АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТОМСКОЙ ОБЛАСТИ 

634050, пр. Кирова д. 10, г. Томск, тел. 

<

***>, факс 

<

***>, http://tomsk.arbitr.ru, e-mail: tomsk.info@arbitr.ru  

Именем Российской Федерации 

РЕШЕНИЕ

Дело № А67-8747/2023

г. Томск

05 августа 2025 года

оглашена резолютивная часть  

19 августа 2025 года изготовлено в полном объеме 

Арбитражный суд Томской области в составе судьи Ю.М. Сулимской,  

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Филимоновой Н.А., рассмотрев в судебном заседании материалы дела по заявлению  

Областного государственного автономного учреждения здравоохранения «Больница скорой медицинской помощи» (634049, Томская Область, Томск Город, Рабочая Улица, 21, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) к Территориальному фонду обязательного медицинского страхования Томской области (634034, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании недействительным приказа от 26.06.2023 № 255 в части, акта № 13-2023 от 28.07.2023 в части, встречного искового заявления Территориального фонда обязательного медицинского страхования Томской области (634034, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к Областному государственному автономному учреждению здравоохранения «Больница скорой медицинской помощи» (634049, Томская Область, Томск Город, Рабочая Улица, 21, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) о взыскании 14 053 179,42 руб.,  

с привлечением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: Департамента здравоохранения Томской области (634041, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), Администрации Томской области (634050, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), Акционерного общества «Византия» (634009, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>),  

При участии в заседании:  

от заявителя: ФИО1 (паспорт, доверенность от 22.10.2024, диплом);  

от ответчика: ФИО2 (паспорт, доверенность от 09.01.2025, диплом);  

от иных лиц: не явились (уведомлены); 

УСТАНОВИЛ:

Областное государственное автономное учреждение здравоохранения «Больница скорой медицинской помощи» (далее – ОГАУЗ «БСМП», заявитель) обратилось в Арбитражный суд Томской области с заявлением к Территориальному фонду обязательного медицинского страхования Томской области (далее – Фонд, ответчик), в соответствии с которым просит суд: 1. Признать недействительным Приказ ТФОМС Томской области от 26.06.2023 № 255 «О проведении выездной плановой комплексной проверки в ОГАУЗ «Больница скорой медицинской помощи» в части сроков, указанных в пункте 1: «за период с 01.01.2017 по 31.12.2020». 2. Признать недействительным Акт выездной плановой комплексной проверки использования средств обязательного медицинского страхования, полученных ОГАУЗ «Больница скорой медицинской помощи» на оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, за период с 01.01.2017 по 31.12.2022 № 13-2023 от «28» июля 2023 года в части требований о восстановлении средств ОМС, как использованных не по це- 

левому назначению, в сумме 12 194 706,20 рублей, штрафа в размере 10% от суммы нецелевого использования средств в сумме 1 219 470, 62 рублей.  

Определениями арбитражного суда от 03.10.2023, 31.10.2023 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: Департамент здравоохранения Томской области, Администрация Томской области, АО «Византия».  

Также определением арбитражного суда от 22.01.2024 принято встречное исковое заявление ТФОМС Томской области к ОГАУЗ «БСМП» о взыскании 14 053 179,42 руб. в пользу Территориального фонда обязательного медицинского страхования Томской области средства обязательного медицинского страхования.  

Определением от 23.05.2024 принято уточнение требований, в соответствии с которым заявитель просит суд: 1. Признать недействительным Приказ ТФОМС Томской области от 26.06.2023 № 255 «О проведении выездной плановой комплексной проверки в ОГАУЗ «Больница скорой медицинской помощи» в части сроков, указанных в пункте 1: «за период с 01.01.2017 по 31.12.2020». 2. Признать недействительным Акт выездной плановой комплексной проверки использования средств обязательного медицинского страхования, полученных ОГАУЗ «Больница скорой медицинской помощи» на оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, за период с 01.01.2017 по 31.12.2022 № 13-2023 от «28» июля 2023 года в части требований о восстановлении средств ОМС, как использованных не по целевому назначению, в сумме 11 723 968,51 рублей, штрафа в сумме 1 214 763,24 рубля.  

Определением от 05.07.2024 принято уточнение требований, в соответствии с которым заявитель просит суд: 1. Признать недействительным Приказ ТФОМС Томской области от 26.06.2023 № 255 «О проведении выездной плановой комплексной проверки в ОГАУЗ «Больница скорой медицинской помощи» в части периодов, подлежащих проверке, указанных в п. 1 приказа «за период с 01.01.2017 по 31.12.2019». 2. Признать недействительным Акт выездной плановой комплексной проверки использования средств обязательного медицинского страхования, полученных ОГАУЗ «Больница скорой медицинской помощи» на оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, за период с 01.01.2017 по 31.12.2022 № 13-2023 от «28» июля 2023 года в части требований о восстановлении средств ОМС, как использованных не по целевому назначению, в сумме 11 709 568,51 рублей, штрафа в сумме 1 214 619,24 рубля.  

Производство по делу № А67-8747/2023 приостановлено до вступления в законную силу соответствующего судебного акта до вступления в законную силу судебного акта по делу № А67-4344/2022. Определением от 20.02.2025 (оглашена резолютивная часть) производство по делу возобновлено.  

Определением от 30.04.2025 принято уточнение требований, в соответствии с которым просит суд: 1. Признать недействительным Приказ ТФОМС Томской области от 26.06.2023 № 255 «О проведении выездной плановой комплексной проверки в ОГАУЗ «Больница скорой медицинской помощи» в части периодов, подлежащих проверке, указанных в пункте 1 приказа: «за период с 01.01.2017 по 31.12.2019». 2. Признать недействительным Акт выездной плановой комплексной проверки использования средств обязательного медицинского страхования, полученных ОГАУЗ «Больница скорой медицинской помощи» на оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, за период с 01.01.2017 по 31.12.2022 № 13-2023 от «28» июля 2023 года в части требований о восстановлении средств ОМС, как использованных не по целевому назначению, в сумме 11 709 568 (Одиннадцать миллионов семьсот девять тысяч пятьсот шестьдесят восемь) рублей 51 копейка, штрафа в сумме 1 217 530 (один миллион двести семнадцать тысяч пятьсот тридцать) рублей 07 копе-ек. 3. Отказать в удовлетворении встречных требований ТТФОМС Томской области к ОГАУЗ «Больница скорой медицинской помощи» в части требований о взыскании средств в размере 11 709 568 рублей 51 копейки, штрафа в сумме 1 217 рублей 07 копеек, пени в раз-мере 637 985 рублей 75 копеек.  

Судебное заседание отложено на 05.08.2025. Третьи лица, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явились, явку представителей не обеспечили, ходатайств не поступило. Судебное заседание проведено в отсутствие указанных лиц.  

В судебном заседании представитель ОГАУЗ «БСМП» требования (уточненные) поддержал в полном объеме, по основаниям, изложенным в заявлении, дополнениях к нему, в т.ч. указал, что: нецелевое использование средств ОМС не доказано, начисление штрафных санкций и пени необоснованно; выводы ТФОМС Томской области о нецелевом использовании средств ОМС не обоснованы; указал, что проверка проведена за период, превышающий 3 года, предшествующие году проведения проверки, следовательно, требования по выявленным в 2023 году нарушениям, возникшим в 2017-2019 г.г. не могут быть предъявлены требования о восстановлении средств ОМС, уплате штрафа и пени. В удовлетворении встречного искового заявления просил отказать в части, просил снизить размер штрафа и пени на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).  

Представитель Фонда с требованиями не согласилась, указала, что факт нецелевого использования доказан, выводы фонда обоснованы; срок не пропущен, оснований для применения ст. 333 ГК РФ не имеется. Также указала, что расходы на приобретение кислорода для оказания медицинской помощи пациентам с инфекционным заболеванием, вызванным новой коронавирусной инфекцией COVID-19, не зарегистрированного в установленном законодательством порядке и не являющегося лекарственным средством, не входят в структуру тарифа на оплату медицинской помощи, следовательно, не могут осуществляться за счет средств ОМС.  

В связи с тем, что требование, изложенное в акте проверки в оспариваемой части не исполнено, территориальный фонд обратился со встречным исковым заявлением. Представитель фонда указал на необоснованность первоначальных требований, просил встречный иск удовлетворить.  

Заслушав представителей лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, арбитражный суд считает установленными следующие обстоятельства.  

Как следует из материалов дела, на основании приказа Территориального фонда обязательного медицинского страхования Томской области (далее - ТФОМС Томской области) от 26.06.2023 № 255 «О проведении выездной плановой комплексной проверки в ОГАУЗ «Больница скорой медицинской помощи» проведена выездная плановая комплексная проверка использования средств обязательного медицинского страхования (далее - ОМС), полученных ОГАУЗ «БСМП» на оплату медицинской помощи по ОМС, за период с 01.01.2017 по 31.12.2022.  

По результатам проверки составлен акт выездной плановой комплексной проверки использования средств обязательного медицинского страхования, полученных ОГАУЗ «БСМП» на оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, за период с 01.01.2017 по 31.12.2022 № 13-2023 от 28.07.2023.  

Актом на ОГАУЗ «БСМП» возложена обязанность восстановить средства ОМС, использованные не по целевому назначению в размере 12 492 686,20 руб., уплатить штраф в разме-ре 10% от суммы нецелевого использования средств в сумме 1 249 268,62 руб.  

Не согласившись с вынесенным приказом от 26.06.2023, Актом в части оплаты нецелевого использования средств ОМС, а также начисленных штрафных санкций, заявителем в соответствии с правом, предусмотренным пунктом 43 Порядка осуществления территориальными фондами обязательного медицинского страхования контроля за использованием средств обязательного медицинского страхования медицинскими организациями утвержденного приказом Минздрава России от 26.03.2021 № 255н (далее - Порядок проведения проверок), в адрес ответчика были направлены возражения на Акт (исх. № 460 от 03.08.2023).  

10.08.2023 заявителем было получено сообщение о результатах рассмотрения Возражений на акт выездной плановой комплексной проверки использования средств обязательного медицинского страхования, полученных ОГАУЗ «БСМП» на оплату медицинской помощи по  

обязательному медицинскому страхованию, в соответствии с которым возражения медицинской организации признаны ТФОМС Томской области необоснованными.  

Платежным поручением № 388180 от 14.08.2023 (ОГАУЗ «БСМП» произведен частичный возврат нецелевого использования средств ОМС по Акту в сумме 297 980,00 руб. за исключением обязанности по восстановлению 12 194 706,20 руб.  

Также платежным поручением № 461826 от 25.09.2023 ОГАУЗ «БСМП» произведена частичная оплата штрафа в сумме 29 798,00 руб. (297 980,00 руб. х 10%).  

Полагая, что вынесенный Приказ ТФОМС Томской области от 26.06.2023 № 255 «О проведении выездной плановой комплексной проверки в ОГАУЗ «Больница скорой медицинской помощи» в части периодов, подлежащих проверке, указанных в пункте 1 приказа: «за период с 01.01.2017 по 31.12.2019», а также Акт выездной плановой комплексной проверки использования средств обязательного медицинского страхования, полученных ОГАУЗ «Больница скорой медицинской помощи» на оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, за период с 01.01.2017 по 31.12.2022 № 13-2023 от 28 июля 2023 года в части требований о восстановлении средств ОМС, как использованных не по целевому назначению, в сумме 11 709 568,51 руб., штрафа в сумме 1 217 530,07 руб., являются незаконными и необоснованными, нарушающими права и законные интересы заявителя, ОГАУЗ «БСМП» обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением (уточненным).  

В связи с тем, что средства не возвращены медицинской организацией, ТФОМС Томской области обратился в арбитражный суд с встречным исковым заявлением о взыскании 14 053 179,42 руб. (в т.ч. 12 194 706,2 руб. – средства ОМС, 1 219 470,62 руб. – штраф, 639 002,6 руб. – пени).  

В соответствии с ч. 1 ст. 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.  

Согласно ч. 4 ст. 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.  

Из положений ст. 13 ГК РФ, ч. 1 ст. 198, ч. 2 ст. 201 АПК РФ, пункта 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой ГК РФ» следует, что основанием для принятия решения суда о признании оспариваемого ненормативного акта недействительным, решения, действий (бездействия) незаконными являются одновременно как их несоответствие закону или иному правовому акту, так и нарушение указанным актом, решением, действиями (бездействием) прав и охраняемых законом интересов гражданина или юридического лица в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.  

Таким образом, в круг обстоятельств, подлежащих установлению при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных актов, решений, действий (бездействия) органов и должностных лиц, входят проверка соответствия оспариваемого акта, решения, действий (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту и проверка факта нарушения оспариваемым актом, решением, действиями (бездействием) прав и законных интересов заявителя. Из содержания приведенных правовых норм следует, что удовлетворение требований о признании незаконными актов, действий (бездействия) государственных органов и должностных лиц возможно лишь при наличии совокупности двух условий, а именно нарушения прав и интересов заявителя и несоответствия оспариваемых актов, действий (бездействия) органов и должностных лиц нормам закона или иного правового акта.  

Федеральный закон от 29.11.2010 № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон № 326-ФЗ) регулирует отношения, возникающие в связи с осуществлением обязательного медицинского страхования, в том числе, определяет правовое положение субъектов обязательного медицинского страхования и участников обязательного медицинского страхования, основания возникновения их прав и обязанностей, гарантии их реализации, отношения и ответственность, связанные с уплатой страховых взносов на обязательное медицинское страхование неработающего населения.  

Территориальный фонд обязательного медицинского страхования согласно п. 12 ч. 7 ст. 34 Федерального закона № 326-ФЗ осуществляет контроль за использованием средств обязательного медицинского страхования страховыми медицинскими организациями и медицинскими организациями, в том числе проводит проверки и ревизии.  

В соответствии с пунктом 2 Положения о контроле за использованием средств обязательного медицинского страхования медицинскими организациями, утвержденного Приказом Федерального фонда обязательного медицинского страхования от 16.04.2012 № 73, действующего в рассматриваемый период (далее по тексту – Положение № 73), территориальный фонд проводит проверки страховых медицинских организаций (филиалов страховых медицинских организаций), осуществляющих (осуществлявших) деятельность в сфере обязательного медицинского страхования на основании договора, заключенного между территориальным фондом и страховой медицинской организацией (филиалом страховой медицинской организации). В соответствии с п.п. 15, 21 Положения № 73 проверке подлежат основные вопросы деятельности страховых медицинских организаций в сфере обязательного медицинского страхования, по результатам которой составляется акт проверки.  

Приказом Минздрава России от 26.03.2021 № 255н утвержден «Порядок осуществления территориальными фондами обязательного медицинского страхования контроля за деятельностью страховых медицинских организаций, осуществляющих деятельность в сфере обязательного медицинского страхования, а также контроля за использованием средств обязательного медицинского страхования указанными страховыми медицинскими организациями и медицинскими организациями» (далее – Порядок № 255н).  

В соответствии со статьями 2, 6, 10, 11, 13 Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее - БК РФ) средства ОМС приравнены по правовому режиму к бюджетным средствам и являются средствами бюджетной системы Российской Федерации; бюджеты государственных внебюджетных фондов Российской Федерации и бюджеты территориальных государственных фондов относятся к бюджетам бюджетной системы Российской Федерации.  

Согласно статье 147 БК РФ расходы бюджетов государственных внебюджетных фондов должны осуществляться исключительно на цели, определенные законодательством Российской Федерации, включая законодательство о конкретных видах обязательного социального страхования (пенсионного, социального, медицинского), в соответствии с бюджетами указанных фондов, утвержденными федеральными законами, законами субъектов Российской Федерации. При этом, субсидия должна быть возвращена по двум основаниям: при получении субсидии лицом, не имеющим по субъективным либо объективным критериям права на ее получение (в силу статья 78 БК РФ); при использовании средств нецелевым образом как мера бюджетного принуждения (статья 306.4 БК РФ).  

Под нецелевым использованием бюджетных средств признается направление средств бюджета бюджетной системы Российской Федерации и оплата денежных обязательств в целях, не соответствующих полностью или частично целям, определенным законом (решением) о бюджете, сводной бюджетной росписью, бюджетной росписью, бюджетной сметой, договором (соглашением) либо иным документом, являющимся правовым основанием предоставления указанных средств (статья 306.4 БК РФ). Нецелевое использование средств ОМС является основанием для их возврата.  

В силу положений статьи 38 Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее - БК РФ), устанавливающей принцип адресности и целевого характера бюджетных средств, а также ча-сти 1 статьи 147 данного Кодекса, расходы бюджетов государственных внебюджетных фондов должны осуществляться исключительно на цели, определенные законодательством Российской Федерации, включая законодательство о конкретных видах обязательного социального страхования (пенсионного, социального, медицинского), в соответствии с бюджетами указанных фондов, утвержденными федеральными законами, законами субъектов Российской Федерации.  

