ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

672007, Чита, ул. Ленина, 145

тел. (3022) 35-96-26, тел./факс (3022) 35-70-85

Е-mail: info@4aas.arbitr.ru    http://4aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №А19-1913/2023

г. Чита

01 ноября 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 октября 2024 года.

В полном объеме постановление изготовлено 01 ноября 2024 года.

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Луценко О.А.,

судей Гречаниченко А.В., Каминского В.Л.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Горлачевой И.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Иркутской области 29 августа 2024 года по делу № А19-1913/2023

по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Рус-Майнинг Сервис» ФИО2 к ФИО1 (г. Иркутск) о взыскании убытков,

по делу по заявлению Федеральной налоговой службы о признании общества с ограниченной ответственностью ««Рус-Майнинг Сервис» (адрес: 664075, 

<

...> стр. 249, оф. 202, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Рус-Майнинг Сервис» ФИО2 – ФИО3 представителя по доверенности от 22.11.2023,

установил:

Федеральная налоговая служба России обратилась в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «РусМайнинг Сервис» (далее – ООО «Рус-Майнинг Сервис», должник) несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 14.11.2023 по делу № А19 1913/2023 в отношении ООО «Рус-Майнинг Сервис» введена процедура банкротства – конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена арбитражный управляющий ФИО2 (далее – ФИО2).

Конкурсный управляющий ООО «Рус-Майнинг Сервис» ФИО2 15.01.2024 обратился в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о взыскании с ФИО1 в пользу ООО «Рус-Майиинг Сервис» убытков, причиненные должнику в сумме 14 003 475,88 руб.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 29 августа 2024 года заявление удовлетворено, с ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Рус-Майнинг Сервис» взысканы убытки в размере 14 003 475 руб. 88 коп.

Не согласившись с принятым судебным актом по делу, ФИО1 обжаловал его в апелляционном порядке, просит отменить определение Арбитражного суда Иркутской области от 29 августа 2024 года и принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе заявитель считает, что привлечение к ответственности за налоговое правонарушение не является основанием для возложения на ответчика ответственности в виде взыскания убытков, поскольку вина ответчика не доказана.

Лица, участвующие в деле, отзывы на апелляционную жалобу не направили.

Представитель конкурсного управляющего в судебном заседании устно возражал против доводов апелляционной жалобы, просил оставить определение суда без изменения.

В судебное заседание в Четвертый арбитражный апелляционный суд иные лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. Кроме того, они извещались о судебных заседаниях по данному делу судом первой инстанции, соответственно, были осведомлены о начавшемся процессе.

Руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 123, частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом извещенных иных лиц, участвующих в деле.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, предусматривающей пределы и полномочия апелляционной инстанции.

Как установлено судом и следует из материалов дела, руководителем ООО «Рус-Майнинг Сервис» с 07.06.2012 являлся ФИО4

Обращаясь с заявлением о взыскании убытков, арбитражный управляющий указал, что по результатам выездной налоговой проверки ООО «Рус-Майнинг Сервис» начислен налог на добавленную стоимость, налог на прибыль организаций, страховые взносы за 2018 год в общей сумме 26 665 654 руб. 29 коп., штраф, предусмотренный пунктом 1 и 3 статьи 122 НК РФ в размере 1 293 522,6 руб. и пени в сумме 14 003 475,88 руб. Обществу предложено удержать и перечислить в бюджет НДФЛ в сумме 76 414 руб. (решение от 23.06.2022 №08-25/7075 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 14.11.2023 по делу А19-1913/2023 требование ФНС России в размере 156 264,40 руб. включено во вторую очередь реестра требований кредиторов ООО «Рус-Майнинг Сервис»; в размере 46 107 680, 02 руб., из них:  29 179 285,19 руб. – налог,   15 634 622,23 руб. – пени, 1 293 772,60 руб. – штраф, включено в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Рус-Майнинг Сервис».

В ходе выездной налоговой проверки ООО «Рус-Майнинг Сервис» уполномоченным органом установлен факт нереальности сделок ООО «Рус-Майнинг Сервис» с рядом контрагентов, неправомерного применения налоговых вычетов по НДС по сделкам заключенным с данными контрагентами. Также, установлен факт согласованности действий ООО «Рус-Майнинг Сервис» и контрагентов, что свидетельствует об умышленном характере действий налогоплательщика при заключении договора, создание искусственного документооборота, оформление фиктивных документов и перечисление денежных средств при отсутствии реальности хозяйственных операций с заявленными контрагентами с целью получения налоговой экономии в виде налоговых вычетов по НДС и налогу на прибыль.

