СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-6096/2022(4)-АК

Дело №А60-44840/2020

20 июля 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17 июля 2023 года.

         Постановление в полном объеме изготовлено 20 июля 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:     

председательствующего Л.М. Зарифуллиной,

судей                              Е.О. Гладких, Т.С. Нилоговой, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1 (до и после перерыва),  

при участии в судебном заседании (до перерыва 10.07.2023):

в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от конкурсного управляющего должника ФИО2 – ФИО3, паспорт, доверенность от 27.06.2023,

в Семнадцатом арбитражном апелляционном суде:

заинтересованное лицо с правами ответчика - ФИО4, паспорт,

от заинтересованного лица с правами ответчика ФИО4 - ФИО5, паспорт, доверенность от 21.11.2022,

(после перерыва 17.07.2023):

в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от конкурсного управляющего должника ФИО2 – ФИО3, паспорт, доверенность от 27.06.2023,

от заинтересованного лица с правами ответчика ФИО4 - ФИО5, паспорт, доверенность от 21.11.2022,

в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд иные лица, участвующие в деле, не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу заинтересованного лица с правами ответчика ФИО4

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 17 апреля 2023 года 

об удовлетворении заявления арбитражного управляющего и взыскании с ФИО4 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Вагонремонт» убытков в размере 32 122 129,44 рубля,

вынесенное судьей М.Е. Яних

в рамках дела №А60-44840/2020 

о признании общества с ограниченной ответственностью «Вагонремонт» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом), 

заинтересованное лицо с правами ответчика ФИО4, 

 

установил:

В Арбитражный суд Свердловской области 07.09.2020 поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Реминвест» (далее – ООО «Реминвест») о признании общества с ограниченной ответственностью «Вагонремонт» (далее – ООО «Вагонремонт», должник) несостоятельным (банкротом), которое определением от 14.09.2020 принято к производству суда, возбуждено дело о банкротстве должника. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 17.11.2020 (резолютивная часть от 10.11.2020) требования ООО «Реминвест» признаны обоснованными, в отношении ООО «Вагонремонт» введено наблюдение, временным управляющим должника утвержден ФИО6, член ассоциации СРО «ЦААУ».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №214(6935) от 21.11.2020, стр.162. 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 17.02.2021 (резолютивная часть от 10.02.2021) ООО «Вагонремонт» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО7 (далее – ФИО7), член ассоциации СОАУ «Меркурий».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №34(6996) от 27.02.2021, стр.112.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.08.2022 (резолютивная часть от 28.07.2022) ФИО7 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2 (далее – ФИО2), член ассоциации СОАУ «Меркурий».

04.07.2022 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление конкурсного управляющего должника о взыскании в ФИО4 (далее – ФИО4) убытков в размере 130 895 853,96 рубля. 

Определением от 08.07.2022 указанное заявление принято к производству суда, к участию в обособленном споре в качестве заинтересованного лица с правами ответчика привлечен ФИО4 

В дальнейшем при рассмотрении спора конкурсный управляющий должника заявил ходатайство об уточнении требований, в котором просил  взыскать с ФИО4 в пользу ООО «Вагонремонт» убытки в размере 32 122 129,44 рубля, в том числе 17 623 641,44 рубля пени и 14 498 488,00 рублей штрафа, начисленных Межрайонной ИФНС России №25 по Свердловской области по результатам выездной налоговой проверки в отношении ООО «Вагонремонт».

