АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ

Ленина д.74, г.Тюмень, 625052,тел (3452) 25-81-13, ф.(3452) 45-02-07, http://tumen.arbitr.ru, E-mail: info@tumen.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело №

А70-158/2021

г. Тюмень

22 марта 2021 года

резолютивная часть решения объявлена 15 марта 2021 года

решение в полном объеме изготовлено 22 марта 2021 года 

Арбитражный суд Тюменской области в составе судьи Минеева О.А., рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению

акционерного общества «Газпром газораспределение Север» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата регистрации: 24.07.1995, адрес: 625013, 

<

...>)

к Северо-Уральскому управлению Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору (ОГРН 1027200853316, ИНН 

<

***>, дата регистрации: 07.02.1994, адрес: 625003, 

<

...>)

об оспаривании постановления по делу об административном правонарушении № 81-08-2020 от 28.12.2020

и признании недействительными пунктов 1-2, 11-47, 51-55 предписания об устранении выявленных нарушений №РП-322-6522-о-П от 16.12.2020,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

при участии в судебном заседании представителей:

от заявителя  –  ФИО2, по доверенности от 01.03.2021 (12.03.2021 до перерыва), ФИО3, по доверенности от 17.12.2020, 

от ответчика – Ригель В.Н., по доверенности № 14/21 от  18.01.2021, ФИО4, по доверенности № 36/21 от 17.02.2021,

установил:

акционерное общество «Газпром газораспределение Север» (далее – заявитель, АО «Газпром газораспределение Север», общество) обратилось в суд с заявлением к Северо-Уральскому управлению Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору (далее – ответчик, Управление, надзорный орган, административный орган) об оспаривании постановления по делу об административном правонарушении № 81-08-2020 от 28.12.2020 и признании недействительными пунктов 1-2, 11-47, 51-55 предписания об устранении выявленных нарушений №РП-322-6522-о-П от 16.12.2020.

Представитель заявителя требования поддерживает по основаниям, изложенным в заявлении с учетом его уточнений.

Представитель ответчика требования не признает по основаниям, изложенным в отзыве на заявление, в котором просит суд в удовлетворении требований отказать в полном объеме. 

Как следует из материалов дела, по результатам внеплановой выездной проверки исполнения АО «Газпром газораспределение Север» обязательных требований промышленной безопасности при эксплуатации опасного производственного объекта: «Сеть газоснабжения г.Тюмень, ФИО5» peг. № А57-10129-003, III класса опасности, Управлением выдано предписание об устранении выявленных нарушений №РП-322-6522-0-П от 16.12.2020 (далее – Предписание), а также вынесено постановление по делу об административном правонарушении № 81-08-2020 от 28.12.2020 (далее – Постановление), которым АО «Газпром газораспределение Север» признано виновным в совершении административного правонарушения предусмотренного частью 1 статьи 9.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ) и назначено наказание в виде административного штрафа в размере 250 000 руб.

АО «Газпром газораспределение Север» считает, что нарушения обязательных требований промышленной безопасности при эксплуатации опасного производственного объекта: «Сеть газоснабжения г. Тюмень, ФИО5», рег.№А57-10129-003, III класса опасности, отсутствуют, Предписание в части пунктов 1-2, 11-47, 51-55 и Постановление вынесены незаконно, необоснованно, нарушают права и законные интересы АО «Газпром газораспределение Север» в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагая обязанности, по устранению нарушений не предусмотренных действующим законодательством.

Основания, по которым АО «Газпром газораспределение Север» полагает, что оспариваемое Предписание не соответствуют требованиям Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» (далее – Федеральный закон № 116-ФЗ), а также иным действующим нормативным актам в области промышленной безопасности, приведены в прилагаемых к заявлению возражениях к акту проверки и Предписанию.

По мнению заявителя, выводы Управления об имеющихся нарушениях   частично    не  соответствуют  фактическим обстоятельствам дела, ответчик в нарушение требований статьи 1.5 КоАП РФ не доказал наличие вменяемых нарушений, указанных в оспариваемом Постановлении, соответственно при назначении административного наказания, с учетом того, что большая часть вменяемых нарушений отсутствует, не учел малозначительность вменяемого административного правонарушения.