Нецелевым использованием бюджетных средств, согласно части 1 статьи 306.4 БК РФ, признаются направление средств бюджета бюджетной системы Российской Федерации и оплата денежных обязательств в целях, не соответствующих полностью или частично целям, определенным законом (решением) о бюджете, сводной бюджетной росписью, бюджетной росписью, бюджетной сметой, договором (соглашением) либо иным документом, являющимся правовым основанием предоставления указанных средств.  

Обязательное медицинское страхование, как следует из пункта 1 статьи 3 Закона № 326-ФЗ, это вид обязательного социального страхования, представляющий собой систему создаваемых государством правовых, экономических и организационных мер, направленных на обеспечение при наступлении страхового случая гарантий бесплатного оказания застрахованному лицу медицинской помощи за счет средств обязательного медицинского страхования в пределах территориальной программы обязательного медицинского страхования и в установленных названным Федеральным законом случаях в пределах базовой программы обязательного медицинского страхования.  

Одним из принципов такого страхования в соответствии с пунктом 1 статьи 4 Закона № 326-ФЗ является обеспечение за счет средств обязательного медицинского страхования гарантий бесплатного оказания застрахованному лицу медицинской помощи при наступлении страхового случая в рамках территориальной программы обязательного медицинского страхования и базовой программы обязательного медицинского страхования.  

В силу пункта 1 части 1 статьи 20 Закона № 326-ФЗ медицинские организации имеют право получать средства за оказанную медицинскую помощь на основании заключенных договоров на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию в соответствии с установленными тарифами на оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию (далее также - тарифы на оплату медицинской помощи) и в иных случаях, предусмотренных данным Федеральным законом.  

Исходя из норм статей 35, 36 Закона № 326-ФЗ структура тарифа на оплату медицинской помощи определяется как базовой программой обязательного медицинского страхования, так и территориальной программой обязательного медицинского страхования на территории субъекта Российской Федерации и, соответственно, использование средств обязательного медицинского страхования должно осуществляться на виды расходов, включенные в структуру тарифа на оплату медицинской помощи на условиях данной территориальной программы и быть строго целевым.  

Как было указано выше, по результатам проверки соблюдения законодательства об ОМС и использовании средств ОМС в ОГАУЗ «БСМП» за период с 01.01.2017 по 31.12.2022 выявлены нарушения, которые, по мнению Фонда, привели к нецелевому расходованию денежных средств.  

При этом, в ходе судебного разбирательства представителем учреждения заявлено о пропуске фондом срока давности в части начислений за период с 2017 по 2019 год, а также незаконности оспариваемого приказа и акта по указанному основанию.  

Судом установлено, что согласно приказу от 26.06.2023 и акту от 28.07.2023, проверяемый период составил 6 лет с 01.01.2017 по 31.12.2022. Так, по результатам вышеуказанной проверки за период с 01.01.2017 по 31.12.2022 в оспариваемом акте установлено нецелевое расходование средств. Из материалов дела следует, что в ходе проведения проверки, Фонд пришел к выводу о нецелевом расходовании денежных средств, а именно:  

- в нарушение пункта 158 Правил обязательного медицинского страхования, утвержденных приказом Минздравсоцразвития России от 28.02.2011 № 158н (далее -Правила ОМС № 158н), и пункта 192 Правил обязательного медицинского страхования, утвержденных приказом Минздрава России от 28.02.2019 № 108н (далее - Правила ОМС № 108н), в соответствии с которыми в расчет тарифов включаются затраты медицинской организации, непосредственно связанные с оказанием медицинской помощи и потребляемые в процессе ее предоставления, и затраты, необходимые для обеспечения деятельности медицинской организации в целом, но не потребляемые непосредственно в процессе оказания медицинской помощи, медицинской организацией средства ОМС в сумме 11 891,00 руб. направлены на оплату расходов, непосредственно не связанных с оказанием медицинской помощи и не являющихся необходимыми для обеспечения деятельности медицинской организации в сфере ОМС (Размещение отчета в газете «Область здоровья», акт оказания услуг от 31.05.2017 № 00000566).  

Таким образом, направление средств ОМС в сумме 11 891,00 руб. на оплату расходов, непосредственно не связанных с оказанием медицинской помощи и не являющихся необходимыми для обеспечения деятельности медицинской организации в сфере ОМС, является нецелевым использованием средств ОМС, подлежащим восстановлению;  

- в нарушение пункта 158 Правил ОМС № 158н и пункта 192 Правила ОМС № 108н БСМП средства ОМС в сумме 126 399,00 руб. (в том числе в 2017 году - 99 999,00 руб., в 2019 году - 12 000,00 руб., в 2022 году - 14 400,00 руб.) направлены на оплату расходов, непосредственно не связанных с оказанием медицинской помощи и не являющихся необходимыми для обеспечения деятельности медицинской организации в сфере ОМС (Установка системы видеонаблюдения 27.09.2017 № 141, Приобретение купольной видеокамеры 07.10.2019 № 213, Приобретение комплекта видеонаблюдения, 31.03.2022 № 39927, Приобретение видеорегистратора 11.11.2022 № 131068).  

Таким образом, направление средств ОМС в сумме 126 399,00 руб. на оплату расходов, непосредственно не связанных с оказанием медицинской помощи и не являющихся необходимыми для обеспечения деятельности медицинской организации в сфере ОМС, является нецелевым использованием средств ОМС, подлежащим восстановлению;  

- в нарушение пункта 31 областной Программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам Российской Федерации медицинской помощи на территории Томской области на 2017 год и на плановый период 2018 и 2019 годов, утвержденной постановлением Администрации Томской области от 30.12.2016 № 424а (далее - областная Программа государственных гарантий на 2017 год), в соответствии с которым структура тарифа на оплату медицинской помощи, оказываемой в рамках областной Программы ОМС, включает в себя расходы на оплату прочих услуг (в том числе услуг по обучению на курсах повышения квалификации, подготовки и переподготовки специалистов), медицинской организацией в 2017 году средства ОМС в сумме 51 666,67 руб. направлены на оплату услуг по обучению медицинского работника по программе ординатуры, относящейся в соответствии с пунктом 3 ста-тьи 12 Федерального закона от 29.12.2012 № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации», к основным образовательным программам высшего образования.  

В соответствии с Указаниями о порядке применения бюджетной классификации Российской Федерации, утвержденными приказом Министерства финансов Российской Федерации от 01.07.2013 № 65н, в подстатью 226 «Прочие работы, услуги» статьи 220 «Оплата работ, услуг» КОСГУ включены расходы на оплату услуг по обучению на курсах повышения ква- 

лификации, подготовки и переподготовки специалистов и не включены расходы на оплату услуг по подготовке медицинских работников по программам ординатуры, относящимся к основным образовательным программам высшего образования.  

Таким образом, направление в 2017 году средств ОМС в сумме 51 666,67 руб., на оплату расходов, не включенных в структуру тарифа на оплату медицинской помощи по ОМС, является нецелевым использованием средств ОМС, подлежащим восстановлению;  

- в нарушение части 7 статьи 35 Федерального закона № 326-ФЗ, пункта 31 областной Программы государственных гарантий на 2017 год, пункта 30 областной Программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам Российской Федерации медицинской помощи на территории Томской области на 2018 год и на плановый период 2019 и 2020 годов, утвержденной постановлением Администрации Томской области от 22.12.2017 № 442а (далее - областная Программа государственных гарантий на 2018 год), пункта 30 областной Программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на территории Томской области на 2019 год и на плановый период 2020 и 2021 годов, утвержденной постановлением Администрации Томской области от 29.12.2018 № 508а (далее - областная Программа государственных гарантий на 2019 год), пункта 31 областной Программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на территории Томской области на 2020 год и на плановый период 2021 и 2022 годов, утвержденной постановлением Администрации Томской области от 26.12.2019 № 495а (далее - областная Программа государственных гарантий на 2020 год), пункта 31 областной Программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на территории Томской области на 2021 год и на плановый период 2022 и 2023 годов, утвержденной постановлением Администрации Томской области от 30.12.2020 № 644а (далее - областная Программа государственных гарантий на 2021 год), раздела 4 Программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2022 год и на плановый период 2023 и 2024 годов, утвержденной постановлением Правительства РФ от 28.12.2021 № 2505, и пункта 10 областной Программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на территории Томской области на 2022 год и на плановый период 2023 и 2024 годов, утвержденной постановлением Администрации Томской области от 30.12.2021 № 576а (далее - областная Программа государственных гарантий на 2022 год), в соответствии с которыми, структура тарифа на оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию не включает в себя затраты на материальную помощь, а также пункта 158 Правил ОМС № 158н и пункта 192 Правил ОМС № 108н, медицинской организацией, на основании раздела 7 «Материальная помощь» Положений от об оплате труда главного врача, заместителей главного врача и главного бухгалтера от 28.08.2015, от 01.06.2017, от 14.06.2019, от 18.05.2020, от 02.09.2021, средства ОМС в сумме 882 149,53 руб. с учетом начислений (в том числе в 2017 году - 136 450,62 руб., в 2018 году -135 138,27 руб., в 2019 году - 139 822,95 руб., в 2020 году - 110 985,86 руб., в 2021 го-ду-141 587,78 руб., в 2022 году - 218 164,05 руб.) направлены на выплату материальной помощи.  

Материальная помощь является дополнительной социальной гарантией, не входит в структуру заработной платы и не зависит от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы.  

Таким образом, направление средств ОМС в сумме 882 149,53 руб. на оплату расходов, не включенных в структуру тарифа на оплату медицинской помощи, оказываемой в рамках областной Программы ОМС, а также непосредственно не связанных с оказанием медицинской помощи и не являющихся необходимыми для обеспечения деятельности медицинской организации в сфере ОМС, является нецелевым использованием средств ОМС, подлежащим восстановлению;  

- при проверке первичных учетных документов, подтверждающих выполнение условий договоров и контрактов на поставку кислорода для лечения пациентов с инфекционным заболеванием, вызванным новой коронавирусной инфекцией COVID-19, установлено, что в  

нарушение требований статьи 13 Федерального закона от 12.04.2010 № 61-ФЗ «Об обращении лекарственных средств» (далее - Закон № 61-ФЗ), согласно которой в Российской Федерации государственной регистрации подлежат: все лекарственные препараты, впервые подлежащие вводу в обращение в Российской Федерации; лекарственные препараты, зарегистрированные ранее, но произведенные в других лекарственных формах в соответствии с перечнем наименований лекарственных форм, в новой дозировке при доказательстве ее клинической значимости и эффективности; новые комбинации зарегистрированных ранее лекарственных препаратов, а также в нарушение Государственного стандарта СССР «ГОСТ 5583-78 (ИСО 2046-73) Межгосударственный стандарт. Кислород газообразный технический и медицинский. Технические условия», утверждённый постановлением Государственного комитета стандартов Совета Министров СССР от 26.05.1978 № 1419, в соответствии с которыми, каждая партия газообразного технического и медицинского кислорода, а также каждый баллон или моноблок-контейнер медицинского кислорода должны сопровождаться документом о качестве, содержащим номер регистрационного удостоверения (Р.70/626/43) согласно Государственному реестру лекарственных средств, БСМП для лечения пациентов с инфекционным заболеванием, вызванным новой коронавирусной инфекцией COVID-19, приобретала кислород у АО «Византия», у которого отсутствует регистрационное удостоверение.  

Кроме того, лицензия на производство лекарственных средств для медицинского применения была получена АО «Византия» 10.08.2021 № 00519-ЛС. Ранее лицензия на производство лекарственных средств для медицинского применения у АО «Византия» отсутствовала.  

Согласно письму Росздравнадзора от 29.01.2021 № 01 и-108/21 «О практических рекомендациях по эксплуатации газифицированных систем обеспечения кислородом медицинских учреждений здравоохранения» применение в медицинских целях кислорода, производимого по техническим требованиям, не зарегистрированного в Российской Федерации, не внесенного в Государственный реестр лекарственных средств, является нарушением действующего законодательства.  

Учитывая изложенное, кислород, не зарегистрированный в Российской Федерации и не внесенный в Государственный реестр лекарственных средств, не может считаться лекарственным препаратом и применяться в медицинских целях.  

Кассовые расходы средств ОМС на приобретение кислорода для лечения пациентов с инфекционным заболеванием, вызванным новой коронавирусной инфекцией COVID-19, соста-вили 11 122 600,00 руб. (в том числе в 2020 году - 2 496 800,00 руб., в 2021 году - 8 283 300,00 руб., в 2022 году - 342 500,00 руб.).  

Таким образом, направление средств ОМС в сумме 11 122 600,00 руб. на приобретение кислорода, не зарегистрированного в Российской Федерации, не внесенного в Государственный реестр лекарственных средств, является нецелевым использованием средств ОМС, подлежащим восстановлению.  

Согласно пояснениям представителя учреждения, требования фонда об использовании не по целевому назначению в 2017-2019 г.г., не подлежат восстановлению, поскольку период проверки составил 6 лет с 01.01.2017 по 31.12.2022 и требования, указанные в оспариваемом акте и встречном иске: за 2017 г. – средства ОМС на сумму 300 007,29 рублей, штраф 30 000,74 рублей, пени 15720,38; за 2018 г. – средства ОМС на сумму 135 138,27 рублей, штраф - 13513,83 руб., пени - 7 081,25 руб., за 2019 г. – средства ОМС на сумму 151 822,95 рублей, штраф - 15182,30 руб., пени - 7 955,52 руб. являются необоснованными.  

Кроме этого, с учетом уточнения оснований заявленных требований, представитель учреждения настаивал на удовлетворении требований о признании Акта проверки недействительным в части расходы средств ОМС на приобретение кислорода для лечения пациентов с инфекционным заболеванием, вызванным новой коронавирусной инфекцией COVID-19 (в том числе, штрафа и пени); в остальной части выявленных нарушений, доводы фонда не оспаривались, учреждением заявлено ходатайство о снижении начисленных штрафа и пени в соответствии со ст. 333 ГК РФ.  

По смыслу статей 10, 14 Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее - БК РФ) бюджеты территориальных государственных внебюджетных фондов входят в структуру бюджетной системы Российской Федерации.  

В соответствии со статьей 28 БК РФ бюджетная система Российской Федерации основана, в том числе, на принципе адресности и целевого характера бюджетных средств.  

В соответствии с пунктом 12 части 7 статьи 34 Федерального закона № 326-ФЗ территориальный фонд ОМС осуществляет в установленном порядке контроль за использованием средств обязательного медицинского страхования медицинскими организациями, в том числе проводит проверки и ревизии.  

Как указывалось выше, Порядок осуществления территориальными фондами обязательного медицинского страхования контроля за использованием средств обязательного медицинского страхования медицинскими организациями определен Порядком № 255н.  

Средства ОМС относятся к государственным финансовым средствам, имеющим особый правовой режим, и подлежат использованию строго в соответствии с их целевым назначением. Средства, получаемые медицинской организацией по территориальной программе ОМС, являются финансовым обеспечением государственных полномочий по предоставлению гарантий бесплатного оказания застрахованному лицу медицинской помощи при наступлении страхового случая.  

Правовой режим средств ОМС согласно статьям 2, 6, 11 и 13 БК РФ аналогичен правовому режиму бюджетных средств, они являются средствами бюджетной системы Российской Федерации.  

Согласно части 1 статьи 306 БК РФ нецелевым использованием бюджетных средств признается направление средств бюджета бюджетной системы Российской Федерации и оплата денежных обязательств в целях, не соответствующих полностью или частично целям, определенным законом (решением) о бюджете, сводной бюджетной росписью, бюджетной росписью, лимитами бюджетных обязательств, бюджетной сметой, договором (соглашением) либо правовым актом, являющимся основанием для предоставления указанных средств.  

По мнению представителя ТФОМС Томской области, федеральный законодатель, учитывая особое публичное предназначение средств ОМС, установил механизмы проверки обоснованности расходования этих средств, определил уполномоченную организацию, контролирующую их целевое использование или обоснованность расходования, а также установил ответственность медицинских организаций, нарушающих предусмотренный порядок расходования средств ОМС. При этом, на законодательном уровне не установлено ограничения периода, подлежащего проверке. Учитывая изложенное, средства, получаемые медицинской организацией по территориальной программе ОМС, подлежат обязательной проверке вне зависимости от количества проверяемых территориальным фондом ОМС лет их расходования. Положениями Порядка № 255н запрета на проведение территориальным фондом ОМС проверки использования средств ОМС за период, включающий в себя 6 лет, не предусмотрено.  

Исследовав вышеуказанные доводы, суд отмечает следующее. 

В соответствии с пунктом 27 Порядка № 255н, территориальный фонд осуществляет контроль за использованием средств обязательного медицинского страхования медицинскими организациями, имеющими право на осуществление медицинской деятельности и включенными в реестр медицинских организаций, осуществляющих деятельность в сфере обязательного медицинского страхования по территориальным программам обязательного медицинского страхования субъекта Российской Федерации.  

