ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-68224/2019

Дело № А40-118594/12

г. Москва

14 февраля 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16 января 2020 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 14 февраля 2020 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  С.А.Назаровой,

судей Д.Г.Вигдорчика, А.А.Комарова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Л.И.Кикабидзе,

рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО"РЭНКОМ" на определение Арбитражного суда г. Москвы от 08.10.2019по делу № А40-118594/12, принятое судьей А.А. Свиринымоб отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «РЭНКОМ» ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности Штыка И.А. по обязательствам должника в размере 90 827 055 руб. 73 коп.,по делу о признании ООО «РЭНКОМ» несостоятельным (банкротом), 

при участии в судебном заседании:

Штыка И.А. – лично,паспорт, 

от конкурсного управляющего ООО "РЭНКОМ"  - ФИО2 по дов.от 08.02.2019,

Иные лица не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 10.09.2012 заявление ООО «ГК Инвест-кабельстрой» о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «РЭНКОМ» (далее – Должник)  принято, возбуждено производство делу № А40-118594/12.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 05.03.2013 должник признан  несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО1

31.03.2016 конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением о привлечении бывшего генерального директора Общества - Штыка И.А. (далее – ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 90 827 055 руб. 73 коп.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 08.10.2019 по делу № А40-118594/12 в удовлетворении заявленных требований отказано в полном объеме.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение отменить и вынести по делу новый судебный акт, которым  удовлетворить заявленные требования в полном объеме.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель конкурсного управляющего  поддержал доводы апелляционной жалобы.

Ответчик в судебном заседании возражал против доводов, заявленных в апелляционной жалобе.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Руководствуясь ст.ст. 123, 266 и 268 АПК РФ, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с законодательством Российской Федерации и обстоятельствами дела, и удовлетворения апелляционной жалобы, исходя из следующего.

В качестве оснований требования в заявлении конкурсного управляющего указано, что последним еще в 2012 году не передана документация должника временному управляющему, а затем в 2013 году указанная документация не была передана конкурсному управляющему. Кроме того, заявитель ссылается на судебные акты, принятые в рамках настоящего дела о банкротстве, которыми были признаны недействительными сделки совершенные в 2012 году.

При рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции, ответчиком заявлено о пропуске конкурсным управляющим должника срока исковой давности.

Суд первой инстанции, рассмотрев данное заявление и приняв во внимание, что конкурсным управляющим пропущен срок исковой давности, как в части  однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ), так и трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом, отказал в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

При этом, суд первой инстанции указал на осведомленность управляющего о наличии оснований для обращения в суд с заявлением о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности за не передачу бухгалтерской документации, что  подтверждается постановлением судебного пристава-исполнителя от 03.03.2015, которым исполнительное производство об обязании ответчика передать управляющему бухгалтерскую и иную документацию должника окончено в связи с невозможностью взыскания. 

Следовательно, как минимум в 2015 году, а максимум – в 2012-2013 годах, управляющему было известно о наличии оснований для обращения в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности за непередачу документации должника. И именно с этой даты подлежит исчислению субъективный срок в один год, в течение которого конкурсный управляющий должен был обратиться в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

 Относительно требований о привлечении ответчика к ответственности за  совершение сделок по перечислению денежных средств в 2012 году, суд первой инстанции исходил из того, что определения о признании их недействительными вынесены судом ещё в 2014, и с указанного года конкурсному управляющему было известно о наличии оснований для обращения в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности за совершение сделок.

Также, суд первой ин станции указал на то, что конкурсным управляющим не доказана вина ответчика в непередаче бухгалтерской документации должника, в то  время, как ответчиком представлены в материалы дела доказательства осуществления им мероприятий, направленных на получение документации должника от главного бухгалтера, а также доказательства совершения мероприятий по восстановлению документации должника через налоговый орган.

По мнению судебной коллегии, данные выводы суда первой инстанции являются верными и обоснованными.

Как верно установлено судом первой инстанции, обстоятельства, которые являются основаниями требований возникли в 2012-2013 годах. 

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано в суд 31.03.2016 (согласно штампу канцелярии суда). 

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу данного Закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции данного Закона). 

Положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ. 

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266- ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве. 

Предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ правила о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами при рассмотрении соответствующих заявлений, поданных с 01.07.2017, независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве. 

Таким образом, применение той или иной редакции Закона о банкротстве (статьи 10 или статьи 61.11) в целях регулирования материальных правоотношений зависит от того, когда имело место действие и (или) бездействие контролирующего должника лица.

Поскольку конкурсный управляющий ссылался на неправомерные действия ответчика, имевшие место в 2012-2013 годах, суд первой инстанции сделал верный вывод о применении  положений Закона о банкротстве в редакциях Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям». 

Законом о банкротстве в указанных редакциях субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц была предусмотрена статьей 10, в соответствии с пунктом 4 которой если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. 

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве (абз. 2, 3 п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве).

 Поскольку положения законодательства о сроках исковой давности относятся к числу норм материального, а не процессуального права, определение факта истечения срока исковой давности по привлечению контролирующих должника лиц должно осуществляться на основании норм Закона о банкротстве в редакциях, действующих на момент совершения действий, являющихся основанием для привлечения к субсидиарной ответственности. 