В связи с чем, заявитель, полагая нарушенными свои права и законные интересы, обратился в суд с настоящим заявлением. 

Исследовав материалы дела, оценив, в соответствии со статьями 9, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом принципа состязательности, представленные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании, пояснения сторон, арбитражный суд считает, что заявленные требования удовлетворению не подлежат по следующим основаниям. 

Согласно статье 1 Федерального закона № 116-ФЗ промышленная безопасность опасных производственных объектов – это состояние защищенности жизненно важных интересов личности и общества от аварий на опасных производственных объектах и последствий указанных аварий.

Под требованиями промышленной безопасности понимаются условия, запреты, ограничения и другие обязательные требования, содержащиеся в Федеральном законе 116-ФЗ, в других федеральных законах и иных нормативных актах Российской Федерации, а также в нормативных технических документах, которые принимаются в установленном порядке и соблюдение которых обеспечивает промышленную безопасность (статья 3 Федерального закона № 116-ФЗ).

В соответствии с частью 1 статьи 2 Федерального закона № 116-ФЗ опасными производственными объектами являются предприятия или их цехи, участки, площадки, а также иные производственные объекты, указанные в Приложении 1 к указанному закону, в том числе объекты, на которых получаются, используются, перерабатываются, образуются, хранятся, транспортируются, уничтожаются воспламеняющиеся вещества – газы, которые при нормальном давлении и в смеси с воздухом становятся воспламеняющимися и температура кипения которых при нормальном давлении составляет 20 градусов Цельсия или ниже. К таким объектам относятся сети газопотребления и газораспределения III класса опасности, то есть сети, предназначенные для транспортировки природного газа под давлением свыше 0,005 мегапаскаля до 1,2 мегапаскаля включительно (пункт 4 Приложения 2 к Федеральному закону № 116-ФЗ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Федерального закона № 116-ФЗ организация, эксплуатирующая опасный производственный объект, обязана соблюдать положения настоящего Федерального закона, других федеральных законов, принимаемых в соответствии с ними нормативных правовых актов Президента Российской Федерации, нормативных правовых актов Правительства Российской Федерации, а также федеральных норм и правил в области промышленной безопасности.

Как усматривается из материалов дела, на основании распоряжений от 02.11.2020 № РП-322-6522-о и от 19.11.2020 № РП-322-7181-0 руководителя Управления, согласованных с прокуратурой Тюменской области от 02.11.2020 № 7-20-2020, в период 05.11.2020-16.12.2020 (30 рабочих дней) проведена внеплановая выездная проверка в отношении  АО «Газпром газораспределение Север».

В ходе проверки установлено, что заявителю выдано свидетельство о регистрации опасных производственных объектов в государственном реестре опасных производственных объектов А57-10129.

Мероприятия по контролю проведены на опасном производственном объекте «Сеть газоснабжения г.Тюмень, ФИО5», рег. № А57-10129-0003, дата регистрации 26.02.2001, III класса опасности.

В целях достижения целей и задач проверки  АО «Газпром газораспределение Север» в ходе визуального осмотра объектов заявителя ответчиком также были  изучены представленные обществом документы, касающиеся предмета проверки.

По результатам проверки, Управлением выявлены многочисленные нарушения обязательных требований, по перечню, изложенному в акте проверки №РП-32206522-о-А от 16.12.2020, который вручен представителю общества совместно с фотоматериалами проверки 16.12.2020 и предписанием об устранении нарушений со сроком его исполнения до 16.06.2021.

 В силу положений пункта 1 части 1 статьи 17 Федерального закона от 26.12.2008 № 294-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля» (далее – Федеральный закон № 294-ФЗ) в случае выявления при проведении проверки нарушений юридическим лицом обязательных требований должностные лица органа государственного контроля (надзора), проводившие проверку, в пределах полномочий, предусмотренных законодательством Российской Федерации, обязаны выдать предписание юридическому лицу.

Предписание об устранении нарушений представляет собой акт должностного лица, уполномоченного на проведение государственного надзора, содержащий властное волеизъявление, порождающее правовые последствия для конкретных граждан, индивидуальных предпринимателей и организаций. 