Пунктом 42.3 Порядка № 255н предусмотрено, что при наличии фактов нецелевого использования средств обязательного медицинского страхования, выявленных в ходе проверки, в заключительную часть акта включается обобщенная информация о направлениях и суммах нецелевого использования средств обязательного медицинского страхования, с требованием о возврате медицинской организацией средств обязательного медицинского страхования, использованных не по целевому назначению, и уплате штрафа за использование не по целевому назначению медицинской организацией средств обязательного медицинского  

страхования, перечисленных ей по договору на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, в соответствии с частью 9 статьи 39 Федерального закона № 326-ФЗ.  

Согласно части 9 статьи 39 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ использование не по целевому назначению медицинской организацией средств, перечисленных ей по договору на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, влечет: - штраф в размере 10 процентов от суммы средств, использованных не по целевому назначению; - пени в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка РФ, действующей на день предъявления санкций, от суммы средств, использованных не по целевому назначению, за каждый день просрочки; - возврат средств, использованных не по целевому назначению, в бюджет территориального фонда в течение 10 рабочих дней со дня предъявления территориальным фондом соответствующего требования.  

Кроме того, за нецелевое использование средств государственных внебюджетных фондов, в том числе территориальных, предусмотрена: - административная ответственность (статья 15.14 КоАП РФ); - уголовная ответственность в отношении должностных лиц получателей бюджетных средств (статья 285.2 Уголовного кодекса российской Федерации).  

В соответствии с пунктом 5 части 2 статьи 20 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ и условиями Договоров на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, действовавших в проверяемом периоде, медицинская организация обязана использовать средства обязательного медицинского страхования, полученные за оказанную медицинскую помощь, в соответствии с территориальной программой обязательного медицинского страхования.  

Средства, предназначенные для оплаты медицинской помощи и поступающие в медицинскую организацию, являются средствами целевого финансирования (часть 6 статьи 14 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ).  

В соответствии со статьями 16, 81 Федерального закона от 21.11.2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон от 21.11.2011 года № 323-ФЗ), органы государственной власти субъектов Российской Федерации в сфере охраны здоровья разрабатывают, утверждают и реализуют территориальные программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, включающие в себя, территориальные программы обязательного медицинского страхования.  

Территориальная программа обязательного медицинского страхования формируется в соответствии с требованиями, установленными Базовой программой обязательного медицинского страхования, являющейся составной частью Программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, ежегодно утверждаемой Правительством Российской Федерации (пункт 1 статьи 36 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ).  

Согласно пункту 2 статьи 4 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон № 326-ФЗ) одним из основных принципов осуществления обязательного медицинского страхования является устойчивость финансовой системы ОМС.  

В статье 2 Федерального закона № 326-ФЗ указано, что законодательство об ОМС основывается на Конституции Российской Федерации.  

В силу принципа правовой определенности, выступающего одним из элементов правового государства (часть 1 статьи 1 Конституции Российской Федерации) и с учетом конституционных гарантий свободы экономической деятельности, лечебные учреждения, использующие средства обязательного медицинского страхования, должны иметь возможность в разумных пределах предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в неизменности формирования экономического источника своей профессиональной деятельности. Отсутствие временных ограничений периода, за который проводится проверка, не должно влечь нарушения разумных ожиданий учреждения относительно последствий осуществления  

деятельности. Правовое регулирование в области публичных отношений исходит из недопустимости избыточного или не ограниченного по продолжительности применения мер контроля, в связи с чем с учетом установленной Порядком проведения проверок периодичностью проведения плановых (тематических) проверок (помимо плановых комплексных проверок) не реже чем 1 (один) раз в два года, в ходе которых также осуществляется контроль за использованием средств ОМС и имеется возможность по своевременному выявлению соответствующих нарушений, осуществление комплексной проверки за период, превышающий трехлетний, является избыточным. Таким образом, фондом не может проводиться плановая комплексная проверка без учета разумности срока, предшествующего году проведения проверки. В противном случае нарушаются принципы правовой определенности и стабильности бюджетных (внебюджетных) отношений, законности правового регулирования в области контроля.  

По смыслу статей 10, 14 Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее - БК РФ) бюджеты территориальных государственных внебюджетных фондов входят в структуру бюджетной системы Российской Федерации.  

В соответствии со статьей 28 БК РФ бюджетная система Российской Федерации основана, в том числе, на принципе адресности и целевого характера бюджетных средств.  

В соответствии с пунктом 12 части 7 статьи 34 Федерального закона № 326-ФЗ территориальный фонд ОМС осуществляет в установленном порядке контроль за использованием средств обязательного медицинского страхования медицинскими организациями, в том числе проводит проверки и ревизии.  

Как указывалось выше, Порядок осуществления территориальными фондами обязательного медицинского страхования контроля за использованием средств обязательного медицинского страхования медицинскими организациями определен Порядком № 255н. Средства ОМС относятся к государственным финансовым средствам, имеющим особый правовой режим, и подлежат использованию строго в соответствии с их целевым назначением. Средства, получаемые медицинской организацией по территориальной программе ОМС, являются финансовым обеспечением государственных полномочий по предоставлению гарантий бесплатного оказания застрахованному лицу медицинской помощи при наступлении страхового случая. Правовой режим средств ОМС согласно статьям 2, 6, 11 и 13 БК РФ аналогичен правовому режиму бюджетных средств, они являются средствами бюджетной системы Российской Федерации.  

Согласно части 1 статьи 306 БК РФ нецелевым использованием бюджетных средств признается направление средств бюджета бюджетной системы Российской Федерации и оплата денежных обязательств в целях, не соответствующих полностью или частично целям, определенным законом (решением) о бюджете, сводной бюджетной росписью, бюджетной росписью, лимитами бюджетных обязательств, бюджетной сметой, договором (соглашением) либо правовым актом, являющимся основанием для предоставления указанных средств.  

Согласно пункту 2 статьи 4 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон № 326-ФЗ) одним из основных принципов осуществления обязательного медицинского страхования является устойчивость финансовой системы ОМС.  

В статье 2 Федерального закона № 326-ФЗ указано, что законодательство об ОМС основывается на Конституции Российской Федерации. В силу принципа правовой определенности, выступающего одним из элементов правового государства (часть 1 статьи 1 Конституции Российской Федерации) и с учетом конституционных гарантий свободы экономической деятельности, лечебные учреждения, использующие средства обязательного медицинского страхования, должны иметь возможность в разумных пределах предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в неизменности формирования экономического источника своей профессиональной деятельности. Отсутствие временных ограничений периода, за который проводится проверка, не должно влечь нарушения разумных ожиданий учреждения относительно последствий осуществления деятельности. Правовое регулирование в области  

публичных отношений исходит из недопустимости избыточного или не ограниченного по продолжительности применения мер контроля, в связи с чем с учетом установленной Порядком проведения проверок периодичностью проведения плановых (тематических) проверок (помимо плановых комплексных проверок) не реже чем 1 (один) раз в два года, в ходе которых также осуществляется контроль за использованием средств ОМС и имеется возможность по своевременному выявлению соответствующих нарушений, осуществление комплексной проверки за период, превышающий трехлетний, является избыточным.  

Таким образом, фондом не может проводиться плановая комплексная проверка без учета разумности срока, предшествующего году проведения проверки. В противном случае нарушаются принципы правовой определенности и стабильности бюджетных (внебюджетных) отношений, законности правового регулирования в области контроля.  

Данная позиция находит свое отражение в Определении Пятого Арбитражного Апелляционного суда от 11.07.2019 № 05АП-588/2019 по делу № А51-28118/2017, оставленным в силе Постановлением арбитражного суда Дальневосточного округа № Ф03-4654/2019), а также Определением Верховного суда Российской Федерации № 303-ЭС19-27834 от 18.02.2020 об отказе в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии ВС РФ.  

Учитывая изложенное, арбитражный суд считает, что доводы учреждения о признании недействительным акта в части: обязания восстановить средства ОМС, использованные не по целевому назначению: - за 2017 г. – нецелевое на сумму 300 007,29 рублей, штраф 30 000,74 рублей, пени 15720,38 руб., - за 2018 г. - нецелевое на сумму 135 138,27 рублей, штраф - 13513,83 руб., пени 7 081,25 руб., - за 2019 г. – нецелевое на сумму 151 822,95 рублей, штраф - 15182,30 руб., пени 7 955,52 руб., подлежат удовлетворению, в удовлетворении встречного иска фонда за 2017-2019 г.г. следует отказать.  

В соответствии со ст. 306.4 Бюджетного кодекса РФ, ч. 7 ст. 35, ч. 6 ст. 36 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации», п. 186, 192, 194, 197, 207 раздела XII Правил ОМС, утвержденных приказом Минздрава России от 28.02.2019 № 108н (далее - Правила). Постановлением Правительства РФ от 28.12.2021 № 2505 «О Программе государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2022 год и на плановый период 2023 и 2024 годов», целевым является расходование средств ОМС на цели, предусмотренные структурой тарифа по ОМС. в том числе на приобретение основных средств (оборудование, производственный и хозяйственный материал). В состав затрат, необходимых для обеспечения деятельности медицинской организации в целом, но не потребляемым непосредственно в процессе оказания медицинской помощи (медицинской услуги), относятся затраты, которые невозможно отнести напрямую к затратам, непосредственно связанным с оказанием медицинской помощи (медицинской услуги), такие как затраты на амортизацию основных средств (оборудования, производственного и хозяйственного инвентаря), оборудования, непосредственно не используемого при оказании медицинской помощи (медицинской услуги). При этом группы затрат могут быть дополнительно детализированы.  

Судом установлено, что ОГАУЗ «БСМП» является больницей скорой медицинской помощи, оказывающей круглосуточную медицинскую помощь по профилю «травматология- ортопедия» и «нейрохирургия». Комплект видеонаблюдения и видеорегистратор приобретены ОГАУЗ «БСМП» в целях обеспечения контроля качества (своевременности, доступности) оказания медицинской помощи.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 20 Федерального закона № 326-ФЗ медицинские организации имеют право получать средства за оказанную медицинскую помощь на основании заключенных договоров на оказание и оплату медицинской помощи по ОМС в соответствии с установленными тарифами на оплату медицинской помощи по ОМС. При этом, согласно пункту 5 части 2 статьи 20 Федерального закона № 326-ФЗ медицинские организации обязаны использовать средства ОМС, полученные за оказанную медицинскую помощь, в соответствии с программами ОМС.  

Статьей 35 Федерального закона № 326-ФЗ предусмотрено, что базовая программа ОМС - составная часть программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, утверждаемой Правительством Российской Федерации. Базовая программа ОМС определяет виды медицинской помощи (включая перечень видов высокотехнологичной медицинской помощи, который содержит, в том числе методы лечения), перечень страховых случаев, структуру тарифа на оплату медицинской помощи, способы оплаты медицинской помощи, оказываемой застрахованным лицам по ОМС в Российской Федерации за счет средств ОМС, а также требования к территориальным программам ОМС, критерии доступности и качества медицинской помощи, среди которых наличие и функционирование видеокамер и системы видеонаблюдения не предусмотрены.  

Согласно статье 36 Федерального закона № 326-ФЗ территориальная программа ОМС - составная часть территориальной программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи. В силу пункта 6 статьи 36 Федерального закона № 326-ФЗ территориальная программа ОМС в рамках реализации базовой программы ОМС определяет на территории субъекта Российской Федерации, в том числе, структуру тарифа на оплату медицинской помощи.  

Согласно части 1 статьи 35 Федерального закона № 326-ФЗ тарифы на оплату медицинской помощи рассчитываются в соответствии с методикой расчета тарифов на оплату медицинской помощи, утвержденной уполномоченным федеральным органом исполнительной власти в составе Правил ОМС, и включают в себя статьи затрат, установленные территориальной программой ОМС.  

Пунктом 7 статьи 35 Федерального закона № 326-ФЗ (в ред., действующей в проверяемый период) определена структура тарифа на оплату медицинской помощи, которая включает в себя расходы на заработную плату, начисления на оплату труда, прочие выплаты, приобретение лекарственных средств, расходных материалов, продуктов питания, мягкого инвентаря, медицинского инструментария, реактивов и химикатов, прочих материальных запасов, расходы на оплату стоимости лабораторных и инструментальных исследований, проводимых в других учреждениях (при отсутствии в медицинской организации лаборатории и диагностического оборудования), организации питания (при отсутствии организованного питания в медицинской организации), расходы на оплату услуг связи, транспортных услуг, коммунальных услуг, работ и услуг по содержанию имущества, расходы на арендную плату за пользование имуществом, оплату программного обеспечения и прочих услуг, социальное обеспечение работников медицинских организаций, установленное законодательством Российской Федерации, прочие расходы, расходы на приобретение основных средств (оборудование, производственный и хозяйственный инвентарь) стоимостью до ста тысяч рублей за единицу. Положения программ ОМС дублируют данную норму.  

Согласно пункту 185 Правил ОМС тарифы рассчитываются в соответствии с главой XII «Методика расчета тарифов на оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию» Правил ОМС и включают в себя статьи затрат, установленные территориальной программой ОМС.  

Кроме того, из анализа положений главы XII Правил ОМС, определяющей методику расчета тарифа на оказание медицинской помощи по ОМС, следует, что любой вид затрат, подлежащий учету при расчете тарифа на медицинскую помощь по ОМС, в той или иной мере должен быть связан с реализацией территориальной программы ОМС.  

В соответствии с пунктом 192 Правил обязательного медицинского страхования, утвержденных приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 28.02.2019 № 108н (далее - Правила ОМС № 108н), в расчет тарифов включаются затраты медицинской организации, непосредственно связанные с оказанием медицинской помощи (медицинской услуги) и потребляемые в процессе ее предоставления, и затраты, необходимые для обеспечения деятельности медицинской организации в целом, но не потребляемые непосредственно в процессе оказания медицинской помощи.  

Положения пункта 193 Правил ОМС определяют, что в составе затрат, непосредственно связанных с оказанием медицинской помощи (медицинской услуги), учитываются следующие группы затрат: 1) затраты на оплату труда и начисления на выплаты по оплате труда работников, принимающих непосредственное участие в оказании медицинской помощи (медицинской услуги); 2) затраты на приобретение материальных запасов, потребляемых в процессе оказания медицинской помощи (медицинской услуги); 3) затраты на амортизацию основных средств (оборудование, производственный и хозяйственный инвентарь), используемых при оказании медицинской помощи (медицинской услуги); 4) иные затраты, непосредственно связанные с оказанием медицинской помощи (медицинской услуги).  

Кроме того, пунктом 195 Правил ОМС № 108н определено, что в составе затрат, необходимых для обеспечения деятельности медицинской организации в целом, помимо прочего выделяются: затраты на содержание объектов недвижимого имущества, закрепленного за медицинской организацией на праве оперативного управления или приобретенным медицинской организацией за счет средств, выделенных ей учредителем на приобретение такого имущества, а также недвижимого имущества, находящегося у медицинской организации в собственности, на основании договора аренды или безвозмездного пользования, эксплуатируемого в процессе оказания медицинской помощи (медицинской услуги) (далее - затраты на содержание недвижимого имущества); затраты на содержание объектов движимого имущества (далее - затраты на содержание движимого имущества).  

В составе затрат, непосредственно связанных с оказанием медицинской помощи (медицинской услуги), учитываются следующие группы затрат: 1) затраты на оплату труда и начисления на выплаты по оплате труда работников, принимающих непосредственное участие в оказании медицинской помощи (медицинской услуги); 2) затраты на приобретение материальных запасов, потребляемых в процессе оказания медицинской помощи (медицинской услуги); 3) затраты на амортизацию основных средств (оборудование, производственный и хозяйственный инвентарь), используемых при оказании медицинской помощи (медицинской услуги); 4) иные затраты, непосредственно связанные с оказанием медицинской помощи (медицинской услуги).  

К затратам, необходимым для обеспечения деятельности медицинской организации в целом, но не потребляемым непосредственно в процессе оказания медицинской помощи (медицинской услуги), относятся затраты, которые невозможно отнести напрямую к затратам, непосредственно связанным с оказанием медицинской помощи (медицинской услуги).  

В составе затрат, необходимых для обеспечения деятельности медицинской организации в целом, выделяются следующие группы затрат: 1) затраты на коммунальные услуги; 2) затраты на содержание объектов недвижимого имущества, закрепленного за медицинской организацией на праве оперативного управления или приобретенным медицинской организацией за счет средств, выделенных ей учредителем на приобретение такого имущества, а также недвижимого имущества, находящегося у медицинской организации в собственности, на основании договора аренды или безвозмездного пользования, эксплуатируемого в процессе оказания медицинской помощи (медицинской услуги); 3) затраты на содержание объектов движимого имущества; 4) затраты на приобретение услуг связи; 5) затраты на приобретение транспортных услуг; 6) затраты на оплату труда и начисления на выплаты по оплате труда работников медицинских организаций, которые не принимают непосредственного участия в оказании медицинской помощи (медицинской услуги) (административно-управленческого, административно-хозяйственного, вспомогательного и иного персонала, не принимающего непосредственное участие в оказании медицинской помощи (медицинской услуги); 7) затраты на амортизацию основных средств (оборудования, производственного и хозяйственного инвентаря), оборудования, непосредственно не используемого при оказании медицинской помощи (медицинской услуги); 8) прочие затраты на общехозяйственные нужды.  

