ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-20257/2023

26 марта 2025 года

г. Санкт-Петербург

/сд.1

Резолютивная часть постановления объявлена 19 марта 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 26 марта 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Бурденкова Д.В.

судей Аносовой Н.В., Серебровой А.Ю.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем Дмитриевой Т.А.,

при участии:

финансового управляющего имуществом должника ФИО1 лично, по паспорту,

от ФИО2: ФИО3 по доверенности от 07.04.2024,

от конкурсного управляющего ЗАО «Инвестиционная компания «Энергокапитал» ФИО4: ФИО5 по доверенности от 20.11.2024,

от иных лиц: не явились, извещены,

рассмотрев апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-38938/2024) ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.11.2024 по обособленному спору № А56-20257/2023/сд.1 (судья Заварзина М.А.), принятое 

по заявлению финансового управляющего о признании сделки недействительной и применении последствий её недействительности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

установил:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области поступило заявление акционерного общества «Научно-производственное объединение Завод «Волна» о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2.

Определением суда первой инстанции от 13.03.2023 заявление принято к производству, возбуждено производство по делу о банкротстве должника. 

Определением суда первой инстанции от 02.06.2023 заявление признано обоснованными, в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина; финансовым управляющим утвержден ФИО6.

Решением суда первой инстанции от 15.02.2024, ФИО2 признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедуры реализации имущества гражданина; финансовым управляющим утвержден ФИО6 

От финансового управляющего поступило заявление об оспаривании сделки должника, а именно управляющий просил:

- признать недействительной сделку должника по отчуждению квартиры, общей площадью 142,1 квадратных метра (жилая площадь 102,6 квадратных метра), расположенная по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 78:32:0001240:1153, оформленную договором купли-продажи квартиры от 09.10.2015 с ФИО7; 

- признать недействительным свидетельство о праве собственности на долю в общем имуществе супругов от 08.02.2022, выданное ФИО8; 

- признать недействительным свидетельство о праве на наследство по завещанию от 08.02.2022, выданное ФИО9; 

- признать недействительным договор дарения доли квартиры от 08.02.2022 в пользу ФИО9; 

- применить последствия недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу должника.

Определением суда первой инстанции от 22.05.2024 ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО2; финансовым управляющим в деле о банкротстве ФИО2 утвержден арбитражный управляющий ФИО1.

Определением от 01.11.2024 суд первой инстанции признал недействительной сделку ФИО2, а именно: договор купли-продажи от 09.10.2015 квартиры общей площадью 142,1 кв.м, расположенной по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 78:32:0001240:1153; истребовал у ФИО9 в конкурсную массу ФИО2 квартиру, общей площадью 142,1 квадратных метра (жилая площадь 102,6 квадратных метра), расположенную по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 78:32:0001240:1153; в остальной части в удовлетворении заявления отказал; взыскал с ФИО9 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 6 000 руб.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, ФИО2 обратилась в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права и несоответствие выводов, изложенных в определении, обстоятельствам дела, просила определение отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ФИО2 указала на то, что суд первой инстанции:

- неправильно распределил между сторонами бремя доказывания и сделал выводы, которые противоречат установленным по делу обстоятельствам;

- неправильно применил статью 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и не применил пункт 5 статьи 10 ГК РФ;

- в нарушение статей 15, 71 и 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не дал оценку доводам ФИО2 и представленным ею доказательствам.

- в нарушение статей 10 и 71 АПК РФ вынес судебный акт на основе предположения.

От сторон поступили письменные пояснения и отзывы, которые были приобщены к материалам дела в порядке статьи 268 АПК РФ.

Определением от 12.03.2024 апелляционный суд отложил судебное разбирательство на 19.03.2025, 12:45, зал 223.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел».

В судебном заседании представитель ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддержал.

Финансовый управляющий против удовлетворения апелляционной жалобы возражал, просил в удовлетворении жалобы отказать, полагая судебный акт первой инстанции законным и обоснованным.

Конкурсный управляющий закрытого акционерного общества «Инвестиционная компания «Энергокапитал» дал пояснения относительно работы должника в обществе.

Иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем, в порядке статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, согласно полученным сведениям из Единого государственного реестра недвижимости должнику в период с 18.06.2015 по 10.11.2015 принадлежало недвижимое имущество: квартира, общей площадью 142,1 квадратных метра (жилая площадь 102,6 квадратных метра), расположенная по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 78:32:0001240:1153. 