Данное уточнение принято судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 17.04.2023 (резолютивная часть от 06.04.2023) заявление конкурсного управляющего о взыскании убытков удовлетворено. С ФИО4 в пользу ООО «Вагонремонт»  взысканы убытки в размере 32 122 129,44 рубля.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО4 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 17.04.2023 отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Заявитель жалобы указывает на то, что в рамках рассмотрения настоящего дела не были доказаны имеющие значение для дела обстоятельства, которые суд счел установленными, в нарушение требований статьи 65 АПК РФ вина ФИО4 не была доказана. Единственным доводом конкурсного управляющего о якобы наличии вины ФИО4 было решение налогового органа, в котором указано обратное. Судом не было проанализировано решение по итогам выездной налоговой проверки, суд формально рассмотрел вопрос о наличии вины ввиду того, что в проверяемый период ФИО4 занимал должность директора. Ни в акте налоговой проверки, ни в решении, принятом по итогам налоговой проверки, о совершении налогового правонарушения не установлена вина ФИО4 Налоговым органом была установлена вина М-вых, как контролирующих лиц, создавших схему, установлены не только бенефициары (выгодоприобретатели) данной схемы, а именно организаторы, в связи с чем, в рамках настоящего спора ФИО4 не является надлежащим ответчиком. Выводы суда первой инстанции, изложенные в обжалуемом судебном акте, затрагивают права третьих лиц и влияют на возможность взыскания с данных лиц в порядке субсидиарной ответственности, однако, судом было отказано в удовлетворении ходатайства о привлечении ФИО8 в качестве третьего лица в рамках рассмотрения настоящего спора. ФИО8, как контролирующее лицо должника мог бы дать пояснения относительно обстоятельств, имеющих значение в рамках спора, разъяснить обстоятельства относительно деятельности ООО «Вагонремонт», и созданной им схемы, в связи с которой налоговым органом были произведены доначисления. Вывод суда о наличии вины ФИО4 не соответствует обстоятельствам дела, поскольку он исполнял трудовые обязанности в качестве директора ООО «Вагонремонт» с 11.04.2018 по 31.07.2020, в то время как налоговым органом были доначислены налоги, пени и штрафы в налоговых периодах с 2016 года по 2017 год (контрагенты ООО «Альянс-Групп», ООО «Интегро», ООО «УК Барс», ООО «Орион», ООО «Оникс-Сервис», ИП ФИО9, ИП ФИО10). Единственными претензиями, предъявленными налоговым органом к периодам, в которых уже ФИО4 исполнял обязанности директора ООО «Вагонремонт», были бы взаимоотношения с ООО «Альянс-Групп» и ООО «Интегро». Судом не было принято во внимание, что налоговым органом была признана реальность поставок, приобретения товара, особенности бизнеса, в котором ООО «Вагонремонт» являлся торговым домом, который реализовывал товары группы компаний. Акт налоговой проверки датирован 18.01.2021, решение было принято 17.03.2022, однако, ФИО4 в этот период уже не являлся директором ООО «Вагонремонт», не мог повлиять на принятое решение, так как не имел правовых оснований для обжалования такого решения. Как в решении, так и в материалах налоговой проверки отсутствуют факты и иные доказательства недобросовестного поведения ФИО4 в качестве руководителя ООО «Вагонремонт»; отсутствует причинно-следственная связь между действиями ФИО4 и привлечением общества к ответственности в виде штрафа, дополнительным начислением ему пеней, а именно совокупность обстоятельств для взыскания с ответчика убытков, предусмотренная статьями 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации. Судом неверно была рассчитана сумма пени, подлежащая взысканию с ФИО4 По мнению апеллянта, необходимо исключить из расчета следующие суммы: недоимку по налогу на прибыль организаций (бюджет субъектов) - 1 441 158,00 рублей, срок уплаты 28.04.2018; недоимка по налогу на прибыль организаций (федеральный бюджет) - 254 322,00 рублей, срок уплаты 28.04.2018. ФИО4 при расчете не были включены суммы авансовых платежей, начисленных за I квартал 2018 г. Действительно, срок уплаты (28.04.2018) уже наступил в момент, когда ФИО4 исполнял трудовые обязанности в качестве директора ООО «Вагонремонт» (11.04.2018 по 31.07.2020), однако, данный авансовый платеж подлежал уплате за I квартал 2018 года, ФИО4 в этот период еще не являлся директором ООО «Вагонремонт», директором в I квартале 2018 года был ФИО11 (22.01.2010 - 11.04.2018), в связи с чем, не могут подлежать взысканию пени, начисленные налоговым органом, по периодам, в которых ФИО4 не являлся директором ООО «Вагонремонт». Пени на сумму недоимки 1 110 683,00 рублей по налогу на прибыль были рассчитаны с неверной даты, судом были рассчитаны пени с 28.01.2019 вместо 28.03.2019, то есть 28.03.2019 подлежал уплате налог за 2018 год. ФИО4 верно была указана дата 28.03.2019, а в таблице решения допущена опечатка. Судом также не были оценены обстоятельства, на которые ссылался ФИО4 о том, что расчет суммы штрафа по налогу на прибыль произведен с нарушением норм Налогового кодекса Российской Федерации. Налоговый орган произвел начисление штрафа раздельно за каждый квартал 2018 года, то есть на каждый подлежащий к уплате квартальный авансовый платеж, из полученной суммы налоговый орган вычел «40-процентный штраф» на платежи за 3 мес. (квартальный), т.е. 11 100 006,80 - 576 463,20 - 101 728,80 = 10 421 814,80 рубля штрафа по налогу на прибыль. Однако, мера ответственности, указанная в статье 122 НК РФ, предусмотрена только за неуплату налога. Нарушение порядка исчисления и (или) уплаты авансовых платежей не может рассматриваться в качестве основания для привлечения лица к ответственности за нарушение законодательства о налогах и сборах. При расчете штрафа, который относится к периоду, в котором ФИО4 занимал в ООО «Вагонремонт» должность директора, необходимо было рассчитать налог, подлежащий к уплате за 2018 г. без учета доходов и расходов, относящихся к I кварталу 2018 года, и в последующем рассчитать штраф (40% от рассчитанной суммы налога).

При подаче апелляционной жалобы ФИО4 уплачена государственная пошлина в размере 3 000,00 рублей, что подтверждается чеком-ордером от 27.04.2023, приобщенным к материалам дела.

