АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-2191/2016

г. Краснодар

09 марта 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 02 марта 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 09 марта 2022 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Гиданкиной А.В., судей Конопатова В.В. и Соловьева Е.Г., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Уджуху Р.З., при участии в судебном заседании с использованием системы веб-конференции (онлайн-заседание) от акционерного общества «Российское агентство по страхованию экспортных кредитов и инвестиций» (далее – АО «ЭКСАР», общество) – ФИО1 (доверенность от 28.12.2021), в отсутствие иных участвующих в деле о банкротстве лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационные жалобы конкурсного управляющего закрытого акционерного общества фирмы «Юг» ФИО2 и АО «ЭКСАР» на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 03.08.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.12.2021 по делу № А32-2191/2016, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ЗАО фирмы «Юг» (далее – должник) конкурсный управляющий должника ФИО2 (далее – конкурсный управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО3 в сумме 1 019 414 088 рублей 07 копеек.

Определением суда от 03.08.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 08.12.2021, в удовлетворении заявления о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отказано. Суды пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований в связи с пропуском срока исковой давности.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий просит принятые судебные акты отменить, принять новый судебный акт, которым привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника бывшего руководителя ФИО3 в размере 543 844 821 рубля 22 копеек. По мнению заявителя, суды нарушили нормы материального и процессуального права; неполно выяснили обстоятельства, имеющие значение для дела; обстоятельства, имеющие значение для дела, которые суд считал установленными, не доказаны; выводы судов не соответствуют обстоятельствам дела. Конкурсный управляющий считает, что суды пришли к ошибочному выводу о пропуске срока исковой давности. Податель жалобы также считает, что апелляционный суд неправомерно не принял довод заявителя о причинении руководителем должника существенного имущественного вреда кредиторам (совершение ФИО3 10.10.2016 сделки между ООО «ТД “Содружество”» и должником). Конкурсный управляющий считает, что суды неправомерно отказали в удовлетворении его заявления, поскольку срок исковой давности не пропущен.

В кассационной жалобе общество просит принятые судебные акты отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции. По мнению заявителя, суды нарушили нормы материального и процессуального права, значимые для дела обстоятельства не исследованы, выводы судов не соответствуют фактическим обстоятельствам по делу и представленным сторонами доказательствам. Податель жалобы считает, что суды неверно определили момент начала течения срока исковой давности, нарушив пункт 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53). Общество полагает, что исчисление срока исковой давности по обстоятельству, совершенным контролирующим должника лицом в период с 02.07.2017, не могло прекратиться за пределами трехлетнего срока с момента введения конкурсного производства. Общество считает, что суды неправомерно отказали в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, поскольку срок исковой давности не пропущен.

В отзыве на кассационные жалобы ФИО3 просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, жалобы – без удовлетворения. 

В судебном заседании представитель общества поддержал доводы кассационных жалоб.

Изучив материалы дела, оценив доводы кассационных жалоб и отзыва, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что обжалуемые судебные акты надлежит отменить, обособленный спор надлежит направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, определением суда от 31.05.2016 принято поступившее 26.01.2016 заявление ФИО4 о признании должника несостоятельным (банкротом). 

Определением суда от 03.11.2016 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО5 

Решением суда от 28.06.2017 в отношении должника открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего до его утверждения возложено на ФИО5 

Определением суда от 07.09.2017 в утверждении ФИО5 в качестве конкурсного управляющего должника отказано, прекращены его полномочия как лица, исполняющего обязанности конкурсного управляющего должника, ФИО5 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника. 

Определением суда от 27.10.2017 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2 

20 октября 2020 года конкурсный управляющий ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО3 Требования основаны на положениях статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности обосновано фактом непередачи документов конкурсному управляющему и неподачей заявления о признании должника банкротом. 

