ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-3289/2018

г. Челябинск

14 августа 2018 года

Дело № А47-11189/2015

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07 августа 2018 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 14 августа 2018 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Тихоновского Ф.И.,

судей Бабкиной С.А., Забутыриной Л.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 07.02.2018 по делу № А47-11189/2015 (судья Федоренко А.Г.).

 

Определением арбитражного суда от 26.10.2015 возбуждено производство по делу о признании несостоятельным (банкротом) в отношении общества с ограниченной ответственностью Строительная Компания «Атланты» (далее – общество СК «Атланты», должник).

Определением арбитражного суда от 20.01.2016 (резолютивная часть объявлена 13.01.2016) в отношении общества СК «Атланты» введено наблюдение. Временным управляющим общества СК «Атланты» утвержден арбитражный управляющий ФИО3.

Сообщение временного управляющего о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 23.01.2016 № 10. 

Решением суда первой инстанции от 19.05.2017 (резолютивная часть объявлена 18.05.2016) должник признан несостоятельным (банкротом) с открытием в отношении него конкурсного производства; конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3 (далее – конкурсный управляющий ФИО3). 

Сообщение конкурсного управляющего о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 28.05.2016 № 93. 

Конкурсный управляющий ФИО3 12.01.2017 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным предварительного договора купли-продажи от 05.12.2014, заключенного между обществом СК «Атланты» и ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик), а также признании недействительным договора купли-продажи от 05.02.2015, заключенного между должником и ФИО2 и применении последствий недействительности сделки (с учетом уточненного заявления о признании сделки недействительной, принятого арбитражным судом в порядке части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; т. 2, л.д. 105-107).

Определениями суда первой инстанции от 13.01.2017, от 14.02.2017, от 20.07.2018 (т. 1, л.д. 1, 156-157, т. 2, л.д. 91) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены публичное акционерное общество «Европлан», ФИО4 (далее - ФИО4), ФИО5 (далее - ФИО5).

Определением суда первой инстанции от 24.10.2017 произведена процессуальная замена публичного акционерного общество «Европлан» на его правопреемника - акционерное общество «Лизинговая компания «Европлан» (далее – общество «ЛК «Европлан»).

Определением суда первой инстанции от 29.01.2018 удовлетворено заявление конкурсного управляющего ФИО3 о фальсификации предварительного договора купли-продажи автомобиля от 05.12.2014, названный договор исключен из числа доказательств по делу.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 07.02.2018 заявленные требования удовлетворены частично: договор купли-продажи от 05.02.2015, заключенный между должником и ФИО2, признан недействительным, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в пользу общества СК «Атланты» 2 420 000 руб., восстановлена задолженность общества СК «Атланты» перед ФИО2 в сумме 1 413 385 руб. 80 коп. В удовлетворении остальной части требований судом отказано.

Не согласившись с указанным определением, ФИО2 (далее также - податель жалобы, апеллянт) обратилась в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Оренбургской области от 07.02.2018 отменить и принять по делу новый судебный акт, которым в требованиях конкурсного управляющего отказать в полном объеме.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указывает, что судом неправильно определен характер спорных правоотношений, дана неверная оценка доказательствам. Перечисление денежных средств лизингодателю обществу «Европлан» являлось исполнением обязательства ФИО2 перед обществом СК «Атланты» по оплате спорного автомобиля и представляло собой переадресацию исполнения от общества СК «Атланты» в общество «Европлан», а не перемену стороны в договоре лизинга, как ошибочно посчитал суд. Апеллянт не согласен с исключением из числа доказательств по делу предварительного договора купли-продажи. Суду следовало осуществить проверку достоверности заявления о фальсификации, в ходе которой он вправе был истребовать от сторон дополнительные доказательства, подтверждающие либо достоверность оспариваемого доказательства, либо наличие (отсутствие) фактов, в подтверждение (отрицание) которых оно было представлено. Акт приема-передачи от 17.03.2015, содержащий ссылку о технически исправном транспортном средстве и отсутствии претензий к продавцу, не является доказательством технического состояния автомобиля. Вывод суда о недобросовестности и неразумности ФИО2 ввиду не отражения ей в договоре купли-продажи и акте приема-передачи недостатков автомобиля, не состоятелен. Спорные недостатки были специально оговорены в предварительном договоре купли-продажи. Судом необоснованно не принят в качестве надлежащего доказательства отчет об оценке, подготовленный обществом с ограниченной ответственностью «Флексус». Благодаря ответчику должник 26.12.2014 погасил задолженность перед обществом «Европлан» по договору лизинга, досрочно исполнил договор лизинга. Следовательно, оспариваемая сделка по отчуждению спорного автомобиля должником ответчику являлась выгодной для него и не нарушила баланс интересов сторон.