До начала судебного заседания от конкурсного управляющего должника ФИО2 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Указывает на то, что в части проверяемого налоговым органом периода 2-4 квартал 2018 года ФИО4 исполнял обязанности директора должника. Материалами налоговой проверки подтверждены обстоятельства неправомерного предъявления к налоговому вычету НДС, неуплаты налога на прибыль, что повлекло доначисление обществу налогов, пени и штрафов. Объективной невозможности надлежащего исполнения обязанности по перечислению налогов ФИО4 представлено не было. Обязанность по уплате пени и штрафов возникла у должника в результате неправомерных действий ФИО4 ФИО4 не являлся номинальным руководителем, осуществлял руководство хозяйственной деятельностью должника, исполнял решения участника общества, в рамках проверки представлял документы налоговому органу. В период руководства ФИО4 произошло занижение налогооблагаемой базы ООО «Вагонремонт» по налогу на прибыль, заявлены необоснованные налоговые вычеты по НДС со 2 по 4 квартал 2018 год. Первичные документы и бухгалтерская отчетность должника, на основании которых выявлены недоимки, составлены в период руководства ФИО4 Доводы ФИО4 об отсутствии вины и причинно-следственной связи между его действиями в качестве руководителя ООО «Вагонремонт» несостоятельны. ФИО4 не объяснил, каким образом при его руководстве произошло занижение налогооблагаемой базы ООО «Вагонремонт» за 2018 год по налогу на прибыль, заявлены необоснованные налоговые вычеты по НДС с 2 по 4 квартал 2018 год. Ссылка ФИО4 на заключение договоров со спорными контрагентами до периода его полномочий, не проясняет картину его действий. ФИО4 уклоняется от дачи пояснений о том, как эти договоры исполнялись в период его полномочий и как по ним сдавалась отчетность. Озвученные доводы ФИО4 о неправомерном начислении налоговым органом штрафа за нарушение порядка исчисления и (или) уплаты авансовых платежей направлены на несогласие с решением Межрайонной ИФНС России №25 по Свердловской области по результатам выездной налоговой проверки за период с 01.01.2016 по 31.12.2018 №12-04/2797 от 17.03.2022, вступившим в силу 17.04.2022. Доказательств оспаривания данной выездной налоговой проверки в судебном порядке, в материалы дела представлено не было. Суд правильно пришел к выводу о том, что недобросовестными и неразумными действиями ответчика обществу причинены убытки в размере 32 122 129,44 рубля дополнительных обязательств ООО «Вагонремонт» перед бюджетом.

От учредителя (участника) должника ФИО12 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить. Указывает на то, что фактически деятельность предприятия осуществлял ФИО8, вел финансово-хозяйственную деятельность. Судом первой инстанции не была исследована надлежащим образом суть налоговой проверки, суд формально посчитал виновным бывшего директора должника. 

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.06.2023 (в составе председательствующего Л.М. Зарифуллиной, судей И.П. Даниловой, Т.С. Нилоговой) судебное разбирательство отложено на 10.07.2023. Конкурсному управляющему должника ФИО2 предложено представить расчет суммы пени и штрафа с учетом периода деятельности ФИО4 в качестве директора ООО «Вагонремонт» (за период I квартал 2018 года – 31.12.2018). Заинтересованному лицу ФИО4 представить суду и участникам процесса отзыв с учетом представленного конкурсным управляющим должника расчета.  

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.07.2023 в порядке статьи 18 АПК РФ произведена замена судьи И.П. Даниловой на судью Е.О. Гладких. Рассмотрение дела начато сначала. 

До начала судебного заседания конкурсным управляющим ФИО2 представлены дополнительные пояснения, в котором приведен расчет суммы пени и штрафа, аналогичный тому, который представлен в суд первой инстанции, с указанием на ошибочность расчета суммы, произведенного ФИО4 Правомерность произведенных начислений подтверждена актом налоговой проверки, вступившим в законную силу. Квалификация расчета, представленного налоговым органом, как неправомерного, направлена на несогласие апеллянта с решением налогового органа по результатам выездной налоговой проверки за период с 01.01.2016 по 31.12.2018 от 17.03.2022, вступившим в законную силу 17.04.2022. В отсутствие факта обращения в вышестоящий налоговый орган, ФИО4 не вправе ставить под сомнение сведения, указанные в акте налоговой проверки, поскольку это противоречит процедуре оспаривания актов налоговых органов, предполагающей обязательное обращение в вышестоящий налоговый орган до обжалования в судебном порядке. 

ФИО4 судебном заседании представлен расчет суммы пени, согласно которому размер пени не превышает 16 909 359,74 рубля, который ранее предоставлялся в суд первой инстанции.

В судебном заседании заинтересованное лицо ФИО4 и его представитель (до перерыва) поддержали доводы апелляционной жалобы, просили определение суда отменить, в удовлетворении требований арбитражного управляющего о взыскании убытков отказать. Дополнительно пояснив, что материалами налоговой проверки вина ФИО4 в причинении обществу убытков не доказана, поскольку все операции с контрагентами были реальными. Вступив в должность директора, ФИО4 продолжил те хозяйственные отношения, которые были выстроены ранее. Никаких противоправных действий, направленных на причинение убытков обществу, ФИО4 не совершал. Причина непредъявления конкурсным управляющим требований о возмещении убытков к бенефициарам общества (указанным в акте налоговой проверки), ФИО4 не известна. 

