СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-12537/2023(1)-АК

Дело № А50-172/2023

12 декабря 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 11 декабря 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 12 декабря 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего    Чепурченко О.Н.,

судей                                     Голубцова В.Г., Мартемьянова В.И., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

финансового управляющего ФИО2, паспорт;

от Прокуратуры Пермского края: ФИО3, удостоверение, доверенность от 02.08.2023;

от ООО «Уральская подшипниковая компания»: ФИО4, паспорт, доверенность от 14.08.2023;

от ФИО5: ФИО6, удостоверение, доверенность от 26.04.2023,

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего Гулака Ивана Николаевича

на определение Арбитражного суда Пермского края от 12 октября 2023 года об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительной цепочку сделок по заключению соглашения о распределении долей от 01.12.2022 и договора дарения доли в праве собственности на квартиру от 21.12.2022,

вынесенное в рамках дела № А50-172/2023 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО5, 

третьи лица: отдел опеки и попечительства над несовершеннолетними гражданами по Индустриальному району Территориального управления Министерства социального развития Пермского края по г. Перми, отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Пермскому краю, ООО «Уральская подшипниковая компания», Прокуратура Пермского края,                   

 

установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края от 16.02.2023 принято к производству заявление ООО «Уральская подшипниковая компания» в лице участника ФИО7 о признании ФИО5 несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве.

Определением от 05.05.2023 в отношении ФИО5 введена процедура реструктуризации долгов; финансовым управляющим утвержден ФИО2, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Меркурий».

Объявление об открытии процедуры реструктуризации долгов опубликовано в ЕФРСБ 10.05.2023 (сообщение № 11427823), в газете «Коммерсантъ» № 83 (7528) от 13.05.2023. 

04 июля 2023 года в арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего об оспаривании сделки, в котором, с учетом заявленных в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) уточнений (т. 1 л.д. 108-111, 145-147), финансовый управляющий просил признать недействительной цепочку сделок: 

- соглашение о распределении долей от 01.12.2022, заключенное между ФИО5, ФИО8, ФИО9, ФИО9; 

- договор дарения доли в праве собственности на квартиру от 21.12.2022, заключенный между ФИО5, ФИО8, ФИО9, ФИО9; 

применить последствия недействительности сделки в виде:

- возврата в конкурсную массу ФИО5 жилого помещения – квартиры № 139, площадью 40,2 кв.м., по адресу: г. Пермь, Кировский район, ул. Адмирала ФИО10, д. 21;

- восстановить право требования ФИО9, ФИО9 на сумму материнского капитала в размере 408 026 руб., израсходованного в качестве погашения ипотечного кредита № 430-И/1-Д от 28.03.2017, договора об ипотеке № 111-ИУ17 от 28.03.2017 к ФИО5.

К участию в данном обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных исковых требований относительно предмета спора привлечены: Отдел опеки и попечительства над несовершеннолетними гражданами по Индустриальному району Территориального управления Министерства социального развития Пермского края по г. Перми, Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Пермскому краю, ООО «Уральская подшипниковая компания», Прокуратура Пермского края. 

