ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-79825/20

14 декабря 2023 года

город Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07 декабря 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 14 декабря 2023 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи ФИО1,

судей: Кручининой Н.А., Тарасова Н.Н.,

при участии в заседании:

представители не явились;

рассмотрев 07 декабря 2023 года в судебном заседании кассационную жалобу

ФИО2

на определение Арбитражного суда города Москвы

от 08 июня 2023 года,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда 

от 27 сентября 2023 года

о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 и взыскании с ФИО2 убытков в размере 6.125.000 руб. в конкурсную массу ЗАО «СТРОЙФИНАНС»

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «СТРОЙФИНАНС»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 29.06.2020 ЗАО «СТРОЙФИНАНС» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утверждена ФИО3, соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 11.07.2020 № 121.

В Арбитражный суд города Москвы 23.05.2022 поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО2.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 08 июня 2023 года заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника - ЗАО «СТРОЙФИНАНС» привлечен ФИО1, производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности приостановлено до завершения расчетов с кредиторами, с ФИО2 взысканы убытки в размере 6.125.000 руб. в конкурсную массу ЗАО «СТРОЙФИНАНС», в удовлетворении в остальной части заявления отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 27 сентября 2023 года определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ФИО2 обратился с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить в части взыскания с него убытков в размере 6.125.000 руб. в конкурсную массу должника и направить обособленный спор в указанной части на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Заявитель жалобы считает судебные акты незаконными и необоснованными, как принятые с неправильным применением норм материального и процессуального права.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, кассационная инстанция не находит оснований для изменения или отмены обжалуемых судебных актов в связи со следующим.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Суды указали, что исходя из заявления конкурсного управляющего ЗАО «СТРОЙФИНАНС», заявитель просил привлечь к субсидиарной ответственности лиц, контролировавших деятельность должника ЗАО «СТРОЙФИНАНС», и взыскать с ФИО1 по пункту 1, подпункту 2 пункта 2, пункту 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве стоимость не переданного имущества должника в размере 17.690.000 руб., взыскать солидарно с ФИО1 и ФИО2 по пункту 1, подпункту 1 пункта 2, пункту 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве в размере причиненных убытков кредиторам путем необоснованного перечисления на счета аффилированных лиц денежных средств в размере 6.125.000 руб., взыскать солидарно с ФИО1 и ФИО2 по пунктам 1 и 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве 1.485.027,63 руб.

Как следует из материалов дела и установлено судами, ЗАО «СТРОЙФИНАНС» зарегистрировано 10.03.2005, единственным учредителем общества выступала Международная предпринимательская компания КЭЛЛС ТЕХНОЛОДЖИ ЛИМЕТЕД (KELLS TECHNOLOGY LIMITED), (102, Ааарти Чэмберс, Мон Флери, Виктория, МАЭ, Сейшельские Острова (102, Aarti Chambers, Mont Fleuri, Victoria, MAHE, Seychelles)), номинальная стоимость доли 10.000 руб.

С 13.05.2020 единственным учредителем являлся ФИО1, с 18.04.2012 по 18.06.2019 ФИО2 являлся генеральным директором ЗАО «СТРОЙФИНАНС», с 19.06.2019 по 09.06.2020 - ФИО1.

С 10.06.2020 ФИО1 назначен ликвидатором общества, его полномочия прекращены в дату открытия конкурсного производства.

Судами принято во внимание, что заявитель просил установить основания для привлечения лиц, контролировавших деятельность ЗАО «СТРОЙФИНАНС», к субсидиарной ответственности, а именно: ФИО1 и ФИО2.

Суды пришли к обоснованному выводу о взыскании с ФИО2 убытков в размере 6.125.000 руб. в конкурсную массу ЗАО «СТРОЙФИНАНС» (в обжалуемой части).

Как следует из материалов дела и установлено судами, в период руководства обществом ФИО2 на счета аффилированного ООО «МиАС» перечислены денежные средства в сумме 3.085.500 руб., которые могли быть направлены на погашение кредиторской задолженности в 2019 году.

Всего за период с января 2018 года по февраль 2019 года на счет ООО «МиАС» перечислено 6.125.000 руб. как выдача займа по договору от 18.01.2018 № 01/З-01 (3.040.000 руб.) и оплата за ремонтные работы (3.085.500 руб.).

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, субсидиарная ответственность возникает в случае, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица.

В силу пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если:

1) заявление о признании сделки недействительной не подавалось;

2) заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен;

3) судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Положения подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Судами установлено и ответчиками не опровергалось, что денежные средства переводились аффилированному лицу, которое признано банкротом (решение Арбитражного суда города Москвы от 21.06.2021 по делу № А40-79780/20), в этой связи возврат денежных средств является крайне маловероятным.

