ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

дело №А56-87774/2016

17 декабря 2023 года

г. Санкт-Петербург

/суб.

Резолютивная часть постановления оглашена  28 ноября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объёме  17 декабря 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Н.А. Морозовой,

судей  М.В. Тарасовой, Н.Е. Целищевой,

при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:  

от ФИО2: ФИО3 по доверенности от 20.09.2022;

от ФИО4: ФИО5 по доверенности от 21.03.2022;

конкурсный управляющий ФИО6;

от ООО «СпецРомСтрой»: ФИО7 по доверенности от 31.05.2022;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационные номера 13АП-29277/2023, 13АП-29279/2023, 13АП-30725/2023) ФИО8, ФИО4, ФИО2 на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.08.2023 по обособленному спору № А56-87774/2016/суб., принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «АтомСпецСтрой» ФИО9 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО10, ФИО2, ФИО4 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «АтомСпецСтрой»,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «АтомСтройМонтаж» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «АтомСпецСтрой» (далее – компания, ООО «СК «АтомСпецСтрой», должник), несостоятельным (банкротом).

Определением от 07.02.2017 суд первой инстанции принял заявление к производству и возбудил дело о банкротстве.

Определением от 27.06.2017 (резолютивная часть от 15.06.2017) арбитражный суд признал заявление кредитора обоснованным, ввёл в отношении компании процедуру наблюдения, утвердил временным управляющим ФИО11 - члена ассоциации Ведущих Арбитражных Управляющих «Достояние».

Решением от 03.03.2020 (резолютивная часть от 03.03.2020) суд первой инстанции прекратил процедуру наблюдения в отношении должника, признал последнего несостоятельным (банкротом), открыл в отношении него конкурсное производство, возложил исполнение обязанностей конкурсного управляющего на ФИО11

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 21.03.2020. 

Определением от 07.07.2020 (резолютивная часть от 02.07.2020) арбитражный управляющий прекратил полномочия обязанности конкурсного управляющего компании временного управляющего ФИО11, утвердил конкурсным управляющим ФИО9 – члена некоммерческого партнёрства арбитражных управляющих саморегулируемая организация «Развитие».

Конкурсный управляющий 01.09.2022 направил посредством почтового отправления в суд заявление о привлечении ФИО8, ФИО2, ФИО4 как контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам последнего и о приостановлении производства по настоящему заявлению в части определения размера ответственности до окончания расчётов с кредиторами.

Определением от 16.08.2023 суд первой инстанции прекратил производство по ходатайству ФИО4 и ФИО8 о приостановлении производства по настоящему спору, признал обоснованным заявление управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц в части наличия оснований для привлечения к этой ответственности по обязательствам компании ФИО8, ФИО2, ФИО4, приостановил производство по рассмотрению заявления управляющего до окончания мероприятий по формированию конкурсной массы и осуществления расчётов с кредиторами ООО «СК «АтомСпецСтрой».

Не согласившись с законностью судебного акта, ответчики направили апелляционные жалобы, настаивая на недоказанности условий для применения к ним исследуемой ответственности.

В судебном заседании от 21.11.2023 в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) апелляционный суд объявлял перерыв на 28.11.2023.

Вследствие невозможности после перерыва формирования состава суда по причине болезни судьи Серебровой А.Ю. судебное заседание завершено, произведена по правилам пункта 2 части 3 статьи 18 АПК РФ замена в составе апелляционной инстанции, открыто новое судебное заседание, рассмотрение апелляционных жалоб начато сначала.

В судебном заседании представители ФИО2 и ФИО4 поддержали апелляционные жалобы, а конкурсный управляющий и представитель общества с ограниченной ответственностью «СпецРомСтрой» (конкурсный кредитор) возражали против их удовлетворения.

Коль скоро возражений в части прекращения производства по заявлению ФИО4, ФИО8 о приостановлении производства по настоящему спору от участников процесса не поступило, то законность и обоснованность определения суда проверены в апелляционном порядке в обжалуемой части.

Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон №266-ФЗ), Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона №266-ФЗ названный Закон вступает в силу со дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых данной статьей установлен иной срок вступления их в силу.

Пунктом 3 статьи 4 Закона №266-ФЗ предусмотрено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьёй 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ.

