ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-31287/2022

г. Красноярск

03 апреля 2023 года

Судья Третьего арбитражного апелляционного суда Парфентьева О.Ю.,

рассмотрев апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 314246803500210) на решение Арбитражного суда Красноярского края от 17 февраля 2023 года по делу № А33-31287/2022, рассмотренному в порядке упрощенного производства,

установил:

акционерное общество «Цифровое Телевидение» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 804718 («Викки») в размере 10 000 рублей; № 804719 («Буся») в размере 20 000 рублей; № 804723 («Дэн») в размере 20 000 рублей; № 804724 («Мия») в размере 10 000 рублей; № 804725 («Жоржик») в размере 20 000 рублей; судебных издержек в размере стоимости вещественных доказательств – товаров, приобретенных у ответчика в сумме 7776 рублей; стоимость почтовых отправлений в виде претензии и искового заявления в размере 259 рублей 84 копеек.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 17.02.2023 иск и заявление удовлетворены.

Не согласившись с данным судебным актом, ответчик обратился с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

Доводы апелляционной  жалобы сводятся к несогласию с выводами суда, правовой оценкой установленных обстоятельств и представленных доказательств. Заявитель жалобы считает, что  судом  дана  ненадлежащая  оценка   доводам  ответчика  о  наличии  в  данном  случае  одного   нарушения  исключительного   права   на само  аудиовизуальное произведение, выразившееся в  использовании  части произведения (персонажа). Кроме  того, судом не принят во внимание  довод ответчика о  необходимости  применения  статьи  10 Гражданского кодекса Российской  Федерации  в связи с  злоупотреблением  истцом  правом, который   многократно   обращается  в  суд  за минимальной  компенсацией  за каждую  единицу  товара в  размере  10 0000 рублей в то время  как  двукратная стоимость   товара   гораздо ниже. При   этом  суд взыскал  с  ответчика   за каждую  единицу  товара  из  одной  партии по  10 000 рублей.

Истец представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором считает решение суда первой инстанции законным и обоснованным, а апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 01.03.2023 апелляционная жалоба принята к производству.

В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 23.06.2016 № 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти» предусматривается возможность выполнения судебного акта в форме электронного документа, который подписывается судьей усиленной квалифицированной электронной подписью. Такой судебный акт направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не установлено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Текст определения о принятии к производству апелляционной жалобы на решение арбитражного суда по делу, рассмотренному в порядке упрощенного производства, от 01.03.2023, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, опубликован в Картотеке арбитражных дел (http://.kad.arbitr.ru/).

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

С учетом части 1 статьи 272? Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснений, содержащихся  в  пунктах 47, 49  Постановления Пленума Верховного  Суда Российской Федерации от 18.04.2017 № 10 «О некоторых  вопросах применения  судами  положений  Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об упрощенном производстве» апелляционная  жалоба рассмотрена судьей единолично без вызова сторон, без  осуществления  протоколирования,  без составления  резолютивной части постановления по имеющимся в  деле  доказательствам.

Третий арбитражный апелляционный суд, проверив законность решения в порядке статей 229, 270, 272? Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы  дела и доводы апелляционной жалобы, не находит оснований для отмены решения суда.

Как следует из материалов дела и установлено судом, АО «Цифровое телевидение» является правообладателем следующих товарных знаков: исключительного права на товарный знак № 804718 («Викки»), исключительного права на товарный знак № 804719 («Буся»), исключительного права на товарный знак № 804723 («Дэн»); исключительного права на товарный знак № 804724 («Мия»), исключительного права на товарный знак № 804725 («Жоржик»).

Вместе с тем из материалов дела следует:

В ходе закупки, произведенной 20.04.2022 в торговой точке, расположенной по адресу: 

<

...> Образования СССР, д. 26, установлен факт продажи контрафактного товара (мягкая игрушка) (далее - товар № 1). В подтверждение продажи был выдан чек: Наименование продавца: ИП ФИО1 Дата продажи: 20.04.2022. ИНН продавца: 

<

***>.

Товар № 1 выполнен в виде объемной фигуры, имитирующей обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком: № 804719 («Буся»), зарегистрированным в отношении 28 класса МКТУ, включая такие товары, как «игрушки мягкие».

В ходе закупки, произведенной 21.04.2022 в торговой точке, расположенной по адресу: 

<

...>, установлен факт продажи контрафактного товара (мягкая игрушка) (далее - товар № 2). В подтверждение продажи был выдан чек: Наименование продавца: ИП ФИО1 Дата продажи: 21.04.2022. ИНН продавца: 

<

***>.

Товар № 2 выполнен в виде объемной фигуры, имитирующей обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком: № 804725 («Жоржик»), зарегистрированным в отношении 28 класса МКТУ, включая такие товары, как «игрушки мягкие».

