АРБИТРАЖНЫЙ СУД САРАТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

410002, г. Саратов, ул. Бабушкин взвоз, д. 1; тел/ факс: (8452) 98-39-39;

http://www.saratov.arbitr.ru; e-mail: info@saratov.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело №А57-22779/2022

22 декабря 2023 года

город Саратов

 

Резолютивная часть решения оглашена 15 декабря 2023 года

Полный текст решения изготовлен 22 декабря 2023 года

Арбитражный суд Саратовской области в составе судьи Бобуновой Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании материалы дела по исковому заявлению ФИО2 в интересах общества с ограниченной ответственностью «Покровский радиотелефон», Саратовская область, г.Энгельс, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

к индивидуальному предпринимателю ФИО3, г.Саратов, (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***>), 

третьи лица: ООО СФ «Кварц-98», г.Саратов,

ФИО4, г.Саратов, 

ФИО5, Саратовская область, г.Энгельс, 

ФИО6, Саратовская область, г.Энгельс, 

ФИО7, г.Москва, 

ФИО8, Саратовская область, г.Энгельс, 

ФИО9, г.Москва,

Территориальное управление Росимущества в Саратовской области, г.Саратов 

 

о признании недействительным договора подряда №18/0121 от 18.01.2021г. на выполнение строительно-монтажных работ, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Покровский радиотелефон» и индивидуальным предпринимателем ФИО3; применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Покровский радиотелефон» денежных средств в размере 8617311,04руб. 

 

при участии в судебном заседании представителей: истца – ФИО10 - по дов. от 29.07.2021г., паспорт, диплом обозревались, ФИО11 по доверенности от 20.03.2023г., на обозрение суда представлены паспорт и диплом, ФИО2 - лично, паспорт на обозрение;  ответчика – ФИО12 по доверенности от 18.10.2023г., судом обозревались паспорт и диплом, ООО "Покровский радиотелефон" - ФИО13 - по дов. от 01.12.2023г., паспорт, диплом обозревались

У С Т А Н О В И Л :

В Арбитражный суд Саратовской области обратился о ФИО2 в интересах общества с ограниченной ответственностью «Покровский радиотелефон» с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО3, третьи лица: ФИО4, ФИО5,  ФИО6 о признании недействительным договора подряда №18/0121 от 18.01.2021г. на выполнение строительно-монтажных работ, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Покровский радиотелефон» и индивидуальным предпринимателем ФИО3; применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Покровский радиотелефон» денежных средств в размере 8614045,04руб. 

В ходе судебного разбирательства истец неоднократно уточнял исковые требования, согласно которому истец  просит признать недействительным договор подряда на выполнение строительно-монтажных работ № 18/0121 от 18.01.2021, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Покровский радиотелефон» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) и индивидуальным предпринимателем ФИО3 (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Покровский радиотелефон» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) денежных средств в размере 8617311,04 руб.

В соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований, отказаться от иска полностью или частично.

Ходатайство об уточнении исковых требований  судом удовлетворено. 

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих  самостоятельных требований на предмет спора, были привлечены: ООО СФ «Кварц-98», ФИО7,  ФИО8, ФИО9, Территориальное управление Росимущества в Саратовской област. 

В судебном заседании представитель истца поддержал исковые требования, возражал против доводов ответчика об отсутствии признаков мнимости сделки. Считает доказанными факты заинтересованности и взаимозависимости сторон оспариваемой сделки, экономической нецелесообразности ее заключения. Полагает, что сделка является мнимой и совершалась лишь для придания видимости отношений между сторонами без реальной хозяйственной деловой цели и экономического обоснования, а также совершена в ущерб интересам юридического лица при наличии сговора. Также считает, что совокупность указанных им обстоятельств и представленных доказательств свидетельствуют о мнимом характере оспариваемой сделки, совершенной лишь для вида со злоупотреблением правом и без реальной хозяйственной деловой цели, и направленной на вывод активов общества.

Ответчик в ходе судебного заседания требования не признал и считает, что истцом не представлено доказательств мнимости сделки и несоответствия интересам общества действий ее сторон. Обращение истца с настоящим иском считает недобросовестным поведением участника ООО «ПРТ». Полагает экономически целесообразной оспариваемую сделку. Заявил, что признание сделки недействительной напротив повлечет для ООО «ПРТ» убытки. Также, ответчик полагает, что факты увольнения и трудоустройства одних и тех же сотрудников между указанными организациями не подтверждают доводов истца, а сама сделка являлась обычной для общества, соответствовала его виду деятельности и не выходила за рамки обычного хозяйственного оборота.

Представитель ООО «Покровский радиотелефон» и третьи лица ФИО4, ФИО7 поддерживают позицию ответчика. 

Иные лица, участвующие в деле, явку представителей не обеспечили, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства. 

Судом сделаны запросы по выяснению места нахождения всех лиц, участвующих в деле, в соответствующие органы, а также на основании данных из ответов на запросы известил их по надлежащим адресам. 

Учитывая надлежащее извещение лиц, участвующих в деле, их неявка не является препятствием для рассмотрения дела. В силу положений статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие лиц, извещенных надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства. Суд считает, что все меры к извещению лиц, участвующих в деле, приняты. 

Отводов суду не заявлено. 

