Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-16038/2024

20 февраля 2025 года

г.Санкт-Петербург

Резолютивная часть решения объявлена 23 января 2025 года.

Полный текст решения изготовлен 20 февраля 2025 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи Евдошенко А.П.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з Вертковой И.А.,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

истец (ответчик по встречному иску): Общество с ограниченной ответственностью "Балтийский лизинг"

ответчик (истец по встречному иску): Общество с ограниченной ответственностью "ФОРЕСТ ЛАЙН" 

третье лицо: ФИО1 

о взыскании 

при участии 

от истца: представитель ФИО2 (доверенность от 01.01.2025), представитель ФИО3 (доверенность от 01.01.2025) 

от ответчика: представитель ФИО4 (доверенность от 09.01.2025)

от третьего лица: не явился, извещен

установил:

Общество с ограниченной ответственностью "Балтийский лизинг" (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к Обществу с ограниченной ответственностью "Форест Лайн" (далее – ответчик) о взыскании 1 900 932 руб. 36 коп. задолженности в виде сальдо встречных обязательств по договору лизинга от 22.10.2021 № 2891/21-ОБЛ.

Ответчик обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области со встречным иском о взыскании с истца 2 018 513 руб. неосновательного обогащения.

Определением от 31.05.2024 для совместного рассмотрения с первоначальным иском принят встречный иск, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО1.

02.08.2024 истец представил в материалы дела ходатайство об уточнении исковых требований, которым уменьшил их размер до 1 900 503 руб. 61 коп. 

Уточнение исковых требований принято судом в порядке ст. 49 АПК РФ.

26.07.2024 ответчик заявил ходатайство об увеличении встречных исковых требований до 3 710 523 руб.

Уточнение встречных исковых требований принято судом в порядке статьи 49 АПК РФ.

Распоряжением Заместителя председателя Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.10.2024 на основании статьи 18 АПК РФ дело передано для рассмотрения судье Евдошенко А.П.

В судебном заседании 23.01.2025 истец поддержал заявленные требования в полном объеме.

Ответчик по существу спора возражал по мотивам, изложенным в отзыве.

Третье лицо, извещенное надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явилось, заявлений, ходатайств не представило.

При отсутствии возражений сторон, суд подготовил дело к судебному разбирательству, завершил предварительное судебное заседание и открыл судебное заседание в суде первой инстанции.

В соответствии со ст. 123, ч. 3 ст. 156 АПК РФ дело рассмотрено в отсутствие представителя третьего лица.

Заслушав пояснения представителей истца и ответчика, исследовав и оценив материалы дела, суд установил следующие обстоятельства.

Между Обществом с ограниченной ответственностью "Балтийский лизинг" (лизингодатель) и Обществом с ограниченной ответственностью "Форест Лайн" (лизингополучатель) был заключен договор лизинга от 22.10.2021 №2891/21-ОБЛ в редакции дополнительного соглашения от 12.11.2021 №1, во исполнение которого лизингодатель в соответствии с заявкой лизингополучателя приобрел по договору поставки от 22.10.2021 № 2891/21-ОБЛ-К предмет лизинга - Экскаватор Комацу PC200LC-8M0 (ЭО-4128), 2018 года изготовления (имущество), бывший в употреблении, наработка 13 700 часов, и передал его лизингополучателю по акту приема-передачи от 12.11.2021.

Согласно пункту 1.3 договора лизинга ряд условий указанного договора лизинга определяется условиями, изложенными в Правилах лизинга движимого имущества (редакция №5), согласованных сторонами в приложении 3 к договору лизинга.

01.07.2022 между лизингодателем и лизингополучателем заключено соглашение о расторжении договора лизинга от 22.10.2021 №2891/21-ОБЛ, после чего лизингополучатель возвратил лизингодателю предмет лизинга, что подтверждается актом о возврате имущества от 01.07.2022.

Предмет лизинга был реализован 26.07.2023 по цене 10 399 000 руб. на основании договора купли-продажи №2891/21-ОБЛ-КП, оплата по договору произведена платежным поручением от 09.10.2023 №755937.

Ссылаясь на расторжение договоров лизинга и необходимость соотнести взаимные представления сторон по договорам, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Согласно расчету истца, сальдо в его пользу составляет 1 900 503 руб. 61 коп. (с учетом принятого судом уточнения исковых требований в порядке ст. 49 АПК РФ).

