АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

Пушкина ул., дом 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-2639/2019

09 июля 2019 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 02 июля 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 09 июля 2019 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи: Кушнаревой И.Ф.

судей: Никитина Е.О., Шведова А.А.

при участии:

конкурсного управляющего должником ФИО1 лично, ее представителя ФИО2, по доверенности от 02.07.2019

рассмотрев в проведенном с использованием систем видеоконференц-связи судебном заседании кассационную жалобу ФИО3

на постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2019 (председательствующий судья Мокроусова Л.А., судьи Засорин К.П., Скрипка Н.А.)

по делу №  А24-4659/2013 Арбитражного суда Камчатского края

по заявлению конкурсного управляющего ООО «Городская управляющая компания» ФИО2 

о привлечении бывшего руководителя должника ФИО3 к субсидиарной ответственности и взыскании с него                           64 219 000 руб. 

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Городская управляющая компания» (ОГРН 

<

***>,                               ИНН 

<

***>, место нахождения: 683023, 

<

...>) несостоятельным (банкротом)

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 03.12.2013 возбуждено производство по делу о признании общества с ограниченной ответственностью «Городская управляющая компания» (далее –                               ООО «ГУК», общество, должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 26.12.2013 (дата объявления резолютивной части определения) в отношении                       ООО «ГУК» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО4. 

Решением Арбитражного суда Камчатского края от 18.01.2016 (дата объявления резолютивной части решения) в отношении ООО «ГУК» открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника до утверждения конкурсного управляющего возложено на ФИО4 

Далее обязанности конкурсного управляющего должником последовательно исполняли ФИО5 и ФИО2 

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 19.05.2017 (резолютивная часть определения объявлена 18.05.2017) конкурсным управляющим ООО «ГУК» утверждена ФИО1 

В рамках дела о банкротстве 03.02.2017 конкурсный управляющий ООО «ГУК» обратилась в Арбитражный суд Камчатского края с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО3 и взыскании с него в пользу должника 142 760 778, 78 руб. 

Заявление обосновано тем, что ФИО3, как руководителем       ООО «ГУК», несвоевременно исполнена предусмотренная пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) обязанность по обращению в суд с заявлением должника о признании его несостоятельным (банкротом), и наличием оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности по долгам общества в соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве и в соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона  о банкротстве ввиду непередачи первичной бухгалтерской документации должника. 

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 11.09.2017, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 16.11.2017, заявление конкурсного управляющего удовлетворено: ФИО3 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника – ООО «ГУК» в размере 142 684 631, 88 руб., в связи с чем, с ФИО3 взыскано в конкурсную массу должника                      142 684 631, 88 руб. 

Постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 27.02.2018 определение Арбитражного суда Камчатского края от 11.09.2017, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 16.11.2017 по делу № А24-4659/2013 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Камчатского края. 

При новом рассмотрении обособленного спора в судебном заседании 18.07.2018 представитель конкурсного управляющего заявил ходатайство об уменьшении размера заявленных требований до 64 219 000 руб., которое принято судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). 

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 10.09.2018 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы конкурсного управляющего ООО «ГУК» ФИО1 постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2019 определение от 10.09.2018 отменено. ФИО3 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и с него в пользу ООО «ГУК» взыскано                            40 117 187, 61 руб. В удовлетворении заявления в остальной части отказано.

Не согласившись с постановлением, ссылаясь на несоответствие выводов апелляционного суда фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, а также неправильное применение и нарушение норм материального и процессуального права, ФИО3 обратился в Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационной жалобой (с учетом дополнений к ней), в которой просит постановление от 24.04.2019 отменить, определение суда первой инстанции от 10.09.2018 оставить в силе.