В силу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 ГК РФ), положения Закона о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона №266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона №266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Обстоятельства, с которыми заявитель связывает возникновение оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, возникли до вступления в силу положений Закона №266-ФЗ (в период с августа 2016 года по апрель 2017 года), следовательно, как верно указал суд первой инстанции, к ним подлежат применению ранее действовавшие положения статьи 10 Закона о банкротстве, в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ.

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в спорный период, закреплено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств, в том числе:

- причинён вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

- документы бухгалтерского учёта и (или) отчётности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения абзаца четвёртого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Апелляционный суд поддерживает позицию суда первой о соблюдении управляющим срока исковой давности на предъявление требований по предмету спора, исходя из обстоятельств выявления обстоятельств, влияющих на осведомлённость заявителя об их существовании и даты возникновения права на инициировании спора подобного содержания. Поэтому апелляционная инстанция отклонила доводы апеллянтов в соответствующей части.

Суд первой инстанции установил и подтверждается материалами дела, что  ФИО8 с 27.11.2007 по 11.07.2020 осуществляла функции руководителя ООО «СК «АтомСпецСтрой», ФИО4 и ФИО2 с 27.11.2007 и с 18.09.2014 по настоящий момент являются учредителями должника с долями в размере 40%, номинальной стоимостью 40 000 руб. и в размере 60% номинальной стоимостью 60 000 руб. соответственно.

Обращаясь с настоящим заявлением, конкурсный управляющий сослался на то, что заключение компанией с ФИО4 договора купли-продажи от 24.08.2016 по отчуждению принадлежащих должнику 18 объектов недвижимости, используемых ООО «СК «»АтомСпецСтрой» в своей основной хозяйственной деятельности, привело фактически к прекращению производственной деятельности должника и, как следствие, к банкротству должника.

При рассмотрении обособленного спора №А56-877774/2016/сд1 арбитражный суд установил, что должнику на праве собственности принадлежали 18 объектов недвижимого имущества, а именно: здание, площадью 433 кв.м, назначение - нежилое здание, по адресу: Новгородская область, 

<

...> кадастровый номер 53:22:0000000:2554 (здание строгального отделения, одноэтажное); здание, площадью 410,4 кв.м, назначение: нежилое здание; расположенное по адресу: Новгородская область, 

<

...>, кадастровый номер 53:22:0011503:30 (здание механической мастерской, двухэтажное); сооружение, площадью 316 кв.м, назначение – хозяйственное по адресу: Новгородская область, 

<

...>, кадастровый номер 53:22:0011503:22 (здание сортировочной площадки пиломатериалов, одноэтажное); помещение, площадью 712 кв.м, назначение – нежилое, по адресу: Новгородская область, 

<

...>, кадастровый номер 53:22:0011503:33 (помещение бытового корпуса, одно-двух этажное); здание, площадью 1538,5 кв.м, назначение - нежилое здание; по адресу: Новгородская область, 

<

...>, кадастровый номер 53:22:0011503:29 (двухрамный лесопильный цех, двухэтажный); здание площадью 195,5 кв.м, назначение - нежилое здание, по адресу: Новгородская область, р-н Боровичский, городское поселение 

<

...>, кадастровый номер 53:22:0021107:18 (здание конторы и механические мастерские с пристройками, одноэтажные); здание площадью 19,4 кв.м, назначение - нежилое здание, по адресу: Новгородская область, р-н Боровичский, городское поселение город Боровичи, 

<

...>, кадастровый номер 53:22:0021107:17 (котельная, одноэтажная); здание, площадью 336,6 кв.м, назначение - нежилое здание, по адресу: Новгородская область, р-н Боровичский, городское поселение город Боровичи, 

<

...>, кадастровый номер 53:22:0021107:16 (гараж, одноэтажный); здание, площадью 379,7 кв.м, назначение - нежилое здание, по адресу: Новгородская область, р-н Боровичский, городское поселение город Боровичи, 

<

...>, кадастровый номер 53:22:0021107:19 (гараж, одноэтажный); здание, площадью 237,7 кв.м, назначение - нежилое здание, по адресу: Новгородская область, р-н Боровичский, городское поселение город Боровичи, 

<

...>, кадастровый номер 53:22:0021107:20 (гараж, одноэтажный); здание, площадью 47,2 кв.м, назначение – нежилое, по адресу: Новгородская область, р-н Боровичский, городское поселение город Боровичи, 

