ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-57937/2023

Дело № А40-178081/20

г. Москва

05 октября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 28 сентября 2023 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 05 октября 2023 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи О.В. Гажур,

судей Р.Г. Нагаева, Е.А. Скворцовой

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «МАРТАРЕН»

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 21 июля 2023 года по делу №А40-178081/20 об отказе в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, в рамках дела о банкротстве ООО «МАРТАРЕН»

при участии в судебном заседании:

от ФИО2: ФИО3 по дов. от 01.11.2022

иные лица не явились, извещены 

 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 12.08.2021 в отношении ООО «МАРТАРЕН» открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО4 (является членом САУ СРО «ДЕЛО», ИНН 

<

***>), ИНН 

<

***>), о чем опубликовано сообщение в газете «Коммерсант» №154(7116) от 28.08.2021.

В Арбитражный суд горда Москвы 17.11.2021 (в электронном виде загружено 16.11.2021) поступило ходатайство конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц - ФИО5, ФИО6, ФИО2 по обязательствам должника в размере 6 727 953 руб. 18 коп., с учетом принятых судом уточнений в порядке статьи 49 АПК РФ.

Определением от 21.07.2023 Арбитражный суд города Москвы отказал в удовлетворении заявленных требований отказать в полном объеме.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий должника обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы отменить и принять новый судебный акт.

В обоснование доводов жалобы ссылается на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, нарушение судом норм материального и процессуального права.

Через канцелярию суда от ФИО2 поступил отзыв на апелляционную жалобу, который приобщен к материалам дела в порядке ст. 262 АПК РФ.

Также через канцелярию суда от конкурсного управляющего должника поступили дополнения к апелляционной жалобе, в приобщении которых апелляционным судом отказано ввиду того, что такие дополнения поданы за пределом срока на апелляционное обжалование.

В судебном заседании апелляционного суда представитель ФИО2 по доводам жалобы возражал, просил оставить обжалуемое определение без изменений.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 №228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверена апелляционным судом в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Девятый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев дело в порядке ст. ст. 268, 269 АПК РФ, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, оценив объяснения лиц, участвующих в деле, не находит оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

На основании пункта  5 статьи 129 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) при наличии оснований, установленных федеральным законом, конкурсный управляющий предъявляет требования к третьим лицам, которые в соответствии с федеральным законом несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с пунктами 1, 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника.

В своем заявлении конкурсный управляющий должником указывает на то, что руководителем должника в период с 07.06.2019 по 06.11.2019 и учредителем в период с 07.06.2019 по 23.07.2020 являлся ФИО6, руководителем должника в период с 07.11.2019 по 23.07.2020 и учредителем в период с 07.11.2019 по 05.08.2020 являлся ФИО2, руководителем должника в период с 23.07.2020 по 21.08.2021 и учредителем в период с 23.07.2020 являлся ФИО5

В качестве правового обоснования заявленных требований конкурсный управляющий ссылается на положения пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, указывая на не подачу руководителем и учредителем должника заявления о несостоятельности при наличии просрочки в исполнении обязательств более 3 месяцев, а также на положения подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, указывая на необходимость привлечения к ответственности в сумме не погашенных реестровых требований в связи с искажением данных бухгалтерской отчетности.

Конкурсный управляющий также указал, что ответчиками со счета должника получено 3 557 483 руб. 29 коп. в отсутствие обосновывающей документации, что соответствует диспозиции пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

По результатам анализа движения денежных средств выявлен факт выплаты 07.09.2020 заработной платы за сентябрь 2020 года в размере 1 240 000 руб. после получения кредитором ООО «Плитка на века» исполнительного листа на взыскание денежных средств с должника, при этом численность сотрудников должника составляла 3 человека, оплата проведена в начале месяца в целях недопущения удовлетворения требования кредитора.

Также руководителем должника передан не весь объем документации, что затруднило выявление сделок должника. Так, конкурсному управляющему переданы сведения об отдельных сделках, часть оборотно-сальдовых ведомостей без базы программы 1-С, анализ указанных документов не позволяет выявить причины снижения размера активов в 2020 году с 41 млн. руб. до 25 000 руб. Бухгалтерская отчетность по состоянию на 31.12.2020 очевидно искажена, сокрыты сведения о наличии кредиторской задолженности в размере 11 118 283,95 руб.