Сторонам разъяснены права в порядке статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Дело рассматривается в порядке статей 153-166 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Заявлений в соответствии со статьями 24, 47, 48, 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не имеется. 

В соответствии со статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается, как на основание своих требований и возражений. 

Арбитражному суду представляются доказательства, отвечающие требованиям статей 67, 68, 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющимся в деле доказательствам.

Арбитражный суд рассматривает дело по имеющимся в деле доказательствам.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в исковом заявлении, отзывах ответчика и третьих лиц, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, в том числе представленные дополнительные доказательства, суд приходит к следующему.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ООО «ПРТ» зарегистрировано в качестве юридического лица 30.04.2004.

Основным видом деятельности общества является деятельность по предоставлению услуг телефонной связи, дополнительными видами – торговля оптовая производственным электротехническим оборудованием, машинами, аппаратурой и материалами, торговля розничная непродовольственными товарами, не включенными в другие группировки, в специализированных магазинах, прочая деятельность в области связи на базе проводных технологий» 

С даты создания общества его участниками являлись: ФИО8 – размер доли 2%, ФИО14 – размер доли 10%, ФИО2 – размер доли 10%, ФИО9 – размер доли 27%, ФИО7 – размер доли 51%.

Функции единоличного исполнительного органа ООО «ПРТ» в период с 30.04.2004 по 29.12.2018 исполнял ФИО14 – участник ООО «ПРТ» с номинальной стоимостью доли в уставном капитале общества в размере 10%.

Полномочия директора общества ФИО14 прекращены в декабре 2018 года досрочно, по инициативе мажоритарного участника общества ФИО7, функции единоличного исполнительного органа ООО «ПРТ» в период с 29.12.2018 по 30.04.2021 исполнял ФИО4 В настоящее время ФИО2 является участником ООО «ПРТ» с номинальной стоимостью доли 95 000 руб., что составляет 10 % уставного капитала общества.

Кроме того, согласно выписке из ЕГРЮЛ участниками ООО «ПРТ» являются: ФИО14, владелец 10 % уставного капитала общества, ФИО8, владелец 2 % уставного капитала общества, ФИО7, владелец 51 % уставного капитала общества, 27 % с 22.06.2023 принадлежит Обществу.

Стороны не отрицают наличие в обществе корпоративного конфликта, неоднократно подтвержденного судебными актами Арбитражного суда Саратовской области (дела №№ А57-2694/2020, А57-31565/2019, А57-4156/2020, А57-16067/2020, А57-16783/2021, А57-18568/2021,А57-11428/2022).

В соответствии с оспариваемым в рамках настоящего дела договором подряда на выполнение строительно-монтажных работ №18/0121 от 18.01.2021 (далее – договор подряда) (т. 1 л.д. 41-43) ИП ФИО3 (подрядчик) обязался выполнить по заданию ООО «ПРТ» (Заказчик) строительно-монтажные работы, указанные в Перечне стоимости комплексных расценок в Приложении №1 к договору.

Договор подряда содержит условия о выполнении работ в соответствии с Техническим заданием заказчика, составленным по форме, предусмотренной Приложением № 2 к договору (пункты 2.1, 2.3, 10.2.).

Согласно пункту 2.1. договора задание заказчика оформляется в двух экземплярах, один из которых передается подрядчику, а другой остается у заказчика.

Условиями договора подряда предусмотрено выполнение работ из материалов, предоставленных заказчиком (пункт 2.2.).

Пунктом 3.1. договора установлено, что стоимость работ определяется в соответствии с комплексными расценками (КР) на отдельные виды работ, указанные в Приложении №1 к настоящему договору.

Полагая, что названный договор подряда не может расцениваться как сделка, совершенная в рамках обычной хозяйственной деятельности ООО «ПРТ», считая ее мнимой сделкой, совершенной лишь для придания видимости отношений между сторонами без реальной хозяйственной деловой цели и экономического обоснования (пункт 1 статьи 170 ГК РФ), совершенной в ущерб интересам юридического лица (пункт 2 статьи 174 ГК РФ) истец обратился в суд с настоящими исковыми требованиями.

Уточняя заявленные требования, истец дополнительно заявил о недействительности договора подряда на выполнение строительно-монтажных работ №18/0121 от 18.01.2021  как сделки, фактически представляющей собой договор о предоставлении заемного труда (персонала).

При этом истец ссылается на то, что ответчик в качестве индивидуального предпринимателя зарегистрировался 11.01.2021 - за 7 календарных дней до заключения оспариваемой сделки,  одновременно ФИО3 являлся генеральным директором общества с ограниченной ответственностью Строительная фирма «Кварц-98 (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) в период с 09.08.2019 по 17.07.2022. 

Ссылаясь на судебные акты по делу № А57-18568/2021 истец утверждает, что после увольнения из ООО СФ «Кварц-98», директором которого в тот момент являлся ФИО3, бывшие сотрудники ООО «ПРТ» были приняты в штат ИП ФИО3 для дальнейшего придания видимости возможности осуществления строительно-монтажных работ для ООО «ПРТ». Помимо этого, признанный недействительным в рамках дела №А57-18568/2021 договор подряда № 08102019 от 08.10.2019 и оспариваемый договор подряда № 18/0121 от 18.01.2021 идентичны по содержанию и предмету, подписаны со стороны подрядчика одним лицом - ФИО3

Истец считает, что оспариваемая сделка совершена при сговоре сторон во взаимосвязи с аналогичной сделкой, заключенной ООО СФ «Кварц-98» в период увольнения квалифицированных сотрудников из ООО «ПРТ», что свидетельствует о мнимом характере оспариваемой сделки, совершенной лишь для придания видимости ее исполнения, которая не имела разумного экономического обоснования и была совершена сторонами без реальной хозяйственной деловой цели, учитывая, что действия сторон были направлены на вывод активов общества в условиях корпоративного конфликта. 