В ходе закупки, произведенной 21.04.2022 в торговой точке, расположенной по адресу: 

<

...>, установлен факт продажи контрафактного товара (мягкая игрушка) (далее - товар № 3). В подтверждение продажи был выдан чек: Наименование продавца: ИП ФИО1 Дата продажи: 21.04.2022. ИНН продавца: 

<

***>.

Товар № 3 выполнен в виде объемной фигуры, имитирующей обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком: № 804725 («Жоржик»), зарегистрированным в отношении 28 класса МКТУ, включая такие товары, как «игрушки мягкие».

В ходе закупки, произведенной 22.04.2022 в торговой точке, расположенной по адресу: Красноярский край, г. Красноярск, ул. Шумяцкого, д. 4, установлен факт продажи контрафактного товара (мягкая игрушка) (далее - товар № 4). В подтверждение продажи был выдан чек: Наименование продавца: ИП ФИО1 Дата продажи: 22.04.2022. ИНН продавца: 

<

***>.

Товар № 4 выполнен в виде объемной фигуры, имитирующей обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком: № 804724 («Мия»), зарегистрированным в отношении 28 класса МКТУ, включая такие товары, как «игрушки мягкие».

В ходе закупки, произведенной 25.04.2022 в торговой точке, расположенной по адресу: 

<

...>, установлен факт продажи контрафактного товара (мягкая игрушка) (далее - товар № 5). В подтверждение продажи был выдан чек: Наименование продавца: ИП ФИО1 Дата продажи: 25.04.2022. ИНН продавца: 

<

***>.

Товар № 5 выполнен в виде объемной фигуры, имитирующей обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком: № 804723 ("Дэн"), зарегистрированным в отношении 28 класса МКТУ, включая такие товары, как "игрушки мягкие".

В ходе закупки, произведенной 26.04.2022 в торговой точке, расположенной по адресу: 

<

...>, установлен факт продажи контрафактного товара (мягкая игрушка) (далее - товар № 6). В подтверждение продажи был выдан чек: Наименование продавца: ИП ФИО1 Дата продажи: 26.04.2022. ИНН продавца: 

<

***>.

Товар № 6 выполнен в виде объемной фигуры, имитирующей обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком: № 804718 («Викки»), зарегистрированным в отношении 28 класса МКТУ, включая такие товары, как «игрушки мягкие».

В ходе закупки, произведенной 26.04.2022 в торговой точке, расположенной по адресу: 

<

...>, установлен факт продажи контрафактного товара (мягкая игрушка) (далее - товар № 7). В подтверждение продажи был выдан чек: Наименование продавца: ИП ФИО1 Дата продажи: 26.04.2022. ИНН продавца: 

<

***>.

Товар № 7 выполнен в виде объемной фигуры, имитирующей обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком: № 804723 («Дэн»), зарегистрированным в отношении 28 класса МКТУ, включая такие товары, как «игрушки мягкие».

В ходе закупки, произведенной 26.04.2022 в торговой точке, расположенной по адресу: 

<

...>, установлен факт продажи контрафактного товара (мягкая игрушка) (далее - товар № 8). В подтверждение продажи был выдан чек: Наименование продавца: ИП ФИО1 Дата продажи: 26.04.2022. ИНН продавца: 

<

***>.

Товар № 8 выполнен в виде объемной фигуры, имитирующей обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком: № 804719 («Буся»), зарегистрированным в отношении 28 класса МКТУ, включая такие товары, как «игрушки мягкие».

Из иска следует, что исключительные права на распространение данных объектов интеллектуальной собственности на территории Российской Федерации принадлежат истцу и ответчику не передавались.

В подтверждение факта приобретения товара у ответчика истцом представлены также компакт-диск с видеозаписью процесса приобретения товаров, а также приобретенные товары.

Истец обращался к ответчику с претензиями с требованием о выплате компенсации за нарушение исключительных прав, оплате издержек в размере стоимости вещественных доказательств, стоимости почтового отправления, рекомендовал убрать из продажи подобные экземпляры товаров, прекратить торговлю контрафактной продукцией.

Полагая, что ответчик в ходе реализации спорного товара нарушил исключительные права истца, последний обратился в Арбитражный суд Красноярского края с настоящим исковым заявлением.

Правильно применив нормы права, а именно – статьи 9, 12, 14, 426, 492, 493, 494, 1225, 1228, 1229, 1233, 1250, 1252, 1301, 1477, 1478, 1482, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, принимая во внимание правовые позиции, изложенные в пункте 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», пунктах 59, 62, 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», в пункте 47 Обзора Верховного суда Российской Федерации от 23.09.2015, в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П, в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2019 № 302-ЭС19-852 по делу № А33-19994/2018, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения исковых требований.