Определением Арбитражного суда Пермского края от 12 октября 2023 года в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, финансовый управляющий ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование апелляционной жалобы финансовый управляющий указывает на ошибочность выводов суда о нарушении интересов детей при применении последствий недействительности сделки, ссылаясь на то, что в период имущественного кризиса должник совершает последовательные действия по выводу ликвидного актива на своих несовершеннолетних детей, осознавая, что доля в квартире будет реализована для удовлетворения требований кредиторов; в данном случае дети являются инструментом для достижения порочной цели должника – уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами, при этом помимо указанной квартиры должнику на праве собственности принадлежит жилой дом площадью 150 кв.м., где в настоящий момент проживают несовершеннолетние дети должника, в оспариваемой квартире дети не проживают, на что прямо указывала в судебном заседании ФИО8 В отношении совершения оспариваемой сделки без предоставления должнику встречного предоставления приводит пояснения ФИО8 о том, что квартиру бы супруги П-вы не получили, если бы не внесли доплату в размере 764 888 руб. и в случае расторжения договора паеиакоиления в одностороннем порядке имели бы к застройщику денежное право требование на сумму, ранее оплаченную за квартиру в размере 887 000 руб.; при этом на момент получения займа в АО «ПАИЖК» ФИО8 находилась в декретном отпуске, доходов не имела, что подтверждается материалами дела, а, следовательно, не могла ни получить займ самостоятельно, ни исполнять обязательства по займу перед АО «ПАИЖК»; исполнял обязательства по займу ФИО5, также для исполнения обязательств перед АО «ПАИЖК» супруги использовали средства семейного (материнского) капитала, где также есть доля должника; полагает, что судом ошибочно сделан вывод о правильном распределении долей в квартире в соответствии с соглашением о распределении долей от 01.12.2022, поскольку вклад каждого из супругов в приобретении квартиры равный, без участия должника ФИО8 осталась бы с правом требования к ЖСК «Адмирала ФИО10 21» на сумму 887 000 руб., вместо квартиры стоимостью порядка 1 713 024,11 руб. на момент доплаты; учитывая, что в соглашении за супругами ранее признавался режим совместной собственности, то размер доли должника в результате заключения данного соглашения уменьшился с 1/2 до 1/4 в праве на жилое помещение в ущерб законным интересам кредиторов должника; фактически доли распределены в соответствии с соглашением следующим образом: доля супруги 0,50, доля должника 0,25, доля детей 0,25, однако, по мнению финансового управляющего, подлежали распределению следующим образом – доля супруги 0,44, доля должника 0,44, доля детей 0,12; указанное, по мнению апеллянта, свидетельствует о том, что супруги П-вы в ущерб кредиторам должника необоснованно уменьшили долю должника в квартире (безвозмездная сделка) за счет увеличения доли детей н супруги должника. Также апеллянт отмечает, что текущая кадастровая стоимость спорной квартиры составляет 3 045 578,93 руб., даже если исходить из доли должника в квартире равной 1/4, то стоимость доли должника при расчете от кадастровой стоимости составляет 761 394,73 руб. (3 045 578,93х25%), в связи с чем судом необоснованно сделан вывод о незначительности доли, приходящейся на должника (1/4). Преследование цели причинения вреда правам кредиторов оспариваемой сделкой финансовый управляющий обосновывает тем, что П-вы начали осуществлять действия по отчуждению доли в квартире после вынесения постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.11.2022 по делу №А50-30491/2021, при этом срок для распределения долей в квартире истек еще 26.04.2021; ссылается на то, что супруги П-вы только через полтора года заключили соглашение о распределении долей 01.12.2022, именно после вынесения судебного акта о взыскании с должника убытков в размере более 8 млн. руб. Помимо изложенного, финансовый управляющий указывает на неправомерный отказ суда в удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства, повлекший грубое нарушение принципов судопроизводства; ссылается на то, что ходатайство об отложении судебного разбирательства было заявлено в связи с вручением ответчиком управляющему в ходе судебного заседания от 05.10.2023 отзыва на исковое заявление с приложением, среди прочих документов, копий договора дарения от 23.09.2017 и расписки ФИО8 от 23.09.2017, а также с целью ознакомления с ними и подготовки заявления о фальсификации доказательств, что лишило заявителя права на представление возражений в отношении доказательств, которые не были заблаговременно раскрыты противоположной стороной; в связи с отсутствием невозможности заявить ходатайство о фальсификации доказательств в суде первой инстанции, финансовый управляющий указывает на заявление данного ходатайства в суде апелляционной инстанции, в котором просит провести его проверку посредством обязания ответчика предоставить в материалы дела подлинники документов, а также назначения судебной технико-криминалистической экспертизы давности изготовления договора целевого дарения денежных средств от 23.09.2017, расписки ФИО8 от 23.09.2017 к договору целевого дарения денежных средств от 23.09.2017, поручить ее проведения эксперту ФБУ «Пермская лаборатория судебной экспертизы» ФИО11 с постановкой перед экспертом вопроса: «Соответствует ли дата нанесения подписи ФИО8 дате, указанной в исследуемом документе? Если нет, то в какой период выполнена подпись?».