Таким образом, из вышеизложенного следует, что возмещению за счет средств ОМС подлежат, в том числе - затраты на приобретение основных средств в виде медицинского обору- 

дования, применяемого в оказании медицинской помощи по ОМС, и затраты на амортизацию (не на приобретение) основных средств общехозяйственного назначения.  

Разделом II названного Порядка № 209н (пункт 10.2.8) определено, что установку (расширение) единых функционирующих систем (включая приведение в состояние, пригодное к эксплуатации), таких как: охранная, пожарная сигнализация, локально-вычислительная сеть, система видеонаблюдения, контроля доступа и иных аналогичных систем, в том числе обустройство «тревожной кнопки», а также работы по модернизации указанных систем (за исключением стоимости основных средств, необходимых для проведения модернизации и поставляемых исполнителем, расходы на оплату которых следует относить на статью 310 «Увеличение стоимости основных средств» КОСГУ) следует относить на подстатью 228 «Услуги, работы для целей капитальных вложений» статьи 220 «Оплата работ, услуг» КОСГУ.  

Пунктом 23.6 Перечня видов работ по инженерным изысканиям, по подготовке проектной документации, по строительству, реконструкции, капитальному ремонту объектов капитального строительства, которые оказывают влияние на безопасность объектов капитального строительства, утвержденного Приказом Министерства регионального развития Российской Федерации от 30.12.2009 № 624, монтаж систем автоматики и сигнализации отнесен к работам по строительству, реконструкции и капитальному ремонту.  

Указанное подтверждается также Письмом Федерального фонда обязательного медицинского страхования от 16.03.2020 № 2315/21/1846 «Об использовании средств обязательного медицинского страхования», разъяснено, что в соответствии с приказом Минфина России № 209н расходы по установке (расширению) единых функционирующих систем (включая приведение в состояние, пригодное к эксплуатации), таких как охранная, пожарная сигнализация, локально-вычислительная сеть, система видеонаблюдения, контроля доступа и иных аналогичных систем, в том числе, обустройство «тревожной кнопки», а также работы по модернизации указанных систем относятся к подстатье 228 «Услуги и работы для целей капитальных вложений» КОСГУ.  

Таким образом, оплата установки (расширения) единых функционирующих систем (включая приведение в состояние, пригодное к эксплуатации), таких как охранная, пожарная сигнализация, не осуществляется за счет средств обязательного медицинского страхования. Так, в рамках проверки представлены договоры оказания услуг, договор подряда, из которых следует, что поименованные в них работы не относятся к работам по техническому обслуживанию существующих систем, напротив, все указанные в них работы связаны с монтажом, пуско-наладкой комплекта оборудования средств передачи тревожных сообщений, а также монтажом видеокамеры.  

Таким образом, данные работы являются дооборудованием, модернизацией здания, и по своей правовой природе являются оснащением недостающими видами инженерного оборудования, относятся к расходам, связанным с проведением капитального ремонта здания и не подлежат оплате за счет средств ОМС.  

При этом, из материалов проверки следует, что в данной части установлено нарушение п. 192 Правил ОМС, поскольку средства направлены на оплату расходов непосредственно не связанных с оказанием медицинской помощи и не являющимися необходимыми для обеспечения деятельности медицинской организации.  

Статьей 10 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон № 323-ФЗ) предусмотрено, что доступность и качество медицинской помощи обеспечиваются применением порядков оказания медицинской помощи, клинических рекомендаций и стандартов медицинской помощи, оснащением медицинских организаций оборудованием для оказания медицинской помощи.  

Согласно статье 37 Федерального закона № 323-ФЗ медицинская помощь организуется и оказывается с учетом стандартов оснащения медицинской организации, ее структурных подразделений.  

Согласно части 2 статьи 37 Федерального закона № 323-ФЗ порядок оказания медицинской помощи разрабатывается по отдельным ее профилям, заболеваниям или состояниям (группам заболеваний или состояний) и включает в себя: 1) этапы оказания медицинской помощи; 2) правила организации деятельности медицинской организации (ее структурного подразделения, врача); 3) стандарт оснащения медицинской организации, ее структурных подразделений; 4) рекомендуемые штатные нормативы медицинской организации, ее структурных подразделений; 5) иные положения исходя из особенностей оказания медицинской помощи.  

Страховое обеспечение в соответствии с базовой программой ОМС устанавливается исходя из стандартов медицинской помощи и порядков оказания медицинской помощи, установленных уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 4 ст. 35 Федерального закона № 326-ФЗ).  

Таким образом, основным критерием для определения целевого или нецелевого использования средств ОМС при осуществлении расходов медицинской организацией является потребность обеспечения деятельности медицинской организации в целом при реализации территориальной программы ОМС.  

Положения приказа Минздрава России от 12.11.2012 № 901н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «травматология и ортопедия», приказа Минздрава России от 15.11.2012 № 931н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «нейрохирургия», приказа Минздрава России от 15.11.2012 № 919н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «анестезиология и реаниматология» не содержат требований об оснащении соответствующих видеорегистраторов и видеокамер, систем видеонаблюдения.  

Таким образом, расходы, понесенные медицинской организацией на приобретение спорного оборудования, не относятся к затратам, являющимся необходимыми и обязательными для оказания БСМП медицинской помощи по ОМС. Доказательств того, что учреждение не может оказывать медицинскую помощь по ОМС застрахованным лицам и без наличия систем видеонаблюдения не представлено. Кроме того, из представленной пояснительной записки следует, что учреждение приобрело видеокамеры для установки в гардеробе, администрации, лифте, хозяйственном блоке, между тем, осуществление данного контроля не предусмотрено нормативными правовыми актами, не имеет отношения к оказанию медицинской помощи по ОМС и не влияет на качество оказания медицинской помощи по ОМС. Доказательств того, что приобретенные видеокамеры использовались для оказания медицинской помощи ОГАУЗ «БСМП» не представлено.  

Доводы о том, что установка видеокамер необходима для осуществления контроля качества и безопасности медицинской деятельности, проводимым в соответствии с приказом Минздрава России от 31.07.2020 № 785н «Об утверждении Требований к организации и проведению внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности» (далее - Приказ № 785н), суд находит необоснованными.  

Как следует из акта проверки, видео-оборудование приобреталось, начиная с 2017 года, а Приказ № 785н вступил в силу только 01.01.2021 и не содержит положений о том, что его действие распространяется на правоотношения, возникшие до вступления его в законную силу. Положения Приказа № 785н не содержат требований, связанных с обязательным оснащением и/или использованием видеокамер медицинской организацией для осуществления внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности в медицинской организации.  

Кроме того, законодательством в сфере ОМС предусмотрен контроль качества медицинской помощи исключительно территориальными фондами ОМС и страховыми медицинскими организациями в соответствии с законодательством Российской Федерации об обязательном медицинском страховании, соответственно, источником финансирования таких расходов медицинских организации не могут быть средства ОМС.  

Порядок проведения контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию застрахованным лицам, а также ее финансового обеспечения регламентирован приказом Минздрава России от 19.03.2021 № 231 н (далее - Приказ № 231н), при его проведении исследуются и проверяются первичная медицинская документация и учетно-отчетная документация медицинской организации, а не записи с камер видеонаблюдения. Согласно условиям порядка оплаты медицинской помощи по ОМС (Правила ОМС, утвержденные приказом Минздрава России от 28.02.2019 № 108н) и условиям договоров в сфере ОМС медицинская организация получает оплату за оказанную медицинскую помощь по ОМС с учетом контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи по ОМС (т.е. сумма средств ОМС, получаемых медицинской организацией за медицинскую помощь, учитывает удержание/штрафы за допущенные нарушения при оказании медицинской помощи).  

При этом, территориальная программа ОМС обеспечение безопасности оказания медицинской помощи и внутреннего контроля качества оказания медицинской помощи, организуемого медицинской организацией, не предусматривает.  

Федеральным законом от 28.12.2010 № 390-ФЗ «О безопасности» определены основные принципы и содержание деятельности по обеспечению безопасности государства, общественной безопасности, экологической безопасности, безопасности личности, иных видов безопасности, предусмотренных законодательством Российской Федерации. В частности, предусмотрено, что основными принципами обеспечения безопасности являются системность и комплексность применения федеральными органами государственной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, другими государственными органами, органами местного самоуправления политических, организационных, социально- экономических, информационных, правовых и иных мер обеспечения безопасности. Комплекс мер по обеспечению безопасности включает в себя меры по антитеррористической защищенности.  

Положения «ГОСТ Р 59588-2021. Национальный стандарт Российской Федерации. Обеспечение безопасности медицинских организаций. Оказание охранных услуг на объектах медицинских организаций. Общие требования» о том, что охрана объекта медицинской организации включает в себя обеспечение проведения мероприятий по антитеррористической защищенности, указанный вывод также подтверждают.  

Подпунктом «б» пункта 16 Постановления № 8 предусмотрено, что в целях обеспечения необходимой степени антитеррористической защищенности объектов (территорий) независимо от присвоенной им категории осуществляются мероприятия по оборудованию системой видеонаблюдения, позволяющей с учетом количества устанавливаемых камер и мест их размещения обеспечивать непрерывное видеонаблюдение потенциально опасных участков и критических элементов объекта (территории), архивирование и хранение данных.  

В соответствии с подпунктами 1, 7 части 2 статьи 5.1 Федерального закона от 06.03.2006 № 35-ФЗ «О противодействии терроризму» высший исполнительный орган государственной власти субъекта Российской Федерации организует разработку и реализацию мер, а также государственных программ субъекта Российской Федерации в области профилактики терроризма, минимизации и ликвидации последствий его проявлений и организует выполнение юридическими и физическими лицами требований к антитеррористической защищенности объектов (территорий), находящихся в собственности субъекта Российской Федерации или в ведении органов государственной власти субъекта Российской Федерации.  

Положения пункта 96 части 1 статьи 44 Федерального закона от 21.12.2021 № 414-ФЗ «Об общих принципах организации публичной власти в субъектах Российской Федерации» (далее - Федеральный закон № 414-ФЗ) предусматривают, что осуществление на территории субъекта Российской Федерации мероприятий по предупреждению терроризма и экстремизма, минимизации их последствий, отнесено к полномочиям органов государственной власти субъекта Российской Федерации.  

Согласно части 1 статьи 42 Федерального закона № 414-ФЗ полномочия органов государственной власти субъекта Российской Федерации по предметам совместного ведения осуществляются данными органами за счет средств бюджета субъекта Российской Федерации.  

Действовавший в проверяемом периоде Федеральный закон от 06.10.1999 № 184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» предусматривал нормы аналогичного содержания.  

Учитывая изложенное, мероприятия по предупреждению терроризма не подлежат финансированию за счет средств ОМС и производятся за счет иных источников бюджетного финансирования. Целью обязательного медицинского страхования является обеспечение гарантий оказания медицинской помощи застрахованным лицам при наступлении страхового случая, а не обеспечение всех нужд и потребностей медицинских организаций за счет средств ОМС.  

Учитывая изложенное, финансовое обеспечение расходов по приобретению и установке видеокамер не может быть осуществлено за счет средств ОМС.  

Позиция ТФОМС Томской области подтверждается Постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 12.10.2023 по делу № А73-6870/2023; Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 14.05.2020 по делу № А13-9925/2019, Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 03.11.2022 по делу № А18-1558/2021.  

Кроме того, Постановлением Правительства Российской Федерации от 13.01.2017 № 8 «Об утверждении требований к антитеррористической защищенности объектов (территорий) Министерства здравоохранения Российской Федерации и объектов (территорий), относящихся к сфере деятельности Министерства здравоохранения Российской Федерации, и формы паспорта безопасности этих объектов (территорий)» установлены требования к антитеррористической защищенности объектов сферы здравоохранения, но не определены источники финансирования данных мероприятий.  

Согласно пункту 42 Концепции противодействия терроризму в Российской Федерации, утвержденной Президентом Российской Федерации 05.10.2015, расходы на финансирование мероприятий в области противодействия терроризму определяются каждым субъектом Российской Федерации и органом местного самоуправления за счет средств своих бюджетов.  

Разделом XII «Методика расчета тарифов на оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию» Правил ОМС использование средств ОМС на оплату расходов, связанных с проведением мероприятий по антитеррористической защищенности, не предусмотрено.  

Таким образом, оплата расходов на проведение мероприятий по антитеррористической защищенности не может быть осуществлена за счет средств ОМС.  

Также суд отмечает, что вопросы организации и проведения внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности в медицинской организации не относятся к контролю качества медицинской помощи, проводимого территориальными фондами ОМС и страховыми медицинскими организациями в соответствии с законодательством Российской Федерации об обязательном медицинском страховании, соответственно, источником финансирования таких расходов не могут быть средства ОМС. Порядок проведения контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию застрахованным лицам, а также ее финансового обеспечения регламентирован приказом Минздрава России от 19.03.2021 № 231н. Приобретение и установка видеокамер для осуществления указанного контроля не требуется.  

Согласно части 1 статьи 30 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон № 326-ФЗ), пункту 186 Правил обязательного медицинского страхования, утвержденных приказом Минздрава России от 28.02.2019 № 108н (далее - Правила ОМС), тарифы на оплату медицинской помощи рассчитываются в соответствии с методикой расчета тарифов на опла- 

ту медицинской помощи, утвержденной уполномоченным федеральным органом исполнительной власти в составе правил обязательного медицинского страхования, и включают в себя статьи затрат, установленные территориальной программой ОМС.  

Данная структура тарифа на оплату медицинской помощи приведена в разрезе закрытого перечня видов расходов, на которые медицинские организации имеют право направлять средства ОМС, полученные за оказанную медицинскую помощь.  

При этом положения территориальной программы ОМС вопросы обеспечения безопасности оказания медицинской помощи и внутреннего контроля качества оказания медицинской помощи, организуемого медицинской организацией, не предусматривают. Расходы, понесенные медицинской организацией на приобретение спорного оборудования, не относятся к затратам, являющимся необходимыми и обязательными для оказания медицинской помощи по ОМС.  

Согласно пункту 203 Правил ОМС № 108н в состав затрат на содержание объектов недвижимого имущества могут быть включены затраты на эксплуатацию системы охранной сигнализации и противопожарной безопасности. Пунктом 204 Правил ОМС № 108н предусмотрено включение в состав затрат на содержание объектов движимого имущества только затрат на техническое обслуживание и текущий ремонт движимого имущества.  

В соответствии с приказом Минфина России от 29.11.2017 № 209н «Об утверждении Порядка применения классификации операций сектора государственного управления» расходы по установке (расширению) единых функционирующих систем (включая приведение в состояние, пригодное к эксплуатации), таких как охранная, пожарная сигнализация, локально-вычислительная сеть, система видеонаблюдения, контроля доступа и иных аналогичных систем, в том числе обустройство «тревожной кнопки», а также работы по модернизации указанных систем относятся к подстатье 228 «Услуги и работы для целей капитальных вложений» КОСГУ.  

Таким образом, направление средств ОМС на оплату расходов, непосредственно не связанных с оказанием медицинской помощи и не являющихся необходимыми для обеспечения деятельности медицинской организации в сфере ОМС, является нецелевым использованием средств ОМС, подлежащим восстановлению.  

Относительно выявленного факта нецелевого использования средств ОМС, заключающегося в направлении средств ОМС на выплату материальной помощи- средства, направленные на оплату расходов, не включенных в структуру тарифа на оплату медицинской помощи, оказываемой в рамках областной Программы ОМС, а также непосредственно не связанных с оказанием медицинской помощи и не являющихся необходимыми для обеспечения деятельности медицинской организации в сфере ОМС (выплата работникам материальной помощи), суд приходит к следующим выводам.  

В соответствии с частью 7 статьи 35 Федерального закона № 326-ФЗ структура тарифа на оплату медицинской помощи по ОМС включает в себя, в том числе, расходы на заработную плату.  

Согласно части 1 статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).  

Из письма Минтруда России от 28.09.2020 № 14-1/ООГ-15412 «Об установлении дополнительного материального стимулирования работников в виде выплаты материальной помощи» следует, что материальная помощь является выплатой социального характера и в состав заработной платы не входит.  

Пунктом 26 Положения о системе оплаты труда руководителей, их заместителей и главных бухгалтеров областных государственных автономных, казенных и бюджетных учреждений, утвержденного постановлением Администрации Томской области от 08.08.2012 № 303а (далее - Положение № 303а), предусмотрено, что из фонда оплаты труда работников учреждения руководителю учреждения, его заместителям и главному бухгалтеру по их письменному заявлению может оказываться материальная помощь.  

При этом, согласно пункту 27 Положения № 303а материальная помощь не является составной частью заработной платы руководителей, их заместителей и главных бухгалтеров учреждений.  