Истец утверждает, что между ФИО3 и руководителями ООО «ПРТ» имел место сговор, о чем свидетельствуют согласованные действия по совершению двух взаимосвязанных идентичных сделок, создание сторонами искусственного документооборота без цели реального осуществления сделки, а также последовательные согласованные действия по увольнению и трудоустройству сотрудников между ООО «ПРТ», ООО СФ «Кварц-98» и ИП ФИО3 (ответчиком).

При этом, по мнению истца, сделка не являлась разумно необходимой, поскольку у ООО «ПРТ» в спорный период имелись собственные основные средства, необходимые для осуществления аналогичных работ по строительству и монтажу линейных сооружений связи, а также общество располагало необходимой штатной численностью до необоснованного перевода сотрудников в штат ответчика и связанной с ним компании ООО СФ «Кварц-98». Действия по исполнению оспариваемой сделки осуществлены сторонами в период корпоративного конфликта в ООО «ПРТ», с целью вывода денежных средств общества и препятствования распределению прибыли между участниками и причинение вреда истцу.

Следовательно, истец считает, что имеется необходимая совокупность обстоятельств для признания недействительным договора подряда №18/0121 от 18.01.2021г. по основаниям п.1 ст.170 ГК РФ, п. 2 ст. 174 ГК РФ.

Кроме того, истец полагает, что оспариваемая сделка также нарушает прямо установленный законом запрет заемного труда, посягает на права и охраняемые законом интересы третьих лиц и является ничтожной, поскольку указанный договор не является гражданско-правовым договором подряда, а фактически представляет собой договор о предоставлении заемного труда (договором о предоставлении труда персонала).

При этом, истец указывает на то, что  материалы дела не содержат доказательств наличия экономических; физических, организационных возможностей ИП ФИО3 исполнить спорную сделку — функция ответчика заключалась исключительно в предоставлении заемного труда для ООО «ПРТ». Договором прямо регламентировано, что подрядчик вообще никаких затрат и действий для исполнения сделки не намеревался производить - оборудование, спецтехника, материалы и их хранение обеспечены заказчиком.

Заключение оспариваемой сделки сопровождалось действиями по переходу в штат ответчика работников ООО «ПРТ» (других работников у подрядчика не имелось), после чего работники продолжали выполнять свои трудовые функции в ООО «ПРТ», но трудоустроены были у ответчика.

Работники осуществляли свои прежние трудовые функции по распоряжению нового работодателя ИП ФИО3 в интересах, под управлением и контролем ООО «ПРТ», не являющимся их работодателем.

С учетом данных обстоятельств, истец просит признать недействительным договор подряда на выполнение строительно-монтажных работ № 18/0121 от 18.01.2021, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Покровский радиотелефон» и индивидуальным предпринимателем ФИО3.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пункта 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

На основании пункта 2 статьи 174 ГК РФ сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана  судом  недействительной  по  иску  представляемого  или  по  иску  юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица, либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Для удовлетворения заявленных исковых требований истец должен доказать, что в результате совершения оспариваемой сделки истцу причинен явный ущерб, а также то, что другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для организации либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа этой организации и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам общества.

В пункте 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума № 25) разъяснено, в частности, что о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

Кроме того, в абзаце 5 пункта 93 постановления Пленума № 25 указано, что по второму основанию (пункт 2 статьи 174 ГК РФ) сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Для удовлетворения заявленных исковых требований истец должен доказать, что в результате совершения оспариваемой сделки истцу причинен явный ущерб, а также то, что другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для организации либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа этой организации и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам общества.

В пункте 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25) разъяснено, в частности, что о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

Кроме того, в абзаце 5 пункта 93 постановления Пленума № 25 указано, что по второму основанию (пункт 2 статьи 174 ГК РФ) сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой  стороны сделки  в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Любая сделка общества считается совершенной в пределах обычной хозяйственной деятельности, пока не доказано иное (пункт 8 статьи 46 Закона об ООО).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу, содержащемуся в пункте 5 статьи 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих о недействительности сделки, лежит на лице, которое связывает с этим правовые последствия.

В этой связи истец должен представить доказательства совершения оспариваемой сделки за пределами обычной хозяйственной деятельности, ее противоречия требованиям главы 37 ГК РФ.

Как следует из материалов дела, ООО «ПРТ» зарегистрировано в качестве юридического лица 30 апреля 2004 г. Основным видом деятельности общества является деятельность по предоставлению услуг тeлематической связи», дополнительными видами деятельности общества - «торговля оптовая производственным электромеханическим оборудованием, машинами, аппаратурой и материалами, торговля розничная непродовольственными товарами, не включенными в другие группировки, в специализированных магазинах, прочая деятельность и области связи на базе проводных технологий».