От конкурсного управляющего ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором отмечено, что судом первой инстанции сделаны верные выводы по всем обстоятельствам дела и вынесен обоснованный судебный акт. Просит обжалуемое определение оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

От конкурсного управляющего ФИО3 и ФИО2 поступили также дополнительные пояснения, которые приобщены судом к материалам дела.

Кроме того, дополнительные пояснения поступили и от акционерного общества «Лизинговая компания «Европлан», которые также приобщены к материалам дела.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание представители лиц, участвующих в деле, не явились. От ФИО2 поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в ее отсутствие.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено арбитражным судом апелляционной инстанции в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле.

Определением от 07.08.2018 в составе суда была произведена замена судьи Матвеевой С.В. судьёй Забутыриной Л.В.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, 12.07.2012 между обществом с ограниченной ответственностью «Ориентранс-КАМАЗ» (продавец) и обществом «Европлан» (покупатель) заключен договор купли-продажи № 34165150-КП/ОРБ-12 (т. 1 л.д. 95-100), предметом которого в соответствии с пунктом 1.1 является купля-продажа транспортных средств, которые продавец обязуется передать в собственность покупателю, а покупатель обязуется принять указанный товар и оплатить его в порядке и на условиях, установленных договором.

Перечень товаров отражен в приложении № 2 к названному договору (т. 1, л.д. 97).

Также между обществом «Европлан» (лизингодатель) и обществом с ограниченной ответственностью «Урал Мастер» (общество «Урал Мастер», лизингополучатель) заключен договор лизинга от 12.07.2012 № 555060-ФЛ/ОРБ-12 (т. 1, л.д. 88-92), согласно пункту 2.1 которого лизингодатель обязуется приобрести в собственность транспортное средство КАМАЗ 43118 с КМУ, 2012 года выпуска, заводской номер (WIN) 

<

***> и предоставить лизингополучателю во временное владение и пользование для предпринимательских целей.

Автомобиль передан лизингополучателю по акту приема-передачи от 26.07.2012 (т. 2, л.д. 93-94).

Впоследствии между обществом «Урал-Мастер» (старый должник) и обществом СК «Атланты» (новый должник) заключен договор от 01.05.2013 (т. 1, л.д. 101-102), предметом которого является передача от старого должника к новому должнику обязанности исполнить обязательство лизингополучателя, возникшее на основании договора лизинга № 555060-ФЛ/ОРБ-12 от 12.07.2012, а также передача от старого должника к новому должнику всех прав и обязанностей лизингополучателя, вытекающих из вышеуказанного договора лизинга (пункт 1.1).

При заключении названного стороны согласовали размер невыплаченных лизинговых платежей в сумме 3 216 368 руб. 04 коп., а также определили размер стоимости передаваемых прав в сумме 374 717 руб. 70 коп., которые новый должник обязуется перечислить старому должнику (пункты 1.4, 1.5. договора от 01.05.2013).

Дополнительным соглашением от 01.05.2013 к договору лизинга от 12.07.2012 № 555060-ФЛ/ОРБ-12 (т. 1, л.д. 103) общество «Урал-Мастер» и общество «Европлан» согласовали перевод прав и обязанностей лизингополучателя на общество СК «Атланты».