Прокуратура Пермского края согласно письменному отзыву против удовлетворения апелляционной жалобы возражает, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого определения. 

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле не поступило.

Ходатайство о назначении судебной экспертизы по установлению давности изготовления договора целевого дарения денежных средств от 23.09.2017, расписки ФИО8 от 23.09.2017 к договору целевого дарения денежных средств от 23.09.2017, расценено судом апелляционной инстанции как заявление о фальсификации представленных в дело доказательств.

Установив, что заявление о фальсификации доказательства в суде первой инстанции финансовым управляющим заявлено не было, возможность такого заявления в суде апелляционной инстанции, минуя суд первой инстанции, процессуальным законодательством не предусмотрено, оснований для его удовлетворения апелляционный суд не усматривает.

Участвующий в судебном заседании представители Прокуратуры Пермского края, должника против удовлетворения апелляционной жалобы возражали.

Финансовый управляющий ФИО2 на доводах апелляционной жалобы настаивал; представитель ООО «Уральская подшипниковая компания» доводы апелляционной жалобы поддержал.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили, что в порядке ст. 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ. 

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, брак между ФИО5 и ФИО8 зарегистрирован 11.09.2014.   

Спорное имущество – квартира, приобретена ФИО8 по договору долевого участия № ДУ-129-21/2 от 30.03.2005 и договору цессии от 05.07.2006, то есть до заключения барака с ФИО5

По договору цессии ФИО8 выплачено за квартиру 887 000 руб.; денежные средства ФИО8 были переданы от ее матери, полученные последней в свою очередь за расселение ветхого и аварийного жилья, в котором ФИО8 и ее родители проживали до момента расселения.

Мать ФИО8 являлась собственником квартиры по ул. Большевистская, 174-2, что подтверждается справкой от Управления домами №9, копии лицевого счета № 

<

***> выданной Администрацией Ленинского района МКУ «Жилищная служба Ленинского района г. Перми», участок № 5, от 16.06.2005.

На основании решения Кировского районного суда г. Перми от 09.12.2010 по делу № 2-2466/2010 за ФИО8 признано право собственности на объект незавершенного строительства – однокомнатную квартиру № 139 в многоквартирном жилом доме по адресу: 

<

...>.

Строительство дома, в котором расположена вышеуказанная квартира, не велось несколько лет, в связи с чем в отношении застройщика было возбуждено уголовное дело, ФИО8 признана потерпевшей.

В августе 2016 года ФИО8 признали обманутым дольщиком и внесли в соответствующий реестр (реестр обманутых дольщиков).

Для завершения строительства 03.08.2016 между ФИО8 (пайщик) и ЖСК «Адмирала ФИО10, 21» (кооператив) был заключен договор паенакопления № 139, в соответствии с которым пайщик, с целью улучшения имущества, передал кооперативу право пользования квартирой; паевой взнос составил 764 888 руб.

В связи с тем, что таких денег у ФИО8 не было, а компания АО «ПАИЖК» предлагала ипотечный кредит всем желающим обманутым дольщикам этого дома на льготных условиях, П-вы воспользовались этим предложением.

28 марта 2017 между АО ПАИЖК (кредитор) и ФИО8, (залогодатель) были заключены договор об ипотеке № 111-и/17 от 28.03.2017 и договор займа № 430-И/17-Д, в соответствии с которыми заемщикам предоставлен займ в размере 764 888 руб., под залог квартиры № 139 в многоквартирном жилом доме по адресу: 

<

...>.

17 августа 2017 года часть заемных средств в размере 408 026 руб. была возвращена за счет средств материнского капитала, что отображается в графике платежей по ипотеке.

В сентябре 2017 года отец подарил ФИО8 200 000 руб. для погашения вышеуказанной ипотеки, что подтверждается договором дарения от 23.09.2017.

В сентябре ФИО8 внесла 175 000 руб. на погашение ипотеки, что также отражено в графике платежей по ипотеке

На основании решения Кировсокого районного суда г. Перми от 22.05.2018 по делу № 2-1/2018, ЖСК «Адмирал ФИО10, 21» произвел выплату излишне уплаченных денежных средств за достройку квартиры № 139 в многоквартирном жилом доме по адресу: 

<

...> в размере 473 898 руб.