<

...>, кадастровый номер 53:22:0010915:6 (здание конторы, одноэтажное); сооружение, площадью - протяженностью 270 м, назначение: дорожное хозяйство, по адресу: Новгородская область, р-н Боровичский, городское поселение город Боровичи, 

<

...>, кадастровый номер 53:22:0000000:527 (МПС ст. Боровичи, железнодорожный подъездной путь); здание, площадью 1034 кв.м, назначение – нежилое, по адресу: Новгородская область, р-н Боровичский, городское поселение город Боровичи, 

<

...>; д.ЗА, кадастровый номер 53:22:0000000:2521 (перевалочный пункт (склад), одноэтажный); здание, площадью 72,1 кв.м, назначение - нежилое здание, по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 53:02:0122601:142 (здание котельной, одноэтажное); здание, площадью 275,5 кв.м, назначение - нежилое здание, по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 53:02:0000000:2714 (механическая мастерская, одноэтажная); объект незавершённого строительства, площадь застройки 868,2 кв.м; степень готовности объекта 74%, назначение - помещение общего пользования, по адресу: Новгородская область, Боровичский район, Прогресское с/п, 

<

...>, кадастровый номер 53:02:0000000:9973 (цех металлоконструкций, одноэтажный); земельный участок, площадью 2933 кв.м, назначение - земли населённых пунктов, по адресу: Новгородская область, р-н Боровичский, городское поселение Город Боровичи, 

<

...> на земельном участке расположено здание, нежилое здание 115, кадастровый номер  53:22:0021107:5; земельный участок, площадью 25451 кв.м, назначение - земли населённых пунктов, по адресу: Новгородская область, р-н Боровичский, городское поселение город Боровичи, 

<

...>, кадастровый номер 53:22:0010915:4.

По договору от 24.08.2016 должник в лице ФИО8 произвёл отчуждение перечисленных объектов ФИО4 по цене 8 884 261 руб.

В последующем ФИО4 22.11.2017 подписала с ФИО12 соглашение об отступном, по которому вследствие передачи перечисленного выше имущества прекращено обязательство ФИО4 перед ФИО12, возникшее из договора займа от 02.02.2011 в сумме 9 240 000 руб., со сроком исполнения до 02.11.2011.

Вступившим в законную силу определением от 06.07.2021 по обособленному спору №А56-87774/2016/сд1 арбитражный суд в соответствии с пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве признал недействительными договор купли-продажи от 24.08.2016, соглашение об отступном от 22.11.2017 и применил последствия недействительности этих сделок в виде обязания ФИО12 вернуть в конкурсную массу компании перечисленного выше имущества.

Судебный акт добровольно исполнен не был, ввиду чего сам конкурсный управляющий принял меры по государственной регистрации права собственности за должником на имущество и в дальнейшем реализовал в процедуре банкротства.

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление №53) разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. 

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. 

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Федерального закона от 26.12.1995 №208-ФЗ «Об акционерных обществах», статья 46 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.). 

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. 

Удовлетворяя предъявленные требования по данному эпизоду, суд первой инстанции указал на то, что компания вела деятельность по ОКВЭД 45.21 «производство общестроительных работ», а с четвёртого квартала 2016 года - по ОКВЭД 42.22.3 «строительство электростанций». Кроме того, суд сослался на то, что должником осуществлялась производственная деятельность по изготовлению металлоконструкций (раздел 25 ОКВЭД) в основном для собственных нужд организации (для использования при выполнении работ по основным ОКВЭД). 

Вместе с тем, апелляционный суд отмечает, что такой вид деятельности по изготовлению металлоконструкций в ЕГРЮЛ в качестве основной либо дополнительной деятельности должника не обозначен. В основной и дополнительные виды деятельности включены строительство объектов различного характера и производство работ определённых видов работ (том материалов дела №73, листы 31-43).

В этой связи, как полагает апелляционный суд, именно на заявителе лежала обязанность, что спорные объекты использовались компанией в её хозяйственной деятельности, обеспечивающей достижение положительного экономического результата в общей деятельности должника. Однако подобное документальное подтверждение в материалах дела отсутствует, анализа по прибыли, получаемой компанией от эксплуатации имущества по предмету спора и осуществления строительных (ремонтных) работ, не имеется.