По мнению конкурсного управляющего, руководитель ООО «Рус-Майнинг Сервис» ФИО4 умышлено, осознавая характер противоправных действий, отразил в бухгалтерской и налоговой отчетности операции по взаимоотношениям с организациями, созданными с целью обналичивания денежных средств, в отсутствии адекватного встречного исполнения. Также конкурсный управляющий указывает, что именно действия руководителя ООО «Рус-Майнинг Сервис» ФИО4, связанные с искажением документации должника, привели к долговым обязательствам перед бюджетом по пеням.

Суд первой инстанции, оценив представленные доказательства в совокупности, доводы лиц, участвующих в деле, признал доказанной совокупность обстоятельств, необходимую для взыскания убытков, недобросовестность и неразумность действий, причинение убытков и причинно-следственную связь между недобросовестными и неразумными действиями руководителя должника и причиненными убытками.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, арбитражный апелляционный суд не установил оснований,  предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для отмены определения суда первой инстанции, исходя из следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.20 Закон о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным главой III.2.

Пунктом 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве установлено, что требование, предусмотренное пунктом 1 указанной статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами.

С учетом изложенного, конкурсный управляющий ООО «Рус-Майнинг Сервис» ФИО2 правомерно обратился в рамках дела о банкротстве с заявлением.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ").

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса РФ).

По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ).

Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Обязанность возместить причиненный вред - мера гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между этим поведением и наступлением вреда, а также его вину.

При этом, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Арбитражный суд принимает только те доказательства, которые имеют отношение к рассматриваемому делу.

Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (статьи 65, 67, 68 АПК РФ).

Согласно пункту 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

В силу пункта 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Пунктом 2 статьи 44 Закона № 14-ФЗ также предусмотрено, что единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

В пункте 3 данной статьи установлено, что при определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Таким образом, в силу положений ГК РФ (статья 53) и Закона № 14-ФЗ (статья 40) единоличный исполнительный орган вправе давать обязательные для юридического лица указания либо иным образом имеет возможность определять его действия.

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление N 62) лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д.), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (п. 3 ст. 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков и представить соответствующие доказательства.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) (пункт 2 Постановления № 62).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; 2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; 3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.) (пункт 3 Постановления № 62).

Взыскание убытков с единоличного исполнительного органа зависит от того, действовал ли он при исполнении своих обязанностей разумно и добросовестно, т.е. проявлял ли он заботливость и осмотрительность, и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения своих обязанностей.

С учетом изложенного, как верно указано судом первой инстанции, в предмет доказывания по настоящему спору входит установление наличия у ответчика статуса единоличного исполнительного органа; недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) единоличного исполнительного органа, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 4 Постановления № 62, добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора.

В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц.

О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора помимо прочего могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля (пункт 5 Постановления № 62). В постановлении N 62 указано, что бремя доказывания недобросовестности и неразумности поведения генерального директора возложено на истца (юридическое лицо и (или) его учредителя (участника), требующего взыскания убытков). В свою очередь, генеральный директор вправе представлять доказательства добросовестности и разумности своих действий.

Согласно пункту 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается уполномоченный орган, при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров, а также при рассмотрении в общеисковом порядке споров, связанных с делом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации письменными доказательствами являются документы, содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела, договоры, акты, справки, деловая корреспонденция, иные документы, выполненные в форме цифровой, графической записи или иным способом, позволяющим установить достоверность документа.

Следовательно, к числу доказательств, согласно статье 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могут быть отнесены, в том числе материалы налоговой проверки должника и (или) его контрагента (акт налоговой проверки, принятое по ее результатам решение).

Вывод суда первой инстанции о наличии в  действиях ответчика признаков недобросовестности  и неразумности является обоснованным, поскольку судом учтены обстоятельства, установленные в ходе выездной налоговой проверки, о факте нереальности сделок должника с ООО «Гидравликснабсервис» с ООО «Гидравликсервис», ООО «Логистик Трейд», ООО «КОМПЛЕКТСНАБ»; факте согласованности действий проверяемого налогоплательщика и этих контрагентов, что свидетельствует об умышленном характере действий налогоплательщика при заключении договора с указанными контрагентами, создании искусственного документооборота, оформлении фиктивных документов и перечислении денежных средств при отсутствии реальности хозяйственных операций с заявленными контрагентами с целью получения налоговой экономии в виде налоговых вычетов по НДС и налогу на прибыль.

Решение налогового органа по результатам налоговой проверки являлось предметом рассмотрения судов, признано правомерным.