Ответчик также произвел расчет сальдо встречных обязательств и во встречном иске просил суд взыскать с истца 3 710 523 руб. (с учетом принятого судом уточнения встречных исковых требований в порядке ст. 49 АПК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга»  (далее - Постановление №17) расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса РФ).

В то же время расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (ст. 15 Гражданского кодекса РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Согласно ч. 4 ст. 17 Федерального закона № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» при прекращении договора лизинга лизингополучатель обязан вернуть лизингодателю предмет лизинга в состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или износа, обусловленного договором лизинга.

Пунктом 3.4. Постановления № 17 установлено, что размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п. То есть, в соответствии с приведенными правилами, при расторжении договора выкупного лизинга авансовый платеж не возвращается лизингополучателю, а учитывается при расчете сальдо встречных обязательств как сумма, на которую уменьшается закупочная цена предмета лизинга, таким образом устанавливается размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю.

В данном случае размер финансирования рассчитывается как закупочная цена имущества за вычетом авансового платежа лизингополучателя и составляет 12 600 000 руб. (14 000 000 – 1 400 000).

Согласно п. 3.5 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17, плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования.

Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора по формуле, приведенной в примечании к данному пункту:

,

где ПФ - плата за финансирование (в процентах годовых),

П - общий размер платежей по договору лизинга,

А - сумма аванса по договору лизинга,

Ф - размер финансирования,

 - срок договора лизинга в днях.

В соответствии с п. 3.5 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 ставка платы за финансирование составляет 9,648 %, исходя из расчета: (17 650 502 – 1 400 000) – 12 600 000) : (12 600 000 х 1 096) х 365 х 100.

Согласно п. 3.2 и п. 3.3 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 при расчете сальдо учитывается плата за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования.

В соответствии с п. 17 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 27.10.2021 (далее – Обзор) по общему правилу, момент возврата финансирования должен определяться по дню заключения договора купли-продажи или иных сделок, направленных на реализацию изъятого предмета лизинга, но не позднее истечения разумного срока, необходимого на реализацию предмета лизинга (восстановление и оценку предмета лизинга, организацию его продажи лизингодателем).

Истец указывает, что плата за финансирование подлежит начислению до даты заключения договора купли-продажи, то есть до 26.07.2023 и составляет 2 068 266 руб. 87 коп.

Ответчик же указывает, что срок реализации предмета лизинга в один год является чрезмерно длительным, что свидетельствует о неразумности и недобросовестности действий лизингодателя.

Указанные доводы ответчика отклоняются судом в связи со следующим.

С учетом положений пп. 3, 4 ст. 1, п. 3 ст. 307 ГК РФ лизингополучатель может доказать, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо взаимных обязательств сторон.

Как разъяснено в п. 4 постановления Пленума ВАС РФ N 17, в таком случае суду при расчете сальдо взаимных обязательств необходимо руководствоваться, в частности, признанным надлежащим доказательством отчетом оценщика. 

В нарушение требований ст. 65 АПК РФ ответчиком не предоставлены доказательства неразумности действий лизингодателя. Сама по себе ссылка на длительный характер реализации имущества не свидетельствует о злоупотреблении правом и неразумности действий лизингодателя.

Так, судом установлено, что лизингодатель разместил объявления о продаже экскаватора Комацу PC200LC-8M0 (ЭО-4128) на следующих сайтах:

- zalog24.ru 11.07.2022 по цене 15 680 000 руб. В отсутствие покупательского спроса в отношении имущества, по изначальной цене экспозиции, истец производил постепенное снижение цены предложения: 15.08.2022 до 15 200 000 руб., 07.10.2022 до 14 800 000 руб., 17.10.2022 до 14 350 000 руб., 09.11.2022 до 14 150 000 руб., 15.11.2022 до 13 990 000 руб., 09.01.2023 до 13 300 000 руб., 18.01.2023 до 12 950 000 руб., 10.02.2023 до 12 490 000 руб., 01.03.2023 до 11 990 000 руб., 20.04.2023 до 11 790 000 руб., 23.05.2023 до 11 700 000 руб., 14.06.2023 до 11 400 000 руб., 21.06.2023 до 11 000 000 руб., 03.07.2023 до 10 700 000 руб.;