Контролирующие должника лица не предприняли надлежащих мер по взысканию дебиторской задолженности с ООО «РивьераСтрой», МБУ «Благоустройство Павловский Посад», МБУ «Клинское городское хозяйство», ФИО7

В отношении несвоевременной подачи заявления конкурсный управляющий, с учетом уточнений, указал на возникновение такой обязанности у руководителя должника с 13.01.2020, ссылаясь на взыскание с должника в пользу ООО «Плитка на века» задолженности в сумме 7 189 539 руб. 80 коп. за период с 02.12.2019.

С января 2020 года по октябрь 2020 года размер наращенной задолженности составил 4 937 532 руб.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из того, что конкурсным управляющим не доказано наличие причин-следственной связи между действиями контролирующих должника лиц и наступлением последствий (банкротством должника).

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции на основании следующего.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» содержатся разъяснения, согласно которым привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: 

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно пункту 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности: 

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; 

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

В соответствии с пунктом 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 4 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов, предусмотренных законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами.

Указанная ответственность соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 17 Федерального закона от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете») и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве). Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Ответственность является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Кодекса).

Ответственность наступает независимо от используемой юридическим лицом системы налогообложения. В частности, в соответствии со статьей 346.24 Налогового кодекса Российской Федерации организации, применяющие упрощенную систему налогообложения, обязаны вести учет доходов и расходов для целей исчисления налоговой базы по налогу в книге учета доходов и расходов организации, форма и порядок заполнения которой утверждаются Министерством финансов Российской Федерации. Форма книг и порядок их заполнения утверждены приказом Министерства финансов Российской Федерации от 31.12.2008 № 154н «Об утверждении форм Книги учета доходов и расходов организаций и индивидуальных предпринимателей, применяющих упрощенную систему налогообложения, Книги учета доходов индивидуальных предпринимателей, применяющих упрощенную систему налогообложения на основе патента, и Порядков их заполнения». Руководитель юридического лица, применяющего упрощенную форму налогообложения, обязан вести и хранить Книгу учета доходов и расходов, вести учет основных средств и нематериальных активов, хранить первичные учетные документы Изложенная правовая позиция содержится в Постановлении Президиума ВАС РФ от 06.11.2012 № 9127/2012.

Как указывает конкурсный управляющий должника и усматривается из материалов дела, ФИО5 исполнил обязанность по передаче документов конкурсному управляющему после подачи заявления о привлечении руководителей должника к субсидиарной ответственности.

В указанной части конкурсным управляющим должника указано на неполноту сведений и недостоверность бухгалтерского баланса в части суммы кредиторской задолженности.

Вместе с тем, в данном случае суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что сама по себе недостоверность отчетности не может служить основанием для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности – такого рода искажения должны вводить в заблуждение контрагентов должника и препятствовать пополнению конкурсной массы.

Судом установлено, что заявленное конкурсным управляющим искажение отчетности сводится к неуказанию кредиторской задолженности в размере 11 118 283 руб. 95 коп. по состоянию на 31.12.2020.

Однако, в материалы дела не представлено сведений о реестровых кредиторах, которые могли бы были быть введены в заблуждение подобным искажением документации.

Более того, в распоряжении конкурсного управляющего имелись необходимые и достаточные сведения о счетах и контрагентах должника, в связи с чем конкурсный управляющий имел объективную возможность оспорить каждую из транзакций в пределах специальных сроков исковой давности.

Согласно бухгалтерскому балансу ООО «МартАрен» на 31.12.2019 (том 1 л.д. 69-72) у должника имелись активы на сумму 41 974 т.р., при этом кредиторская задолженность составляла 41 929 т.р., что является самостоятельным разумным объяснением причин одновременного снижения размера активов и пассивов в 2020 году с 41 млн. руб. до 25 000 руб.