В связи с чем,  предписание должно содержать только законные требования, то есть на юридическое лицо (индивидуального предпринимателя, гражданина) может быть возложена обязанность по устранению лишь тех нарушений, соблюдение которых обязательно для них в силу закона.

   Кроме того, предписание должностного лица, содержащее законные требования, должно быть обоснованными как с юридической, так и с фактической стороны и возлагать на лицо, которому оно выдается, реально исполнимые обязанности, содержать конкретные указания на совершенное нарушение, четкие формулировки относительно конкретных действий, которые необходимо совершить исполнителю и которые должны быть направлены на прекращение и устранение выявленного нарушения.

Необоснованное возложение предписанием определенных обязанностей, по сути, влечет нарушение законных прав и интересов лица, которому выдано соответствующее предписание.

Предписание административного органа, целью которого является обязание лица совершить действия в целях устранения нарушений, должно быть исчерпывающим образом мотивировано, чтобы не вызвать сомнение в наличии выявленных нарушений и способу их устранения.

Данный подход подтверждается сложившейся практикой правоприменения Верховного Суда Российской Федерации, который в определении  от  31.05.2016 №305-КГ16-4786 разъяснил, что требования об исполнимости предписания предусмотрены в статье 17  Федерального закона № 294-ФЗ, по смыслу которой предписание должно содержать только законные требования, то есть на юридическое лицо может быть возложена обязанность по устранению лишь тех нарушений, соблюдение которых обязательно для них в силу закона, а сами требования должны быть реально исполнимы. 

В соответствии с оспариваемым Предписанием Управлением выявлены следующие нарушения обязательных требований действующего законодательства:   

– согласно пункту 1 Предписания административный орган пришел к выводу, что в предоставленных сведениях, характеризующих опасный производственный объект  (сведения от 09.12.2013) отсутствуют сведения о технических устройствах: автоматических устройствах катодной защиты: марки УКТЗ-АУ ОПЕ ТМ-GSM-5.0., зав. №0655, год выпуска 2015; зав. № 0678, год выпуска 2012; зав. № 0433, год выпуска  2014 год; марки-В-ОПЕ-М2-104-48, зав.№ 13565, год выпуска 2007; зав. № 13566, год выпуска 2007; зав. № 13564, год выпуска 2007; зав. № 10523, год выпуска 2005. 

 По мнению заявителя, нарушения, изложенные в пункте 1 Предписания, отсутствуют, поскольку, сведения, характеризующие опасный производственный объект от 09.12.2013 проверены надзорным органом при  проведении процедуры регистрации, сведения о технических устройствах – автоматических устройствах катодной защиты в сведениях отсутствовали, но при этом, сведения были подписаны и заверены печатью ответчика без замечаний. 

Вместе с тем, как установлено судом, на момент регистрации 09.12.2013 процедура определялась приказом Ростехнадзора от 07.04.2011 № 168 (период действия 30.12.2012- 31.12.2017), который имел приложение в виде Требований к ведению государственного реестра опасных производственных объектов в част присвоения наименований опасным производственным объектам для целей регистрации в государственном реестре опасных производственных объектов (далее – Требования).

В соответствии с примечанием 27 раздела 11 Требований в состав объекта: «Сеть газоснабжения, в том числе межпоселковая» входят наружные газопроводы, газопроводы-вводы с установленной на них арматурой, здания и сооружения на них, а также газорегуляторные пункты в зданиях, сооружениях и блоках, устройства электрохимической защиты стальных газопроводов от коррозии, АСУ ТП, объекты их электропровода и электроснабжения.

Соответственно сведения о вышеперечисленных технических устройствах, характеризующих опасный производственный объект, должны были быть представлены заявителем 09.12.2013.

Согласно пункту 5 статьи 2 Федерального закона №116-ФЗ руководитель   организации,    эксплуатирующей    опасные производственные объекты, несет ответственность за полноту и достоверность сведений, представленных для регистрации в государственном реестре опасных производственных объектов, в соответствии с законодательством Российской Федерации.

С учетом изложенного, доводы заявителя о незаконности и необоснованности пункта 1 Предписания подлежат отклонению, как несостоятельные, опровергаемые фактическими обстоятельствами по делу, и требованиями, в том числе  действовавшими на момент регистрации 09.12.2013 опасного производственного объекта. 