В обоснование своей позиции заявитель кассационной жалобы указывает на то, что конкурсный управляющий ФИО2 в нарушение требований положений Закона о банкротстве не обращалась к ФИО3 о передаче бухгалтерской и иной документации, а также в суд с соответствующим ходатайством об истребовании у бывшего руководителя должника бухгалтерской и иной документации. Ссылается на отсутствие доказательств, что затруднительность формирования конкурсной массы явилось следствием непередачи ФИО3 конкурсному управляющему должника бухгалтерской и иной документации, а также на отсутствие этой документации у ФИО3 на момент утверждения ФИО2 конкурсным управляющим ООО «ГУК». Указывает на то, что им предпринимались попытки передачи конкурсному управляющему имеющейся у него документации. Приводит доводы о допущенной судом апелляционной инстанции ошибке при определении размера субсидиарной ответственности. Полагает, что суд первой инстанции правомерно применил правило об истечении годичного срока исковой давности для подачи настоящего заявления.

Отзывы на кассационную жалобу не поступили.

До начала кассационного разбирательства от ФИО3 поступило ходатайство об отложении судебного заседания на более позднюю дату, мотивированное невозможностью обеспечения своей явки ввиду прохождения им санаторно-курортного лечения, а также обеспечения явки своего представителя по причине нахождения его за пределами Камчатского края. При этом в случае удовлетворения данного ходатайства об отложении просил провести судебное заседание с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Камчатского края.

В судебном заседании суда округа, проведенном в порядке статьи 153.1 АПК РФ путем использования систем видеоконференц-связи, организация которой осуществлена Арбитражным судом Камчатского края,  конкурсный управляющий должником ФИО1 и ее представитель выразили несогласие с приведенными в кассационной жалобе доводами; возражали относительно отложения судебного заседания.

Иные лица, участвующие в деле и извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, явку представителей не обеспечили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы без их участия.

Рассмотрев в порядке статей 158, 159 АПК РФ поступившее от заявителя жалобы ходатайство об отложении судебного заседания, судебная коллегия кассационной инстанции, совещаясь на месте, отклонила данное ходатайство ввиду отсутствия соответствующих оснований для его удовлетворения. 

Проверив по правилам статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, заслушав представителей лиц, явившихся в судебное заседание, по доводам кассационной жалобы и возражениям на нее, судебная коллегия Арбитражного суда Дальневосточного округа приходит к следующему.

Как усматривается из материалов дела и установлено судами,                     ООО «ГУК» зарегистрировано в ИФНС по г. Петропавловску-Камчатскому 26.07.2007, согласно выписке из ЕГРЮЛ единственным участником и руководителем общества (вплоть до открытия конкурсного производства) является ФИО3. 

По данным бухгалтерского баланса за 2013 год должником получен убыток в сумме 121 607 000 руб. По состоянию на 31.12.2012 в распоряжении должника имелись активы в сумме 86 361 000 руб., в том числе: основные средства – 4 680 000 руб., запасы – 17 463 000 руб., дебиторская задолженность – 56 225 000 руб., денежные средства – 7 993 000 руб. Обязательства должника (кредиторская задолженность) составили                169 875 000 руб. 

По мнению конкурсного управляющего, должник обладал признаками несостоятельности в 2012 году, в связи с чем руководитель был обязан не позднее 01.02.2013 – месяца с даты утверждения бухгалтерской отчетности (утверждена 31.12.2012) обратиться в суд с заявлением должника о банкротстве, однако обратился только 11.11.2013, то есть с пропуском установленного законом срока. 

Кроме того, с момента введения процедуры конкурсного производства (18.01.2016) генеральный директор ФИО3 не предпринял мер, направленных на раскрытие информации об имеющихся активах должника (дебиторской задолженности); документы о наличии таких обязательств, документы и программные продукты о начислениях жилищно-коммунальных услуг не передавал ни временному, ни конкурсному управляющему. Отсутствие сведений об имуществе, в том числе документов, подтверждающих дебиторскую задолженность, не позволило сформировать конкурсную массу и,  как следствие – повлекло невозможность удовлетворения требований конкурсных кредиторов

Полагая, что указанные бывший руководитель должника, достоверно зная о наличии признаков неплатежеспособности общества, но, тем не менее, не предприняв действий по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, а также не передав конкурсному управляющему первичную документацию общества, обязан нести субсидиарную ответственность по обязательствам должника, конкурсный управляющий ООО «ГУК» ФИО2 обратилась в арбитражный суд с настоящим заявлением. 