ИИ ФИО3 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 11 января 2021 г. Основным видом индивидуального предпринимателя является деятельность по строительству коммунальных объектов для обеспечения электроэнергией и телекоммуникациями», одним из дополнительных видов деятельности - деятельность по строительству местных линии электропередачи и связи.

В период с 29 декабря 2018г. по 30 апреля 2021г. на основании решения общего собрания  участников ООО «ПРТ» от 29 декабря 2018 г. ФИО15 исполнял обязанности единоличного исполнительного органа (директора) ООО «ПРТ».

8 октября 2019 г. между ООО «ИРТ» (заказчик) в лице директора ФИО4 и ООО Строительная фирма «Кварц-98» (подрядчик, далее но тексту - ООО СФ «Кварц-98»)в лице директора ФИО16 заключен договор подряда на выполнение строительно-монтажных работ №08 10-2019г., по условиям которою подрядчик принял па себя обязательства по выполнению в соответствии с техническим заданием заказчика строительно-монтажных работ на объектах заказчика, а заказчик обязался принять и оплатить выполненные работы.

На момент заключения договора подряда обе стороны договора находились на общем режиме налогообложения.

С 2021г. ООО «ПРТ» перешло на упрощенный режим налогообложения, не предусматривающий исчисление и уплату НДС. ООО СФ «Кварц-98» продолжило работать на общем режиме налогообложения.

Как указывает истец и подтверждается материалами дела, несовпадение налоговых режимов сторон договора предопределило увеличение стоимости приобретаемых ООО «ПРТ» работ (услуг) в размере уплачиваемого контрагентом налога на добавленную стоимость (НДС 20%).Увеличение стоимости выполняемых строительно-монтажных работ в размере уплачиваемого подрядчиком НДС (20%) для ООО «ПРТ» было не приемлемо. В связи с чем, сотрудничество с ООО «ПРТ» на прежних договорных условиях для ООО СФ «Кварц-98» стало невыгодным и нецелесообразным.

Учитывая указанные обстоятельства, в целях недопущения повышения стоимости выполнения строительно-монтажных работ на объектах заказчика, руководителем ООО СФ «Кварц-98» ФИО16, предложено расторгнуть договора подряда от 8 октября 2019 г. и заключить аналогичный договор подряда с определением аналогичных единичных расценок стоимости выполнения строительно-монтажных работ и условий их выполнения с подрядчиком, не являвшимся плательщиком НДС .

Руководитель ООО «ПРТ» ФИО17 посчитал возможным, учитывая указанные обстоятельства, принять решение о перезаключении договора подряда.

Для продолжения работ по выполнению строительно-монтажных работ па объектах. ООО «ПРТ» руководитель ООО СФ «Кварц-98» ФИО3 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, находящего па упрощенной системе налогообложения, что позволило продолжить выполнение строительно-монтажных работ на выгодных для обеих сторон условиях.

18 января 2021г между ООО «ПРТ» (заказчик) в лице директора ФИО17 и ИИ ФИО16 (подрядчик) заключен договор подряда на выполнение строительно-монтажных работ № 18/0121 (далее по тексту - «оспариваемый/спорный договор», «договор подряда»), аналогичный по содержанию и предмету договору подряда от 8 октября 2019 г.

Перезаключение договора позволило не только сохранить прежний уровень стоимости выполнения строительных работ на объектах ООО «ПРТ», но и значительно ее уменьшить (стоимость выполнения строительно-монтажных работ была уменьшена в среднем от 20 % до 80 %, что подтверждается данными Перечней комплексных расценок по реконструкции и капитальному ремонту ВОЛС, ДРС, прилагаемых к договору подряда от 8 октября 2019 г. и договору подряда от 18 января 2021 г.).

Организационные условия выполнения строительно-монтажных работ остались прежними. Работы на объектах заказчика выполнялись тем же персоналом, уволенным, учитывая указанные обстоятельства, с ООО СФ «Кварц-98» и принятым на работу к ИИ ФИО3

Согласно представленным в материалы дела документам, общая сумма перечисленных ООО «ПРТ» в рамках договора подряда денежных средств в пользу ИП ФИО3 за период с 18 января 2021г. по 31.12.2022г.. составила 8617311,04 руб.

ООО «Покровский радиотелефон» поддержало доводы ИП ФИО3 и представило экспертное заключение 026-005-01-193 от 31 октября 2022 г. по проведенному внесудебному экспертному исследованию, проведенному автономной некоммерческой организацией экспертных услуг «СОЭКС-ВОЛГА» по заказу ООО «ПРТ» ,  на разрешение которой были поставлены следующие вопросы:

 1.Какое сотрудничество субъектов малого и среднего предпринимательства в части налогообложения является экономически целесообразным: сотрудничество юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, находящихся на одном режиме налогообложения или на разных режимах налогообложения? Сотрудничество с какими контрагентами является для ООО «ПРТ», находящегося на упрощенном режиме налогообложения, более экономически целесообразным: сотрудничество с юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями, находящимися на общем режиме налогообложения или на упрощенном режиме налогообложения?

2.Какова ориентировочная стоимость строительно-монтажных работ, выполненных в рамках договора подряда № 18/0121 от 18 января 2021 г., заключенного между ООО «ПРТ» (заказчик) и ИП ФИО3 (подрядчик), но за счет собственных ресурсов ООО «ПРТ»?