– согласно пункту 2 Предписания ответчиком выявлено нарушение, согласно которому заявителем не внесены изменения в сведения, характеризующие опасный производственный объект (сведения от 09.12.2013) после технического перевооружения  ГРП-4 (ул. Воронинские горки), а именно,после установки пункта газорегуляторного блочный марки   ГРПБ-РДГ-150/200В-1-А. 1.2141-Л-24600-Т, заводской   №   0496, год выпуска 31.08.2018 (дата ввода в эксплуатацию по данным эксплуатационного паспорта 21.09.2018).

Заявитель, оспаривая вмененное ему нарушение, указывает, что техническое перевооружение указанного объекта произведено в соответствии с проектом, прошедшим экспертизу промышленной безопасности, зарегистрированной в Северо-Уральском управлении Ростехнадзора. Для внесения изменений в сведения, характеризующие опасный производственный объект, требуется документ, подтверждающий собственность регистрируемого объекта в соответствии пунктом 7 раздела II (примечание 26) приложения 1 Требований к  регистрации объектов в государственном реестре опасных производственных объектов и ведению государственного реестра опасных производственных объектов», утвержденных приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и  атомному надзору от 25.11.2016 №495 (далее – Приложение 1). В обществе отсутствует документ, подтверждающий государственную регистрацию пункта газорегуляторного блочный марки ГРПБ-РДГ-I 150/200в-1-А.1.2141-Л-24600-Т, заводской № 0496, год выпуска 31.08.2018. В связи с  чем, как указывает заявитель, процедура регистрации не представляется возможной.

Между тем, как установлено судом, позиция заявителя основана на неверном толковании требований действующего законодательства, а именно: в Приложении 1 отсутствует пункт 7, при этом, в соответствии с разделом 11 Приложения  1 даны типовые наименования опасных производственных объектов газоснабжения, в том числе в примечании 26 дано понятие «Сеть газоснабжения, в том числе межпоселковая», в котором  раскрывается, что входит в состав указанного объекта. 

В соответствии с пунктом 2.2.1 руководства по эксплуатации пункт газорегуляторный блочный заводской (далее – ГРП) № 0496, год выпуска 31.08.2018, ГРП-4, представляет собой металлический блок-бокс с утепленными стенами. 

В соответствии с пунктом 3.4.2 раздела 3.4 «Монтаж и демонтаж» руководства по эксплуатации, размещение и монтаж ГРП блочного производится в следующей последовательности, в том числе ГРП блочный устанавливается на бетонном основании.

Таким образом, с учетом технических характеристик указанного объекта и правил его эксплуатации, ответчик пришел к обоснованному выводу, что в данном случае  ГРП не является объектом капитального строительства, а соответственно, не требуется документ, подтверждающий его право собственности для внесения изменений в сведения, характеризующие опасный производственный объект. 

Более того, судом установлено, что заявитель, исходя из собственной позиции необходимости наличия для внесения изменений в указанные сведения правоустанавливающего документа, тем не менее, каких-либо действий по  регистрации объекта в установленном законом порядке не предпринимало. 

С учетом изложенного, позиция заявителя, подлежит отклонению. 

В соответствии с пунктом 11 Предписания надзорный орган пришел  к выводу, что технические устройства в ГГРП по адресу: 

<

...> эксплуатируются (акт о приемке в эксплуатацию законченного строительством объекта от 15.10.1992) без проведения экспертизы промышленной безопасности при отсутствии в технической документации данных о сроке службы  такого технического устройства, если фактический срок его службы превышает двадцать лет. 

По мнению заявителя, статья 7 Федерального закона № 116-ФЗ  устанавливает специальные требования к техническим устройствам, применяемым на опасном производственном объекте. Согласно пункту 2 указанной статьи, если техническим регламентом не установлена иная форма оценки соответствия технического устройства, применяемого на опасном производственном объекте, обязательным требованиям к такому техническому устройству, оно подлежит экспертизе промышленной безопасности.