Между обществом СК «Атланты» (продавец) и ФИО2 (покупатель) 05.12.2014 заключен предварительный договор купли-продажи (далее – предварительный договор от 05.12.2014; т. 1, л.д. 147-148), согласно пункту 1.1 стороны обязуются в будущем заключить договор купли-продажи транспортного средства - автомобиля марки 780522 – автомобиль бортовой с краном-манипулятором, 2012 года выпуска, заводской номер (VIN) 

<

***>.

На момент заключения предварительного договора автомобиль имеет следующие обремения и ограничения: автомобиль находится в лизинге у общества «Европлан» по договору лизинга от 12.07.2012 № 555060-ФЛ/ОРБ-12. Задолженность на 04.12.2014 общества СК «Атланты» перед лизингополучателем обществом «Европлан» на дату заключения настоящего договора составляет 1 413 385 руб. 80 коп., что подтверждается актом сверки; автомобилю согласно акту осмотра специализированного технического центра требуется ремонт ориентировочной стоимостью 802 817 руб. 82 коп.  

Автомобиль будет передан продавцом покупателю по основному договору в том виде и техническом состоянии, в котором он находится на дату заключения настоящего предварительного договора, то есть без проведения продавцом ремонтных работ, о чем покупатель уведомлен и согласен.

На основании пункт 2.5 предварительного договора от 05.12.2014 стороны пришли к соглашению о том, что цена автомобиля составляет сумму в размере 1 413 385 руб. 80 коп. Соглашение о цене является существенным условием основного договора.

Общество с ограниченной ответственностью «Авто Центр «Спец», осуществляющее технический осмотр и ремонт транспортного средства, произвело осмотр и диагностику транспортного средства и определило перечень и стоимость необходимых работ и запасных частей для восстановления работоспособности транспортного средства. Результаты осмотра и диагностики зафиксированы в акте осмотра транспортного средства от 05.12.2014 (т. 1, л.д. 146), согласно которому транспортному средству, являющемуся предметом договора необходим ремонт, ориентировочной стоимостью 802 817 руб. 82 коп.

Между обществом «Европлан» (продавец) и обществом СК «Атланты» (покупатель) заключен договор купли-продажи от 12.01.2014 № 555060-ПР/ОРБ-14 (т. 1, л.д. 104-105), предметом которого является купля-продажа бывшего в употреблении транспортного средства, которое продавец в соответствии с условиями договора обязуется передать в собственность покупателю, а покупатель обязуется принять указанное имущество и оплатить его в порядке и на условиях настоящего договора.

В соответствии с условиями указанного договора, он заключен во исполнение условий договора лизинга от 12.07.2012 № 555060-ФЛ/ОРБ-12.

При этом в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции, с учетом письменных пояснений лизингодателя (т. 2, л.д. 132-133), судом установлено, что указанная в договоре дата его заключения – 12.01.2014 является технической ошибкой, фактической и действительной датой его заключения является 12.01.2015.

Пунктом 2.1 указанного договора стоимость имущества составляет 452 516 руб. 36 коп., в том числе НДС 18% в размере 69 027 руб. 92 коп. На момент подписания договора стоимость имущества оплачена покупателем полностью (пункт 2.2.1).

Передача автомобиля произведена обществом «Европлан» обществу СК «Атланты» по акту о приеме-передаче основных средств  от 12.01.2015 № ОРБ0000012 (т. 1, л.д. 106-107).

Впоследствии между обществом СК «Атланты» (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен договор купли-продажи от 05.02.2015 (т. 1, л.д. 12-13), согласно пункту 1.1 которого продавец продает, а покупатель покупает транспортное средство - автомобиль марки 780522 автомобиль бортовой с краном-манипулятором, 2012 года выпуска, заводской номер (VIN) 

<

***>.

На основании пунктов 2.1, 2.2.1 названного договора стоимость приобретаемого транспортного средства согласована сторонами в сумме 1 413 385, 80 рублей, каковая является суммой задолженности должника по лизинговым платежам по договору лизинга от 12.07.2012 № 555060-ФЛ/ОРБ-12 и вносятся покупателем безналичным путем непосредственно на расчетный счет общества «Европлан».