Согласно пункту 30 областной Программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на территории Томской области на 2019 год и на плановый период 2020 и 2021 годов, утвержденной постановлением Администрации Томской области от 29.12.2018 № 508а, пункту 31 областной Программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на территории Томской области на 2020 год и на плановый период 2021 и 2022 годов, утвержденной постановлением Администрации Томской области от 26.12.2019 № 495а, пункту 31 областной Программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на территории Томской области на 2021 год и на плановый период 2022 и 2023 годов, утвержденной постановлением Администрации Томской области от 30.12.2020 № 644а, структура тарифа на оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию не включает в себя затраты на материальную помощь.  

В соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 16 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» и пункта 21 части 2 статьи 26.3 Федерального закона от 06.10.1999 № 184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» (действ, в спорный период) решение вопросов по организации оказания населению всех видов медицинской помощи в медицинских организациях, подведомственных исполнительным органам государственной власти субъекта Российской Федерации осуществляется органами государственной власти субъекта Российской Федерации самостоятельно за счет средств бюджета субъекта Российской Федерации.  

Структура тарифа на оплату медицинской помощи включает в себя, в том числе, расходы на заработную плату (часть 7 статьи 35 Федерального закона № 326-ФЗ). Вместе с тем, спорные выплаты являются дополнительной социальной гарантией, не предусмотренной законодательством Российской Федерации, и не являются вознаграждением за труд, так как не зависят от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы.  

Учитывая изложенное, направление средств ОМС на оплату расходов, не включенных в структуру тарифа на оплату медицинской помощи, оказываемой в рамках областной Программы ОМС, а также непосредственно не связанных с оказанием медицинской помощи и не являющихся необходимыми для обеспечения деятельности медицинской организации в сфере ОМС, является нецелевым использованием средств ОМС, подлежащим восстановлению.  

Указанная позиция нашла отражение в Постановлении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 06.07.2021 № Ф04-3906/2021 по делу № А03-10489/2019 (Определением Верховного Суда РФ от 01.11.2021 № 304-ЭС21-19590 в передаче дела в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ отказано); Определении Верховного Суда РФ от 05.02.2024 № 306-ЭС23-20466 по делу № А12-25145/2022; решением Арбитражного суда Амурской области от 24.11.2023 по делу № А04-9490/2023; решении Арбитражного суда Томской области от 12.08.2022 по делу № А67-5023/2022; решении Арбитражного суда Томской области от 07.06.2022 по делу № А67-3610/2022.  

Кроме этого, Фондом при проверке первичных учетных документов, подтверждающих выполнение условий договоров и контрактов на поставку кислорода для лечения пациентов с инфекционным заболеванием, вызванным новой коронавирусной инфекцией COVID-19,  

установлено, что в нарушение требований статьи 13 Федерального закона от 12.04.2010 № 61-ФЗ «Об обращении лекарственных средств» (далее - Закон № 61-ФЗ), согласно которой в Российской Федерации государственной регистрации подлежат: все лекарственные препараты, впервые подлежащие вводу в обращение в Российской Федерации; лекарственные препараты, зарегистрированные ранее, но произведенные в других лекарственных формах в соответствии с перечнем наименований лекарственных форм, в новой дозировке при доказательстве ее клинической значимости и эффективности; новые комбинации зарегистрированных ранее лекарственных препаратов, а также в нарушение Государственного стандарта СССР «ГОСТ 5583-78 (ИСО 2046-73) Межгосударственный стандарт. Кислород газообразный технический и медицинский. Технические условия», утверждённый постановлением Государственного комитета стандартов Совета Министров СССР от 26.05.1978 № 1419, в соответствии с которыми, каждая партия газообразного технического и медицинского кислорода, а также каждый баллон или моноблок-контейнер медицинского кислорода должны сопровождаться документом о качестве, содержащим номер регистрационного удостоверения (Р.70/626/43) согласно Государственному реестру лекарственных средств, БСМП для лечения пациентов с инфекционным заболеванием, вызванным новой коронавирусной инфекцией COVID-19, приобретала кислород у АО «Византия», у которого отсутствует регистрационное удостоверение.  

Кроме того, лицензия на производство лекарственных средств для медицинского применения была получена АО «Византия» 10.08.2021 № 00519-ЛС. Ранее лицензия на производство лекарственных средств для медицинского применения у АО «Византия» отсутствовала.  

Согласно письму Росздравнадзора от 29.01.2021 № 01 и-108/21 «О практических рекомендациях по эксплуатации газифицированных систем обеспечения кислородом медицинских учреждений здравоохранения» применение в медицинских целях кислорода, производимого по техническим требованиям, не зарегистрированного в Российской Федерации, не внесенного в Государственный реестр лекарственных средств, является нарушением действующего законодательства.  

Учитывая изложенное, кислород, не зарегистрированный в Российской Федерации и не внесенный в Государственный реестр лекарственных средств, не может считаться лекарственным препаратом и применяться в медицинских целях.  

Кассовые расходы средств ОМС на приобретение кислорода для лечения пациентов с инфекционным заболеванием, вызванным новой коронавирусной инфекцией COVID-19, соста-вили 11 122 600,00 руб. (в том числе в 2020 году - 2 496 800,00 руб., в 2021 году - 8 283 300,00 руб., в 2022 году - 342 500,00 руб.).  

Таким образом, фонд пришел к выводу о том, что направление средств ОМС в сумме 11 122 600,00 руб. на приобретение кислорода, не зарегистрированного в Российской Федерации, не внесенного в Государственный реестр лекарственных средств, является нецелевым использованием средств ОМС, подлежащим восстановлению.  

Заявитель, с указанными выводами не согласился, указав, что средства, направленные на приобретение кислорода, не зарегистрированного в Российской Федерации и не внесенного в Государственный реестр лекарственных средств, в нарушение статьи 13 Федерального закона от 12.04.2010 № 61-ФЗ «Об обращении лекарственных средств» и требований Государственного стандарта СССР ГОСТ 5583-78 (ИСО 2046-73) «Кислород газообразный технический и медицинский. Технические условия», утвержденного постановлением Государственного комитета стандартов Совета Министров СССР от 26.05.1978 № 1419, не подлежат восстановлению в ТФОМС Томской области.  

В 2020 - 2022 годах в связи с функционированием на территории медицинской организации с 10.10.2020 - 24.03.2021, 07.07.2021 - 03.09.2021, с 29.10.2021 - 30.12.2021 временного структурного подразделения (респираторный госпиталь) в количестве 180 коек стационара круглосуточного пребывания, по причине необходимости лечения пациентов с новой коронавирусной инфекцией COVID-19, ОГАУЗ «БСМП» за счет средств ОМС приобретался кислород у АО «Византия».  

Так согласно пояснениям заявителя, на основании распоряжения ДЗТО № 1047 от 07.10.2020, ОГАУЗ «БСМП» с 10.10.2020 было перепрофилировано в респираторный госпи-таль (180 коек). Закрытие респираторного госпиталя произведено на основании распоряжения ДЗТО № 330 от 16.03.2021: 1 этап – с 16.03.2021, 2 этап – с 24.03.2021. Работа по основному профилю с 14.04.2021. Итого период перепрофилирования: 10.10.2020 – 13.04.2021, заключены Договоры № 385 от 10.11.2020, № 313 от 18.01.2021. На основании распоряжения ДЗТО № 783 от 05.07.2021, ОГАУЗ «БСМП» с 07.07.2021 было второй раз перепрофилировано в респираторный госпиталь (180 коек). Закрытие респираторного госпиталя произведено на основании распоряжения ДЗТО № 982 от 30.08.2021, с 03.09.2021. Работа по основному профилю с 06.09.2021. Итого период перепрофилирования: 07.07.2021 – 05.09.2021. Заключены Договоры № 448 от 07.07.21, № 483 от 27.07.21. На основании распоряжения ДЗТО № 1185 от 25.10.2021, ред. № 1203 от 28.10.2021, ОГАУЗ «БСМП» с 29.10.2021 было третий раз перепрофилировано в респираторный госпиталь (180 коек). Закрытие респираторного госпиталя произведено на основании распоряжения ДЗТО № 1486 от 21.12.2021, с 30.12.2021. Работа по основному профилю с 31.12.2021. Итого период перепрофилирования: 29.10.21 - 30.12.2021, договоры не заключались (введен в действие свой концентратор).  

Судом установлено, что число баллонов кислорода, приобретенных у АО «Византия» в период 2020-2022 гг. – 24 755 шт. В соответствии с Актом проверки на приобретение кислорода у АО «Византия» израсходовано средств ОМС в сумме 11 122 600,00 рублей (в том числе, в 2020 году – 2 496 800,00 рублей., в 2021 г. – 8 283 300,00 рублей, в 2022 г. – 342 500,00 рублей).  

Исследовав доводы сторон, суд отмечает следующее. 

Согласно части 7 статьи 35 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ в рамках базовой программы ОМС структура тарифа на оплату медицинской помощи включает в себя, в том числе, расходы приобретение расходных материалов и прочих материальных запасов.  

В соответствии с пунктом 192 Правил обязательного медицинского страхования, утвержденных приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 28.02.2019 № 108н, в расчет тарифов включаются затраты медицинской организации, непосредственно связанные с оказанием медицинской помощи (медицинской услуги) и потребляемые в процессе ее предоставления, и затраты, необходимые для обеспечения деятельности медицинской организации в целом, но не потребляемые непосредственно в процессе оказания медицинской помощи (медицинской услуги).  

В соответствии с пунктом 193 Правил обязательного медицинского страхования, утвержденных приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 28.02.2019 № 108н в составе затрат, непосредственно связанных с оказанием медицинской помощи (медицинской услуги), учитываются затраты на приобретение материальных запасов, потребляемых в процессе оказания медицинской помощи (медицинской услуги), а также иные затраты, непосредственно связанные с оказанием медицинской помощи (медицинской услуги).  

В соответствии с пунктом 197 Правил обязательного медицинского страхования, утвержденных приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 28.02.2019 № 108н, затраты на материальные запасы определяются исходя из нормативных объемов потребления материальных запасов или фактических объемов потребления материальных запасов за прошлые годы в натуральном или стоимостном выражении и включают в себя затраты на приобретение материальных запасов, непосредственно используемых для оказания медицинской помощи (медицинской услуги).  

Учитывая изложенное, суд признает обоснованным довод о том, что средства, направленные на приобретение кислорода, используемого в последующем в деятельности, связанной с оказанием медицинской помощи пациентам в рамках деятельности по ОМС, включаются в структуру тарифов в системе обязательного медицинского страхования.  

Из материалов дела следует, что закупаемый кислород непосредственно использовался с оказанием медицинской помощи (медицинской услуги). Данный факт ТФОМС ТО не оспаривается, доказательств обратного в материалы дела не представлено.  

В ходе судебного разбирательства установлено, что предметом всех контрактов (договоров), заключенных учреждением с АО «Византия» является поставка кислорода газообразного соответствующего ГОСТ 5583-78 в баллонах 6,2 м3 ГОСТ 5583-78 «Кислород газообразный технический и медицинский. Технические условия» (утв. постановлением Государственного комитета стандартов Совета Министров СССР от 26 мая 1978 г. № 1419), который содержит технические требования к кислороду (нормы физико-химических показателей газообразного технического и медицинского кислорода). Соответствие кислорода газообразного, поставляемого АО «Византия» для ОГАУЗ «БСМП», нормам физико-химических показателей для медицинского кислорода подтверждалось паспортами качества на каждую партию кислорода.  

При этом, само по себе отсутствие лицензии у АО «Византия» (поставщика кислорода) в определенный период не является безусловным доказательством того, что поставляемый кислород не соответствовал физико-химическим показателям и иным требованиям, предъявляемым для кислорода, используемого в медицинской деятельности, в том числе, учитываемого в качестве материальных запасов. В материалы дела доказательств того, что поставляемый АО «Византия» кислород по своим характеристикам являлся техническим, в материалы дела не представлено.  

При этом, суд обращает внимание, что предметом проверки фонда являлось не соблюдение требований при оказании медицинских услуг, а правомерность использования средств ОМС соответствующей организацией.  

Как было указано выше, качество поставляемого кислорода, используемого в целях оказания медицинской помощи пациентам с инфекционным заболеванием, вызванным новой коронавирусной инфекцией COVID-2019, подтверждалось паспортами качества, предоставляемыми поставщиком на каждую партию товара. Технические характеристики поставляемого кислорода по качеству полностью соответствовали характеристикам медицинского кислорода, установленным Государственным стандартом СССР ГОСТ 5583-78 (ИСО 2046-73) «Кислород газообразный технический и медицинский. Технические условия».  

В соответствии с представленными паспортами качества, кислород, поставляемый АО «Византия», отвечал техническим условиям. Дополнительно в паспортах качества указаны условия упаковки (данные о баллонах), а также то, что баллоны оборудованы вентилем и устройством контроля первого вскрытия. Указано, что маркировка в соответствии с НД (нормативной документацией). Все баллоны при поставке были синего цвета с маркировкой «Медицинский кислород».  

На паспортах качества, выдаваемых до августа 2021 г. АО «Византия» указывалось, что лицензия Министерства промышленности и торговли Российской Федерации на осуществление деятельности по производству лекарственных средств на проверке. Лицензия на производство лекарственных средств (медицинского кислорода) № 00519-ЛС была получена АО «Византия» 10.08.2021 г. После этого соответствующее указание на лицензию включалось в паспорта качества на поставляемый кислород газообразный медицинский.  

При этом, качество поставляемого кислорода до и после получения АО «Византия» лицензии являлось идентичным, что подтверждается соответствующими документами, предоставленными поставщиком и предоставленными ОГАУЗ «БСМП» в рамках проводимой проверки для сотрудников ТФОМС Томской области (паспорта качества за 2020 - 2021 г., в том числе, за период до получения АО «Византия» лицензии).  

Информация обо всех заключенных ОГАУЗ «БСМП» контрактах (договорах) на поставку кислорода размещена в реестре контрактов, заключенных заказчиками, в Единой информационной системе в сфере закупок. Предметом всех контрактов (договоров), заключенных с АО «Византия» являлась поставка кислорода газообразного соответствующего ГОСТ 5583-78 в баллонах 6,2 м3.  

Как было указано выше, представители учреждения настаивали, что ОГАУЗ «БСМП» действовало в условиях непреодолимой силы (вынужденно, отсутствует вина), при этом руководствовалось документами, принятыми на заседаниях штаба по оперативному реагирова- 

нию по предупреждению распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-2019) на территории Томской области, в которых было указано о необходимости закупки кислорода (без указания требований о наличии лицензии и регистрационного удостоверения) у конкретного поставщика - АО «Византия» (ИНН 

<

***>), как резервного поставщика. При этом, цель использования указанного кислорода также была прямо обозначена в указанных протоколах - для нужд медицинской организации при лечении пациентов с инфекционным заболеванием, вызванным новой коронавирусной инфекцией COVID-2019.  

Как было указано выше, в соответствии с п.1 ст. 306.4 БК РФ нецелевым использованием бюджетных средств признаются направление средств бюджета бюджетной системы Российской Федерации и оплата денежных обязательств в целях, не соответствующих полностью или частично целям, определенным законом (решением) о бюджете, сводной бюджетной росписью, бюджетной росписью, лимитами бюджетных обязательств, бюджетной сметой, договором (соглашением) либо правовым актом, являющимся основанием для предоставления указанных средств.  

Применительно к рассматриваемым отношениям, арбитражный суд делает вывод о том, что нецелевое использование бюджетных средств (в том числе, средств ОМС) представляет собой юридическое правонарушение, которое обладает всем признаками данного противоправного деяния. При этом, как было указано выше, санкция за данное нецелевое использование предусмотрена в п.9 ст. 39 Федерального закона № 326-ФЗ, согласно которой за использование не по целевому назначению медицинской организацией средств, перечисленных ей по договору на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, медицинская организация уплачивает в бюджет территориального фонда штраф в размере 10 процентов от суммы нецелевого использования средств и пени в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день предъявления санкций, от суммы нецелевого использования указанных средств за каждый день просрочки.  

Согласно пояснениям представителя учреждения, ОГАУЗ «БСМП», приобретая за счет средств ОМС кислород для оказания медицинской помощи пациентам с новой коронавирусной инфекцией, действовало в условиях непреодолимой силы. Таким образом, отсутствуют основания для применения ответственности в виде требования о восстановлении нецелевым образом израсходованных средств, применения иных финансовых санкций.  

Как следует из ответа на вопрос 7 «Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1» утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 21.04.2020 - Возможно ли признание эпидемиологической обстановки, ограничительных мер или режима самоизоляции обстоятельствами непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401 ГК РФ) или основанием прекращения обязательства в связи с невозможностью его исполнения (статья 416 ГК РФ), в том числе в связи с актом государственного органа (статья 417 ГК РФ), а если возможно - то при каких условиях? - было указано следующее.  

Пунктами 1 и 3 статьи 401 ГК РФ установлены различия между гражданами и лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, в основаниях освобождения от ответственности за нарушение обязательств. Граждане могут быть освобождены от ответственности за нарушение обязательств при отсутствии вины, то есть в ситуации, когда гражданин при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, принял все меры для надлежащего исполнения обязательства (пункт 1 статьи 401 ГК РФ).  