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

Квалифицируя действия ответчика с учетом обстоятельств, послуживших основанием для предъявления конкурсным управляющим требования о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности, суды первой и апелляционной инстанции учли, что в соответствии с пунктом 3 статьи 4 Закона о банкротстве, введенной Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ), рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу данного Закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции данного Закона).

Правила статьи 10 Закона о банкротстве до внесения в нее изменений Федеральным законом от 28.06.2013 № 134-ФЗ (вступил в силу 01.07.2013) определены редакцией Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ (вступил в силу 05.06.2009). 

При применении статьи 10 Закона о банкротстве при рассмотрении заявлений о привлечении соответствующих лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника судом учтена правовая позиция, изложенная в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». 

Из положений статьи 24 Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, общих правил действия закона во времени, приведенной правовой позиции высшей судебной инстанции следует, что в рассматриваемых случаях необходимо учитывать дату возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения соответствующих лиц к субсидиарной ответственности. При этом процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению судом после вступления в силу Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ независимо от даты, когда имели место упомянутые в статье 10 Закона о банкротстве обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве. 

Поскольку положенные в обоснование поданного конкурсным управляющим заявления обстоятельства в отношении ФИО3 имели место в конце 2012 - начале 2013 года (неплатежеспособность могла быть установлена по данным бухгалтерского баланса за 2012 год, в связи с чем, по мнению конкурсного управляющего, заявление должно было быть подано не позднее 01.02.2013), к его заявлению в данной части подлежат применению положения Федерального закона № 73-ФЗ. На дату открытия конкурсного производства и, соответственно, на дату возникновения у руководителя должника предусмотренной пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязанности по передаче бухгалтерской документации статья 10 Закона о банкротстве действовала в редакции Федерального закона № 134-ФЗ. 

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в применимой редакции) неподача заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления. При этом субсидиарная ответственность в таких случаях наступает лишь по тем обязательствам должника, которые возникли после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве. 

По итогам рассмотрения спора суды первой и апелляционной инстанций не нашли оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве. 

В кассационной жалобе заявителем не оспаривается правомерность постановления апелляционного суда в указанной части, в связи с чем предметом рассмотрения в рамках настоящего кассационного производства не является.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ, подлежащей применению при рассмотрении настоящего спора) если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

При этом в силу положений абзацев 2 и 4 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения абзаца 4 применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Согласно абзацам 10 и 11 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. Размер ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица.

В силу абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований в полном объеме, сослался на отсутствие доказательств намеренного уклонения ответчика от передачи документов конкурсному управляющему либо исполнения ненадлежащим образом обязанности по ведению и хранению документации общества и счел, что конкурсным управляющим не доказано наличие у ООО «ГУК» имущества, стоимость которого позволяла погасить всю имеющуюся кредиторскую задолженность (требования, включенные в реестр и текущую задолженность), и что исключительно отсутствие документации привело к невозможности удовлетворения должником требований кредиторов на заявленную сумму, в связи с чем пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Повторно рассмотрев вопрос об обоснованности требования конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 за непередачу первичных документов по финансово-хозяйственной деятельности должника, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что бывшим руководителем ООО «ГУК» не исполнена установленная Законом обязанность по передаче бухгалтерской и иной документации должника конкурсному управляющему и отсутствие указанных документов находится в прямой причинно-следственной связи с невозможностью взыскания дебиторской задолженности в размере               40 117 187, 61 руб., при этом исходя из следующего.

Предусмотренная Закона о банкротстве ответственность за непередачу документов должника направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника. 

Помимо факта непередачи документации, исходя из диспозиции статьи 10 Закона о банкротстве, в предмет доказывания по настоящему спору входит установление невозможности либо существенного затруднения формирования и реализации конкурсной массы вследствие такого бездействия руководителя должника. Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной абзацем 4 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, также имеет значение и причинно-следственная связь между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью формирования конкурсной массы в целях удовлетворения требований кредиторов. 