Согласно выводу экспертного исследования (лист 4 Заключения эксперта №026-005-01-193 от 31.10.2022 г.) несовпадение налоговых режимов субъектов малого и среднего предпринимательства предопределяет увеличение стоимости приобретаемых товаров, работ или услуг в размере уплачиваемого контрагентом налога на добавленную стоимость (НДС 20%).

Для ООО «ПРТ», учитывая применение обществом упрощенной системы налогообложения, экономически целесообразным является сотрудничество с контрагентами, также применяющими в своей деятельности упрощенную систему налогообложения.

Сотрудничество ООО «ПРТ» с контрагентами, применяющими в своей деятельности общую систему налогообложения, предопределяет увеличение стоимости приобретаемых ООО «ПРТ» товаров, работ или услуг в размере оплачиваемого контрагентом налога на добавленную стоимость (НДС 20%).

Согласно выводу экспертного заключения (лист 7 Заключения эксперта № 026-005-01-193 от 31.10.2022 г.), на основании проведенной ООО «ПРТ» оптимизации налогообложения и расходов за счет снижения затрат на содержание штата монтажников (ремонтников) оптоволоконных сетей ООО «ПРТ» в связи с их увольнением, привлечения для выполнения строительно-монтажных работ на объектах ООО «ПРТ» сторонней специализированной подрядной организации, стоимость выполнения строительно-монтажных работ, выполненных по договору № 18/0121 от 18.01.2021 г. ИП ФИО3 была значительно ниже стоимости аналогичных работ, если бы эти работы выполнялись силами ООО «ПРТ» без проведенных мер оптимизации.

Ориентировочная стоимость выполнения собственными силами ООО «ПРТ» строительно-монтажных работ, аналогичных выполненным в рамках договора №18/0121, заключенного с ИП ФИО3, составила бы 10 480 244 руб.

Таким образом, заключение договора №18/0121 с ИП ФИО3, выполнение строительно-монтажных работ на объектах ООО «ПРТ» сторонней специализированной организацией позволило обществу сэкономить 1 644 303 руб., что привело к увеличению прибыли организации по итогам хозяйственной деятельности за 2021 год.

Третье лицо, ФИО6. которая занимала должность директора ООО «Покровский радиотелефон» с 11 января 2022 подтвердила, что оспариваемый договор подряда заключен 18 января 2021 года (то есть, до назначения ФИО6. на должность директора), подписан действующим на тот момент директором -ФИО4 - и предусматривает выполнение строительно-монтажных работ для ООО «Покровский радиотелефон» в соответствии с техническим заданием (приложение №2 к договору).

При этом  ФИО6 указывает, что  при исполнении обязательств по оплате выполненных по договору работ, у нее не было оснований считать данный договор мнимой сделкой, совершенной в ущерб интересам юридического лица при наличии явного ущерба и сговора, в связи с чем она считает доводы истца несостоятельными.

Суд не наделен правом проверки экономической целесообразности принимаемых решений, институт правового механизма оспаривания сделки применяется только в случае, если решения лиц, входящих в состав органов юридического лица, явно и очевидно для всех выходили за пределы разумного предпринимательского риска, и любой разумный и добросовестный руководитель юридического лица в таких условиях не стал бы совершать соответствующие действия на предлагаемых условиях, понимая, что данные действия приведут к нарушению прав и интересов юридического лица и его участников.

Установлено, что оспариваемая сделка не привела к прекращению деятельности общества, изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов.

Как указано выше, основным видом деятельности ООО «ПРТ» является деятельность по предоставлению услуг телефонной связи (код ОКВЭД 61.10.1).

Выполнение ремонтно-восстановительных и строительно-монтажных работ сетей связи ООО «ПРТ» не являлось видом его деятельности, приносящим обществу доход.

Таким образом, по оспариваемому договору подряда общество передало ответчику выполнение технического обслуживания сетей связи.

Данный договор аналогичен ранее заключенным договорам подряда 2005, 2006, 2012, 2016 годов с одновременным осуществлением действий по увольнению сотрудников ООО «ПРТ» и их трудоустройству в штат организаций, выполняющих строительно-монтажные работы в рамках заключенных с ООО «ПРТ» договоров. Заключение таких сделок происходило не только со сторонними организациями,но и с подконтрольными бывшему директору ФИО14 и истцу ФИО2 организациями (ООО «Корвет»/ООО «Корвет-телеком», ООО «Волгатехносервис», ООО «Видеомир»), в которых они и их родственники являлись директорами и учредителями с долей в уставном капитале от 25 до 50% . Указанные договоры подряда также исполнялись, признавались и не оспаривались участниками общества, в том числе, ФИО2 

В рамках указанных договоров на объектах ООО «ПРТ» производилось 2 вида работ, как на территории г. Энгельса, так и на территории г. Саратова:

-работы по текущему ремонту линий связи и подключению к действующим линиям связи ООО «ПРТ» новых абонентов, - аварийные и текущие монтажные работы,

-работы, по реконструкции и капитальному ремонту линий связи ООО «ПРТ», -строительно-монтажные работы.

Исходя из общей трудоёмкости строительно-монтажных работ по масштабной реконструкции и капитальному ремонту телекоммуникационной сети ООО «ПРТ» и штатной численности работников общества, собственных ресурсов общества для выполнения аварийных, текущих монтажных и строительно-монтажных работ было недостаточно.