Привлечение к субсидиарной ответственности (экстраординарный способ пополнения конкурсной массы) по мотивам неполноты сведений об основаниях совершения операций не должен подменять механизм оспаривания сделок должника, предусмотренный главой III.1 Закона о банкротстве.

Таким образом, материалы дела не содержат сведений о причинно-следственной связи между ненадлежащим ведением бухгалтерского учета и неспособностью должника исполнить обязательства перед кредиторами, в указанной части конкурсный управляющий должником ссылается исключительно на искажение отчетности, но не на совершение действий, объективно повлекших несостоятельность должника или введение в заблуждение отдельных кредиторов.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Суду не представлено сведений о совершении контролирующими должника лицами сделок, отвечающих критериям существенности в масштабах деятельности организации.

В отношении выплаты заработной платы за сентябрь 2020 года в размере 1 240 000 руб. суду не представлено сведений о недействительности соответствующего денежного обязательства, притом, что расчет заработной платы может быть осуществлен исходя из справок формы 2-НДФЛ. Суду представлены сведения о том, что выдача денежных средств под отчет носила характер обычной хозяйственной деятельности должника, ФИО2 представлены оправдательные документы по расходным операциям. Доводы о намерении причинить вред кредиторам носят предположительный характер и не подтверждаются какими-либо презумпциями, что влечет искажение порядка распределения бремени доказывания в рамках привлечения к гражданско-правовой ответственности.

Конкурсный управляющий должником привел в своем заявлении довод о том, что контролирующие должника лица не предприняли надлежащих мер по взысканию дебиторской задолженности с ООО «РивьераСтрой», МБУ «Благоустройство Павловский Посад», МБУ «Клинское городское хозяйство», ФИО7

Вместе с тем, ФИО2 представлены сведения о взыскании в период осуществления им деятельности с  ООО «РивьераСтрой» 5 000 000 руб. из 6 100 000 руб. задолженности (т. 1 л.д. 129, 149, т.2 л.д. 2, 6, 9- 11, 13-16, 19,23, 25, 29, 30, 36, 38), с МБУ «Благоустройство Павловский Посад», в период осуществления деятельности ФИО5 с МБУ «Благоустройство Павловский Посад» взыскано 1 096 867 руб. 39  коп. из 1 126 116 руб. 43 коп. (т. 1 л.д. 141, 142) с МБУ «Клинское городское хозяйство» взыскана вся задолженность 1 274 540 руб. 17 коп. (т. 1 л.д. 139).

Всего из состава дебиторской задолженности 57 002 551 руб. 48 коп. контролирующими должника лицами взыскано 47 982 794 руб. 71 коп.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве возлагает на руководителя должника обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением должника в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с учредительными документами должника на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; в иных случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 этой же статьи, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В соответствии с правовой позицией, сформированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2018 №306-ЭС17-13670, и нашедшей свое отражение впоследствии в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (пункт 9), обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Привлекаемое к субсидиарной ответственности лицо не освобождено от обязанности обоснования своих возражений, однако, бремя доказывания наличия оснований для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности, а также обоснования размера субсидиарной ответственности лежит на лице, обратившемся с таким заявлением (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Согласно абзацу 2 статьи 2 Закона о банкротстве банкротство - это неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по гражданским обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, признанная арбитражным судом, тогда как неплатежеспособность - это лишь прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (абзаца 34 статьи 2 Закона о банкротстве).

Таким образом, сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства).

При решении вопроса о возможности возложения на ответчика субсидиарной ответственности необходимо иметь в виду, что субсидиарная ответственность в деле о несостоятельности (банкротстве) возлагается не в силу одного лишь факта неподачи заявления должника, а потому, что указанное обстоятельство является презумпцией невозможности удовлетворения требований кредиторов, возникших в период просрочки подачи заявления о несостоятельности (банкротстве), по причине неподачи данного заявления.

Как указано в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016 (пункт 2 Практики применения положений законодательства о банкротстве Судебной коллегии по экономическим спорам), невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве свидетельствует о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Судом первой инстанции установлено, что заявленная в отношении контролирующих должника лиц дата наступления неплатежеспособности 13.01.2020 является некорректной, отсутствуют сведения об обязательствах, которые на указанную дату не исполнялись 3 или более месяца.