Указанные денежные средства ФИО8 также направила на погашение ипотеки.

01 декабря 2022 года заключено соглашение о распределении долей, заключенное между ФИО5, ФИО8, ФИО9, ФИО9.

Предметом данного соглашения является изменение режима совместной собственности супругов и оформление в общую долевую собственность супругов и детей жилого помещения с определением долей: 1/2 – ФИО8, 1/4 – ФИО5, 1/8 – ФИО9, 1/8 – ФИО9. Указанное соглашение заключено в связи с использованием средств материнского капитала при погашении ипотечного кредитного продукта № 430-И/1-Д от 28.03.2017, договора об ипотеке № 111-И/17 от 28.03.2017.

Из договора оспариваемого соглашения следует, что приобретение спорного имущества осуществлено за счет собственных денежных средств, с использованием, в том числе кредитных средств, предоставленных АО «ПАИЖК», заключенному с ФИО8 и ФИО5, а также с использованием средств материнского регионального капитала по региональному сертификату Серии МК-7 № 0471534 от 16.05.2015, выданному ФИО8 ГУ – Управлением Пенсионного фонда Российской Федерации в Индустриальном районе г. Перми.

Согласно условиям оспариваемого соглашения П-вы улучшили жилищные условия, использовав право направить средства материнского регионального капитала по региональному сертификату в размере 408 026 руб.

После распределения долей в квартире между ФИО5, ФИО8, ФИО9 и ФИО9 был заключен договор дарения доли в праве собственности на квартиру от 21.12.2022, по условиям которого доля в праве собственности на жилое помещение, принадлежавшая должнику в размере ? была безвозмездно передана детям – ФИО9 и ФИО9, по 1/8 каждому.

Полагая, что совершая цепочку сделок, включающих в себя соглашение о распределении долей от 01.12.2022 и договор дарения доли в праве собственности на квартиру от 21.12.2022, совершены при наличии у должника неисполненных обязательств перед кредиторами с целью изменения режима общей собственности супругов на спорную квартиру, в результате которой размер доли должника уменьшился с ? до ?, и причинения имущественного вреда кредиторам, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о признании ее недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». 

Отказывая в признании сделки недействительной, суд первой инстанции исходил из отсутствия на то правовых оснований. 

Исследовав материалы дела в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, проанализировав нормы материального и процессуального права, выслушав пояснения лиц, участвующих в процессе, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего.

Согласно п. 1 ст. 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пунктов 1, 2 ст. 213.32 названного Закона заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статьях 61.2, 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

В соответствии с п. 1 ст. 61.2 названного Закона, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). 

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. 

Согласно разъяснениям, приведенным в п. 8 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

В силу п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, в частности, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Согласно п. 5 постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 для признания сделки недействительной по основаниям п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Исходя из разъяснений, приведенных в п. 6 постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в том числе совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица. 

В силу абзаца первого п. 2 ст. 61.2 Закона предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (п. 7 постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

Как установлено судом первой инстанции и не оспаривается финансовым управляющим, оспариваемые сделки – соглашение о распределении долей заключено 01.12.2022, договор дарения от 21.12.2022, совершены в период подозрительности, предусмотренный п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве (определение о возбуждении дела о банкротстве от 16.02.2023).

В то же время, по смыслу разъяснений, содержащихся в п. 8 Постановления № 63, на основании п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, и подлежат оценке применительно к п. 2 указанной статьи.

В обоснование заявленных требований заявитель указывал на то, что оспариваемые сделки совершены в период неплатежеспособности должника между заинтересованными лицами с целью сокрытия имущества, поскольку супруги дважды произвели изменение размера долей в отношении спорной квартиры, заключив соглашение о распределении долей между супругами и несовершеннолетними детьми, а впоследствии должник подарил свою долю (1/4) несовершеннолетним детям, тем самым причинил вред имущественным правам кредиторов.

