчетном счете общества по состоянию на 14.11.2014г. находились денежные средства в общем размере 2280165руб., из которых 1 150 000 руб. были перечислены общество в ООО «АКИ-ЛИЗИНГ» по договору аренды оборудования с правом выкупа (л.д.48-50).

Учитывая вышеизложенное, как верно указал суд первой инстанции в обжалуемом судебном акте, оснований считать, что оспариваемый договор займа фактически прикрывает собой сделку по увеличению уставного капитала, в рассматриваемом случае, с учетом конкретных обстоятельств, не имеется. Уставный капитал общества согласно материалам регистрационного дела не увеличивался, решение общего собрания по увеличению уставного капитала участниками общества не принималось.

Кроме того, ответчиком при рассмотрении настоящего дела в суде первой инстанции заявлено ходатайство о пропуске срока исковой давности. В обоснование заявленного ходатайства ответчиком было указано на то, что договор заключен 01.11.2014г., денежные средства по договору внесены в кассу общества 05.11.2014г., срок исковой давности начинает течь с момента исполнения сделки, то есть с момента предоставления денежных средств, в связи с чем последний срок подачи иска 06.11.2017г. (с учетом того, что 05.11.2017г. является выходным днем).

Истец, возражая по заявленному ходатайству, заявил ходатайство о восстановлении пропущенного срока в обоснование указав, что в период с 31.10.2017г. по 22.11.2017г. истец находилась в командировке, не имея юридического образования, истец по возвращению в Республику Татарстан заключила договор на оказание юридических услуг от 21.11.2017г.

В соответствии со ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, кода началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

Согласно ст.195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу положений п.2 ст.199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Из содержания представленных конкурсным управляющим документов, следует, что согласно приказу генерального директора ООО «Клеон Медикал» ФИО5 от 15.10.2014г. истец ФИО2 состояла в должности финансового директора общества с правом первой подписи в банковских и платежных документах.

Соответственно, истец имела, в том числе право доступа к информации о движении денежных средств по расчётному счёту ООО «Клеон Медикал», в связи с чем является верным вывод суда первой инстанции о том, что истец не могла не знать о поступлении заёмных денежных средств на расчётный счёт общества в указанной сумме.

Кроме того, обстоятельства близких отношений между истцом ФИО2 и директором общества ФИО5, которые согласно сведениям, полученным по запросу суда из Адресно-справочной службы зарегистрированы по одному адресу места жительства, истцом не опровергнуты (л.д.41-42). При этом судом первой инстанции также был учтён и тот факт, что по указанному адресу зарегистрировано и само ООО «Клеон Медикал». Следовательно, по указанному адресу находились документы и бухгалтерия общества.

Оспариваемый договор займа от 01.11.2014г. был исполнен со стороны займодавца (ответчика ФИО3) 05.11.2014г., что подтверждается квитанцией к расходному кассовому ордеру и 05.11.2014г. данная денежная суммы была внесена на расчетный счет общества.

При этом истец направил в суд исковое заявление 23.11.2017, таким образом, в рассматриваемом случае истцом пропущен трехлетний срок исковой давности по требованию о признании недействительным договора займа от 01.11.2014г., что в силу положений ст. 199 ГК РФ является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения ходатайства истца о восстановлении пропущенного срока исковой давности.

В силу статьи 205 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельства, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.) нарушенное право подлежит защите.

Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Доказательств необходимости исключительности применения указанной нормы суду не представлено. Нахождение истца в командировке в период с 31.10.2017г. по 22.11.2017г. не является в рассматриваемом случае основанием для восстановления пропущенного срока.

Кроме того, истец по настоящему делу была привлечена в качестве третьего лица по делу № 2-5971/16 по иску ФИО3 с ООО «Клеон Медикал» о взыскании суммы займа по оспариваемому договору. Из содержания данного решения, копия которого имеется в материалах настоящего дела, следует, что судебное разбирательство между сторонами началось в марте 2016 г.

Таким образом, истец имела реальную возможность своевременно обратиться в суд за защитой своего предполагаемого нарушенного права.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (п.15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица (пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее - постановление № 43).

Институт исковой давности в гражданском праве имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, способствовать соблюдению хозяйственных договоров, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов. Применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 03.11.2006 № 445-О).

Судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (ст. 9 АПК РФ).

Статьей 65 АПК РФ предусмотрено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

На основании изложенного, исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства и доводы сторон, суд первой инстанции пришёл к правомерному выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

Отказывая в удовлетворении ходатайства ответчика о прекращении производства по делу согласно п.2 ч.1 ст. 150 АПК РФ, в обоснование которого ответчик также сослался на то, что аналогичный спор был рассмотрен Приволжским районным судом по делу № 2-5971/16, суд первой инстанции обоснованно указал на следующие обстоятельства.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 150 АПК РФ арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что имеется вступивший в законную силу принятый по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям судебный акт арбитражного суда.

Однако, в настоящем споре субъектный состав участников спора и предмет спора иные. В настоящем деле иск предъявлен ФИО2 к ФИО3 о признании договора займа недействительной притворной сделкой, тогда как Приволжским районным судом в рамках дела № 2-5971/16 рассмотрен иск ФИО3 к ООО «Клеон Медикал» о взыскании задолженности по договору займа.

Апелляционная жалоба содержит доводы, которые, не опровергая выводов суда первой инстанций, направлены на переоценку доказательств с целью установления иных обстоятельств, которые опровергаются доказательствами, приобщенными к материалам дела.

Так как доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основанием к безусловной отмене судебного акта по статье 270 АПК РФ, не установлено, решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 05 марта 2018 года по делу № А65-38597/2017 является законным и обоснованным. Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе, в соответствии со ст. 110 АПК РФ, возлагаются на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 05 марта 2018 года по делу № А65-38597/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в двухмесячный срок, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                         А.И. Александров

 

Судьи                                                                                                        Г.М. Садило

 

Н.А. Селиверстова