Иной даты наступления личной обязанности контролирующих должника лиц по обращению в суд с заявлением о банкротстве арбитражным управляющим не представлено.

При этом должник после наступления указанной даты заключил муниципальные контракты: 

- ГПОУ ТУЛЬСКОЙ ОБЛАСТИ «НОВОМОСКОВСКИЙ СТРОИТЕЛЬНЫЙ КОЛЛЕДЖ» (ИНН 

<

***>); устройство ограждения территории по адресу: 

<

...>, по договору №5359НСК от 02.11.2020 на сумму 1 700 714 руб. 95 коп. от 18.12.2020. Документы отправлялись через ЭДО. Сведения об оплате содержатся в томе 1 л.д. 147. 

- ЗАО «Газпром Армения» продажа материалов на сумму 524 538 руб. от 13.01.2021 Документы отправлялись через ЭДО.

- РГУ им. С.А. Есенина контракт от 21.09.2020 на сумму 1 004 607 руб. 23 коп.

Сведения об оплате содержатся в томе 1 л.д. 146. 

- РГУ им. С.А. Есенина контракт от 16.12.2020 на сумму 61 004 руб. 91 коп. Сведения об оплате содержатся в томе 1 л.д. 146.

По правилам статьи 65 АПК РФ, исходя из разъяснений, изложенных в пунктах 1, 4, 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения руководителем должника обязанности действовать добросовестно и разумно в интересах общества, наличие и размер убытков, причинно-следственную связь между допущенным нарушением и возникшими убытками.

Таким образом, в предмет доказывания и исследования в данном случае входит вина руководителя должника, причинно-следственная связь его действий с банкротством предприятия и недостаточностью имущества должника, т.е. наличие обстоятельств, перечисленных в статьи 9 Закона о банкротстве, при которых у руководителя должника возникает обязанность по обращению с заявлением должника, факта нарушения данной обязанности лицами, привлеченными конкурсным управляющим к субсидиарной ответственности, состав и размер обязательств должника.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В Постановлении Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» изложена правовая позиция, в соответствии с которой недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; 

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; 

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Однако, доказательств наличия вышеуказанных аспектов недобросовестности контролирующих должника лиц  в материалы дела не представлено.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основанию принятия на должника обеспечительных обязательств.

Конкурсный управляющий со ссылкой на выписки по расчетным счетам указывает, что ФИО2 снято наличными с бизнес-карты 972 623.00 рубля.

Однако согласно представленному в заключении расчету на стр. 19 заключения о наличии признаков преднамеренного (фиктивного) банкротства снятие наличных состоялось только на сумму 964 500.00 рублей.

Данные денежные средства были потрачены на нужды должника. В подтверждение данных обстоятельств ФИО2 представлены в материалы дела авансовые отчеты за период с 07.11.2019г. по 24.07.2020г., согласно которым израсходованы на нужды должника денежные средства в сумме 483 232.96 рублей.

Также из указанных средств выплачивалась заработная плата работникам должника, расходные кассовые ордера с платежными ведомостями за период с 07.11.2019г. по 23.07.2020г. представлены в материалы дела. Согласно платежным ведомостям выплаченная ФИО2 заработная плата работникам составила 369 597.55 рублей.

Кроме того, денежные средства в сумме 135 250 рублей были возвращены ФИО2 на расчетный счет ООО «МартАрен», в том числе 30.12.2019г. - 2 000р., 20.04.2020г. - 1000р.. 20.04.2020г.-40000р., 23.04.2020г.-20000р., 19.06.2020г,- 1250р.. 19.06.2020-30 000р., 10.07.2020г. -1000р., 14.07.2020г,-1000р.. 16.07.2020г. - 4000р.. 16.07.2020г. - 26000р.

Итого возвращено и потрачено на нужды ООО «МартАрен» ФИО2 483 232.96р. + 369 597.55р. + 135 250=988 080.51 рублей.

Таким образом, основания для привлечения к ответственности по мотиву снятия ФИО2 денежных средств в сумме 972 623 рубля отсутствуют.