Представитель конкурсного управляющего в судебном заседании возражал против удовлетворения апелляционной жалобы ФИО4, просил судебный акт оставить без изменения по основаниям, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу и дополнительных пояснениях. 

В судебном заседании 10.07.2023 в порядке статьи 163 АПК РФ объявлен перерыв до 17.07.2023.

До начала судебного заседания конкурсным управляющим должника ФИО2 представлены дополнительные пояснения, в которых указано на то, что решением налогового органа по результатам выездной налоговой проверки установлен факт создания ФИО13, ФИО8 схемы, направленной на уклонение от уплаты налогов путем реализации готовой продукции через проблемные организации, в т.ч. через ООО «Альянс-Групп» и ООО «Интегро». Установлена возможность ФИО14 давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в т.ч. по совершению сделок и определению их условий. Согласно анализу финансового состояния должника во 2-4 кварталах 2018г. должник отвечал признакам неплатежеспособности. Эти обстоятельства позволяют сделать вывод, что М-вы являлись контролирующими должника лицами в спорный период времени, что подтверждается, в т.ч. родственными связями ФИО8 с ФИО12 (участником должника). в связи с чем, конкурсный управляющий полагает возможным привлечь М-вых к субсидиарной ответственности, если апелляционная жалоба ФИО4 будет удовлетворена частично; либо привлечь М-вых и ФИО4 к ответственности в виде возмещения ими убытков как с лиц, причинивших вред обществу совместно. При этом, не допускает одновременного предъявления указанных требований в виде привлечения М-вых к субсидиарной ответственности и взыскании с ФИО4 той же суммы убытков, что приведет к неосновательному обогащению на стороне должника. При этом, конкурсный управляющий не возражает против привлечения М-вых в качестве соответчиков. Вместе с тем указывает на то, что ФИО4 не мог не знать о факте исполнения обязательств лицами, не указанными в счетах-фактурах, а, следовательно, о недостоверности сведения в налоговых декларациях, что позволяет привлечь его к ответственности в виде взыскания с него убытков. 

Судебное заседание 17.07.2023 продолжено в том же составе.

После перерыва представитель заинтересованного лица ФИО4 (в режиме веб-конференции) поддержала доводы апелляционной жалобы, просила отменить определение суда и отказать во взыскании с ФИО4 убытков.

Представитель конкурсного управляющего в судебном заседании (в режиме веб-конференции) возражал против удовлетворения апелляционной жалобы и отмены судебного акта по основаниям, изложенным ранее в отзыве и письменных пояснениях. 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьей  266 и частью 5 статьи 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, согласно сведениям из ЕГРЮЛ общество «Вагонремонт» было зарегистрировано в качестве юридического лица при его создании 22.01.2010 ИФНС по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга за ОГРН 

<

***>, присвоен ИНН 

<

***>, по юридическому адресу: 

<

...>. 

Основным видом деятельности общества являлась торговля оптовая неспециализированная. 

Уставной капитал общества составляет 12 500 рублей.

Учредителем (участником) общества является ФИО12, обладающая 100% доли в уставном капитале номинальной стоимостью 12 500 рублей (внесена запись в ЕГРН 23.12.2013).

Единоличным исполнительным органом общества (директором) общества до апреля 2018 года являлся ФИО11, а со 02.04.2018 до 31.07.2020 ФИО4 (выписка из ЕГРЮЛ, решение №17 единственного участника ООО «Вагонремонт» от 31.07.2020 и приказ №2 от 31.07.2020 о расторжении трудового договора по согласованию сторон и сложении полномочий директора общества. 

По мнению конкурсного управляющего ФИО4 является контролирующим должника лицом, ответственным за причинение вреда обществу. 

Материалами дела установлено, что МИФНС России №25 по Свердловской области на основании решения начальника ФНС от 30.12.2019 №19 в отношении ООО «Вагонремонт» проведена выездная налоговая проверка правильности исчисления и уплаты налога на добавленную стоимость, налога на доходы физических лиц, налога на прибыль организаций, транспортного налога, налога на имущество, земельного налога за период с 01.01.2016 по 31.12.2018 и страховых взносов за период с 01.01.2017 по 31.12.2018. 

По результатам проведенной проверки, налоговым органом составлен акт выездной налоговой проверки №12-04/11324 от 18.01.2021, на основании которого вынесено решение №12-04/2797 о привлечении ООО «Вагонремонт» к ответственности за совершение налогового правонарушения от 17 марта 2022 года, вступившего в законную силу, которым начислены пени по состоянию на 17.03.2022 за неуплату НДС за период 1 квартал 2016 года – 4 квартал 2018 года, налога на прибыль за период 1 квартал 2016 года – 4 квартал 2018 года, в общей сумме 45 348 820,36 рубля. 