- auto.ru 11.07.2022 по цене 16 000 000 руб. В отсутствие покупательского спроса в отношении имущества, по изначальной цене экспозиции, истец производил постепенное снижение цены предложения: 25.07.2022 до 15 680 000 руб., 15.08.2022 до 15 200 000 руб., 07.10.2022 до 14 950 000 руб., 02.12.2022 до 13 640 000 руб., 23.05.2023 до 11 700 000 руб.;

- drom.ru 12.09.2022 по цене 15 200 000 руб. В отсутствие покупательского спроса в отношении имущества, по изначальной цене экспозиции, истец производил постепенное снижение цены предложения: 07.10.2022 до 14 800 000 руб., 17.10.2022 до 14 350 000 руб., 09.11.2022 до 14 150 000 руб., 15.11.2022 до 13 900 000 руб., 02.12.2022 до 13 500 000 руб., 27.12.2022 до 13 300 000 руб., 18.01.2023 до 12 950 000 руб., 10.02.2023 до 12 490 000 руб., 01.03.2023 до 11 990 000 руб., 20.04.2023 до 11 790 000 руб., 23.05.2023 до 11 700 000 руб., 14.06.2023 до 11 400 000 руб., 21.06.2023 до 11 100 000 руб., 03.07.2023 до 10 700 000 руб.;

- avito.ru 07.10.2022 по цене 14 800 000 руб. В отсутствие покупательского спроса в отношении имущества, по изначальной цене экспозиции, истец производил постепенное снижение цены предложения: 17.10.2022 до 14 350 000 руб., 09.11.2022 до 14 150 000 руб., 02.12.2022 до 13 500 000 руб., 27.12.2022 до 13 300 000 руб., 18.01.2023 до 12 950 000 руб., 01.03.2023 до 11 990 000 руб., 20.04.2023 до 11 790 000 руб.;

- baltlease.ru 07.10.2022 по цене 14 800 000 руб. В отсутствие покупательского спроса в отношении имущества, по изначальной цене экспозиции, истец производил постепенное снижение цены предложения: 17.10.2022 до 14 350 000 руб., 09.11.2022 до 14 150 000 руб., 15.11.2022 до 13 990 000 руб., 09.01.2023 до 13 300 000 руб., 18.01.2023 до 12 950 000 руб., 10.02.2023 до 12 490 000 руб., 01.03.2023 до 11 990 000 руб., 20.04.2023 до 11 790 000 руб., 23.05.2023 до 11 700 000 руб., 14.06.2023 до 11 400 000 руб., 21.06.2023 до 11 100 000 руб., 03.07.2023 до 10 700 000 руб. 

26.07.2023 по заданию истца ООО "АЦ "КРОНОС" был подготовлен отчет № 111/15-ОБЛ-Х-ОР-630р об оценке экскаватора Комацу PC200LC-8M0 (ЭО-4128), согласно которому рыночная цена имущества составляет 9 435 000 руб.

26.07.2023 экскаватор Комацу PC200LC-8M0 (ЭО-4128) был реализован на основании договора купли-продажи № 2891/21-ОБЛ-КП-ОР по цене 10 399 000 руб.

Как следует из представленных истцом доказательств, в отношении указанного предмета лизинга, за 12 месяцев реализации на сайте zalog24.ru объявление было просмотрено 4 210 раз, контакты продавца запросили только 2 потенциальных покупателя, и ни один потенциальный покупатель не подписался на объявление; на сайте auto.ru – 557 просмотров объявления, контакты продавца запросили только 7 потенциальный покупателей и 3 потенциальных покупателя подписались на объявление; на сайте drom.ru– 41 просмотр объявления.

Данные сведения указывают на низкий покупательный спрос в отношении Экскаватора Комацу PC200LC-8M0 (ЭО-4128).

Таким образом, действия лизингодателя по реализации предмета лизинга в течение 12 месяцев следует считать добросовестными и разумными в соответствии со сложившейся рыночной конъюнктурой и спросом на имущество, а доводы лизингополучателя о чрезмерном сроке реализации - подлежащими отклонению, как основанные на неверной оценке фактических обстоятельств и имеющихся доказательств.