В соответствии с пунктом 3 статьи 401 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.  

Таким образом, статья 401 ГК РФ устанавливает критерии, при которых то или иное обстоятельство может быть признано обстоятельством непреодолимой силы.  

Верховным Судом Российской Федерации в постановлении Пленума от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» дано толкование содержащемуся в ГК РФ понятию обстоятельств непреодолимой силы.  

Так, в пункте 8 названного Постановления разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 401 ГК РФ для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный, непредотвратимый при данных условиях и внешний по отношению к деятельности должника характер. Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях. Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотврати- мым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий, т.е. одной из характеристик обстоятельств непреодолимой силы (наряду с чрезвычайностью и непредотвратимостью) является ее относительный характер. Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей.  

Из приведенных разъяснений следует, что признание распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным для всех категорий должников, независимо от типа их деятельности, условий ее осуществления, в том числе, региона, в котором действует организация, в силу чего существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учетом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и т.д.).  

Применительно к нормам статьи 401 ГК РФ обстоятельства, вызванные угрозой распространения новой коронавирусной инфекции, а также принимаемые органами государственной власти и местного самоуправления меры по ограничению ее распространения, в частности, установление обязательных правил поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации, запрет на передвижение транспортных средств, ограничение передвижения физических лиц, приостановление деятельности предприятий и учреждений, отмена и перенос массовых мероприятий, введение режима самоизоляции граждан и т.п., могут быть признаны обстоятельствами непреодолимой силы, если будет установлено их соответствие названным выше критериям таких обстоятельств и причинная связь между этими обстоятельствами и неисполнением обязательства.  

В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что наступление обстоятельств непреодолимой силы само по себе не прекращает обязательство должника, если исполнение остается возможным после того, как они отпали. Кредитор не лишен права отказаться от договора, если вследствие просрочки, объективно возникшей в связи с наступлением обстоятельств непреодолимой силы, он утратил интерес в исполнении. При этом должник не отвечает перед кредитором за убытки, причиненные просрочкой исполнения обязательств вследствие наступления обстоятельств непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401, пункт 2 статьи 405 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Если обстоятельства непреодолимой силы носят временный характер, то сторона может быть освобождена от ответственности на разумный период, когда обстоятельства непреодолимой силы препятствуют исполнению обязательств стороны.  

Таким образом, если иное не установлено законами, для освобождения от ответственности за неисполнение своих обязательств сторона должна доказать: а) наличие и продолжитель- 

ность обстоятельств непреодолимой силы; б) наличие причинно-следственной связи между возникшими обстоятельствами непреодолимой силы и невозможностью либо задержкой исполнения обязательств; в) непричастность стороны к созданию обстоятельств непреодолимой силы; г) добросовестное принятие стороной разумно ожидаемых мер для предотвращения (минимизации) возможных рисков.  

При рассмотрении вопроса об освобождении от ответственности вследствие обстоятельств непреодолимой силы могут приниматься во внимание соответствующие документы (заключения, свидетельства), подтверждающие наличие обстоятельств непреодолимой силы, выданные уполномоченными на то органами или организациями.  

Если указанные выше обстоятельства, за которые не отвечает ни одна из сторон обязательства и (или) принятие актов органов государственной власти или местного самоуправления привели к полной или частичной объективной невозможности исполнения обязательства, имеющей постоянный (неустранимый) характер, данное обязательство прекращается полностью или в соответствующей части на основании статей 416 и 417 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Кроме этого, анализ норм Бюджетного кодекса РФ позволяет сделать вывод о том, что в данном документе не определена необходимость установления вины правонарушителя при применении в его отношении мер принуждения за нарушение бюджетного законодательства.  

Между тем, согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, в целях обеспечения выполнения публичной обязанности и возмещения ущерба, понесенного казной в результате ее неисполнения, законодатель вправе устанавливать меры принуждения в связи с несоблюдением законных требований государства. Такие меры могут быть как правовосстановитель- ными, обеспечивающими исполнение налогоплательщиком его конституционной обязанности по уплате налогов, то есть погашение недоимки и возмещение ущерба от несвоевременной и неполной уплаты налога, так и штрафными, возлагающими на нарушителей дополнительные выплаты в качестве меры ответственности (наказания). При этом в выборе принудительных мер законодатель ограничен требованиями справедливости, соразмерности и иными конституционными и общими принципами права. Санкции штрафного характера должны отвечать вытекающим из Конституции требованиям справедливости и соразмерности. Принцип соразмерности, выражающий требования справедливости, предполагает установление публично-правовой ответственности лишь за виновное деяние и ее дифференциацию в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания. Указанные принципы привлечения к ответственности в равной мере относятся к физическим и юридическим лицам (Постановление Конституционного Суда РФ от 15 июля 1999 г. № 11-П).  

В Определении Конституционного Суда РФ от 5 ноября 2003 г. № 349-О разъяснено, что по смыслу ст. 55 (ч. 3) Конституции исходя из общих принципов права введение ответственности за административное правонарушение и установление конкретной санкции, ограничивающей конституционное право, должно отвечать требованиям справедливости, быть соразмерным конституционно закрепленным целям и охраняемым законным интересам, а также характеру совершенного деяния. Аналогичная правовая позиция отражена и в Постановлении Конституционного Суда РФ от 25 февраля 2014 г. № 4-П.  

Вышеизложенные правовые позиции Конституционного Суда РФ имеют универсальный характер и, следовательно, основополагающее значение также и при рассмотрении судами споров, связанных с привлечением к ответственности за нарушения законодательства об обязательном медицинском страховании.  

Как было указано выше, по своей правовой природе штрафная санкция, предусмотренная частью 9 статьи 39 Федерального закона № 326-ФЗ, представляет собой вид финансовой ответственности за совершение правонарушения и носит публично-правовой характер, что прямо следует из положений статьи 5 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» и статей 4, 5, 19, 27 Феде- 

рального закона от 16.07.1999 № 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования».  

В таком случае необходимость установления судом всех признаков (объективных и субъективных) вменяемого состава правонарушения является единственным и достаточным основанием для привлечения к лица к юридической, в данном случае финансовой, ответственности. В этой связи, по мнению суда, заслуживают внимания доводы учреждения о том, что приобретение кислорода в рассматриваемый период за счет средств ОМС были вынужденной неотложной мерой, вызванной тем, что учреждение в спорный период являлось стационаром для лечения COVID-19.  

Согласно части 6 статьи 13 АПК РФ в случаях, если спорные отношения прямо не урегулированы Федеральным законом и другими нормативными правовыми актами или соглашением сторон и отсутствует применимый к ним обычай делового оборота, к таким отношениям, если это не противоречит их существу, арбитражные суды применяют нормы права, регулирующие сходные отношения (аналогия закона), а при отсутствии таких норм рассматривают дела исходя из общих начал и смысла федеральных законов и иных нормативных правовых актов (аналогия права).  

С учетом того, что ни нормы бюджетного законодательства, ни положения Федерального закона № 326-ФЗ не регламентируют принципы ответственности при установлении признаков состава правонарушения, носящего публично-правовой характер, суд апелляционной инстанции полагает необходимым применить аналогию права. В данном случае - нормы Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, определяющие общие положения публично-правовой ответственности в за совершение административных правонарушений, носящей схожий правовой характер.  

Согласно ст. 2.7 КоАП РФ не является административным правонарушением причинение лицом вреда охраняемым законом интересам в состоянии крайней необходимости, то есть для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или других лиц, а также охраняемым законом интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена иными средствами и если причиненный вред является менее значительным, чем предотвращенный вред.  

Анализ данной нормы позволяет выделить следующие признаки крайней необходимости: - наличие опасности, непосредственно угрожающей интересам граждан или государства; - невозможность устранения опасности иными средствами, чем причинение вреда; - причиненный вред меньше предотвращенного вреда. Состояние крайней необходимости возникает, когда имеется действительная, реальная, а не мнимая угроза. В данном случае происходит столкновение двух интересов: угроза причинения вреда одним правоохранительным интересам устраняется путем причинения вреда, хотя и меньшего, другим.  

По смыслу ст. 2.7 КоАП РФ опасность, угрожающая личности и иным интересам, должна быть реальной, а не мнимой и не предполагаемой; действия, совершаемые в обстановке крайней необходимости, по времени должны совпадать с реально существующей угрозой причинения вреда; опасность не могла быть устранена иными средствами; действия, квалифицируемые как административное правонарушение - единственное, что могло бы привести к устранению опасности.  

По мнению арбитражного суда, эпидемия COVID-19 создала реальную опасность, непосредственно угрожающую интересам граждан, общества и государства, и требовала принятия экстренных и экстраординарных мер в целях спасения жизней граждан и предотвращения большего ущерба в социальной, экономической и политической сферах деятельности государства.  

Согласно пояснениям учреждения (и фондом не опровергнуто), что в спорный период финансирование учреждения из бюджета субъекта Российской Федерации на рассматриваемые цели отсутствовало. Следовательно, в данном конкретном случае учреждение действовало вынужденно, обеспечивая больных COVID-19 кислородом в целях спасения жизней лиц,  

находящихся в стационаре, и не имея возможности устранения опасности иными средствами, в ситуации, не терпящей отлагательства.  

Кроме этого, ТФОМС Томской области в обоснование правомерности выводов, отраженных в Акте № 13-2023 от 28.07.2023г. указал, что кислород, не зарегистрированный в Российской Федерации и не внесенный в Государственный реестр лекарственных средств, не может считаться лекарственным препаратом и применяться в медицинских целях, и, как следствие о том, что направление средств ОМС в сумме 11 122 600 руб. (в том числе, в 2020 году – 2 496 800 руб., в 2021 году – 8 283 300 руб., в 2022 году – 342 500 руб.) на приобретение кислорода, не зарегистрированного в Российской Федерации, не внесенного в Государственный реестр лекарственных средств, является нецелевым использованием средств ОМС, подлежащим восстановлению, ссылается на письмо Росздравнадзора РФ от 29.01.2021 № 01 и-108/21 «О практических рекомендациях по эксплуатации газифицированных систем обеспечения кислородом медицинских учреждений здравоохранения», согласно которому применение в медицинских целях кислорода, производимого по техническим требованиям, не зарегистрированного в Российской Федерации, не внесенного в Государственный реестр лекарственных средств, является нарушением действующего законодательства.  

В судебном заседании представители учреждения указали, что при закупке кислорода у АО «Византия» (ИНН 

<

***>) для нужд медицинской организации при лечении пациентов с инфекционным заболеванием, вызванным новой коронавирусной инфекцией COVID-2019, ОГАУЗ «БСМП» руководствовалось следующим.  

С 18.03.2020 г. Распоряжением Администрации Томской области от 18.03.2020 № 156-ра «О введении режима функционирования «повышенная готовность» для органов управления и сил звеньев территориальной подсистемы единой государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций на территории Томской области» (действующего в рассматриваемый период) на территории Томской области введен режим функционирования «повышенная готовность» для органов управления сил и средств территориальной подсистемы единой государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайной ситуации Томской области (далее - ТП РСЧС).  

Указанным нормативно-правовым документом также создан Штаб по предупреждению распространения новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV) на территории Томской области, которому было поручено организовать эффективное взаимодействие исполнительных органов государственной власти Томской области, территориальных органов федеральных органов исполнительной власти, органов местного самоуправления муниципальных образований Томской области (п.п. 5,6 вышеуказанного Распоряжения № 156-ра).  

В состав вышеуказанного штаба (согласно Приложению к Распоряжению № 156-ра) вошли высшие должностные лица Томской области и муниципальных образований Томской области, руководители управлений федеральных органов исполнительной власти в Томской области, начальники департаментов и т.д., в том числе, начальник Департамента здравоохранения Томской области.  

Штаб по предупреждению распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-2019) на территории Томской области, во исполнение полномочий возложенных на него распоряжением Администрации Томской области от 18.03.2020 № 156-ра издал соответствующие поручения от 27.03.2020 г. и от 13.05.2021 г.  

В соответствии с пунктом 11 перечня поручений, изложенным в Протоколе заседания штаба по оперативному реагированию по предупреждению распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-2019) на территории Томской области от 27.03.2020 г., было решено провести организационные мероприятия по приобретению у АО «Византия» (ИНН 

<

***>) кислорода (в баллонах, имеющих аттестацию и соответствующую маркировку) как у резервного поставщика кислорода для нужд медицинской организации при лечении пациентов с инфекционным заболеванием, вызванным новой коронавирусной инфекцией COVID-2019.  

В соответствии с протоколом заседания штаба по оперативному реагированию по предупреждению распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-2019) на территории Томской области от 13.05.2021 г. Департамент здравоохранения Томской области и областные государственные учреждения здравоохранения Томской области назначены ответственными за проведение организационных мероприятий по приобретению у АО «Византия» (ИНН 

<

***>) кислорода (в баллонах, имеющих аттестацию и соответствующую маркировку), как у резервного поставщика кислорода для нужд медицинских организаций в целях оказания медицинской помощи пациентам с инфекционным заболеванием, вызванным новой коронавирусной инфекцией COVID-2019, на период работы в режиме респираторного/инфекционного госпиталя.  

Таким образом, штаб по предупреждению распространения новой коронавирусной ин-фекции (2019-nCoV) на территории Томской области, созданный в период введения на территории Томской области режима функционирования «повышенная готовность», в рамках принятия оперативных мер по предупреждению возникновения и развития чрезвычайной ситуации, снижению размера ущерба и потерь в случае ее возникновения, а также повышению устойчивости и безопасности функционирования организаций в чрезвычайной ситуации, своими поручениями от 27.03.2020 г. и от 13.05.2021 г. поручил закупку и использование кислорода, производимого АО «Византия» (ИНН 

<

***>), для нужд медицинских организаций в целях оказания медицинской помощи пациентам с инфекционным заболеванием, вызванным новой коронавирусной инфекцией COVID-2019, на период работы в режиме респираторного/инфекционного госпиталя.  

При этом, суд признает обоснованными доводы о том, что приобретение кислорода у АО «Византия» было вызвано, в том числе, невозможностью приобретения медицинского кислорода у иных поставщиков, в связи с тем, что, как следует из материалов дела, на территории Томской области и в иных близлежащих регионах в период 2020 – 2022 г. отсутствовали поставщики кислорода, одновременно имеющие лицензию на производство лекарственных препаратов, регистрационное удостоверение на лекарственный препарат с международным непатентованным наименованием «Кислород», и способные обеспечить поставку кислорода в ОГАУЗ «БСМП» в необходимом медицинскому учреждению объеме.  

При этом, суд принимает во внимание, что с учетом отсутствия возможности складирования на территории учреждения баллонов с кислородом, а также количества лиц, находящихся на лечении в ОГАУЗ «БСМП» в указанный период, поставка кислорода должна была осуществляться и осуществлялась круглосуточно, партиями, в течение непродолжительного времени с момента получения заявки, количество и периодичность ежедневных заявок не ограничивались.  

В ходе судебного разбирательства установлено, что ОГАУЗ «БСМП» осуществляло неоднократные безуспешные попытки приобретения кислорода на основании конкурентных процедур (в том числе у иных возможных поставщиков) в соответствии с требованиями Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».  

Как пояснил представитель заявителя, для определения возможности приобретения кислорода газообразного для оказания медицинской помощи в условиях ОГАУЗ «БСМП» и получения коммерческих предложений были направлены соответствующие запросы в следующие организации: ООО НПК «ЭТТ» (на адрес: info.npk.ett@gmai.com), Томпромгаз (на адрес: tompromgas@yandex.ru), Медтехника (на адрес: medtehnika70@yandex.ru), Кислород- сервис (на адрес: info@kislorod-servis.ru). От ООО НПК «ЭТТ» и Томпромгаз получены ответы о невозможности поставки кислорода для нужд ОГАУЗ «БСМП» для оказания медицинской помощи. От АО «Медтехники» и Кислород-Сервиса ответов не поступило. Дополнительно заместитель главного врача по хозяйственным вопросам ФИО3 производила телефонные переговоры потенциальных поставщиков, но получила отрицательные ответы.  

Иными словами, ОГАУЗ «БСМП» предпринимались попытки приобретения медицинского кислорода газообразного для нужд учреждения путем проведения закупок на электронных  

площадках: № 3129606 от 07.07.2021, № 3726125 от 29.11.2021. Вместе с тем, данные закупки были признаны несостоявшимися в связи с отсутствием заявок.  

Кроме того, у ОГАУЗ «БСМП» отсутствовало помещение для хранения баллонов с кислородом, имелась рампа для подключения 10 баллонов. Баллоны хранились непосредственно рядом с рампой (около 15 баллонов). Таким образом, у ОГАУЗ «БСМП» отсутствовала объективная возможность хранения большего объема кислорода в соответствии с требованиями к помещениям и условиям хранения баллонов с кислородом (Приказ Ростехнадзора от 15.12.2020 № 536 «Об утверждении федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила промышленной безопасности при использовании оборудования, работающего под избыточным давлением»; СП 158.13330.2014 «Здания и помещения медицинских организаций. Правила проектирования» (Приказ Минстроя России от 18 февраля 2014 г. № 58/пр).  