Также наложен штраф за неуплату НДС в результате неправильного исчисления налога, неисполнение обязанности по уплате налога в установленный законодательством о налогах и сборах срок; за неуплату налога на прибыль в результате занижения налоговой базы, неисполнение обязанности по уплате налога в установленный законодательством о налогах и сборах срок за указанный выше период в сумме 70 370 353,60 рубля. 

Всего размер финансовых санкций за указанный период составил 130 895 853,96 рубля. 

Этим же решением доначислен к уплате налог в размере 228 132 418,00 рублей. 

Материалами налоговой проверки установлено, что в нарушение п. 1 ст. 54.1, ст. 169, п. 1 ст. 171, п. 1 ст. 172 НК РФ в налоговых декларациях по налогу на добавленную стоимость необоснованно применены налоговые вычеты за 2016-2018гг. по контрагентам ООО «Альянс-Групп» (ИНН 

<

***>), ООО «Интегро» (ИНН 

<

***>), ООО «УК Барс» (ИНН 

<

***>), ООО «Орион» (ИНН 

<

***>), ООО «Оникс-Сервис» (ИНН 

<

***>), ИП ФИО9 (ИНН 

<

***>), ИП ФИО10 (ИНН 

<

***>), что привело к неуплате налога на добавленную стоимость в бюджет в результате неправильного исчисления налога в за период с 1 квартала 2016 года по 4 квартал 2018 года в общей сумме 125 298 172 рублей, в том числе по налоговым периодам: 1 квартал 2016 г. - 2 702 484 рублей; 2 квартал 2016 г. – 4 775 362,00 рублей; 3 квартал 2016 г. - 2 301 936 рублей; 4 квартал 2016 г. – 12 374 822,00 рублей; 1 квартал 2017 г. - 9 632 601 рублей; 2 квартал 2017 г. – 14 345 564,00 рублей; 3 квартал 2017 г. - 17 069 736 рублей; 4 квартал 2017 г.  -  30 236 650 рублей; 1 квартал 2018 г. - 1 525 932 рублей; 2 квартал 2018 г. – 8 514 226,00 рублей; 3 квартал 2018 г. - 11 627 179 рублей; 4 квартал 2018 г. – 10 191 680 рублей. 

Согласно решению налогового органа названные действия содержат признаки состава налогового правонарушения, предусмотренного пунктом 3 части 1 статьи 122 НК РФ.

За неуплату налога в бюджет за 1, 2, 3, 4 кварталы 2016 года, 1, 2, 3, 4 кварталы 2017 года, 1, 2, 3, 4 кварталы 2018 года в результате неправильного исчисления налога совершенного умышленно, предусмотрена ответственность в виде взыскания штрафа в размере 40% от суммы неуплаченного налога. 

В соответствии с п. 1 ст. 113 НК РФ лицо не может быть привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения, если со дня его совершения либо со следующего дня после окончания налогового периода, в течение которого было совершено это правонарушение, и до момента вынесения решения о привлечении к ответственности истекли три года (срок давности). 

В связи с истечением срока давности за налоговые правонарушения, совершенные в 1, 2, 3, 4 кварталах 2016 года, 1, 2, 3, 4 квартале 2017 года, 1, 2, 3 квартале 2018 года, налогоплательщик не подлежит привлечению к ответственности. 

В связи с чем, штраф определен в размере 4 076 672,00 рублей (10 191 680 рублей х 40%). 

За неисполнение обязанности по уплате налога в установленный законодательством о налогах и сборах в соответствии с п. 3 ст. 75 НК РФ начислены пени по состоянию на 17.03.2022 в сумме 45 348 820,36 рубля.

Также налоговым органом установлено, что в нарушение п. 2 ст. 54.1, п. 1 ст. 252, п.п. 1 п. 1 ст. 254, ст. 313-324 НК РФ, п. 1, 4 ст. 9, п. 2 ст. 10 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» проверяемым налогоплательщиком в составе расходов, уменьшающих налоговую базу по налогу на прибыль, неправомерно учтены необоснованные и документально не подтвержденные расходы по хозяйственным операциям с ООО «Альянс Групп», ООО «УК Барс», ООО «Орион», ООО «Интегро» в общей сумме 512 826 916 рублей, в том числе по периодам: в 2016 году в сумме 119 643 298,00 рублей, в 2017 году - 254 433 531,00 рублей, в 2018 году – 138 750 087,00 рублей. 

В результате указанных нарушений и с учетом ставки налога, действовавшей в проверяемом периоде, ООО «Вагонремонт» не уплачен налог на прибыль организаций в общей сумме 102 565 383,00 рублей, в том числе по налоговым периодам: за 2016 год в сумме 23 928 660,00 рублей, за 2017 год – 50 886 706,00 рублей, за 2018 год - 27 750 017,00 рублей. 