Согласно отчету конкурсного управляющего ООО «МиАС», в настоящее время проводятся мероприятия по реализации имущества общества (запчасти), находящегося в залоге у банка, в рамках которого первые и повторные торги признаны несостоявшимися ввиду отсутствия заявок на участие в торгах. Иного ликвидного имущества у ООО «МиАС» не выявлено. ФИО2 и ФИО1 меры к возврату средств не предпринимали.

Из выписок по счету должника, открытому в АО СМП «Банк», следует, что в период с 14.10.2018 по 17.12.2018 должник перечислил ООО «МиАС», входящему в группу, 3.085.500 руб. за проведение ремонтных работ.

Между тем, документов, свидетельствующих об их проведении, судам не представлено, переданные конкурсному управляющему документы не отражают каких-либо работ, выполненных ООО «МиАС».

Суды указали, что в отсутствие документов также невозможно установить, какие именно работы и в каком объеме выполнены, если таковые проводились, а также соответствует ли объем выполненных работ произведенной оплате.

При этом суды обоснованно отметили, что акты сверки, не являются первичными бухгалтерскими документами, в связи с чем не относятся к относимым и допустимым доказательствам проведения работ.

Суды указали, что из пояснений ФИО2 невозможно установить, в какой именно области выполнены работы и имелась ли у ООО «МиАС» соответствующая материально-техническая база. Из отзыва ФИО1 усматривается, что денежные средства в сумме 3.085.500 руб. выплачены по договору оказания услуг по ремонту помещений от 01.01.2016 № 32/Г, в соответствии с которым ООО «МиАС» должно было выполнить монтаж напольного покрытия на 701 кв.м, установку плинтусов на 121,1 кв.м и 144,4 кв.м, обработку бетоноконтактом, штукатурку, шпатлевку, грунтовку и окраску в 4 слоя 250,6 кв.м и 1.701, кв.м, а также произвести замену выключателей в количестве 37 шт., укладку и грунтовку плитки на 235,6 кв.м и установку уголков плинтуса. Также предусматривались вывоз мусора и погрузочно-разгрузочные работы. Срок выполнения услуг истек 30.06.2017, вместе с тем, выплаты произведены в конце 2018 года.

Более того, как обоснованно отметили суды, коды ОКВЭД, присвоенные ООО «МиАС», не предполагают такого вида деятельности как оказание услуг или проведение строительных работ. У ООО «МиАС» отсутствовала материально-техническая база для производства таких работ, а также сотрудники, квалифицированные в данной области. Сам договор, исходя из перечня работ, указанного в смете, является договором строительного подряда, а не договором оказания услуг, в связи с чем договор оказания услуг по ремонту помещений от 01.01.2016 № 32/Г является незаключенным ввиду не согласования существенных условий договора возмездного оказания услуг.

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что в соответствии со статьей 432 Гражданского кодекса Российской Федерации приобщенный в материалы дела договор считается незаключенным, строительные работы должны оформляться актами КС-2, КС-3 с указанием перечня используемых материалов. Акты выполненных работ по указанному договору судам также не представлены, доказательств обратного судам не представлено.

Кроме того, суды указали, что неясны и основания перехода права требования к ООО «ТД Техноплаза» задолженности ООО «Экоокна Маркет», поскольку договор аренды нежилого помещения от 01.01.2020 № ПСР-01/20 не содержит условий, изменяющих правоотношения сторон. Поступление денежных средств от ООО «ГарсТелеком-УТ» и ООО «Экоокна Маркет», а также от ООО «ТД Техноплаза» по договору аренды нежилого помещения от 01.01.2020 № ПСР-01/20 выпиской по счету должника не подтверждается.

Договоры, заключенные должником с ООО «ГарсТелеком-УТ» и ООО «Экоокна Маркет», судам не представлены, а также не переданы конкурсному управляющему.

Суды обоснованно заключили, что акты сверки не являются первичными бухгалтерскими документами, в связи с чем не относятся к относимым и допустимым доказательствам оказания услуг или проведения работ.

Таким образом, суды пришли к правомерному выводу о том, что согласно статье 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» именно на ФИО1 и ФИО2 возлагалась обязанность по ведению бухгалтерского учета, включая обязанность по истребованию документов у предыдущих руководителей и их восстановлению в случае, если такие документы не переданы или утрачены. Судам не представлены доказательства того, что ФИО1 и ФИО2 вели надлежащим образом бухгалтерский учет и/или предпринимали меры по восстановлению таких документов.

Учитывая, что договор займа, а также договоры на проведение ремонтных работ конкурсному управляющему не переданы, суды обоснованно отметили, что платежи совершены с целью вывода имущества должника для недопущения направления средств на расчеты с кредиторами ЗАО «СТРОЙФИНАНС», то есть с целью причинения ущерба кредиторам.

Суды обоснованно указали, что ответчики, будучи единоличными органами управления должника, должны были осознавать все правовые последствия, связанные с необходимостью обеспечения сохранности всей первичной документации должника, с обеспечением возможности ее последующей передачи новому руководителю, конкурсному управляющему должника.