На основе анализа терминологии понятий «техническое устройство»  и   «технологическое устройство», данных в пункте 7 Технического регламента о безопасности сетей газораспределения и газопотребления, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации  от 29.10.2010 № 870 (далее – Технический регламент) заявитель пришел к выводу, что газорегуляторные пункты (далее – ГРП) по адресу: 

<

...> (акт о приемке в эксплуатацию законченного строительством объекта от 15.10.1992) не относятся к техническим устройствам, а является технологическим устройством, не требующим прохождения обязательной экспертизы промышленной безопасности. 

Вместе  с тем, с подобной позицией ответчика согласиться нельзя в виду следующего.

В соответствии с требованиями пункта 2 статьи 7 Федерального закона № 116-ФЗ, если техническим регламентом не установлена иная форма оценки соответствия технического устройства, применяемого на опасном производственном объекте, обязательным требованиям к такому техническому устройству, оно подлежит экспертизе промышленной безопасности.

В силу требований  пункта 7 Технического регламента, основные понятия, используемые в настоящем техническом регламенте, означают следующее:

«техническое устройство»  – это составная часть сети газораспределения и сети газопотребления (арматура трубопроводная, компенсаторы (линзовые, сильфонные), конденсатосборники, гидрозатворы, электроизолирующие соединения, регуляторы давления, фильтры, узлы учета газа, средства электрохимической защиты от коррозии, горелки, средства телемеханики и автоматики управления технологическими процессами транспортирования природного газа, контрольно-измерительные приборы, средства автоматики безопасности и настройки параметров сжигания газа) и иные составные  части сети газораспределения и сети газопотребления. 

В соответствии с актом о приемке в эксплуатацию законченного строительством объекта от 15.10.1992 в техническое устройство на объекте ГГРП по адресу: 

<

...> входят регуляторы давления, фильтры, узлы учета газа, соответственно  согласно вышеизложенным требования данный объект подлежит экспертизе промышленной безопасности.

Таким образом, приведенные доводы заявителя основаны на ином толковании обществом положений законодательства к установленным обстоятельствам дела, в связи с чем, подлежат отклонению.

В соответствии с пунктами 12-47, 51-53 Предписания надзорный орган вменил заявителю нарушение, выразившееся в том, что в представленных 09.12.2013 сведениях, характеризующих опасный производственный объект, заявителем не были представлены сведения о технических устройствах, перечисленных в указанных пунктах оспариваемого Предписания, в том числе на следующих  объектах  

<

...>, ТК-4-110; ул. Луначарского, д.9;       ул. Л.Толского, д.138; ул. Урицкого, д.44; ул. Грибоедова, д.6, 8; ул. Ялуторовская, д.14, 16; ул. Парковая, д.2А; ул. Волгоградская, 

<

...>; ул. К.Маркса, 

<

...>;               ул. Ямская, д.102, 98,100, ТК-4-110, 106;  ул. Пышминская, д.3а, 1а, ул. Революции, д.2; ул. Червишевский тракт, д.66; ул. Червишевский тракт, д.19; ул. 2-й Степной переулок, д.76, ул. Тимирязева, 

<

...> л.27; ул. Ямская, д.99; ул. Мира, д.1;     с. Утяшево, ул. Западная (ул.И.Быкова); ул. Самарцева, д. 105; пр.Воронинские горки, д.2А, ДНТ «Звенящие кедры», ул.Центральная, д.1; ул.Радужная; ул. Авторемонтная, д.1; переулок 5-1Степной, д.10; Горьковка, ул.Совхозная; ул. Самарцева, д.19а; ул.Калинина окружная дорога; ул.Веселая, д.28 в районе оз. Цимлянское; 

<

...> Луначарского, д.57; ул. Кооперативная, д.15; ул.Троицкая.

В обоснование своей позиции заявитель указывает, что для внесения изменений в сведения, характеризующие опасный производственный объект требуется документ, подтверждающий собственность регистрируемого объекта в соответствии  с требованиями пункта 7 раздела II (примечание 26) Приложения 1. Однако, в обществе отсутствуют документы, подтверждающие государственную регистрацию перечисленных в пунктах 12-47, 51-53 Предписания объектов, в связи с чем, процедура регистрации, по мнению заявителя невозможна.