Доказывание наличия объективной стороны правонарушения (установление факта неисполнения обязанности по передаче документов, либо отсутствие в ней соответствующей информации, либо искажение указанной информации; размер причиненного вреда) является обязанностью лица, обратившегося с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности. Для установления причинно-следственной связи и вины привлекаемых к ответственности лиц следует учитывать содержащиеся в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве презумпции признания банкротом вследствие бездействия руководителя должника при непередаче документации должника (или искажении содержащихся в ней сведений) и вины контролирующих должника лиц. 

Данные презумпции являются опровержимыми, что означает следующее: при обращении в суд конкурсного управляющего о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности в порядке абзаца 4 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве указанные обстоятельства не должны доказываться конкурсным управляющим (они предполагаются), но они могут быть опровергнуты соответствующими доказательствами и обоснованиями ответчиком, то есть тем лицом, которое привлекается к субсидиарной ответственности. Непредставление ответчиком доказательств добросовестности и разумности своих действий в интересах должника должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент (конкурсный управляющий). Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения (статья 9 АПК РФ). 

Направляя обособленный спор на новое рассмотрение, суд округа в постановлении от 27.02.2018 признал правомерным вывод судов первой и апелляционной инстанций о неисполнении ФИО3 требований пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве о передаче бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Вместе с тем, учитывая, что по смыслу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве негативным последствием отсутствия у конкурсного управляющего документов должника является невозможность осуществления мероприятий по формированию конкурсной массы, в случае привлечения к субсидиарной ответственности руководителя должника за непередачу документов, при отсутствии иных виновных действий, размер ответственности должен быть ограничен стоимостью имевшегося у должника имущества, за счет которого и происходит формирование конкурсной массы.

В связи с изложенным, суда кассационной инстанции указал на необходимость установить стоимость активов должника, исходя из которой определить размер субсидиарной ответственности по основаниям неисполнения обязанности  по передаче документов круга.

Как установлено судами и следует из материалов дела, в том числе отражено в отчете  временного управляющего ФИО4, по состоянию на 01.03.2015 у должника имелась дебиторская задолженность потребителей по оплате коммунальных услуг в сумме 40 117 187, 61 руб. В заключении о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства ООО «ГУК», выполненного в процедуре наблюдения, временным управляющим, указано, что руководством  ООО «ГУК» не были представлены документы, необходимые для проведения анализа сделок должника за исследуемый период и документы, подтверждающие дебиторскую задолженность (согласно списку дебиторов).  

Определением суда от 19.04.2016 удовлетворено заявление конкурсного управляющего ФИО5 об обязании исполняющего обязанности конкурсного управляющего ООО «ГУК» ФИО4 передать бухгалтерскую, финансовую, кадровую документацию должника, приказы, папки с решениями и определениями суда за последние 5 лет и иную документацию должника, материальные и иные ценности, касающиеся деятельности должника, печати. 

Определением от 01.11.2016 в удовлетворении конкурсного управляющего ФИО2 о взыскании с ФИО4 убытков в размере 40 000 000 руб. отказано. Из правовой позиции от 29.09.2016, представленной исполняющим обязанности конкурсного управляющего ООО «ГУК» ФИО4, при рассмотрении заявления конкурсного управляющего ФИО2 о взыскании с ФИО4 убытков в размере 40 000 000 руб., следует, что в распоряжении ФИО4 (который также являлся временным управляющим должника) документы по дебиторской задолженности должника никогда не находились. 

Конкурсный управляющий 31.01.2017 направил в адрес бывшего руководителя на основании пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве требование о передаче документов, которое ответчиком не исполнено. 

Как верно отмечено апелляционным судом то обстоятельство, что конкурсным управляющим не производилось истребование у руководителя должника бухгалтерской и иной документации в рамках исполнительного производства, в рассматриваемом случае не свидетельствует об отсутствии вины ФИО3 в неисполнении обязанности по передаче документации и отсутствии оснований для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности, поскольку обязанность обеспечить наличие документации и представить ее конкурсному управляющему возложена на руководителя должника в силу закона. Требование конкурсного управляющего о представлении информации и документов не исполнено ответчиком по настоящее время. 