Платежными поручениями от 08.12.2014 № 518090 в сумме 900 000 руб., от 09.12.2014 № 24934 в сумме 200 000 руб., от 25.12.20214 № 174417 в сумме 313 385 руб. 80 коп. ФИО5 произведена оплата по договору купли-продажи от 05.02.2015 за приобретенной транспортное средство с обществом СК «Атланты» за ФИО2 (т. 3, л.д. 10-12).

В дальнейшем по договору купли-продажи от 25.11.2015 ФИО2 произвела отчуждение спорного транспортного средства ФИО4 (т. 1, л.д. 150-153).

Полагая, что сделки по заключению предварительного договора от 05.12.2014 и договора купли-продажи от 05.02.2015 совершены обществом СК «Атланты» при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки и в период подозрительности и наличия у должника признаков неплатежеспособности, недостаточности имущества, конкурсный управляющий ФИО3 обратился в Арбитражный суд Оренбургской области с заявлением о признании указанных сделок недействительными на основании пункта 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и применении последствий недействительности сделки.

Удовлетворяя заявленные требования в части признания недействительным договора купли-продажи от 05.02.2015, суд первой инстанции исходил из доказанности неравноценного встречного исполнения обязательств ответчиком, основываясь на результатах судебной оценки. Отказывая в удовлетворении требований о признании недействительным предварительного договора от 05.12.2014, арбитражный суд исходил из того, что он признан сфальсифицированным и исключён из материалов дела.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для изменения определения суда первой инстанции.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным процессуальным законодательством, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 8 Постановления № 63 установил, что для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота. 

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пункте 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (пункт 9 Постановления № 63).

При разрешении настоящего спора арбитражный суд первой инстанции правильно установил, что оспариваемые сделки по заключению предварительного договора от 05.12.2014 и договора купли-продажи от 05.02.2015 совершены в пределах периода подозрительности, определенного пунктом 1 статьи 61.2. Закона о банкротстве, поскольку производство по делу о банкротстве общества СК «Атланты» возбуждено 26.10.2015.

Помимо периода подозрительности оспариваемых по специальным основаниям сделок в предмет доказывания по делам об оспаривании таких сделок должника по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства неравноценного встречного исполнения обязательств другой стороной сделки.

Таким образом, для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо установить наличие совокупности условий: совершение сделки должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления и неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки.

Как указывалось ранее, спорное транспортное средство реализовано обществом СК «Атланты» ФИО2 по договору купли-продажи от 05.02.2015; стоимость транспортного средства согласована сторонами в сумме 1 413 385 руб.

Условия названного договора купли-продажи не содержат положений о технически неисправном состоянии спорного транспортного средства или иных отметок, позволяющих считать некорректной установленную сторонами цену транспортного средства и определить стоимость потенциального ремонта на устранение таких неисправностей. Напротив, спорный автомобиль, ранее приобретенный обществом СК «Атланты» у общества «Европлан» по договору купли-продажи от 12.01.2015 и переданный по акту о приеме-передаче основных средств от 12.01.2015 № ОРБ0000012, соответствовал техническим требованиям и являлся пригодным к эксплуатации.

Более того, при дальнейшей реализации ФИО2 автомобиля ФИО4 по договору купли-продажи автотранспортного средства (номерного агрегата) от 25.11.2015 в договоре также не отражено наличие неисправностей в его техническом состоянии.

Помимо прочего, в договоре купли-продажи от 05.02.2015 отсутствуют указания на наличие взаимных претензий сторон друг к другу.