Согласно обеим редакциям ст. 10 Закона о банкротстве № 73-ФЗ и № 134-ФЗ, соответствии с абз. 4 п. 5 ст. 10 Закона о банкротстве, заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, должно было быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом. 

Согласно п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре

Как разъяснено в п. 58 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", данный срок является специальным сроком исковой давности (пункт 1 статьи 197 ГК РФ), начало течения которого обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц). При этом данный срок ограничен объективным обстоятельством: он в любом случае не может превышать трех лет со дня признания должника банкротом.

Настоящее дело о банкротстве возбуждено 10.09.2012, следовательно, объективный срок исковой давности для предъявления требования о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности истек на момент обращения управляющего с иском.

В п. 62 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" отмечено, что срок исковой давности арбитражному управляющему, кредиторам, являющимся юридическими лицами или предпринимателями, может быть восстановлен лишь в исключительных случаях, когда они действительно были лишены возможности своевременно обратиться в суд по независящим от них причинам.

В настоящем случае такого рода объективные препятствия для обращения в суд отсутствовали. Напротив, те обстоятельства (совершение сделок по отчуждению имущества и т.п.), с которыми заявитель связывают необходимость привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, были и должны были стать известны как самому конкурсному управляющему, в течение разумного периода после открытия конкурсного производства, во всяком случае до истечения трехлетнего срока исковой давности.

Вопреки  додам заявителя жалобы о том, что срок исковой давности не мог начать свое течение ранее момента окончания формирования конкурсной массы, судебная коллегия приходит к следующему.

На основании абзаца 6 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному пунктом 4 настоящей статьи, невозможно определить размер ответственности, суд после установления всех иных имеющих значение фактов приостанавливает рассмотрение этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами. 

Положения указанных норм свидетельствуют об отсутствии принципиального противоречия между редакциями № 73-ФЗ и № 134-ФЗ, они одинаково определяют момент, с которого арбитражному управляющему становится известно о нарушении прав кредиторов лицами, контролирующими должника. В силу названных норм этот момент определяется фактическим отсутствием денежных средств для удовлетворения требований кредиторов.

То есть, редакцией Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ прямо допускалось обращение с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности до формирования конкурсной массы с возможностью приостановления производства по заявлению. 

Поэтому несформированность конкурсной массы препятствием для такого обращения не являлась. 

При этом, с заявлением о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий обратился  до момента формирования конкурсной массы в  полном объеме, а последняя сделка должника - уведомление о зачете встречных однородных требований от 01.10.2012 г. № 5266.РА оспорена конкурсным управляющим 24.10.2014 и, как следует из определения Арбитражного суда г. Москвы от 25.04.2016 о данной сделке конкурсный управляющий узнал 22.10.2014 .

Учитывая, что иные сделки конкурсным управляющим должника после вышеуказанной даты не обжаловались, следовательно 22.10.2014 может считаться моментом, когда заявитель узнал о наличии  оснований для обращения в суд с заявлением о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по основанию совершения недействительных сделок.

Однако, с соответствующим заявлением конкурсный  управляющий обратился в суд  31.03.2016, то есть по истечении годичного срока исковой давности.

При этом, ООО «РЭНКОМ» признано банкротом с открытием в отношении него процедуры конкурсного производства решением Арбитражного суда г. Москвы от 13.03.2013, этим же решением утвержден конкурсный управляющий должника – ФИО1 Т

Таким образом, еще с момента введения в отношении должника процедуры наблюдения и непередачи в указанной процедуре ответчиком бухгалтерской документации временному управляющему ФИО1, свидетельствует об осведомлённости заявителя о наличии оснований для обращения в суд с заявлением о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности еще в 2012-2013 годах. 

Более того, осведомленность управляющего о наличии оснований для обращения в суд с заявлением о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности за непередачу бухгалтерской документации подтверждается постановлением судебного пристава-исполнителя от 03.03.2015, которым исполнительное производство об обязании ответчика передать управляющему бухгалтерскую и иную документацию должника было окончено в связи с невозможностью взыскания. 

Следовательно, суд первой инстанции верно установил, что как минимум в 2015 году, а максимум – в 2012-2013 годах, конкурсному управляющему было известно о наличии оснований для обращения в суд с заявлением о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности за непередачу документации должника. 

Именно с этой даты подлежит исчислению субъективный срок в один год, в течение которого конкурсный управляющий должен был обратиться в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности в связи с непередачей соответствующей бухгалтерской документации.

Кроме того, суд первой инстанции, установив факт пропуска срока исковой давности, также оценил иные обстоятельства,  исключающие наличие оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях", рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу названного Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции названного Федерального закона).

Согласно правовой позицией высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 22 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно которой, при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителя (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть 2 пункта 3 статьи 56 ГК РФ), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Ответственность руководителя, учредителя (участника) должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на указанных лиц обязанности возместить убытки осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ, под которыми понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, для привлечения к субсидиарной ответственности необходимо установить наличие права давать обязательные для должника указания, либо иным образом определять его действия, совершение таким лицом действий по использованию таких прав, наличие причинной связи между действиями лица и наступлением банкротства должника, факт недостаточности имущества должника для расчета с кредиторами, а также вину лица в наступлении банкротства.