При этом, суд первой интенции, руководствуясь статьями 106, 110, 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом правовой позиции, изложенной в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 25.09.2014 № 2186-О, от 04.10.2012 № 1851-О, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, в обоснование заявления о взыскании судебных издержек, пришел к верному выводу о наличии оснований для удовлетворения заявления.

Повторно исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив доводы жалобы, апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции.

Довод   жалобы   о  наличии  в  данном  случае  одного   нарушения  исключительного   права   на само  аудиовизуальное произведение, выразившееся в  использовании  части произведения (персонажа) являлся  предметом исследования  суда  первой  инстанции и  ему  дана  надлежащая  правовая  оценка.  Оснований  для  переоценки  выводов суда  первой  инстанции  у  суда  апелляционной  инстанции  не имеется.

Как  следует  из  материалов  дела, истцом  предъявлено   требование о  взыскании  компенсации за  нарушение  исключительного  права  на  товарные  знаки,  а  не   за нарушение  исключительного  права   на  аудовизиульное  произведение  или  образы  персонажей.

Факт принадлежности правообладателю исключительных прав на спорные товарные знаки подтвержден представленными в материалы дела сведениями о регистрации товарных знаков из открытого реестра товарных знаков и знаков обслуживания с официального сайта Федерального института промышленной собственности. В указанных выше сведениях в качестве правообладателя товарных знаков указано АО «Цифровое Телевидение», являющее истцом по данному делу.

Согласно абзацу 3 пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

Кроме того, в соответствии с пунктом 60 Постановления № 10, требование о взыскании компенсации носит имущественный характер. Нарушение прав на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальных прав (статьи 1225, 1227, 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следовательно, каждое произведение рассматривается как самостоятельный результат интеллектуальной деятельности.

Пункт 63 Постановления № 10 указывает, что, если имеется несколько принадлежащих одному лицу результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой: произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение, товарный знак и наименование места происхождения товара, товарный знак и промышленный образец, компенсация за нарушение прав на каждый объект определяется самостоятельно.

В рамках рассматриваемого дела заявлены требования о взыскании компенсации  нарушение   исключительного   прав  только  на товарные знаки, являющиеся  самостоятельным   объектом интеллектуальной  собственности.

Следовательно, каждый товарный знак, рассматривается как самостоятельный результат интеллектуальной деятельности, имеет свои отличительные черты, является узнаваемыми отдельно от другого.

На  основании   изложенного  суд   первой  инстанции  обоснованно  исходил   из  того, что использование каждого объекта является самостоятельным нарушением исключительных прав истца на соответствующие объекты интеллектуальной собственности.

Доводы  жалобы  о том, что   суд  необоснованно  взыскал   с  ответчика  за  каждую  единицу  товара  из одной  партии  10 000  рублей, также   отклоняются  судом  апелляционной  инстанции   в  силу  следующего.

Ответственность за незаконное использование товарного знака предусмотрена подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Истцом выбран способ определения компенсации из расчета от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей за каждый случай нарушения исключительного права.

В силу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения.

При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

В соответствии с пунктом 59 Постановления № 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Из пункта 62 Постановления № 10 следует, что рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 3 части 1 статьи 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 3 части 5 статьи 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Аналогичный, подход отражен в пункте 47 Обзора Верховного суда Российской Федерации от 23.09.2015, согласно которому при взыскании на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсации за незаконное использование товарного знака, суд определяет ее размер не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П изложена правовая позиция, согласно которой суды при наличии определенных условий и с учетом характера и последствий нарушения вправе снижать размер компенсации ниже предела, установленного абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Конституционный Суд Российской Федерации в названном постановлении указал, что пункт 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с другими положениями данного Кодекса, включая его статьи 1301, 1311 и 1515, закрепляет в числе прочего правила, которыми должен руководствоваться суд при определении размера компенсации в случае, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации: в таких случаях размер компенсации определяется судом - в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости - за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации; если же права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации может быть снижен судом ниже пределов, установленных данным Кодексом.

Таким образом, в указанном постановлении изложена правовая позиция, согласно которой суды при наличии определенных условий и с учетом характера и последствий нарушения вправе снижать размер компенсации ниже предела, установленного абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2019 № 302-ЭС19-852 по делу № А33-19994/2018, суд указал, что определяя размер компенсации, с учетом ходатайства ответчика и наличия у него статуса индивидуального предпринимателя суд исходил из принципов разумности и справедливости, характера допущенного нарушения, срока незаконного использования  результата интеллектуальной деятельности, степени вины нарушителя, отсутствия доказательств причинения истцу убытков и доказательств неоднократности совершения ответчиком аналогичных нарушений.

Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации.

После установления размера компенсации, рассчитанного на основании приведенных норм права, снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов возможно лишь в исключительных случаях и лишь при мотивированном заявлении об этом ответчика.