При этом лизингополучателем не оспаривается ни начальная цена реализации имущества, ни доказательства осуществления лизингодателем действий по реализации имущества по максимальной возможной цене.

Таким образом, истцом приведены верные расчеты платы за финансирование с учетом разъяснений, содержащихся в п. 3.5 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17, п. 18 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга).

Согласно п. 3.6 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17, убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством. В частности, к реальному ущербу лизингодателя могут относиться затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга.

Материалами дела подтверждено, что лизингодателем были понесены следующие расходы и затраты, связанные с исполнением договора лизинга, его расторжением и изъятием имущества:

- расходы на страхование имущества в размере 229 188 руб. 09 коп., что подтверждается страховым полисом от 08.09.2022 № 443-191-113731/21, платежными поручениями от 16.11.2021 № 597732, от 11.11.2022 № 672956, от 13.02.2023 № 693876, от 12.05.2023 № 716612, от 16.08.2023 № 742030 и договором от 01.10.2008 № 228518-3/08 об оказании агентских услуг по заключению договоров страхования;

- расходы на хранение имущества за период с июля 2022 по июль 2023 года в общем размере 58 650 руб., что подтверждается договором хранения от 01.08.2014 № 8/14-ВНГ-П с приложением счетов, актов выполненных работ и платежных поручений;

Ответчик в отзыве и дополнительных пояснениях высказывал несогласие с заявленными истцом расходами, указав, что из расчета сальдо подлежат исключению расходы на страхование имущества, поскольку указанные расходы не служат цели реализации предмета лизинга. Кроме того, необходимость в страховании транспортного средства, которое не находится в эксплуатации, а находится на хранении у организации, которая осуществляет данную деятельность на платной основе-полностью, отсутствуют.

Указанные доводы подлежат отклонению ввиду следующего. 

Согласно абз. 2 п. 2 ст. 13 Закона о лизинге лизингодатель вправе потребовать досрочного расторжения договора лизинга и возврата в разумный срок лизингополучателем имущества в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, настоящим Федеральным законом и договором лизинга. В этом случае все расходы, связанные с возвратом имущества, в том числе расходы на его демонтаж, страхование и транспортировку, несет лизингополучатель.

Истец, являясь собственником лизингового имущества, имеет имущественный интерес в его сохранности, в том числе в целях получения наибольшей выручки от его продажи и обеспечения возврата финансирования за счет переданного по договору лизинга имущества.

При этом, лизингодатель является финансовой организацией и не имеет собственных площадок для хранения изъятого имущества, в связи с чем, обоснованным является заключение договора хранения лизингового имущества на период с момента возвращения его от лизингополучателя до момента передачи покупателю для удовлетворения целей физического размещения изъятого имущества.

Согласно п. 1, 2 ст. 891 ГК РФ хранитель обязан принять все предусмотренные договором хранения меры для того, чтобы обеспечить сохранность переданной на хранение вещи. Таким образом, ответственность за сохранность имущества возложена на хранителя. 

В силу п. 2 ст. 901 ГК РФ профессиональный хранитель отвечает за утрату, недостачу или повреждение вещей, если не докажет, что утрата, недостача или повреждение произошли вследствие непреодолимой силы, либо из-за свойств вещи, о которых хранитель, принимая ее на хранение, не знал и не должен был знать, либо в результате умысла или грубой неосторожности поклажедателя. Таким образом, хранитель отвечает за имущество только при наличии вины (умысла или неосторожности).

Договор страхования имущества покрывает риски случайной гибели или повреждения имущества, включая и те, за которые не несёт ответственность хранитель (например, удар молнии, стихийные бедствия, повреждения водой и пр.). 

При этом, согласно п. 3 ст. 962 ГК РФ страхователь должен принимать разумные и доступные ему меры, чтобы уменьшить возможные убытки. В противном случае страховщик освобождается от их возмещения.

С учетом изложенного, заключение договора страхования является необходимым действием со стороны лизингодателя с целью защиты как своих имущественных интересов, так и интересов лизингополучателя. 

Помимо прочего ответчик в своих возражениях указывал, что истцом не представлены доказательства уплаты страховой премии. Указанный довод подлежит отклонению, как противоречащий материалам дела.