Выводы истца об обратном носят предположительный характер, не подтверждены какими-либо расчётами, не основаны на нормативной, в том числе статистической базе, сделаны без привлечения специализированной экспертной организации, в связи с чем, не опровергают доводы стороны ответчика о разумном экономическом обосновании управленческого решения . по заключению оспариваемого договора.

Объективных доказательств возможности выполнения аварийных, текущих монтажных и строительно-монтажных работ по масштабной реконструкции телекоммуникационной сети ООО «ПРТ» собственными ресурсами общества в материалах дела не имеется.

В действительности к выполнению строительно-монтажных работ по масштабной реконструкции и  капитальному ремонту телекоммуникационной, сети ООО «ПРТ» подрядчиками привлекались не только уволенные из штата общества специалисты (в количестве 15 человек), но и иные специалисты (24 специалиста, привлечённые подрядчиком ООО СФ «Кварц-98»,17 специалистов, привлечённые подрядчиком ИП ФИО16.), в  т.ч. субподрядные организации, что подтверждается данными ответа Отделения ПФР по Саратовской области № 10796 от 22 ноября 2022г. на запрос Арбитражного суда Саратовской области, - справки о кадровом движении штата ООО СФ «Кварц-98» за 2019-2020г., справками о кадровом движении штата ИП ФИО3 за 2021 г. и справки о кадровом, движении штата ООО «ПРТ» за 2019-2021 г.г.

Объективных доказательств невозможности выполнения строительно-монтажных работ на объектах сети связи ООО «ПРТ» подрядчиком по оспариваемому договору ИП ФИО3. в материалах дела не имеется.

Доводы истца об отсутствии у. ИП ФИО3 возможности ведения предпринимательской деятельности ввиду отсутствия у индивидуального предпринимателя основных средств, незначительного штата работников, немотивированны.

Отсутствие в информационных ресурсах сведений о наличии у ИП ФИО3 производственных активов, складских и офисных помещений, транспортных средств не может доказывать, что индивидуальным предпринимателем фактически не использовались нанятые лица, иные организации, основные средства, транспорт по иным основаниям, предусмотренным законодательством РФ (договоры оказания услуг, выполнения работ, арендные отношения и проч.).

Отсутствие у организаций имущества и основных средств при таком виде деятельности как «строительство линий электропередачи и связи», «производство строительно-монтажных и электромонтажных работ» не свидетельствует о невозможности ведения такой деятельности, об отсутствии осуществляемых организациями реальных хозяйственных операций или о недобросовестности организаций, а потому не может рассматриваться, как признак «техничности» компаний.

Действующее законодательство РФ дозволяет осуществление предпринимательской деятельности, не имея в собственности объектов недвижимости, транспорта, спецтехники, значительных, складских площадей и штата сотрудников и не обязывает индивидуальных предпринимателей иметь собственные основные средства, персонал и имущество при осуществлении хозяйственной деятельности.

Действия ООО СФ «Кварц-98» и ИП ФИО3 по увольнению и приёму на работу квалифицированных сотрудников, осуществление ими тех же обязанностей, что и прежде, не противоречит действующему законодательству РФ.

Указанные обстоятельства не могут быть положены в основу утверждения об экономической нецелесообразности заключения оспариваемого договора и свидетельствовать о неразумном и нетипичном поведении сторон оспариваемой сделки.

Из материалов дела не усматривается наличие обстоятельств, позволяющих сделать вывод о том, что убыточность спорной сделки для ООО «ПРТ» презюмируется, бремя доказывания данного обстоятельства лежало на истце.

Какие-либо доказательства изменения размера доли истца ФИО2., связанного с заключением и исполнением оспариваемого договора, на сегодняшний день отсутствуют.

Доказательства в опровержение аргументированных доводов ответчика и директора-ООО «ПРТ» ФИО4 об отсутствии каких-либо отрицательных финансовых показателей в результате проведённой руководством ООО «ПРТ» оптимизации расходов общества в период планирования масштабной реконструкции телекоммуникационной сети за счёт снижения затрат на содержание штата монтажников сети связи в виде привлечения обществом для проведения строительно-монтажных работ сторонних специализированных подрядных организаций, об увеличении в 2021 г. суммы чистой прибыли ООО «ПРТ» после проведённой руководством общества оптимизации его расходов,  истцом не представлены.

Делегирование полномочий по выполнению строительно-монтажных работ сторонним подрядным организациям, между тем, не только не привело к возникновению у ООО «ПРТ» убытков, как таковых, но предопределило увеличение доходности его деятельности в целом, что подтверждается данными экспертных заключений АНОЭУ «Соэкс-Волга». 

Экспертом АНОЭУ «Соэкс-Волга» установлено, что проведённая ООО «ПРТ» оптимизация его расходов и налогообложения за счёт снижения затрат на содержание штата монтажников сетей связи ООО «ПРТ», осуществлённая путем привлечения для выполнения строительно-монтажных работ на объектах ООО «ПРТ» сторонних специализированных подрядных организаций, увольнения из штата общества указанных специалистов и передачи в аренду подрядчикам имеющейся у общества спецтехники и транспортных средств, используемых в работе данных специалистов, - не оказала отрицательного влияния на финансовые показатели деятельности общества, и позволила увеличить в 2021г. сумму чистой прибыли.