Притом что ФИО3, являющемуся также участником                    ООО «ГУК», достоверно было известно о том, что ФИО2 утверждена конкурсным управляющим должника, поскольку 27.12.2016 он обратился в Арбитражный суд Камчатского края с заявлением об ее отстранении от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «ГУК», производство по которому прекращено определением от 25.04.2017.

Судом апелляционной инстанции принято во внимание, что при рассмотрении обособленного спора о взыскании с арбитражного управляющего ФИО4 убытков в размере 40 000 000 руб. по настоящему делу о банкротстве, от ФИО4 27.10.2016 поступило ходатайство о приобщении к материалам дела документации должника в виду того, что конкурсный управляющий          ФИО2 уклоняется от ее получения, в том числе: копии устава общества с ограниченной ответственностью «Городская управляющая компания», ходатайство о приобщении к материалам дела протокола первого собрания кредиторов от 07.05.2015, протокола первого собрания кредиторов от 07.05.2015, отчета временного управляющего от 07.05.2015, бюллетени для голосования от 07.05.2015 на 10 листах, журнал регистрации от 07.05.2015, реестр требований кредиторов – оригинал, копии доверенностей на 2- листах, оригинал уведомления о собрании кредиторов от 22.04.2015, папка «документы ООО «ГУК» в процедуре наблюдения (ответы от государственных органов, судебные акты по делу № А24-4659/2013, требования кредиторов), папка «документация ООО «ГУК», переданная бывшим руководством должника в процедуре наблюдения, папка «документация ООО «ГУК» (входящая корреспонденция за 2015-2016 годы), папка «документация ООО «ГУК» переданная руководством должника, папка «документация ООО «ГУК» (кредиторская задолженность), папка «документация ООО «ГУК» (дебиторская задолженность, материалы дела), постановления об окончании исполнительных производств с приложением оригиналов исполнительных листов. Среди перечисленных, отсутствуют документы по дебиторской задолженности на сумму свыше 40 млн. руб. 

На основании заявления судебного пристава-исполнителя             ФИО6 документы, поступившие от ФИО4, 02.11.2016 переданы судом судебному приставу-исполнителю для осуществления исполнительских действий по исполнительному производству.

 При повторном рассмотрении настоящего обособленного спора ответчиком заявлены возражения, мотивированные тем, что им предпринимались попытки передачи конкурсному управляющему имеющейся документации. Документы были переданы для арбитражного управляющего через вахтера, находящегося на первом этаже административного здания, расположенного по адресу: ул. Ленинградская, 33А, в котором конкурсный управляющий ФИО4 арендовал офис. 

Согласно пояснениям представителей конкурсного управляющего и ФИО3, данным в суде апелляционной инстанции, документы были представлены вахтеру для передачи управляющему в папках, которые находились в связанных коробках. В таком виде они получены управляющим у вахтера без участия (личного присутствия) ответчика. Опись переданных документов отсутствует, акт приема-передачи документов не составлен. 

Судебной коллегией апелляционного суда ФИО3 было предложено представить список документов, содержащихся в коробках, которые он готов передать конкурсному управляющему. 

Как следует из пояснений конкурсного управляющего, при содействии арбитражного суда первой инстанции сторонам было предложено организовать встречу 07.03.2019 в 9:00. В назначенное время стороны встретились для передачи документов, однако ФИО3 не пожелал передать документы по причине отсутствия актов приема-передачи, содержащих подробный перечень документов. В ходе проведенного осмотра документов было установлено, что к передаче предлагались документы за 2011 год, не имеющие какого либо значения, в частности из документов не усматривалось связь с должником. Более того, документы, свидетельствующие о наличии дебиторской задолженности (договоры на управление многоквартирными домами, оборотно-сальдовые ведомости лицевых счетов граждан, квитанции о начислении жилищных и коммунальных услуг и т.д.), в коробках не находились. 

При таких обстоятельствах, апелляционный суд пришел к выводу о том, что ответчик ФИО3 не передал конкурсному управляющему всю имеющуюся документацию должника и, как следствие, не исполнил возложенную на него пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязанность. Как отметила судебная коллегия, отсутствие взаимодействия между конкурсным управляющим ФИО4 и ФИО5 свидетельствует в пользу вменяемой в рамках настоящего спора вины по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве. 