Согласно решению налогового органа названное действие содержит признаки состава налогового правонарушения, предусмотренного пунктом 3 части 1 статьи 122 НК РФ, за неуплату налога в бюджет за 2016, 2017, 2018 годы в результате занижения налоговой базы совершенного умышленно, предусмотрена ответственность в виде взыскания штрафа в размере 40% от суммы неуплаченного налога. 

В соответствии с п. 1 ст. 113 НК РФ лицо не может быть привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения, если со дня его совершения либо со следующего дня после окончания налогового периода, в течение которого было совершено это правонарушение, и до момента вынесения решения о привлечении к ответственности истекли три года (срок давности). 

В связи с истечением срока давности за налоговые правонарушения, совершенные в 2016, 2017 годах налогоплательщик не подлежит привлечению к ответственности. 

В связи с чем, штраф определен в размере 11 100 008,00 рублей (27 750 017,00 рублей х 40%). 

За неисполнение обязанности по уплате налога в установленный законодательством о налогах и сборах в соответствии с п. 3 ст. 75 НК РФ начислены пени по состоянию на 17.03.2022 в сумме 70 370 353,60 рубля.

Определением суда от 29.11.2022 требование уполномоченного органа, основанное на вышеуказанном решении налогового органа, в размере 336 814 990,07 рубля, в т.ч. 228 132 418,00 рублей основного долга, 93 505 893,07 рубля пени и 15 176 679,00 рублей штрафа, включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника ООО «Вагонремонт». 

По расчету конкурсного управляющего размер начисленных пени за период со 2 квартала 2018 года по 4 квартал 2018 года составил 17 623 641,44 рубля и наложен штраф за неисполнение обязанности по уплате налогов за указанный период в размере 14 498 488,00 рублей, итого 32 122 129,44 рубля. 

Ссылаясь на то, что вышеуказанные финансовые санкции применены к должнику в связи с ненадлежащим исполнением директором ФИО4 в период его деятельности со 2 квартала 2018 года по 4 квартал 2018 года своих обязанностей, конкурсный управляющий обратился с заявлением о взыскании с него убытков в размере 32 122 129,44 рубля. 

Возражая против заявленных требований, ответчик указывал на то, что он не совершал противоправных действий, послуживших основанием для доначисления уполномоченным органом налогов и финансовых санкций, поскольку схема финансово-хозяйственной деятельности общества была создана иными лицами до начала его деятельности в обществе в качестве директора. Сделки, совершенные обществом, являлись реальными. При этом, он просил привлечь к участию в настоящем обособленном споре ФИО8 (бенефициара), чья вина установлена актом налоговой проверки и решением о привлечении общества к налоговой ответственности. 

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении ходатайства о привлечении вышеуказанного лица к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьего лица.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из доказанности совокупности условий, достаточных для привлечения ФИО4 к ответственности в виде взыскания с него убытков, причиненных обществу, в размере 32 122 129,44 рубля. 

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, с учетом представленных дополнений к отзыву, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, выслушав участников процесса, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения судом норм процессуального права, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

В соответствии со статьей 223 АПК РФ и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе зарегистрированных в качестве индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Согласно положениям абзаца 5 пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника, лиц, входящих в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, собственника имущества должника, лицами, действовавшими от имени должника в соответствии с доверенностью, иными лицами, действовавшими в соответствии с учредительными документами должника, предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц, о расторжении договоров, заключенных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.

Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Федеральный закон от 29.07.2017 №266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили свое действие.

Переходные положения изложены в статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ; положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3-6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – информационное письмо ВАС РФ от 27.04.2010 №137) означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, а именно пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 №12-П и от 15.02.2016 №3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 №137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

В рассматриваемом случае обстоятельства, с которыми связано обращение конкурного управляющего в суд с заявлением о привлечении ФИО4 к ответственности в виде взыскания с него убытков, имели место в период со 2 по 4 квартал 2018 года, т.е. после вступления в законную силу Закона №266-ФЗ.

Следовательно, к данным правоотношениям подлежат применению нормы главы III.2 Закона о банкротстве, действовавшие в указанный период времени (в части применения норм материального права). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами (пункт 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Однако, в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N53 разъяснено, что руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как указано в пункте 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям.

К контролирующим должника лицам не могут быть отнесены лица, если такое отнесение связано исключительно с прямым владением менее чем десятью процентами уставного капитала юридического лица и получением обычного дохода, связанного с этим владением (пункт 6 статьи 61.10 закона о банкротстве).

В пунктах 3 и 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление от 21.12.2017 №53) указано на то, что по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 постановления от 21.12.2017 №53, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки. Также предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера убытков, предусмотренных Законом о банкротстве, имеет значение причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ответчиков и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Аналогичный подход отражен и в обзоре Верховного Суда РФ (определение судебной коллегии от 31.03.2016 №309-ЭС15-16713), согласно которому необходимо устанавливать наличие причинно-следственной связи между бездействием руководителя и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

В постановлении Конституционного Суда РФ от 08.12.2017 №39-П также указано, что наличие вины как элемента субъективной стороны состава правонарушения - общепризнанный принцип привлечения к юридической ответственности во всех отраслях права. Так, законодательство Российской Федерации о налогах и сборах относит вину, которая может выражаться как в форме умысла, так и в форме неосторожности, к числу обязательных признаков состава налогового правонарушения (статья 110 Налогового кодекса Российской Федерации). 