Из материалов дела следует, что оспариваемые сделки совершены между заинтересованными лицами, при наличии у должника неисполненных обязательств перед ООО «Уральская подшипниковая компания» в размере 8 422 861,29 руб., установленных вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Пермского края от 23.08.2022 и включенных в реестр требований кредиторов должника, подтверждается материалами дела и участниками спора не опровергается.  

Как указывалось ранее, спорная квартира приобретена ФИО8 по договору долевого участия № ДУ-129-21/2 от 30.03.2005 и договору цессии от 05.07.2006, то есть до заключения барака с ФИО5 (должником). По договору цессии ФИО8 выплачено за квартиру 887 000 руб.

На основании решения Кировского районного суда г. Перми, дело № 2-2466/2010 от 09.12.2010 за ФИО8 признано право собственности на объект незавершенного строительства – однокомнатную квартиру № 139 в многоквартирном жилом доме по адресу: 

<

...>.

Строительство дома, в котором расположена вышеуказанная квартира, не велось несколько лет, в рамках возбужденного в отношении застройщика уголовного дела, ФИО8 была признана потерпевшей; в августе 2016 года ФИО8 признали обманутым дольщиком, соответствующие сведения внесли в реестр Обманутых дольщиков.

Для завершения строительства 03.08.2016 между ФИО8 (пайщик) и ЖСК «Адмирала ФИО10, 21» (кооператив) был заключен договор паенакопления № 139, паевой взнос составил 764 888 руб.

В связи с тем, что таких денег у ФИО8 не было, а компания АО «ПАИЖК» предлагала ипотечный кредит всем желающим обманутым дольщикам этого дома на льготных условиях, П-вы воспользовались этим предложением.

28 марта 2017 года между АО «ПАИЖК» и П-выми (заемщики) был заключен договор займа № 430-И/17-Д на сумму 764 888 руб., под залог квартиры № 139 в многоквартирном жилом доме по адресу: 

<

...>, а также договор об ипотеке № 111-и/17 от 28.03.2017 с ФИО8 (залогодатель). 

Займ был возвращен частями, а именно в размере 408 026 руб. за счет средств материнского капитала (17.08.2017), в размере 175 000 руб. за счет средств полученных ФИО12 в дар от отца (в сентябре 2017 года), оставшаяся сумма была внесена за счет средств полученных от ЖСК «Адмирал ФИО10, 21» в связи с возвратом излишне уплаченных за достройку спорной квартиры денежных средств в размере 473 898 руб. на основании решения Кировского районного суда г. Перми от 22.05.2018 по делу № 2-1/2018.

После прекращения залога, в связи с использованием средств материнского капитала при погашении ипотечного кредита, 01.12.2022 было заключено оспариваемое соглашение о распределении долей, заключенное между ФИО5, ФИО8, ФИО9, ФИО9, предметом которого являлось изменение режима совместной собственности супругов и оформление в общую долевую собственность супругов и детей жилого помещения с определением долей: ? - ФИО8, ? - ФИО5, 1/8 - ФИО9, 1/8 - ФИО9.  

Из оспариваемого соглашения следует, что приобретение спорного имущества осуществлено за счет собственных денежных средств ФИО8, с использованием, в том числе кредитных средств, предоставленных АО «ПАИЖК», по заключенному с ФИО8 и ФИО8 договору займа, а также с использованием средств материнского регионального капитала по региональному сертификату Серии МК-7 № 0471534 от 16.05.2015, выданному ФИО8 ГУ – Управлением Пенсионного фонда Российской Федерации в Индустриальном районе г. Перми. 

Согласно условиям оспариваемого соглашения ФИО8 улучшили жилищные условия, использовав право направить средства материнского регионального капитала по региональному сертификату в размере 408 026 руб.

Правоотношения, связанные с использованием средств материнского (семейного) капитала, регулируются положениями Федерального закона от 29.12.2006 № 256-ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей» (Закон № 256-ФЗ).

В соответствии с п. 1 ч. 3 ст. 7 Закона № 256-ФЗ лица, получившие сертификат, могут распоряжаться средствами материнского (семейного) капитала в полном объеме либо по частям, в том числе направить его на улучшение жилищных условий.