 Между тем, указанный аргумент заявителя опровергается положениями подпункта 2 пункта 14 Требований к регистрации объектов в государственном реестре опасных производственных объектов и ведению государственного реестра опасных производственных объектов, утвержденных приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 25.11.2016 № 495  (период действия документа 01.07.2017-31.12.2020) для регистрации объекта в государственном реестре организация, эксплуатирующая этот объект, не позднее 10  рабочих дней со дня начала его эксплуатации представляет в регистрирующий орган на бумажном носителе или в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью, заявление в соответствии с административными регламентами регистрирующих органов и прилагает к нему следующие документы, необходимые для формирования и ведения государственного реестра: копии документов, подтверждающих наличие на праве собственности или ином законном основании опасного производственного объекта, в том числе земельных участков, зданий, строений и сооружений, на (в) которых размещается опасный производственный объект (для объектов недвижимости), права на которые не зарегистрированы в Едином государственном реестре недвижимости.

Таким образом, доводы заявителя в указанной части основаны на неверном понимании вышеизложенных требований действующего законодательства, в связи с  чем, подлежат отклонению как несостоятельные. 

В соответствии с пунктами 54-55 Предписания АО «Газпром газораспределение Север» нарушило требования пунктов 2.1.7, 2.1.9 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасного ведения газоопасных, огневых и ремонтных работ»,  утвержденных приказом Ростехнадзора от 20.11.2017 № 485, утративших силу с 01.01.2021, в связи с изданием Постановления Правительства Российской Федерации  от 06.08.2020 № 1192 (далее – Федеральные нормы и правила). 

В силу пункта 1.2 Федеральных норм и правил, настоящие Правила устанавливают требования к организации и порядку безопасного ведения газоопасных, огневых и ремонтных работ (включая земляные работы) на опасных производственных объектах, на которых-получаются, используются, перерабатываются, образуются, хранятся, транспортируются, уничтожаются опасные вещества, указанные в пункте 1 приложения № 1 к Федеральному закону № 116-ФЗ с целью предотвращения загазованности воздуха рабочей зоны горючими газами и газами токсического воздействия и образования взрывоопасных смесей газов, способных привести к взрывам, пожарам и вредным воздействиям на организм человека.

В соответствии с пунктом 1.9 Федеральных норм и правил газоопасные работы, проводимые на сетях газораспределения и газопотребления, выполняются в порядке, установленном требованиями Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасности сетей газораспределения и газопотребления», утвержденных приказом Ростехнадзора от 15.11.2013 № 542 (далее – Правила № 542), с учетом требований настоящих Правил.

Таким образом, по мнению заявителя, Федеральные нормы и правила не устанавливают обязательные требования к газоопасным работам на сетях газораспределения и соответственно не распространяются на организации, эксплуатирующие сети газораспределения, по мнению общества, данная позиция соответствует разъяснениям Ростехнадзора, изложенным в письме № 14-00-07/2053 от 01.06.2018. 

При этом, Правила №542 не содержат требование о согласовании наряд-допусков с аварийно-спасательной службой (формированием).

Вместе с тем, вышеизложенная позиция заявителя  основана на ошибочном правоприменении норм пунктов 2.1.7, 2.1.9 Федеральных норм и правил к спорным правоотношениям, которые не  распространяются на правоотношения, касающиеся   сетей газораспределения, поскольку, в соответствии с пунктом 1.9 Федеральных норм и правил  газоопасные работы, проводимые на сетях газораспределения и газопотребления,    выполняются   в порядке, установленном    требованиями Правила №542 с учетом требований настоящих Правил.

Таким образом, суд пришел к выводу, что оспариваемые пункты 1-2, 11-47, 51-55 Предписания вынесены надзорным органом на основании установленных по делу фактических обстоятельств, с учетом требований действующего  законодательства, регламентирующего данную сферу деятельности.

При таких обстоятельствах, оспариваемое Предписание возлагает на заявителя обязанности по устранению нарушений, соблюдение которых в силу действующего законодательства на него возложено, при этом, исчерпывающим образом мотивировано, содержит конкретные указания на совершенные нарушения, четкие формулировки относительно конкретных действий, которые необходимо совершить заявителю в целях  прекращения выявленных нарушений, установив реальный срок для их устранения (16.06.2021).

Доказательств обратного суду заявителем не представлено. 