В силу п. 2.9.1 договора лизинга страхователем имущества выступает лизингодатель, при этом согласно п. 2.10.1 договора возмещение расходов на уплату страховой премии включается в график.

Как следует из дополнительного соглашения № 1 к агентскому договору от 01.10.2008 № 228518-3/08 агент (АО "Балтийский лизинг") вправе принимать страховые премии от страхователей по договорам страхования, заключенным с его участием на свой расчётный счёт и перечислять их в качестве страховых премий по заключенным страховщиком договорам. 

Следовательно, обязанность по оплате страховых премий считается исполненной страхователем именно в момент перевода денежных средств агенту (АО "Балтийский лизинг"). 

Истцом в материалы дела представлены платежные поручения, подтверждающие перевод денежных средств (страховых премий) на расчётный счёт АО "Балтийский лизинг". Факт оплаты страховых премий подтверждается и дополнением №6 к полису по страхованию имущества №443-191-113731/21, согласно которому на 06.10.2023 сумма неиспользованной страховой премии составляет 24 386 руб. 91 коп., что свидетельствует о том, что лизингодатель исправно оплачивал страховые премии, установленные полисом, в противном случае остатка страховых премий не имелось бы.

Таким образом, истцом были оплачены соответствующие страховые премии путем перевода денежных средств агенту страховщика. 

Пунктом 27.2.2 Правил лизинга установлено, что при просрочке уплаты лизинговых платежей лизингополучатель уплачивает проценты в размере 0,1% просроченной суммы за каждый день неисполнения денежного обязательства.

В соответствии с условиями договора и с учетом разъяснений, содержащихся в п. 16 Обзора, истец начислил в размере 131 267 руб. 45 коп.

Расчет начисленных процентов судом проверен и признан верным.

Согласно п. 4 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 стоимость возвращенного предмета лизинга, определяется исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга.

ООО "Балтийский лизинг" реализовало изъятый предмет лизинга по договору купли-продажи от 26.07.2023 №2891/21-ОБЛ-КП-ОР по цене 10 399 000 руб.

Ответчик, возражая против предъявленных требований, указал на занижение истцом цены реализации имущества, полагая, что при расчете сальдо следует руководствоваться представленным им отчетом об оценке, согласно которому рыночная стоимость предмета лизинга по состоянию на 01.07.2023 составляет 15 660 000 руб. В этой связи ответчик заявил ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы для определения стоимости предмета лизинга.

Согласно п. 20 Обзора при реализации предмета лизинга лизингодателем должны быть приняты меры, необходимые для получения наибольшей выручки от его продажи (п. 1 ст. 6, абз. 3 п. 1 ст. 349 ГК РФ) и обеспечения возврата финансирования за счет переданного по договору лизинга имущества.

Таким образом назначение судебной экспертизы возможно при наличии двух обстоятельств: существенное расхождения цены реализации и рыночной стоимости; отсутствия со стороны лизингодателя доказательств, обосновывающих, в связи с чем реализация произошла по цене, существенно отличающейся от цены, определенной отчетом об оценке.

Мотивируя назначение судебной экспертизы по определению стоимости предмета лизинга, ответчик указал, что лизингодатель отказался от предложенного покупателя, готового приобрести возвращенный предмет лизинга за 11 421 000 руб., при этом не представил обоснований своих действий по значительному снижению цены экспозиции и реализовывал предмет лизинга, применяя "непрозрачную" процедуру реализации имущества.

Указанные доводы подлежат отклонению ввиду следующего. 

Судом установлено, что в марте 2023 года от лизингополучателя в адрес лизингодателя поступило письмо, содержащее информацию о потенциальном покупателе имущества, при этом в ходе переписки первоначальная цена, предложенная покупателем, составила 11 100 000 руб.

02.03.2023 лизингодатель предложил цену в размере 11 700 000 руб.

В ответ на указанное письмо от лизингополучателя поступило предложение приобрести имущество по цене 11 421 000 руб. 

14.03.2023 истец направил ответ на указанное письмо с предложением цены в размере 11 500 000 руб.

ООО "Балтийский лизинг" направило встречное предложение по прошествии 7 рабочих дней, что не свидетельствует об отказе от потенциального покупателя, более того, по прошествии указанного срока на встречное предложение истца ответ не поступил.