При этом, суд признает не обоснованным довод фонда о том, что невозможность покупки медицинского кислорода (посредством официального сайта Единой информационной системы в сфере закупок https://zakupki.gov.ru/) обусловлена требованиями учреждения, которые оно предъявляло к потенциальным поставщикам (в том числе, по сроку доставки товара), так как в материалы дела не представлено доказательств того, что учреждение нуждалось в ином режиме поставки кислорода.  

Кроме этого, в ходе судебного разбирательства представлены доказательства необходимости приобретения дополнительного кислорода и нехватка собственного кислорода, производимого кислородными концентраторами ОГАУЗ «БСМП», что было вызвано высоким уровнем заболеваемости в период пандемии, вызванной новой коронавирусной инфекцией.  

При этом, суд принимает во внимание добросовестное принятие учреждением разумно ожидаемых мер для предотвращения (минимизации) возможных рисков, что подтверждается: - попыткой осуществить закупку медицинского кислорода; - обращением в уполномоченные органы для оказания содействия в решении вопроса по обеспечению пациентов медицинским/немедицинским кислородом; - приобретением кислорода на основании решений Штаба Администрации Томской области от 27.03.2020 г. и от 13.05.2021 г., - последующее оформление лицензии АО «Византия» (ИНН 

<

***>) на производство медицинского кислорода.  

Таким образом, с учетом положений ч. 3 ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, отсутствуют основания для привлечения ОГАУЗ «БСМП» к ответственности, предусмотренной частями 11, 12 статьи 38 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ, п. 8.24, 8.25 Договора на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, в виде возмещения средств, использованных на приобретение кислорода в размере 11 122 600,00 руб. (в том числе в 2020 году - 2 496 800,00 руб., в 2021 году - 8 283 300,00 руб., в 2022 году - 342 500,00 руб.), уплаты штрафа в размере 10% от суммы нецелевого использования средств, а также начисления пени.  

Кроме того, суд отмечает, что в соответствии со ст. 38 БК РФ закреплен принцип адресности и целевого характера бюджетных средств означает, что бюджетные ассигнования и лимиты бюджетных обязательств доводятся до конкретных получателей бюджетных средств с указанием цели их использования.  

Под бюджетным нарушением признается совершенное высшим исполнительным органом государственной власти субъекта Российской Федерации (местной администрацией), финансовым органом, главным администратором (администратором) бюджетных средств, государственным (муниципальным) заказчиком: 1) нарушение положений бюджетного законодательства Российской Федерации и иных правовых актов, регулирующих бюджетные право-отношения; 2) нарушение положений правовых актов, обусловливающих публичные нормативные обязательства и обязательства по иным выплатам физическим лицам из бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, повлекшее причинение ущерба публично-правовому образованию; 3) нарушение условий договоров (соглашений) о предоставлении средств из бюджета; 4) нарушение установленных законодательством Российской Федерации  

о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных (муниципальных) нужд требований к планированию, обоснованию закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных (муниципальных) нужд, а также требований к изменению, расторжению государственного (муниципального) контракта; 5) нарушение условий государственных (муниципальных) контрактов; 6) нарушение условий договоров (соглашений), заключенных в целях исполнения договоров (соглашений) о предоставлении средств из бюджета, повлекшее причинение ущерба публично-правовому образованию; 7) несоблюдение целей, порядка и условий предоставления кредитов, обеспеченных государственными и муниципальными гарантиями (ст. 306.1 БК РФ).  

Как было указано выше, п. 1 ст. 306.4 БК РФ нецелевым использованием бюджетных средств признаются направление средств бюджета бюджетной системы Российской Федерации и оплата денежных обязательств в целях, не соответствующих полностью или частично целям, определенным законом (решением) о бюджете, сводной бюджетной росписью, бюджетной росписью, лимитами бюджетных обязательств, бюджетной сметой, договором (соглашением) либо правовым актом, являющимся основанием для предоставления указанных средств.  

При этом, как установлено в ходе судебного разбирательства, не отрицается сторонами, заявителем цели достигнуты. Случаев направления средств бюджета на цели, отличные от целей связанных с оказанием медицинской помощи не выявлено и суду не представлено. Кроме этого, в материалы дела не представлено доказательств вредных последствий, повлекших использования кислорода, закупленного у АО «Византия» в условиях распространения коронавирусной инфекции.  

Использование средств с соблюдением порядка распределения расходов по соответствующим статьям и подстатьям экономической классификации расходов бюджетов Российской Федерации исключает в данном случае нецелевое использование средств бюджета.  

В ходе судебного заседания представители ТФОМС Томской области указали на то, что использование в бухгалтерском учете при приобретении кислород, не зарегистрированного в Российской Федерации и не внесенного в Государственный реестр лекарственных средств кода классификации операций сектора государственного управления, (КОСГУ) 341 «Увеличение стоимости лекарственных препаратов и материалов, применяемых в медицинских целях», вместо КОСГУ 340 «Увеличение стоимости материальных запасов» или КОСГУ 346 «Увеличение стоимости прочих материальных запасов», что подтверждает выводы о нецелевом использовании средств ОМС.  

Согласно п. 6 ст. 36 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ территориальная программа обязательного медицинского страхования в рамках реализации базовой программы обязательного медицинского страхования определяет на территории субъекта Российской Федерации способы оплаты медицинской помощи, оказываемой застрахованным лицам по обязательному медицинскому страхованию, структуру тарифа на оплату медицинской помощи, содержит реестр медицинских организаций, участвующих в реализации территориальной программы обязательного медицинского страхования, определяет условия оказания медицинской помощи в них, а также целевые значения критериев доступности и качества медицинской помощи.  

Таким образом, нецелевым расходованием считается расходование средств ОМС на цели не соответствующие структуре тарифа ОМС.  

Согласно ч. 7 ст. 35 Федерального закона от 29.11.2010 № 326-ФЗ структура тарифа на оплату медицинской помощи включает в себя расходы на заработную плату, начисления на оплату труда, прочие выплаты, приобретение лекарственных средств, расходных материалов, продуктов питания, мягкого инвентаря, медицинского инструментария, реактивов и химикатов, прочих материальных запасов, расходы на оплату стоимости лабораторных и инструментальных исследований, проводимых в других учреждениях (при отсутствии в медицинской организации лаборатории и диагностического оборудования), организации питания (при отсутствии организованного питания в медицинской организации), расходы на оплату  

услуг связи, транспортных услуг, коммунальных услуг, работ и услуг по содержанию имущества, расходы на арендную плату за пользование имуществом, оплату программного обеспечения и прочих услуг, социальное обеспечение работников медицинских организаций, установленное законодательством Российской Федерации, прочие расходы, расходы на приобретение основных средств (оборудование, производственный и хозяйственный инвентарь) стоимостью до ста тысяч рублей за единицу.  

В соответствии с Постановлением Правительства РФ от 08.12.2017 № 1492 «О Программе государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2018 год и на плановый период 2019 и 2020 годов», Постановлением Администрации Томской области от 22.12.2017 № 442а «Об утверждении областной Программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на территории Томской области на 2018 год и на плановый период 2019 и 2020 годов», Постановлением Правительства РФ от 10.12.2018 N 1506 «О Программе государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2019 год и на плановый период 2020 и 2021 годов», Постановлением Администрации Томской области от 29.12.2018 № 508а «Об утверждении областной Программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на территории Томской области на 2019 год и на плановый период 2020 и 2021 годов», Постановлением Правительства РФ от 07.12.2019 N 1610 «О Программе государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2020 год и на плановый период 2021 и 2022 годов», Постановлением Администрации Томской области от 26.12.2019 № 495а «Об утверждении областной Программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на территории Томской области на 2020 год и на плановый период 2021 и 2022 годов», Постановлением Правительства РФ от 28.12.2020 N 2299 «О Программе государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2021 год и на плановый период 2022 и 2023 годов», Постановлением Администрации Томской области от 30.12.2020 № 644а «Об утверждении областной Программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на территории Томской области на 2021 год и на плановый период 2022 и 2023 годов» структура тарифа на оплату медицинской помощи, оказываемой в рамках областной Программы ОМС, включает в себя расходы на заработную плату, начисления на оплату труда, прочие выплаты, приобретение лекарственных средств, расходных материалов, продуктов питания, мягкого инвентаря, медицинского инструментария, реактивов и химикатов, прочих материальных запасов, расходы на оплату стоимости лабораторных и инструментальных исследований, проводимых в других учреждениях (при отсутствии в медицинской организации лаборатории и диагностического оборудования), организации питания (при отсутствии организованного питания в медицинской организации), расходы на оплату услуг связи, транспортных услуг, коммунальных услуг, работ и услуг по содержанию имущества, расходы на арендную плату за пользование имуществом, оплату программного обеспечения и прочих услуг, социальное обеспечение работников медицинских организаций, установленное законодательством Российской Федерации, прочие расходы, расходы на приобретение основных средств (оборудование, производственный и хозяйственный инвентарь) стоимостью до ста тысяч рублей за единицу. Использование средств обязательного медицинского страхования осуществляется медицинскими организациями на виды расходов, включенные в структуру тарифа на оплату медицинской помощи, определенную Программой.  

По кодам Классификации операций сектора государственного управления (КОСГУ) в структуру тарифов при оплате медицинской помощи в системе обязательного медицинского страхования в 2018-2022 годах включались расходы - код 341 - Увеличение стоимости лекарственных препаратов и материалов, применяемых в медицинских целях.  

Единый порядок ведения бухгалтерского учета реализуется в соответствии с положениями приказов Министерства финансов Российской Федерации: - от 01.12.2010 г. № 157н «Об утверждении Единого плана счетов бухгалтерского учета для органов государственной власти (государственных органов), органов местного самоуправления, органов управления госу- 

дарственными внебюджетными фондами, государственных академий наук, государственных (муниципальных) учреждений и Инструкции по его применению»; - от 29.11.2017 г. № 209н «Об утверждении Порядка применения классификации операций сектора государственного управления»).  

Согласно пункту 11.4 Приказа Минфина России от 29.11.2017 № 209н статья 340 «Увеличение стоимости материальных запасов» КОСГУ детализируется подстатьями КОСГУ: 341 «Увеличение стоимости лекарственных препаратов и материалов, применяемых в медицинских целях»; 342 «Увеличение стоимости продуктов питания»; 343 «Увеличение стоимости горюче-смазочных материалов»; 344 «Увеличение стоимости строительных материалов»; 345 «Увеличение стоимости мягкого инвентаря»; 346 «Увеличение стоимости прочих оборотных запасов (материалов)»; 347 «Увеличение стоимости материальных запасов для целей капитальных вложений»; 349 «Увеличение стоимости прочих материальных запасов однократного применения».  

На подстатьи статьи 340 «Увеличение стоимости материальных запасов» КОСГУ относятся операции по поступлению (принятию к учету) материальных запасов, а также расходы по оплате государственных (муниципальных) контрактов, договоров на приобретение (изготовление) объектов, относящихся к материальным запасам.  

Отнесение материальных запасов на соответствующие подстатьи статьи 340 «Увеличение стоимости материальных запасов» КОСГУ осуществляется по целевому (функциональному) назначению материального запаса.  

В соответствии с пунктом 11.4.1 Приказа Минфина России от 29.11.2017 № 209н на под-статью 341 «Увеличение стоимости лекарственных препаратов и материалов, применяемых в медицинских целях» КОСГУ относятся расходы по оплате договоров на приобретение (изготовление) лекарственных препаратов и медицинских изделий, применяемых в медицинских целях.  

Пунктом 11.4.6. Приказа Минфина России от 29.11.2017 № 209н закреплено, что на под-статью 346 «Увеличение стоимости прочих материальных запасов» КОСГУ относятся расходы по оплате договоров на приобретение (изготовление) прочих объектов, относящихся к материальным запасам, не отнесенных на иные подстатьи статьи 340 «Увеличение стоимости материальных запасов», в том числе: запасных и (или) составных частей для машин, оборудования, оргтехники, вычислительной техники, систем телекоммуникаций и локальных вычислительных сетей, систем передачи и отображения информации, защиты информации, информационно-вычислительных систем, средств связи и тому подобное; - спецоборудования для научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ; - кухонного инвентаря; - кормов, средств ухода, дрессировки, экипировки животных; - материальных запасов в составе имущества казны, в том числе входящих в государственный материальный резерв; - бланочной продукции (за исключением бланков строгой отчетности); - канцелярских товаров и принадлежностей; - другие аналогичные расходы.  

В ходе судебного разбирательства установлено, что ОГАУЗ при ведении бухгалтерского учета отразило расходы на приобретение кислорода, используемого в целях оказания медицинской помощи пациентам с инфекционным заболеванием, вызванным новой коронавирусной инфекцией COVID-2019, на подстатье 341 «Увеличение стоимости лекарственных препаратов и материалов, применяемых в медицинских целях» КОСГУ, поскольку руководствовалось целевым (функциональным) назначением материального запаса (кислород применялся для оказания медицинской помощи, т.е. в медицинских целях).  

Согласно разъяснениям Минфина России, данным в письме от 06.04.2020 № 02-08-10/27111 «О применении кодов бюджетной классификации при осуществлении расходов на мероприятия по профилактике и противодействию распространения новой коронавирусной инфекции» к расходам медицинских учреждений, отражаемым по подстатье 341 «Увеличение стоимости лекарственных препаратов и материалов, применяемых в медицинских целях» КОСГУ, относится приобретение в целях оказания медицинской помощи (медицинских услуг) термометров (срок полезного использования которых менее 12 месяцев), бактерицид- 

ных ламп, дезинфицирующих средств, антисептиков, масок, латексных перчаток. В случае приобретения медицинским учреждением в рамках одного контракта (договора) указанных материальных запасов как в целях оказания медицинской помощи, так и для общехозяйственных нужд учреждения, в том числе для посетителей учреждения, расходы на оплату данных контрактов (договоров) также подлежат отражению по подстатье 341 «Увеличение стоимости лекарственных препаратов и материалов, применяемых в медицинских целях» КОСГУ.  

Таким образом, суд признает обоснованным довод об отражении материальных запасов на подстатье 341 «Увеличение стоимости лекарственных препаратов и материалов, применяемых в медицинских целях», который не зависит от наличия/отсутствия у данных материальных запасов регистрационного удостоверения.  

При этом, суд указывает, что факт неверного отражения учреждением своих расходов (в случае его наличия), т.е. неверный выбор подстатьи КОСГУ, является признаком неправильного ведения бухгалтерского учета, но не является основанием для признания таких расходов нецелевыми, поскольку нецелевым расходованием считается расходование средств ОМС на цели не соответствующие структуре тарифа ОМС (при этом, структура тарифа содержит в себе обе подстатьи расходов).  

Исследовав вышеуказанные обстоятельства, суд признает обоснованным довод о том, что распространение новой коронавирусной инфекции, вызванной COVID-2019, являлось обстоятельством непреодолимой силы, закупка кислорода производились у единственного поставщика (АО «Византия») на основании пункта 9 части 1 статьи 93 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», что подтверждает добросовестность действий ОГАУЗ «БСМП» по осуществлению попыток приобрести медицинский кислород для нужд учреждения через систему закупок с соблюдением требований к кислороду.  

Также суд принимает во внимание, что в рамках дела № А67-4344/2022 установлены следующие обстоятельства. Правоохранительным органом вынесено Постановление о прекращении уголовного дела № 12201690013000245 в связи с отсутствием в действиях генерального директора АО «Византия» признаков преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 2 ст. 171, п. «б» ч. 2 ст. 235.1, ч. 1 ст. 238.1 УК РФ  

При этом, в данном документе указано, что в соответствии со ст. 39 УК РФ не является преступлением причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам в состоянии крайней необходимости, то есть для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или иных лиц, охраняемым законом интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена иными средствами, и при этом не было допущено превышения пределов крайней необходимости. Превышением пределов крайней необходимости признается причинение вреда, явно не соответствующего характеру и степени угрожавшей опасности и обстоятельствам, при которых опасность устранялась, когда указанным интересам был причинен вред равный или более значительный, чем предотвращенный. Такое превышение влечет за собой уголовную ответственность только в случаях умышленного причинения вреда.  

Вышеизложенные обстоятельства дают основания полагать, что действия генерального директора АО «Византия» при поставках медицинского кислорода в медицинские учреждения Томской области без соответствующей лицензии носят крайнюю необходимость, в случае отказа в поставках кислорода в медицинские учреждения Томской области со стороны АО «Византия» необходимую медицинскую помощь в виде кислородотерапии могли не получить многие пациенты с новой короновирусной инфекцией (COVID-19), а, соответственно, не исключен их летальный исход.  

Учитывая изложенное, Акт выездной плановой комплексной проверки использования средств обязательного медицинского страхования, полученных ОГАУЗ «БСМП» на оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, за период с 01.01.2017 по 31.12.2022 № 13-2023 от 28.07.2023, содержащий требований о восстановлении указанных  

средств ОМС, уплаты штрафа и пени в данной части подлежит признанию недействительным, а встречное заявление фонда – не подлежащим удовлетворению.  