Конкурсный управляющий указал, что 08.09.2017 на сайте ЕФРСБ ФИО5, исполняющий на тот момент обязанности конкурсного управляющего должника, опубликовал результаты проведения инвентаризации имущества должника, согласно акту от 07.09.2017 № 1 выявлено 62 объекта имущества (основные средства). При этом согласно письму, полученному из УФНС России по Краснодарскому краю от 26.12.2017, установлено, что на основании решения уполномоченного органа по выездной налоговой проверке, в ходе которой проведена инвентаризация имущества, составлен акт от 16.05.2017 № 000001, согласно которому выявлено имущество (основные средства) в количестве 290 штук. балансовой стоимостью 144 867 201 рубль 86 копеек. Данный акт подписан бывшим руководителем ФИО3 Кроме того, конкурсный управляющий указал, что согласно балансу должника по состоянию на крайнюю отчетную дату, предшествующую введению процедуры банкротства, значатся следующие показатели: основные средства – 98 752 тыс. рублей; запасы – 101 629 тыс. рублей; дебиторская задолженность – 77 114 тыс. рублей; прочие оборотные активы – 2995 тыс. рублей; нераспределенная прибыль – 852 тыс. рублей. Конкурсный управляющий указал, что состав и сведения о местонахождении и судьбе имущества с приложением соответствующих документов со стороны бывшего руководителя конкурсному управляющему не предоставлены, соответственно, непередача сведений и документов препятствует конкурсному управляющему в осуществлении формирования конкурсной массы. 

Вторым основанием для привлечения к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указал неподачу заявления должником о признании несостоятельным (банкротом). Конкурсный управляющий полагает, что ФИО3 должен был подать заявление о банкротстве должника с 31.03.2015, поскольку на дату 31.01.2015 у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами.

Суд первой инстанции, рассмотрев требования конкурсного управляющего, пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 в связи с пропуском срока исковой давности. 

Суд апелляционной инстанции выводы суда первой инстанции поддержал. Доводы конкурсного управляющего со ссылкой на пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве о причинении руководителем должника существенного имущественного вреда кредиторам (совершение ФИО3 10.10.2016 сделки между ООО «ТД “Содружество”» и должником) суд апелляционной инстанции не принял во внимание, поскольку в суде первой инстанции данное основание для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО6 фактически не предъявлено; конкурсный управляющий просил привлечь ФИО3 к субсидиарной ответственности только за непередачу документации должника и неподачу заявления должника о признании несостоятельным (банкротом).

Суды исходили из того, что 02.07.2017 (процедура конкурсного производства введена определением суда от 28.06.2017) конкурсный управляющий должен был осознавать факт неисполнения бывшим руководителем возложенной на него обязанности по передаче документов.

Суды сделали вывод о том, что срок исковой давности подлежит исчислению с даты введения процедуры конкурсного производства (28.06.2017), поскольку на момент ее введения и конкурсному управляющему и конкурсному кредитору были известны обстоятельства, послужившие основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, и заканчивается по истечении трех лет с учетом норм пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), тогда как заявитель обратился в арбитражный суд с заявлением 15.10.2020 (т.1, л. д. 7 – 13).

Учитывая, что анализ финансово-хозяйственной деятельности должника поступил в материалы дела 30.03.2017, суды сделали вывод о том, что на момент введения конкурсного производства конкурсному управляющему должно было быть известно о недостаточности активов должника для проведения расчетов с кредиторами, о контролирующем должника лице и о наличии оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности.

Суды установили, что ФИО2 утвержден конкурсным управляющим должника на основании определения суда от 27.10.2017, с рассматриваемым заявлением конкурсный управляющий обратился в суд 15.10.2020, то есть с пропуском установленного срока. Суды сделали вывод о том, что в рассматриваемом случае пропущены как объективный срок, так и субъективный (пресекательный) срок исковой давности.

Суд апелляционной инстанции установил, что в данном случае в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ответчику вменяются в вину деяния, совершенные в 2015 и 2017 годах. Заявление о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности в связи совершением названных деяний подано в арбитражный суд 15.10.2020, то есть по истечении 3 – 5 лет с момента совершения вменяемых ответчику действий (бездействия) и спустя 3 года со дня признания должника банкротом (процедура конкурсного производства введена 28.06.2017).

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. 