Потенциальный покупатель был готов приобрести имущество по цене 11 100 000 руб., а лизингополучатель был согласен с указанной ценой реализации, что подтверждается письмом, направленным в адрес истца.

Таким образом, лизингодатель действовал разумно и добросовестно при переговорах с потенциальным покупателем, стремясь реализовать имущество по максимально возможной цене (11 700 000 руб.).

Довод ответчика о снижении цены экспозиции и непрозрачности процедуры также является необоснованным, поскольку предмет лизинга был реализован путем выставления на открытые и общеизвестные торговые площадки, доступ к которым имелся, в том числе, у лизингополучателя. При этом у ответчика имелась реальная возможность как контролировать процесс снижения цены экспозиции, так и предложить лизингодателю указанную цену. Доказательств того, что ответчик воспользовался указанной возможностью в материалы дела не представлены. Напротив, истцом представлены фотографии с торговых площадок, подтверждающие как факт экспозиции предмета лизинга, так и низкий спрос на имущество (небольшое количество просмотров объявлений, отметок "избранное", запросов контактов продавца, подписок на объявление).

Кроме того, снижении цены экспозиции происходило в пределах 2-3% в месяц, что является оправданным и обоснованным, при условии низкого спроса на предмет лизинга и его специализированного характера.

Ответчик также указал, что отчет об оценке, представленный истцом, не является достоверным и не может быть принят в качестве надлежащего доказательства, подтверждающего рыночную стоимость имущества, в то время как отчет, представленный ответчиком, не содержит недостатков и должен быть принят во внимание при определении цены предмета лизинга.

Судом установлено, что отчет, представленный ответчиком, содержит ряд нарушений Федеральных стандартов оценки (ФСО), в частности: оценщик использовал положения ФСО № 1, 2, 3 которые к моменту проведения оценки утратили силу на основании приказа Минэкономразвития России от 14.04.2022 № 200 "Об утверждении федеральных стандартов оценки и о внесении изменений в некоторые приказы Минэкономразвития России о федеральных стандартах оценки" – стали действовать положения ФСО № I-VI имеющие существенные отличия от предыдущих ФСО № 1-3; в отчёте отсутствует информация о документах, представленных от заказчика на основании которых, оценщик производил анализ п. 13 ФСО Ⅲ; отсутствие корректировок в связи с различием качества аналогов и объекта оценки пп. 4 п. 5 ФСО V; в отчёте отсутствует перечень документов, используемых оценщиком и устанавливающих количественные и качественные характеристики объекта оценки пп. 15 п. 7. ФСО Ⅵ; ссылки на аналоги, приведённые в отчёте об оценке, не функционируют или приводят на другие объявления, не связанные с объектом оценки. Таким образом, оценщиком нарушены требования пп. 2 п. 2 и п. 8 ФСО Ⅵ; описание объекта оценки составлено с нарушением пп. 12 п. 7. ФСО Ⅵ, оценщик не произвёл анализ рынка объекта оценки, соответственно не определил факты, влияющие на его стоимость. Отчёт содержит анализ автомобильного рынка, в то время как объектом выступает спец. техника-гусеничный экскаватор; отсутствует анализ сегментов первичного и вторичного рынка объекта оценки п. 10 ФСО № 10.

Совокупность указанных нарушений ФСО свидетельствует о том, что отчет, представленный ответчиком, не может быть принят судом, как достоверное доказательство, поскольку содержит многочисленные нарушения ФСО, которые в конечном счете влияют на процесс определения рыночной стоимости.

Ответчик в своих возражениях указал, что отчет об оценке, составленный ООО "АЦ "КРОНОС", представленный истцом, также содержит недостатки, в частности, оценщик в отчете указал, что оценка происходит в условиях высокой неопределенности, при этом под высокой неопределенностью понимается ситуация, когда по объективным причинам величина стоимости не может быть определена с разумной степенью достоверности. Оценщик также указал, что не может достоверно учесть характер и интенсивность влияния указанных причин на величину стоимости.

Указанный довод подлежит отклонению, поскольку в силу абз. 1 ст. 12 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" итоговая величина рыночной или иной стоимости объекта оценки, указанная в отчете, составленном по основаниям и в порядке, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, признается достоверной и рекомендуемой для целей совершения сделки с объектом оценки, если в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, или в судебном порядке не установлено иное. То есть, само по себе увеличение риска в силу неопределенности еще не делает отчет недостоверным, необходимо нарушение законодательства об оценке, которое может привести к искажению величины рыночной стоимости.