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

Определением суда первой инстанции от 17.04.2017 (т. 2, л.д. 29-30) по делу назначена оценочная экспертиза, проведение которой поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью «Центр экономических и юридических экспертиз» ФИО6, на разрешение эксперта поставлен следующий вопрос: «Какова рыночная стоимость транспортного средства «780522 бортовой кран с манипулятором», 2012 года выпуска, заводской номер (VIN) 

<

***> по состоянию на 05.02.2015?»

По итогам проведенной экспертизы подготовлено заключение эксперта от 26.05.2017 № 027/17 (т. 2, л.д. 35-55). В результате проведенного исследования экспертом сделаны выводы о том, что рыночная стоимость транспортного средства по состоянию на 05.02.2015 составляет 2 420 000 руб.

Пленумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 12 постановления от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» разъяснено, что согласно положениям частей 4 и 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами.

Суд оценивает доказательства, в том числе заключение эксперта, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 Кодекса. При этом по результатам оценки доказательств суду необходимо привести мотивы, по которым он принимает или отвергает имеющиеся в деле доказательства (часть 7 статьи 71, пункт 2 части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

У суда первой инстанции не имелось оснований не доверять эксперту ФИО6, предупрежденному об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, и имеющему стаж оценочной деятельности – 14 лет. Эксперт ФИО6 имеет диплом о высшем образовании по специальности «Правоведение», квалификация «Юрист», диплом о профессиональной переподготовке по программе «Оценка стоимости предприятия (бизнеса)», свидетельства о повышении квалификации по программе «Оценочная деятельность».

Процедура привлечения эксперта к проведению судебной экспертизы соблюдена. Предусмотренных законом оснований для отвода эксперта не установлено. Выводы эксперта по поставленным вопросам относительно друг друга не противоречат, сформулированы четко и ясно. 

Экспертом анализ проведен с использованием трех подходов к оценке – затратного, доходного и сравнительного. Из предлагаемых на момент оценки на рынке объектов г. Оренбурга, сопоставимых по своим характеристикам с объектом оценки, экспертом отобраны наиболее подходящие. Учитывая специфику реализации оцениваемого объекта на прошлую дату экспертом использованы данные о цене реализации автомобилей и в других регионах России. Поскольку оцениваемый автомобиль невозможно осмотреть на прошлую дату, эксперт при определении величины пробега и технического состояния автомобиля на дату оценки исходил из средних показателей для подобных автомобилей при типичных условиях эксплуатации. 

В этой связи необоснованным является указание апеллянта на неверность вывода эксперта ввиду отсутствия фактического осмотра автомобиля и непредоставления эксперту актов осмотра и технического состояния автомобиля, договора лизинга. Исходя из представленного заключения эксперта, предоставленных судом документов для эксперта оказалось достаточным. Выводы эксперта, отраженные в заключении, не позволяют судить о недостаточности информации для эксперта для целей проведения оценки и ответа на поставленный арбитражным судом вопрос. 

По сути возражения ФИО2 в данной части заключаются в необходимости учета акта осмотра транспортного средства от 05.12.2014, подготовленного для целей заключения предварительного договора от 05.12.2014, исключенного судом первой инстанции впоследствии из числа доказательств по делу. 

Между тем, названный акт осмотра не содержит сведений о средствах, применяемых при диагностике спорного автомобиля, не содержит он и соответствующих сведений о произведенных манипуляциях по разбору агрегатов автомобиля. В этой связи суд апелляционной инстанции не может принять его в качестве относимого и допустимого доказательства наличия конкретных неисправностей у автомобиля.

Также суд апелляционной инстанции не может согласиться с утверждением апеллянта о необходимости принятия во внимание отчета об оценке стоимости автомобиля от 10.02.2017 № 010/02-2017, подготовленного обществом с ограниченной ответственностью «Флексус», в качестве доказательства, подтверждающего стоимость спорного транспортного средства.         Как следует из отчета от 10.02.2017 № 010/02-2017 (т. 1, л.д. 48-145), оценка стоимости транспортного средства производилась постфактум, а не по состоянию на 05.12.2015. Оценщиком Гусаком А.В. исследование объекта базируется на акте осмотра транспортного средства от 05.12.2014, который, как указывалось ранее, не содержит в себе исчерпывающих сведений, подтверждающих действительный анализ технических неисправностей автомобиля, в частности комплектующих его основных агрегатов. Непосредственного осмотра транспортного средства не производилось, что является необходимым для оценки стоимости транспортного средства при наличии в нём неисправностей (если исходить из того, что они действительно имелись). 