Следовательно, ответственность установленная Законом о банкротстве в виде взыскания убытков, не является формальным составом, необходимо установить какие негативные последствия для процедуры конкурсного производства и формирования конкурсной массы повлекли действия (бездействия) ответчика, на которые управляющий ссылается в обоснование заявленных требований.

В соответствии с частью 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

Пунктом 3 статьи 53 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

Согласно пункту 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 №208-ФЗ «Об акционерных обществах», статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, обладают правами и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления.

Ответственность, установленная вышеперечисленными нормами права, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу пункта 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила статьи 15 ГК РФ. Указанные в названной статье принцип полного возмещения вреда, а также состав подлежащих возмещению убытков обеспечивают восстановление имущественной сферы потерпевшего в том виде, который она имела до правонарушения.

Предусмотренная данной нормой ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно при наличии определенных условий. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62), арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия), указать на причины возникновения убытков и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным, бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Из вышеуказанных положений законодательства и разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации следует, что, обращаясь в арбитражный суд с требованием о взыскании убытков с единоличного исполнительного органа общества, истец должен доказать факт возникновения убытков, их размер, противоправность действий (бездействия) руководителя общества (их недобросовестность и (или) неразумность) и причинно-следственную связь между его действиями (бездействием) и возникшими убытками.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. При этом размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В силу статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15) (статья 1082 ГК РФ).

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Статья 2 Закона о банкротстве определяет понятие вреда, причиненного имущественным правам кредиторов как уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как следует из материалов дела, действительно, в период с 1 квартала по 4 квартал 2018 года ФИО4 являлся единоличным исполнительным органом – директором общества «Вагонремонт», соответственно, в силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве он относится к категории лиц, контролирующих деятельность должника.  

Учредителем, обладающим 100% участия в уставном капитале общества, в указанный период времени являлась ФИО12, требования к которой о возмещении вреда, причиненного обществу в связи с нарушением налогового законодательства, предъявлены не были. 

Разрешая заявленный спор, суд первой инстанции согласился с доводами конкурсного управляющего и сделал вывод о том, что доначисленные налоги на добавленную стоимость и на прибыль предприятия, а также привлечение общества к налоговой ответственности в виде взыскания штрафа и пени за период деятельности ответчика в должности директора общества (2-4 кварталы 2018 года), были произведены с виновными действиями ответчика ФИО4, связанными с неправильным исчислением НДС и занижением налоговой базы при исчислении налога на прибыль предприятия, что повлекло за собой причинение убытков должнику.

Вместе с тем, судом первой инстанции не приняты во внимание выводы, сделанные налоговым органом по результатам проведенной выездной налоговой проверки правильности исчисления и уплаты должником НДС и налога на прибыль. 

Материалами налоговой проверки установлено, что занижение налоговой базы, повлекшее неправильное исчисление налога на прибыль и неправильное исчисление НДС и, как следствие, неуплату налоговой, было произведено в результате финансово-хозяйственной деятельности по заключенным в 2016-2017 гг. договорам со взаимосвязанными лицами, подконтрольными ФИО8 и ФИО13

Установлена взаимосвязь учредителя общества «Вагонремонт» ФИО12 с ФИО8 (имеют совместных детей). 

Налоговым органом установлено, что предоставление налоговой отчетности и управление расчетными счетами должника и спорных контрагентов осуществлялось с одного IP-адреса, в котором был расположен единый орган управления, подконтрольный непосредственно ФИО8 

Уполномоченным органом сделаны выводы о том, что выявленные отношения взаимосвязанных с должником организаций обладают признаками участия организаций в незаконной схеме неправомерного применения налогоплательщиками-покупателями налоговых вычетов по НДС путем создания формального документооборота без намерения создания реальных операций; занижения количества изготовленного и реализованного товара, указания ненадлежащего изготовителя продукции, реализации продукции через проблемные организации, в т.ч. через ООО «Альянс-Групп» и ООО «Интегро».

Материалами налоговой проверки подтверждается, что юридические лица - контрагенты первого и второго звена не являлись самостоятельными субъектами предпринимательской деятельности, распоряжающимися своими трудовыми, административными и финансовыми ресурсами, следовательно, ООО «Вагонремонт» и взаимосвязанные организации фактически выступали в качестве единого хозяйствующего субъекта под руководством М-вых, что свидетельствует о получении обществом необоснованной налоговой экономии путем уменьшения налоговой базы по НДС и о направленности действий общества на уклонение от уплаты установленных законом налогов в целях минимизации налоговых вычетов.