Субсидиарная ответственность может иметь место только в том случае, если между несостоятельностью (банкротством) должника и неправомерными действиями собственника имущества или другого уполномоченного лица имеется непосредственная причинно-следственная связь.

При этом, нормами Закона о банкротстве несостоятельность должника связывается, по общему правилу, с неплатежеспособностью, то есть состоянием, не позволяющим должнику удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены (пункт 2 статьи 3 Закона о банкротстве).

Пункт 1 статьи 53 Закона о банкротстве предусматривает, что возможность принятия решения о признании должника несостоятельным (банкротом) прямо связана с выявлением признаков несостоятельности, установленных статьей 3 Закона о банкротстве, которая, в свою очередь, не обуславливает установление этих признаков от достаточности или недостаточности у должника имущества для удовлетворения требований кредиторов. Соответственно, в рассматриваемой ситуации основанием для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности является причинно-следственная связь между его действиями (бездействием) и последующим банкротством должника, которое определяется по признаку неплатежеспособности.

В статье 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность определена как прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом, недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

 Пунктом 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

 При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). 

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

 По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке. 

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе 5 ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. 

Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

 Между тем, конкурсный управляющий ни одно из перечисленных обстоятельств (что сделки является существенно убыточными, отвечают критериям крупных сделок, его заключение значительно повлияло на деятельность должника, заключен на условиях, существенно отличающихся от рыночных, в худшую для должника сторону) не доказал.

Относительно оснований для привлечения к субсидиарной ответственности в части не передачи документации, суд также верно отразил, что ответчик не мог ее передать конкурному управляющему в связи с ее фактическим отсутствием у последнего.

Так, ответчиком в материалы дела представлена копию акта приема-передачи документации должника от 30.11.2009, в соответствии с которым вся бухгалтерская документация должника была передана бывшим генеральным директором ФИО3 главному бухгалтеру. Впоследствии, ответчик, став генеральным директором должника, направлял в адрес главного бухгалтера письма-запросы с требованием передать документацию должника, что подтверждается приобщенными в материалы дела документами, однако документы не переданы ответчику. 

Доказательств обратного материалы дела не содержат.

Кроме того, ответчиком представлены запросы, направленные в адрес ИФНС № 46 по г. Москве с просьбой представления копий документов должника в связи с тем, что главный бухгалтер должника отказалась передать  ответчику документы Общества.

При этом согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 126 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. 

Как указано в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему. 

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ.

По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Кроме того,  конкурсным управляющем не представлено доказательств того, что  не передача последнему необходимой документации  негативно повлияла на проведение процедур банкротства.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. 

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. 

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов

Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям. 

Ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на руководителя обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ. 

Таким образом, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Как разъяснено п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации необходимо учитывать следующее. 

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. 

Факт непредставления конкурному управляющему документов бухгалтерской отчетности и учета сам по себе не может являться безусловным основанием для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности.

Как установлено ранее факт отсутствия у ответчика спорной документации подтвержден надлежащими доказательствами.

В то же время, конкурсным управляющим, в нарушение пункта 24 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53: не представлено какая именно документация отсутствует в его распоряжении; не представлено доказательств, что данные документы находятся у Штыка И.А.; не представлено доказательств, возникновения признаков банкротства у должника в результате виновных действий (бездействия) Штыка И.А.

В силу пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов

Учитывая, что субсидиарная ответственность является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. 

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации  либо  отсутствия  в  ней  соответствующей информации, заявителю  необходимо становить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 ГК РФ).

По мнению судебной коллегии, в рамках настоящего дела у Штыка И.А. отсутствовала реальная возможность передать спорные документы, конкурсному управляющему.

Следовательно, возникновение убытков должника не могло и не произошло по вине ответчика.

Таким образом, конкурсным управляющий не представил доказательства, что бухгалтерская отчетность должника не передана по причинам, зависящим от бывшего руководителя должника Штыка И.А. и не обосновал, каким образом отсутствие затребованной документации, существенно затруднило формирование и реализацию конкурсной массы.

Довод заявителя жалобы о том, что суду надлежало самостоятельно переквалифицировать заявленные требования в качестве требований о взыскании убытков, причиненных Обществу, строится на неверном толковании норм материального и процессуального права, так как данные виды ответственности являются самостоятельными и суд, исходя из предмета и основания заявленных требований не мог выйти за их пределы.

Судом апелляционной инстанции рассмотрены все доводы апелляционной жалобы, однако они не опровергают выводы суда, положенные в основу судебного акта первой инстанции, и не могут служить основанием для отмены определения суда и удовлетворения апелляционной жалобы.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые могли бы рассматриваться в качестве безусловного основания для отмены оспариваемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 08.10.2019по делу № А40-118594/12 оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО"РЭНКОМ"  – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:     С.А.Назарова

Судьи:                 Д.Г.Вигдорчик  

 

                                                                                                                    А.А.Комаров