Ввиду изложенного оснований для непринятия выводов эксперта ФИО6, отраженных в составленном им заключении эксперта от 26.05.2017 № 027/17, у коллегии судей не имеется.

Сведения, содержащиеся в заключении эксперта от 26.05.2017 № 027/17, документально ответчиком не опровергнуты (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Ставя под сомнение результаты проведенной экспертизы, ответчик соответствующих доказательств не представил; с ходатайством о проведении повторной или дополнительной экспертизы не обращался.

При таких обстоятельствах очевидным является существенное занижение действительной рыночной стоимости отчужденного транспортного средства, а именно: автомобиля марки 780522 – автомобиль бортовой с краном-манипулятором, 2012 года выпуска, заводской номер (VIN) 

<

***> - с 2 420 000 руб. до 1 413 385 руб. 80 коп.

Суд апелляционной инстанции исходит при этом, что именно данная стоимость была определена сторонами в качестве цены автомобиля.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства и приведенные аргументы, учитывая доказанность наличия признаков неравноценности оспариваемой сделки, руководствуясь положениями пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суд первой инстанции пришел к правомерному и обоснованному выводу о необходимости признания сделки по заключению договора купли-продажи от 05.02.2015 недействительной.

Фактически ФИО2, возмещая должнику оставшуюся непогашенной часть лизинговых платежей в сумме 1 413 385 руб., 80 коп., какого-либо иного встречного предоставления не произвела.

Доводы подателя жалобы о необоснованном исключении из числа доказательств по делу предварительного договора от 05.12.2014, отклоняются судом апелляционной инстанции.

В силу статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

Конкурсным управляющим ФИО3 заявлено о фальсификации доказательства – предварительного договора от 05.12.2014, в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в обоснование которого указано, что названный договор изготовлен не в указанную в нем дату, а связи с ведущимся судебным разбирательством для необходимости представления в материалы рассматриваемого обособленного спора. В документации должника такой договор отсутствует (т. 3, л.д. 100-102).

Определением от 30.10.2017 суд первой инстанции принял заявление о фальсификации. В рамках проведения проверки, определениями от 30.10.2017, от 29.11.2017, от 09.11.2018 суд первой инстанции предложил ФИО2 исключить оспариваемое доказательство из числа представленных либо представить оригинал оспариваемого договора.

На основании части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле несут риск неблагоприятных последствий, совершения либо не совершения определенных процессуальных действий.

Согласно части 6 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств.

Содержание изложенной нормы позволяет сделать вывод, что арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если имеет место совокупность следующих обстоятельств: утрачен или не передан в суд оригинал документа; копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой; невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств.

Принимая во внимание отсутствие оригинала предварительного договора от 05.12.2014 в материалах дела, а также иных доказательств, подтверждающих его существование, судом первой инстанции правомерно удовлетворено заявление о фальсификации доказательства и предварительный договор от 05.12.2014 исключён из числа доказательств по делу.

Между тем, коллегия судей приходит к выводу, что судом первой инстанции неверно были применены последствия недействительности сделки.

На основании пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Положениями пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве установлено, что все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с положениями главы III.1 настоящего Закона, подлежит возврату в конкурсную массу.

Из смысла указанных норм следует, что последствием недействительности сделки является возврат каждой из сторон в первоначальное положение, существовавшее до совершения сделки.