Довод ответчика о том, что отчет представляет собой мнение лица, производившего оценку, подлежит отклонению, поскольку в соответствии с п. 14 ФСО I результат оценки (итоговая стоимость объекта оценки) представляет собой стоимость объекта, определенную на основе профессионального суждения оценщика для конкретной цели оценки с учетом допущений и ограничений оценки. То есть, наличие допущений и ограничений, в том числе существенных, не превращает профессиональное суждение оценщика, принятое в соответствии с действующим законодательством в простое мнение лица.

Ответчик также указал, что оценщик не предупреждался об уголовной ответственности, что приводит к недостоверности отчета.

Указанный довод также подлежит отклонению, поскольку возможность использования отчета об оценке в процессе доказывания также подчеркивается в п. 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 30.05.2005 N 92 "О рассмотрении арбитражными судами дел об оспаривании оценки имущества, произведенной независимым оценщиком", согласно позиции отражённой в указанном пункте судам следует учитывать, что согласно статье 12 Закона об оценочной деятельности отчет независимого оценщика является одним из доказательств по делу (статья 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ)). Оценка данного доказательства осуществляется судом в соответствии с правилами главы 7 АПК РФ.

Таким образом отчет оценщика может быть использован в процессе доказывания даже при учете отсутствия предупреждения об уголовной ответственности.

Ответчик в подтверждение недостоверности отчета, представленного истцом, также указал, что в оценке приведены социальные и экономические показатели на январь-апрель 2023, хотя оценка производилась в июле.

Указанный довод ответчика является необоснованным, поскольку, как следует из доказательств, представленных истцом, более свежая информация не могла быть получена оценщиком в период проведения оценки.

Ответчик также указал, что оценщиком неверно определен рынок объекта оценки, так как в отчете не указаны показатели лесопромышленной отрасли, а проанализирован рынок строительной техники.

Указанный довод подлежит отклонению судом, поскольку, как следует из материалов дела, предмет лизинга – Экскаватора Комацу PC200LC-8M0 (ЭО-4128) в первую очередь используется в строительной отрасли, а также в карьерных и горных работах.

Также ответчик указал, что оценщиком применен затратный метод в отношении харвестерного агрегата Waratah H480C и степень износа определена в размере 80%. Ответчик полагает, что такой вывод оценщика является противоречивым, поскольку ранее в отчете оценщик отказался от применения затратного метода и им не проводилась диагностика и осмотр объекта оценки.

Указанные доводы подлежат отклонению, поскольку затратный метод был применен не ко всему имуществу, а только в отношении харвестерного агрегата Waratah H480C, поскольку оценщику не удалось обнаружить достаточное число аналогов, при этом, в силу п. 24 ФСО V затратный подход представляет собой совокупность методов оценки, основанных на определении затрат, необходимых для воспроизводства или замещения объекта оценки с учетом совокупного обесценения (износа) объекта оценки и (или) его компонентов.

Согласно п. 27 ФСО V затраты замещения (стоимость замещения) представляют собой текущие затраты на создание или приобретение объекта эквивалентной полезности без учета его точных физических свойств. Пунктом 29 ФСО V установлено, что метод затрат воспроизводства и замещения заключается в расчёте затрат на приобретение аналога за вычетом общей суммы износа.

Как следует из представленных выше положений ФСО, текущие затраты представляют собой затраты на создание или приобретение объекта без учёта его точных физических свойств, именно поэтому применение затратного подхода даже без осмотра и диагностики имущества обоснованно и допустимо.

Таким образом, отчет об оценке, составленный ООО "АЦ "КРОНОС", представленный истцом, является достоверным доказательством по делу.

В нарушение требований ст. 65 АПК РФ ответчиком не представлены доказательства, подтверждающие наличие существенного расхождение между ценой реализации предмета лизинга и ценой, определенной отчетом об оценке, при условии, что отчеты, представленные истцом, признаны судом достоверными, а отчет, представленный ответчиком, суд считает недостоверным в силу многочисленных нарушений норм ФСО.