Суды установили, что 28.07.2020 ФИО1 направлено уведомление о несоответствии переданных документов списаниям со счетов должника и невозможности выявить списки имущества должника, а также использовать переданную конкурсному управляющему без документального подтверждения произведенных операций базу «1С» ввиду того, что все операции в базе удалены ФИО4 В отношении ФИО4 возбуждено уголовное дело по фактам мошенничества, в рамках которого ЗАО «СТРОЙФИНАНС» признано одним из потерпевших.

С учетом периода перечисления денежных средств суды пришли к правомерному выводу о том, что в действиях ФИО1 и ФИО2 имеется состав правонарушения, предусмотренного статьей 61.11 Закона о банкротстве, необходимый для привлечения бывших руководителей должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Судами учтено, что на момент рассмотрения данного требования дебиторская задолженность являлась неликвидной к взысканию.

Учитывая, что указанные обязательства возникли в период осуществления полномочий ФИО2, при отсутствии относимых доказательств вины ФИО1, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что в рассматриваемом случае убытки в размере 6.125.000 руб. подлежат взысканию с ФИО2 в конкурсную массу ЗАО «СТРОЙФИНАНС».

Как указали суды, согласно позиции ФИО2, действия по выдаче займа и оплате ремонтных работ не могли привести к невозможности полного погашения требований кредиторов, поскольку в результате данных действий не причинен существенный вред кредиторам. ФИО2 не осознавал, что должник мог иметь признаки недостаточности и неплатежеспособности, поскольку в случае признания требований обоснованными, задолженность была бы погашена за счет залогового имущества.

Однако, как отметили суды, конкурсный управляющий ЗАО «СТРОЙФИНАНС», опровергая доводы ФИО2, представил судам анализ финансового состояния должника, из которого следует, что по состоянию на 01.07.2020 должник отвечал признакам недостаточности имущества для обеспечения обязательств. Относительно перечислений в пользу ООО «МиАС» 3.040.000 руб. и 3.085.000 руб. конкурсный управляющий указал, что ни договор займа, ни договор о проведении ремонтных работ по акту приема-передачи в ходе конкурсного производства ЗАО «СТРОЙФИНАНС» не переданы. Конкурсный управляющий настаивал на том, что указание назначения платежа как «заем» был ничем иным как намеренным мнимым действием руководителя, совершившим выводы денежных средств внутри группы компаний со счета ЗАО «СТРОЙФИНАНС», никакие меры к возврату денежных средств на счета ЗАО «СТРОЙФИНАНС» не совершались, что также подтверждает вывод средств, повлекший убытки для должника и его кредиторов.

Суды указали, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Исходя из смысла статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, для наступления деликтной ответственности необходимо наличие состава правонарушения, включающего в себя наступление вреда и его размер, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между возникшим вредом и действиями указанного лица, а также вину причинителя вреда. Требование о возмещении вреда может быть удовлетворено только при доказанности всех названных элементов в совокупности.

В силу правовой позиции, сформированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 02.12.2014 № 310-ЭС14-142, для применения гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков суду необходимо установить состав правонарушения, включающий наступление вреда, вину причинителя вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями, а также размер ущерба.

Требуя возмещения реального ущерба, лицо, право которого нарушено, обязано доказать размер ущерба, причинную связь между ущербом и действиями лица, нарушившего право, а в случаях, когда законом или договором предусмотрена презумпция невиновности должника, - также вину.

ФИО2 не представил судам относимые, допустимые доказательства, свидетельствующие о наличии в действиях ответчика совокупности указанных выше обстоятельств.

Учитывая изложенное, суды пришли к правомерному выводу о наличии оснований для взыскания с ФИО2 убытков в размере 6.125.000 руб. в конкурсную массу ЗАО «СТРОЙФИНАНС».

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции находит выводы судов первой и апелляционной инстанций законными и обоснованными, сделанными при правильном применении норм материального и процессуального права.

Указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки судов при принятии обжалуемых актов. Каких-либо новых доводов кассационная жалоба не содержит, а приведенные в жалобе доводы не опровергают правильности принятых по делу судебных актов.

Доводы кассационной жалобы сводятся к переоценке имеющихся в деле доказательств, что в силу положений статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выходит за пределы полномочий суда кассационной инстанции.

Нарушений судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, могущих повлиять на правильность принятых судами судебных актов либо влекущих безусловную отмену последних, судом кассационной инстанции не выявлено.

Учитывая изложенное, оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 08 июня 2023 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 27 сентября 2023 года по делу № А40-79825/20 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

 

Председательствующий-судья                                                          В.В. Кузнецов

 

Судьи                                                                                            Н.А. Кручинина

 

Н.Н. Тарасов