Применяя последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника денежных средств в сумме 2 420 000 руб., соразмерных действительной рыночной стоимости отчужденного транспортного средства по состоянию на 05.02.2015, а также в виде восстановления задолженности общества СК «Атланты» перед ФИО2 в сумме 1 413 385 руб. 80 коп., суд первой инстанции рассматривал спорную сделку в качестве договора купли-продажи исходя из его формы и содержания.

Между тем, исходя из совокупности всех сделок, заключённых между обществом «Европлан», обществом «Урал Мастер», обществом СК «Атланты» и ФИО2, названный договор следует рассматривать в качестве составной части договора лизинга, заключённого с обществом «Европлан».

О правомерности данного подхода свидетельствует как наличие неисполненных обязательств у общества СК «Атланты» по договору лизинга, так и действия ФИО2 по погашению данной задолженности, зафиксированные в договоре купли-продажи в качестве обязательств по уплате стоимости автомобиля.

В сложившейся ситуации для определения действительного размера неравноценного встречного предоставления при совершении оспариваемой сделки сравнения рыночной стоимости автомобиля, определённой на основании произведённой оценки, и размера встречного предоставления ФИО2, недостаточно.

Учитывая, что отчуждаемый автомобиль на момент его приобретения ФИО2 фактически находился в лизинге, суду первой инстанции следовало оценить размер встречных обязательств сторон (должника и ФИО2) при условии, если бы договор лизинга был расторгнут в момент реализации автомобиля ФИО2

В пункте 3 постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга»  даны следующие разъяснения.

Расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

В то же время расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т. п.

Плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора.

Убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством.

В частности, к реальному ущербу лизингодателя могут относиться затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга.

Исходя из данных правил судом апелляционной инстанции был произведён самостоятельный расчёт сальдо встречных обязательств должника и ФИО2

При этом, процентная ставка платы за финансирование определена судом по формуле, приведённой в вышеназванном постановлении:

 

          (П - А) - Ф

ПФ = ------------ x 365 x 100 ,

           Ф x С/ДН

 

где ПФ - плата за финансирование (в процентах годовых),

П - общий размер платежей по договору лизинга,

А - сумма аванса по договору лизинга,

Ф - размер финансирования,

С/ДН - срок договора лизинга в днях.

 

Для расчёта были использованы следующие значения:

П = 3 692 620 руб. 56 коп.

При этом коллегия судей исходит из общего размера платежей по договору лизинга, указанного обществом «Лизинговая компания «Европлан» в акте сверки расчётов, представленном в суд первой инстанции (л.д. 91 т. 3) (5 106 006 руб. 36 коп.), за вычетом непогашенной части лизинговых платежей на дату заключения договора купли-продажи (1 413 385 руб. 80 коп.).

А = 718 000 руб.

Ф = 2 872 000 руб.

С/ДН = срок договора лизинга в днях до момента заключения спорного договора купли-продажи (с 12.07.2012 по 05.02.2015).

ПФ = ((3 692 620 руб. 56 коп. - 718 000 руб.) - 2 872 000 руб.) / (2 872 000 руб. х 939) х 365 х 100 = 1,39%.

Плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определена судом следующим образом: 2 872 000 руб. х 1,39% х 939/365 = 102 700 руб. 36 коп.

Далее определены обязательства лизингодателя:

3 692 620 руб. 56 коп. - 718 000 руб. + 2 420 000 руб. (стоимость возвращённого предмета лизинга, определённая на основании оценки суда) = 5 394 620 руб. 56 коп.

Аналогичным образом определены обязательства лизингополучателя:

2 872 000 руб. + 102 700 руб. 36 коп. + 391 773 руб. 08 коп. (сумма неустойки по договору лизинга) = 3 366 473 руб. 44 коп.

При этом, при определении убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, суд апелляционной инстанции полагает возможным учесть только лишь размер неустойки, определённой лизинговой компанией в своём расчёте (л.д. 62 т. 3) - 391 773 руб. 08 коп., поскольку только лишь её размер является подтверждённым в рассматриваемом случае. 