Между ФИО2 (продавец) и ФИО7 (покупатель, мать должника) был заключен договор купли-продажи квартиры от 09.10.2015, общей площадью 142,1 квадратных метра (жилая площадь 102,6 квадратных метра), расположенной по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 78:32:0001240:1153. 

Согласно пункту 4 договора от 09.10.2015 стоимость квартиры составляет 15 475 000 руб. 

Согласно пункту 5 договора от 09.10.2015 ФИО7 произвела оплату цены квартиры наличными денежными средствами до подписания договора. 

Государственная регистрация перехода права собственности на квартиру произведена 10.11.2015. 

Ввиду смерти ФИО7 (01.07.2021) ФИО8 (отец должника) было выдано свидетельство о праве собственности на долю в общем имуществе супругов (08.02.2022) нотариусом ФИО10 нотариального округа Санкт-Петербург, согласно которому было удостоверено, что ФИО8 принадлежит ? доли в праве в общем имуществе супругов, приобретенном супругами (ФИО7 и ФИО8) во время брака. 

Этим же свидетельством было удостоверено, что ? доли в праве на указанную квартиру входит в состав наследства, открывшегося после смерти ФИО7, умершей 01.07.2021. 

Свидетельством о праве на наследство по завещанию (08.02.2022) было удостоверено, что наследником имущества ФИО7 является ФИО11 (сын должника), соответственно сын должника унаследовал ? доли в праве на указанную квартиру. 

Впоследствии, ФИО8 подарил ? доли в праве на квартиру ФИО11, что оформлено договором дарения от 08.02.2022. 

В настоящий момент квартира находится в собственности ФИО11 

Ссылаясь на то, что сделки по отчуждению квартиры совершены со злоупотреблением правом, направлены на недопущение обращения взыскания на квартиру по обязательствам ФИО2 перед кредиторами, а также на мнимость сделок, финансовый управляющий обратился в суд с настоящим заявлением о признании сделок недействительными.

Представитель ответчиков в суде первой инстанции относительно удовлетворения заявления возражал по основаниям, изложенным в отзыве; указал, что спорная сделка от 09.10.2015 была возмездной, денежные средства мать должника передала ей наличными, расписки в получении средств не оформлялись ввиду доверительных отношений между членами семьи.

Применив нормы материального и процессуального законодательства, а также законодательства о банкротстве, исследовав представленные доказательства, суд первой инстанции признал недействительной сделку ФИО2, а именно: договор купли-продажи от 09.10.2015 квартиры общей площадью 142,1 кв.м, расположенной по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 78:32:0001240:1153; истребовал у ФИО9 в конкурсную массу ФИО2 квартиру, общей площадью 142,1 квадратных метра (жилая площадь 102,6 квадратных метра), расположенную по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 78:32:0001240:1153; в остальной части в удовлетворении заявления отказал; взыскал с ФИО9 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 6 000 руб.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого определения.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы X Закона о банкротстве; отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве (пункт 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве).

Положения статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве предусматривают возможность оспаривания сделок должника, заключенных при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки; сделок, совершенных должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительные сделки); сделок, совершенных должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований.

При этом максимальный период подозрительности таких сделок в силу указанных положений составляет три года.

В связи с тем, что дело о банкротстве должника возбуждено 13.03.2023, под подозрение могут попадать сделки, совершенные не ранее 13.03.2020.

Оспариваемый договор заключен в 2015 году, то есть за пределами трехлетнего периода подозрительности, предусмотренного указанными выше нормами Закона о банкротстве, что исключает возможность судебного оспаривания по главе III.1 Закона о банкротстве.

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред). Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве), пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061 по делу № А46-12910/2013, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034 по делу № А12-24106/2014).

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем такая сделка должна быть признана недействительной в соответствии со статьями 10 и 168 ГК РФ как нарушающая требования закона.

Из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 25) разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

В рассматриваемом случае, указанные финансовым управляющим обстоятельства свидетельствуют о том, что оспариваемый договор от 09.10.2015 выходит за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем основания для применения положений ГК РФ являются обоснованными.

Суд первой инстанции правомерно возложил бремя опровержения обоснованных разумных сомнений в действительности сделки на ответчика с учетом того, что договор от 09.10.2015 оспаривался финансовым управляющим именно по общим положениям ГК РФ; был заключен с заинтересованным лицом.

Доводы подателя жалобы об обратном отклоняются судом апелляционной инстанции как противоречащие материалам дела.