Арбитражный суд, признавая недействительными сделками по обособленному спору №А56-87774/2016/сд1, пришёл к выводу о том, что в преддверии банкротства, при наличии неисполненного значительного обязательства перед ООО «АтомСтройМонтаж» на сумму более 17 млн.руб., подтверждённого судебным актом (и по которому был выдан исполнительный лист на принудительное взыскание), должник произвёл отчуждение ценного актива (18 объектов недвижимости) в пользу физического лица – одного из учредителей ФИО4, причем по очевидно заниженной цене (вдвое ниже кадастровой стоимости), которая в любом случае не была уплачена. Тем самым имущество отчуждено безвозмездно, в отсутствие встречного предоставления в пользу заинтересованного лица. Затем, после введения в отношении должника процедуры наблюдения и обращения временного управляющего в суд с ходатайством о принятии обеспечительных мер в виде наложения ареста на недвижимое имущество, не дожидаясь рассмотрения судом вопроса о наложении ареста, ФИО4 переоформила объекты недвижимости на другое физическое лицо – ФИО12 путем подписания соглашения об отступном от 22.11.2017, переход права собственности на недвижимость по нему был зарегистрирован уже в период действия обеспечительных мер в виде ареста. При этом доказательств реальности обязательства перед ФИО12, погашенного предоставлением отступного в виде спорных объектов недвижимости в дело не представлено, из чего суд также пришёл к выоду о безвозмездности сделки по отчуждению имущества в пользу ФИО12

Проанализировав судебную позицию по соответствующему обособленному спору, следует признать, что имело место отчуждение объектов для целей избежания возможности обращения на них взыскания, однако, не прекращения использования их в своей основной деятельности. Наоборот, материалами дела подтверждается, в том числе и определением суда от 06.07.2021 по обособленному спору №А56-87774/2016/сд1, что имущество из фактического владения компании не выбывало, иными лицами не эксплуатировалось в собственных экономических интересах, какого-либо удовлетворения своих интересов контролирующими лицами не выявлено.

Сами объекты приобретены должником в феврале 2009 года (право собственности зарегистрировано в апреле 2009 года), что явствует из договора купли-продажи от 24.08.2016, однако, его использование для целей получения положительного эффекта не установлено. 

Апелляционная инстанция отмечает, что на дату отчуждения имущества у ООО «СК «АтомСпецСтрой» уже существовали признаки несостоятельности (банкротства), так как обязательства должника перед кредитором-заявителем возникли в соответствии с утверждённым Арбитражным судом города Санкт-Петербурга и Ленинградской области определением от 19.01.2016 по делу                 №А56-50089/2015 мировым соглашением.

В ходе апелляционного производства оппоненты подтвердили, что признаки объективного банкротства возникли у компании задолго до совершения сделки по отчуждению 18 объектов имущества (как минимум с 2014 года).

Исходя из материалов дела, балансовая стоимость отчуждённых объектов недвижимости должника в десять раз меньше запасов должника, зафиксированных в бухгалтерской отчётности по состоянию на 31.12.2017. В частности, по данным бухгалтерского баланса должника по состоянию на приведённую дату в строке «запасы» учтены активы на сумму 225 млн.руб. В этой строке учитываются «затраты в незавершённом производстве» – законченные, но не принятые заказчиком работы и услуги.

Начиная с 2009 года, основным направлением деятельности должника до возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) должника являлось выполнение строительно-монтажных работ на Ленинградской АЭС-2 во исполнение договора подряда №LEN2/1826 от 02.03.2009, заключённого с акционерным обществом «Концерн Титан-2». Именно в отношении работ по этому договору связаны притязания кредиторов, чьи требования включены судом в реестр требований кредиторов должника (более 90%).

По итогам каждого периода выполнения работ должник и АО «Концерн Титан-2» подписывали акт о приёмке выполненных работ по форме КС-2 и справку о стоимости выполненных работ по форме КС-3.

Представленные в материалы дела поименованные документы подтверждают, что должник осуществлял работы на Ленинградской АЭС-2 после заключения договора купли-продажи недвижимости от 24.08.2016 вплоть до июня 2017 года. При этом объём работ, осуществляемых как до, так и после заключения договора купли-продажи, существенно не изменился.