Таким образом, из анализа акта налоговой проверки и решения о привлечении должника к налоговой ответственности, следует, что М-вы имели возможность давать обязательные для исполнения должником указания и определять деятельность должника, в т.ч. по совершению сделок с определенными контрагентами, определяя ее условия, в т.ч. через участника общества-должника.  

Иных доказательств, в обоснование своей позиции о наличии оснований для привлечения ФИО4 к ответственности, конкурсным управляющим не представлено. 

Вместе с тем, обстоятельства, установленные налоговым органом, оставлены судом первой инстанции без внимания и им не дана надлежащая правовая оценка, что привело к принятию ошибочного судебного акта. 

Возражая против заявленных требований, ФИО4 указывал на то, что осуществлял деятельность по руководству обществом уже со сложившейся клиентской базой, изменение которой самостоятельно осуществить не мог, поскольку такими полномочиями не обладал. Соответственно, в подаваемой налоговой отчетности за 2-4 кварталы 2018 года, отражались те операции, которые реально обществом совершались в рамках сложившихся хозяйственных правоотношений. 

Доказательств, опровергающих доводы ответчика, конкурсным управляющий в материалы дела не представлено.

Доказательств, бесспорно подтверждающих вовлеченность ответчика в указанную схему взаимоотношений и возможность его влияния на финансово-хозяйственную деятельность общества, при наличии иных лиц, определявших деятельность должника, в материалы дела не представлено, что исключало возможность привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности. 

Суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что требований к лицам, создавшим такую схему ведения бизнеса обществом-должником, реально осуществлявшим руководство обществом и определявшим его финансово-хозяйственную деятельность, в результате чего был причинен вред должнику, конкурсным управляющим предъявлено не было. 

Предусмотренная Гражданским кодексом Российской Федерации обязанность возместить причиненный вред, в том числе убытки - мера гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между этим поведением и наступлением вреда, а также его вину.

При установлении причинно-следственной связи в вопросе о взыскании убытков, необходимо учитывать следующее. Причинно-следственная связь представляет собой то, что нарушение (неправомерное поведение ответчика) являлось необходимым условием возникших убытков, т.е. объективно спровоцировало такие убытки. При этом необходимо учитывать, что на возникновение убытков могут оказывать влияние множество иных обстоятельств, которые имели место до нарушения или произошли после.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N7, при установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение.

Обязанность возместить причиненный вред - мера гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между этим поведением и наступлением вреда, а также его вину. Строгое соблюдение условий привлечения к ответственности необходимо и в сфере банкротства юридических лиц.

Таким образом, установление состава гражданского правонарушения требуется при привлечении к гражданско-правовой ответственности, даже если бездействие, повлекшее возникновение убытков, вызвано нарушением специальных норм Закона о банкротстве.

Вопреки доводам конкурсного управляющего, с которыми согласился суд первой инстанции, сам по себе факт замещения ФИО4 должности руководителя организации-должника не может расцениваться как безусловно подтверждающий противоправность и виновность поведения соответствующего лица, поскольку доказательств, подтверждающих создание им схемы направленной на занижение налоговой базы, создание формального документооборота с целью неправильного исчисления налога на добавленную стоимость и как следствие, приведшее к доначислению обществу налогов и сборов, а также финансовых санкций, не представлено и судом апелляционной инстанции таких обстоятельств не установлено. 

Возложение таких убытков в полном объеме на руководителя предприятия-банкрота, если они возникли (увеличились) из-за ненадлежащих действий (бездействия) других лиц, не отвечает критериям справедливости и соразмерности.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о недоказанности совершения ответчиком ФИО4 противоправных действий, направленных на причинение вреда должнику, выразившихся в привлечении общества-должника к налоговой ответственности в виде взыскания пени и штрафов.

Правовые основания для привлечения ФИО4 к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания с него убытков (по заявленным конкурсным управляющим основаниям) у суда первой инстанции отсутствовали. 

С учетом изложенного, апелляционная жалоба ФИО4 подлежит удовлетворению, определение суда первой инстанции следует отменить в связи несоответствием выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела (пункт 3 части 1 статьи 270 АПК РФ), принять новый судебный акт об отказе конкурсному управляющему в удовлетворении заявления о взыскании с ФИО4 убытков в полном объеме. 

В соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за подачу настоящей апелляционной жалобы не предусмотрена. В связи с чем, надлежит выдать ФИО4 (СНИЛС 

<

***>) справку о возврате из федерального бюджета государственной пошлины в размере 3 000,00 рублей, уплаченной по чеку-ордеру (операция №4988) от 27.04.2023. 

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 17 апреля 2023 года по делу №А60-44840/2020 отменить. 

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника общества с ограниченной ответственностью «Вагонремонт» о взыскании с ФИО4 в пользу должника убытков в размере 32 122 129,44 рубля отказать.

 Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Л.М. Зарифуллина 

 

 

Судьи

 

Е.О. Гладких 

 

Т.С. Нилогова