Судом первой инстанции обоснованно сделан вывод о том, что выдача денежных средств под отчет носила характер обычной хозяйственной деятельности должника, ФИО2 представлены оправдательные документы по расходным операциям.

Доводы о намерении причинить вред кредиторам носят предположительный характер и не подтверждаются какими-либо презумпциями, что влечет искажение порядка распределения бремени доказывания в рамках привлечения к гражданско-правовой ответственности.

Конкурсный управляющий ссылается на то, что своевременное невзыскание дебиторской задолженности с ООО «Ривьерастрой» в сумме 1 102 212.39 рублей повлекло невозможность получения данных сумм.

Однако расчет сумм выполненных должником работ по договору и оплаченных контрагентом работ (приведен в возражениях в таблице) показывает, что остаток задолженности составлял 902 212.39 рублей (6012212.39р. - 51 10000р.).

За период деятельности ФИО2 были предприняты все необходимые меры по получению задолженности с ООО «Ривьерастрой». За этот период поступило от контрагента 5 000 000 рублей, т.е. основная часть от задолженности.

ФИО2 обращает внимание, что сведения о данном контрагенте были известны конкурсному управляющему на дату открытия конкурсного производства, поскольку соответствующие сведения содержали выписки по счетам должника, полученные ФИО4 в процедуре наблюдения должника.

Кроме того, информацию о задолженности конкурсный управляющий с документами получил в феврале 2022г., когда процедура конкурсного производства ООО «Ривьерастрой» еще не была завершена.

Однако требований к ООО «Ривьерастрой» конкурсный управляющий не предъявил. В своем заключении заявитель полагает, что у ООО «Ривьерастрой» в 2020г. был объем активов, позволяющих погасить задолженность перед кредиторами.

Соответственно, в процедуре конкурсного производства ООО «Ривьерастрой» конкурсный управляющий мог бы требовать оспаривания сделок, привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, а также предпринимать иные меры для получения задолженности с контрагента.

При этом процедура конкурсного производства в отношении ООО «Ривьерастрой» была открыта решением арбитражного суда г. Москвы от 13.10.2021г. дело № А40-112935/2021. Т.е. включить требования должника в реестр кредиторов ООО «Ривьерастрой» мог только конкурсный управляющий ФИО4, утвержденный судом 12.08.2021г.

Однако такую обязанность не исполнил, процедура банкротства была завершена в отношении ООО «Ривьерастрой» 25.05.2022г., предприятие исключено из ЕГРЮЛ 24.10.2022г.

Следовательно, ответственность за неисполнение обязанности по включению требований должника в реестр требований кредиторов ООО «Ривьерастрой» лежит на конкурсном управляющем, равно как и непринятие мер по реальному получению кредиторской задолженности при наличии у него сведений об активах ООО «Ривьерастрой» (направление требований конкурсному управляющему ООО «Ривьерастрой» об оспаривании сделок, поиску активов, привлечению контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и пр.).

Таким образом, основания для возложения ответственности на ФИО2, получившему в свой период времени основную часть задолженности ООО «Ривьерастрой» отсутствуют.

Судом первой инстанции верно установлено, что заявленная в отношении контролирующих должника лиц дата наступления неплатежеспособности 13.01.2020 является некорректной, отсутствуют сведения об обязательствах, которые на указанную дату не исполнялись 3 или более месяца.

Иной даты наступления личной обязанности контролирующих должника лиц по обращению в суд с заявлением о банкротстве арбитражным управляющим не представлено.

Таким образом, конкурсным управляющим не доказана причинно-следственная связь между действиями контролирующего должника лицом и банкротством должника.

Доводы апелляционной жалобы сводятся к переоценке имеющихся в деле доказательств, которым судом первой инстанции дана правильная оценка, и для иной оценки апелляционный суд не усматривает.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка. Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 21 июля 2023 года по делу № А40-178081/20 оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «МАРТАРЕН» - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                      О.В. Гажур 

 

Судьи:                                                                                               Р.Г. Нагаев 

 

                                                                                                                       ФИО8