При этом после отчуждения объектов должник продолжал поставлять на строительную площадку Ленинградской АЭС-2 материалы для работ – металл и металлоконструкции. Так, ежемесячно после заключения договора купли-продажи от 50 % до 80 % общей стоимости выполненных должником работ составляла стоимость поставленного им металла.

В силу правового подхода Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 05.10.2023 №305-ЭС20-8363(8-12), по смыслу норм действующего законодательства один лишь факт убыточности заключённой под влиянием контролирующего лица сделки (совокупности сделок) не может служить безусловным подтверждением наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности. В пункте 23 постановления №53 указано, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если сделка (сделки) одновременно отвечает двум квалифицирующим признакам: она является значимой для должника (применительно к масштабам его деятельности) и существенно убыточной.

Согласно пункту 22 постановления №53 несколько контролирующих должника лиц несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно, если они действовали совместно. В целях квалификации действий как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Равным образом, солидарная субсидиарная ответственность возникает и в случае, когда контролирующие лица действовали независимо друг от друга и действий каждого из них было достаточно для наступления объективного банкротства должника (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве). Если уже названные лица действовали независимо и действий каждого из них, существенно повлиявших на положение должника, было недостаточно для наступления объективного банкротства, но в совокупности их действия привели к такому банкротству, данные лица подлежат привлечению к субсидиарной ответственности в долях (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Таким образом, для правильного разрешения требований о привлечении к субсидиарной ответственности необходимо установить по каждому из эпизодов какие ответчики действовали совместно, а какие независимо; при независимом характере действий - выяснить влияние каждого из эпизодов на имущественное положение должника, а также проанализировать совокупный экономический эффект от всех эпизодов на предмет существенности.

В рассматриваемой ситуации наличие причинно-следственной связи между действиями ФИО2, ФИО4 и ФИО8 вследствие совершения исследуемой сделки с наступлением неблагоприятных последствий для должника в виде банкротства не прослеживается.

Суд апелляционной инстанции считает, что отсутствие возражений со стороны ФИО2 как участника компании в отношении договора по отчуждению имущества не может быть поставлено ему в вину для исследуемых правовых целей, так как подобная сделка с учётом установленных выше апелляционным судом обстоятельств не повлияла на финансовое положение должника, не привела к возникновению самой угрозы банкротства компании.

Проанализировав всё выше перечисленное, апелляционная инстанция признала недоказанным наличие оснований для применения к ответчикам субсидиарной ответственности по рассмотренному эпизоду.

Касаемо оценки действий ФИО2 при совершении сделки залога движимого имущества от 05.07.2016, заключённого компанией с общества с ограниченной ответственностью «КМК», признанного недействительным вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.02.2021, суд апелляционной инстанции пришёл к аналогичным выводам по предыдущему эпизоду, не требующим повторного дублирования. Сам залог прекращён, каких-либо незаконных преимуществ в ущерб независимых кредиторов ФИО2 не получил. 

В условиях состязательности процесса (статья 9 АПК РФ) и как заинтересованная сторона по делу управляющий не доказал доведение компании этой сделкой до банкротства, равно и получение ФИО2 и подконтрольному ему иному юридическому субъекту финансовой выгоды, на которую вправе были претендовать кредиторы компании. Подобных обстоятельств заявлено не было.

Следовательно, в этой части не доказано оснований для применения к привлечения ФИО2 и иных ответчиков к субсидиарной ответственности.

В ходе конкурсного производства управляющий выявил сделки по перечислению денежных средств со счёта должника за период с сентября 2016 года по апрель 2017 года в общей сумме 21 869 494 руб. 68 коп. в пользу работников должника. Как указал заявитель, фактически все поступающие на счёт денежные средства перечислялись работникам с назначением «заработная плата», однако размер перечислений значительно превышал причитающуюся работникам заработную плату. Соответствующие сделки оспорены конкурсным управляющим в судебном порядке. В удовлетворении заявлений об оспаривании сделок отказано, за исключением сделок по перечислению денежных средств в пользу директора ФИО8 (обособленные споры №А56-87774/2016/сд5, А56-87774/2016/сд11, А56-87774/2016/сд12, А56-87774/2016/сд6, А56-87774/2016/сд8,                                     А56-87774/2016/сд10, А56-87774/2016/сд7 – отказано; спор №А56-87774/2016/сд9 – удовлетворено). При  рассмотрении перечисленных споров суды установили, что денежные средства перечислялись работникам в размере, превышающем заработную плату, по указанию руководства должника с тем условием, что работники должны были снимать со своих счетов превышающую заработную плату сумму и вносить её наличными в кассу должника. Отказывая в удовлетворении сделок с работниками (кроме директора), суды исходили из представленных доказательств внесения работниками наличных денег в кассу и отсутствия в действиях работников умысла на причинение вреда кредиторам. 