Апелляционный суд указал, что указанные процессуальные действия уже являются следствием невыполнения руководителем должника своей обязанности (в трёхдневный срок) передать документы. Таким образом, со 02.07.2017 (процедура конкурсного производства введена определением суда от 28.06.2017), а не с какой-либо иной даты, конкурсный управляющий должен был осознавать факт неисполнения бывшим руководителем возложенной на него обязанности по передаче документов. Утверждение в рамках процедуры конкурсного производства нового (их последовательно новых) управляющего не является основанием для соответствующего продления сроков. Вновь утвержденный конкурсный управляющий является правопреемником прежнего конкурсного управляющего, в том числе в отношении сроков на оспаривание сделок, обращения в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности и т. д.

Вместе с тем  суды не учли следующее.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам Кодекса с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В силу норм статей 195, 196, 199 и 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности; общий срок исковой давности составляет три года; истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске; если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Нормы права по порядку определения начала течения срока исковой давности по заявлениям о привлечении к субсидиарной ответственности и порядка его исчисления неоднократно изменялись и законодатель при разработке данной правовой конструкции исходил из того, что целью установления сроков исковой давности и давности привлечения к ответственности является обеспечение эффективности реализации публичных функций и сохранение необходимой стабильности соответствующих правовых отношений, а в основе установления этих сроков давности лежит то, что никто не может быть поставлен под угрозу возможного обременения на неопределенный (слишком длительный) срок.

В связи с изменениями законодательства соответствующая правоприменительная практика также неоднократно изменялась.

Статья 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ не предусматривала особенностей исчисления срока исковой давности по требованиям о привлечении к субсидиарной ответственности.

В соответствии с пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ заявление о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 названной статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

Согласно абзацу пятому пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.12.2016 № 488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации») заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 указанной статьи, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника несостоятельным (банкротом). В случае пропуска срока исковой давности по уважительной причине таковой может быть восстановлен судом.

В силу пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве в действующей редакции заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным названной главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности. Сроки, указанные в абзаце 1 пункта 5 и абзаце 1 пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 Гражданского кодекса), начало течения которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц).

При этом данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия). Исковая давность применяется судом только по заявлению контролирующего должника лица, сделанному до вынесения определения о приостановлении производства по делу, содержащего вывод о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, определения о привлечении к ответственности (если производство по обособленному спору не приостанавливалось), решения о привлечении к ответственности (если спор разрешен вне рамок дела о банкротстве) (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса; пункт 58 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53).

В суде первой инстанции ответчик заявил о пропуске срока исковой давности по заявленным требованиям.

Положение о сроке исковой давности является специальным институтом материального права, соответственно его правовое регулирование осуществляется с учетом общих положений гражданского законодательства, в том числе применение закона во времени.

В данном случае специальными нормами Закона о банкротстве предусмотрены следующие сроки исковой давности: один год – согласно пункту 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ и три года согласно пункту 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Срок исковой давности по требованию о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности по долгам должника-банкрота, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности. Учитывая объективную сложность получения арбитражным управляющим, кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств того, что лицо давало указания должнику-банкроту и его контролирующим лицам, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированная на основании анализа поведения упомянутых субъектов (пункт 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018).

Согласно пункту 59 постановления № 53 предусмотренный абзацем 1 пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности – о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности). 

При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (например, ранее введения процедуры конкурсного производства, возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, прекращения производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом).

Если в ходе рассмотрения обособленного спора (дела) будет установлено, что недобросовестно действующий в интересах контролирующего должника лица арбитражный управляющий скрыл от кредиторов обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, срок исковой давности не может быть исчислен с момента осведомленности такого управляющего.

Конкурсный управляющий ФИО2 со ссылкой на абзац третий пункта 59 постановления № 53 указывал на то, что предыдущий конкурсный управляющий (ФИО5) действовал недобросовестно, в связи с чем правопреемство управляющих в данном случае носит формальный характер и вопреки выводам апелляционного суда  влияет на порядок исчисления срока исковой давности. 