Суды пришли к выводу, что налоговый орган, установив, что заявленные налогоплательщиком операции по приобретению запасных частей выполнялись не заявленными спорными контрагентами, а иными лицами, правомерно отказал в вычетах сумм НДС и во включении в расходы по налогам на прибыль затрат по указанным операциям в полном объеме. Налоговые обязательства налогоплательщика с учетом использования налогоплательщиком «технических» организаций для получения необоснованной экономии определены налоговым органом по результатам выездной проверки правильно.

Неуплата, начисленных в ходе выездной налоговой проверки, налогов также послужила основанием для обращения ФНС России в суд с заявлением о признании ООО «Рус-Майнинг Сервис» несостоятельным (банкротом).

По результатам рассмотрения которого, решением Арбитражного суда Иркутской области от 14.11.2023 по делу № А19 1913/2023 в отношении ООО «Рус-Майнинг Сервис» введена процедура банкротства – конкурсное производство; требование ФНС России в размере 156 264,40 руб. включено во вторую очередь реестра требований кредиторов ООО «Рус-Майнинг Сервис»; в размере 46 107 680, 02 руб., из них:  29 179 285,19 руб. – налог,   15 634 622,23 руб. – пени, 1 293 772,60 руб. – штраф, включено в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Рус-Майнинг Сервис».

Рассмотрев доводы управляющего, суд установил, что ФИО4 является единоличным исполнительным органом ООО «Рус-Майнинг Сервис» и осуществлял руководство текущей деятельностью общества. К компетенции руководителя в том числе относятся вопросы по заключению сделок от имени общества. ФИО4 как единоличный исполнительный орган и как руководитель организации – должен был проявить достаточную степень заботливости и осмотрительности при выборе контрагентов. При заключении договоров с контрагентами руководителю следовало исходить из того, что гражданско-правовая сделка влечет гражданско-правовые последствия от недобросовестных действий контрагента по сделке. Поэтому при выборе контрагентов следовало проявлять такую степень осмотрительности, которая позволила бы рассчитывать на надлежащее поведение контрагента в сфере налоговых правоотношений.

При этом, документальные доказательства, подтверждающие проявления должной степени осмотрительности ответчика ФИО4, в материалы настоящего обособленного спора не представлены.

Отклоняя довод ответчика об отсутствии вины ввиду непредоставления документов со стороны контрагентов суд обоснованно указал, что непредставление в налоговый орган документации со стороны контрагентов, не снимает вину с ответчика, поскольку в соответствии с частью 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательская деятельность - самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность. Таким образом, юридическое лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, несет риск наступления неблагоприятных последствий, в частности от заключения хозяйственных сделок с юридическими лицами, осуществляющими деятельность не в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Поскольку вина организации в совершении налогового правонарушения определяется в зависимости от вины ее должностных лиц, действия (бездействие) которых обусловили совершение данного налогового правонарушения (пункт 4 статьи 110 Налогового кодекса), следовательно, вина ФИО4 в причинении должнику убытков в размере начисленных пени за период осуществления им полномочий директора общества является доказанной.

Судом первой инстанции верно учтено, что начисление пеней и штрафов находится в прямой причинно-следственной связи с привлечением должника к налоговой ответственности, в то время как директор является ответственным лицом за организацию бухгалтерского учета и соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, за формирование учетной политики, ведение бухгалтерского учета, своевременное предоставление полной и достоверной бухгалтерской и налоговой отчетности.

Поскольку бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред, а ответчиком ни в суде первой инстанции, ни в апелляционной жалобе не приведены доказательства, опровергающие выводы, изложенные в решении налогового органа о неправомерном поведении контролирующего должника лица, апелляционный суд приходит к выводу о необоснованности и несостоятельности доводов апеллянта в части отсутствия вины ФИО1 в причинении убытков должнику.

Учитывая вышеизложенное, а также тот факт, что привлечение юридического лица к налоговой ответственности и в связи с этим возникновение дополнительной обязанности по уплате пеней является неблагоприятным финансовым последствием для общества, произошедшим вследствие виновных действий его руководителя, суд пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для удовлетворения требований конкурсного управляющего ООО «Рус-Майнинг Сервис» о взыскании с ФИО4 убытков в размере 14 003 475 руб. 88 коп.

Апелляционная жалоба не содержит доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции, в связи с чем апелляционный суд приходит к выводу, что фактически ФИО1 выражает только несогласие с выводами суда в отсутствие каких-либо аргументированных оснований их несостоятельности, что не является основанием для отмены законного и обоснованного судебного акта.

Оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм права, содержащиеся в нем выводы не противоречат имеющимся в деле доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети "Интернет".

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 258, 268 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четвертый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Иркутской области от 29 августа 2024 года по делу № А19-1913/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение месяца с даты принятия через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                   О.А. Луценко

 

Судьи                                                                                                  А.В. Гречаниченко

 

В.Л. Каминский