Однако доказательств последующего расходования наличных денежных средств из кассы должника на хозяйственные или иные нужды должника не представлено, в связи с чем, конкурсный управляющий посчитал, что денежные средства фактически были выведены из имущественной массы должника, в итоге утрачен ликвидный актив должника в сумме не менее 21 869 494 руб. 68 коп., за счёт которого возможно было бы частичное погашение требований кредиторов.

В пункте 20 постановления №53 разъяснено, что при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия; если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве; в том же случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15 и 393 ГК РФ; при том, что независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование; при недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков. 

При этом, согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере, а в силу пункта 2 этой статьи, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода), а как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда и само наличие убытков; в силу пункта 2 статьи 401 ГК РФ, отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред, при том, что вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное), а по общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

В пунктах 1 и 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - постановление №62) указано на обязанность лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа, действовать в интересах общества добросовестно и разумно; в случае нарушения этой обязанности такое лицо должно возместить причиненные обществу убытки; при этом, недобросовестность и неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной при установлении обстоятельств, указанных в пунктах 2 и 3 постановления №62, а согласно подпункту 5 пункта 2 этого же постановления недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, он совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом (фирмой-«однодневкой» и т.п.).

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011               №402-ФЗ «О бухгалтерском учёте» ведение бухгалтерского учёта и хранение документов бухгалтерского учёта организуются руководителем экономического субъекта.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтёт такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора. Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несёт ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно статье 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункты 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ).

По общему правилу, по требованию о взыскании убытков обстоятельствами, подлежащими доказыванию, являются: противоправность действий (бездействия) ответчика, факт и размер понесенных убытков, причинная связь между действиями ответчика и возникшими убытками истца. При недоказанности одного из указанных обстоятельств иск о возмещении убытков не подлежит удовлетворению.

Согласно статье 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В рассматриваемом случае в судебном порядке подтверждено, что именно в период осуществления ФИО8 как руководителем должника возвращённые работниками в кассу должника денежные средства фактически поступили, доказательств их расходования в предпринимательской деятельности компании не имеется.

В этой связи, апелляционная инстанция сочла возможным требование о привлечении к субсидиарной ответственности переквалифицировать на убытки, возникшие вследствие неразумных и недобросовестных действий бывшего руководителя ФИО8

В свою очередь, суд первой инстанции не привёл аргументов в обоснование необходимости применения к участникам должника субсидиарной ответственности по анализируемому мотиву, сославшись лишь на возможную их осведомлённость как участников компании вследствие обязанности ФИО4 и ФИО2 располагать всей полнотой информации о выбытии активов должника.

Иных обстоятельств, позволяющих констатировать знание участников о подобном поведении руководителя организации и их одобрении, не установлено.

При таком положении апелляционный суд полагает недостаточным обоснованным привлечение ФИО4 и ФИО2 как участников компании к субсидиарной ответственности по анализируемому эпизоду.

В ходе апелляционного производства ФИО8 как бывший руководитель в значимый для соответствующих правовых целей период не доказала по правилам процессуального законодательства расходование денежных средства на нужды должника, полученных от работников организации.

Обстоятельства со ссылкой на первичную документацию, переданную управляющему, использования денежных средств убедительно не раскрыты.

В этой связи, приняв во внимание размер включённых в реестр требований кредиторов должника, апелляционный суд констатирует наличие условий для применения к ФИО8 ответственности в виде убытков в соответствующем размере.

Учитывая изложенное, определение суда подлежит отмене с вынесением нового судебного акта. 

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 16.08.2023 по делу №  А56-87774/2016/суб. в обжалуемой части отменить.

Взыскать с ФИО8 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «АтомСпецСтрой»  21 689 494 руб. 68 коп. убытков.

В удовлетворении остальной части заявления отказать.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

Н.А. Морозова

Судьи

М.В. Тарасова

 Н.Е. Целищева