На основании абзаца пятого пункта 64 постановления № 10 положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской  Федерации  применяются только при множественности нарушений и лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.

Таким  образом,  для  применения  судом   пункта  3  статьи 1252 Гражданского кодекса Российской  Федерации  необходимо    мотивированное  заявление   ответчика  о  необходимости  применения  данной  нормы. Суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе.

Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами.

При   таких   обстоятельствах, применение абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации возможно только при наличии мотивированного заявления ответчика и при наличии доказательств, подтверждающих наличие оснований для снижения компенсации ниже минимального предела.

Вместе с тем, ответчиком, не заявлено о снижении размера компенсации ниже пределов, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации, равно как и не представлено минимально достаточных доказательств, позволяющих прийти к выводу о наличии оснований для снижения размера компенсации, ниже низшего предела.

Ссылки ответчика на судебную практику, также подлежа отклонению, как имеющие иные обстоятельства спора и основанные на неверном толковании заявителем норм материального права.

Доводы  жалобы   о  злоупотреблении  истцом  правом являлись предметом  оценки суда  первой  инстанции  и  обоснованно   отклонены.

Повторно   исследовав  материалы  дела, суд апелляционной  инстанции  не  установил  фактов злоупотребления правом со стороны истца в силу  следующего.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», положения Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 Гражданского кодекса Российской Федерации), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В соответствии с пунктом 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

По смыслу приведенных норм для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений. Таким образом, обобщающим квалифицирующим признаком злоупотребления правом, установленным законом, является наличие заведомой недобросовестности лица, осуществляющего принадлежащее ему субъективное гражданское право.

В обоснование довода о злоупотреблении правом ответчик ссылается на факты неоднократного обращения приобретения истцом у ответчика контрафактного товара и последующего обращения истца в суд с исками о взыскании компенсации.

Суд апелляционной инстанции, полагает, что приведенные ответчиком обстоятельства не могут расцениваться в качестве злоупотребления правом, поскольку сами по себе факты сбора доказательств нарушения исключительного права посредством приобретения товара и последующее обращение правообладателя товарных знаков с иском в защиту нарушенных прав на эти товарные знаки не может быть квалифицировано в качестве злоупотребления правом.

Действия истца, направленные на защиту исключительных прав не противоречат требованиям действующего законодательства. Доказательств иного материалы дела не содержат.

Как разъяснено в пункте 154 Постановления № 10, лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак, не может быть отказано в защите права на товарный знак  до признания предоставления правовой охраны такому товарному знаку недействительным в порядке, предусмотренном статьей 1512 ГК РФ, или прекращения правовой охраны товарного знака в порядке, установленном статьей 1514 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Правообладателем спорных товарных знаков является истец. Ответчик должен был согласовать с правообладателем все вопросы использования товарного знака. На ответчике лежит обязанность удостовериться, что он не нарушает интеллектуальные права правообладателя. Поскольку ответчик этого не сделал, он несет риск наступления неблагоприятных последствий, в  том числе   и  связанные с  последующим  обращением  истца в суд  и  взысканием  компенсации.

Доводы  ответчика   о том, что   он ранее  заключал  мировые  соглашения  с  иным  правообладателем  иных  исключительных  прав,  не  могут   расцениваться  в  качестве  злоупотребления  правом  истцом.

Исходя из общих начал гражданского законодательства, закрепленных  в статье  1  Гражданского кодекса Российской  Федерации,  предприниматель, являющийся самостоятельным субъектом гражданских правоотношений, осуществляя на свой риск деятельность, направленную на систематическое получение прибыли от продажи товаров, действуя разумно, добросовестно и осмотрительно, обязан самостоятельно страховать свои предпринимательские риски, в том числе в части касающееся соблюдения законодательства, регулирующие те или иные гражданские правоотношения и не совершать действия, которые могут привести к нарушению прав иных лиц.

Оценивая в целом изложенные в апелляционной жалобе доводы, суд апелляционной инстанции установил, что  доводы  жалобы  дублируют  доводы,  приведенные  в  суде  первой инстанции, в них отсутствуют ссылки на факты, которые не были предметом рассмотрения суда первой инстанции, имели бы юридическое значение и могли бы повлиять в той или иной степени  на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции.

Вопреки доводам апелляционной жалобы судом первой инстанции материалы дела исследованы полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка. Оснований для иной оценки у суда апелляционной инстанции не имеется.

Выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в нем доказательствам, нарушений норм материального и процессуального права судом не допущено, в связи с чем апелляционная жалоба, по изложенным в ней доводам, удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины в размере 3000 рублей за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272? Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от 17 февраля 2023 года по делу № А33-31287/2022 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

 

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Суд по интеллектуальным правам через арбитражный суд, принявший решение только по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288? Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

 

Судья

О.Ю. Парфентьева