Экспертом отмечено, что проведённая ООО «ПРТ» оптимизация его расходов не изменила результаты финансово-хозяйственной деятельности общества немедленно . Экономический эффект принятого решения по делегированию полномочий выполнения строительно-монтажных работ сторонней подрядной организацией в виде увеличения суммы чистой прибыли ООО «ПРТ» был зафиксирован к 2021 г., что допускается при планировании результатов оптимизации деятельности юридического лица.

В нарушение ст. 65 АПК РФ истцом не представлено доказательств, опровергающих выводы эксперта по существу, ходатайство о проведении судебной финансово-экономической экспертизы по делу не заявлено, доказательства о недостоверности заключений эксперта не представлены.

Изложенное свидетельствует о том, что договор подряда №18/0121 от 18.01.2021 соответствовал обычной хозяйственной деятельности предприятия.

Доказательств обратного суду не представлено, при том, что совершение сделки в пределах обычной хозяйственной деятельности презюмируется.

С позиции ответчика экономическая обоснованность и целесообразность оспариваемого договора были связаны с передачей на аутсорсинг непрофильного вида деятельности, экономией на налогах, заработной плате сотрудникам и сопутствующих расходах (НДФЛ, страховые взносы, НДС).

Именно оказание услуг связи всегда являлось доходной частью деятельности общества, в то время как деятельность по ремонту и строительству сетей связи всегда являлась его расходной частью.

Нерациональная организационная структура штата монтажников общества (значительная его численность при неравномерной загруженности), несение обществом текущих расходов по выплате заработной платы указанному персоналу, финансированию затрат по обучению и повышению его квалификации, приобретению спецодежды и инструментов, по компенсациям за использование персоналом личного автотранспорта вели к увеличению издержек общества и делали его деятельность отчасти убыточной. В этой связи в период масштабной реконструкции телекоммуникационной сети руководством ООО «ПРТ» проявлена инициатива по делегированию полномочий выполнения строительно-монтажных работ на объектах сети связи ООО «ПРТ» сторонней подрядной организации, целью которой было получение более высоких экономических результатов от основной финансово-хозяйственной деятельности общества, разрешение кадровых вопросов, оптимизация налогообложения общества и оптимизация его расходов.

Как указал ответчик, исходя из общей трудоемкости строительно-монтажных работ по масштабной реконструкции и капитальному ремонту телекоммуникационной сети ООО «ПРТ» и штатной численности работников общества, собственных ресурсов общества для выполнения аварийных, текущих монтажных и строительно-монтажных работ было недостаточно.

Выводы истца об обратном носят предположительный характер, не подтверждены какими-либо расчетами, не основаны на нормативной, в том числе статистической базе, сделаны без привлечения специализированной экспертной организации, в связи с чем, не опровергают доводы стороны ответчика о разумном экономическом обосновании управленческого решения по заключению оспариваемого договора.

Таким образом, истцом не доказано, что оспариваемая сделка повлекла причинение ущерба обществу.

Голосование истца, владеющего на момент совершения спорной сделки 10 % долей в уставном капитале ООО «ПРТ» не могло повлиять и на результаты голосования об одобрении участниками общества ее заключения.

Заявление истца о мнимости заключенной сделки суд также считает необоснованным.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС16-2411 от 25.07.2016, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце 2 пункта 86 Постановления Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений разд. I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Исходя из смысла пункта 1 статьи 170 ГК РФ, мнимые сделки представляют собой действия, совершаемые для того, чтобы обмануть определенных лиц, не участвующих в сделке, создав у них ложное представление о своих намерениях. Мнимость сделки связывается с пониманием сторонами того, что эта сделка их не связывает, вследствие чего они не имеют намерения ее исполнять либо требовать ее исполнения. Для признания сделки недействительной (ничтожной) по этому основанию необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Обязательным условием признания сделки мнимой является установление судом порочности воли каждой из ее сторон.

Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на истце.

Между тем, доказательств неисполнения ответчиком своих обязательств по договору, равно как и доказательств выполнения строительно-монтажных работ на объектах заказчика иными лицами или самим заказчиком, доказательств наличия возражений со стороны заказчика относительно объема и качества выполненных работ и их оплаты, необходимые и достаточные доказательств нереальности финансово-хозяйственных операций между сторонами оспариваемого договора, ФИО2 не представлено.

Ответчик же в опровержение доводов о мнимости заключенного договора представил следующие документы.

Выполнение строительно-монтажных работ по реконструкции и капитальному ремонту линий связи ООО «ПРТ» осуществлялось на основании планов (схем) реконструкций линий связи ООО «ПРТ» без составления технических заданий.

Выполнение аварийных работ и работ по текущему ремонту линий связи, подключению к действующим линиям связи ООО «ПРТ» новых абонентов осуществлялось по заявкам абонентов сети связи ООО «ПРТ», передаваемым в рабочем чате приложения-мессенджера Viber от сотрудников ООО «ПРТ» сотрудникам ИП ФИО3

Полная информация о поступивших оператору связи ООО «ПРТ» в период исполнения спорного договора заявках для производства работ с указанием адресов их проведения отражена:

- в распечатке журнала заявок абонентов сети связи ООО «ПРТ» на проведение ремонтных работ за период с 18 января 2021 г. по 31 декабря 2021 г., учёт, ведение и обработка которых осуществлялась и осуществляется до настоящего времени с помощью автоматизированной системы обработки данных (АСОД) «Интеграл-ОС» на основании договора № И2016/17 от 30 декабря 2016 г., заключенного между ООО «ПРТ» и «Интеграл-ОС» (приобщённого к материалам дела представителем ООО «ПРТ» ФИО13, - см. возражения 000 «ПРТ» на ходатайство о приобщении к делу дополнительных материалов от 5 апреля 2023 г.);

- в распечатке информации Viber-чата сотрудников ООО  «ПРТ» и ООО  СФ «Кварц-98» за  период с 18 января 2020 г. по 31 декабря 2020 г.