С учетом изложенного, суд полагает, что оспариваемое предписание в оспариваемой части является законным, обоснованным, отвечающем требованиям Федерального закона № 294-ФЗ, в связи с  чем, оснований для его отмены не усматривается.

Как установлено судом, по всем выявленным в ходе проверки нарушениям, ответчиком составлен протокол об административном правонарушении № 81-08-2020 от 22.12.2020, на основе которого Управлением в отношении заявителя вынесено оспариваемое Постановление по части 1 статьи 9.1. КоАП РФ.   

Частью 1 статьи 9.1 КоАП РФ установлено, что нарушение требований промышленной безопасности или условий лицензий на осуществление видов деятельности в области промышленной безопасности опасных производственных объектов влечет наложение административного штрафа на юридических лиц в размере от двухсот тысяч до трехсот тысяч рублей или административное приостановление деятельности на срок до девяноста суток.

Объектом данного административного правонарушения являются общественные отношения, складывающиеся при соблюдении требований промышленной безопасности или условий лицензий на осуществление видов деятельности в области промышленной безопасности опасных производственных объектов.

Объективная сторона административного правонарушения состоит в несоблюдении условий, запретов, ограничений и других обязательных требований, содержащихся в Федеральном законе № 116-ФЗ, других федеральных законах, принимаемых в соответствии с ними нормативных правовых актах Президента Российской Федерации, нормативных правовых актах Правительства Российской Федерации, а также федеральных нормах и правилах в области промышленной безопасности.

Согласно части 1 статьи 1.6 КоАП РФ лицо, привлекаемое к административной ответственности, не может быть подвергнуто административному наказанию и мерам обеспечения производства по делу об административном правонарушении иначе как на основаниях и в порядке, установленных законом. 

Административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое КоАП РФ установлена административная ответственность (часть 1 ст. 2.1 КоАП РФ).

В силу части 2 статьи 2.1 КоАП РФ юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых Кодексом или законами субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению.

Из материалов дела следует, что АО «Газпром газораспределение Север»  выдано свидетельство о регистрации опасных производственных объектов в государственном реестре опасных производственных объектов А57-10129.

Надзорным органом мероприятия по контролю проведены на опасном производственном объекте «Сеть газоснабжения г.Тюмень, ФИО5», рег.№А57-10129-0003, дата регистрации 26.02.2001, III класса опасности.

Факт эксплуатации АО «Газпром газораспределение Север» опасного производственного объекте с нарушением требований действующего законодательства зафиксирован в акте проверки от 16.12.2020 № РП-322-6522-о-А, а также подтверждено фотоматериалами к данному акту, в протоколе об административном правонарушении № 81-08-2020 от 22.12.2020.

Таким образом, выводы административного органа в оспариваемом Постановлении  о виновном несоблюдении обществом требований промышленной безопасности и правомерном привлечении данного лица к административной ответственности по части 1 статьи 9.1 КоАП РФ являются обоснованными, подтверждаются собранными по делу доказательствами.

Правовая возможность исполнения существующей обязанности определяется отсутствием объективных препятствий для выполнения указанных обязанностей, то есть обстоятельств, не зависящих от воли обязанного лица.

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 27.04.2001 №7-П подобные обстоятельства квалифицируются как чрезвычайные, объективно непредотвратимые обстоятельства и другие непредвиденные, непреодолимые препятствия, находящиеся вне контроля обязанных лиц.

Доказательства, свидетельствующие о том, что общество предприняло все зависящие от него меры к выполнению требований в области промышленной безопасности при эксплуатации сетей газопотребления, либо невозможность принятия этих мер вызвана чрезвычайными или иными непреодолимыми обстоятельствами, в материалах дела отсутствуют.

С учетом изложенного, суд пришел к выводу о наличии в действиях общества состава административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 9.1 КоАП РФ.

Процессуальных нарушений, влекущих ущемление прав лица, привлекаемого к административной ответственности, гарантий защиты его прав, которые могли бы служить основанием для признания незаконным и отмены оспариваемого постановления при производстве дела об административном правонарушении судом не установлено.

 Управление вынесло постановление в пределах предоставленных ему полномочий, а также в соответствии с задачами и функциями, возложенными на нее Положением о Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации  от 30.07.2004 № 401.