Апелляционной коллегией установлено, что договор от 09.10.2015 заключен с аффилированным лицом в силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве, так как ФИО7 являлась матерью должника.

Апелляционный суд отмечает, что аффилированность сторон сделок презюмирует их осведомленность о фактической неплатежеспособности должника на дату их совершения.

Следовательно, предвидя возможность обращения взыскания на спорное имущество по обязательствам, должник совершил спорную сделку, направленную на отчуждение принадлежащего ему ликвидного недвижимого имущества. 

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что вступившим в законную силу определением суда от 02.04.2019 по делу № А56-80045/2015, должник привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Инвестиционная компания «Энергокапитал». 

Общий размер требований кредиторов в том числе по текущим платежам составил 3 045 925 786, 79 руб.

В силу пункта 2 статьи 69 АПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Из разъяснений, данных в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российский Федерации от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением обязательств», следует, что независимо от состава лиц, участвующих в деле, оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в деле, рассмотренном ранее, учитывается судом, рассматривающим второе дело.

Судебными актами установлено, что ФИО2 в период с 2012 по 2015 занимала должность финансового директора ЗАО «Инвестиционная компания «Энергокапитал», а также в I, II и III кварталах 2014 назначалась исполняющим обязанности генерального директора, что подтверждается соответствующими приказами.

Судами установлено, что в период 2014-2015 годов осуществлялся активный вывод денежных средств ЗАО «Инвестиционная компания «Энергокапитал» посредством предоставления займов подконтрольным лицам. 

ЗАО «Инвестиционная компания «Энергокапитал», общество с ограниченной ответственностью «Электронкомплект» и общество с ограниченной ответственностью «Сфера инвестиций» являлись взаимозависимыми и заинтересованными по отношению друг к другу юридическими лицами, входящими в группу лиц, объединенных общими экономическими интересами, и управлялись ФИО12, ФИО13 и ФИО2 

В решении Приморского районного суда города Санкт-Петербурга от 09.03.2017 по делу № 2-906/2017 установлено, что ООО «Электронкомплект» право требования задолженности по договору займа к своему кредитору уступило обществу с ограниченной ответственностью «Рост», 50% уставного капитала которого в период с 31.10.2014 по 01.12.2015 принадлежали финансовому директору ФИО2 

При этом ООО «Электронкомплект» является единственным акционером открытого акционерного общества «Ростовэнергоналадка» в совет директоров которого, как установлено судами, в 2013-2014 годах входили ФИО12, ФИО2 и другие работники должника; генеральный директор ООО «Сфера инвестиций» ФИО14 был принят на указанную должность ФИО2

Как указал финансовый управляющий, 27.10.2015, ЗАО «Инвестиционная компания «Энергокапитал» публично заявило о приостановлении своей деятельности; в письме Центрального Банка России от 14.01.2016 № С59-5-16/864, сообщено, что с 01.10.2015 в Центральный банк России поступали жалобы от клиентов ЗАО «Инвестиционная компания «Энергокапитал» в связи с неисполнением брокером поручений клиентов.

Названные обстоятельства ответчиками и должником не опровергнуты. 

При изложенных обстоятельствах, на момент заключения договора от 09.10.2015 из подконтрольного ФИО2 ЗАО «Инвестиционная компания «Энергокапитал» были выведены денежные средства, названное общество уже обладало признаками неплатежеспособности, перестало исполнять обязательства перед своими клиентами - кредиторами, требования которых включены в реестр в сумме более 3 000 000 000 руб.

Для квалификации сделок как ничтожных с применением положений статей 10 и 168 ГК РФ недостаточно установления факта ущемления интересов других лиц, необходимо также установить недобросовестность сторон сделки, в том числе наличие либо сговора между сторонами, либо осведомленности контрагента должника о заведомой невыгодности, его негативных последствиях для лиц, имеющих защищаемый законом интерес.

Если совершение сделки нарушает установленный статьей 10 ГК РФ запрет, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ (пункт 7 постановление Пленума № 25).

В пункте 10 Информационного письма от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если при заключении договора было допущено злоупотребление правом, то такой договор является недействительным (ничтожным) как противоречащий закону (статьи 10, 168 ГК РФ).

Вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ разумные экономические мотивы заключения договора от 09.10.2015 не раскрыты.

Как следует из пояснений финансового управляющего и не опровергнуто сторонами, до заключения договора от 09.10.2015 ФИО2 спорная квартира приобретена  по договору купли-продажи от 25.05.2015 у общества с ограниченной ответственностью «УК «ЕТ», которое является аффилированным по отношению к должнику через акционерное общество «БФА», что подтверждается схемой аффилированностью из Casebook.ru.