Кроме того, истцом представлены доказательства добросовестности и осмотрительности своих действий при реализации предмета лизинга, в частности, истцом представлены отчеты об оценке, подготовленные разными экспертными организациями: ООО "АЦ "КРОНОС", согласно которому рыночная стоимость предмета лизинга составляет 9 435 000 руб., и ООО "Экспертно-аналитический центр", согласно которому рыночная стоимость предмета лизинга составляет 9 733 000 руб.

Согласованность отчетов различных экспертных организаций с ценой реализации в размере 10 399 000 руб. подтверждает рыночный уровень цены реализации предмета лизинга, при этом доводы ответчика о недостоверности одного из отчетов не нашли своего подтверждения.

Кроме того, имущество, реализованное истцом, не является высоколиквидным, о чем свидетельствует спрос, отраженный на открытых площадках (просмотры, добавление в избранное); имущество было выставлено на реализацию спустя 10 дней после изъятия (с учетом срока, необходимого для его осмотра и предпродажной подготовки); имущество было выставлено выше среднерыночной цены, для реализации по максимально возможной цене; истец отслеживал спрос на имущество, в связи с чем постепенно производил снижение цены; площадки, через которые осуществлялась реализация, являются общеизвестными и имеют широкий охват аудитории; затяжной характер реализации имущества был, в первую очередь, вызван узкоспециализированным характером предмета лизинга.

В связи с указанными обстоятельствами, свидетельствующими о том, что истец при реализации предмета лизинга действовал разумно и добросовестно и прикладывал все возможные усилия для реализации имущества в разумный срок, а ответчик не представил доказательств, свидетельствующих о существенном расхождении между ценой реализации и рыночной ценой, суд приходит к выводу, что основания для назначения судебной экспертизы по определению стоимости предметов лизинга отсутствуют, а соответствующие доводы лизингополучателя, приведенные им в своих позициях, подлежат отклонению.

Истцом документально подтверждена разумность и обоснованность своих действий при продаже имущества. Доказательств недобросовестности или неразумности действий лизингодателя, приведших к занижению продажной стоимости предмета лизинга, не представлено. Ответчик в нарушение требований статей 9, 65 АПК РФ не представил надлежащие доказательства, свидетельствующие о недостоверности сведений о стоимости имущества, определенной при продаже имущества, имеющей приоритетное значение для расчета сальдо, следовательно, представленный ответчик отчет об оценке, имеющий субъективный характер, не может быть принят в качестве доказательства установления иной стоимости имущества.

В соответствии со статьей 1102 ГК РФ, лицо, которое сберегло без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательное сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Исходя из смысла указанной нормы, обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факта приобретения или сбережения имущества, то есть увеличении стоимости собственного имущества приобретателя, присоединения к нему новых ценностей или сохранение того имущества, которое по всем законным основаниям неминуемо должно было выйти из состава его имущества; приобретение или сбережение имущества за счет другого лица, а также отсутствие правовых оснований приобретения или сбережения имущества одним лицом за счет другого.

Таким образом, полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором.

С учетом изложенного сумма сальдо по договору лизинга составит 1 900 503 руб. 61 коп. (12 600 000 + 2 068 266, 87 + 287 838,09 + 131 267, 45) – (2 787 868,80 + 10 399 000) в пользу лизингодателя (истца), что исключает удовлетворение встречного иска и свидетельствует о наличии оснований для удовлетворения первоначального иска в полном объеме.

Расходы по госпошлине по первоначальному и встречному искам (с учетом увеличения суммы встречных требований до 3 710 523 руб.) относятся на ответчика в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области 

решил:

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "ФОРЕСТ ЛАЙН" (ИНН 

<

***>) в пользу Общества с ограниченной ответственностью "Балтийский лизинг" (ИНН 

<

***>) 1 900 503 руб. 61 коп. неосновательного обогащения, а также 32 005 руб. расходов по госпошлине.

Возвратить Обществу с ограниченной ответственностью "Балтийский лизинг" (ИНН 

<

***>) из федерального бюджета 281 руб. государственной пошлины, излишне уплаченной по платежному поручению от 08.02.2024 №783382.

В удовлетворении встречного иска отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "ФОРЕСТ ЛАЙН" (ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета 8 460 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.

Судья Евдошенко А.П.