Срок давности привлечения к административной ответственности, установленный частью 1 статьи 4.5 КоАП РФ, административным органом соблюден.

В соответствии со статьей 2.9 КоАП РФ при малозначительности совершенного административного правонарушения судья, орган, должностное лицо, уполномоченные решать дело об административном правонарушении, могут освободить лицо, совершившее административное правонарушение, от административной ответственности и ограничиться устным замечанием.

Согласно пунктам 18, 18.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 02.06.2004 № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» при квалификации правонарушения в качестве малозначительного необходимо исходить из оценки конкретных обстоятельств его совершения. Малозначительность правонарушения имеет место при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям.

Квалификация правонарушения как малозначительного может иметь место только в исключительных случаях и производится применительно к обстоятельствам конкретного совершенного лицом деяния.

Оценив представленные в дело доказательства, характер совершенного правонарушения, суд не усмотрел в действиях общества малозначительности вмененного деяния. Материалы дела не свидетельствуют об исключительности рассматриваемого случая. Существенная угроза заключается в пренебрежительном отношении общества к выполнению своих публично-правовых обязанностей.

С учетом вышеизложенного доводы заявителя в указанной части подлежат отклонению.

Суд также не усмотрел оснований для замены административного штрафа на предупреждение в порядке части 1 статьи 4.1.1 КоАП РФ, ввиду отсутствия документальных доказательств, подтверждающих наличие исключительных для этого обстоятельств. Допущенные нарушения в области промышленной безопасности, направленной на охрану интересов неопределенного круга лиц, создавали угрозу жизни и здоровью граждан.

В соответствии с Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 25.02.2014 № 4-П меры административной ответственности и правила их применения, устанавливаемые законодательством об административных правонарушениях, должны не только соответствовать характеру правонарушения, его опасности для защищаемых законом ценностей, но и обеспечивать учет причин и условий его совершения, а также личности правонарушителя и степени его вины, гарантируя тем самым адекватность порождаемых последствий для лица, привлекаемого к административной ответственности, тому вреду, который причинен в результате административного правонарушения, не допуская избыточного государственного принуждения и обеспечивая баланс основных прав индивида (юридического лица) и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от административных правонарушений.

Согласно части 1 статьи 3.1 КоАП РФ административный штраф, равно как любое другое административное наказание, является установленной государством мерой ответственности за совершение административного правонарушения и применяется в целях предупреждения совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами. Соответственно, устанавливаемые КоАП РФ размеры административных штрафов должны соотноситься с характером и степенью общественной опасности административных правонарушений и обладать разумным сдерживающим эффектом, необходимым для соблюдения находящихся под защитой административно-деликтного законодательства запретов.

В противном случае применение административной ответственности не будет отвечать предназначению государственного принуждения, которое по смыслу статей 1 (часть 1), 2, 17 (часть 3), 18 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации должно заключаться главным образом в превентивном использовании соответствующих юридических средств для защиты прав и свобод человека и гражданина, иных конституционно признаваемых ценностей гражданского общества и правового государства.

В данном случае судом установлено, что при определении заявителю размера административного штрафа ответчик учел  требования  статей 4.2 и 4.3 КоАП РФ, в том числе наличие обстоятельства, отягчающего административную ответственность, а именно, привлечение общества решением Ленинского районного суда от 15.07.2020 по делу №5-1055/2020, оставленным в силе решением Тюменского областного суда от 02.09.2020 №12-180/2020,  к административной ответственности в виде штрафа в размере 200 000 руб. по части 1 ст. 9.1 КоАП РФ.  

Таким образом, все доводы и аргументы заявителя проверены судом и признаются несостоятельными, не подлежащими удовлетворению, поскольку не опровергают законности оспариваемых Предписания и Постановления, основаны на неверном толковании норм действующего законодательства применительно к обстоятельствам дела.

С учетом вышеизложенного, оснований для удовлетворения заявленных АО «Газпром газораспределение Север»  требований у суда не имеется.  

Руководствуясь статьями 167-170, 201, 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня его принятия в Восьмой арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Тюменской области.

 Судья

Минеев О.А.