В подтверждение реальности финансово-хозяйственных взаимоотношений с ООО «ПРТ», фактического выполнения объёмов строительно-монтажных работ (в т.ч. работ по текущему ремонту линий, связи), ответчиком в суд были представлены первичные учётные документы по хозяйственным операциям, возникшим на основании спорного договора: товарные накладные о покупке ООО «ПРТ» в рамках выполнения работ по оспариваемому договору сопутствующих материалов, отчёты ИП ФИО3 об использовании сопутствующих материалов, накладные на отпуск материалов на сторону, акты о приемке выполненных работ/форма КС-2, справки о стоимости выполненных работ/форма КС-3, подписанные ООО «ПРТ» без каких-либо замечаний.

В представленных ответчиком актах о приемке выполненных работ, составленных по форме КС-2, указано их количество, единицы измерения, стоимость за единицу измерения, а также общая стоимость работ, отражена итоговая стоимость выполненных работ и детализирована их стоимость по видам, имеется ссылка на соответствующий договор. Виды работ согласно актам соответствуют таковым по спорному договору.

Не заполнение или некорректное заполнение отдельных граф представленной исполнительной документации не опровергает её достоверность. В целом вся исполнительная документация, представленная ответчиком, выполнена в соответствии с требованиями действующего законодательства РФ.

Совокупность представленных ответчиком документов подтверждает фактическое исполнение сторонами оспариваемого договора и опровергает доводы истца о том, что спорной договор является мнимой сделкой.

Представленные стороной ответчика доказательства и мотивированные возражения истцом не опровергнуты.

Доказательств того, что оспариваемый договор был заключен без намерений его фактического исполнения, истцом не представлено. Иное из материалов дела не следует.

Судом также отклоняется довод истца о том, что оспариваемая сделка нарушает прямо установленный законом запрет заемного труда и посягает на права и охраняемые законом интересы третьих лиц, а, значит, в силу пункта 2 статьи 168 ГК РФ является ничтожной.

В силу пунктов 3 - 4 статья 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

В рассматриваемом случае интересы истца данным обстоятельством не затрагиваются и какие-либо его права не нарушаются. Нарушение публичных интересов также не установлено.

Кроме того, аутстаффингом называют привлечение заказчиком работников, которые оформлены у другого лица – исполнителя. Такие работники трудятся на территории и под контролем заказчика, но не заключают с ним трудовой или гражданско-правовой договор.

Вопрос о заемном труде регулируется трудовым законодательством.

Следует отметить, что целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

Трудовое законодательство не содержит механизма признания трудового договора недействительным в случае, если в нем содержатся условия, ухудшающие положения работника по сравнению с нормами действующего законодательства.

Общие положения гражданского законодательства о недействительности сделок к трудовым отношениям не применимы, поскольку:

а)трудовой договор не является сделкой в том смысле, который этому понятиюпридается статьей 153 ГК РФ;

б)при трудоустройстве возникают трудовые (статья 5 Трудового кодекса РФ), а негражданские права и обязанности (статья 2 ГК РФ);

в)к отношениям по трудовому договору невозможно применить последствиянедействительности гражданско-правовых сделок (статья 167 ГК РФ) и возвратитьстороны в первоначальное положение.

Данная правовая позиция изложена Верховным Судом Российской Федерации в определениях от 14.11.2008 № 5-В08-84, от 14.12.2012 по делу № 5-КГ12-61.

Ссылка истца на судебные акты арбитражных судов, принятые в порядке рассмотрения арбитражного дела №А57-18568/2021, равно как и на фактические обстоятельства, установленные в рамках его рассмотрения, является несостоятельной. Сделки, оспариваемые в рамках указанного дела и настоящего спора не являются тождественными.

Кроме того, Постановлением Арбитражного апелляционного суда от 28.11.2023г. решение Арбитражного суда Саратовской области от 25.07.2022 по делу №А57-18568/2021г. отменено, по делу принят новый судебный акт, которым в удовлетворении иска ФИО2 о признании договора подряда №08-10-2019 от 08.10.2019г. недействительным отказано.

На основании вышеизложенного, суд считает исковые требования не подлежащими удовлетворению. 

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. 

Руководствуясь статьями 110,112,167-171,176,180 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации           

РЕШИЛ:

В иске отказать.

Взыскать с ФИО2, г.Энгельс Саратовской области в доход Федерального бюджета Российской области госпошлину в сумме 6000руб.

Решение арбитражного суда вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. 

Решение арбитражного суда может быть обжаловано в апелляционную, кассационную инстанции в порядке, предусмотренном главами 34, 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, путем подачи соответствующей жалобы через арбитражный суд первой инстанции.

Судья Арбитражного суда 

Саратовской области                                                                     Е.В.Бобунова