Учитывая изложенное, суд пришел к выводу о том, что должник, осознавая неправомерность своих действий, осуществляемых при управлении ЗАО «Инвестиционная компания «Энергокапитал», а также потенциальную ответственность за их совершение, начал совершать действия по выводу личных активов, за счет которых могли быть удовлетворены требования кредиторов подконтрольного ей лица.

В материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства получения должником встречного исполнения по договору от 09.10.2015.

Письменные объяснения должника сами по себе не являются достаточным доказательством; иного не представлено.

В силу части 2 статьи 9, статьи 41 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

Достоверных, относимых и допустимых доказательств, подтверждающих наличие у ФИО7 финансовой возможности передать наличные денежные средства в сумме 15 475 000 руб. ответчики в материалы дела также не представили. 

Доказательств дальнейшего расходования должником денежных средств в сумме 15 475 000 руб. в материалах дела отсутствуют. 

Добросовестной стороне не составит труда представить суду документы в опровержение разумных сомнений, заявленных участниками спора возражений.

Доводы ответчиков о том, что у ФИО7 и ФИО8, как у супругов вдвоем имелись денежные средства достаточные для приобретения спорной квартиры, в нарушение положений статьи 65 АПК РФ не подтверждены материалами дела. 

В частности, ФИО8 согласно трудовой книжке, уволился в 2003 году, после чего на работу больше не устраивался. ФИО7 согласно трудовой книжке, в 2008 году уволилась, после чего на работу больше не устраивалась.

Доказательства ввоза на территорию Российской Федерации наличных денежных средств из Украины в сумме 15 475 000 руб., декларирования таких сумм, в материалах дела отсутствуют.

Из представленных в материалы дела выписок по счетам ФИО8 также не следует, что им до 09.10.2015 были сняты наличные средства в достаточном размере, в частности: 

- в 2013 году снята сумма 2 446, 87 Евро, что по курсу 39, 63 руб. - 98 329, 20 руб. 

- в 2014 году снята сумма 2 485, 30 Евро, что по курсу 45, 05 руб.- 111 962, 77 руб. 

- в 2015 году снята сумма 1 458, 66 Евро, что по курсу 80 руб. - 116 692, 80 руб. 

Таким образом, электронные выписки не могут быть приняты в качестве доказательства, поскольку общая сумма снятия наличных составляет 326 984, 77 руб.

Следовательно, доказательств, подтверждающих аккумулирование 15 475 000 руб. у ответчиков на дату передачи денежных средств, в материалах дела не имеется.

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что наличие либо отсутствие у должника на момент заключения спорного договора признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества при этом не имеет правового значения для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным в статьях 10 и 170 ГК РФ.

С учетом изложенного требования финансового управляющего о признании недействительным договора купли-продажи от 09.10.2015, как совершенного со злоупотреблением правом, является обоснованным.

Арбитражный суд правомерно применил последствия недействительности сделки в виде виндикации спорной квартиры в пользу конкурсной массы должника.

Самостоятельных доводов о признании недействительными свидетельства о праве собственности на долю в общем имуществе супругов от 08.02.2022, выданного ФИО8, свидетельства о праве на наследство по завещанию от 08.02.2022, выданного ФИО9, договора дарения доли в праве собственности на квартиру от 08.02.2022 от ФИО8 - ФИО9, финансовый управляющий не привел.

Оснований полагать, что названные сделки составляют с договором купли-продажи от 09.10.2015 цепочку сделок, направленную на вывод имущества должника, у суда не имеется, поскольку сделки совершены с разрывом более шести лет с договором купли-продажи от 09.10.2015, а событие смерти наследодателя (01.07.2021) не могло быть запланировано сторонами.

Следовательно, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении данной части заявления.

Иные доводы подателя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

ФИО2 не представлены доказательства, которые бы позволили арбитражному суду прийти к выводам о наличии иных фактических обстоятельств, которые бы могли повлиять на разрешение настоящего дела.

Учитывая изложенное, оснований для отмены обжалуемого судебного акта по доводам апелляционной жалобы или в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ апелляционный суд не усматривает.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины распределены в соответствии с положениями статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.11.2024 по делу № А56-20257/2023/сд.1 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Д.В. Бурденков

Судьи

Н.В. Аносова

 А.Ю. Сереброва