В п. 1 ч. 1 ст. 10 названного Закона указано, что средства (часть средств) материнского (семейного) капитала в соответствии с заявлением о распоряжении могут направляться: на приобретение (строительство) жилого помещения, осуществляемое гражданами посредством совершения любых не противоречащих закону сделок и участия в обязательствах (включая участие в жилищных, жилищно-строительных и жилищных накопительных кооперативах), путем безналичного перечисления указанных средств организации, осуществляющей отчуждение (строительство) приобретаемого (строящегося) жилого помещения, либо физическому лицу, осуществляющему отчуждение приобретаемого жилого помещения, либо организации, в том числе кредитной, предоставившей по кредитному договору (договору займа) денежные средства на указанные цели.

В силу ч. 4 указанной статьи Закона жилое помещение, приобретенное (построенное, реконструированное) с использованием средств (части средств) материнского (семейного) капитала, оформляется в общую собственность родителей, детей (в том числе первого, второго, третьего ребенка и последующих детей) с определением размера долей по соглашению.

Во исполнение ч. 4 ст. 10 Закона № 256-ФЗ ФИО8 03.07.2017 оформила в нотариальном порядке обязательство, согласно которому ФИО8 было дано обязательство оформить квартиру, приобретенную, в том числе на средства материнского капитала в общую собственность лица, получившего сертификат, своего супруга и своих детей.

Таким образом, оспариваемое соглашение об оформлении приобретенного с использованием средств (части средств) материнского (семейного) капитала жилого помещения в общую долевую собственность заключено во исполнение норм действующего законодательства, в отношении определенного Федеральным законом круга субъектов, в чью собственность поступает жилое помещение – супругов и детей. 

При определении долей родителей и детей в праве собственности на жилое помещение необходимо руководствоваться ч. 4 ст. 10 Закона № 256-ФЗ, а также положениями статей 38, 39 Семейного кодекса Российской Федерации (СК РФ).

В соответствии со статьями 38, 39 СК РФ разделу между супругами подлежит только общее имущество, нажитое ими во время брака. К нажитому во время брака имуществу (общему имуществу супругов) относятся, в том числе полученные каждым из них денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (п. 2 ст. 34 СК РФ).

Между тем, имея специальное целевое назначение, средства материнского (семейного) капитала не являются совместно нажитым имуществом супругов и не могут быть разделены между ними (п. 5 «Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации» № 2(2016)», утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016).

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 14.03.2017 № 4-КГ16-73, от 11.06.2019 № 18-КГ19-57, определение долей в праве собственности на квартиру должно производиться исходя из равенства долей родителей и детей на средства материнского (семейного) капитала, потраченные на приобретение этой квартиры.

В данном случае необходимо руководствоваться принципом соответствия долей в зависимости от объема собственных средств, вложенных в покупку жилья родителями (в том числе средств, принадлежащих каждому из родителей, не являющихся совместно нажитыми), а также средств материнского капитала. Материнский капитал должен распределяться на родителей и детей в равных долях. Доли детей в общем имуществе определяются пропорционально их доле в материнском капитале.

Таким образом, в силу изложенного нормативного регулирования доли в квартире, приобретенной ФИО8 частично за счет средств материнского капитала, должны быть распределены, в том числе несовершеннолетним детям должника в определенном размере в силу прямого указания закона.

Из приведенных выше обстоятельств следует, что спорная квартира приобретена в основном за счет личных денежных средств ФИО8 с привлечением средств материнского капитала, в связи с чем оснований для вывода о том, что доля должника должна быть установлена в ином – большем размере, у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Вопреки утверждению апеллянта, вклад каждого из супругов в приобретении квартиры не является равным.

Как верно отмечено судом первой инстанции, в данном случае финансовый управляющий оспаривает соглашение о распределении долей и сделку по дарению всей доли должника в праве собственности на квартиру, принадлежащую должнику, в пользу своих несовершеннолетних детей, результатом недействительности которой станет выбытие из собственности несовершеннолетних детей всех принадлежащих им долей в данной квартире, что недопустимо в силу положений Закона № 256-ФЗ.