В данном случае суд, в том числе, руководствуется подходом, изложенным в Постановлении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 12.12.2024 № Ф04-4767/2024 по делу № А67-4344/2022 (Определением Верховного Суда РФ от 27.03.2025 № 304-ЭС25-1618 отказано в передаче дела № А67-4344/2022 в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ для пересмотра в порядке кассационного производства данного постановления.  

В соответствии с подпунктом 5 пункта 2 статьи 20 Федерального закона № 326-ФЗ медицинские организации обязаны использовать средства обязательного медицинского страхования, полученные за оказанную медицинскую помощь, в соответствии с программами обязательного медицинского страхования. Согласно части 6 статьи 14, части 2 статьи 28, части 1 статьи 38 Федерального закона № 326-ФЗ средства, получаемые медицинскими организациями в счет оплаты оказанной медицинской помощи, являются целевыми.  

Согласно части 9 статьи 39 Федерального закона № 326-ФЗ за использование не по целевому назначению медицинской организацией средств, перечисленных ей по договору на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, медицинская организация уплачивает в бюджет территориального фонда ОМС штраф в размере 10 процентов от суммы нецелевого использования средств.  

При этом, ответственность медицинской организации наступает за сам факт использования средств ОМС не по целевому назначению, отвлечения средств от предназначенной им цели, независимо от возмещения средств впоследствии, медицинская организация подлежит привлечению к ответственности в виде штрафа.  

В силу статьи 38 и пункта 1 статьи 147 Бюджетного кодекса Российской Федерации принцип адресности и целевого характера бюджетных средств означает, что бюджетные ассигнования и лимиты бюджетных обязательств доводятся до конкретных получателей бюджетных средств с указанием цели их использования; расходы бюджетов государственных внебюджетных фондов осуществляются исключительно на цели, определенные законодательством Российской Федерации, включая законодательство о конкретных видах обязательного социального страхования (пенсионного, социального, медицинского), в соответствии с бюджетами указанных фондов, утвержденными федеральными законами, законами субъектов Российской Федерации.  

Согласно статье 21 Федерального закона № 326-ФЗ средства ОМС формируются за счет различных источников, в том числе за счет средств федерального бюджета, передаваемых в бюджет Федерального фонда в случаях, установленных федеральными законами, в части компенсации выпадающих доходов в связи с установлением пониженных тарифов страховых взносов на ОМС, а также за счет средств бюджетов субъектов Российской Федерации, передаваемых в бюджеты территориальных фондов в соответствии с законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации.  

Частью 5 статьи 26 Федерального закона об ОМС предусмотрено, что расходы бюджетов территориальных фондов осуществляются в целях финансового обеспечения: выполнения территориальных программ ОМС; ведения дела по ОМС страховыми медицинскими организациями; выполнения функций органа управления территориального фонда. На основании части 9 статьи 39 Федерального закона № 326-ФЗ медицинская организация обязана возвратить средства, использованные не по целевому назначению, в течение 10 рабочих дней со дня предъявления территориальным фондом соответствующего требования.  

Судом установлено, что в проверяемый период за счет средств территориального фонда медицинской организацией была проведена оплата публикации, монтажа видеокамер, обучения, осуществлена выплата материальной помощи, источником финансирования которых должны были стать собственные средства медицинской организации. Указанный факт медицинской организацией не оспаривался. Вывод фонда о нецелевом расходовании учреждением средств ОМС по данным основаниям в рамках настоящего спора не опровергнут.  

По мнению суда, освобождение учреждения от уплаты штрафа в полном размере будет способствовать формированию атмосферы безнаказанности и несовместимо с принципом неотвратимости ответственности правонарушителя. В данном случае суд руководствуется позицией, изложенной в Постановлении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 24.09.2024 № Ф04-3553/2024 по делу № А03-11579/2023 (Определением Верховного Суда РФ от 17.01.2025 № 304-ЭС24-22797 отказано в передаче дела № А03-11579/2023 в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ для пересмотра в порядке кассационного производства данного постановления).  

Довод о том, что медицинская организация финансируется из средств ТФОМС Томской области и иных источников финансирования не имеет, является необоснованным, так как согласно положениям Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинские учреждения могут получать финансирование из средств бюджета, средств обязательного медицинского страхования, а также за счет оказания платных медицинских услуг.  

Таким образом, оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ в совокупности, суд приходит к выводу, что средства ОМС, использованные на цели, не соответствующие условиям их предоставления является нецелевым использованием средств ОМС, а соответствующие средства – подлежащими восстановлению в бюджет ТФОМС Томской области.  

В отзыве на встречное исковое заявление, в первичном заявлении Учреждение просит уменьшить размер штрафа и неустойки за просрочку оплаты в соответствии со статьей 333 ГК РФ.  

В соответствии со статьей 333 ГК РФ суд наделен правом уменьшить неустойку, если установит, что подлежащая неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. При этом суд в каждом конкретном случае, исходя из установленных по делу обстоятельств, определяет критерии такой несоразмерности. Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформировавшейся при осуществлении конституционно-правового толкования статьи 333 Кодекса, предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе и направленных против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки. Данной правовой нормой предусмотрена обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О). Пунктом 69 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление от 24.03.2016 № 7) предусмотрено, что подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ).  

Согласно пункту 73 Постановления от 24.03.2016 № 7 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. В соответствии с пунктом 77 Постановления № 7 снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ).  

Согласно пункту 78 Постановления от 24.03.2016 № 7 правила о снижении размера неустойки на основании статьи 333 ГК РФ применяются также в случаях, когда неустойка определена законом. В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Россий- 

ской Федерации от 13.01.2011 № 11680/10 указано, что необоснованное уменьшение неустойки с экономической точки зрения позволяет должнику получить доступ к финансированию за счет другого лица на нерыночных условиях, что в целом может стимулировать недобросовестных должников к неплатежам. Неисполнение должником денежного обязательства позволяет ему пользоваться чужими денежными средствами, между тем, никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения. Степень несоразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего суд вправе дать оценку указанному критерию исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела. При этом, несогласие ответчика с размером неустойки не является основанием для ее уменьшения. Кроме этого, применение приведенного выше положения является правом, а не обязанностью суда.  

По смыслу статей 10, 13 Бюджетного кодекса Российской Федерации, бюджеты территориальных государственных внебюджетных фондов входят в структуру бюджетной системы Российской Федерации. В статье 147 Бюджетного кодекса Российской Федерации установлено, что расходование средств государственных внебюджетных фондов осуществляется исключительно на цели, определенные законодательством Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, регламентирующим их деятельность, в соответствии с бюджетами указанных фондов, утвержденными федеральными законами, законами субъектов Российской Федерации. Средства, предназначенные для оплаты медицинской помощи и поступающие в медицинскую организацию, являются средствами целевого финансирования (часть 6 статьи 14 Закона № 326-ФЗ).  

В соответствии с частью 2 статьи 34 Закона о медицинском страховании территориальный фонд осуществляет управление средствами обязательного медицинского страхования на территории субъекта Российской Федерации, предназначенными для обеспечения гарантий бесплатного оказания застрахованным лицам медицинской помощи в рамках программ обязательного медицинского страхования и в целях обеспечения финансовой устойчивости обязательного медицинского страхования на территории субъекта Российской Федерации, а также решения иных задач, установленных данным Федеральным законом, положением о территориальном фонде, законом о бюджете территориального фонда.  

Из анализа вышеприведенных норм следует, что средства ОМС относятся к государственным финансовым средствам, имеющим особый правовой режим, и подлежат использованию строго в соответствии с их целевым назначением, а отношения между медицинской организацией и территориальным фондом обязательного медицинского страхования по целевому использованию средств ОМС основаны на административном подчинении одной стороны другой, в связи с чем, в силу части 3 статьи 2 ГК РФ, гражданское законодательство к ним не применяется.  

Кроме того, учитывая правовую природу средств ОМС как средства бюджетной системы Российской Федерации, пеня не является мерой ответственности, а является правовосстано- вительной мерой государственного принуждения, носящей компенсационный характер. Вывод о компенсационном характере пени в бюджетных отношениях содержится в актах Конституционного Суда Российской Федерации (Постановлении от 17.12.1996 № 20-П, Определении от 08.02.2007 № 381-О-П и др.).  

Таким образом, пеня, будучи правовосстановительной мерой, носит компенсационный характер потерь бюджета фонда вследствие нецелевого использования средств обязательного медицинского страхования, возможности снижения размера пеней на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации законодательство, регулирующее порядок использования средств обязательного медицинского страхования, не предусматривает.  

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 15.07.1999 № 11-П, санкции штрафного характера должны отвечать требованиям справедливости и соразмерности. Принцип соразмерности, выражающий требования справедливости, предполагает установление публично-правовой ответственности лишь за виновное деяние и ее дифференциацию в зависимости от тяжести содеянного, раз- 

мера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания. В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 05.11.2003 № 349-О указано, что суд вправе избирать в отношении правонарушителя меру наказания с учетом характера правонарушения, размера причиненного вреда, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств деяния.  

Кроме того, Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 19.01.2016 № 2-П указал, что если санкция была применена должностным лицом фонда, суд (безотносительно к законодательному регулированию пределов его полномочий при судебном обжаловании решений о применении мер ответственности), рассмотрев соответствующее заявление привлекаемого к ответственности лица, не лишен возможности снизить размер ранее назначенного ему штрафа. Таким образом, суд вправе снизить размер штрафной санкции, так как любая мера публичной ответственности должна отвечать принципам справедливости, соразмерности, пропорциональности государственного принуждения, характеру совершенного правонарушения. Полномочие суда, на снижение штрафных санкций исходя из вышеуказанных принципов, вытекает из конституционных прерогатив правосудия.  

Исследовав материалы дела, суд исходит из того, что штраф, пени как мера обеспечения обязательств, носит компенсационный характер, подлежит определению с учетом степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств с целью установления баланса между применяемой мерой ответственности и оценкой действительного размера ущерба, причиненного выявленными нарушениями.  

Между тем, по мнению суда, заявленная Фондом к взысканию сумма штрафа, пени несоразмерна последствиям нарушения обязательства, исходя из обстоятельств настоящего дела, а также наличия в материалах дела доказательств тяжелого материального положения учреждения, характера деятельности (осуществление медицинской деятельности), отсутствие умысла, в связи с чем, требования учреждения в данной части подлежат удовлетворению частично.  

Суд учитывает, что нормы Закона № 326-ФЗ не предусматривают возможность учета фондом или судом смягчающих ответственность обстоятельств при назначении соответствующего штрафа за нецелевое использование средств.  

В то же время согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Постановлении от 24.06.2009 № 11-П, в силу статей 17 (часть 3) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации исходящее из принципа справедливости конституционное требование соразмерности установления правовой ответственности предполагает в качестве общего правила ее дифференциацию в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания.  

Таким образом, арбитражный суд, установив правомерность привлечения медицинской организации к ответственности по пункту 9 статьи 39 Федерального закона от 29.11.2010 N 326-ФЗ, вправе уменьшить размер штрафных санкций, так как любая мера публичной ответственности должна отвечать принципам справедливости, соразмерности, пропорциональности государственного принуждения, с учетом характера совершенного правонарушения.  

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в постановлении от 24.06.2009 № 11-П, в силу статей 17 (часть 3) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации исходящее из принципа справедливости конституционное требование соразмерности установления правовой ответственности предполагает в качестве общего правила ее дифференциацию в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания.  

Таким образом, установив правомерность начисления пени и привлечения медицинской организации к ответственности по пункту 9 статьи 39 Федерального закона № 326-ФЗ, суд  

вправе уменьшить размер штрафных санкций и пени, так как любая мера публичной ответственности должна отвечать принципам справедливости, соразмерности, пропорциональности государственного принуждения, с учетом характера совершенного правонарушения.  

Рассматривая заявление ответчика о снижении начисленных штрафа и пени, арбитражный суд исходит также из того, что штраф и пени как мера обеспечения обязательств носят компенсационный характер, не могут являться исключительно средством получения прибыли, а подлежат определению с учетом степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств с целью установления баланса между применяемой мерой ответственности и оценкой действительного размера ущерба, причиненного нарушением ответчиком положений п.9 ст.39 Федерального закона № 326-ФЗ.  

Конституционным Судом Российской Федерации неоднократно высказывалась правовая позиция о наличии у суда возможности, в том числе в сфере публично-правовых отношений, снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательства, которая направлена против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки.  

В отличие от пеней штраф представляет собой санкцию и является дополнительным взысканием, а не компенсацией потерь бюджета. Несоизмеримо большой штраф может превратиться из меры воздействия в инструмент подавления экономической самостоятельности и инициативы, что недопустимо в силу ст. ст. 34, 35 и 55 Конституции РФ.  

Исходя из имеющихся в деле доказательств в их совокупности, обстоятельств, связанных с нецелевым использованием средств ОМС, учитывая, что ответчик является бюджетным учреждением, осуществляющим социально значимую деятельность, существенный размер средств ОМС, подлежащих восстановлению, исходя из принципов разумности, справедливости, соразмерности, индивидуализации, соблюдения балансов интересов, суд приходит к выводу, что, что в данном случае имеются основания для снижения размера штрафа и пени от сумм пени и штрафа, заявленных к взысканию.  

Следовательно, встречные исковые требования о взыскании с ответчика всего 488 095,09 руб., в том числе: - средства, использованные не по целевому назначению 485 137,69 руб., - штраф в размере 1 940,55 руб. - пени в размере 1 016,85 руб., являются обоснованными и подлежат удовлетворению.  

В связи с изложенным, арбитражный суд делает вывод о том, что оспариваемый акт - Приказ Территориального фонда обязательного медицинского страхования Томской области от 26.06.2023 № 255 «О проведении выездной плановой комплексной проверки в ОГАУЗ «Больница скорой медицинской помощи» в части (п. 1) срока, а именно, за период с 01.01.2017 по 31.12.2019, а также Акт № 13-2023 от 28.07.2023 выездной плановой комплексной проверки использования средств обязательного медицинского страхования, полученных ОГАУЗ «Больница скорой медицинской помощи» на оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию за период с 01.01.2017 по 31.12.2022, вынесенный Территориальным фондом обязательного медицинского страхования Томской области, в части: - обязания восстановить средства ОМС, использованные не по целевому назначению, в сумме 11 709 568,51 руб.; - уплаты штрафа в размере 1 217 530,07 руб., вынесенный Территориальным фондом обязательного медицинского страхования Томской области подлежат признанию недействительными.  

В остальной части суд приходит к выводу об отсутствии оснований удовлетворения требований.  

В силу ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы на уплату государственной пошлины по иску относятся на стороны пропорционально размеру удовлетворенных требований. Как следует из п.9 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» В случаях, когда истец освобожден от уплаты государственной пошлины, соответствующая сумма государственной пошлины взыскивается с ответчика пропорционально размеру сниженной судом неустойки (часть 3 статьи 110 АПК РФ).  

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

Р Е Ш И Л:

Признать недействительным п.1 Приказа Территориального фонда обязательного медицинского страхования Томской области от 26.06.2023 № 255 «О проведении выездной плановой комплексной проверки в ОГАУЗ «Больница скорой медицинской помощи» в части срока, а именно, за период с 01.01.2017 по 31.12.2019.  

Признать недействительным Акт № 13-2023 от 28.07.2023 выездной плановой комплексной проверки использования средств обязательного медицинского страхования, полученных ОГАУЗ «Больница скорой медицинской помощи» на оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию за период с 01.01.2017 по 31.12.2022, вынесенный Территориальным фондом обязательного медицинского страхования Томской области, в части: - обязания восстановить средства ОМС, использованные не по целевому назначению, в сумме 11 709 568,51 руб.; - уплаты штрафа в размере 1 217 530,07 руб.  

Обязать Территориальный фонд обязательного медицинского страхования Томской области устранить нарушение прав и законных интересов ОГАУЗ «Больница скорой медицинской помощи».  

Взыскать с Территориального фонда обязательного медицинского страхования Томской области в пользу ОГАУЗ «Больница скорой медицинской помощи» расходы по уплате гос-пошлины в размере 6000 руб.  

Встречные требования Территориального фонда обязательного медицинского страхования Томской области к ОГАУЗ «Больница скорой медицинской помощи» удовлетворить частично.  

Взыскать с ОГАУЗ «Больница скорой медицинской помощи» пользу Территориального фонда обязательного медицинского страхования Томской области всего 488 095,09 руб., в том числе: - средства, использованные не по целевому назначению 485 137,69 руб., - штраф в размере 1 940,55 руб. - пени в размере 1 016,85 руб.  

В остальной части встречный иск оставить без удовлетворения. 

Взыскать с ОГАУЗ «Больница скорой медицинской помощи» в федеральный бюджет гос-пошлину в размере 3 236,33 руб.  

Решение суда может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления решения в полном объеме) путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Томской области.  

Судья Ю. М. Сулимская