По указанным основаниям судом отклоняется расчёт ФИО2, произведённый ею в отзыве, в котором использован иной размер неустойки, рассчитанный ФИО2 самостоятельно, а также умозрительно рассчитанные ею иные составляющие убытков (хранение, транспортировка), которые не предъявлялись лизинговой компанией и не могут быть учтены в данном случае по этим основаниям.  

Таким образом, в случае, если бы договор лизинга был бы расторгнут 05.02.2015, лизингополучатель вправе был бы взыскать с лизингодателя соответствующую разницу - 2 028 147 руб. 12 коп. (5 394 620 руб. 56 коп. - 3 366 473 руб. 44 коп.).

Именно указанную стоимость должна была компенсировать должнику ФИО2 при заключении договора купли-продажи транспортного средства.

Очевидным является также и то, что в подобном случае отсутствует обязанность по восстановлению задолженности общества СК «Атланты» перед ФИО2, поскольку это будет противоречить расчёту сальдо встречных обязательств.

Исходя из изложенного, при определении последствий недействительности сделки следует взыскать с ФИО2 в пользу общества СК «Атланты» 2 028 147 руб. 12 коп.

Коллегия судей полагает при этом необходимым воздержаться от оценки наличия финансовой возможности ФИО2 уплатить спорную сумму по договору, поскольку задолженность, имевшаяся у должника перед лизинговой компанией (1 413 385 руб. 80 коп.), была уплачена лизинговой компании, что последней подтверждено, при этом, не имеет значения, кем именно такая сумма была уплачена (ФИО2 или ФИО5).

Оснований для возврата самого транспортного средства - автомобиля бортового с краном-манипулятором - в конкурсную массу общества СК «Атланты» не имеется в связи с тем, что спорное транспортное средство реализовано конечному покупателю – ФИО4, что подтверждается сведениями органов ГИБДД (т. 1, л.д. 152).

Судом апелляционной инстанции приняты во внимание возражения апеллянта о недоказанности недобросовестности поведения ответчика при совершении оспариваемой сделки.

Достаточных доказательств злоупотребления ФИО2 своим правом при заключении договора купли-продажи от 05.02.2015 в материалах дела не имеется.

Вместе с тем, признание поведения ФИО2 как недобросовестного в отсутствие квалифицирующих признаков (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) не является основанием для отмены оспариваемого судебного акта, поскольку неверный вывод суда первой инстанции в рассматриваемой части не привел к вынесению неправильного определения.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции полагает, что юридически значимые обстоятельства по настоящему делу правильно установлены судом первой инстанции в результате надлежащей оценки всех представленных в дело доказательств в их взаимной связи и совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о чем указано в мотивировочной части настоящего постановления. Доказательств, опровергающих установленные обстоятельства, ФИО2 в материалы дела не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

При указанных обстоятельствах определение суда первой инстанции подлежит изменению в части применений последствий недействительности сделки, апелляционная жалоба - удовлетворению не подлежит.

Судебные расходы распределяются между сторонами в соответствии с правилами, установленными статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и в связи с оставлением апелляционной жалобы без удовлетворения подлежит отнесению на ее подателя.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 07.02.2018 по делу № А47-11189/2015 изменить в части применения последствий недействительности сделки.

В абзаце четвёртом резолютивной части определения Арбитражного суда Оренбургской области от 07.02.2018 по делу № А47-11189/2015 сумму 2 420 000 руб. изменить на 2 028 147 руб. 12 коп.

Абзац пятый резолютивной части определения Арбитражного суда Оренбургской области от 07.02.2018 по делу № А47-11189/2015, содержащий в себе указание на восстановление задолженности общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Атланты» перед ФИО2 в сумме 1 413 385 руб. 80 коп., исключить.

В остальной части определение Арбитражного суда Оренбургской области от 07.02.2018 по делу № А47-11189/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета 3 000 рублей государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции. 

 

Председательствующий судья                                       Ф.И. Тихоновский

Судьи:                                                                             С.А. Бабкина

                                                                               Л.В. Забутырина