Вместе с тем, учитывая, что спорная квартира приобретена ФИО8 задолго до заключения брака с должником, заемные денежные средства полученные в период брака на достройку квартиры возвращены в основном за счет подаренных ФИО8 отцом денежных средств (личное имущество супруги должника), возврата кооперативом излишне уплаченных денежных средств на достройку денежных средств, и средств материнского капитала, которые не являются совместно нажитым имуществом супругов и не могут быть разделены между ними, оснований для вывода о том, что последующее отчуждение должником доли детям по договору дарения совершено во вред кредиторам у суда первой инстанции не имелось.

При таких обстоятельствах, учитывая вышеизложенное, заключение оспариваемого соглашения от 01.12.2022 в целях исполнения обязательства об использовании материнского капитала в соответствии с нормами закона и в интересах несовершеннолетних детей, доказательств неправильности распределения долей в материалах дела не имеется и суду апелляционной инстанции не представлено, принимая во внимание незначительность доли, приходящейся на должника (1/4), которая подарена несовершеннолетним детям, а также учитывая площадь и характеристики жилого помещения (однокомнатная квартира, общей площадью 40,2 кв.м., при этом 1/4 доли составляет 10,05 кв.м.), суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что оспариваемое соглашение и договор дарения доли несовершеннолетним детям совершены в отсутствие противоправной цели причинения вреда кредиторам и не причинили им имущественного вреда, что исключает возможность признания их недействительными по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

При этом судом учтено, что цель приобретения данного имущества для детей супругов П-вых подтверждается тем, что договор дарения заключен по истечении 20 дней после обязательной процедуры распределения долей в квартире между членами семьи, предусмотренной Законом № 256-ФЗ.

Указанное, также свидетельствует об отсутствии преследуемой участниками договора дарения цели причинения вреда кредиторам, поскольку у должника изначально отсутствовала цель проживания в квартире, приобретенной с привлечением средств материнского капитала.

Утверждение апеллянта о том, что в данном случае дети являются инструментом для достижения порочной цели должника – уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами, не нашло своего подтверждения в суде апелляционной инстанции.

 По мнению апелляционного суда позиция финансового управляющего изложенная в апелляционной жалобе основана на неправильном толковании норм действующего законодательства и противоречит фактическим обстоятельствам спора, в связи с чем не может являться основанием для отмены обжалуемого определения. 

Доводы жалобы о неправомерном отказе суда первой инстанции в удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства, повлекший грубое нарушение принципов судопроизводства, также не соответствуют действительности.

При этом суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что вопреки утверждению апеллянта, спорные доказательства, в том числе, информационный расчет ежемесячных платежей по договору займа от 28.03.2017, договор целевого дарения денежных средств от 23.09.2017, копия сберегательной книжки, выписки из лицевого счета по вкладу, в подтверждение дарения ФИО8 отцом 200 000 руб., были представлены и приобщены судом к материалам дела в судебном заседании, состоявшемся 27.09.2023, что и явилось основанием для отложения судебного разбирательства по ходатайству финансового управляющего на 05.10.2023. 

В судебном заседании 05.10.2023 финансовым управляющим не было заявлено ходатайство о проведении экспертизы спорных документов в установленном законом порядке, управляющий лишь указал на наличие у него такого намерения, что обязательным для отложения судебного разбирательства в суде первой инстанции являться не могло.  

Доводов, которые бы могли повлиять на принятое решение, в апелляционной жалобе не приведено. 

По существу, возражения финансового управляющего, изложенные в апелляционной жалобе, свидетельствуют лишь о несогласии его с принятым судом судебным актом, что само по себе не может являться основанием для его отмены.

Основания для отмены или изменения определения суда первой инстанции от 12.10.2023 по приведенным в апелляционной жалобе доводам отсутствуют. Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии со ст. 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено. 

В удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.

В порядке ст. 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины подлежат отнесению на заявителя апелляционной жалобы. 

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 12 октября 2023 года по делу № А50-172/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

 

О.Н. Чепурченко 

 

Судьи

 

В.Г. Голубцов 

 

 

В.И. Мартемьянов