При этом апелляционным судом не принята ссылка ответчика на изъятие документации должника в рамках проведения сотрудниками полиции оперативно-розыскных мероприятий, поскольку, как следует из акта обследования от 04.06.2012, протоколов изъятия документов от 05.06.2012 и от 06.06.2012, была изъята техническая документация на многоквартирные жилые дома, в отношении которых ООО «ГУК», как управляющей организацией, осуществляет управление, оказывает гражданам жилищно-коммунальные услуги. 

Суд апелляционной инстанции при оценке действий ФИО3 по непередаче конкурсному управляющему документации должника признал, что указанное бездействие бывшего руководителя привело к существенному затруднению проведения процедуры конкурсного производства, в том числе к невозможности взыскания дебиторской задолженности в целях формирования и удовлетворения требований кредиторов, являющейся основной целью конкурсного производства. 

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО3 в связи с непередачей конкурсному управляющему документов должника к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Поскольку единственным активом должника, выявленным в ходе процедур банкротства является дебиторская задолженность на общую сумму 40 117 187, 61 руб., наличия иного имущества, которое могло быть возвращено в конкурную массу, в случае исполнения руководителем обязанности по передаче документов, не установлено, суд апелляционной инстанции правильно определил размер субсидиарной ответственности равным номинальной стоимости указанной дебиторской задолженности.

Довод ответчика о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности, установленного абзацем 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, правомерно отклонен судебной коллегией апелляционного суда, отметившей, что момент, когда конкурсному управляющему становится известно о нарушении прав кредиторов контролирующими должника лицами, не всегда определяется датой открытия конкурсного производства. Применительно к настоящему спору, обстоятельство, что истребуемые документы первичной отчетности должника находятся не в распоряжении арбитражного управляющего ФИО4, а бывшего руководителя ФИО3, установлено в определении суда от 01.11.2016, а потому оснований для вывода о пропуске срока исковой давности не имеется.  

Суд кассационной инстанции признает выводы суда апелляционной инстанции законными и обоснованными; считает, что апелляционным судом правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Доводы конкурсного управляющего о невозможности выявить активы общества, а также произвести взыскание дебиторской задолженности в отсутствие первичной документации соответствуют условиям упомянутой презумпции, и бремя их опровержения в силу статьи 65 АПК РФ, а также разъяснений, приведенных в пункте 24 постановления № 53, перешло на ФИО3, как руководителя должника.

При этом ссылка ФИО3 на то, что он передал всю документацию конкурсному управляющему в коробках без составления описи, обоснованно отклонена судом апелляционной инстанции, поскольку именно ФИО3 должен представить надлежащие доказательства того, что все необходимые документы были переданы конкурсному управляющему. Являясь контролирующим должника лицом, принял на себя риск возможных негативных последствий передачи документов без соответствующей проверки и составления описи.

Довод о том, что конкурсный управляющий не обращался к          ФИО3 с ходатайством об истребовании документов, несостоятелен, поскольку конкурсный управляющий вправе обращаться с названным ходатайством, в то время как руководитель должника согласно положениям статьи 126 Закона о банкротстве обязан в силу факта признания организации банкротом обеспечить передачу документации должника.

Кроме того, судом принято во внимание, что ФИО3 не исполнена и установленная пунктом 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве обязанность передать копии документов временному управляющему.

Доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемого судебного акта, а выражает несогласие с произведенной судом оценкой доказательств, и просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства, что в силу статьи 286, части 2 статьи 287 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции. 

Суд округа не установил процессуальных нарушений, перечисленных в части 4 статьи 288 АПК РФ, влекущих безусловную отмену судебного акта.

При указанных обстоятельствах обжалуемое постановление суда апелляционной инстанций является законным и отмене не подлежит. Оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2019 по делу № А24-4659/2013 Арбитражного суда Камчатского края оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                           И.Ф. Кушнарева                   

Судьи                                                                                    Е.О. Никитин         

 

А.А. Шведов