Конкурсный управляющий ссылался на то, что вступившими в законную силу судебными актами установлено, что ФИО5 скрыл от кредиторов и конкурсного управляющего ФИО2 сведения о финансовом состоянии должника, об имуществе должника, финансовая отчетность за 2016 год недостоверна, что не позволило установить своевременно наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности ранее. Так, конкурсный управляющий ссылался на то, что при введении конкурсного производства (28.06.2017) и. о. конкурсного управляющего утвержден ФИО5 В рамках данного дела определением суда от 07.09.2017 установлено, что ФИО5 является заинтересованным лицом по отношению к бывшему руководителю должника ФИО3, а также в нарушение законодательства о банкротстве ФИО5 не предоставил суду сведения о возможной стоимости продажи имущества должника и заключение о наличии или об отсутствии оснований для оспаривания сделок должника. Аудиторское заключение за 2016 год в отношении должника показало, что финансовая отчетность должника за 2016 год недостоверна, а за 2015 год аудит не проводился. 

Определением суда от 06.03.2018, оставленным без изменения апелляционным постановлением  от 11.05.2018 по данному делу, установлено, что ФИО5 нарушил права кредиторов на получение полной, достоверной и документально подтвержденной информации о финансовом положении должника, что является основанием для признания несоответствующими закону действий (бездействий) управляющего; нарушены правила проведения финансового анализа, утвержденные постановлением Правительства Российской Федерации от 25.06.2003 № 367; ФИО5 в анализе финансового состояния должника в разделе «Анализ активов и пассивов» не указал: сумму дебиторской задолженности, которая не может быть взыскана, возможную стоимость активов, используемых в производственном процессе при реализации на рыночных условиях, наличие и краткая характеристика основных средств (в том числе год ввода в действие, возможный срок полезного действия, реконструкция, текущий, капитальный                         ремонт и т. д.), не проанализировал нематериальные активы и запасы должника; отсутствует расшифровка основных средств и запасов, отсутствуют сведения об обязательствах, срок исполнения которых наступит в ближайший месяц, 2 месяца, квартал, полугодие, год. Кроме того, ФИО5 не принял меры по истребованию соответствующих документов у руководителя должника на момент составления анализа финансового состояния должника.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 17.01.2018 по делу № А32-45855/2017 арбитражный управляющий ФИО5 привлечен к административной ответственности по части 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в виде дисквалификации сроком на два года. В соответствии с указанным решением в действиях (бездействии) арбитражного управляющего ФИО5 установлены нарушения требований Закона о банкротстве, а именно: временным управляющим должника ненадлежащим образом исполнил обязанность по проведению анализа финансового состояния должника (пункт 1 статьи 70 Закона о банкротстве), временным управляющим ненадлежащим образом исполнена обязанность по определению признаком преднамеренного банкротства (пункт 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве), временным управляющим не исполнена обязанность по подготовке и представлению в арбитражный суд заключения о наличии или отсутствии оснований для оспаривания сделок должника, а также документов по итогам процедуры наблюдения (пункт 2 статьи 67 Закона о банкротстве), временным управляющим не исполнена обязанность по привлечению аудита (пункт 2 статьи 70 Закона о банкротстве).

Суды указанные обстоятельства не исследовали, доводам заявителя о недобросовестности действий предыдущего конкурсного управляющего ФИО5 и его заинтересованности оценку не дали, однако установление данных обстоятельств имеет существенное значение для правильного разрешения спора. 

Таким образом, выводы судов о пропуске ныне действующим конкурсным управляющим  срока исковой давности являются преждевременными. 

Поскольку судами не исследовались имеющие существенное значение для правильного разрешения спора, не дана оценка изложенным доводам заявителей о недобросовестности действий предыдущего конкурсного управляющего ФИО5 и его заинтересованности, об ином исчислении начала течения срока исковой давности, данные судебные акты на основании частей 1, 3 статьи 288 Кодекса подлежат отмене, а обособленный спор – направлению на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении дела суду необходимо учесть указания суда кассационной инстанции, устранить указанные нарушения норм права, установить и исследовать все обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие значение для правильного разрешения спора, дать оценку доводам участвующих в деле лиц о недобросовестности действий предыдущего конкурсного управляющего ФИО5 и его заинтересованности, об ином исчислении начала течения срока исковой давности, в случае иных выводов про срок исковой давности, рассмотреть заявление по существу,  результаты исследования и оценки отразить в судебном акте с учетом требований Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, после чего разрешить спор с соблюдением норм материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от  03.08.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.12.2021 по делу № А32-2191/2016 отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

А.В. Гиданкина

 

Судьи

В.В. Конопатов

 

Е.Г. Соловьев